Мама и папа для обскура

— Пап, а ты сделаешь мне защитный огонёк? День Гарри вовсе не закончился после возвращения из Министерства и обеда с Дэнни. Оказалось, когда в доме есть маленький ребёнок, хлопот становится гораздо больше. Не то чтобы Гарри был перегружен от приготовления ужина и наблюдения за сыном, играющим с котёнком, но к ночи он и сам жутко хотел опустить голову на подушку, а перед этим надо было уложить Дэнни спать. Вот поэтому, глядя на пустую стеклянную банку, которую ему протянул сын, Гарри не сразу сообразил, о чём идёт речь. — Защитный огонёк? — Да, мама каждый вечер мне его делала, он отгоняет чудовищ, — объяснил Дэнни. — А ещё над ними можно греть руки. — Ах, этот огонёк… — наконец сообразил Гарри и легонько коснулся волшебной палочкой края банки. В тот же момент в ней образовался обычный голубоватый огонёк, который Гермиона творила ещё на первом курсе обучения в Хогвартсе. Дэнни же завороженно смотрел на него, как на великое чудо, и поставил банку на тумбочку. Гарри накрыл его одеялом, погладил по голове и погасил ночник. — Спокойной ночи, Дэнни. На этом он вышел в коридор и прошёл в соседнюю комнату, где вместе с усталостью на него навалилась печаль. Когда-то Гермиона лежала в кровати и с улыбкой поворачивалась на звук его шагов — ждала, когда он вернётся со службы. Он ложился рядом, и они начинали целоваться или же предаваться страсти. Когда-то он видел только её спину, и молчание, висевшее между ними, было невыносимым. Было так странно снова оказаться в их спальне и взглянуть в прошлое всего лишь как в холодный Омут памяти. Гарри присел на кровать, протянул руку и нащупал под подушкой шёлковую сорочку жены. Сам не понимая почему, может, поддаваясь порыву, он прижал её к себе на какие-то мгновения, ощутил мягкость ткани, коснувшейся его лица, вдохнул слабый аромат не выветрившихся духов, затем аккуратно сложил её и убрал на место. Гарри окинул спальню долгим взглядом — здесь ничего толком не изменилось со дня, когда он ночевал бок о бок с Гермионой в последний раз — тяжело вздохнул, разделся и наконец улёгся под одеяло. Уснул он быстро. Вот только его сон длился недолго. Сперва ему стало мешать странное ощущение. Это была вибрация, похожая на то, как если бы недалеко проходил поезд, но откуда бы тому взяться на Гриммо? Гарри ощущал колебание от кровати, улавливал постукивание настольных часов, дрожание светильника, цветов на окне и перевернулся на другой бок. Стоило ему только расслабиться, как кто-то стал шкрябать и пищать. Как выяснилось чуть позже, это был Уголёк, которому почему-то не спалось в отведённой для него корзинке, и он решил открыть дверь, но поскольку был ещё мал, то серьёзно поднапрягся и пролез под ней. — Да ну тебя, — сонно пробормотал Гарри и спихнул со своей шеи котёнка. Тот замурлыкал и устроился на крае его подушки. Гарри простонал и почти снова заснул, как недалеко послышался грохот, сопровождавшийся криком: — Нет! Нет! Не трогайте меня! Не трогайте! Спросонья Гарри вскочил с кровати, подхватив с тумбочки волшебную палочку, и выбежал в коридор. В первую минуту ему казалось, что в дом ворвались грабители, и он был готов их атаковать, а потом его разум всё же заработал и подсказал, что к нему не смог бы проникнуть даже Волан-де-Морт, если бы тому посчастливилось ещё раз воскреснуть. Гарри поморгал, глядя на тёмные разводы перед собой, и понял, что выскочил из спальни без очков. Он притянул их к себе Манящими чарами и тотчас догадался, в чём же всё дело. Гарри развернулся и отправился в соседнюю комнату. — Дэнни? Ай!.. Он поторопился и наступил в темноте на осколок стекла, после чего зажёг на палочке слабый огонёк и разглядел на полу разбитую банку и развалившийся на части светильник. Гарри, прихрамывая от раны на ступне, аккуратно их обошёл и уселся на край кровати. — Дэнни? Всё в порядке? Сына удалось найти под комком из одеяла. Дэнни лежал, свернувшись калачиком, и зажимал ладошками уши. — Эй… Когда Гарри его тронул, мальчик вздрогнул, опасливо оглянулся и зачастил: — Папа, они здесь. Они пришли за мной. Не пускай их. Они меня заберут. Они… — Кто? — обеспокоенно спросил Гарри и взял его за плечи. — Сынок, о ком ты говоришь? — Плохие люди, — весь скривившись, жалобно протянул Дэнни и показал пальчиком в сторону окна. — Они там. Они пришли за мной. Они приходят, когда темно. Они… Гарри притянул его к своей груди и обнаружил, что спина и затылок Дэнни влажные и холодные. — Ты видел плохой сон, сынок, — мягко заговорил он, — плохих людей тут нет, это только сон. Если бы они тут были, я бы их прогнал. Не бойся, тебя больше никто не тронет, я обещаю. Гарри воспользовался согревающими чарами, чтобы обогреть Дэнни и просушить подушку. Уложить сына удалось только спустя минут десять, необходимых для заверений, что всё будет хорошо. — Пап, не уходи! — взмолился Дэнни и сжал в своём кулачке большой палец Гарри. — Они придут, не уходи! Гарри хотел бы ощущать только теплоту и нежность в эти минуты, но горечи, обжигающей нутро, было гораздо больше. Некоторым лицам из Министерства и подонкам из Лютного переулка удалось оставить в израненной душе Дэнни ещё один болезненный след, и оставаться спокойным, видя это, было крайне тяжело. Теперь треклятое похищение засело в мальчике в виде страха темноты, из которой является зло. — Я никуда не уйду, сынок, — сохраняя самообладание, заверил Гарри. — Давай, закрывай глазки и ничего не бойся. — Он немного усилил заклинание и положил свою палочку на тумбочку. — Смотри, сколько света, никакие плохие люди сюда не придут. Дэнни немного успокоился, но кулачок не разжал. Гарри погладил его ладошку свободными пальцами и пронаблюдал, как мальчик закрывает глаза. Дэнни почти заснул, но внезапно дёрнулся всем телом, отчего в соседней комнате что-то грохнулось, и посмотрел на отца. — Всё хорошо, сынок, я никуда не уйду, ты спи, — повторил Гарри, и на этот раз Дэнни расслабился. Его пальчики разжались, дыхание сделалось ровным. Гарри всё ещё сидел рядом и не спешил уходить. Его задумчивый взгляд задержался на осколках стекла и разбитом светильнике — похоже, Дэнни неосознанно сбил их своей силой, как и ударил во что-то за стеной. Это объясняло, отчего Уголёк сбежал из корзинки и что за вибрация ощущалась в доме. Вероятно, притихшая в мальчике сила от его страха снова поднималась на поверхность. Гарри оторвался от глупого созерцания и сокрушенно покачал головой. Не такой судьбы он хотел для своего сына. Хватит с него уже испытаний и кошмаров. — Всё будет хорошо, сынок, — тихо повторил Гарри, скорее, убеждая самого себя, и осторожно погладил Дэнни по голове. После этого он аккуратно поднялся и поработал волшебной палочкой: починил банку, светильник, наложил на собственную ступню слабое заживляющее заклинание, которое ещё помнил, и замер посреди комнаты. Голос Дэнни всё ещё звучал в его голове. Гарри обернулся и понял, что не сможет оставить сына одного, поэтому он сходил в их с Гермионой спальню, принёс оттуда тёплое одеяло, трансфигурировал ближайший стул в кресло и удобно в нём разместился. Стоило только Гарри закрыть глаза и попробовать заснуть, как вернулся Уголёк, которому тоже захотелось в тепло, и он стал карабкаться по одеялу и мяукать. — Мерлина ради… — простонал Гарри, посадил котёнка к себе на плечо, погладил и только после этого благополучно заснул. Утром Гарри снова вздрогнул. Ему слышались сквозь ускользающий сон тихие шаги, скрип двери и мурлыканье котёнка, то ли спрыгнувшего, то ли снятого с его плеча. Но пробудил Гарри прозвучавший в отдалении вскрик, после которого всё стихло. — Дэнни? Сына не было в кровати, как не было и в ванной комнате, и в коридоре. Гарри зевнул и направился вниз. В гостиной ребёнка он тоже не обнаружил и подался на кухню. Там его и ожидала своего рода трагедия. На мгновение Гарри замер, охватив взглядом открытый навесной шкаф, боком лежащий на полу стул, подушечки сухого завтрака, щедро рассыпавшиеся повсюду, и рыдающего Дэнни, лежащего среди них, прикрывая ладошками голову. — Дэнни! — повторил Гарри и бросился к нему. — Сынок, ты ушибся? Дай взглянуть. — Бо-о-ольно! Бо-о-ольно! — в слезах твердил Дэнни и не давал к себе притронуться. — Не бойся, я только посмотрю. Сынок, ну пожалуйста, опусти руку, я не буду трогать, честно. Дэнни, не прекращая всхлипывать, убрал ладошку, и Гарри увидел здоровенную шишку на его виске. Видимо, желая подкрепиться, мальчик не устоял на стуле и при падении об что-то приложился. — Сейчас мы это исправим, — заверил его Гарри и направился к другому навесному шкафу. К его облегчению, за дверкой, как и в прежние времена, стояли десятки пузырьков со всякими зельями, приготовленными на тот случай, если муж вернётся с работы подбитым. Гарри на мгновение с теплотой на сердце подумал о Гермионе и взял один из пузырьков. — Нет! Не трогай! Не трогай! — молил раскрасневшийся Дэнни, пятясь от него. — Больно, не трогай! — Сынок, я же сказал, что не буду. Давай я только капну и болеть перестанет, — предложил Гарри и немного подождал, когда сын ему всё-таки доверится. — Убери, пожалуйста, руку. Дэнни застыл перед ним, прикусывая то одну, то другую губу, и потёр ладошками влажные глаза. Гарри наклонил над его головой открытый пузырёк и позволил паре капель упасть на выскочившую шишку. Дэнни было дёрнулся и хотел поднять руку, но Гарри перехватил её за запястье. — Сейчас, подожди, пожалуйста. Зелье заработало, и на виске мальчика стала появляться белая пенка, которая ширилась и покрывала собой шишку. — Шипит, — насторожившись, констатировал Дэнни и перестал лить слёзы. — Так и должно быть, — ответил Гарри и выпустил его руку. — Ну как, теперь не болит? Дэнни поднял ладошку и пощупал висок. Никакой шишки там уже не было, он удивлённо посмотрел на отца и покачал головой. — Вот и славно, — подытожил Гарри и вернул пузырёк на место, взмахом палочки навёл на кухне порядок и снова присел на корточки возле сына. — Дэнни, если ты хотел поесть, надо было разбудить меня, а не забираться так высоко. — Ты же спал, — расстроенно ответил сын, отведя взгляд в сторону. — Ну и что, разбуди меня в следующий раз, ладно? — попросил Гарри и взял его за плечи. Дэнни неуверенно кивнул. — А теперь давай определимся, ты бы что хотел на завтрак? Яичницу? Кашу? Сосисок? Тостов? Всего вместе? — прибавил он с улыбкой. — Блинчиков, — промямлил Дэнни, снова не решаясь смотреть ему в глаза, — как мама готовит. — Блинчиков… Ну что ж, можно и блинчиков, если я всё для них найду. Гарри, конечно же, сделал вид, будто не знал, где у них в доме хранится мука, сахар, яйца, молоко, масло, сковорода и кастрюли, поэтому Дэнни, почувствовав свою важность, вводил его в курс дела и помогал замешивать тесто. Немногим погодя он стоял на стуле и держал в руке ложку. Гарри одной рукой придерживал его за пояс, а другой — работал лопаткой. Дэнни при помощи ложки наливал на сковородку, стоящую на огне, тесто для блинчиков, а Гарри вовремя их переворачивал и складывал на тарелку. Совместными усилиями они наготовили горку блинов и уселись за стол. — Пап, а мы к маме сегодня пойдём? — осторожно поинтересовался Дэнни, снова изрядно перемазавшись в джеме и масле. — Вдруг она уже проснулась… — Конечно пойдём, — согласился Гарри, решив не портить ему настроения объяснениями, что за один день в состоянии Гермионы вряд ли что изменилось. — Сейчас поедим и пойдём. Дэнни его ответ очень взбодрил, и он продолжил с аппетитом поедать блинчики. Гарри выждал подходящий момент и ненавязчиво завёл разговор про салфетку, которой его сына то ли не научили пользоваться, то ли сделали это из рук вон плохо. — Смотри, у тебя она всё время находится под рукой. Можешь не переживать, если вдруг испачкаешься. Достаточно сделать вот так и так, и ты молодец. Несложно, правда? — Дэнни немного насторожился, но, когда Гарри нарочно перепачкался и с улыбкой показал ему, как легко это исправить, сам воспользоваться салфеткой. — Вот видишь, какой ты способный. Мама не соврала, большой молодец. Гарри потрепал сына по волосам и убрал грязную посуду в раковину. Однако сразу выйти из дома и трансгрессировать в Мунго им не удалось. В прихожей Гарри терпеливо учил Дэнни надёжно завязывать шнурки на ботинках, а про себя хмуро отметил, что у сына и впрямь мало одежды, проклятые похитители оторвали от его куртки капюшон, а магия не могла сделать ему новый из ничего. Пришлось сперва сходить в магазин. Дэнни понравилась куртка, у которой на капюшоне были приделаны ушки, и Гарри без раздумий её купил, как купил ему и новую пару ботинок, шапку, перчатки и какие-то яркие футболки, которые ему насоветовала дама-продавец. Теперь Дэнни шёл с Гарри за руку, довольный до невозможности, и то и дело топал ножками, желая увидеть, как на подошвах его новых ботинок загораются огоньки. — Они волшебные! — восхищённо твердил он, останавливался и завороженно смотрел под ноги. — Волшебные, — соглашался Гарри, молча про встроенные в подошву светодиоды, терпеливо останавливался и вёл его дальше. В Мунго они добрались только к полудню. Гермиона всё так же лежала на койке, целители ничего нового не сообщали, но Дэнни сегодня хотя бы не плакал, он сидел на стуле и держал Гермиону за руку, рассказывал ей, чему научился и сколько всего нового у него появилось. Гарри молчаливо сидел рядом, а потом вёл его обратно. Дэнни опечалился и снова затих, поэтому Гарри, думавшему, как бы его взбодрить, вспомнилось, что они не посещали ещё один магазин. — Смотри, сколько тут всего. Может, хочешь что-нибудь? От вида множества игрушек, стоявших на полках, у Дэнни открылся рот и разбежались глаза. Гарри выпустил его руку, надеясь, что сын сорвётся с места и побежит вперёд, но Дэнни растерянно замер и только крутил головой. — Может, машинку? Самолётик? Не знаю, настольную игру? — предложил Гарри и, приложив ладонь к его спине, немного подтолкнул. — Пойдём, посмотрим на всё поближе. Дэнни неторопливо шёл вместе с ним между рядов игрушек, но почему-то ни к чему не протягивал руки и прижимал их к груди, как будто бы страшась, что его покусают. — Сынок, тебе что, ничего не нравится? — остановившись, озадаченно спросил Гарри. — Совсем-совсем ничего? Из-за его внимания Дэнни потерялся и, уставившись в пол, сказал что-то неразборчиво. — Что-что? — переспросил Гарри и присел на корточки. В такой близи он приложил к подбородку сына согнутый палец, немного его приподнял и заглянул в погрустневшее лицо. — Дэнни, что-то не так? — Мистер Палмер сказал, что она дорогая, — наконец жалобно протянул Дэнни, — и что я всё сломаю. Пап, давай уйдём отсюда. Гарри плохо себе представлял, что за человек был мистер Палмер, погибший от тёмной сущности в Дэнни, но был в корне с ним не согласен. — Но я же не мистер Палмер, — заметил он, — и мне не жалко, если ты что-нибудь сломаешь. Так что ты хочешь? И кто, кстати, «дорогая»? Радиоуправляемая машинка? Игровая приставка? Вон та мягкая собака? — Нет, она! — чуть не плача, возразил Дэнни и указал пальчиком на одну из верхних полок. Гарри пришлось задрать голову к потолку, чтобы наткнуться взглядом на продолговатую коробку с живописным рисунком. Кончики его губ дрогнули в улыбке. — Железная дорога? Почему же, нам она по карману. Пойдём, возьмём её и будем ломать… кхм, в смысле, собирать и разбирать, сколько нам влезет. До самого дома Дэнни украдкой посматривал на него и, казалось, не верил, что ему действительно купили то, что он хотел. Он было собирался сразу броситься распаковывать и собирать дорогу, но Гарри предложил сперва пообедать и накормить Уголька, в процессе чего снова тактично показывал, как пользоваться салфеткой. После обеда они с сыном засели в гостиной, оба увлечённые сборкой дороги из частей рельсов. Уголёк засел с ними, увлеченный подрывной деятельностью, отчего Гарри не раз приходилось убирать его на диван. В тот момент, когда дорога была практически собрана, станции, указатели и переключатели расставлены по местам, в камине послышался характерный треск. — Гарри, — донёсся оттуда бас, — по поводу Мунго… Что же хотел сказать Кингсли, Гарри так и не услышал — Дэнни с криком бросился к нему и обвил руками шею. — Папа, там голова! Говорящая голова! Голова без тела! Чёрная голова!!! — в ужасе твердил Дэнни, и портьеры на окнах принялись дрожать вместе с книгами на полках шкафов. Уголёк, почувствовавший неладное, спрятался под диван, с которого соскочили подушки и пустая коробка. Железная дорога, на которую было затрачено немало времени и сил, лежала поломанная. Гарри взбесился раньше, чем сила в Дэнни проявила себя, и запустил в сторону камина единственным, что находилось в его руке — игрушечный вагончик пролетел по дуге и ударил незваного гостя в лице министра магии в глаз. — Дэнни, ну что ты, у этой головы есть тело, — мягко заговорил Гарри, обнимая напуганного сына. — Она… э-э… уже вернулась на положенное ей место, её никто и не отрывал оттуда. Однако измученного всякими событиями Дэнни не так-то просто было успокоить и объяснить про некий летучий порох и нюансы перемещения по каминной сети. Гарри унёс сына на кухню, где посадил к себе на колени, поил тёплым ромашковым чаем и давал бутерброды с арахисовой пастой и кусочками банана. Постепенно к лицу Дэнни вернулась краска, и когда он снова заговорил, то вогнал Гарри в ступор. — Пап, а если голова вернётся? Вдруг она выкатится из-за решётки и станет кусаться? В то же время кто-то постучал в дверь, и Гарри пришлось собраться с мыслями. — Голова больше не вернётся, Дэнни, — ответил он и от злости мысленно отсёк её мечом Гриффиндора. — Там кто-то пришёл, я схожу посмотреть, побудь тут. Дэнни заметно насторожился, но возражать не стал. Гарри решил, что пожаловал сам Кингсли — возмущаться или извиняться за свой «каминный» визит — и достал из-за пояса волшебную палочку. — Ты что, до сих пор на взводе? — подавшись назад от его выпада, спросил стоявший на крыльце Стив. — Тебя Кингсли прислал?! — резко ответил вопросом Гарри. — Это ещё зачем? — не понял Стив. — Я пришёл, потому что человек, с которым ты хотел связаться, велел передать тебе это. Сказал, ты знаешь, что с этим делать, — прибавил он и протянул тёмно-лилового цвета визитную карточку, на которой не имелось ни одного слова, но был нарисован серебристый символ Даров Смерти. — О… — немного смешавшись, сказал Гарри и взял карточку в руки. — Спасибо, Стив. Ты это… извини, но у меня сейчас совсем нет времени на разговоры. — Вообще-то это у меня сейчас совсем нет времени на разговоры, — сварливо поправил его Стив, ткнув пальцем на значок главного мракоборца на груди, и спустился на пару ступеней. — Удачи! — бросил он и трансгрессировал куда-то. Гарри закрыл дверь и отправился на кухню. По пути он крутил визитную карточку в пальцах и предавался разным мыслям. Связываться с человеком из прошлого не очень-то хотелось, но когда Гарри увидел Дэнни, одиноко сидящего за столом, то сжал визитку в кулак и нахмурился. Прощать того, кто чуть не лишил его семьи, он не собирался.