Мама и папа для обскура

Время ускользало непозволительно быстро. Солнце скрылось за горизонтом, когда Гарри и Стивен покинули лавку Серого Джо. Можно было в ту же минуту отправиться в Министерство, надавить на министра магии и взять под своё командование всех бывших коллег. Можно было рвануть в Гринготтс, попробовать совершить невозможное и договориться с гоблинами, чтобы они позволили злоумышленникам осуществить налёт. Можно было пройтись по всем злачным местам в поисках Лиама, скупившего целую партию Перуанского порошка мгновенной тьмы, отыскать тех, кто его знает, и выйти на след. А можно было ничего не делать, только замаскироваться и сидеть в банке, ждать нападения, чтобы подключиться в нужный момент. В голове Гарри крутилось множество вариантов развития событий, но все они имели один исход — Дэнни умрёт. Его не защитить от гоблинов или мракоборцев, или похитителей, или самого себя. Может срикошетить чьё-нибудь заклинание или обвалиться стена. Маленький ребёнок вряд ли способен вовремя сориентироваться и избежать удара. Гарри видел только один способ спасти сына от страшной участи — его нужно найти до того, как похитители решат пойти на дело. Но кто знает, сколько осталось до этого времени? Что, если уже в эти минуты мальчику изменяют память или подчиняют его при помощи Империуса? — Что делаем? Идём в Министерство? — спросил Стивен. — Нет, — отстранённо ответил Гарри. — Встретимся через час в «Дырявом котле». Раньше, чем напарник успел задать ему вопрос, он трансгрессировал туда, куда уже думал никогда не вернуться. Само это место пробуждало в памяти кошмарные события прошлых лет. Тревогу и отчаяние, с которыми приходилось сидеть в тёмном подвале, слушая крики Гермионы наверху. Горечь и боль от мысли, что именно здесь Добби получил смертельный удар, когда всех спасал. Гарри без труда снял защиту с кованных ворот и двинулся по прямой дорожке к величественному дому. Если бы у него было в запасе время, он бы ни за что сюда не вернулся, но в разуме настойчиво крутилась одна и та же мысль — чтобы отыскать сына живым, нужно совершить что-то такое, что недоступно обыкновенному мракоборцу, что-то такое, на что у других не хватило бы смелости. Гарри не мог сейчас ни о чём другом думать: ни о морали, ни о страхе, ни о последствиях. Он знал, что если потеряет Дэнни, то потеряет Гермиону, а вместе с ними потеряет себя. Ради семьи он был готов на всё. — Поттер. Входная дверь открылась раньше, чем он успел подойти и занести руку, и былые противники бесстрастно посмотрели друг на друга. — Нужна помощь, — сказал Гарри. Казалось, время замерло, и потому они остались неподвижными на своих местах. Годы тому назад в такое вряд ли можно было бы поверить. Драко Малфой, словно разглядев в лице незваного гостя истину и взвесив все «за» и «против», первым сдвинулся с места и распахнул дверь шире. Гарри прошёл в дом и уселся на край дивана в гостиной. Драко развалился на стоявшем напротив кресле. — И чем же это моя скромная персона может помочь великому Гарри Поттеру? Неужто денег одолжить? — всё в той же, что и в прежние времена, насмешливой манере спросил он. Гарри на это не отреагировал. Будь в запасе время, он бы отыскал в доме на Гриммо двенадцать бисерную сумочку Гермионы и достал из неё несколько книг по тёмной магии, стал бы внимательно их изучать и в одной из них наверняка бы обнаружил то, что ему нужно. Но время теперь стало непозволительной роскошью и растрачивать его на чтение горы книг или долгие разговоры с безумными Пожирателями смерти, находящимися в Азкабане, было бы глупо. — Думаю, тебе-то уж точно известно, что когда-то Волан-де-Морт проникал в мой разум. — Что-то такое припоминаю, — лениво отозвался Драко. — Если не ошибаюсь, уроков Снейпа по окклюменции ты так и не усвоил, — прибавил он с кривой ухмылкой. — И не удивительно — учитель из Снейпа был так себе, — невозмутимо ответил на это Гарри, как сейчас помня о том, что даже несчастное зельеварение давалось ему с профессором Слизнортом куда лучше, — но я не держу на него зла. — Как благородно, — не преминул съязвить собеседник и подался корпусом вперёд. — Так чем же тебе помочь? Ты же сюда не ради того, чтобы поболтать и «простить» меня пожаловал? Гарри остался неподвижен. — Разумеется, нет. Я думаю, что ты, как бывший Пожиратель, прекрасно знаешь, как проникнуть в чужой незащищённый разум на расстоянии. Мне нужно знать, что этот человек слышит и видит, чтобы понять, где он находится. Драко хмыкнул и облокотился на ручку кресла. Какое-то время он с интересом смотрел на гостя, будто желая понять, насколько тот серьёзен в своём намерении. — Я не стану задавать вопросов, когда тебе понадобится моя помощь, и верну этот долг, — прибавил Гарри. Прошло не больше четверти минуты, и губы Драко дрогнули в странной улыбке. — А я всегда говорил, что ты псих. Учти, Поттер, будет больно. Очень больно. — Идёт, — только и ответил Гарри. Драко поднялся с места, и незваному гостю ничего не осталось, как последовать за ним. Как это ни странно, но путь вёл всё туда же, к подвалу, от которого в памяти пробуждались не самые приятные воспоминания.

***

Этот кошмар был не такой, как все другие. В тех на него нападали люди в тёмных одеждах, чтобы утащить и запереть в комнате без окон и дверей. За ним, бывало, гналось морщинистое и неприятное на вид существо с большими ушами и сковородкой в руке. Оно хотело загнать его в угол и хорошенько отлупить за кусок хлеба. Того же хотел и мистер Палмер, который находил для него особый ремень, толстый и шипастый, а потом замахивался им с блеском в глазах, твердя, что вот теперь злой дух будет изгнан. В этом же кошмаре всё было иначе: они с мамой шли по улице и болтали, когда вдруг наступила ночь. В её непроглядном мраке звучали чьи-то стоны, кто-то протяжно выл, и мальчик, как назло, спотыкнулся и остался совершенно один. — Мама… Мама? — повторял он, всё отчётливее слыша приближение монстров, таящихся во мраке. — Мамочка… Дэнни пришёл в себя оттого, что его стали трясти. Тело его одолевала такая слабость, что ему не удавалось пошевелиться, но чьи-то руки крепко держали его за плечи и заставили сесть. Мальчик ощущал во рту сухость и хотел пить, но для этого надо было как минимум открыть глаза и поднять голову от груди. Мама бы точно отреагировала на его просьбу, а потом бы прижала к себе и сказала, что этот кошмар больше никогда не вернётся. — Слышишь меня? — прозвучал голос, почему-то не похожий на мамин, и Дэнни с невероятным усилием выдавил из себя только одно слово: — Пить… Струя воды окатила его голову, и мальчик вздрогнул от неожиданности. Глаза его раскрылись, и он почувствовал, как холодок пробежал по телу вместе с каплями воды, так и не достигшими рта. Случившееся на улице не было кошмаром, вдруг понял Дэнни, и его сердце отчаянно и громко застучало в груди. Они втроём находились в небольшой и полутёмной комнате, у которой не было ни окошка. Дэнни, дрожа, сидел на полу, а два неприятных и довольно крупных на вид типа глядели на него с такими хитрыми минами, словно задумали его зажарить и съесть. — Уверен? — спросил тот, что держал в руке палочку, на кончике которой горел огонёк. — Было бы что, — ответил другой и взмахнул своей палочкой в сторону мальчика. — Империо! Дэнни от страха зажмурился. На какие-то минуты ему стало невероятно хорошо, он почувствовал себя в кругу добрых друзей, и ощущение беспокойства прошло. Он поднялся на ноги и взял одного из друзей за руку, но в его голову в то же мгновение принялась стучать тревожная мысль. Ладонь друга была крепкой и жёсткой и совсем не походила на мамину. Дэнни так и замер в коридоре, столкнувшись с необъяснимым. Мамы в кругу друзей явно не было, иначе бы она дала о себе знать, но и это ещё было далеко не всё — мальчик не помнил, чтобы у него хоть когда-то имелись друзья. — Идём, малыш, — сказал «друг» и потянул его за собой, но Дэнни закачал головой, выдернул свою руку и отшатнулся. — Твою мать, — выругался подозрительный тип и снова взмахнул палочкой. — Империо! В этот раз хорошо не стало: в голове Дэнни не укладывалось, как он может быть счастлив без мамы, ведь именно она раньше приходила к нему во снах, её образ помогал ему совершать странности и выбираться из запертых шкафов, чтобы добраться до подушки, а её тёплый взгляд вселял в сердце надежду, что рано или поздно она вернётся за ним. Мама его любила, не будь это так, она бы не нашлась и не защитила его от плохих людей в тёмных одеждах. — Я же говорил, что с детьми это не пройдёт, — сказал другой тип, светлый огонёк на кончике его палочки видоизменился и, точно змея, устремился к жертве. Дэнни хотел убежать, но у него не было сил, и он осел на пол. Светлый луч оказался перед его глазами, и мальчик спрятал лицо за ладошками. Без того мокрая голова ощутила мороз, пробежавший по коже, что-то в ней стало бить в оба виска. Как и в прежние минуты отчаяния Дэнни думал о матери и видел её доброе лицо перед собой. Это лицо расплывалось, исчезало, но мальчик находил его снова. Видел мамину улыбку и тех очаровательных голубых, жёлтых и серых птичек, которых она творила для него. Слышал её мягкий голос, когда она читала ему на ночь сказку, и ощущал её согревающие объятия. — Щенок! От хлесткого удара Дэнни покачнулся и ударился головой об пол. Слёзы невольно образовались в глазах — он ведь в этот раз ничего не сделал, чтобы с ним так жестоко обращались! — Я хочу к маме, — жалобно проговорил мальчик, но никто не обратил на него внимания. — Ничего, зелье — это тебе не заклинание, оно его возьмёт, — сказал тот самый тип, что первым направил на него палочку и схватил Дэнни за мокрые волосы. — Вставай, мелкий. Последнему впервые захотелось, чтобы «злой дух» нашёлся, вырвался и сделал так, чтобы они покинули этот злосчастный дом. Дэнни зажмурился и напрягся изо всех сил, но ничего почему-то не произошло, та же крепкая рука толкнула его в комнату без окон. Хлопнула дверь, и мальчик остался лежать в темноте. Жажда, как и слабость, никуда не ушла. Было холодно и одиноко, хотелось, чтобы мама поскорее пришла и вытащила его отсюда. Голова продолжала болеть, но если раньше эта боль походила на обруч, обхватывающий лоб, виски и затылок, то теперь она стала напоминать пробуждающийся вулкан, в жерле которого что-то булькало и закипало. От этого чего-то всё поплыло в глазах. Дэнни обхватил голову руками и простонал. Вулкан затрещал, разразился обжигающей болью, от которой зазвенело в ушах, а из глаз чуть не посыпались искры. Так плохо мальчик себя ещё никогда чувствовал и потерял нить реальности. Похоже, Дэнни снова оказался в кошмаре, иначе было бы не объяснить странные вещи, что стали с ним происходить. Мальчик неожиданно для самого себя поднялся на ноги и отправился к двери. Его руки дернули за ручку, но дверь не поддалась, и тогда он вытворил такое, чего в реальности вряд ли смог сделать. С его губ сорвалось какое-то непонятное слово, дверь скрипнула и позволила ему выйти в полутёмный коридор. Дэнни видел прямоугольник света, падавший из комнаты, где, судя по голосам, находились недобрые люди, и, сам не понимая почему, держал путь туда же. Его колени, словно действуя отдельно от разума, подогнулись, и руки упёрлись в пол. Дэнни продолжал ощущать обжигающую боль, но при этом понимал, что тихонько ползёт по гостиной. — И это зелье поможет пробудить его силу? — прозвучал с некоторым сомнением голос одного из похитителей. Мальчик в ту же минуту замер за креслом. — Нет, для силы возьмём другое, — хмуро ответил ещё один тип, — есть у меня один знакомый в Лютном переулке, торгующий такими эликсирами… — Уж не Марта ли это? — насмешливо спросил первый. — Не твоего ума дела, — отрезал второй, — держи вот, это точно одурманит мальчишку. Ответа не последовало, лишь зазвучали половицы, по которым двинулся один из похитителей. Совсем скоро он обнаружит пропажу, с ужасом подумалось Дэнни. У него всё поплыло перед глазами, но какая-то неведомая сила — в кошмарах она, видно, присутствовала всегда — толкнула его вперёд, и он пополз дальше. — Где он?! Где щенок?! — вдруг закричал вдалеке похититель. Дэнни в тот же миг подскочил на ноги у входа и дернул за ручку двери. Он успел сбежать по ступенькам и оказаться на улице, как вдруг налетел на кого-то. — Далеко собрался? — спросил незнакомец, и раньше, чем мальчик успел разомкнуть губы, схватил его за капюшон куртки и затащил обратно в дом. — Вам что, уже и мальчишку доверить нельзя? Дэнни не помнил, чтобы хоть раз так плохо себя вёл — обычно это над ним потешались другие, кто был выше и сильнее, — но в кошмаре он стал отчаянно сопротивляться, дернулся так, что капюшон с треском оторвался от куртки, и впился зубами в руку своего похитителя. — Поганый щенок! Рука ударила с такой силой, что мальчик упал, и в то же мгновение утратил все силы. Голова вдруг перестала болеть, и Дэнни испугался того, что увидел и понял. Его ладошка окрасилась в красный цвет, а щека стала гореть. Он и в самом деле лежал в гостиной, а не в тёмной комнате без окошек. Подумать, как это вышло и откуда у него могли взяться силы, которых не было, он не успел. Кто-то схватил его за плечо и оторвал от пола. — Сейчас ты у нас быстро станешь послушным, — сказал этот человек и поднёс к его губам пузырёк с мутноватой на вид жидкостью. — Нет, я не хочу, не надо! Я хочу к маме! Отпустите меня! — просил Дэнни, пытаясь вывернуться, но силы были не равны, и что-то горькое на вкус оказалось в его рту.

***

Гарри очнулся, лежа на холодном полу и глядя в тёмный потолок. Голова его раскалывалась, как после драки, по подбородку текло что-то теплое и липкое, он инстинктивно протёр его рукой. Ладонь в тот же миг окрасилась кровью. — По-моему, речь шла насчёт проникновения в разум, а не про попытку вселения, — холодно сказал стоящий над ним Драко Малфой. — Ты точно псих, — повторил он своё и неодобрительно покачал головой, — мне вот ещё трупа Гарри Поттера в доме не хватало. — Можно подумать, ты бы расстроился, — мрачно подметил последний и, сделав над собой немалое усилие, приподнялся и сел. Голова его закружилась, в глазах всё потемнело, и он зажмурился. — Выпей что-нибудь покрепче, чтобы разогреться, а лучше отдохни, — нехотя подсказал Драко. Перед внутренним взором Гарри всё ещё стоял незнакомый и неприятный ему тип, посмевший замахнуться на Дэнни. Подонок, поднявший руку на беззащитного ребёнка. Руки Гарри сами сжались в кулаки, он открыл глаза, и окружавшие его предметы вернулись на свои места. — Некогда мне отдыхать, — сурово произнёс Гарри и поднялся на ноги. Его качнуло в сторону, он фыркнул и упрямо двинулся к лестнице. — Скажешь, как придёт время вернуть тебе долг, — бросил уже на ходу и поспешил по ступенькам наверх. Через считаные минуты он упал на тротуар перед «Дырявым котлом», отряхнулся, поднявшись на ноги, и двинулся к двери. Стив, занявший один из дальних столов, махнул ему рукой, но Гарри остановился раньше. Его внимание привлекла открытая бутылка огневиски, стоявшая на столике поближе, он нагло её схватил и приложил к губам. — Э-эм… мистер Поттер? — осторожно спросил посетитель, кажется, не решаясь возмутиться. — У вас… тоже выдался плохой день? Гарри почувствовал, как напиток обжёг горло и глотнул ещё. Тепло, точно ток по проводам, разбегалось от его груди по всему телу. Подошедший Стив бросил на стол пригоршню монет. — Вот, приятель, ты уж извини, — сказал он растерянному посетителю и подозрительно присмотрелся к Гарри: — Ты там что, ради информации кого-то лбом приложил? — Не важно, — бросил Гарри, оторвавшись от бутылки, и небрежно протёр мокрые губы рукавом куртки. — Я знаю, где Дэнни, успел увидеть улицу, когда… Это тоже не важно. Пойдём, времени мало! Стивен не стал задавать вопросов и молча протянул руку, но Гарри покачал головой. — Это недалеко отсюда. Ни к чему лишний шум. Он кивнул бармену Тому в знак уважения и поспешил на выход. Такого сильного волнения за прошедшие годы ему уже давно не доводилось испытывать.