Unexpected reunion/ Неожиданное воссоединение

      — Мне казалось, я взяла зонтик, — с выражением ужаса на лице сказала Гермиона, когда они готовые стояли на выходе из ресторана. Девушка плотнее закуталась в пальто, несмотря на то, что Драко предложил ей свой шарф. Он обернул его вокруг её шеи, и его губы изогнулись в привычной для него ухмылке.       — Ну и где же тут самое интересное? — игриво спросил Драко. Они вышли наружу. Дождь лил как из ведра, это выглядело так, как будто небеса разверзлись.       — Клянусь Мерлином! Я ненавижу британский климат! — вскричала Гермиона, пытаясь перекричать шум дождя, стучавшего по асфальту.       — Как можно ненавидеть дождь? — слишком уверенно, на взгляд Гермионы, сказал Драко, видя, как она беспокоится о намокших кудрях и растекшейся косметике. Малфой простер обе руки, глядя в темное небо. — Это же так освежает, — сказал он, широко улыбаясь.       Гермиона потянула его за пальто.       — Да ладно тебе, придурок, — захныкала она и двинулась вперёд.       Драко усмехнулся и пошел за ней, протягивая ей руку, она взяла ее без колебаний и почувствовала, как снова затрепетали бабочки у неё в животе.       Драко и Гермиона стали подыскивать подходящее место для аппарации подальше от магглов. ***       Они ввалились в комнату Гермионы в «Трёх мётлах», чувствуя, как вино ударило им в голову.       — Это абсолютно нелепо. Я имею в виду… Ты посмотри на нас… — сказала Грейнджер, дрожа от холода и от его поступка.       Она выглядела ужасно, и ему это нравилось. Он притянул Гермиону ближе к себе и запечатлел влажный поцелуй на её губах, одновременно развязывая пояс её пальто.       Они быстро скинули мокрую одежду. Драко нашел два белых хлопчатобумажных халата в шкафу и подал один Гермионе. Она надела его, продолжая дрожать.       — Иди сюда. — Он стал растирать её тело, согревая. Грейнджер обвила его руками, прижимаясь к его телу насколько можно близко, чтобы согреться. Капли дождя всё ещё падали с волос Драко и то, как он смотрелся, заставляло её сердце бешено стучать.        Гермиона улеглась на кровать, пытаясь согреться, а Драко достал две бутылки с огневиски из бара.       — Это должно нас согреть, — сказал Малфой, присоединяясь к ней на кровати. — Отличная идея, — похвалила она и сделала большой глоток огневиски, он приятно растёкся внутри. Гермиона замурлыкала и вцепилась в халат Драко, желая, чтобы он был ближе. Он подчинился, обхватывая её руками, чувствуя удовлетворение от близости их тел. Гермиона поцеловала его в лоб, в щеку, вдоль линии подбородка, а он наслаждался, неосознанно запоминая этот момент, ощущения её губ на его коже. Обычно это делал он, девушка редко целовала его так. Это было непохоже на неё обычную.       Халат Драко не был завязан, Гермиона провела пальцами по шрамам от Сектумсемпры на его груди и животе.       — Тебе было больно? — осторожно спросила она тихим голосом.       — Так и было, но это ничто по сравнению с Круциатусом, — прошептал он, не чувствуя потребности во лжи.        Гермиона ахнула.       — Тебя пытали? Кто? Почему?       Драко закрыл глаза, воспоминания болью отозвались в его теле.       Ответ был очевиден.       — Темный лорд.        Гермионе не понравилось, что он всё ещё называл Волдеморта «Темным Лордом».       — Из-за того, что я потерпел неудачу, я должен был убить Дамблдора. Гермиона уловила дрожь в его голосе.        Она ощутила, как напряглось его тело и почувствовала себя ужасно от того, что спросила его и ещё из-за того, что была виной изменившегося настроения Драко.       — Эта боль… она никогда по-настоящему не покидает тебя. Это то, что влияет на тебя, — сказала Гермиона, зная, насколько безжалостно было это заклинание, и откинула его челку пальцами.       Драко тяжело вздохнул. Он немного помолчал, прежде чем заговорил.       — Я так сожалею об этом, — сказал он и это было тем, что он должен был сказать ещё тогда в «Дырявом котле». Гермиона нахмурилась. Она провела пальцами по его щеке.       — Что ты имеешь в виду?       Драко увидел замешательство в её больших, карих глазах.       — То, что позволил пройти тебе через все это. Этому нет оправдания. — Он печально вздохнул. Драко увидел понимание в её глазах.       — Это была не твоя вина, — твёрдым голосом сказала Гермиона. — Ты не знал меня, и Беллатриса, вероятно, прокляла бы и тебя.       Драко взял её за запястье нежно и осторожно. Он задрал рукав её халата, обнажая ее боевой шрам. Малфой начал осыпать ее нежными поцелуями по каждой букве. Г—р—я—з—н—о—к—р—о—в—к—а.       Гермиона ахнула, это было более мощным и интимным из того, что они делали со своими телами. Когда Драко закончил, она быстро нашла его губы. Их губы замерли на какой-то момент. Потом Драко начал целовать ее мягко, тепло и успокаивающе. Его рука нашла её мокрые волосы, осторожно поглаживая. Гермиона водила руками по его гладкой коже вверх-вниз. Она застонала ему в рот, приоткрыв губы и позволяя его языку проникнуть внутрь. Драко почувствовал вкус огневиски и помассировал её язык своим.       Это был не тот поцелуй, от которого перехватывало дыхание, это был тот, от которого начинало покалывать в пальцах ног, медленно охватывая всё твоё тело, пока оно не становилось тёплым. Кожу Гермионы покалывало, когда рука Драко оставила её волосы, скользнула по заколке, его мягкие пальцы прошлись по её ключице, распахнули халат, скользнули по плечам. Его рука коснулась её груди, нежно лаская её. Проводя по уже возбужденным соскам.       Массируя, заставляя всё тело дрожать. Девушка хотела почувствовать его кожу под своими руками, она потянула Драко за халат, затем ослабила собственный пояс на халате. Закинув одну ногу на бедро, она потерлась об него, притягивая ближе, его грудь прижалась к ее груди, его рука скользнула под её халат, схватив за задницу и прижимая к себе. Она чувствовала, как его член становится твердым от трения. Драко застонал и оторвался от ее губ, целуя её в шею, в то место, где оставил укус, в ресторане ранее. Это было восхитительно.       Гермиона опустила руку между их телами, взяв в руку его длину, поглаживая вверх-вниз, заработав несколько стонов, вырвавшихся из горла Драко.       — Ты уверена? — спросил Драко, имея в виду тот факт, что они уже дважды занимались сексом.       Она ответила ему, прижав его твердый член к своему входу, проводя головкой по её клитору, вверх, вниз.       — Пожалуйста, Гермиона, — взмолился он, не в силах терпеть.       Он не думал, что когда-либо в своей жизни может умолять таким образом. Малфой был готов сойти с ума от желания, когда она, наконец, опустилась на него. Гермиона захныкала, ощутив боль.       Но это была приятная боль, соответствующая моменту. Она качнула бедрами, сидя на нём верхом. Драко схватил её за плечо, меняя позиции. Теперь он был на ней сверху, прижимаясь губами к её губам, покусывая её нижнюю губу.       — О, Драко, — простонала Гермиона, когда он ускорил темп, облизывая и посасывая её соски. Он взял её запястье в свою руку, поместил их над её головой, удерживая её, пока целовал снова, желая попробовать её язык на вкус. Никогда не чувствуя себя достаточно близко. Пытаясь поцеловать, трахнуть, убрать оставшиеся незалеченные раны.       Драко целовал её повсюду: грудь, шею, подбородок, нос, лоб, губы, покусывая мочку уха. Он отпустил её руки, и Гермиона запустила их в его волосы, массируя пальцами его голову, прижимаясь к нему. Девушке казалось, что он был повсюду: его запах, его пальцы, его поцелуи, его член двигался внутри неё. Теперь она была так близко. Он наклонился и потер её клитор круговыми движениями.       — Кончи для меня, любимая, — прошептал он ей в шею, усиливая свои толчки.       — Д-да, — простонала она, все её тело дрожало от удовольствия в течение нескольких мгновений, её руки опустились, и она почувствовала, как Драко кончил, его глаза закрылись только тогда, когда удовольствие пересилило его. Он снова поцеловал ее, застонав ей в рот, когда оргазм полностью захватил его.       Его тело рухнуло на неё, стараясь удержать вес на руке, чтобы не раздавить её. Голова Драко лежала между её шеей и ключицей, он переводил дыхание. Какое-то время они оставались в таком положении, единственными звуками были их дыхание и стук дождя по окнам. Он отстранился и лег рядом с ней лицом к лицу. Гермиона прижалась носом к его груди. Прижимая его к себе, обхватывая одной ногой его бедро, возвращаясь в исходное положение, чувствуя, как он мягко прижимается к её сердцевине. ***       Неужели это не сработает? Он сам говорил, что никогда не задерживается на одном месте слишком долго, и ему это нравилось. Она не могла просить его отказаться от этого, вся его карьера зависела от постоянных поездок, не говоря уже об убеждениях его семьи или о том факте, что никто из её друзей не выносил его. Это и миллион неразрешенных вопросов между ними — достаточная причина, чтобы не давать ему надежды, не желать недостижимого. Она подумала о том, как чудесно чувствовала себя, когда он целовал её шрам, и сколько раз это же самое слово срывалось с его губ, использовалось против неё, и это причиняло боль. Ей хотелось плакать, и она заставила себя сдержать слёзы, собрав все оставшиеся силы.       Он никогда не будет с кем-то вроде неё, как бы сильно девушка не думала, что он изменился. Это никогда не могло быть больше, чем сейчас, и она подумала об Астории Гринграсс. Были ли они сейчас вместе? Она чувствовала себя дурой, что не спросила его.       О Мерлин, а что, если так? Ее чуть не стошнило.       Драко крепко спал, она не могла оставаться в его объятиях. Гермиона встала, поискала в чемодане пижаму, натянула её и вышла на балкон, нуждаясь в сигарете.       Если бы не её речь на следующий день, она бы всерьез задумалась об отъезде. Этого не должно было случиться. Она влюбилась в Драко Малфоя. ***       Когда Драко проснулся, Гермионы не было. Он выглянул на балкон, но её там тоже не было. Первые осенние лучи солнца лились в окно, и ему было трудно полностью открыть глаза.       — Гермиона! — крикнул он. Внезапно почувствовал комок в горле. Драко думал, что это может случиться. Боялся. Прошлой ночью он перешел черту. Снова. Он продолжал пересекать границы, продолжал всё портить. Как и всегда.        — Да? — раздался женский голос из ванной. Драко вздохнул с облегчением. Он натянул штаны и прошествовал в ванную, проводя рукой по волосам в попытке выглядеть менее растрепанным.       Гермиона стояла с влажными волосами в своем фиолетовом атласном халате, покрывая ресницы тушью. Он вошел и встал позади неё, обхватив руками её бедра, чувствуя себя слишком счастливым, чтобы найти ее.       — Доброе утро, — прошептал он ей на ухо, нарочно не упоминая, что, по его мнению, она могла уйти. Значит ли это, что она не жалеет о прошлой ночи?       — И тебе доброе утро, — ответила она, заметив, что утренняя эрекция прижимается к ее спине. — Ты ненасытен!       Драко вдохнул её запах и поцеловал в шею.       — Я человек, который только что проснулся. Не вини меня за то, что я не могу контролировать, — тихо сказал он, прикусывая мочку её уха. Гермиона усмехнулась, когда дрожь прошла от мочки её уха до самой сердцевины. Она продолжала свою рутину, нанося бальзам на губы, они были сухими от всех поцелуев.       — У меня есть сюрприз для тебя сегодня вечером, после праздника в канун Дня Всех Святых, — сказал Драко, глядя на её лицо в зеркале перед ними. Гермиона надеялась, что это не было чем-то романтичным, это было бы слишком и сломало бы её так, как она не хотела признавать. После вчерашних размышлений, она была совершенно уверена, что он, скорее всего, не способен чувствовать к ней то, что она начала чувствовать к нему. Если он действительно все ещё был связан с Асторией, или даже нет, Гермиона знала, что она не та девушка, которую он искал. Она не была и никогда не будет чистокровной. Должна же быть причина, по которой он никогда ничего не говорил об их будущем после того, как они оба уедут отсюда. Завтра они снова расстанутся, как в тот год после войны, только на этот раз она не была так счастлива.       — Да неужели? И что бы это могло быть? — спросила девушка, стараясь не выдать своего волнения.       — Не могу сказать, что боюсь.       — Могу я, по крайней мере, получить подсказку?       Он ничего не раскрыл.        Она продолжала умолять, стараясь выглядеть как можно убедительнее.       — Это значит, что мы возвращаемся к нашему прошлому, — загадочно произнес он. — И в самом забавном смысле, — продолжил он, заметив, как нахмурились её брови.       Гермиона задумалась над его словами. По выражению его счастливого лица, ухмыляющегося ей, она поняла, что это связано с какой-то причудой, а не с романтикой. Она чувствовала, как её сердце трепещет от одной только мысли о том, что он может с ней сделать. Чувство тоже оживало. Часть её боялась, что прошлая ночь слишком сильно изменила её, и девушка никогда не хотела, чтобы их роли в спальнях были скомпрометированы ради одной ночи любви. Даже если Гермиона действительно влюбилась в него. Она поморщилась, и Драко заметил это. Она видела недоумение в его глазах, но он ничего не сказал. Вместо этого Малфой пробормотал что-то о заброшенной работе, прежде чем оставить её.       У Гермионы тоже была работа, и она хотела покончить со всем этим до сегодняшнего праздника. ***       Когда Гермиона открыла дверь, готовая отправиться в Хогвартс для выступления, дверь врезалась во что-то на полу коридора. Ее взгляд упал на красную коробку с запиской.       Она отнесла её в дом, положила на кровать и стала шарить пальцами, пытаясь открыть письмо. Оно было написано безупречным почерком на белом пергаменте.       Кто бы мог подумать, что принцесса Гриффиндора получит наказание? «В коробке ты найдёшь наряд для сегодняшнего вечернего мероприятия. Ты наденешь его после праздника и встретишься со мной в классе истории в девять вечера. Давай переделаем нашу историю, хорошо? Д. М»       Наказание?       Она открыла коробку, чуть не разорвав её в нетерпении. После записки она не удивилась, обнаружив юбку, белую рубашку, джемпер, гольфы, галстук, черные туфли и мантию... Все с гербом Гриффиндора, кроме туфель. Она недоверчиво покачала головой, аккуратно сложила одежду в клатч и поблагодарила Мерлина за заклинания.