О предназначении

До замка удалось добраться за три дня. Дорога была приятной: так хорошо было ехать на прекрасном коне, ощущая знакомую тяжесть лука за спиной. После долгих пререканий с Каспианом Сьюзен удалось сократить количество охранников до восьми. Она хотела почувствовать дух Старой Нарнии и справедливо полагала, что обилие вооруженных солдат не будет этому способствовать. Зато в ее свите был Рамир, и это радовало королеву. У поездки была и еще одна цель. Как ни крепилась Сьюзен, приходилось признать, что видеть Каспиана и его невесту рядом очень нелегко. Путешествие давало ей столь необходимую отсрочку, чтобы прийти в себя и запастись силами. Развалины замка высились перед усталыми путниками. Солнце клонилось к закату, косыми лучами освещая остатки древних стен. Когда-то здесь кипела жизнь. В великолепных залах звучала музыка, раздавался веселый смех... Со звоном скрещивались мечи во время рыцарских турниров. Все это было так недавно и одновременно – в незапамятные времена… «Как было бы хорошо остаться здесь, – подумала Сьюзен. – Не видеть Каспиана и его невесту. Не думать о неведомой опасности. Просто бродить по развалинам замка и воскрешать в памяти прошлое…» Она знала, что думать так малодушно. Надо терпеть. Она должна справиться. - Ваше величество желает заночевать внутри развалин? Почтительно спросил командир охраны, суровый воин Асвальд. - Да. Там мне будет гораздо спокойнее. Я словно вернулась домой… - Асвальд промолчал. Он был прагматиком и до сих пор не определился, верит ли в возвращение древней королевы. Он не поверил в них во время войны с Миразом, не видел основания верить и сейчас. Но ему нравилась Сьюзен, нравилось ее спокойствие, нравилась и торжественная тишина старинных развалин. Зато Рамир никаких сомнений не испытывал. Он всегда хотел побывать в Кэр-Паравале и теперь возбужденно оглядывался по сторонам, принюхиваясь к новым запахам. – Здесь много магии, Ваше величество, - объявил он. - Это хорошо, - задумчиво ответила королева. Пока остальные разбивали лагерь, Сьюзен отыскала вход в сокровищницу. Сквозь приоткрытую дверь в помещение проникал свет предзакатного солнца и мягко золотил четыре статуи, стоящие за четырьмя сундуками. На их головах неярко светились короны – две золотые и две серебряные. Когда она была здесь в последний раз, этого не было. Тихо ступая, Сьюзен подошла к первой статуе и присела в глубоком реверансе. - Приветствую Вас, Верховный король, - проговорила она. - Тяжело, должно быть, стоять здесь и видеть, как рассыпается в прах былое величие… - Она помолчала. - Будут ли они слушать меня, как слушали тебя, Питер? – Вздохнув, она перешла к статуе другого мужчины. – Король Эдмунд, брат, как мне не хватает твоей поддержки… но я обещаю справиться. - Сьюзен шагнула к статуе девушки, на голове которой блестел серебряный венец. - Люси. – В горячем шепоте Сьюзен послышались слезы. – Я так по тебе соскучилась… У меня нет твоей чистоты, сестренка. Нет твоей веры. Смогу ли я утешить их, как ты? – Помолчав, она перешла к статуе, изображавшей ее саму. – Здравствуй королева Сьюзен. Во что мы с тобой влипли на этот раз? – Она усмехнулась. - Знаешь, мой профессор психологии обязательно назвал бы этот разговор шизофренией. Но какое здесь, в Нарнии, нам с тобой до него дело? – Сьюзен стояла, глядя на статуи четырех королей и королев, и вдруг ощутила, что сила наполняет ее. Древняя магия, царившая в Кэр-Паравале, признала и приняла ее. Нет, королева Сьюзен больше не гостья этого мира. Она – его часть. Ведь золотой венец был возложен на ее голову самим Асланом. С необычайной ясностью Сьюзен вспомнила день коронации и глубокие глаза Льва. Этот взгляд напоминал об огромной ответственности, ложившейся на плечи королей и королев, но он же и придавал сил. – Спасибо, - прошептала она, улыбнувшись. – Да, я справлюсь. – Она сняла со своей статуи золотую корону. – Позволь это позаимствовать, - сказала она и надела венец себе на голову. – Прости. Думаю, скоро она к тебе вернется. - А затем с пылающими щеками открыла сундук. Может, за последнюю тысячу лет нарнийская мода и изменилась, но свои платья она все равно заберет. Каспиан чувствовал себя не в своей тарелке. Прошло пять дней с отъезда Сьюзен из замка, и он начинал волноваться. Когда она уехала, он подумал, что это хорошо – ему требовалось обдумать ее внезапное появление и свои чувства, вызванные им. Но все, что он сумел понять за это время, – он волнуется и скучает. Несмотря на то, что Сьюзен пробыла в его замке лишь день, он снова остро ощущал ее отсутствие. Каспиан стал еще внимательнее к Лилиандил, которая была необыкновенно задумчива все эти дни. Когда он спрашивал, что ее беспокоит, она лишь тихо улыбалась и отвечала, что вспоминает историю Нарнии. Король понимал: ее задумчивость связана со Сьюзен. Она, несомненно, знала, что происходило между ними несколько лет назад. Королю хотелось успокоить невесту, но что-то мешало ему поговорить с ней по душам. Он знал, что она почти каждую ночь поднимается на самую высокую башню замка и, надо полагать, беседует с другими звездами. Каспиан не нарушал ее уединения в такие минуты. Отдав необходимые распоряжения касательно встречи послов Тархистана, король стоял у окна в своем кабинете, когда раздался деликатный стук в дверь и вошел доктор Корнелиус. Каспиан приветствовал своего бывшего наставника и спросил о причине визита. Ученый редко покидал свою лабораторию. - Есть сведения о королеве Сьюзен, Ваше величество, - откашлявшись, сказал он. - Да? – стараясь скрыть нетерпение, - спросил король. – И какие же? - Я только что беседовал с орлом. Королева на расстоянии дня пути. Но, возможно, она задержится: подданные требуют ее внимания. - Вот как? Полагаю, старые нарнийцы? Чего же они хотят от королевы? - Внимания, - повторил пожилой ученый. Белки просят ее разобрать их споры насчет орехов. Барсуки зовут в гости. Дриады специально для нее плетут венки из редчайших цветов. Фавны устраивают в честь нее танцы. Она шествует по лесу, а нарнийцы ликуют. Они любят свою королеву. А она… - тут маленький ученый улыбнулся. – Она разбирает их дрязги, посещает норы и ведет долгие беседы с нимфами и наядами. – Каспиан взволнованно заходил по комнате. - Необходимо, чтобы она вернулась скорее, - резко сказал он. – Только бы не вздумала заглядывать в город… - Люди могут быть настроены не так благожелательно. - Напротив, – пряча улыбку, сказал доктор Корнелиус. – В городе распространились слухи о возвращении королевы, и люди хотят посмотреть на нее. Кое-кто даже говорит – мол, вернулась настоящая невеста короля… Вы слишком драматично попрощались, когда Их величества уходили из Нарнии. - Но это все в прошлом! Ты ведь понимаешь? - Разумеется, Ваше величество. И королева Сьюзен тоже понимает. Вы должны быть терпеливы и не придавать значения пустым толкам. Доктор Корнелиус ушел, оставив взбешенного и растерянного короля в одиночестве. Его крайне забавляла вся эта ситуация. А еще доктор подумал, что Каспиан, в отличие от королевы Сьюзен, совершенно не умеет скрывать свои эмоции.