Слишком много
24 декабря 2020 г., 18:05
В клубе привычно шумно: громкие разговоры, смех, музыка — все это сливается в однообразный белый шум, существующий где-то на периферии сознания. Я слышу только тебя — твой негромкий, практически монотонный голос, обращенный даже не ко мне, и чувствую, как мне становится жарко. Не от алкоголя: в крови плещется только разбавленный соком мартини, — из-за тебя.
Я в очередной раз облизываю губы, уже пересохшие от этой жары, и ловлю твой взгляд: скользишь по мне бездумно-равнодушно, не задерживаясь на деталях. Безразлично.
Мне так кажется.
***
Только кажется. Целуемся жадно, жарко, запершись в тесной кабинке туалета. Кожа будто плавится в местах соприкосновения и бьет током. Легкие сжимаются, разрываемые нехваткой кислорода, и меня хватает только чтобы выдохнуть просящее «поехали?» и услышать твое «поехали» в ответ.***
В такси мне все еще жарко — даже душно, но я не прошу открыть окно, потому что жарко здесь из-за тебя. Ты сидишь на переднем сидении, и я не могу прикоснуться, но чувствую и на расстоянии, как дрожит и накаляется воздух вокруг. Я кусаю губы, сводя вместе колени, будто это может остудить, и шепчу мантрой-заклятием: «рано, еще рано». Наконец мы минуем последний поворот, и машина останавливается. Ты вываливаешься на тротуар, бросая что-то вроде: «спасибо, мы выйдем здесь!», и тянешь меня за руку. Я спешно прощаюсь-извиняюсь-благодарю, ныряя за тобой в морозный вечер.***
Ключ дрожит вместе с руками, и дверь поддается не с первой попытки. Внутри темно, и я тянусь к выключателю, но ты не даешь: вжимаешь в ближайшую стену и, подавляя вялое сопротивление, целуешь, вминаясь губами в губы. Становится еще жарче, и мы раздеваемся на ходу, оставляя за собой след из смятой одежды. Ты целуешь дольше, ниже, жестче. Твои пальцы впиваются аж до боли, кажется, срывая кожу и прикасаясь к оголенным нервам. И я теряюсь, путаюсь, утопаю, захлебываясь своими же стонами и сбитым дыханием. Твои руки, твои губы, твое тело, твой запах. Этого всего слишком, — слишком — много, и я снова сгораю в огне окситоцин-эндорфиновой ломки.
