О предназначении

Лорд Окталион прохаживался по просыпающемуся лагерю. Этот день должен был стать поворотным в его жизни. Много месяцев потратил он на разработку и реализацию сложнейшего плана, много провел бессонных ночей, составляя маршруты передвижения немногочисленных групп воинов, которые в итоге слились в могучую армию. Двойная игра – чертовски утомительная вещь. А уж сколько сил ушло на то, чтобы Каспиан не заметил недостачи в казне… Окталион усмехнулся. Каспиан простак, он недостоин стоять во главе государства. И сегодня он, лорд Окталион, это докажет. Каких-то несколько часов – и они займут замок, который Каспиан оставил почти без охраны. Наверняка все еще спят, и можно будет войти, не потратив ни единой стрелы… Хотя стражу, конечно, придется убить. Жаль, там были дельные ребята, из них мог бы выйти толк. Но они слишком преданы Каспиану. Лилиандил наверняка вознесется на небо с первыми же ударами в ворота – и пусть летит, звездам на земле не место. Зато гордячка Сьюзен никуда деться не сможет. Он, лорд Окталион, провозгласит себя королем, а ее сделает своей королевой. Конечно, согласится она не сразу. Ничего, посидит в темнице, одумается. Нарнии нужна твердая рука, прав был Мираз, собиравшийся убрать этого размазню Каспиана. Король Окталион I! Недурно звучит! Окталион направился к дремлющему на посту стражнику, собираясь приказать ему трубить подъем. Пора выступать. И вдруг… Утренняя тишина взорвалась пением боевых рогов и топотом копыт. Из-за ближайшего холма на него неслось войско, а впереди, на вороном коне, с развевающимися черными волосами, с мечом в грозно поднятой руке, летела королева Сьюзен. Она была подобна богине войны – грозная и прекрасная в своей неотвратимости… Этот образ лишь мельком возник в голове Окталиона. В следующую секунду он уже выхватил из рук оторопевшего стражника рог и затрубил в него что было сил. *** Каспиан устало вложил меч в ножны. Бой был жарким, но коротким. Противник оказался не столь многочислен, как они думали, да и воины у короля Нарнии были отборными. Одного Каспиан понять не мог: кто эти люди и зачем им понадобилось нападать на бедную деревню так далеко от населенных мест? Он отдал войску приказ располагаться на ночлег, а сам собрался допросить пленного – угрюмого черного гнома, который всем своим видом показывал, что скорее съест свою бороду, чем заговорит. Неожиданно вокруг разлился неяркий свет и с неба спустилась Лилиандил. - Ты? - неподдельно удивился Каспиан. - Что ты здесь… - Лорд Окталион – предатель, - не дала ему закончить звезда. И начала рассказ, от которого сердце у Каспиана бешено заколотилось. Семь сотен воинов? В четырех часах пути от замка? Великаны, осадные сооружения? Сьюзен во главе войска?! Все эти ошеломляющие новости едва укладывались у него в голове. Каспиан потрясенно молчал. - Мой тебе совет – взглянув на него, сказала звезда. - Хочешь увидеть ее живой – выезжай немедленно. Несись быстрее ветра. Они выступают через час. – И, помолчав, добавила: - Сьюзен обещала умереть за свой народ, если понадобится. Каспиан потупил взор. Он готовился к разговору с невестой, но никак не предполагал, что он произойдет при таких обстоятельствах. И что это будет так тяжело. Впервые в жизни король чувствовал себя предателем, хотя и знал, что поступает правильно. Он поднял глаза на звезду, глядящую на него с печальной улыбкой. - Лилиандил, - начал он, но она приложила палец к его губам. – Шшшшш… не надо ничего говорить. Я прилетела посмотреть на тебя в последний раз. – Она еще раз грустно улыбнулась и подняла глаза к небу, готовясь взлететь. - Спасибо тебе за все, - проговорил Каспиан и некоторое время еще смотрел на маленькую звездочку, занявшую свое место на бархатном нарнийском небосклоне. Затем, подозвав ближайшего воина, он велел оповестить войско, что они немедленно отправляются назад и что их ждет еще одна битва. Подошел к своему устало всхрапнувшему коню и принялся проверять снаряжение. Путь им предстоял долгий. Всадники погоняли коней. Все устали, однако нарастающая тревога не давала замедлить ход. Каспиан горько корил себя за то, что доверился ненадежному человеку, не разглядел его черствость и корыстолюбие (он же насквозь фальшивый, - ворчал, бывало, Трам. – Вот дали бы мне сойтись с ним в честном бою, тогда бы все увидели…). И в руках такого человека может оказаться Нарния! Это будет означать возврат к суровым временам безраздельного тельмаринского владычества. Волшебство Старой Нарнии вновь под угрозой, и он, Каспиан, виноват в этом, раз подпустил предателя так близко к себе. Сьюзен, ах, Сьюзен! О чем ты только думала, любимая? Для чего так рисковать? Если ты погибнешь, как мне жить дальше? Думала ли ты, что будет со мной, Великодушная королева? Каспиан сжал в руке флакон с целительным бальзамом Люси. Как обычно во время походов, он был спрятан у короля на груди – на самый крайний случай. Каспиану очень хотелось надеяться, что прибегать к его чудодейственной силе не потребуется. Ближе к полудню, усталые и взмыленные, всадники приближались к месту битвы. Начали попадаться убитые и раненые, но Каспиан не стал останавливаться. Его цель была там, впереди, за холмом, откуда доносились звуки сражения. Только держись, Сьюзен. Я уже рядом.