Unexpected reunion/ Неожиданное воссоединение

      Струи воды согревали его кожу. Драко не торопился, ему всегда нравилось долго принимать душ, было что-то успокаивающее в том, чтобы вымыться, согреться и не слышать ничего, кроме шума воды, падающей на кафельный пол, как капли дождя. Он провел пальцами по волосам, полностью намочив их под струей воды и тщательно намылив. Он потянулся к душу, которым пользовался уже несколько лет, в этом смысле он был человеком привычки.       Драко обернул полотенце вокруг талии и наложил на волосы сушащее заклинание. Взял в руки какое-то зелье для волос и сформировал его по своему желанию. Он был перфекционист, когда дело касалось его внешности, что он унаследовал от своей матери.       Внешний вид в семье Малфоев был прерогативой, и это требовало всего — от манер до одежды и гигиены.       На самом деле он взял с собой не так уж много одежды, остановив свой выбор на сером костюме и белой накрахмаленной рубашке. Взяв в руки два галстука, он сложил их и положил на кровать: один серый, другой темно-синий. Выбрать галстук или обойтись без него?       Это было свидание, но не такое. Он проигнорировал галстук.       Приглашение Грейнджер на ужин было чем-то из ряда вон выходящим. Что он делал крайне редко. Много лет назад он взял себе за правило не принимать опрометчивых решений после хорошего секса, в такие моменты он был склонен к импульсивности. Правило, которое он нарушил сегодня. Для Гермионы Грейнджер из всех женщин.       В то время это имело смысл; он действительно не рассматривал это как свидание, пока она не спросила, так ли это. Ни у кого из них не было никаких дел в этот вечер, никого из их обычных друзей или знакомых не было поблизости, и они явно наслаждались обществом друг друга. Хотя их прошлое было достаточной причиной, чтобы она сказала «нет», а он не спрашивал. Трахать друг друга до бесчувствия — это одно, а встречаться — это было совершенно другое... Даже если это был только один раз.       До того, как она заснула, ее запястье было так хорошо видно, резко выделяясь на фоне белых льняных простыней, ее боевой шрам. Он все еще выглядел свежевырезанным. От этого ему стало не по себе, почти тошно. Конечно, он видел это раньше, но не так, не тогда, когда ее сердце билось ровным пульсом в груди, а губы приоткрывались, когда она дышала. Она выглядела такой хрупкой, и он не мог думать ни о чем, кроме ее криков на полу своего дома. Малфой крепко прижал ее к груди, когда образы заполнили его разум, и нежно провел пальцами по ее коже, стараясь не разбудить.       До войны он вообще не думал о ней, но после войны она занимала его ночные кошмары. Она была последним человеком, которого он ожидал встретить, выпивая в одиночестве в «Дырявом котле» в среду вечером. Но она была здесь, ее шрам дразнил его каждый раз, когда она поднимала бокал с мартини. Большинство причин, по которым начались их физические отношения, были эгоистичными, средством облегчить его собственную вину, и он знал, что она тоже использовала его, просто позволяя ему прикасаться к ней, это была пощечина ее ближайшему кругу, и она знала, что он будет последним человеком, который обвинит ее в ее плохих привычках. Это позволило им обоим залечить свои раны вдали от остального мира. Черт побери. Он схватил серый галстук и принялся завязывать виндзорский узел.

***

      Гермионе отчаянно хотелось, чтобы бабочки в животе испарились. Исчезли и не возвращались. Но они все равно были там. Она выбрала платье для вечера и решила, что с маленьким черным платьем ничего плохого не случится. Это было одно из ее любимых платьев, с прямым и узким вырезом и с разрезом, который достигал середины бедра. Длина его заканчивалась чуть ниже колен. Это было прилично и элегантно. Она принесла его только потому, что оно ей нравилось, думая, что у нее, вероятно, не будет возможности его надеть. Гермиона была рада, что взяла его вопреки здравому смыслу. Она выбрала темно-синее нижнее белье из атласа, украшенное белыми кружевами, вместе с соответствующей подвязкой, думая, что ночь может закончиться сброшенным на пол платьем. Девушка взяла с собой только одну пару туфель на высоких каблуках, черных, с красной подошвой, и поставила их рядом с кроватью.       Удовлетворенная своим выбором, она решила, что у нее есть время выкурить сигарету, прежде чем принять душ.        Гермиона взяла с кровати шерстяное одеяло, накинула его на плечи и вышла на балкон. Часть ее не могла не думать о словах Макгонагалл и выговоре Драко, может быть, Гермиона и станет курить меньше, но она не собиралась бросать совсем свою привычку.       Прислонившись к балконной стойке и попыхивая сигаретой, она решила не слишком задумываться о сегодняшнем свидании. Гермиона с нетерпением ждала этого, но ей не нравилось не знать, чего ожидать. Эта встреча потенциально могла пойти за рамки, если будут затронуты определенные темы. Кроме того, существовал шанс, что бабочки в ее животе размножатся, и она не была уверена, что ей больше нравится. Она не была на свидании с тех пор, как они с Роном снова начали встречаться, их первое свидание после войны было почти два года назад.       Воздух был влажным, холодным и она подумала, не пойдет ли дождь. Издалека замок выглядел мрачно. Казалось, он насмехается над ней. Она докурила сигарету и постучала кончиком по пепельнице, чтобы погас огонёк. Вдыхая холод, она постояла там еще некоторое время, пытаясь бросить вызов замку своим взглядом, пытаясь разглядеть почти незаметные защитные чары, окружающие территорию, задаваясь вопросом, распадутся ли они когда-нибудь снова.       Гермиона быстро приняла душ и потратила на макияж больше времени, чем обычно. Она остановила свой выбор на розовом блеске для губ, намек на румяна и туши. Она использовала сушащее заклинание на волосах и завила их в большие мягкие волны, как Джинни научила ее на день Святого Валентина с Роном. Она воспользовалась лосьоном для тела с ароматом ванили, дала ему высохнуть, прежде чем надеть нижнее белье, прикрепив его к подвязке. Она влезла в платье, используя волшебную палочку, чтобы застегнуть его.       Гермиона посмотрела на два флакона духов, которые привезла с собой, оба французских маггловских бренда. Выбрав тот, которым она прыскалась только по особым случаям, цвета янтаря и с запахом ванили и испанского ладана, это был пьянящий, теплый и элегантный аромат. Она обрызгала им все ключевые места. Девушка схватила маленькую черную сумочку и использовала заклинание, чтобы оно вместило все ее предметы первой необходимости, включая палочку.       Глядя на себя в зеркало на дверце шкафа, она подумала, не переборщила ли.       Не чересчур ли?        Она вздохнула. Возможно.

***

      Драко уставился на нее, и Гермиона решила, что определенно зашла слишком далеко со своим выбором одежды, не то чтобы она не испытывала гордости при виде выражения лица Драко, когда открыла дверь. То, что он ничего не говорил, заставляло ее чувствовать себя неловко.       Вместо того, чтобы им покинуть ее комнату, как и должны были, Драко вошел внутрь, выглядя высоким, безупречным, как всегда. Его волосы были аккуратно зачесаны назад, за исключением челки, свисавшей на одну сторону лба. Он даже надел галстук и пахнул теплыми ароматами, как вкусный осенний коктейль.       — Ты выглядишь великолепно, — не задумываясь, проворковал Драко. Потому что она действительно так хотела. Черное платье подчеркивало ее изгибы, а волосы... он никогда не видел ее таких блестящих, обрамляющих лицо безупречными мягкими волнами. И каблуки. Драко никогда не считал себя фетишистом, но, возможно, ему придется передумать. Он обнял ее одной рукой за талию, прижав к своей груди. Наклонившись, их губы почти соприкасались, пока они не сделали это. Ее блеск для губ был на вкус как клубника, и он был окружен самым нежным ароматом клубники, который он когда-либо чувствовал.       Поцелуй был нежным, мягким, как перышко, без участия языков. Это был такой поцелуй, от которого его сердце затрепетало, а в голове помутилось. Мучительно. Гермиона первой отстранилась. Но едва-едва, ее губы были всего в дюйме от его, когда она заговорила.       — Значит, тебе нравится мой наряд? — поддразнила она, улыбаясь. Лучезарно. Улыбка, которую он никогда раньше не видел. Это заставило его тоже улыбнуться, он сделал шаг назад, все еще держа ее за талию.       — Очень даже, — признался он.       — Спасибо, — ответила Гермиона, глядя на его серый костюм, который идеально подчеркивал его глаза. — Ты выглядишь потрясающе, — продолжила она, бесстыдно оглядывая его с ног до головы, и это согрело его сердце так, как он не хотел признавать. Он снял пальцем блеск с губ, который размазался, когда они целовались.       — Ты готова идти? — спросил Драко, ослабляя хватку вокруг ее талии.       — Пойдем, — решила она, отодвигаясь от него, чтобы взять единственное пальто, которое принесла с собой: бежевое шерстяное пальто с ремешком на талии.

***

      Гермиона огляделась вокруг, они, скорее всего, все еще были в Шотландии, Драко аппарировал их сюда, как только они вышли из «Трех Метел». Шотландское нагорье простиралось вокруг нее, и она могла видеть впереди здание. Они стояли в уединении, окруженные соснами и зеленой травой.       — Где мы? — с любопытством спросила она.       — Все еще в Шотландии, мы ужинаем в одном из моих любимых итальянских ресторанов. Это маггловское заведение, просто чтобы ты знала. Я много раз бывал там, когда работал в Шотландии у отца, — объяснил он, ведя их к ресторану на холме. Гермиона задумалась, сколько женщин он брал там на свидания. Эта мысль была неприятной. Но она также вновь пережила, что они ужинали в маггловском ресторане, как против одного в волшебном мире. Теперь не нужно беспокоиться о посторонних глазах или фотографировании.       Ресторан был тускло освещен, уютен и битком набит обедающими гостями. Вилки и ножи звенели о тарелки, из динамиков, расставленных по всему ресторану, доносилась тонкая музыка. Гермионе сразу понравилась атмосфера.       — Мистер Малфой! — Как только они вошли, раздался голос: мужчина с медными вьющимися волосами улыбнулся им и попросил взять пальто. Когда Гермиона сняла свое, она заметила его пристальный взгляд на своем запястье.       Вот дерьмо.       Она быстро прикрыла его другой рукой. Ей и в голову не пришло зачаровать его.       Мужчина провел их к столику в дальнем конце зала, прямо у стены с большими панорамными окнами, из которых открывался волшебный вид на шотландское нагорье. Усевшись в коричневое кожаное кресло, она огляделась. Загипнотизированного.       — Не хотите ли заказать что-нибудь выпить перед ужином? — спросил мужчина, улыбаясь им. Драко приподнял бровь, давая ей возможность решить. Она снова почувствовала бабочек в животе, так что выпивка была для нее несомненным «да», она кивнула.       — Мартини с двумя оливками? — спросил Драко. Это был тот самый напиток, который она пила, когда они встретились в «Дырявом котле» много лет назад. Она удивилась, что он вспомнил.       — Да, пожалуйста, — сказала она официанту, который кивнул, принимая заказ.       — А вам, сэр? — спросил он, переводя взгляд на Драко.       — Мне тоже мартини, с изюминкой.       — Отлично, я вернусь, чтобы принять ваш заказ, — сказал официант, положив перед ними два меню.       — Вид потрясающий, — похвалила Гермиона, когда официант ушел.       Драко кивнул.       — Вид и еда здесь восхитительны, вот почему это одно из моих любимых заведений, — сказал он, просматривая меню. — А как тебе здесь? — спросил он...       — Раз уж ты знаешь, что здесь хорошо, я позволю тебе заказать, — проворковала Гермиона, желая посмотреть, что он выберет. Драко оторвался от меню и ухмыльнулся.       — Хорошо, — сказал он, закрывая меню.       Подошел официант с их мартини, Гермиона начала потягивать его, а Драко заказал сырную тарелку на закуску и пасту с трюфелями на основное блюдо. Она любила все, что было с трюфелями, так что это ее вполне устраивало.       — И бутылку «Брунелло» 1999 года, если есть?       — Конечно, сэр, — ответил официант и, кивнув, отошел.       — 1999 год должен быть прекрасным, — согласилась Гермиона. Драко поднял брови.       — Так ты знаешь это вино, — сказал он, явно удивленный. Гермиона присутствовала на нескольких дегустациях вин вместе с Джинни и Парвати. Джинни присоединилась к ним в основном потому, что любила его пить, сама Гермиона находила это весьма поучительным.       — Да, я ходила на пару дегустаций вина время от времени, — гордо объяснила Гермиона, потягивая мартини. Это успокоило ее нервы. Сидя напротив Драко, она чувствовала себя такой напряженной. Это было так очевидно, что это было свидание, и она чувствовала, что забыла, как ходить на свидания. Была ли она вообще на нормальных свиданиях? Ее свидания с Роном едва ли можно было считать свиданиями, поскольку они знали друг друга целую вечность. Они с Драко знали только друг о друге, и секс — это одно, она задавалась вопросом, чувствует ли он то же самое. Гермиона посмотрела на него, когда он сделал глоток мартини, Драко выглядел спокойным, собранным. Он, вероятно, был на многих свиданиях. Она взяла зубочистку из стакана, чтобы попробовать одну из маслин.       Когда она ответила, Драко посмотрел на нее, чувствуя, что понятия не имеет, кто эта женщина. Он никогда бы не подумал, что Гермиона разбирается в вине, но опять же, было ли что-то, чего не было в этой женщине? Как вообще кто-то мог произвести на нее впечатление, не то чтобы он признался, что хочет этого, но как? Он стряхнул эту мысль, наблюдая, как она медленно откусывает одну из оливок от своего мартини, легко снимая ее с зубочистки. Да, он смотрел, и ему было все равно. Он хотел знать, что на ней надето под этим обтягивающим платьем, одето ли сегодня тоже? В них она выглядела до смешного хорошо.       Он отпил еще немного мартини. Гермиона посмотрела на него так, словно что-то обдумывала.       — Знаешь, у тебя есть несколько поклонниц в Хогвартсе, — сказала она, поставив бокал на деревянный стол.       — Неужели? — спросил он, подняв бровь.       — Да, по-видимому, несколько девушек из класса Ж.А.Б.А. очень хотели бы поцеловать тебя.       — Это дети! — воскликнул он. — Я думал, ты скажешь, что это одна из новых учительниц, вроде мисс Эванс, — поддразнил он. Глаза Гермионы сузились.       — О, тебе бы это понравилось? Мисс Эванс и ее длинные ноги, — сказала она, как будто длинные ноги были проклятием.       Она была довольно милой, когда ревновала. Драко усмехнулся.       — Ты тоже думаешь, что она хорошо выглядит?       Гермиона стукнула кулаком по столу.        — Тебе повезло, что мы в маггловском заведении, иначе я бы стёрла ту глупую ухмылку с твоего лица, — поспешно сказала она. — Может, тогда тебе стоило пригласить ее на свидание, — продолжила она и сердито сняла с зубочистки вторую оливку. Он никогда не устанет дразнить ее.       — Зачем мне это делать, если я могу попросить самую умную ведьму нашего века, с такой восхитительной ...       — Драко! — перебила она. Драко озорно усмехнулся. — Клянусь Мерлином, если ты не прекратишь употреблять это слово, я заколдую тебя и потом всех кто здесь находится, — пригрозила она с широко раскрытыми глазами и широкой улыбкой. Это сняло весь эффект угрозы.       Гермиона не знала, что с собой делать, всякий раз, когда он произносил это проклятое слово, ее разум мгновенно уводил ее с пути. К мыслям, которые заставляли ее неловко ерзать на стуле, заставляли думать обо всех хороших вещах, на которые был способен этот глупый язык. И он знал это, судя по довольной ухмылке на его идиотском идеально вылепленном лице.       Принесли закуску и прервали их пререкания вместе с бутылкой Брунелло.       Вино было абсолютно божественным на вкус, Гермиона никогда раньше не пробовала бутылку 1999 года, одна только стоимость …       Вино в паре с сыром пекорино, сделанным для самых фантастических вкусов, когда они слились во рту.       Драко взболтнул вино, начиная беспокоиться о звуках, которые она издавала. Знала ли она вообще?       — Это восхитительно, — съязвила она, прежде чем откусить еще кусочек пекорино.       — Прекрати, пожалуйста, — сказал он, стараясь, чтобы его голос не звучал слишком взволнованно.       — Что? — спросила она, явно не подозревая, что мурлыкающие звуки удовлетворения делают с его пахом... Если бы она только знала, как сильно влияет на него. Он сам был смущен этим, никогда не был на свидании и стал твердым от одних только звуков, издаваемых его спутницей. Это было волнующе, как сильно он просто хотел вытащить ее оттуда и заставить кончить, пока она не умоляла бы его остановиться. Гермиона встретилась с ним взглядом.       — Ой! Это, это ...       — Да, — быстро перебил он.       — Ну, тогда ты знаешь, что я чувствую все время, когда ты рядом, — призналась она, мартини и вино ослабили ее сдержанность.       — Все время? — спросил он с любопытством. Подняв обе брови.       — Так и есть. Иногда я думаю, что ты делаешь это нарочно, но иногда я просто ловлю себя на том, что смотрю на тебя, ты даже не представляешь, какой эффект оказываешь на людей. Я много раз замечал это в последнее время, у студенток, у молодых женщин-профессоров. Я имею в виду. Ты должен знать, что красив. — Она допила вино и сделала глоток, думая, что сказала слишком много. Она практически видела, как его самолюбие выплескивается из него.       — Красивый? — он издевался, и Гермионе захотелось растаять сквозь пол.       — О, и я заметил твои взгляды, — продолжил Драко. На ее взгляд, он выглядел слишком удивленным.       — Знаешь, ты тоже пялишься, — сердито проговорила она.       — Да, — просто ответил Драко, и она возненавидела, когда он ответил всего двумя словами.       — Почему? — спросила она, употребив только одно слово.       — Потому что у тебя такие большие глаза, которые не скрывают никаких эмоций, что делает тебя ужасной лгуньей, у тебя эти чертовы веснушки на носу, которых я до войны даже не видел, а теперь они умоляют меня поцеловать их, и даже не заставляй меня лезть в твои мозги. Я всегда вижу, как я действую на тебя, но никогда не могу понять, что происходит в твоей голове, я могу только предположить, что это примерно сотня вещей одновременно по твоему озадаченному выражению лица, — выпалил Драко, вероятно, выпив слишком много вина без надлежащей еды, чтобы впитать его. Глаза Гермионы расширились еще больше от его признания, и ему ужасно захотелось поцеловать ее.       — К черту все это. Встретимся в ванной через пять минут, — сказал он. Его штаны были невероятно неудобными. Это была команда, в которой он не был уверен, что она примет его, но по тому, как ее глаза потемнели от вожделения, как она заерзала на стуле, он подумал, что это была безопасная ставка. Он резко вышел, широко шагая. Это было такое заведение, в котором было четыре ванные комнаты, а не кабинки, отдельные нормальные, чистые, ванные. «Все будет хорошо, если они быстро справятся», — подумал он, подходя к двери ванной. Он быстро наложил заглушающее.       Гермиона была ошеломлена. Сейчас? Здесь? Она скрестила ноги и решила, что тоже очень его хочет. Одни только его слова, когда он описывал ее, заставляли ее чувствовать себя такой мокрой, что казалось, она промокнет насквозь ее тонкое платье. Никто еще не хвалил ее мозг таким образом. Этого было достаточно, чтобы ей захотелось поглотить его.       Она подождала немного, сказала проходившему мимо официанту, что скоро принесут еду, и они выйдут покурить. Это было лучшее, что она могла придумать на месте. К счастью, ванные комнаты находились в направлении выхода, и она надеялась, что официант не заметил, что она никогда не выходила.       Когда за ними закрылась дверь, его губы в одно мгновение оказались на ее губах. Целовал ее крепко, страстно, торопливо. Она поцеловала его в ответ, подражая его силе. Вкус сладкого вина на языке. Это было опьяняюще. Они быстро разделись, только по минимуму. Она отстегнула трусики от подвязки, и Драко застонал, увидев, что у нее под платьем.       — Черт возьми, ты так хорошо выглядишь, — прорычал он, целуя ее в шею, кусая, облизывая. Он стянул с нее трусики, и она вышла из них, он положил их во внутренний карман.       — Пожалуйста! — сказала она, когда он одновременно стянул с себя брюки и нижнее белье. Он был тверд как камень, а она насквозь промокла. Они не нуждались в прелюдии. Он поднял ее, и она обвила ногами его талию. Он прижал ее к стене, это было бы слишком тяжело для его рук, но ему было все равно. Он быстро вошел в нее, обнаружив, что она уже насквозь промокла для него.       — Черт, мне нравится, как ты всегда мокрая для меня, — сказал он, покусывая мочку ее уха.       — О да, быстрее. Это так приятно, — воскликнула она. Он двигался быстро, сильно толкаясь. Поскольку обе его руки были заняты, он знал, что ему нужно что-то еще, чтобы вытащить ее за край.       — Да, вот именно, стони громко для всех гостей, я уверен, что они будут рады, если ты кончишь на мой член. — Он укусил ее прямо между ключицей и шеей, и она взвизгнула, когда боль превратилась в удовольствие. — Покажи им, какая ты шлюха.       — Драко, я сейчас кончу, — крикнула она. Он зарычал ей в ухо, когда почувствовал, как ее тугое влагалище сжимает его член. Почти на месте.       — Вот и все, кончай для меня, любимая, — сказал он, и она кончила. Ее влагалище крепко сжимало его член, он не мог больше сдерживаться.       Он простонал ее имя, когда вошел в нее, ее оргазм опустошил его. Он крепко поцеловал ее, прежде чем опустить на пол, все еще держа за талию.       Они использовали свои палочки, чтобы очистить себя.       — К черту Драко. Мы не можем выйти туда сейчас, эти стены не такие толстые! — в ужасе воскликнула она, протягивая руку. Драко подумывал о том, чтобы не возвращать ей трусики, но решил, что раз уж это их первое свидание, то, может быть, ему следует вести себя прилично. Он положил их ей на ладонь и улыбнулся.       — Тогда мне повезло, что я волшебник, — сказал он и подмигнул.       — Ты использовал заглушку? —удивленно спросила она. Он только ухмыльнулся и кивнул в ответ, поцеловав ее в макушку, прежде чем пригладить свой костюм и волосы.       — Увидимся за столом, — сказал он и уверенными шагами направился в ванную.       Гермиона одернула платье и нахмурилась, глядя на образовавшиеся складки. Она использовала палочку, чтобы выпрямить их, и сделала то же самое с волосами. Она подождала немного, прежде чем направилась к их столику.       После их встречи в ванной все напряжение первого свидания исчезло, и они поговорили о повседневных вещах, работе и своей жизни в целом. Ни один из них не упомянул об отношениях, которые, очевидно, были между ними тогда и сейчас. Они вели светскую беседу, в основном о послевоенных событиях, и никто не упоминал об их истории до войны. Она узнала, что он сладкоежка и скучает по игре в квиддич, а он узнал, что она боится высоты и вообще не любит квиддич. Драко произнес заклинание без палочки, чтобы люди за соседними столиками не подслушали, в конце концов, они же магглы.       Драко рассмеялся, когда она объяснила, что читала историю Хогвартса больше пяти раз, и признался, что нашел ее настолько скучной, что вырвал из нее страницы и заколдовал их, превратив в летающих бумажных драконов. Гермиона подумала, что это абсолютное преступление, и сказала ему, что она действительно знает, как складывать оригами, чему она научилась у своего дяди в детстве.       Она также призналась, что добавляла молоко перед чаем, когда делала его сама. Он спросил, имеет ли она в виду, когда чай заварят отдельно, она ответила, что нет, она кладет молоко, потом воду, потом заварку. Он нашел это совершенно нелепым и спросил, была ли она вообще англичанкой.       Гермиона была сыта после еды, но Драко настоял на десерте. Они разделили его, но большую часть Драко съел сам без стыда. Гермиона нашла его милым сладкоежкой, и бабочки порхали от радости, она даже не пыталась подавить их на этот раз.