Ловцы снов

— Точно все в порядке? — участливо спрашивает Сонхва, когда Хонджун, зазевавшись, спотыкается на ровном месте. Хонджун лишь отмахивается. — Ты уже пятый раз это спрашиваешь. Все нормально, если бы мне было плохо, я бы сказал, честно. Сонхва только качает головой. Он прекрасно понимает, что даже если бы Хонджуну сейчас было очень плохо, он не сказал бы об этом. Хонджун слишком многое держит в себе. И сам Хонджун осознает, что это слишком очевидно, но правду предпочитает не говорить. Если он начнет жаловаться, то все начнут беспокоиться, и их план, и без того очень шаткий, окончательно пойдет коту под хвост. Так что Хонджун предпочитает игнорировать усталость и тяжесть во всех конечностях. Если так подумать, он не спал уже очень давно, и кто знает, чем это может закончиться. Кажется, Сонхва думает об этом же. — Я просто переживаю. В последний раз все закончилось, — он делает небольшую паузу и выделяет последнее слово голосом. — Весьма плачевно. Хонджун на секунду прикрывает глаза. Сонхва прав, но ему уже нечего терять, чтобы так переживать из-за собственной усталости. Он замирает посреди улицы. Останавливается, оглядывается вокруг. Самая обычная улица Сеула, в прошлый раз именно отсюда они бежали, только встретив Минки. Удивительно, как такие детали всплывают в голове Хонджуна, когда он их совсем не ждет. — А теперь искать среди всего этого проход в сознание Джексона, — Хонджун задумчиво потирает ладони. — В этом нет нужды, — быстро заверяет его Минки. — Подсказок здесь больше, чем может показаться с первого взгляда. По крайней мере, когда я был под влиянием Окулуса, и Джексону нужно было по какой-то причине собирать своих помощников на совещание, он иногда делал это не в самом Окулусе, а у себя во сне. Место проведения никогда не оглашалось и хранилось под семью замками. Но как-то же его находили. Ёсан хмыкает. — Скорее всего, эти люди знали, где могут находиться подсказки, спрятанные Джексоном. Знаете, такие мелочи, на которые обычный человек не обратит внимания, и которые никак не проявят себя во сне случайно. Но, в любом случае, это нужно иметь такой высокий уровень контроля над своим сознанием, что даже мне немного не по себе. Сонхва украдкой смотрит на Ёсана. — А ты все знаешь, да? — он спрашивает без раздражения, просто интересуется. Кажется, впервые за все это время он обращается к Ёсану спокойно. — Уж побольше твоего, это точно, Хва, — фыркает тот и обнимает себя руками. Кажется, ему становится неуютно. — И, если бы ты не отпирался, сейчас тоже много чего знал бы. Например, то, как спрятать в своем сознании все, что ты только захочешь. А заодно, как это отыскать. — И ты сможешь помочь в этих поисках? — с надеждой интересуется Хонджун. Ему, как и Ёсану становится слегка неуютно, и он не сразу понимает причину. Они вшестером привлекают слишком много внимания, и люди вокруг, скорее всего, ненастоящие, чувствуют чужаков. Это чужое сознание начинает замечать что-то чужеродное. Что ж, незамеченными они не могли остаться в любом случае. — Главное, не паникуйте, — говорит Ёсан, тоже замечая эти взгляды. — Ведите себя, как часть окружения, тогда у нас есть шанс протянуть немного подольше. Минки, ты хотел что-то еще сказать, да? Минки кивает и просит всех подойти к нему поближе, чтобы не приходилось говорить слишком громко. — Иногда, когда мне приходилось здесь бывать, я видел, как некоторые сотрудники шли к тому зданию, — Минки осторожно указывает на небоскреб невдалеке. — Думаю, оно как-то может быть связано с этим всем. Хонджун вглядывается в совершенно обыкновенное стеклянное здание и не замечает в нем ничего необычного. Разве что смотрится оно слегка угрожающе на фоне остальных зданий пониже, но, возможно, это просто самовнушение. — У этого Джексона подозрительная любовь к пафосным небоскребам, — в шутку замечает Уён. — У него точно нет никакого комплекса неполноценности? Ёсан не сдерживает издевательский смешок и улыбается уголком губ. — Нам нельзя будет завалиться туда всей толпой, — спустя несколько секунд заявляет Сонхва. — Даже если туда в принципе есть проход, а нас не поймает охрана, вшестером мы туда точно не проникнем. — Но есть идея! — перебивает его Хонджун. — Нельзя забывать, что мы во сне. Что, если просто открыть дверь прямо отсюда — в то здание. Заодно мы сможем избежать лишних глаз. — Иногда мы забываем, что находимся во сне и начинаем играть по правилам реального мира, — Сан цокает. — Но мне нравится твоя идея. Снова будешь открывать свои двери? Хонджун чешет затылок и неуверенно улыбается. — Ну, да, видимо? Больше никто попробовать не хочет? Только, думаю, надо куда-нибудь уйти с середины улицы. Хонджун чувствует, как в нем просыпается знакомый азарт. Теперь ему нужно просто-напросто не накосячить. А еще, возможно, Сонхва приуменьшил его роль, когда они все это обсуждали. И, возможно, ему придется остаться здесь до конца. Но куда страшнее было бы оставлять всех вот так. Хонджун начинает чувствовать свою ответственность и окончательно берет себя в руки. Нужно забыть про усталость и все неудобства хотя бы сейчас. От него слишком многое зависит. Они уходят с просторной улицы и сворачивают во дворы, решая убить сразу двух зайцев: скрыться от многочисленных людей и заодно подобраться поближе к небоскребу. Делают они это на всякий случай, чтобы Хонджун смог разглядеть получше место, куда они будут перемещаться. — Думаю, первые этажи сразу можно отметать, — говорит Сонхва, задирая голову. — Даже отсюда видно, что людей там море. Надо брать повыше, но желательно все равно оказаться в каком-нибудь тихом месте. — Главное, чтобы этим тихим местом не оказался какой-нибудь кабинет Джексона, — хихикает Сан. — Будет неловко. — Накаркаешь сейчас, — осаждает его Сонхва. — Но Хонджун, тебе все равно придется метить наугад. Хонджун снова растирает ладони друг об друга, будто бы ему это поможет, но добивается лишь слабого свечения от них. — Ну, я постараюсь держать в голове, что нам нужно оказаться в какой-нибудь пыльной кладовке или туалете. — Только прошу, не в одной кабинке, — кривится Ёсан. Хонджун с легкостью рисует у себя в воображении дверь и держит в голове, что ему нужно, чтобы открылась она прямо в здании. Ему кажется, что это самая увлекательная часть — открывать двери и гадать, что же ты за ними увидишь. Представленная им дверь возникает прямо в кирпичной стене ближайшего здания, и Хонджун без раздумий шагает через порог, перед этим помахав всем рукой в призыве идти за ним. Он не сразу понимает, где они оказываются. Вокруг Хонджун видит только металлические стенки, и кажется, это секундное замешательство возникает не только у него. Но они едва они успевают закрыть за собой дверь, раздается тихий звонок, и становится понятно, что попадают они в лифт. В лифт, который только что приехал на какой-то этаж. — Черт, — ругается Уён себе под нос и выпрямляется, отходя поближе к стене. В лифт, к счастью, достаточно большой для такого солидного здания, заходят еще несколько людей. Они смеряют их странную компанию подозревающими взглядами, но почти тут же отворачиваются. Хонджун в этот момент думает о том, что, наверное, ко всему прочему, им стоило еще и переодеться во что-то более деловое. Но метаться, к сожалению, уже поздно. Лифт едет куда-то наверх, и, по ощущениям, проходит целая вечность, прежде чем он приезжает на нужный этаж. Снова раздается звонок, и двери открываются. Хонджун только сейчас позволяет вдохнуть себе полной грудью. Первыми выходят сотрудники — уж неизвестно, настоящие или нет, но они, не сговариваясь, решают проехать еще немного повыше. К их счастью, на том этаже, где они решают выйти, людей почти нет. Этаж сам по себе выглядит заброшенным и, судя по всему, он и вовсе недостроенный. Странно, что создатель этого небоскреба решил оставлять такую странную площадку — целый пустой этаж, с болтающимися кусками строительной пленки и отсутствующей стеной. Хонджун из любопытства подходит к краю и смотрит вниз. Высоты он не боится, но голова тут же начинает кружиться. До земли очень и очень далеко. — Там выход на лестницу есть, — кричит Уён уже из другого конца помещения. — Мне кажется, это безопаснее, чем лифт. — Отлично, — кивает Минки. — Тогда приступаем к следующей части плана. Чтобы быстрее найти подсказки, нам необходимо разделиться. В том числе, внимания мы так привлечем гораздо меньше. Хонджун отвлекается на его слова и пропускает тот момент, когда Сонхва хватает его за запястье. Хонджун переводит на него вопросительный взгляд и чуть пошатывается от неожиданности. — Тебе не страшно стоять так? — шепотом спрашивает Сонхва. — Жуть какая-то. — Ну, даже если я сейчас упаду, то самое страшное, что со мной случится — я проснусь, — Хонджун пожимает плечами. Ёсан цыкает на него, привлекая внимание. В итоге они решают разделиться. Так как Ёсан оказывается самым уязвимым из них — у него нет ни оправдания, как у Минки, который по легенде все еще под властью Окулуса, ни шансов остаться незамеченным, в случае чего. Именно поэтому все коллективно решают, что для защиты ему нужно идти с Минки и Уёном. Так у них хотя бы будет какое-никакое оправдание, да и в случае, если придется драться — втроем это наверняка делать проще. — Тогда мы идем втроем? — уточняет Хонджун. — Я, Сонхва и Сан? — Я бы пошел вообще один, — качает головой Сан. — У меня преимущество есть, меня никто не знает. Никакой Гипнос, Окулус, вообще никто. Я буду тихим и незаметным, как мышка. Его губы расплываются в хитром оскале. — А если все-таки что-то случится? — уточняет Сонхва. — Ты сможешь один защитить себя? — Я в одиночку разнес целый замок, — Сан подмигивает ему. — Поверь, защитить себя я точно смогу. — Ладно, тогда мы с Джуном вдвоем, — соглашается Сонхва. — Сам Джексон нас еще не видел, но мы здесь уже были, нас может кто-то узнать, так? Он вопросительно смотрит на Минки, будто бы уточняя. Тот его догадку подтверждает, кивая: — Большая часть людей здесь — это что-то вроде простых кукол, созданных для массовки, но это не значит, что у них нет памяти. А, если учесть, что в прошлый раз вы привлекли достаточно внимания, то да, есть риск, что вы можете попасться. К сожалению. — Тогда, — Сонхва вздыхает. — Встречаемся здесь же через час. Надеюсь, нам не нужно будет больше времени, потому что чем дольше мы здесь находимся, тем больше неприятностей себе наживаем. Наша задача — найти подсказки, которые помогут нам попасть в сон Джексона. Любые, поэтому обращайте внимание на мелочи. — Даже если это листочек, торчащий из-под тумбочки, — добавляет Ёсан со знающим видом. — Ищите сейфы за картинами, такое тоже может быть. — Ты у себя там что-то тоже так прячешь? — Уён с любопытством касается пальцами чужих висков. — То-то ты загруженный такой все время ходишь. — Уён, сейчас не время для шуток, — Сонхва по-отцовски грозит ему пальцем. — Прячу, и желательно, чтобы Джексон до этого не добрался, — мрачно отзывается Ёсан. — Мне проще похоронить все мои знания с собой, чем потом пытаться расхлебывать последствия. И прежде, чем разговор утекает в совсем уж безрадостное русло, Минки обрывает его одним взмахом руки. — Никакие последствия мы разгребать не будем. Все будет классно, вот увидите! Ёсан что-то задумчиво тянет, но не спорит. Они договариваются о местах, которые будут исследовать и осторожно расходятся. Сонхва и Хонджун решают взять на себя подвальные этажи, подозревая, что там можно найти что-нибудь интересное, Минки, Ёсан и Уён берут этаж, где вышли люди, которых они встретили, Сан же решает начать с самого людного места — с основного холла. Хонджун заранее готовится к тому, что будет сложно, но он надеется на хоть какие-то подсказки. Ведь не могут быть все сотрудники Окулуса чертовыми детективами. Подвал, как они видят в лифте, состоит всего из двух этажей, парковки, и еще одного, как догадывается Сонхва, технического. — Это странно, на самом деле, — размышляет он. — Нет, я понимаю, что этот сон был создан, как что-то, максимально приближенное к реальности, но с другой стороны, зачем в таком огромном мире тратить силы на такие мелочи? Подвал огромного здания, технические помещения, даже парковка? Это ведь все нужно удержать у себя в голове, не забыть, не перепутать ничего. Это требует просто колоссальных усилий. — Ты так говоришь, что я уже начинаю побаиваться человека, создавшего это, — недовольно ежится Хонджун. — Монстр какой-то. — Да уж, даже я к такому не привык, — соглашается Сонхва. — К таким-то масштабам. Мне до такого далеко. Но знаешь, что? Двери лифта раскрываются перед ними, открывая путь на хорошо освещенную парковку. Что интересно, абсолютно пустую, без единой машины, с нумерацией на столбах и цветной разметкой. И даже медленные аккуратные шаги отдаются по этому гигантскому помещению громким эхом. — Что? — шепотом интересуется Хонджун. — У тебя есть идеи? Сонхва с любопытством рассматривает пустое помещение. С первого взгляда в нем нет ничего необычного, но это и настораживает. Хотя, может быть, они просто слишком много думают, и все гораздо проще? — Я постараюсь тоже этому научиться. Я никогда не задумывался о том, что в своем сознании можно сотворить такие колоссальные вещи, и мне кажется, если мы научимся всему тому, что сейчас умеют в Окулусе, мы будем куда в большей безопасности. Мы сейчас как крошечные мошки в сравнении с Джексоном. — Светлячки, — поправляет его Хонджун и тянет за собой, решая пройтись по парковке, а не стоять на месте. — Давай мыслить позитивнее. Он хихикает и тут же отпускает чужую руку. С чего же стоит начать? С осмотра стен? Или пола? А, может, в каких-нибудь столбах, разукрашенных в бело-желтый, найдутся какие-нибудь подсказки? Начать они решают со столбов, исследуя их ряд за рядом, и стараются далеко не расходиться. — Да уж, если мы — светлячки в мире снов, то Джексон и его люди — настоящие прожекторы, — вздыхает Сонхва. Хонджуну такое сравнение кажется очень забавным. — Но это правда очень большая проблема. Я боюсь, что Окулус на самом деле - не единственная подобная организация. Кто знает, с чем нам придется еще столкнуться? И мне немного тревожно от мысли, что я не смогу вас защитить. Хонджун выпрямляется, задирая кверху нос. — Всегда есть я, в конце концов. Я, вроде бы, неплохой проводник, мы это уже выяснили опытным путем. Да и к тому же, посмотри, у тебя замечательная команда. Все не так страшно, — он украдкой бросает на Сонхва взгляд и решается уточнить. — Ты правда беспокоишься за меня, как за часть команды? Сонхва отводит взгляд слишком очевидно и с большой заинтересованностью проводит пальцами по цифрам на очередном столбе. — Что ты имеешь в виду? — непонимание в его голосе немного сбивает Хонджуна с толку, пока он не осознает, что оно напускное. На всякий случай он прячет ладони в карманы, чувствуя, как нагреваются кончики пальцев. — Я многое забыл, конечно, но все, что связано с тобой, я помню прекрасно, — признается Хонджун. — Начиная от нашей первой встречи, потом тот случай на моей работе, и то, как ты мне впервые показал мир снов. — Ты правда помнишь все это? — приятно удивляется Сонхва. На его губах проскальзывает улыбка. — Я был очень рад тогда узнать, что в нашей команде могут появиться проводники помимо меня. До этого я обучал только обычных Ловцов, но возможность поделиться всеми своими знаниями действительно в тот момент меня действительно обрадовала. К тому же, мне очень нравилось проводить с тобой время. Что уж там, нравится до сих пор. Хонджун ловит себя на том, что уже какое-то время смущенно смотрит в пол, и тут же поднимает взгляд, напоминая себе, что сейчас их задача — найти хоть что-то. Хотя, не использовать возможность нормально поговорить, он просто не может. — Это взаимно, на самом деле, — Хонджун пинает какой-то маленький камешек, попавшийся под ноги. — Так получается, у тебя еще и чисто педагогический интерес? Он прищуривается и смотрит на Сонхва. — Возможно, не только педагогический. И, если честно, мне немного неловко говорить об этом в чужом сне, — Сонхва смеется. — У тебя нет такого ощущения, будто бы тебя подслушивают? Хонджун закусывает губу, сдерживая улыбку. — А, то есть, до этого тебя это не волновало, профессор Пак? Он сворачивает чуть в сторону, чтобы подойти к Сонхва поближе, когда его взгляд падает на один из столбов. Яркой красной краской на ней выведена цифра «72», и все бы ничего, да только вот цифры на остальных столбах — белые. — Хва, смотри сюда, срочно, — к Хонджуну мгновенно возвращается серьезный настрой. — Почему все цифры белые, а эта — красная? Сонхва подходит к столбу и проводит пальцами по краске. — Сухая, но, наверное, это ни о чем не говорит, — он на секунду замолкает, раздумывая. — Это может быть той самой подсказкой? Тем же этажом, нет? — Семьдесят второй этаж? — Хонджун вспоминает количество кнопок в лифте, и тут ему кое-что приходит в голову. — Точно! Это не тот самый этаж, где сейчас ребята? Где выходили те люди? — Если это он, то нам нужно поторопиться. Как бы они никому не попались. Они снова спешат к лифту. Хонджуну кажется, что они еще не раз на нем покатаются. — А почему именно этаж? — он зажимает нужную кнопку. — Что на этом этаже такого, еще какие-то подсказки? Или Джексон собирает там всех отдельно, чтобы провести к себе в сон? Лифт не успевает проехать и пару этажей, останавливаясь на первом. В него тут же влетает встревоженный Сан и жмет на кнопку закрытия дверей. — О, ребята! — обрадованно говорит он. — Я не уверен, но у нас, кажется, проблемы. Там в холле какой-то переполох. Охрана что-то закопошилась, начала переговариваться, и проверять всех, кто в этом холле вообще находится. Я надеюсь, что наших не раскрыли. У Хонджуна на секунду внутри все замирает, и по спине бегут мурашки. Такое поведение охраны не может быть просто совпадением. Те считанные минуты, пока лифт едет на нужный им этаж, растягиваются, как жвачка. И когда он, наконец, останавливается, Хонджун едва дожидается, когда же откроются двери. То, что что-то идет не так, можно понять с первого же взгляда. Переполох с первого этажа добирается до семьдесят второго куда быстрее, чем они сами. Люди о чем-то шумно спорят и смотрят в сторону лестницы. Наплевав на скрытность и осторожность, Хонджун первым срывается в этом направлении, через несколько секунд сталкиваясь с напуганным Уёном. Он тут же хватает Хонджуна за плечи и оглядывается. — Мы прогадали. Мы нашли не подсказки, мы нашли самого Джексона и его людей. И они вообще нам не обрадовались. Они побежали за Ёсаном и Минки, а мне удалось затеряться в толпе, потому что тут такой шум поднялся. — Что здесь Джексон забыл? — непонимающе спрашивает Хонджун. — Они там, на лестнице? Куда они побежали? — В сторону лестницы и наверх. Ёсан был впереди, и он побежал именно туда, хотя Минки кричал ему, чтобы он бежал вниз. Еще не дослушав, Хонджун бежит к лестничной площадке. Он перепрыгивает через несколько ступенек, даже не замечая этого. Интуиция буквально вопит ему о том, что ситуация куда хуже, чем они сейчас могут предположить. Не мог же Джексон просто так погнаться за Ёсаном, ни с того, ни с сего? — Уён, они о чем-нибудь говорили? — запыхавшись, спрашивает Хонджун. — Не особо, Джексон просто приказал своим людям ловить Ёсана, и все. Я не знаю, почему он так отреагировал! Хонджун на секунду прислушивается и понимает, что знакомый голос раздается совсем рядом. Догадывается мгновенно: Ёсан повел Джексона на тот самый этаж, откуда они все начали. Он не заботится о том, что их могут услышать или увидеть, что-то Хонджуну подсказывает, что это сейчас не так важно, так что он без тени сомнения толкает железную дверь. — …и ты ничего сделать не сможешь! Ты же понимаешь, чем это все грозит, да, Джексон? Хонджун замирает у выхода на этаж в легком шоке. Он не знал, что Ёсан может так кричать. Ему требуется пара секунд, чтобы сориентироваться. К этому моменту его как раз догоняют остальные. Хонджун делает несколько шагов вперед, чтобы охватить взглядом полную картину. И она приводит его в окончательное непонимание. Ближе всех к ним стоит Минки. Он, кажется, не в меньшей растерянности, чем Хонджун, но повернут к ним спиной, так что даже не замечает появление оставшейся команды. Рядом с ним стоит еще несколько человек, а чуть дальше стоит, как Хонджун понимает, Джексон. Он выглядит спокойным, но взгляд у него до пугающего сосредоточенный и темный. Он куда ниже Минки, но при этом очень хорошо сложен, а осветленные волосы уложены в идеальную прическу. Деловой костюм на нем намекает, что он явно собирался на какую-то конференцию или вроде того. Джексон напоминает Хонджуну хищного зверя, который загнал добычу в ловушку и прекрасно знает, что она никуда не денется. А жертва эта — Ёсан, стоящий на самом краю. Еще один шаг назад — и он упадет, потому что никакой стены за ним нет. Только строительная пленка, свисающая с потолка большими лоскутами. — А вот и твои друзья пожаловали. Что же они тут забыли? — Джексон ненадолго переводит взгляд, но удивленным не выглядит. Он будто бы только этого момента и ждал. — Я так понимаю, Хонджун среди вас тоже есть? Сонхва сзади тут же хватает Хонджуна за кофту, будто бы прося не делать глупостей. Ёсан тоже смотрит на него и едва заметно качает головой. Джексон выжидающим взглядом скользит взглядом по их молчаливой компании и вздыхает. — Ну, не хотите говорить, тогда не надо. Сначала мне нужно разобраться с Ёсаном, а с вами, думаю, таких трудностей не возникнет. Один из помощников Джексона вопросительно кивает в их сторону, но тот лишь отмахивается. Кажется, настолько уверен в себе, что не видит нужды даже в том, чтобы взять под контроль всю их команду. — Не подходи, — предостерегает Ёсан, замечая, что Джексон делает шаг к нему. — Еще один твой шаг, и я прыгаю. У Хонджуна внутри все холодеет. — Он с ума сошел? — раздается сзади шепот Уёна. — Да, и что будет? — фыркает Джексон. — Ты просто окажешься в реальности, где мне достать тебя еще проще. Пора признать, что тебе никуда не деться. К моему великому сожалению, я доверился тебе второй раз, но это было зря. Так что не дури и иди сюда. Пора уже поделиться со мной всем, что ты знаешь. Ёсан громко смеется, и Хонджун улавливает в этом смехе нотки безысходности. — Поделиться? Тогда делюсь с тобой вот чем, Джексон. Если я прыгну, то я не проснусь. Да, все знают, что если умереть во сне, то проснешься в реальности, это прописная истина Ловцов, и все такое. Но все не так просто. Джексон напрягается. — Брось, умереть во сне невозможно, — он уже не так уверен в своих словах, а потому стоит на месте. — Умереть — невозможно. Но если очень постараться, и очень-очень захотеть, то можно сделать так, что не проснешься уже никогда. Попасть в такой глубокий сон, оторвать себя от реальности настолько сильно, что уже не вспомнишь ничего. Не своего имени, вообще ничего, — Ёсан украдкой смотрит на Хонджуна. — И оттуда будет уже не выбраться. И ты меня оттуда не достанешь уже никогда. Последнюю фразу Ёсан едва ли не выплевывает в чужое лицо. Джексон некоторое время молчит, а потом ухмыляется. — Не верю. Даже не пытайся спасти себя подобной ложью. Не ты один перерыл кучу книжек и жил у монахов, дорогой мой. Несомненно, ты знаешь куда больше, чем я, но это не значит, что ты можешь так просто меня провести. Он делает еще один шаг вперед. Ёсан чуть отклоняется назад, потому что стоит Джексону протянуть руку — и он его схватит. Из-за этого он едва не теряет равновесие и пошатывается на самом краю. Хонджун не может выдавить из себя ни единого слова, он просто стоит, затаив дыхание, и ждет, что же будет дальше. — Хочешь проверить? — усмехается Ёсан. — Хоть бы объяснил, зачем тебе это все? Сколько Ловцов прекрасно живут и без этой информации. Взгляд Джексона меняется, но всего на секунду. Словно что-то лихорадочно-мечтательное проносится в чужих глазах и тут же исчезает. — Хоть бы кто-нибудь что-нибудь объяснил, вообще было бы круто, — негромко добавляет Сан. Кажется, будто бы на какое-то время все застывает. Время, люди, абсолютно все. А потом Джексон, неожиданно для всех, подается вперед и хватает Ёсана за руку. Тот, испугавшись, вскрикивает, инстинктивно пытается оттолкнуть Джексона от себя. Естественно, почти сразу же он в этом проваливается, Джексон оттаскивает его от края, разворачивая. И уже почти точно все — кончено. Ёсан в чужих руках. Из этого явно не выйдет ничего хорошего, и Хонджун уже почти успевает смириться с этим, когда вдруг происходит то, чего не ожидает никто. Свободной рукой Ёсан пихает Джексона в плечо, пихая того ближе к краю. — Вот сейчас и проверим, — практически рычит он, перехватывает Джексона за вторую руку и делает шаг в пропасть. Даже ни на секунду не задумавшись об этом. Джексона он держит крепко, а потому — тот улетает вместе с ним. — Ёсан! — от истошного вопля Уёна Хонджун аж вздрагивает. Чёрт, нет. Это не должно так закончиться, нет-нет-нет, Ёсан же не мог так поступить, он же ведь правда блефовал? Хонджун хватается за голову, чувствуя, как виски пронзает резкая боль. Он бы точно упал, не подхвати его Сонхва. Но он даже не обращает на это внимания, думая лишь о том, что он не хочет для Ёсана такой участи. И это желание — настолько сильное, что Хонджун едва не теряет сознание. Он не понимает, почему так происходит, он вообще мало чего понимает, все вокруг сливается в одно цветное пятно на какое-то время. Когда Хонджун немного приходит в себя, то понимает, что сидит, прислонившись спиной к одному из бетонных перекрытий, а остальные, столпившись, стоят у самого края и о чем-то взволнованно говорят наперебой. — Что там? — хрипит Хонджун, привлекая внимание. Странно, но сил у него почти нет, даже чтобы встать, приходится помогать себе руками. Сонхва тут же оказывается рядом и, придерживая под руку, помогает подойти к остальным. Хонджуну страшно смотреть вниз, он понимает, что может увидеть там все, что угодно. Но когда все-таки пересиливает себя — то не видит ничего и никого. Джексон и Ёсан будто бы сквозь землю проваливаются. — Как ты думаешь, что с ними? — спрашивает Уён, и Хонджун немного запоздало понимает две вещи. Первая — это то, что Уён плачет, а второе — что он обращается непосредственно к нему, Хонджуну. — Не знаю, — он пожимает плечами и невольно прижимается к Сонхва. — Либо они проснулись, либо случилось то, о чем говорил Ёсан. — Но ведь это правда не похоже на правду, — возражает Уён. — Известный ведь закон, что если ты умираешь во сне, то просыпаешься в реальности. Никто и никогда не слышал эти сказки про небытие. И Хонджун бы и рад согласиться, да вот только понимает, что не так давно чуть ли сам там не оказался. А значит, есть шанс, очень большой шанс, что Ёсана они больше не увидят. Только почему он пошел на такой шаг?