Возвращение

      — Отец?       Сидящий на поваленном дереве Карлайл поднял глаза на Джаспера и после секундного размышления чуть подвинулся, освобождая место рядом. Однако тот словно не заметил этого и опустился на землю напротив.       — Почему ты все-таки ушел от Вольтури?       Карлайл попытался заглянуть в глаза тому, кого уже привык считать сыном. Джаспер старательно отводил взгляд, хотя, как становилось все более очевидным, не сел рядом именно чтобы иметь возможность посмотреть в глаза. Карлайл вздохнул.       — Я уже говорил, что для меня было неприемлемо убийство людей… — осторожно начал он и неожиданно почувствовал, что это не то. Джаспер молча ждал продолжения. Карлайл задумался. Раньше для Джаспера самым понятным был именно этот мотив — если хочешь отказаться от человеческой крови, надо уйти туда, где не будет таких искушений. Теперь, видимо, он хотел услышать не только это. И не столько это. И еще — каким-то шестым чувством старший Каллен ощутил, что этот его ответ будет не просто важным. Он будет определяющим.       Карлайл осторожно потер пальцами виски. Он уже давно не был человеком, но иногда не мог избавиться от ощущения подступающей головной боли. Кейт рассказала о поездке в Вольтерру только в самых общих словах, а на вопросы Ната коротко отказалась отвечать, заявив, что к их делу они не относятся. Это могло означать только одно — она стала относиться к ним не как дефенсор к сильному, даже враждебному клану, о котором важна любая информация. А значит, и отношение Джаспера к ним должно было измениться. Вот только в какую сторону — в сторону симпатии и или наоборот? И если симпатии — то почему?       И не крылся ли ответ в их рационе?       Карлайл тут же устыдился своего недоверия, но отделаться от пришедшей шальной мысли уже не мог. Настойчиво он попытался еще раз заглянуть в глаза сына. Джаспер словно понял, вернее, поправил сам себя Карлайл, просто почувствовал этот немой вопрос и твердо ответил взглядом золотистых глаз. Он все еще ждал ответа.       А Карлайл все больше чувствовал себя словно на минном поле. Конечно, Вольтури умели производить впечатление. Если под их очарование попала только Кейт, а Джаспер хорошо помнил их предыдущие разногласия — это одно. Если он тоже изменил свое отношение к ним — это другое, и тогда во многом то, что он хочет услышать, будет зависеть от причин таких изменений…       Когда не знаешь, что говорить, говори правду.       — Знаешь, главным для меня было то, что их путь — путь в никуда. Они не знают, зачем существуют. Мне не хотелось жить так же…       — И ткать гобелены… — задумчиво подхватил Джаспер.       Карлайл позволил себе немного расслабиться. Только сейчас он осознал, насколько сильно на самом деле были напряжены его руки и плечи. Словно неправильный ответ мог привести к катастрофе. Впрочем, кто знает…       — Да, именно. Можно заниматься чем-то другим, но суть одна…       — И ты нашел другой путь?       Карлайл задумчиво кивнул.       — Да, пожалуй, да. Мы уже говорили об этом. Я всегда хотел помогать людям. В этом мое счастье… И для вас — для Эма, для Эдварда, для тебя — есть какой-то свой путь, на который не жалко потратить жизнь. А не сидеть в склепе.       — Какой он, этот путь? И как его найти?       — Вот этого я не знаю, — Карлайл мягко усмехнулся, — знаю только, что надо всегда идти вперед, а не застывать в своей вечности успокоенным собственным величием. Знаешь, людям в этом плане даже немного проще. Они слышат тиканье часов… — Карлайл замолчал. Он чувствовал испытующий взгляд Джаспера, но дальше ему нечего было сказать. Готовых рецептов у него не было. И не было уверенности в своей правоте.       ***       — Если бы вдруг это было возможно, ты бы хотел снова стать человеком?       Джаспер задал этот вопрос скорее не для того, чтобы услышать ответ, а для того, чтобы сразу же задать следующий, но Карлайл неожиданно его перебил.       — Ты же понимаешь — быть человеком — это значит болеть, чувствовать холод, боль, бессилие, собственную слабость, старость, в конце концов, — с каким-то нажимом проговорил он.       — Но почему тогда ты поддерживаешь Эдварда в том, что он не хочет обращать Беллу?       — Вспомни боль трансформации, вспомни первые месяцы после обращения: злость, ненависть, неукротимую жажду. Хотел бы ты такого для близкого тебе человека? И потом, мне показалось, что тебе не очень понравилось, как может выглядеть существование через несколько тысяч лет, — жестко ответил Карлайл. Джаспер пожал плечами.       — И все же, если бы у тебя был выбор… Хорошо, давай не про тебя, если бы выбор был у Кейт? Остаться человеком или стать такой, как мы? Вернее, почти такой?       — Почему ты спрашиваешь? — голос Карлайла был очень тихим и словно севшим. Джаспер кивнул своим мыслям. Не только он знал, что за информацию искала Элис для Кейт.       — Аро согласился разрешить Кейт воспользоваться яблоком…       — Каким? — голос Карлайла стал еще тише, человек вряд ли бы смог услышать его.       — Яблоком Гесперид, — шепотом в тон ему ответил Джаспер. — Ну помнишь, подвиги Геракла, яблоки, дарящие вечную молодость и красоту?       На лице Карлайла промелькнуло непонятное выражение, словно он с чем-то не был согласен, но не знал, стоит ли возражать. Наконец, он пожал плечами и ровным голосом произнес:       — Если у человека этот выбор есть — то он должен быть только его выбором. Исходя только из его собственных принципов. Независимо от того, что считают другие, — по интонации Карлайла было ясно, что больше обсуждать эту тему он не намерен. Но Джасперу еще было что сказать.       — Знаешь, так получилось… ну, в общем, в итоге Кейт сказала, что в ее жизни есть четверо людей и не только, ради которых она готова поступиться принципами, — Джаспер выдержал паузу, — и, коли уж на то пошло, она тебе, конечно, не скажет, но ты в их числе, — с этими словами он легко поднялся с земли. Карлайл ответил еле заметной улыбкой и благодарным кивком головы.       ***       Вокруг достаточно большого костра царило оживление. Натан с сосредоточенным видом вращал на импровизированном вертеле крупные куски мяса и периодически отгонял молодых подопечных. Напротив сидели вервольфы, запах которых уже стал почти привычным, они смотрели на мясо с не меньшим вожделением, чем молодые дефенсоры. Чуть в стороне Микаэль с необычной для него эмоциональностью тыкал пальцем в карту и что-то доказывал Элис и Эдварду. Герда и Кейт наводили порядок вокруг костра, судя по скупым отточенным движениям, у них это был далеко не первый опыт жизни в походном лагере. При этом каждый раз проходя мимо Шарлотты, Герда старалась зацепить ее ноги, а вампирша предупредительно их поджимала.       Джаспер демонстративно опустился около Шарлотты и поймал раздраженный взгляд Герды. Кейт усмехнулась и присела рядом.       — Зря ты вмешиваешься, — со смешком протянула она, — поверь мне, лучше цеплять друг друга по мелочам и при этом знать, что на самом деле все в порядке, чем делать вид, что все в порядке, и при этом ненавидеть друг друга.       — А у вас на самом деле все в порядке? — Джаспер с недоверием повернулся к Шарлотте. Та еле заметно кивнула.       — Думаю, Микаэль, — Кейт кивнула в сторону склонившихся над картой, — сделал все возможное, чтобы отношения между собравшимися стали максимально цивилизованными. И чтобы каждый мог положиться на другого, независимо от отношений. Иначе никак, и он это понимает лучше, чем кто бы то ни было. Он даже к тебе старается относиться максимально ровно…       — У него что-то личное?       — Точно никто не знает. Скорее всего, какая-то семейная история. Многие, да что там, подавляющее большинство дефенсоров уходит в орден корнями, и Микки не исключение, а на Юге тогда отсталось в земле не так уж и мало наших…       — И это не стоит обсуждать, даже между собой, — Натан как обычно подошел сзади. — Есть вещи, которые чем быстрее забудутся, тем лучше, — с этими словами наставник протянул Кейт картонную тарелку с мясом. — Элис говорит, Вольтури будут завтра на рассвете.       — Как ты думаешь, — Кейт задрала голову и пристально посмотрела на наставника, — не лучше ли квилетам не встречаться с Каем?       — Вот еще, — фыркнул тот в ответ. — На самом деле, я уже думал об этом. И нет, мы не будем уступать Вольтури и обижать своих союзников для их комфорта. Достаточно того, что Вольтури выступят основной силой, что мы им дадим выступить основной силой в борьбе с Суаресами, и они будут считаться их победителями, а это укрепит их авторитет. И они это поймут, так что уж как-нибудь потерпят присутствие вервольфов.       — Ты так говоришь, словно мы сильнее, чем они… — прищурившись, протянула Кейт с ноткой вопроса. Натан коротко кивнул.       — Детка, я всегда знаю, о чем говорю. Мы позволим. И Вольтури будут знать об этом. Все правильно.