От печали до радости

Рыков не знал, сколько времени прошло после того, как за каталкой, на которой увезли Ольгу, захлопнулась дверь. Он тихо сполз по стене прямо около операционной и сжал голову руками. Перед глазами стояло бледное Ольгино лицо. «Зачем?», — думал Паша, — «Зачем ты отстегнула ремень?». — Что с вами? Вам плохо? — прозвучал где-то рядом тревожный голос. Рыков поднял голову и увидел перед собой женщину лет сорока пяти в униформе медсестры. Смысл вопроса долго не доходил до Павла, и он бессмысленно таращил взгляд перед собой. — Ну-ка, вставайте, — так и не дождавшись ответа, попросила медсестра и потянула Рыкова за руку. Тот с трудом поднялся и чуть не упал обратно — голову моментально повело. Рефлекторно Рыков схватился за плечо поддерживающей его женщины. — Тихо, тихо, — успокаивающе проговорила она, — Смотровая совсем близко, пойдемте туда. Меня Галиной зовут, я вам помогу. — Нет, — помотал головой Павел. — Я здесь останусь, там жену мою… оперируют. — Здесь не положено, — мягко возразила медсестра. — Когда врачи закончат, они к вам подойдут, не переживайте. Вас самого осмотреть надо, вон у вас кровь на рубашке. — Не надо. Со мной все нормально, — возразил Рыков. На самом деле Павел не знал, в порядке он или нет. Просто в голову не приходило думать сейчас об этом. Все потеряло значение, кроме одного — минутной стрелки часов на руке. Она двигалась слишком медленно. Будучи врачом, Рыков примерно представлял, сколько может длиться подобная операция, и это угнетало его — он не представлял, как продержится все это время, не зная, что происходит сейчас за стенкой. Хотелось вырваться из рук этой медсестры и оказаться в операционной. Быть рядом с Ольгой, видеть, что она жива, держать ее за руку. Усилием воли Рыков подавил неуместный порыв и медленно пошел в приемную. Ждать. *** — Юра, подойдите кто-нибудь в приемную, — произнесла в телефонную трубку дежурная медсестра. Несмотря на категорический отказ обследоваться, мужчина явно нуждался в медицинской помощи. Галина отметила и его неестественно бледный цвет лица, и запекшуюся кровь на затылке. — Ну, что тут у тебя, Галюша? — спросил подошедший на пост врач. — Вот, — кивнула медсестра на Рыкова, — мужчину с женщиной привезли после ДТП. Женщина тяжелая, оперируют, а мужчина отказывается от осмотра, говорит, в порядке, но что-то он мне не нравится. Ты бы посмотрел его, Юра? — попросила она. — Сделаем, — кивнул врач и подошел к Рыкову. — Здравствуйте. Меня зовут Юрий Валентинович. Я врач. Что у вас болит? Пойдемте в смотровую, вас осмотреть надо, — предложил он. — Не надо, — сквозь зубы, отозвался Рыков, — Я нормально себя чувствую, в медицинской помощи не нуждаюсь. Он уже устал повторять это за сегодняшний вечер. Хотелось, чтобы все оставили его в покое. — Мне так не кажется, — возразил врач. — Пойдемте, пойдемте. У вас может быть шок, и от этого вы не чувствуете боли, а травмы тем не менее могут быть весьма серьезные. — Послушайте, — попросил Павел, — оставьте меня в покое, пожалуйста. Если вы хотите помочь, идите в операционную. Помогите моей жене. Я устал повторять, что в порядке. У меня нет травм, внутренних повреждений, сознание ясное. Оставьте меня в покое! — повысил он голос. Юрий покачал головой и отошел. — Галя, налей ему хотя бы успокоительного что ли, — предложил он. — Ты что его, не посмотришь? — А что мне его, силой в приемную тащить? — огрызнулся врач. — Ничего, раз ругается, значит все не так плохо. Сейчас посидит, успокоится. Если что, зови меня, я в ординаторской. *** — Вон он! Паша, — окликнул товарища Кулыгин, забегая в приемную больницы. Константин, Виктор и Максим столпились рядом с Рыковым. Кулыгин присел на корточки и вгляделся в лицо друга. Бледный до синевы, царапина на шее, искусанные до крови губы. — Ну, ты как? Как Ольга?! Чего ты молчишь? — Костя, — поморщился Паша, — не кричи, голова трещит. Ольгу оперируют уже полчаса. После аварии один раз только в себя пришла, да и то на секунду. Черт, Костя, а если ее не вытянут? У нее несколько ребер сломано, может, внутренние травмы есть. — Так, тихо, — встряхнул Рыкова Костя. — Паша, возьми себя в руки. Все нормально будет. Ты сам как? Тебя врач осматривал? — Нормально я, — сквозь зубы ответил Павел. — Мы поворот проскочили, до следующего навигатор десять минут показывал, решили срезать. Я даже не понял, откуда другая машина выскочила. Свет фар резкий, удар. Когда очнулся, этого автомобиля уже и след простыл. Зачем я позволил ей срезать, вот куда я спешил? Доторопился, — с досадой выдохнул Рыков и в отчаянии стукнул кулаком по скамейке. — Мы парня того встретили, который первый на место аварии прибежал. Вот, кстати, твой телефон, — Кулыгин протянул Павлу его мобильный. — Он сказал, вторая машина сразу скрылась с места ДТП. — Видимо, тоже нарушили что-то и светиться не захотели, — предположил Витя. В этот момент дверь резко распахнулась и в приемную ввалились прибывшие со свадьбы гости. Сразу же поднялся невообразимый гвалт, все перебивали друг друга, спрашивали о подробностях произошедшего. — Ну-ка, тихо все! — перекрывая шум, крикнула медсестра Галина, — С ума сошли? Это приемная больницы, вы что здесь базар устраиваете? Так, остаться могут только самые близкие. Остальных попрошу покинуть приемную. — Но мы все тут близкие! — отчаянно возразила Рая. — Девушка, правда, — поддержал Тартакову Витя, — мы коллеги, друзья. Семья практически! Не выгоняйте нас, пожалуйста, мы тихо будем. Галина неодобрительно покачала головой, но настаивать не стала. *** Минут через тридцать в приемную вышел врач, оглядел разношерстную толпу в коридоре — невеста, нарядные гости, и почему-то даже несколько врачей в форме скорой помощи. — Кто с женщиной после ДТП? — спросил врач. — Мы, — повскакивали все. — Доктор, что с ней? Рыков вцепился в плечо Кости, почувствовав, что в него самого точно также кто-то вцепился, кажется, Витя. — Тихо, тихо, – верно вычислив среди этой пестрой толпы супруга пострадавшей, обратился к Рыкову доктор, — все нормально. Операция прошла успешно, она поправится. Рыков благодарно кивнул врачу и тяжело опустился на скамейку. Сквозь нарастающий в ушах шум он услышал, как Костя спрашивает подробности операции, а врач отвечает ему что-то успокоительное. — Так, дорогие друзья и родственники, — громко обратилась ко всем Галина. — Теперь точно остаться может только супруг. Всех остальных прошу покинуть больницу. — Присоединяюсь, — кивнул оперировавший Арефьеву врач. — Завтра можете позвонить на пост и узнать о самочувствии пациентки, а сегодня попрошу всех разъезжаться. Здесь все-таки приемный покой, а не вокзал, — добавил он, намекая на явно превышающее вместимость приемной количество посетителей — кто-то в ожидании окончания операции оккупировал подоконник, а кто-то даже уселся на пол. — Пойдемте в ординаторскую, — взял под локоть Рыкова врач, — надо документы подписать. — Паша, я тебе подожду, — обернулся Кулыгин и добавил в ответ на укоризненный взгляд врача, — Один подожду. — Рая, давай домой, — попросил Костя молодую жену, — Мама там волнуется, да и устала, наверное, одна с Глебушкой. — Но, Костя, — попыталась возразить Рая, и Кулыгин, поморщившись, подумал, что похоже, перечить ему входит у жены в дурную привычку. — Рая, все, не обсуждается, — он приобнял супругу и легко подтолкнул ее к выходу. — Давай. Я, может, у Рыкова сегодня переночую, не бросать же его одного в таком состоянии. — Ладно, — вздохнула Рая, — ты только позвони, пожалуйста. *** — Скажите, а почему окончания операции бригада скорой помощи дожидалась? — спросил врач подписывающего документы Павла. — А они не как бригада были, — непонятно ответил тот, и еще туманнее добавил, — вернее, не как дежурная бригада. Потом поставил сегодняшнюю дату, отложил ручку и пояснил: — Женщина, которую вы оперировали, — начальница подстанции скорой помощи. Здесь сейчас были ее коллеги, друзья. — Вот оно что, — протянул врач, — Мы с вами, значит, коллеги? Вы — тоже врач? — Да, — кивнул Паша и представился, — Рыков Павел Дмитриевич. — Виноградов Георгий Борисович, — протянул руку врач. — Спасибо вам, Георгий Борисович, — ответил Паша на рукопожатие и переспросил — Она правда в порядке? — Не переживайте. И она, и ребенок в полном порядке. Мы минимизировали время наркоза, так что воздействие на плод минимальное. — Что? — ошарашенно переспросил Рыков. — Вы не знали? — удивленно поднял брови врач. — Впрочем, да, срок же совсем небольшой, около месяца. Перед началом операции мы сделали узи, чтобы исключить внутренние травмы, и обнаружили. Так что, поздравляю вас, вы станете отцом, — улыбнулся Георгий Борисович.