Пообещайте мне любовь

Глава 10.

      Лея смотрела в небо, затянутое снежной мглой, а сквозь нее, там, высоко, рассеянными сполохами зажигались и гасли огни. Почему-то на сердце стало так холодно, и оно сжалось от этого холода, издав протяжный стон. Принцесса видела и слышала, как Рэй Слоун и Хакс быстро и резко отдавали команды, принимали связь, как Кайло выслушивал то, что докладывали ему лично, как эти сполохи приближались к поверхности. Несколько светящихся пламенем точек отделились и устремились вниз, расчерчивая небо странным отблеском.       - Они ударили сразу четырьмя ионными пушками, отсекая наши истребители, пока на крейсере поднимают стойки с истребителями в ангар, чтобы выпустить крыло СИД, пока…- говорит Хакс.       - Они успеют нанести удар, - твердо сказала Слоун. - Это тактика Альянса. Они отключили всю электронику дежурного звена… Резонно, грамотно.       С земли навстречу приближающемуся звуку двигателей уже летели очереди лазеров. Четыре светящихся следа оставляют в темноте ровные траектории, потом пересекаются, сливаясь, и два взрыва сотрясают землю под ногами, а те, кто выпустил спаренные ракеты, тут же открыли огонь из парных лазерных пушек. Расцвеченное разноцветными огнями небо озарилось заревом пожара. Теперь их было видно. Кайло ждал того, что задумал Хакс:       - Ударный корабль GAT-12, «Скрипей», те, что вы взяли с транспорта добытчиков, только две, а где же еще две, мама? – и он повернулся к Лее, - отправила на другой объект? А сама тут, как отвлекающий маневр? Изобретательно…       Но его поразило выражение лица Леи, она была в ярости! В ее взгляде отражались зарницы пожаров, и полыхал огонь гнева.       - Я не отдавала приказа ни на какие действия! - сказала Принцесса, глядя сыну в глаза.       Она была искренна в своем гневе, негодовании и досаде.       Три истребителя набрали скорость и вскоре исчезли в темном небе, один из «Скрипей» устремился следом, уходя сквозь плотный огонь с земли, а вот второй, второй точно оправдывая свое название хищной и быстрой птицы, резкими рывками стремительно приближался.       - Убрать прожекторы, - скомандовал Хакс и вокруг сразу стало темно.       Оставшийся X-wing, обогнав «Скрипей», раскрыл стабилизационные крылья и под кокпитом зажегся прожектор, слепящим лучом пройдясь по поверхности. Он завис в высоте, видимый, как в белом тумане, а «Скрипей» открыл огонь из двух своих турелей, посылая лазерные заряды, рассекающие снежную пелену желто-оранжевыми струями.       Ударный корабль взмыл в высоту, а X-wing ринулся вниз, эффектно прокрутившись в воздухе и поливая поверхность внизу уже сине-зеленым огнем. Сколько прошло времени? Четыре секунды, три? Лея не замечала ничего, она стояла, глядя на лазерные лучи, располосовавшие пространство вокруг, шепча: «Что ты наделал, По?»       Кайло успел, повернувшись, удержать этот заряд, летевший на нее и на него. Хакс довольно-таки неучтиво оттащил принцессу, а Верховный Лидер отпрыгнул сам, отпустив сине-зеленый луч, который впился в снег, зашипев, и взорвался фонтанчиком радужных брызг.       - Что это? – с тревогой спросила Роуз, заслышав сирену.       - Я не знаю, - прошептала Рей, а сердце сжалось в щемящем предчувствии. Она подняла голову навстречу несущейся снежной круговерти. И уже видела эти всполохи, очертания боя. Приближающийся звук двигателей. Знакомый звук, перемежающийся более тяжелым. Кроме крестокрылов еще что-то? Это ракеты. И взрывы, взметнувшееся в небо пламя, сирена все выла, потом… потом она увидела, как крутанулся X-wing, как понесся к ним лазерный дождь, Рей потянула Роуз за собой, туда, к рощице.       - Что стоите? – рыкнула Рей рыцарям.       Бежать по колено в снегу было тяжело. Позади них уже взрывались разряды, звон металла, шипение охлажденного лазера, крики. Роуз ничего не понимала, а рядом с ней вдруг ударил лазерный луч, обдав горячей волной, Наат прыгнул, отталкивая Роуз, та закричала. Рей успела заметить, как завис в воздухе сине-зеленый заряд, но Ло дернул ее вниз, и она полетела прямо в снег.       И все стихло, нападавшие ушли так же внезапно, как и появились. Роуз поднялась, оттолкнув Наата, и направилась к площадке, где дымились два подбитых и покореженных АТ- SТ, снег был черно-оплавленным, а там, где стояли трое штурмовиков, которые выводили их из пещеры, только три трупа, так и державшие еще в руках огнеметы. Сожженные меддроиды, двое медиков, один еще шевелился, ему уже оказывали помощь. И красное на белом. Тико смотрела на эту картину, написанную смертью, и тихо плакала, прижимая ладони к губам.       - Не надо, Роуз, идем, - Рей сама старалась не смотреть на то, что открылось глазам после налета. Дэмерон был отличным стрелком. Да и тот, второй… Кто?       - Это наши? – каким-то замороженным шепотом спросила Тико, не отводя взгляда от крови на снегу.       - Да, - кивнула Рей, а в душе зарождалось что-то мрачное, какие-то темные клубы сверкали изнутри короткими разрядами молний, заволакивали ее сознание, ее радость, ее ожидание… Ее… Свет?       Она не совсем понимала, что с ней. Сейчас, когда осознала, что только что те, кого она считала своими друзьями, почти убили их, нет, не так. Они убили! Вот так, налетели и убили, не ее, других. И когда-то она сама вскрикивала от восторга, когда попадала в цель! Она содрогнулась от самой себя прежней. Лея. Она прилетела несколько минут назад, и… мусорщица развернулась и пошла туда, где стояли Кайло и Лея. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее.       - Почему твои хваленые сенсоры на флагмане не определили цели еще в коридоре? – спросила гранд-адмирал Хакса, - почему они выскочили прямо у границы атмосферы, а твое дежурное звено оказалось слепым? Почему они не успели поставить щиты от ионных пушек? Да и твои офицеры тоже! Пока они поднимали стойки с истребителями, эти бандиты успели нанести удар и уйти!       - Сенсоры ни при чем, - ответил Хакс, - просто у кое-кого оказались очень талантливые девушки, которые могут вот просто на ровном месте рассчитать перегородки выхода ионного следа, вводя сенсоры в заблуждение. И этот след не читается до момента, пока противник не окажется уже в зоне видимости. Ведь так, генерал Органа? – Армитаж повернулся к Лее, - ваши люди успели переформатировать перегородки на «Скрипеях»? Или вы ничего не знали?       - Я знала о той технологии, которую придумала Роуз, но она была использована на транспортниках, генерал, которые вы так удачно уничтожали в космосе, прекрасно зная, что на них нет вооружения, и они не смогут ответить. Там были только люди.       - Вооруженные люди, заметьте, отнюдь не беженцы и не члены благотворительной миссии КАДАРГО. И эти самые люди только что уничтожили планету и два миллиона человек. Половина из которых – это ученые и их семьи.       Хакс смотрел колючим и злым взглядом, а Лея возмущенным и сердитым.       Кайло ждал, поглядывая на комлинк. Две минуты. Долго. Когда вызов все же замигал желтым индикатором, он выслушал.       - Один ударный и два истребителя. – сказал Рен, посмотрев не на своих командующих, а на Лею, - мы захватили их, раскинув лучи на их пути в гиперпространство. Как видишь, твои бойцы не все просчитали.       Его тон был спокоен, но Органа, подняв на него взгляд, тут же закрыла глаза. Вот оно. То, чего она так страшилась, то, чего опасался Люк, то, что завладело им… Прямо за его плечами, в Силе, чернильным мраком мерцала Тьма. Он сдерживал себя, Лея чувствовала, но этот поток удерживаемой ярости… сколько он еще сможет обуздывать ее? Они захватили притягивающими лучами ее ребят, не дав им преодолеть силу гравитации планеты, они не успели прыгнуть. Кто? Дэмерон? Иматт? Кайло не оставит их в живых. Нет. После всего, что они тут наворотили? На базе Ордена, едва не уничтожив самого Верховного Лидера и … и ее?       Слоун вызывала спидеры, Хакс отдавал распоряжения кому-то из офицеров, там, на площадке, еще дымились искореженные техника и сам снег, и черные тени прыгали в багряно-желтом отсвете пожаров за рощицей. Все напрасно теперь? То, что с навикомпа яхты снимут все данные о маршрутах передвижения корабля, Лея не сомневалась, но рассчитывала, что ее разговор с Беном не только отсрочит визит Первого Ордена на Азбриан, но и оставит надежду на свободу всем выжившим. Теперь… Теперь нет. Уже нет. Если бы она сказала, куда летит… Они бы не посмели. Нанесли бы удар в другом месте? Что бы изменилось? Зачем? Вдохновились рассказами Финна? Словно все уже решено и Лея уцепится за ультимативное предложение только для того, чтобы снова развязать войну? Глупцы. Совершенно не понимают, что даже с флотом и кредитами, они все равно проиграют. И не потому, что у Первого Ордена сейчас этих кораблей все равно больше. Потому что их не поддержат. А это главное. Они проиграли раз, на Крэйте. Лея наивно полагала, что молчание союзников временное, она считала, что стоит им всем узнать, что они живы и горят желанием продолжить борьбу, и тут же тысячи добровольцев вступят в ряды Сопротивления, и оно возродиться небывалой силой! Ее вера в то, что за Республику поднимутся тысячи миров, оказалась тщетной. Не так уж популярна была Республика, как казалось Органе. Ее восторг и восхищение разделяли далеко не все. После уничтожения Звезды Смерти Галактика содрогнулась от возмущения и восстала против тирании и жестокости Империи. Не испугалась. Уничтожение Хосниан почему-то не возымело того же эффекта. Вместо этого ее сын предложил Галактике то, что заставило миры плюнуть на демократию и всяческие свободы. Мецетти и К предлагают войну, чтобы снова сделать тоже самое? Снова Сенат, нужные представители в этом сенате, снова коррупция, грызня во фракциях и миллион мнений. У Первого Ордена мнение одно, и оно дает свои плоды. С ним соглашаются без грызни и дебатов. Разве это нужно Галактике? Получается, что, да. Негодяям Вандорнам с их тысячелетними традициями выращивания первоклассных рабов не удастся убедить Орден в том, что они не попадают под жесткие определения закона. И Бен не станет посылать комиссии и подкомиссии, а потом устраивать дебаты и выносить резолюции. Бизнесу Вандорнов придет конец. И Мецетти он не позволит иметь свои линейные крейсеры и терроризировать сектор Тапани, откусывая себе столько, сколько хочется. И «Дальним мирам»…       - Я так понимаю, генерал, - сказал Верховный Лидер, - что ваши подчиненные действуют совершенно самостоятельно?       - Ты казнишь их, Бен? – очень тихо спросила Лея вместо ответа.       - А что бы сделали вы и ваши радетели за справедливость, случись это на ВАШЕЙ базе? Вы не возразили мне по поводу моего мнения о пленных, так?       - Двое перешли на нашу сторону…       - Правда? Вот прямо так, с проклятиями Первому Ордену и перешли? А третий?       - Третий погиб…       Кайло уже обернулся, а Лея замолчала на полуслове, устремив взгляд на Рей. Что это? В душе принцессы словно лопнула струна, отдавшись болезненным звоном, заглушая все звуки. Только звенело, звенело надрывно и нудно, на одной ноте.       Девушка словно и не увидела, как Кайло шагнул ей навстречу, подходя к принцессе с каким-то диким огнем в глазах, где кипело негодование вперемешку с гневом, а за ее плечами темными непроницаемыми крыльями металась Тьма.       - Вы так долго внушали мне, что Бен - зло, вы так много рассуждали об искуплении! Вы постоянно твердили, что он должен перейти на Светлую Сторону, тогда только это искупление возможно, через его жертву во благо добра и света. Это ваш Свет? Это ваше добро? Это ваша Светлая Сторона? Почему гибель миллионов не требует искупления от вас? Потому что вы считаете, что выбранное вами есть истина? Те миллионы, миллиарды, кто поддерживал Империю – их жизни ничтожны, да? Во имя справедливости? Бен не совершил и стотысячной доли того, что вы. Гарм Иблис спросил тогда, сколько крови на ваших руках? Имперцы убивали, вы тоже убивали, в чем разница? Вы так восхищаетесь Дэмероном! Он для вас и есть идеал сына, да? Правильный? Вот такой вам нужен? – Рей указала рукой в сторону площадки, где сейчас забирали трупы солдат. - Сколько жизней на его счету? Для По, значит, искупление не нужно? Потому что он убивает правильно! А Бен достоин быть уничтоженным, потому что не на вашей стороне? Все это время кто-то выбирал за него! Вы, когда отправили его к Люку, Люк, когда пытался убить его, Сноук, используя его. Только сейчас, когда он сделал свой выбор, вы решились убить его? Ответьте честно!       Однажды Лея уже видела и чувствовала нечто подобное. С таким же гневом и отчаянной решимостью Винтер бросалась, защищая своего Тайко. Что это? Слова Рей хлестали, как хвост ворн-тигра, впиваясь острыми шипами. И ранили, глубоко и больно. И она была права… Лея не перебивала Рей, не отводила взгляда, принимая и ее негодование, и волны ее Силы, бившие не слабее горьких слов.       Кайло не мог поверить, что это Рей говорит все эти слова. Кому, Лее? Сейчас его ярость померкла в клубящихся потоках ее возмущения, боли и настоящего гнева. Вся ее обличительная речь как прорванная плотина, через взорванные створы которой неудержимо несется долго сдерживаемая кипящая масса ее эмоций. Она говорит прерывисто, глотая слезы, выплескивая все, что накопилось. Она… защищает его?       «Рей», - тихо говорит Кайло, касаясь ее оголенного, как электропровод сознания, - «это не Лея…»       Мусорщица вдруг замолкает, дыша тяжело и со всхлипом, а в глазах гнев сменяют горечь и страдание.       - Ответьте…- почти шепчет Рей, сжимая дрожащие губы, но слезы все равно наполняют глаза и катятся, катятся так быстро, что она не успевает вытереть их, и они капают на ее куртку, растапливая налипшие снежинки мокрыми пятнышками.       А Лея подходит к ней и вдруг обнимает девушку, прижимаясь своей щекой к ее щеке.       - Ты права, Рей, никакой разницы в убийствах нет. И я больше не хочу никакой войны. И я прилетела сюда, чтобы спасти Бена, а не убить его. Они не знали, куда я отправилась, решили повоевать сами. А ты? Ты решила перейти на Темную сторону? Я вижу…       - Светлая Сторона и Темная – это две крайности, они одинаково далеки от равновесия, Сила стремится к равновесию, помогая и темным и светлым. А если не будет никакой вражды?       - Это он тебе внушил такие мысли? – Лея чуть склонила голову в сторону Кайло, который отошел в сторону и сейчас что-то говорил в комлинк.       - Нет! – Рей уже не плакала, она отстранилась от принцессы и сказала, - Это мысли Люка. Я нашла его дневник на Ак-То!       - Этого не может быть…- прошептала пораженная Лея.       - Это так! И много чего еще! То, что привело бы вас в ужас, а на самом деле – правда. И у меня больше нет книг. Они сгорели вместе с Соколом, на Крэйте. Бен единственный, кто сможет мне помочь познать Силу. Нас только двое. Поэтому я здесь.       - Роуз?       - Да.       - Не хочет меня видеть?       - Не может. Она… - Рей обернулась, всматриваясь в темноту. Снег уже не падал сплошной белой стеной, теперь только крупные белые хлопья слетали с ночного неба, а там, возле рощи… - те штурмовики, которых убили сейчас… они только что вытащили нас, спасли от смерти в пещерах. Она видела их кровь и их мертвые тела. Думает, что это вы приказали…       - Она ушла из-за Финна?       - Не только это, - Рей помолчала, - Роуз не выносит жестокости и, наверное, понимает, что что-то уже совсем не так. Совсем.       - Она ненавидела Первый Орден! Что же теперь?       - Я не знаю, - Рей посмотрела на Лею, - простите меня… Вы считаете, что мы предательницы?       - Нет! Все правильно, Рей, - вздохнула Лея, - все правильно… тебе нужно понять себя.       Гранд-адмирал наблюдала за Рей и Леей со стороны, успевая контролировать все действия здесь и там, за границей территории базы Рен. Хакс выслушивал то, что докладывали подчиненные, определяя их дальнейшие действия.       - Пора посмотреть на этих героев, генерал, - сказала Рэй Слоун, когда увидела, несколько лэндспидеров за створами ворот.       - Пожалуй, стоит взглянуть, - согласился Хакс, - думаете, Верховный Лидер пригласит генерала Органу составить нам компанию?       - Думаю, да, – ответила Слоун, видя, как Кайло подошел к матери и Рей.       - Арми…таж…- раздалось позади гранд-адмирала, она повернулась, Хакс застыл и обернулся.       Роуз Тико стояла снова без капюшона, пряча руки в карманы куртки.       - Вы мне нужны, - почему-то твердо сказала Тико и упрямо вздернула подбородок.       Хакс посмотрел на Слоун и хотел объяснить, что в данный момент он исполняет свои обязанности, что в свете последних неприятных событий…       - Вот видите, генерал, вы нужны здесь! – Слоун была серьезна, - нужно же выяснить причину такой смелой просьбы.       - Но…       - Добивающий и так заждался вас. Вы еще не забыли, куда вам предстоит отправиться? Пленные никуда не денутся, да и Верховный Лидер не станет спешить с вынесением приговора, уж поверьте.       И она направилась к лэндспидерам, кивнув Ири, которая в несколько растрепанном виде после налета Сопротивления, ожидала Лею.       Хакс смотрел на Роуз, отмечая ее покрасневшие глаза и припухлый носик.       - Ты плакала, – констатировал Хакс.       - Мне нужно что-то сказать вам… - Роуз помялась немного, опустив взгляд, но потом смело шагнула к генералу:       - Вы ведь знаете теперь, как наши… смогли обмануть сенсоры…       - Знаю, - Хакс видел, что она колеблется, не торопил. Внутри звучали штук десять гасанских струнных барабанов, потому что с ней ничего не случилось. Он видел, как Рей тащила ее к роще, видел, как кто-то из Рен оттолкнул ее, повалив в снег, подумал, что еще выяснит, кто этот прыткий, но был безмерно удивлен, что она подошла, невзирая на присутствие гранд-адмирала, и не менее был удивлен, как отреагировала Слоун на просьбу Тико.       - Если вы мне поможете… если вы мне поможете, то я попробую просчитать варианты … чтобы вы потом могли … - Роуз подошла к Хаксу на расстоянии шага, подняла голову и уже уверенно сказала, - я не хочу, чтобы опять убивали кого-то, вот так, не в бою, понимаете?       - Даже, если это ваши борцы за справедливость? – Хакс спросил это без язвительности, присущей ему в разговорах с Роуз о Сопротивлении.       - Это не борьба, - ответила Роуз, - это неправильно.       - Это вполне себе прекрасно просчитанная операция, Тико, - не согласился генерал, - мы все еще в состоянии войны именно с Сопротивлением, а там – ваши друзья и идейные вдохновители.       - Не надо … так, - Роуз опустила голову, и Хаксу был виден ровный пробор на ее влажных от снега волосах. - Я хочу помочь…       - Хорошо, - он еле сдерживался, чтобы не погладить ее по голове, даже руки завел за спину.       - Вы же скоро вернетесь? – Роуз всматривалась в его глаза.       - Надеюсь. Если те, за кем мы охотимся, не распылят нас на атомы раньше.       - Звуковое оружие? – Роуз нахмурилась, - но оно давно запрещено! И я знаю, что раньше оно не было таким … катастро…катаст...ро       - Катастрофическим?       - Да.       - С тех пор модифицировали. Радикально. На пограничных с Диким пространством планетах кто-то постоянно нападает на небольшие поселения и уничтожает всех. А вот наши гарнизоны не трогают. Ни свидетелей, ни фиксации сенсоров и сканеров.       - Это маскировочные устройства, на корабле и индивидуальные, я много читала о разных видах, знаете ли! И мы использовали… - она замолчала.       - Ну, договаривай. Вы использовали такое устройство на Ди,Куаре?       - Да. Только наземное. А есть те генераторы, что устанавливаются на кораблях, и был такой корабль, только в одном экземпляре, его вообще не видно нигде, только потом куда-то исчез.       - Вот что… Роуз, - Хакс помолчал, - мне нужно идти, а когда я вернусь, мы с тобой… обязательно поговорим, ты расскажешь мне все, что знаешь, что ты там где-то читала, а я поделюсь тем, что удастся узнать. И мы решим… - он посмотрел на дисплей комлинка, времени совсем нет… совсем, а ему так почему-то хочется, чтобы у него было время, хоть немного еще…       - Я подожду, - кивнула Роуз.       - Только, Тико, ты уж постарайся не влезть куда-нибудь еще. Пиллио большая, если вдруг мусорщице захочется, да мало ли что, ты подумай о том, что я могу и не успеть. И надень капюшон! – строго сказал Хакс, делая это сам, по привычке уже, наверное.       Роуз вздохнула, смотря, как ее враг направляется к лэндспидеру, и подумала, что он противный не всегда. Иногда не противный вовсе. И что почему-то она не злится на него… уже. И почему-то… Роуз покраснела и откинула капюшон, посмотрев вверх, в темное и мутно-белесое от снежных облаков небо Пиллио.        - Мне нужно увидеть их, - решительно сказала Лея Кайло.       Он думал об этом, не мог решить, стоит ли генералу Органе устраивать свидание с арестованными?       - Корабли мы забираем. Пилотов и стрелков пока я оставлю здесь.       - Мне нужно их видеть, Бен!       Он встретился взглядом с Рей:       «Ты казнишь их?»       «Они совершили вооруженное нападение, убив моих людей, ты видела. Все это время я не предпринимал тщательных поисков Сопротивления. Если бы хотел, нашел бы».       «Я знаю. Просто бы увидел все моими глазами?»       «Да».       «Не надо, Бен, прошу тебя, кто-то должен остановиться».       «Считаешь, что это я? Где они нанесут удар в следующий раз? Ты знаешь? Сколько погибнет еще? Скольких возьмут в плен?»       Он заметил, как она вздрогнула при упоминании пленных.       «Но я обещаю, что не стану решать это сейчас… Рей… Ты так и не активировала клинок».       «Я хотела, что бы ты тоже… Ты ведь вернешься?»       «Надеюсь».       Его взгляд касается ее так бережно, обнимая лицо, плечи, притягивая и утешая.       Он летел с Гризмальта, впервые не прерывая связь с ней, чувствуя то, что чувствовала она, и, видя то, что видела она. Это состояние… присутствия, ни с чем несравнимое, когда ты далеко и ты рядом. Ее волнение и ликование, и ее радость, что он с ней. И тешил себя надеждой на встречу. Надо же, не с горечью и болью думал, с радостью. Только встреча, как всегда впрочем, состоялась не совсем так, как он представлял. Почему-то кто-то или что-то постоянно вмешиваются в течение времени, соединявшее их. То люди, то обстоятельства. Остыла. Совсем, после своей гневной речи. Мгновенно вспыхивает, зажигаясь ярко и горячо, мгновенно останавливается. То, что она говорила Лее… пылающая Рей.       Ах, как же ей хотелось, чтобы никого, совершенно никого не было сейчас, чтобы все исчезли вдруг. Чтобы только он в этом белом мареве. Только минуты, секунды, которые таяли, как снежинки на его лице, исчезая уже в прошлом. И все сейчас кажется таким зыбким и призрачным, и она совсем не знает, что будет дальше. А будет? В неспокойном мире ее души становится тихо, когда он рядом. Непривычно и тревожно. Такая тишина перед грозой или ураганом. Ведь так? Она не колебалась, когда шагнула к нему, чувствуя то, что творилось в его душе перед встречей с Леей. Она не колебалась, когда высказывала все, что собиралось в ее душе долгие шесть месяцев. Такие теплые волны Силы перетекают от него к ней. И обещание в его взгляде, заставившее съежиться сердце, и тут же раскрыться, как чаша мерликта перед дождем, чтобы собрать в свои лепестки долгожданную влагу, дарящую жизнь под палящим солнцем пустыни.       Они говорят о насущном, а он хочет услышать то, что она не успела сказать: «Однажды ты проснешься…». Все, что он хотел в это мгновение, прикоснуться к ее губам, но не мог. Так много лишних глаз…       Офицер снова подал руку, помогая Лее, Ири уже ожидала, включая двигатель, но Принцесса, расправив голубовато-белый мех, кинула быстрый взгляд на Бена. Ее не смутила эмоциональная речь Рей, что-то такое генерал и предполагала после ее исчезновения. Рей была способна задать себе и другим сотню неудобных вопросов и найти ответ, не разукрашивая реальность цветными красками, пытаясь замазать грязь. А грязь была. Лея это знала. Но война… Война! Когда есть или друзья, или враги! Если ты не со мной, то ты враг! Рей этого не понимала. Ей не знакомы компромиссы, стратегия, союзники. Только да или нет. И она никогда не стала бы вести тонкой политической игры, лавируя между мнениями, склоняя кого-то на свою сторону в надежде использовать в своих интересах. Тут Лея совершила ошибку, решив, что ненависть Рей к Первому Ордену затмит все остальное, оставив только жажду уничтожения этого зла. Оказалось, все не так. Как она очутилась здесь? И бросилась, пылая так искренне, обличая и упрекая, она защищала Бена? Нет! Она защищала Кайло! Два носителя силы, двое Владеющих Силой на Темной Стороне? Это конец. Он обучит ее, и…       Принцесса не смогла оторваться. Их двое, а Сила одна, окружавшая их густым, плотным и ровным свечением. И между ними не было никакого разделения энергии, не было никакой Тьмы, только Сила! Лея была поражена и озадачена. Всего несколько минут назад она ВИДЕЛА то, что клубилось в Силе обоих, напитывая ее волны темным и тяжелым, видела, какой шторм из негативных эмоций бушевал в сознании каждого. А теперь это свечение, насыщенного и теплого золотистого цвета. Разве это возможно, чтобы носители Силы так легко меняли Сторону Силы? Или… они и не меняли ее вовсе?       Тюремный изолятор от налета не пострадал. Сопротивление ударило в Учебный Центр, где, по случаю позднего времени, почти никого не было. Но это «почти», в количестве восьми душ, сейчас лежало на снегу, и снежинки, ложась на тела, уже не таяли, так и оставаясь белым пухом. Вторая пара ракет разнесла ремонтную базу. Мертвых техников, копавшихся в двигателях десантных модулей, оказалось пятеро. Остальные отделались незначительными ранениями. Почему пилоты «Скрипей» не ударили в командный модуль, стоявший совсем рядом с Учебным центром, еще предстояло узнать, как и многое другое.       Лея абсолютно спокойно и без опаски вошла вслед за гранд-адмиралом и Кайло в камеру, где находились ее пилоты.       Теммин и Кари стояли, обнявшись. Седрик смотрел исподлобья, один его глаз заплыл от удара, а у Тона на скуле алел явный след чьего-то кулака. Нодин даже не повернулся, усевшись на откидное сиденье и положив нога на ногу.       Кари, завидев Лею, охнула. Нодин перестал разглядывать серый потолок и обернулся, тут же вскочив, и по привычке расправил плечи перед генералом. Зэй стояла, впившись взглядом в Кайло, и руки за ее спиной сжимались в кулаки. Она перевела глаза на Лею и свела брови. Только Теммин был относительно бесстрастен, усмехнувшись в аккуратную бородку.       - Удивлены? – спросила Лея, отстраняя Рэй Слоун и подходя ближе.       - Мы не ожидали, что вы за нашей спиной наносите визиты в Первый Орден, - с вызовом сказала Зэй.       - А тебе и не надо ничего ожидать, - обратилась к ней Лея, - теперь вот я не знаю, что ожидает вас. – она прошлась и, останавливаясь у каждого из бойцов, заглядывала им в глаза.       - Вы, видимо, горды и довольны? – констатировала генерал, - готовы героически держаться, когда вас будут расстреливать? Это нормально. Один вопрос, ЗАЧЕМ вы это сделали? Какие цели преследовали? Ну!       - Пока мы там сидим…- начал Седрик и подергал заплывшим глазом, - Галактика считает, что Сопротивление уничтожено.       - А это не так, - вдруг сказал Верховный Лидер, - по вашему убеждению самих себя. Поэтому вы решили шумно прокатиться на угнанных «Скрипеях», чтобы попасть в новостные ленты. Вас задевает, что Галактике нет дела до вашей воинской славы?       Арестованные молчали.       - Могу вас разочаровать еще больше. Галактике вообще нет до вас никакого дела. И не будет, это я обещаю.       Лея вздрогнула от его тона. Внешне он оставался невозмутим, но тот нюанс, что проскользнул в этом «обещаю»…       - Теммин и Кари… Значит, вместе с Дэмероном стреляли вы, - Лея посмотрела на Седрика, потом на Тона.       - Ну, мы! – ухмыльнувшись, сказал Тон, - попали?       - Попали, - сказал Лея и дала ему пощечину за наглость.       Она не поворачивалась, ощущала, как вибрирует Сила вокруг, он тянется к мечу… Лея обернулась, встретившись со взглядом Кайло, устремленным на Тона, и в этом взгляде светилось сейчас нечто зловещее, отблесками сдерживаемого гнева.       - Идем, - сказала Лея сыну, - мне нужно кое-что рассказать тебе.       Рэй Слоун холодно улыбнулась, глядя на Теммина.       - Надо же, - вдруг сказала гранд-адмирал, - ты стал похож на стугора, такой же большой и толстый.       - Я не толстый, - ответил Теммин, - я просто такой крупный.       - А был такой худосочный и трусливый, – Рэй Слоун растянула губы в ледяной улыбке, - и этот мальчик, который трясся от страха и сдал мне всех храбрых мятежников, теперь герой Новой Республики. Вот что значит вовремя быть сломленным своей матерью.       Рэй посмотрела на Лею:       - Он так не хотел участвовать во всех этих миссиях, заговорах, убийствах и охотах на имперцев. Но мама сказала «Надо», простив чадо после предательства. Да и команду собрала что надо. Не так ли, Лея? Алкоголик со стажем, который только сам за себя, трус и дезертир, садист по призванию, бывший офицер лояльности, на счету которого пытки, изнасилования и убийства, Синджар Рат. Охотница за головами, которая за кредиты расчленит и доставит заказчику хоть свое собственное дитя, некая Джес Эмари. Подросток, которого вынудили присоединиться к Альянсу, уговаривая поисками отца, ну, и сама Норра, конечно, железная женщина, рука которой не дрогнула ни разу, расстреливая поселения на имперских планетах. Правда, повздорила с адмиралом Акбаром и отказалась от звания лейтенанта Новой Республики, когда тот не заплатил ни кредита за пойманных офицеров Империи. О, да! А тех, кого пытали по системе ИББ, кого убила эта чудесная команда, боюсь, не сосчитать. А вы, Лея, все вспоминаете имперских инквизиторов? Куда им до алкогольного дурмана, в котором герой Синджар Рат ломал пальцы, руки, ноги и вырывал внутренности, требуя нужную информацию. Даже грозного Ташу Синджар превратил в рыдающего и трясущегося старика.       Лея бледнела, Кайло пытался справиться с собой, а Теммин все больше походил на разъяренного гаткарра, налившись краснотой и злостью.       - Это не этого ли героя Республики, палача и убийцу так приблизила к себе Мон Мотма, отметив его способности и поручая ему конфиденциальные дела? А? И как поживает ваша подруга, генерал? Единомышленница. Тоже преданная идеалам свободы и равенства, которой все равно, кого убивать, если они не поддерживают Республику? Как там Норра Уэксли, все так же непримирима к врагам Республики? Все, кто не с вами, должны умереть? Надежные кадры, проверенные. О! Не трудись, Теммин, я помню, что твоя мать спасла нас на Джакку, но тогда мы все оказались в одной лодке. Однако, мы квиты. Я тоже кое-что смогла сделать и для вас, и для Галактики, чтобы эта Джакку не взлетела на воздух. Теперь ты решил покусывать Первый Орден вместе с женой? – Рэй Слоун посмотрела на Кари, отметив ожесточение в глубоких темных глазах.       - Вы пытаетесь обвинить Республику или меня? – спросила Органа.       - Никого. Не имеет смысла, таких героев в Сопротивлении каждый второй. Торговцы оружием, перевозчики наркотиков, воры, шантажисты, ну, и так далее. Главное, все они приверженцы ваших идеалов, генерал Органа, добра и справедливости. Просто констатирую факты, для себя. Как видите, жизнь такая штука, что все сплетается в один клубок. Убийцы, преступники, дезертиры, предатели, подруги и друзья, а ты стоишь и не знаешь, какой сюрприз ждет тебя за другим поворотом.       Рэй подошла к Зэй Версио:       - Ты ведь не просто так взорвала два ТIE, да? Пиллио - твоя боль? А Кайло, который передал твоего отца Хаску, личный враг? Гидеон, конечно, сволочь еще та, я тебя понимаю, но он сделал то, что сделал бы каждый – казнил предателя. А ты, значит, не по идеологическим соображениям убиваешь. Тут личное. А, знаешь, у Хаска тоже было личное. Республиканцы у него на глазах убили его родителей. И он пошел служить Империи. И служил! Так что этот клубок из прошлого все больше переплетается именно на Пиллио. Но, это был твой последний боевой вылет, Зэй Версио. Это уже я тебе обещаю. – улыбка исчезла с лица гранд-адмирала, а у храброй Зэй громко стукнуло в висках, потому что казавшиеся такими рассеянно-добрыми, все в лучиках морщинок глаза Слоун, вдруг превратились в два куска льда.       Лея, коротко взглянув на своих пилотов, вышла из камеры, не сказав больше ничего и не оборачиваясь. То, что она хотела предложить Бену, мир и отказ от преследования всех членов Сопротивления, теперь, после всего, что эти члены наворотили тут, на Пиллио, оказалось проблематичным. Рэй Слоун, как и все, не преминула напомнить Лее Органе то, что было нелицеприятным фактом прошлого. А если бы гранд-адмирал знала, как Норра прорвалась к ней в кабинет и кричала, что Республике наплевать на своих генералов, потому что никто не желает поднять задницу, чтобы спасти Хана Соло, то уж не преминула бы уколоть Лею побольнее. Это хорошо, что Рей здесь не было, а Кайло молчал, Лея передернула плечами, только представив, что Рей услышала о Синджаре Рате. Да, все было правдой, и охота на имперцев, и крайняя жестокость, и пытки, и алкоголизм, и то, что Мон Мотма приблизила его настолько, что давала ему отдельные поручения, о которых даже Лея ничего не знала. И он – герой. Правда, тосковавший по своему партнеру, бросившему свое увлечение охотой за головами и отправившемуся на Чандрилу, чтобы теперь спокойно жить с любимым человеком. Надо же, даже Синджар способен кого-то любить?       Одного Лея не знала. Рей не было в камере, но она слышала все, потому что Кайло не ставил щиты, считая, что Рей должна знать, что ответят ее друзья. А вместо них кое-что рассказала гранд-адмирал.       - Вчера Вандорны, Мецетти, «Дальние миры» и Бискейн, - Лея помолчала, но, все же добавила, - в присутствии Чагоса Харста из «Инкома», предложили мне корабли, кредиты и базы, чтобы Сопротивление вступило в открытую войну с Первым Орденом. У Мецетти, насколько я знаю, их Палата по расследованию имела своих агентов даже в Имперском бюро расследований, то, что и у тебя есть их шпионы, даже не сомневаюсь. Их первой задачей будет обезглавить Первый Орден. Кто-то даст информацию, когда твой Верховный Совет и Высшее командование соберется вместе, не удивлюсь, если команда ликвидаторов уже готова, и они ждут удобного случая. И это будет скоро, они не станут ждать, пока твое новое государство наберет силу. Если я откажусь, они найдут кого-то другого, тоже… популярную личность.       - Легендарного борца с имперским ужасом?       - Пусть так. Думаю, соединив свои флоты и возможности, они способны нанести, если не сокрушительный, то грозный удар. И считаю, что обязательно обратятся к криминальным лордам, картелям и гильдии работорговцев. Если уже не обратились, просто умолчали. Их тактика хорошо известна, корабли в гиперпространстве, базы, гарнизоны.       - Так в чем дело, мама, это же то, что ты хотела! Это твой шанс! Покончить с Первым Орденом, ну, и со мной, заодно. И снова провозгласить Республику, и стать, наконец, канцлером, так?       Лея подошла к Кайло, прищурив глаза и качая головой:       - Бен, Бен, ты несносен, как и твой отец! Я НЕ ХОЧУ, чтобы все эти Вандорны и Мецетти, прикрываясь Республикой, снова творили то, что и сто, и тысячу лет назад. Я НЕ ХОЧУ больше войны.       - А что же ты хочешь, мама? Вся твоя жизнь была подчинена …       - Я хочу Бен, - Лея вдруг улыбнулась, сразу снимая напряжение, практически искрившее в Силе между ними, - чтобы у меня родился внук… или внучка, мне все равно.       И она положила руки ему на грудь, глядя в глаза, отмечая все, что он не смог спрятать от ее неожиданного признания. И смятение, и какую-то растерянность, полнейшее замешательство и там, в глубине глаз, на дне темных зеркал, как отражение души, печаль и …надежду…       - Она так яростно набросилась на меня, - тихо сказала Лея, - это не похоже на простое возмущение, поверь мне.       Кайло не мог найти слов, молчал. Он не собирался раскрывать перед Леей свою душу и уж тем более не собирался говорить о каких-либо личных чувствах.       - И не говори, - согласилась Лея, - я видела вас… в Силе. Эта ваша Связь… ведь не просто так. Что произошло в тот день, когда твои пилоты разнесли Сокол? Скажи мне, Бен, я же чувствовала, что-то… страшное…       - Очередное покушение. Я не погиб, потому что остановился, увидел ее там, на Крэйте. Она была… очень тяжело ранена.       - А ты?       Он чуть усмехнулся:       - Порядочно.       - Ты нес ее на руках, по самому края обрыва.       Кайло бросил на мать тревожный взгляд.       - Я видела, сын. И ты перешел пропасть. Значит…       - Нет никого, кто бы дал нам знания. У меня есть то, что осталось еще в Галактике, есть звездный компас Люка. И мы постараемся узнать…       - Постарайтесь, - согласилась генерал и снова улыбнулась.       Потом отошла назад и спросила, уже совсем другим тоном:       - Ты не отпустишь их?       - Я не решил. Сначала разберусь с этими предприимчивыми господами и их флотами…       - Мне нужно чем-то поддержать всех, кто задаст вопросы, Бен. Моих ребят.       - Твои ребята, мама… Я не буду их преследовать, если они не станут воевать. И, на твоем месте, я бы вернул яхту. Например, оставил бы ее на какой-нибудь посадочной платформе, в каком-нибудь космопорте. Она в розыске, как понимаешь.       - Ты прав, - согласилась Лея, - но Сокола больше нет.       Он опустил взгляд, потому что невидимой иглой вонзилось в сердце воспоминание. Старкиллер, снег, кабина старого кореллианца, и глаза отца…       - Ты не один, Бен, - сказала Лея и пошла вслед за Ири к роскошной яхте типа «Вершина».       Гранд-адмирал, проводив принцессу Органа взглядом, повернулась к Верховному Лидеру:       - Мне остановить Хакса?       - Нет. Как думаете, не стоит откладывать визит?       - Не стоит. Мецетти или «Дальние миры»?       - Мецетти. В секторе Тапани у нас тоже есть свой интерес.       - Переговоры?       - Сначала их флот, национализация их головных компаний в Центральных мирах, их мир престола Обулетт, потом говорить будем.       - Это захват, Рен.       - Я знаю. У меня есть основания для этого. Одну эскадру к Вандорнам, пусть тряханут их как следует. Юристов туда, пусть зафиксируют этот наследственный бизнес и его соответствие закону. Империя уже один раз наказывала Инком, не так ли?       - Было, - кивнула адмирал, - после того, как они поставили новые истребители Альянсу.       - Фрезия, адмирал. Помнится, Хакс съязвил по поводу Инкома. Сама планета входит в Первый Орден, а турболазеры полигона Инкома направлены на Первый Орден. Я хочу, чтобы эти турболазеры защищали испытательный полигон кораблестроительной корпорации, которая тоже принадлежит Первому Ордену. Новой Республики нет, им не для кого больше клепать свои крестокрылы.       - У них есть интересные разработки.       - Вот и прекрасно. Пусть разрабатывают на благо нового государства. Ни к конструкторам, ни к инженерам, ни к рабочим перемена принадлежности отношения не имеет. Меня интересует Чаргос Харст. И все, что у него в мозгах. Если они снова предложили себя в качестве поставщика истребителей, значит эти истребители найти.       - Я так и думала.       - А Бискейн и «Дальние миры» оставим на закуску. Одни они не высунутся. Линейные крейсеры есть только у Мецетти.       - Когда мы отправляемся?       - Как только вы будете готовы.       Слоун взяла паузу, просчитывая время:       - Мне хватит часа.       Кайло кивнул и направился к выходу.       «У него всего лишь час», - подумала Слоун.       Кайло остановил жестом офицера, садясь в лэндспидер. Звук взлетавшего корабля заставил его застыть на секунду. Нет, сейчас, все пусть подождет! У него целый час!       Роуз ждала Рей, чертя носком сапога какие-то линии на свежем снегу:       - Что тебе сказала Лея? - сразу спросила Тико, заглядывая Рей в лицо.       - Что? Она не сердится, сказала, что я поступила правильно.       - А я?       - Сама ей объяснишь, но, думаю, она поняла.       Тико посмотрела в темноту неба:       - Мне надо… побыть одной, подумать.       - Обратно в Сопротивление?       – Нет! – решительно ответила Роуз.- Больше никакой войны. Никогда.       - Ты иди, - тихо попросила Рей, - я… сейчас… скоро.       Тико еще обернулась, Рей шла к роще, постепенно теряясь в танце снежных хлопьев.       Свет прожекторов, падавший справа от пещеры, точно делил пространство на черное и белое. Рей исчезла на темной половине, там, где спали под снегом сакивовые деревья, причудливо переплетаясь ветвями, сейчас тоже, черно-белые, от падавших густых теней, ложившихся чернильным мраком за широкими стволами и кустарниками сашима.       Роуз вздохнула и пошла в свой модуль. У входа торчал Ло, буравя Роуз синими глазами, в которых сквозило любопытство:       - А эта… Рей, куда?       - А тебе все знать надо?       - Интересно же, че… - Ло посмотрел на Роуз, а потом задумчиво так, в темноту рощи. В свои восемнадцать лет, несмотря на суровые условия существования и жестокость окружающего мира, он все еще не растерял какой-то ребячьей любознательности. Правда, это ребячество напрочь исчезало в бою. Тогда Ло превращался в безжалостного, гибкого, хитрого зверя.       Что с ней? – Рей остановилась среди кругло-белесых стволов сакиво, вдыхая морозный воздух и глядя, как не спеша падают снежинки.       Не она управляет чувствами, они ею! Ее вспышка гнева, как метеорит в атмосфере. Она бросилась с упреками… Лее? Лее!!! А ведь совсем недавно Рей была бы восхищена храбростью и дерзостью По, еще, казалось, вчера, Рей, не раздумывая, сама бы поливала лазерным огнем ненавистного врага и сбивала бы вражеские истребители. Все так и было бы! Сейчас она кидала Лее обвинения, дрожа от возмущения. Мусорщица не могла ответить себе на вопрос, когда началось это переосмысление происходящего вокруг нее. Когда Кайло выступил по Голонету? Когда Иблис хлестал Лею памятью, когда Рей твердила названия планет, приговоренных Альянсом, чтобы захватить заложников на Куате и ЗАСТАВИТЬ их работать на Альянс?       То, что она услышала прямо сейчас… Рей прикрыла глаза. Нет ни белого, ни черного, есть только твои поступки. Если Кайло такой злодей в представлении всех, то кто тогда те, о ком говорила гранд-адмирал? Все герои Республики? Этот страшный человек, Синджар Рат, он тоже… герой? И По – герой? Конечно. Не для нее теперь. Почему Кайло оказывается прав во всем? Это прошлое, кровавое для всех. Какая разница, как назвать государство, Империя, Республика, если кругом все то же самое?       В этом огромном, открывшемся ей мире, все оказалось не так, как виделось ей сначала.       Абсолютное Зло, совсем не вдруг, конечно, обретало черты обоснованной разумности, а абсолютное Добро - нелицеприятность лжи и бесчестности.       Радетели за светлые идеалы не гнушались попранием своих же провозглашаемых ценностей, а поборники тирании и притеснители свободы наводили законный порядок в том хаосе беззакония, который породила эта свобода.       Рей не могла больше видеть и принимать лицемерность призывов к победе абсолютного Добра. Она могла только поступать по совести, воспринимая теперь только те нравственные оценки, что диктовала Сила, и не ставя под сомнение только власть Силы над собой.       Наверное, Роуз чувствовала нечто подобное, осознавая чутким, добрым и храбрым сердцем, что Кайло решил отказаться от прошлого, чтобы изменить будущее.       Рей прислушивалась к звенящей все громче Нити Уз. В этом покое холода, среди зимней ночи, все горячее толчки сердца в груди. Она покорялась свершившемуся, предчувствуя то, в чем так боялась признаться самой себе, но оно уже жило в ней, закрытое на сотни замков и запечатанное тысячью печатей, закованное в оковы ограничителей. То, что пробудилось не сейчас, нет. Когда? Она гнала от себя эти мысли долгие месяцы, страшась правдивого ответа.       Ло видел, как лэндспидер с Верховным Лидером, подняв снежный вихрь, затормозил на границе светотени, там, у рощи. Эта Рей снова что-то задумала? Младший каштановый напрягся, всматриваясь в силуэт Рена. Алый луч зажегся в ночи, а чуть дальше, золотым свечением, ему ответил другой клинок. Ого! Это ж Рей! Решила, значит, сразиться с магистром? Ло метался между своим желанием посмотреть, и кулаком Нэвина у своего лица. Брат предупредил. Два световых меча перевесили кулак Нэвина. Интересно же, че…       Снова зимний лес и два клинка посреди белой снежной пелены. Вот и замкнулся условный круг. Сейчас только взгляды вместо слов. Она уже другая, и он другой, и то, что между ними…       Кайло начал первым, бросая свой меч в атаку. И ее уверенность в себе, когда она отражает его бросок. Вот как?       Ло осторожно, короткими перебежками, пробирался к месту боя, прячась во мраке теней. Ну, еще чуточку. Да что ж они все отходят и отходят! Младший видел, как взлетают и опускаются, описывают дугу и расчерчивают траекториями темноту два клинка, как скрещиваются, отталкивают друг друга два луча. И слышал, как, шипя, оседают в снегу разлетающиеся искры плазмы. Сначала золотой клинок Рей только отступал, отражая удары. Потом, видимо, разведка окончилась и теперь уже алое пламя меча Рена отражало атаки. И звуки боя. Ровное гудение плазмы световых мечей, а эти двое молчали. Ни ссоры тебе, ни претензий. Зато Сила вокруг вздымалась и накатывала волнами. Чего-то не злятся они, что ли? Ло выглянул и тут же спрятался за стволом сакивого дерева. Рен перестал отступать. Ну все, сейчас он ее… Скрип снега под их ногами, только ровный гул и вибрация клинка, и снопы искр, Ло видел!       В глазах Кайло отсвет двух скрещенных клинков меж ними. Она не уступает, прилагая усилия. Тогда он надавил сильнее. Рей отклоняется назад. Позади нет пропасти, да и земля не вздрагивает под ногами. А она все равно падает в бездонный омут его глаз, гася клинок.       Сначала исчез золотой луч, потом алый. Ло помотал головой и подумал: «Все? Не мог же Рен убить ее так быстро? Или мог? Да, чирканул, наверное, для вразумления. И правильно! Возомнила о себе много!»       Младший каштановый перебежал поближе и высунул голову. Почти ничего не видно, потому что снег снова пошел сильнее. Зато слышно! Как они дышат. Потом он ничего не понял, потому что оторвался от земли, а невидимая рука, сжав горло, тянула его вперед.       - Снова ты? – грозно спросила вполне живая Рей, держа Ло в воздухе. Опустила, и он приземлился в снег, хорошо не на куст сашима, там, все же шипы! Рен взирал молча, пристегивая меч.       - Ты ж не показала, какого цвета клинок! – сказал смело Ло, отряхивая снег со своего плаща.       - А тебе прям все надо знать! – не удержалась Рей.       - Интересно же…       - Собирайтесь все, - неожиданно сказал Рен, - у нас дело.       Ло кинул взгляд на Рей, на Верховного Лидера и подумал, что ему свезло по-крупному, они ж еще не целовались! Да и ну их! И младший исчез в темноте.       Он просто надавил чуть резче, а она поняла, что ее сопротивление сейчас только слепое упрямство. Он все равно сильнее, как бы Рей не храбрилась, ни стискивала в решимости зубы, пытаясь доказать ему, что золотой луч светового меча придает ей мощи. Придает. Уверенности, но не опыта. А призвать на помощь гнев и злость она не могла. Не получалось.       Его устремленность в глазах, и расстояние в ладонь между ними. И сердце мешает, бьется в ребра. Так близко, что можно обжечься об отголосок буйства его чувств. Ее собственные чувства, словно смешивались сейчас в огненном сосуде, где приготавливалась волнительная смесь.       Он погасил клинок. Неужели уступила? Не отблеск плазмы, он в ее глазах. Минута, разлетающаяся на части. Она вскидывает руку, вытаскивая Ло из-за дерева….       Потом поворачивается к нему, когда младший исчезает в ночи:       - Ты ведь снова уйдешь?       - Так надо. – а в висках тикает время. Снова дни и ночи без нее, как бесконечный сон. Все, что ему нужно – она. И мир без нее всего лишь смертельная пустыня.       Вздох еле слышный:       - Возьми меня с собой, Бен, что я тут…       Он качает головой, а по венам, как солнечное вино играет радость. «Возьми меня с собой».       Паутина из мгновений, точно кто-то быстро-быстро прядет серебряные нити. Ее взгляд.       «Что же ты медлишь?»       Снежинка тает на его губах, превращаясь в крохотную капельку воды.       Нестерпимая волна жаром опоясывает грудь, будоража их обоих. Звенит в Силе серебряная ниточка-паутинка. Необходимое мгновение соединяет их пламя, перекрывая дыхание избытком чувств.       Для нее точка отсчета – родинки на его щеке, только сначала – окружить его собой, свивая кольцо своих рук за его плечами, вокруг шеи, а горячие губы скользят по его губам, глотая преображенную снежинку. Зовущие, манящие, обнимая его своей тоской, оставляя на его губах отголоски уже своих ожиданий. И как ему удержать себя в берегах, если желает утонуть в ней?       Он, замерев на выдохе, беря ее лицо в тепло своих ладоней, перехватывает возбужденно горящие губы в свои, обнимая их долгим, благодарным и неистовым поцелуем, снимая печати и разбивая замки на той двери в сознании Рей, где прятала она свои непризнанные чувства.       Река томления разливается приливом, тепло-сочная волна за волной, так весомо бьется в пульсе, и больше невозможно уже по-другому. Он целовал ее так жадно и голодно, она отзывалась сладостью встречных поцелуев.       Начало пути узнавания, уже не страшась соприкосновения, когда она чувствует его под слоями одежды, а волнительная смесь выплескивает из огненного сосуда пылающие брызги, когда так горячо от колен и бедер до груди и плеч. Он пеленал ее в свои объятия, она отзывалась трепетом тела.       Неизбежность невозможного. Сила струилась между ними, закручивая спирали и сжимая кольцами своих потоков. Касание душами и сердца навстречу. Она чувствует, как нарастает его желание, когда он вжимает ее в свои бедра, как твердеет его плоть. Она замирает, а ее тело откликается на его зов, она впервые постигает в себе женщину. Отчего так сладко-больно в сердце? Непридуманные законы языка тела. Как он красив, и темен, и силен. Темный? Почему тогда такой теплый свет в его глазах? Она все это уже знала, только теперь этот тяжелый разворот его плеч так и притягивает ее руки. Осознание его принадлежности ей. Он не станет больше скрывать ничего. Там, на Такодане совсем не понимал, что с ним, просто хотел ее, нежно-свежую, из другого мира, утраченного им давно.       Каждый миг тикающего времени, как глоток вечности. Прикосновением своей души позволить ему быть живым. Она сама не знала, что за неведомая сила копилась в ней так долго, а он сейчас как будто снимал с нее тяжкие оковы, складывая мозаику своих желаний в ее сознании. Так пылко и отчаянно один вопрос в страстности пьянящих губ. Она смутилась, прильнув так доверчиво, словно пряталась от урагана за его плечами, как за стеной. Он станет ее стеной.       Мгновения - серебряные нити рвутся одна за другой, грозя расставанием. В его глазах сияющая бездна, а она прячет удивленный взгляд, боясь поверить тому, что рассказали его губы, и руки, его тело. Тонкий лед от «нельзя» до «можно».       «Я же все равно буду рядом»       Всплеск ее эмоций, а он прячет свою улыбку в ее волосах. Зуммер гудит противно на браслете комлинка.       «Ты не одна».       Теперь лишь то, что хотел сказать, считая ее веснушки лаской прикосновения теплых губ:       «Отдашь свое сердце?»       Такой лучистый свет струится из ее глаз, разгоняя темноту его сомнений. Он коснулся прохладного лба губами, зажигая ее ответ в своем сердце. А ведь они уже знали это, УВИДЕВ друг друга.       - У тебя есть меч, и дроиды, тренируйся.       И он пошел к спидеру, не оглядываясь. А ей сразу же стало холодно. Без него.       Четверо Рен уже ожидали Верховного Лидера, только Ло задержался, столкнувшись с Роуз:       - Уходите? – спросила Роуз с надеждой.       - Уходим! Рен приказал.       - Да? – Роуз нахмурилась, - надо Рей сказать, я знаю, где она.       - Не надо, - твердо ответил Ло, - они с Реном всегда злые, когда кто-то мешает им целоваться… опять.       Роуз оцепенела, отмерла и спросила:       - Как это, целоваться? С Реном? ОПЯТЬ?