Пообещайте мне любовь

Глава 43. Рей чувствовала, как он пытается справиться с собой, ломая волей эти закрученные спирали горькой ярости, загоняя ее за мощные ментальные барьеры, но Сила вокруг вспыхивала кроваво-красными отблесками старой боли. И это боль прошлого, его боль, вырвавшаяся из глубин памяти и вспарывающая сейчас его сознание, как фузионный резак обшивку крейсера… « Ты бы снял маску, ни к чему она…» Наат чуть не покачнулся от того напора, с каким Рей бросила в Силе свой немой крик: «Нет!!», гася эти сполохи боли бурными потоками своего ничем не прикрытого сейчас и какого-то обостренно – пылкого чувства веры и любви. Никому, кроме Рен эта напряженная пауза не показалась ни странной, ни неуместной. Верховный Лидер обдумывал полученную информацию. Это так. Только Рей видела, как он борется с самим собой. То, что сказал ему собеседник, толкнуло Кайло к границе, за которой только непроглядная Тьма разрывающей боли. И Рей знала то единственное, что могло так безжалостно ранить его. Кайло повернул голову к полковнику Прилимуси, но не посмотрел на него. А Вальтор, неслышно скользнув за спины стоящих, исчез, растворившись в лучах красочной подсветки, расцвечивающей площадь перед Канто-казино в колористику цвета спектрального круга. - Итак, - обратился Верховный Лидер к Исполнительному директору, - вы слышали. Нам нужно попасть в место, где содержатся фазьеги. Рей кинула взгляд на Роуз. Она заметно волновалась, осматриваясь, а воспоминания прошлого так и витали в ее мыслях, плескались эмоциями, заставляя Роуз крепче сжимать локоть адмирала Хакса. Сам адмирал Хакс помрачнел настолько, что вокруг него собирались грозовые тучи его чувств, а то, что билось, как штормовые волны прибоя о скалистый утес, очень напомнили Рей то, что так внезапно обрушилось на Кайло. Прошлое. Рей понимала, что произошло нечто, заставившее вернуться мрачное, казалось уже минувшее, и оно касалось и Армитажа. В глазах командующего оттиск ненависти, судя по тому, как он чуть склонил голову, коммуникатор в ухе тоже не молчал. Рей обернулась, сколько народу собралось! Полицейские, оцепив площадь, удерживали толпу зевак, разодетая публика вытягивала шеи, дамы пытались встать на цыпочки, чтобы заглянуть за плечи стражей порядка, а вторая часть мобилизованных сил правопорядка, оттесняла журналистов, которые выделялись среди дорогих нарядов и драгоценностей суетливостью и азартным желанием поднырнуть под раскинутые руки полицейских. Исполнительный директор и свита главы правительства направились вниз по широкой лестнице, а Роуз, взглянув на Хакса, спросила, чуть приотстав: - Что-то случилось, Арми? - Случилось, - процедил адмирал, сдерживая то, что кипело и расплескивало ядовитое варево в душе. Запыхавшийся директор ипподрома мчался на всех парах, а высокопоставленные гости уже остановились у створов ворот в конюшню фазьегов. Эти животные использовались не только как ездовые, но и являлись, пожалуй, самыми популярными в мире, после гонок на подах и снупах. С одним отличием. Поды и снупы удел серой обывательской массы. Забеги же фазьегов - прерогатива элиты. Ипподромы, где проводились скачки этих «космических лошадей», приносили баснословные прибыли тем мирам, на которых располагались. А многие из элиты Галактики специально покупали фазьегов, имея, таким образом, личный интерес в скачках. Содержались животные тут же, при ипподроме, плата за аренду стойла, уход и тренировку, составляла гигантскую сумму, но оно того стоило. Сезон скачек длился круглый год, ставки делались исправно, турниры собирали огромное число публики, отели были переполнены, а результаты заездов занимали целые столбцы в гологазетах. Директор ипподрома, маленький и кругленький гархун, пригладил растрепавшиеся пряди за ушами, все, что осталось от пепельно-серой шевелюры, промокнул лысый череп платочком и склонился в почтительном поклоне. Торчащие резцы передних зубов делали его и без того неприятное хищное лицо еще неприятнее. Рей не знала, что гархуны – вампиры. Тем более она не знала, что Бейл Органа был председательствующим на суде, где разбиралось дело между гархунами и их жертвой, по результатам которого жертва была возвращена обратно гархунам, потому что поймали они ее согласно правилам и регламенту, установленному Сенатом Республики для представителей этой РАЗУМНОЙ расы. И уж тем более Рей не знала, как разочарована была юная Лея Органа, но, что поделать! Интересы всех разумных рас были учтены, таков справедливый закон Республики! Правда, подлые имперцы мало того, что практически заперли вампиров на их мире, еще и отлавливали по Галактике и, к возмущению и негодованию прогрессивной общественности, ссылали на рудники Кесселя, а там, как известно, долго не живут. Нетерпимость императора к инородцам, выборочная, и сугубо антропологический взгляд на будущее Галактики, были всем известны. Превосходство человеческой расы и рас, близким к людям, над другими, являлось одной из причин, почему к Альянсу Повстанцев присоединялось все большее число последователей. Нынешний директор был пристроен на должность влиятельными господами, служил исправно, попивая кровь у фазьегов по указам сверху. Ставки были внушительны, поэтому воротилы ипподромных игрищ не упускали своих возможностей, корректируя выигрыши в свою пользу, ослабляя то животное, которое считали нужным. Все были довольны, кроме фазьегов, конечно. Старший конюх Баргвил Томбер, существо не слишком эстетичное на вид, клоддограны как-то не славились изяществом и красотой. Заведовавший конюшней возник в поле зрения через секунду после начальства. Нижняя часть лица выглядела как наросты бородавок, а носовые усики взволнованно шевелились. Угрюмый взгляд из-под нависших бровей, в одной из четырех рук он держал свой хлыст со встроенным генератором электроимпульса. - Открывай, - кивнул гархун, поглядывая на рыцарей Рен довольно плотоядно, за что получил гневный взгляд от Исполнительного директора. Тогда он перевел свои мечты на двух вкусных наверняка, девушек, но дальше дело не пошло, потому что Томбер кинулся вперед господ уже замахиваясь своим хлыстом. Клоддограны славились не только своим весьма отталкивающим внешним видом, но и склочностью, жестокостью и крайней раздражительностью. Старший конюх буквально рассвирепел за полсекунды, когда узрел своих помощников, рабов, купленных на одном из миров рабства в Галактике, в поле зрения высокочтимых господ. Что эти высокочтимые приперлись в конюшню, где и пахло отнюдь не духами, потому что фазьеги накладывали кучи соответственно своему росту и весу, да и внутренний дизайн конюшен никак не соответствовал тем интерьерам, в которых привыкли существовать такие господа и дамы? Принесло ж их… Четыре маленькие фигурки жались друг к дружке, а одна стояла прямо, смотря на старшего конюха взглядом, переполненным накопившейся ненавистью. И в этих карих глазах горел огонь непокорности. Томбер не опустил свой хлыст, застыл, вращая крохотными злобными глазками, три руки в стороны, одна вверху. Электроимпульс на конце хлыста сверкнул и погас, а Кайло, шагнув вперед смотрел на мальчика с карими глазами. Рей, стоя рядом с Верховным Лидером, улыбалась таким светом и радостью, что директор ипподрома, похлопал кожистыми веками и сглотнул набежавшую слюну. На замершего конюха никто не обращал внимания. Свита господ директоров хотела было подойти поближе, но Чидс и Невин загородили Верховного Лидера, Рен и Рей от важных персон Корсека, а Роуз, бросилась вперед, присев перед мальчиком. Она хотела взять его за руку, но пацан отдернул руку, переведя на Роуз сердитый взгляд. Четыре пары детских глаз взирали из-за угла. - Ты разве не помнишь меня? – Спросила Роуз, - мы были тут, с моим другом, вспомни! Я Роуз! И я подарила тебе свое кольцо! Мальчик явно ее узнал, но эта Роуз так же явно ему не нравилась. Он смотрел исподлобья, потом обвел взглядом Кайло, Рей, рыцарей и посмотрел на застывшего Томблера: - Ты говорила, что вы из Сопротивления. А эти – он кивнул на Рен и Хакса с офицерами, - они другие! И они мне не нравятся! - Мы и, правда, были из Сопротивления, - Роуз улыбнулась, - а это, - она посмотрела на Кайло и Рей, - это мои друзья. « Этот мальчик, Бен! Чувствительный к Силе, он видит нас?» « Не знаю, но чувствует, смотри, как тревожен и напряжен, но не боится!» Ло толкнул Наата под локоть: - Видал пацана? Упрямый. « Что же ты стоишь, Бен! Скажи ему что-нибудь!» - Рей взглянула на Кайло, на настороженного мальчика и подошла к Роуз: - Привет, я Рей. А ты?- мальчик рассматривал девушку недоверчиво и пристально. - Его Темири зовут, - сказал голосок из-за угла, - а вы кто? - Мы друзья, - ответила Рей, улыбнулась и протянула мальчишке руку: - Ну, давай знакомиться. - Зачем? – нахмурился мальчик, демонстративно спрятав руки за спину. Кайло Силой выдернул хлыст из руки конюха и по воздуху переместил его к Темири. Хлыст завис, восторженный вздох из-за угла, во взгляде мальчика интерес: - Хочешь отомстить этому, - кивнул Кайло на клоддограна, - давай! Рей видела, как боролись в мальчике желание исхлестать своего мучителя и отчаянный протест против этого желания. – Не стану, - Темири упрямо вздернул подбородок, а во взгляде сверкнуло вызовом. Роуз поднялась и спросила: - Разве ты хочешь тут остаться? – Она была огорчена почти враждебностью своего спасителя. - Ты говорила, что вы сражаетесь с Первым Орденом, а эти вот кто?- Темири кивнул в сторону офицеров в форме. - Войны больше нет, - вздохнула Роуз, оглянувшись на Хакса, - мы… мы помирились, понимаешь? - А вы джедаи? – несмело спросил темнокожий мальчик, когда Кайло Силой отшвырнул хлыст в стену. - Нет, - ответил Кайло, - мы не джедаи, но тоже кое-что можем. - А вы Люка Скайуокера знаете? – Спросила конопатая девчонка. - Знаем, - Рей повернулась к ребятам, потом указала на Рен: - Смотри, это Наат, это Чидс, это Невин… Тут Ло, обойдя Кайло, который считывал эмоции мальчика, остановился рядом с Рей и, улыбаясь во весь рот, спросил: - Хочешь покажу тебе световой меч? – Потом отстегнул свой сайбер и активировал его. Все присутствующие заворожено смотрели на зеленый луч, горящий в серых стенах конюшни. Темири перевел взгляд на Рей: - А у тебя тоже есть? - Есть, - согласилась она, доставая из-за спины свой меч, - смотри, - и золотой клинок зажегся рядом с зеленым. - Ты же тоже кое-что можешь? Правда? – Спросила Рей, - покажи! Темири оглянулся, увидел валявшийся хлыст и притянул его к себе. - Тебе надо учиться, - вдруг тихо сказал Верховный Лидер, подходя к Темири и протягивая свою руку, снимая перчатку: - Много учиться, а не сидеть тут. Пойдешь с нами? - Я смогу стать таким, как Люк Скайуокер? – Темири смотрел выжидающе. - Не знаю, - честно ответил Кайло, а мальчик пожал большую ладонь своей маленькой, но твердо: - Вы… заберете меня? - Заберем, - кивнул Верховный Лидер, все еще держа руку мальчика в своей и всматриваясь в решительный взгляд карих глаз. - А они, – Темири кивнул в сторону угла, из-за которого смотрели дети, - тут останутся? « Эти дети рабы, Бен!» « Когда я подчиню КорСек, они будут свободны, но сейчас я не могу ссориться с корпоративщиками». « Ты представляешь, что будет с ними, когда мы уйдем?» Верховный Лидер стоял, возвышаясь над Темири, молчал несколько секунд, потом обернулся к притихшим директорам и сказал: - Мы забираем детей с собой. - Но… позвольте, Верховный Лидер, - Исполнительный директор уже не собирался осторожничать, - КорСек не принадлежит Первому Ордену, и мы требуем уважать наши законы! Вы и так позволили себе арест одного из важных гостей и убийство второго! Это неслыханно! И возмутительно! Мы, конечно, наслышаны о вашей… м-м-м… эксцентричности, но здесь не … - Я уважаю ваши законы настолько, что не отдал приказ об орбитальной бомбардировке и захвате сектора, - ответил Кайло, - арест одного из важнейших преступников Галактики не противоречит ничьим законам, казнь второго всего лишь напоминание всем желающим, что нарушать законы на НАШИХ мирах чревато для них, потому что мы найдем их, где бы они ни находились! А вот детей я забираю всех. - Это рабы, - вступил второй государственный муж, - это частная собственность… Ваши действия – произвол в отношении суверенного… Кайло, приподняв Силой мужа, подтащил его к себе и сказал, глядя в злые глаза: - Я всегда беру то, что мне нужно, эти дети нужны мне! Запомните! Темири смотрел теперь с нескрываемой симпатией, потом дотронулся до руки Рей, когда она наклонилась, спросил: - Кто он? - Он? – Рей кинула сияющий взгляд на Кайло, - Верховный Лидер. Темири кивнул и оглянулся на своих друзей. Те притихли и совсем не понимали, что им делать. - Приготовить транспорт и сопровождение, детей надо отправить в какой-нибудь приличный приют, - тихо сказал Верховный Лидер Хаксу. Выражение лица самого командующего, настолько жесткое, не удивило Рена: - Армитаж, - еще тише сказал Кайло, - Тут все эти подъедающиеся на светской хронике, а они любят покричать о сенсациях. Они еще мгновение смотрели в глаза друг другу. - Я не хочу, чтобы Роуз увидела это. - Я тоже, но они увидят и услышат. Не сомневайся. Исполнительный директор пошел красными пятнами, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не устроить скандал, но, резонно рассудил, что толпа хроникеров сделает это и без него. Что он мог сейчас противопоставить тяжелым крейсерам, нависшим над Канто-Брайт? Да и вообще… Силы безопасности КорСека имеют, конечно, свой флот, но их корабли не смогут противостоять Первому Ордену. Решимость и жестокость Верховного Лидера не только поразила Исполнительного директора, но вполне себе нормальный страх заполз в душу и трясся сейчас, генерируя одну-единственную мысль: «Только бы они убрались поскорее!» Поначалу-то, когда в сверкающее Канто-казино вошел этот молодой человек, ведя под руку красивую девушку, а следом тот, в адмиральской форме, а рядом с ним такая… такая шикарная девушка! Когда Верховный Лидер изъявил желание сыграть, да еще ставка… просто восхитительно! Глава КорСека, подумал было, что вот оно, удачное стечение обстоятельств! Теперь-то уж КорСек точно сможет рассчитывать на заключение невероятных контрактов… А то как-то не спешил Первый Орден с визитом и предложениями. Почему-то этот страшный Орден поназаключал договоров с какими-то захудалыми фирмочками, когда четыре столетия доминировали производства Корсека! Совет директоров и так уже высказывал тревожные мысли, что Верховный Лидер поступает так, как Император, в свое время, отдавая предпочтение своим мирам, вкладывая гигантские суммы не в покупку товаров у КорСека, а почему-то развивая свои миры. Но этот визит, с дамами… Обнадежил. До определенного момента. Эта, с дорогими ультима –жемчужинами в волосах, даже бровью не повела, когда Верховный придушил Фена. А как он отзывался об элите всей Галактики, а? Тавсон , подняв «Ипсилон», оставил крикливых хроникеров и толпу зевак, посадил шаттл прямо на газон ипподрома. Сиятельная публика наблюдала за отбытием Первого Ордена с балконов казино, кое-кто вздохнул с облегчением, но, некоторые дамы, включая наследницу капитала с Джунтранды, с сожалением. Мелкий и облезлый жених уже крутился рядом с наследницей, вылавливая официантов и закидываясь на радостях избавления от присутствия Первого Ордена Соккорским белым. Исполнительный директор мрачно посмотрел на директора стадиона, а отпущенный из Захвата старший конюх желчно ругался и требовал новых помощников. - На Дактриле есть приют, - сразу сказала Роуз, как только они взлетели. Дети сидели притихшие, рассматривая внутренний дизайн корабля, Ло пытался занять их своими рассказами. Рей смотрела на них из кабины, а Верховный Лидер не отводил взгляда от леди Рен. - Почему Дактрил? – Не согласился Хакс, - я о нем ничего не знаю. О приютах мне доложат. - Потому что у нас на Ди,Куаре был мальчик, - вздохнула Роуз. - Его Теммин привез, забрал из этого приюта. - Если забрал, значит, не так уж там и хорошо было? – Спросил Армитаж. - Нет, почему нехорошо, - Роуз тоже оглянулась на детей, - просто он всегда защищал младших от хулиганов, боевой такой парень. Этот приют при одной… в общем заведующая приютом фирмист, они почитают Силу, так Лея рассказывала. Основатель этого общества, какой-то почтенный Йдромо, вот он посещал священные места. Разные. На планете Джедда раньше был такой священный город, пока его имперцы не уничтожили. Там много паломников было. Этот Йдромо утверждал, что его Бог, то есть Сила, коснулся его, и он смог брать воду прямо из воздуха. Рей и Кайло посмотрели друг на друга, Хакс поднял бровь. - И что? – Спросил Наат, стоящий рядом. - Он заливал воду в бутылки с названиями храмов, где он побывал, а потом продавал ее верующим, ну и тем, кто просто пить хотел. - На Джедде слишком жарко, - согласился Верховный Лидер, - продавать воду – прибыльное дело. Особенно, взятую из воздуха. Роуз, казалось, не заметила насмешливого тона Кайло, а Рей сжала его пальцы: « Бен!» - А потом что? – Снова спросил Наат. - Не знаю, - пожала плечами Роуз, - просто эти фермисты живут общиной на Дактриле, содержат приют, дети работают на полях с хеммелем. Теммин летал туда, потому что фермисты собирали средства на борьбу… И привез мальчика, Маттиса Банза. У нас еще мальчики были, его возраста. - Какого? – Серьезно спросил адмирал. - Лет четырнадцать, наверное. Они учились быть пилотами. Тренировались. Рей смотрела изумленно, она была на Ди,Куаре только малое время. Но рассказ Роуз ее удивил: - Детей учили воевать? - А что тут такого? –Теперь удивилась Роуз, - они вступили в Сопротивление… - А, если бы Уэксли не привез мальчишку? –Спросил Хакс. - Он бы так и пахал на правильных почитателей Силы, а что? Очень удобно. Дети работают, еда и крыша над головой, это ж не работников нанимать… Им платить надо, а все средства от продажи хеммеля - на борьбу с Первым Орденом! - заметил Кайло. - Вот зачем ты так? – вспыхнула Роуз. - Эти… дети… Они были на Раддусе? – Тихо спросила Рей. - Нет, адмирал Акбар послал их на Водран, на разведку, а их поймали… Хакс и Кайло переглянулись, а Наат сказал: - На Дулатии есть приют. Я знаю. Рей вскинула на него взгляд и повернулась к Рену: - Есть, мне Кайдел рассказывала. И хороший приют. - Ну, вот на Дулатию и отвезете, - кивнул Верховный Лидер, - Наат, Ло и Траджен. -А я почему? – Хмуро спросил Наат. - Потому что ты сказал первый. Нам некуда их тащить с собой. Туда и обратно. Мы идем на Пиллио. Потом, когда Рей и Роуз сидели с Темири в каюте, а «Добивающий» возвращался на Пиллио, Хакс, стоя на мостике, спросил Верховного Лидера так, чтобы не слышал персонал: - Ты что-то собираешься предпринять? - Нет, - резко ответил Кайло, - много чести. Думаю, служба информации справится и без нас. Я не собираюсь ничего говорить. - Это вызов, Рен. - И тебе не советую трогать мачеху. Я понимаю, Армитаж… Но она уже сделала то, что сделала. Тагге только и ждет, чтобы мы ответили местью тем, кто раскрыл рот. Повод раздуть искру, чтобы запалить большой костер. - И мерзавца, кто снова выдал всю эту … информацию, мы тоже трогать не станем? - Не станем. Его и так убьют. Без нас. Но скажут, что это я, или ты. Поэтому нас близко не будет у Корусанта. Мы должны найти коаксий, Армитаж. Куда они отправят его на переработку? И выяснить, как получилось, что Тагге удалось напасть, уничтожить крейсеры, гарнизон и забрать такую большую партию топлива? То, что мы уничтожили некоторые подразделения "Тенлосса", существенно, но мы по-прежнему не знаем, где и кто делает Тагге репликантов, сколько их, где он производит свои дезинтеграторы, где его армия и флот? - Все эти компании, которыми последние два года руководили дроиды… Это возможность вычислить, Рен. Сколько турболазеров, генераторов щитов, реакторов, гипердвигателей… Это даст нам картину … - Только общую, Армитаж, - вздохнул Верховный Лидер, - пропавшие крейсеры всего лишь часть. И где они? Почему никто так и не отследил их путь в этот пояс Просфуры? И транспорты «Ороро»? Нет данных и все. Точно они просто растворяются в космосе, а появляются вновь уже во Внешнем Кольце в каком-нибудь космопорте с грузом датападов производства «Микро-Технолоджи»? Почему их путь прерывается, а главный навикомп не фиксирует изменения? Навигационное ядро невозможно достать из недр корабля. - Невозможно, - согласился Хакс,- но можно прервать считывающую информацию. Я занимался этой технологией лет десять назад, но Сноук велел прекратить тратить время на ерунду, как он считал. Зачем это флоту? Кто посмеет противостоять? - И что с этой программой было после? – Спросил Кайло. - Ничего, - адмирал всматривался в несущиеся навстречу слияние звезд, - моя теория так и осталась теорией. Но я считаю, что это возможно, - он замолк, только Кайло чувствовал, как в его душе рычала жажда мести, не успокаивалась, и резало сознание сотней лезвий клинков с мономолярной нитью, прошлое. Хаксу еще предстояло поговорить с Роуз, когда она увидит и услышит все то, что сейчас привело в бешенство Голонет. Сам Верховный Лидер, сохранял внешнюю невозмутимость, но внутри клокотало и кипело. От бессилия что-либо изменить. Его прошлое догнало его, обрушившись лавиной чужих слов. Все, что он хотел бы забыть, кто-то искусно и умело вытащил из бездны памяти многих, чтобы нанизать , как бусины из шипованных плодов каракши, связывая в одну нить. Не он, кто-то набросил удавку ему на горло, а эти шипы теперь впивались в шею. А один, войдя куда-то под затылочную кость, ржавой иглой торчал в мозге, только пульсировала боль. «Отцеубийца». Рей подошла к рыцарям, которые стояли, рассматривая мальчика, сидевшего на диване в гостиной, а Роуз подкладывала ему сладости на тарелку: - Это Темири. - Сказала Рей. Ашар, окинув сначала ее, потом Роуз оценивающим взглядом, хмыкнул: - А нам с того что? Этот тоже лопает. Где ты их берешь? Темири перестал жевать, а Роуз разозлилась: - Сам-то не голодный, сразу видно. - Это Ашар, - Рей улыбнулась, - он, между прочим, любит красиво нарезать своим мачете ломтики мяса шаака и украшать веточками рижига, а еще ему нравится, когда наша Юна учится у него искусству ближнего боя, а еще.. - А еще тех, кто повержен мною, я испытываю. Знаешь как? Тех, кто просит пощады, убиваю медленно. В глазах Темири не было страха, только тревожное изумление. Если к четырем молодым Рен он немного привык, и они не казались ему опасными, то эти трое, смотрели с холодной озадаченностью и казались ему огромными и очень мрачными. Рей выдохнула с досадой. - Зачем ты его пугаешь? – А что мне, «козу» ему сделать? Он уже взрослый парень, я в его возрасте…- Ашар замолчал и отвернулся. - Это Кардо, - Рей посмотрела в глаза рыцарю, умоляя его не пугать мальчика, - он, знаешь, все время что-то мастерит. Из оружия. Находит что-то, переделывает… - У меня целая коллекция кинжалов, - сказал Кардо, - ты ж не умеешь правильно… - А еще Кардо, - поспешила перебить рыцаря Рей, - хочет научиться играть в "пори-пори". Ты умеешь, Темири? - Нет, - покачал головой мальчик, - для "пори" кубики нужны особые, а откуда у нас кубики? Я их и не видел никогда. Кардо, шагнув к Темири, достал двумя пальцами из кармана кубик "пори-три", подаренный маленькой Варлой, и протянул на раскрытой шершавой ладони: - Вот такой. Темири рассматривал жемчужинку, плавающую внутри, а Рей повернулась к Виркулу: - А Виркул любит охотиться. Он любит опасность, чтоб один на один с каким-нибудь диким зверем, и он много знает про другие миры, что там опасно, что нет. - А ты зачем его на Пиллио везешь? - С подозрение спросил Виркул. - Ты что, не понимаешь? Разве ты… - То, что он чувствительный, все видят, нам он зачем? - Вам, может и незачем, - чуть не обиделась Рей, - а мне нужен, потому что он будет учиться, потому что вырастет и тоже будет рыцарем Рен. - А сейчас я кто? - смело спросил Темири, вернув "пори-три" Кардо. - А сейчас ты просто Рен, - сказала Рей, - они такие вот… сложные. Но ты их не боишься, я вижу. - Нет, не боюсь, но эти вот мне не нравятся! – Решительно сказал Темири. - Надо же! – Покачал головой Кардо, - не нравимся мы ему… - Это они меня учить будут? – Снова нахмурил брови мальчик. - А то! – Ехидно ответил вместо Рей Ашар, - уж мы научим… - Не слушай его, - вступилась Рей, - он вредничает. - А там, куда вы меня везете, еще … дети есть? - Есть! – мрачно буркнул Виркул, - Хвост снежной мыши и разгильдяй. - И жрут все время, - вздохнул Кардо. Роуз, как могла, рассказала Темири, что случилось с Сопротивлением. Она подбирала слова, чтобы мальчик понял, кое-что произошло, теперь все изменилось. - Мы обязательно полетим в гости к генералу Органе, и ты увидишь Сопротивление, - пылко сказала Роуз. - А твой друг, ну, с которым вы были? Тоже увижу? - Нет, - Роуз опустила взгляд, - он погиб… на одной планете. - Это Первый Орден его убил? Роуз встретилась взглядом с Рей. В темно-карих глазах мучительный вопрос, в светло-карих отчаянное «Нет!» - Давай мы как-нибудь потом поговорим, хорошо? А теперь, если ты поел, хочешь я покажу тебе корабль? Это крейсер. - Хочу! – тут же оживился Темири. Ашар скривил гримасу, провожая взглядом маленького нового Рен, а Рей, поджав губы сказала: - Ну и зачем? Вот зачем ты так с ним? - Ставлю тысячу кредитов, наслушался баек про джедаев, а мы-то не джедаи! Пусть сразу поймет, цветочки мы тут нюхать не приучены, и смотреть в облака тоже некогда. - Он был рабом, и жизнь его… Не надо ему знать многое из того, что знаете вы. Он просто мальчик, хватит ему жестокости. - Рей посмотрела на рыцарей и пошла к себе. Темири на какое-то время занял мысли Рей. Она прониклась к мальчику искренней симпатией, чувствуя его эмоции и от всего сердца желая, чтобы он, узнав о Силе, о том, что он отличается от других, принял свою новую жизнь, как приняла ее Юна. Рей не знала, как все устроится, но решение Кайло забрать Темири почему-то всколыхнулось в Силе радостью. Они все сделали правильно! Что дальше? Увидим. Но Рей чувствовала совсем рядом что-то очень важное, нужное, для всех для них важное. Только сейчас другое стучало в сознании, перекрывая тревожным стуком сердца ее мысли о будущем. Кайло. Он выставил такие ментальные щиты, что Рей не могла коснуться его сознания. Почему? Там, за этими щитами бились волны, отдаваясь в ней эхом боли. Пусть и приглушенно, но она ощущала эту его боль. Все связано с тем, что он узнал там, на Кантонике. Роуз ждала ее у покоев Верховного Лидера: - Митака вызвался провести экскурсию, Темири согласился, - серьезно сказала Роуз, пауза, они смотрели друг на друга: - Идем, - кивнула Рей. Найти то, что они хотели, не составило труда. Во всех лентах новостей знакомая прилизанная голова диктора, казалось, заглохшего навсегда после разговора с людьми полковника Гармута, фигурировала в качестве героя, бросившего вызов тирану. Прилизанный, действительно, все это время выдавал всякую чушь на своем канале, которая никому не была интересна, кроме него самого. Но вдруг он вновь вышел в эфир, загробным голосом оповестив Галактику, что она стоит на пороге катастрофы, что миры, покорившиеся Первому Ордену еще пожалеют о своей участи, что декларация Верховным Лидером своих намерений, как восстановление мира и порядка обернется новым хаосом и смертью для тысяч рас и планет, что воспитанник Сноука под маской создания нового государства скрывает свои истинные намерения – возвращение культа ненависти к расам нелюдей, превращение жителей Галактики в послушных и безропотных рабов. Тому доказательства, собранные корреспондентами ЕГО канала. Жестокость и безжалостность Верховного Лидера хорошо известны не только жителям тех миров, на которых он побывал лично, но и тем, чей авторитет давно известен. Для Кайло Рена не существует никаких законов. Он – второй Палпатин, идущий по трупам к абсолютной власти. Далее неизвестный корреспондент, вернее корреспондентка, потому что была видна только изящная ручка, держащая датапад, весьма дорогой модели, задавала один вопрос: «Что вы можете сказать о Кайло Рене?», а ее собеседники охотно делились своими мнениями. Холеные дамы и господа из Старых Династий вспоминали Бена Соло, как угрюмого, злобного и крайне замкнутого ребенка, Кариса Синдиан сокрушалась, что родители не могли с ним справиться, они его точно боялись. Эта пресловутая Сила – злой рок семьи Скайуокеров, снова привела к власти потомка кровожадного убийцы Дарта Вейдера. Теперь кровь палача и ужаса Галактики вновь требует жертв, а она, Кариса предупреждала, но ее не услышали! И у нее есть сомнения, что Верховный Лидер Сноук погиб при атаке крейсера Сопротивления, он, по ее убеждению, был убит Кайло Реном, жаждущим единоличной власти. После описания детства, где Бен Соло уже был вполне себе монстром, перешли на юность, а потом и на разные предположения, основываясь на тех рассказах, что летали по Голонету после Крэйта, когда Сопротивление старалось поднять боевой дух и призвать сторонников на борьбу, описывая победу Люка Скайуокера, когда он вышел один против армии Первого Ордена и победил всех! Намеки прилизанного на то, что Хан Соло не погиб при взрыве Старкиллера были вполне себе прозрачны, что, якобы, есть свидетели. Некие дамы делились своими воспоминаниями о свирепости и сексуальном насилии над ними со стороны тогда еще, Бена Соло, ужасаясь его развращенности и порочности от сих до сих. Потом прилизанный сказал, а чего ждать от потомка убийц, когда его мать еще в семнадцатилетнем возрасте убила своего же жениха. Та же ручка, держа тот же датапад показала женщину преклонного возраста с лукаво-хитрыми бегающими глазками, которая в подробностях описывала , как погиб Теон, и как лицемерна уже тогда была Лея Органа. Потом Прилизанный посетовал, что Надежда Галактики, о которой так гордо вещала та же Органа, предала Сопротивление и присоединилась к порочному и жестокому убийце, теперь вместе с ним совершая насилие против суверенных планет. Да и что взять с необразованной и дикой мусорщицы с Джакку? Важный Ункар Платт красочно описывал жадность и агрессивность Рей, называя ее грязной оборванкой и отребьем. Нападки на Силу были впечатляющи, угроза вновь нависла над Галактикой, потому что все еще помнят… и т.д. Потом снова Кариса о генерале Хаксе. Чему удивляться? Человек, уничтоживший целую звездную систему… Корреспондентка спрашивала опустившуюся и, видимо, сильно пьющую женщину, навещал ли ее хоть один раз сын, на что женщина только кивала, что нет, а вот мачеха Марателле не молчала, привнеся ужастиков в характеристику Хакса и напрямую обвинив его в убийстве Брендлола Хакса, ее мужа и своего отца. Прилизанный, сделав скорбное лицо, спросил зрителей, как они могли поверить отцеубийцам? Не пора ли Галактике сбросить с себя, наконец цепи и снова стать свободной? Ну, про струсивших Сопротивленцев само собой, про силы, которые есть, тоже, и про то, что он, рискуя своей жизнью решился раскрыть глаза всей Галактике на ее будущее, что, если он погибнет, за истину и правду, миры будут знать, кто убийца. Комментарии лились, как тропический ливень. Возмущению и негодованию не было предела. Призывы подняться и дать бой террору и порабощению, тоже. Роуз, встав из кресла, тихо спросила, не глядя на Рей: - Про Хана… это правда? То, на что он намекал, этот гад? Рей молчала, потрясенная, она даже не сразу услышала вопрос Роуз, потому что не могла избавиться от мысли, что ее раздели, измазали в дерьме банты и выставили голой на всеобщее обозрение, и каждый проходящий считает своим долгом плюнуть в нее. - Что? - Этот гад делал намеки, что Хана Соло убил… Это правда? - Правда. – Рей встала и смотрела теперь на Роуз полыхающим гневом взглядом. - Это знали я, Финн и Чуи. И Лея. Что теперь скажешь? Роуз склонила голову еще ниже: - Ничего, Рей. Ты сделала свой выбор, а я свой. Знаешь, что я хочу? Убить этого прилизанного. Вот и все. Мне… мне надо идти, - Роуз сжала руку Рей: - Я буду защищать того, кого люблю! - Ты все знаешь, - сказал Кайло, войдя в покои и надевая плащ, на Пиллио вьюжило. - Знаю. Это Тагге? - Да. - Про Лею… ты знал? - Знал, Ки,ира рассказала. Но, думаю, что эта… свидетельница, которая в подробностях воспроизводит то, что знали только Лея и погибший офицер… тут много вопросов. - Бен, - она подошла к нему, - эти… которые обвиняют тебя… в насилии… - Это ложь, - Кайло прямо посмотрел в ее глаза, - ты мне веришь? - Верю. Ты никогда не лгал мне. И не сможешь солгать, - она вдруг улыбнулась, погладив его по щеке, - Роуз хочет убить прилизанного, и еще она сказала, что будет защищать того, кого любит. Интересно, как? - Я прикажу не давать ей корабль ни в коем случае, - Кайло всматривался в ее глаза, там, в самой глубине, затаилась кроха ярости. - Не стоит, Рей. Его расчет прост, использовать Голонет для возмущения. Думаю, на многих мирах теперь вспыхнут как бы стихийные восстания, штурмовикам придется применять силу, появятся какие-то лидеры протестного движения и возродится Сопротивление. Но мы что-нибудь придумаем, пока эта искра не разгорелась. Меня волнует, что пять тяжелых крейсеров, появившись на орбите Корбоса, уничтожили три моих средних крейсера. База, куда свозился коаксий для флота, захвачена. Коаксий уже был в изоляционных контейнерах, подготовлен к отправке на перерабатывающие заводы. Но транспорт не взлетел. Они впервые применили войска. Десант. Неизвестные напали, как указано в рапорте. - Я… хотела спросить у тебя… почему ты был так жесток, там, на Кантонике. Почему ты убил этого Ураи Фена? Ведь ты мог его арестовать… - Мог. Я читаю отчеты Гармута и Прилимуси, Рей. И прекрасно знаю, как вся эта публика относится ко мне. Они считают, что я стану заигрывать с ними, потому что в их руках… оружие. Агенты докладывали три месяца назад, что Ураи решил указать мне мое место. Занн не был против. Они напали на дом для ветеранов, на Вашке. Республика разрешила его существование. Скудного существования, но они жили. Мы выплатили им приличную компенсацию, чтобы те, кто хотел, могли … улететь оттуда и дожить свою жизнь так, как им хочется. Плюс поступления на развитие этого пансионата. Кто-то сдал, конечно, из персонала. Ураи оставил в живых одного бывшего штурмовика, совсем больного, и сказал передать мне привет. Мне передали. Теперь я показал им всем, что передавать мне приветы не стоит. У меня плохо с чувством юмора. Кайло уже направился к выходу. - А мальчик? – Тихо спросила Рей, - с ним только Рен. Наверное, нужно попросить Армитажа, чтобы он прислал… кого-нибудь… - Кого? – Верховный Лидер обернулся, - няньку? Этот мальчик не из тех, кто избалован няньками, которые вытирали бы ему сопли. Я понимаю тебя…- его голос стал мягче, - Рей, с ним Чидс и Невин, а Невин , если ты помнишь, вырастил Ло, заботясь о нем с пятилетнего возраста. Ты зря тревожишься … - Ашар … - Ашар, - кивнул Кайло, - Никто из Рен не забыл того детства, которого у них не было. Оставь им мальчика, с ним все будет в порядке. – Он подождал, пока она подошла, застегивая куртку: - Прилимуси явится с докладом только утром… « Интересно, тут когда-нибудь бывает весна?»- подумала Рей идя вслед за Кайло, прячась за ним, как за щитом от ледяного ветра и обжигающего снега, который этот ветер швырял в лицо. « Бывает. Она приходит всегда неожиданно. Просто однажды ты проснешься…» Он так резко остановился, что Рей уткнулась в его спину. - Что ты тогда сказала? – Кайло повернулся, белый вихрь набросился на полы его плаща как голодный снежный лиск, трепал волосы, засыпая их снегом. - У меня руки замерзли, - тихо ответила Рей, придерживая у щек белый мех капюшона. Сквозь снежный круговорот ее поразил его взгляд. Ему сейчас важно это? Кайло молча взял ее ладони в свои, дыша и согревая: - Наверное, я дурак… Идем же… До их модуля осталось-то всего несколько метров. Он стряхнул снег с волос, с плеч, а она все смотрела на него, на капельку воды, стекавшую по щеке… Он снял перчатки, снова забирая ее ладони в свои, такие горячие и большие: - Почему ты тогда пришла, Рей? Ведь ты все видела, и знаешь. Это всегда будет со мной. И я ничего не смогу уже исправить… Скажи мне… Как бы он ни прятал эту боль, она снова вырвалась наружу, каленым жаром выжигая свое клеймо в его сердце. И только Рей знала, как усмирить этот пожирающий его огонь и снова залечить старую открытую рану. Он смотрел на нее темными глубинами своей души, отчаянно желая, чтобы она ответила… Наощупь взглядом по его лицу, разглаживая морщинку между бровями, мягким бархатом по ресницам, по шраму опускаясь вниз, даря свое признание: - Потому что нам нельзя не вдвоем…- Теперь только кончиками пальцев, согретых его дыханием легко скользить, повторяя путь взгляда, касаясь, как падающими лепестками лиллиума, его губ, чувствуя покалывание в подушечках, когда он перехватывает ее ладонь, прижимаясь к ней теплом своих губ: - Когда ты это понимаешь, все остальное уже неважно… Я видела тебя Кайло, но я видела тебя и Беном. Один в другом… Только еще я знаю, что ты никогда не будешь уже тем, кто стоял на том мосту… Между ним и тобой … бездна, и тебе не перейти уже обратно. Я поняла, что люблю тебя таким, какой ты есть, и пусть прошлое… Она вдруг открывает свое сознание, касаясь его мыслей так осторожно, всего, что он прячет, резко-острого… Ее будущее накрывает его душевную боль спасительной бактой, заливая эту рану, а потом прорывает плотину их удушающих шипов, выдергивая ржавую иглу из затылочной кости, кроша ее в труху. Он видит то, о чем думала она и чего желала, а в ее взгляде испытующий вопрос… Наверное она не должна была, не сейчас… Только ослепительный всплеск в Силе. Его радость радужными самоцветами отражается в его глазах сотнями блистающих граней и оттенков… Есть только она для него, его Небесный магнит, его Свет, его Жизнь. Глаза, в которых он тонет каждый раз, падая в лучезарную глубину, как в спасительное прибежище, такие до дрожи родные глаза. До сладкой, до щемящей боли, когда она хочет отдать ему все, что бьется в ее сердце волнами безбрежного океана. До капельки. Враждебный и злобный, полный ненависти, зависти и алчности мир иссушает душу. Она покрывается уродливыми трещинами и разломами, как испепеленная раскаленным зноем земля. Только Любовь может заполнить эти трещины и разломы благотворным дождем, посылая изнуренной душе животворящую влагу. Есть только он для нее. Ее балансир, равновесие, ее Космос, бесконечный и притягательный мир, ее судьба. Там, за стенами модуля бушует метель, швыряя в окна колкие иглы льда, а здесь его огненный взгляд, в котором она могла гореть и не сгорать. И совсем не робко и неосторожно взлетают ее руки, забирая его плечи в свой плен, и так смело и решительно она сдергивает его плащ и распахивает котту. Серебряной вспышкой блеснули канты, угасая на полу. Искорки улыбки в центре его огня, разве у него есть силы, чтобы выдержать этот штормовой ветер по имени Рей? Пространство сжимается, а время теперь вечность. Яркими светлячками по радужке ее глаз загорается страсть, притягивая магнтиом души и тела. « Как по небу ходишь», - сказала она тогда, смотря на голубой глянцевый пол. Наверное, они и правда шли по небу, обнажая себя и погружаясь в эту реку прикосновений. Спешат уже сердечные часы, а этот завиток на ее шее ошпаривает нервы. Он так долго был лишен этой стихии ее страсти, обволакивающей сейчас его особым ароматом. Она возвращала ему поцелуи, словно медом наполняла соты, смакуя каждую родинку и каждый бугорок. Полет его губ, согревающих нежность ее груди, снижается так медленно, прокладывая тропинки к бедрам, чтобы собрать росу ее любви, обнимая ее собой всю, чтобы услышать ее ликующее «да!», становясь единым пламенем, заполняя плотью плоть, пронзая друг друга счастьем и раскрывая настежь сознание. Слова потом, пусть говорят тела, утоляя дикий голод. Время подвластно их желаниям, даря чувство острой новизны, вот так сгорать друг в друге и воскреснуть лишь к рассвету. Затихнуть, прижимаясь к его груди, качаясь на волнах безмятежной радости, слыша Силу, которая так мелодично звучит, обнимая их живым Светом. Его взгляд ласкает, как свежий ветер, пахнущий соленой пеной, там, где солнечные блики играют на гребнях изумрудных волн, и есть только она для него… « Живи во мне», - эхом звучит в его сознании ее ответ… Гранд-адмирал бушевала, как ураган в атмосфере Скуарра, нет, как сотня ураганов! - Я сотру эту зализанную тварь в порошок! Где Гармут? Почему молчит? Где его хваленые агенты? Пожурили эту сволочь тогда и все? Да они должны были закопать его живьем! Где эти наши… гении информационного контроля? Почему эта рожа торчит на всех ресурсах до сир пор? Адмирал Дейен слушал Слоун, смотря на звезды. - Что ты молчишь, Ото? Ты понимаешь, что это значит? Эта полудохлая облезлая крыса посмела нагадить Первому Ордену на самом видном месте! Она поджигает миры! Уже сколько призывов противостоять новому террору, а? - Рэй, - адмирал повернулся, спокойно смотря на разгневанную гранд-адмирала, - то, что произошло, уже произошло. Самое лучшее сейчас – не отвечать сгоряча. Я уверен, что этот вал скоро схлынет. - Ото, он облил дерьмом Верховного Лидера и командующего флотом! Ты понимаешь… Дейен рывком прижал ее к себе: - Я все понимаю, Рэй, этот удар точен, но они выдержат. - Я могу не выдержать! Старая потаскуха Марателле! Да если рассказать о ее жизни, она утонет в плевках! И она посмела… - Это правда? – Тихо спросил Дейен, вдыхая тонкий запах лиловых цветов киа-ки в ее волнистых волосах. - Что? – Слоун уже поняла. - Что Армитаж причастен к смерти Брендола? Гранд-адмирал освободилась из его объятий, поправив волосы и одернув китель, и сказала уже другим тоном: - Да! Он сделал то, что я ему обещала, но чего так и не смогла… Уничтожить эту тварь! А Армитаж сумел. Уничтожить тех, кто вел Орден в пропасть, выбранных Сноуком. Тех, кто снова хотел только власти и крови, в конце концов тех, кто превратил его жизнь в ад.- В ее темных глазах горели два непокорных огня. Адмирал Дейен качнулся с пятки на носок, заложил руки за спину и сказал: - Доказательств у них нет. Это ясно. Игры на эмоциях обывателей. – Он помолчал , глядя в ее глаза, - как думаешь, наша взрывоопасная штучка не взорвет ли адмирала, поддавшись своим эмоциям? - Роуз, - вздохнула Слоун, - я не должна была, наверное, но я кое-что рассказала ей из его детства… Я видела ее взгляд на него, тогда, после Талоса… Вот что я скажу тебе, Дейен, наша взрывоопасная штучка, скорее взорвет всю Галактику, чем Армитажа. Спроси меня почему? - Почему? – спросил, с едва заметной улыбкой Ото. - Потому что они с ним погибали уже не один раз, и она перегрызет глотку любому, кто посмеет угрожать ее рыжему лису! - Осталось узнать, чем ответит на обвинения Лея Органа, - задумчиво произнес адмирал Дейен. - Вот уж кто молчать не станет, так это Лея, - рассмеялась Слоун. Лея отправилась в заповедник Утрехт, на бывшую секретную базу в долине, в приподнятом настроении. Самое главное она успела сделать. Досье Айрена Кракена позволит Кайло обезопасить себя изнутри Ордена и лишить Тагге возможности получать информацию. Это очень много. Бен воспользуется этими сведениями, как надо. Едва прибыв в космопорт Ютуска, принцесса Органа уже переключилась на повседневные заботы, оставив произошедшее на Линнаде в прошлом. Разговор с Бригом Чалисом почему-то отозвался нечаянной радостью в душе. Спокойный и тихий голос, и темно-серые глаза смотрели с твердой уверенностью в то, что он говорил. Лея, конечно, не желала становиться прошлым, но признала, что разнополярность взглядов с молодым поколением присутствует. Стоить поупрямничать, как всегда или просто уйти с дороги тех, кто, прости уж, Лея, но двигается гораздо быстрее по шоссе жизни, а ты все пытаешься заслонить собой горизонт, не давая им разогнаться? И еще у Принцессы действительно появился друг. Теперь-то она уже знала точно, сильный и надежный. И с изумлением испытала какое-то облегчение в душе. А с плеч упало давящее непрерывное напряжение. За последний год она уже так привыкла к этому ощущению неимоверной тяжести, что, когда ее вдруг не стало, Принцесса несколько мгновений смотрела внутрь самой себя, не понимая еще, что человек с серьезными темно-серыми глазами просто снял с нее груз ответственности ЗА ВСЕ, который она гордо несла САМА, потому что она – Лея Органа Соло, Принцесса Альдераана, легенда, политик и генерал. Теперь политик и генерал, а так же все остальное, осознала, что рядом с ней есть кто-то, кто подставит плечо и подаст руку помощи, на которую она сможет опереться. Правда, он совершенно лишен подчиняемости, но, зато действует быстро и пока всегда верно. Иматт Калуан , слыша все, что Лея говорила по голосвязи своему сыну, обдумывал сложившуюся ситуацию и пришел к выводу, что, почему-то, им Лея не говорит всего, только общие слова о том, что война окончена, что надо затихнуть и посмотреть, что, если Первый Орден станет вести себя, как тиран и жестокий душитель всех прав и свобод, тогда поднявшееся сопротивление этой жестокости приведет в ряды возрожденного Сопротивления уже не десятки, а тысячи. Однако, судя по ее тону, по ее глазам, улыбке, той тревоги за него, этого мрачного парня с такими похожими, как у Леи глазами, по тому, что Принцесса знала, все гораздо сложнее, чем декларировалось. А Дэмерон улетел, никому ничего не сказав. Так всегда было, когда генерал отправляла его с секретным заданием. Теперь нападение на Линнаде. Этот егерь, однако, учуял опасность раньше, чем Лея села в лэндспидер. Тоже что-то знает? Зеон? Он –то как оказался на Линнаде? Кракен убил Фалера. Да что вообще происходит? Лея, заметив омраченное тенью досады лицо старого товарища, кивнула, призывая Иматта в салон: - Удивлен? Не стоит. Кракен решил дожить свои годы в покое, но не сложилось. Фалер к тому времени вовсю работал на Тагге. - Это тот, который считает, что его семья избрана править Галактикой? Я еще помню его заносчивые интервью, когда Кассио был в фаворе у императора. Правда, тогда он больше возвеличивал гений Палпатина. Но об избранности своей семейки распылялся активно. - Это он. Его болтливость в молодости переросла в одержимость воплощения своей уверенности в своей исключительности. Да и тетка его, что так разбаловала племянничка, внушая ему эту самую исключительность, наверное уже сто раз пожалела, а, может, и нет. Ты же знаешь, я не слишком жалую Старые дома, а они меня. - Значит, - Иматт чуть прищурил один глаз, - Все эти Мецетти и Вандоны, и «Инком», и Дальние миры… - О-о! Это только крохи… Но амбиции Мецетти испортили Тагге игру, тут Бен прав. Барон сыграет по-крупному. С огромным флотом, армией, и своими непомерными запросами на корону императора. Отомстит и Палпатину, и Республике, всем сразу. - Опять война? - Не знаю, - вздохнула Лея, бросив взгляд на Брига, который слушал разговор с невозмутимостью джамела. - Представляю, какое количество бывших губернаторов, сенаторов, нынешних царьков будет с интересом наблюдать, кто кого, чтобы потом снова перебежать к сильнейшему. - А мы? – Прямиком спросил Иматт. - Ты думаешь, как было бы удобно, пока Первый Орден и Тагге будут уничтожать друг друга, поднять восстания на мирах, созывая своих сторонников восстановления Республики? И как удобно именно в этот момент запустить в Голонете компанию по призыву записываться в Сопротивление? И много чего еще… Только не жди от меня пламенной речи вдохновителя, Калуан. Ее не будет. – Лея подошла к Иматту, пристально смотря в его глаза: - Не будет больше. Потому что я верю своему сыну. Теперь верю и знаю, что он исправит все. Потому что у него хватит сил, и он знает, что делает. И больше никакие высшие идеалы и благие цели не заставят меня отвернуться от него. Я не имею права приказывать вам, но раз уж вы остались со мной, то я говорю тебе и всем – мы слишком дорого заплатили за наши убеждения, пытаясь убедить всех, что они и есть истина. - А в чем истина? – Спросил Бриг. Лея обернулась: - В Равновесии. Равновесие, это мир, а мир, это жизнь. Зла, возможно, не станет меньше, жадность, алчность, жестокость, предательство, желание пролезть во власть, да всего хватает. Но тут я снова соглашусь с Рэнсольфом Кастерфо. Когда его казнили, он был того же возраста, что и мой сын. И, если бы не предательство его же фракции. которые боялись его взглядов на будущее и его авторитета… Он предлагал эту самую середину, только я его не слышала. Теперь это пытается сделать Бен. Один раз я уже ошиблась и потеряла друга. Теперь уже нет. Не желаю больше терять ни друзей, ни сына. Мой отец убеждал меня, что никакая цена не высока для достижения великой цели, и я верила в это безоговорочно, - Лея выдержала взгляды Иматта и Чалика: - Всему есть цена. Для меня, это жизни моих близких и всех, кто погиб. А великая цель все так же недосягаема. Иматт Калуан ушел в кабину, понимая, что в самой Лее произошла некая революция, а Бриг Чалик понимал, что эта огненная женщина с железной волей и лучистыми глазами только что признавала свои ошибки. Тут егерь немного был растерян. В его понимании, Лея считала, что она во всем права. А нет, как оказалось. Сквозь дюрасталевую броню упрямства, он увидел другое. Женщину. И был озадачен тем, что его сердце не просто убыстрило свой ритм, а просто понеслось галопом. Гарм Иблис остановил аэроспидер Леи на полпути к заповеднику, вызвав ее по связи: - Тут твой Дэмерон. Лея подняла руку, и правильный и послушный мальчик Айко, тут же застопорил спидер, зависнув над верхушками деревьев, колышущихся от легкого ветра. - Вернулся? - Вернулся. Не один. - А с кем? - С пятью крейсерами, типа «Республика», правда, без экипажей. - Сам, что ли привел? - Зачем же, там пилоты Первого Ордена, они собираются обратно. Твоя работа? - Нет, - призналась Лея, - я посылала его только на разведку. - Мне бы хотелось узнать, как одинокий «X-wing» сумел не только разведать, но и привести эскадру крейсеров на Ютуск? - Мне бы тоже, - вздохнула Лея, Дэмерон снова нарушил приказ. - И еще…- Иблис помолчал, - надеюсь, что прежде, чем ответить, ты хорошо подумаешь. - О чем? – В душе заскребло и засаднило. - Возвращайся. Лея смотрела, как прилизанный вдохновлял Галактику на борьбу с террором и новым Палпатином, а Сила вокруг нее темнела, напитываясь ее гневом. Иблис, наблюдая, как разгорается пламя в ее взгляде, такое знакомое и такое опасное, спросил: - Тебе не показалось, что слишком много каких-то фраз, очень похожих на то, что мы слышали от твоих бойцов? - Я разберусь, - почти прошептала Органа, опуская взгляд и смотря на солнечные зайчики, отражающиеся от плиток пола в ее доме. Ей было невыносимо больно, так, что она боялась вдохнуть, чтобы эта боль не перерезала ее пополам. Такое ощущение, что мелкий камешек, брошенный с горы, увлек за собой целую грязевую лавину, которая неслась теперь, грозя утопить ее, Лею, все, что ей дорого, в этой вонючей жиже… Она вдруг подумала, что же испытывает сейчас Бен? И что он способен сделать в с этим плешивым гаденышем? Иблис прав. Кое-что настораживало… О смерти Хана знали Финн, Рей и Чуи. Чуи? Никогда! Значит, Финн, но он мертв… Кариса… это мы поправим, Синдиан, пора снова поставить на место. - Лея, - позвал Иблис, она подняла голову. Только решимость и твердая убежденность в том, что она ДОЛЖНА сделать. Принцесса Лея поднялась, вдохнув полной грудью, сжимая свою боль до крохотного шарика и пряча его поглубже: - Дэмерон где? – Твердым голосом спросила генерал. - На «Колоссе», уже делится впечатлениями. Он разведал, где "Республики", потом явился к флагману Первого Ордена, черт знает где, не говорит, предложил им сделку. Они уничтожили астероид Вергессо, а ему отдали крейсеры. Значит, мотался сам в заброшенную звездную систему… Интересно, что сказала Слоун. Хотя… согласилась ведь, отдать корабли. Она …верит ей, Лее? Генерал почему-то остановила свою руку, перед нажатием вызова. Как-то кольнуло, печалью и сожалением… Гранд-адмирал оказалась ближе к Бену, чем она… Она рядом, она может его видеть, когда захочет, говорить, советовать… Может быть Рей тоже обращается к ней, и Роуз… Только… Только она, Лея сможет сейчас защитить своего сына! Органа нажала вызов и строго сказала ответившему Айко: - Всех журналистов, кто сейчас на Ютуске, в зал Дома Правительства. Очень срочно! Хакс отдавал распоряжения дежурной смене, приказы по флоту, но все же, ловил короткие взгляды. Конечно, он сам приказал установить голотрансляторы в зонах отдыха для экипажа. Да и что тут скроешь, когда на руках тысячи датападов? Он ничем не выдавал того, как терзало его разум бешеной болью прошлое. Он привык. Только персонал все равно заметил, перед ними был снова генерал Хакс, с жестокостью и холодом во взгляде. Ненависть впивалась в мозг разрядами электрошока по оголенным нервам. Марателле! Ядовитая жаба! Жалила и снова убивала, как много лет назад. А он вот… не смог тогда, видя, как трясутся от страха ее губы и руки. Теперь что? Она снова отравила его жизнь. Нет, совсем не обвинения в убийстве Брендола Хакса рвали сердце Хакса, а ее хриплый смех, когда она рассказывала о его унижении в детстве. Его отец пытался сделать из него воина, а это ничтожество только извинялось… Жалкий ублюдок, бесполезный мусор, мерзавец, убивший своего отца, верно служившего Империи! Все, что есть низменного воплотилось в этом незаконнорожденном. Пусть все знают, она Марателле Хакс, молчать не будет, он и ее приходил убить, и убьет! Она ничего не говорила о том, как Брендол пинал и унижал, как она била его перстнем в ухо и как потом звенела и раскалывалась голова. И Армитаж до сих пор чувствует привкус крови во рту что бежала из разбитого носа и губ. Почему-то сейчас вокруг так темно и холодно, снова холодно, а Роуз… Она не появилась, не отвечала на его вызов… А потом ему доложили, что леди Хакс направилась на поверхность. Армитаж смотрел вниз, где под «Добивающим» светилась тысячами огней долина между двух хребтов. Нет, пусть сразу! Тико не станет молчать или скрывать свои чувства. Отцеубийца. Она просто уйдет? Он закрыл глаза, глубокие тени от длинных ресниц очертили усталость под глазами, сжал челюсти. Лучше сразу: - Готовьте корабль через восемь минут. Роуз моталась по лабиринту модуля на базе, уже раз двадцать порываясь позвонить ему. Нет! Разве он не знает, что она ждет его? Это он специально молчит! Вредный и несносный Хакс! И что она, будет тут всю ночь сидеть? Ну, уж нет! Решил, что спрячется от нее? А у нее вот есть вопрос! И он должен ответить! И ответит! Роуз обвела взглядом гостиную, и разбить-то нечего, все убрал! Она уселась на диван, выдыхая свою тревогу. Почему он не идет? ПОЧЕМУ? Только потом поняла, а ведь ему сейчас невыносимо больно. А экипаж? Все ведь тоже ВИДЕЛИ. И она видела, и его мачеху, и его мать… Она бросилась в атаку сразу, как только он вошел, Белые снежинки таяли на рыжих волосах и оставались маленькими капельками на белом мундире… Холодный и больной взгляд. - Только правду говори! Ты убил своего отца? - Нет. Фазма. Но приказал я. Он не смотрел на нее, боясь поднять глаза, - теперь ты возненавидишь меня, как отцеубийцу? Не будет он страшится увидеть то, что будет. А с ней что? Почему смотрит с такой душераздирающей горечью? Сейчас жахнет своей правдой, со всех турболазеров сразу… - Арми, - почти прошептала Роуз, подходя к нему, - разве я смею осуждать тебя? Я не знаю, как бы поступила я, если бы… Если бы со мной творили такое! – Твердо закончила она. Сердце Хакса закричало: «Не надо!», а на Роуз смотрели глаза мальчишки из прошлого, только не лед в них – мука. - Что ты знаешь? – Хрипло спросил адмирал. - Достаточно для того, чтобы хотеть самой придушить твою эту… мачеху. Он не может поверить в то, что слышит. - Пусть трепет, что хочет. Никогда больше не смей сомневаться во мне, Хакс, слышишь? – Она вдруг хватается за его рукав мундира, смотря пронзительно и больно. Все же жахнула. Только не из тех орудий. Ионные пушки вместо турболазеров, обезоружили его сразу. Что вот теперь? Внутри Хакса стремительное кружение из его чувств. Обрывки сомнений и страхов тают вместе с леденящей пустотой… Роуз изгоняла черную мглу, и он шагнул навстречу солнцу ее глаз, единственному пути, который она оставила ему. Его Роуз, уже набрасывая на него нити своей любовной паутинки, окутывая его руками и взглядом, полным мольбы, чтобы он услышал ее, чтобы он почувствовал ее! Чем он воздаст ей за то, что так смело она возвращает ему счастье? Он еще безнадежно пытается сдержаться, чтобы подобрать слова, только его руки сами заключают ее в объятия, и она подается к нему так легко и так пылко, и совершенно разбойно застает его врасплох, проводя язычком по бороздкам губ. И хохочет переливчатым своим смехом! - Ты сам меня выбрал, Хакс! Я теперь твой пожизненный приговор! А вместо яда в его сердце бьются горячие волны, одна за другой, одна за другой… Или это кровь толчками? Отчего тогда так согревает ее улыбка и волшебство ласк ее рук? За его спиной мгла прошлого, а впереди… Отблеск бусинок-росинок на сосновых иглах, эхо уходящей грозы и тишина их мира. В ее глазах его дом, в котором он еще не был, но обязательно будет! Его чувства крутанули опасный кульбит, когда она замирает в его руках, и он слышит ее тихий голос: - Никто и никогда не посмеет сказать, что наш сын незаконнорожденный. - А девочка? – Шепчет Армитаж, целуя ее волосы. - Какая девочка? – Она поднимает лицо от его груди. - Рози! Если ты заметила, иногда рождаются еще и девочки! - Ну, да, - соглашается она, - бывает. Ему хочется выпить ее залпом, одним махом, как бокал горячего Де ла Мезона, только он пригубляет, медленно отпивая нежность ее шеи, и так тепло ее плечам, когда его губы опускаются ниже. - Подожди…- шепчет Роуз, когда он снимает крученые шнурочки бретель платья с ее плеч. Теперь замирает Хакс, на полпути к цели. - Арми, ткань твоего мундира уже натерла мне щеки, вот он зачем тебе сейчас? - Логично, - шепчет в ответ адмирал,- но до шкафа он не дотянет, придется бросить здесь. Момент, знаешь, не тот... - Я на момент не согласна. - Учту. Она просто сбрасывает свое платье, и оно скользит вниз по ней, чуть шелестя, и падает у ее ног, свернувшись темно-синей тенью… Ночь для двоих, без сомнений и прошлого. Она завораживает его, он точно в западне, только совсем не желает из нее вырваться, не в силах оторвать от нее взгляд. В ее глазах – обещание любви... Может, она знает какой-то рецепт колдовского зелья? Все равно, только бы пить из ее рук любовь, как целебный настой. И желание растекается дрожью по коже, чтобы уже потом, в мечтах о сыне, или дочери, раствориться в ней самой, владея ею и наслаждаясь ее стоном, как просьбой продолжения. Детонаторы –то он прячет в своем сердце… Только она сама не знает, какую власть имеет над ним… Рен включил комлинк только утром. Адмирал Дейен. Прилимуси. Сначала Дейен. - Кайло, - спокойно сказал Ото, вот так просто называя его по имени, - мы знаем, где Тагге клепает своих репликантов, и еще… мы знаем, что на Бахальских верфях, на средний крейсер типа " Удар" устанавливается не совсем лазер, по крайней мере, на турболазер он не похож, и еще мы знаем, кто и где производит дезинтеграторы. Верховный Лидер молчал, переваривая информацию: - Это ваш человек, которого вы посылали? - Ну, он не человек… но желает, чтобы ты увидел все сам… Мы вылетели уже, так что не срывайся никуда с Пиллио. Прилимуси был краток: - Они отвезли контейнеры с коаксием на Саварин. Тот заводик, что нашли люди Гармута. С виду развалины, но это только снаружи. Гармут оставил разведку и сторожевик на орбите. Тот прятался за спутником. Разведку засекли сразу. Сканеры, пожгли дезинтеграторами, но командир успел отправить сигнал на корабль. Сторожевик не боец, конечно, но коаксий упускать было нельзя. Он принял решение. Прилимуси замолчал. - Дальше, Вальтор. - Они умудрились проскочить их крейсеры, и врезались в транспортник с коаксием, который стоял на поверхности. Взрыв был такой силы, что… Суши на Саварине больше нет. Только океан. Мы отправили спасателей, возможно, кому-то из населения удалось спастись… - Я понял вас. – Кайло отключился и смотрел теперь в стену перед собой. А потом запищал комлинк Рей. Она протянула руку, еще не открывая глаз, нащупала браслет. - Это я, - сказала Ири, - мы скоро будем на Пиллио… Рей. Плащ я не купила, некогда было… В общем, мы вам тут другой подарок везем. - Ты что-то купила еще? - Нет, сама нашлась. Девочка. -