В темноте Зазеркалья (сборник зарисовок)

      Из конференц-зала после совещания Коннор и Линдси вышли вместе. Он хотел лично проконтролировать, что картину забрали из ее квартиры и увезли. Но, когда они уже приехали на Виндзор стрит, оказалось, что забрать такую объемную вещь специалисты из отдела обеспечения смогут только завтра. Сегодня нет ни человека, ни машины, чтобы ее перевезти.       Линдси кусала губы. Мысленно она уже смирилась с бессонной ночью: заснуть, когда «это» еще в ее квартире, представлялось нереальным. Навалились страхи и смутные, но неприятные воспоминания. Хоть ей и показалось, что она провела внутри не более пяти минут, адская вещь успела вытянуть из нее часть энергии.       Коннор искоса поглядывал на молчащую девушку. Он видел, что ей до одури страшно. Но точно так же понимал, что она не попросит помощи. Не у него. Интересно, что она собирается делать? Поедет к какой-нибудь подруге или в отель? Как бы выяснить… А может, просто спросить? Давай, Коннор, не уподобляйся мисс Линдси Доннер, чувствующей себя виноватой во всех смертных грехах. Задай уже вопрос!       — Лин… Что ты будешь делать? У тебя есть друзья, к которым можно приехать ночевать, ничего не объясняя?       — Нет… Я, вероятно, сниму комнату в какой-нибудь гостинице… Не волнуйся, я завтра проконтролирую, чтобы картину забрали.       — Об этом я и не волнуюсь, — поморщился мужчина. — Сам приеду, чтобы убедиться. Я о тебе переживаю. Здесь ты спать не сможешь. Друзей у тебя нет. Если ты сейчас поедешь по отелям искать номер, то будешь кататься по городу до утра. Так, собирайся. Поедешь со мной. Пита сегодня не будет, он предупреждал, что до завтрашнего полудня его ни для кого и ни для чего нет, разве что небо начнет падать на землю. Так что мы с тобой вполне спокойно переночуем в одной квартире. Я хоть буду уверен, что ты поспала и отдохнула.       — Коннор…       — Не спорь, а? Действительно, сил нет. Давай хоть раз сделаем так, как нужно, не тратя времени на бесполезные споры. Собирайся. Прошу тебя.       Она еще несколько секунд смотрела на своего спутника, потом кивнула и скрылась в комнате.       Пока Линдси быстро собирала все необходимое для ночевки в квартире Питера, Коннор подошел к стоящей в прихожей злополучной картине. Теперь в ней не было ни следа того притяжения, которое он испытал, когда там, внутри, находилась Линдси. Интересно, а сила притяжения пропорциональна силе любви попавшего в ловушку человека?..       Мужчина помотал головой, отгоняя такие провокационные мысли, и почувствовал, что все же покраснел. Вот черт! Надо срочно успокоиться, не хватало еще, чтобы Лин увидела его в таком виде. Он снова посмотрел на изображение. Человеческих фигур там не было, остался только мрачный лес, который, казалось, с каждой минутой становится все более мерзким, как будто после наводнения и пожара одновременно. И что они все нашли в ней? Хотя, когда злая магия картины была активна, он так не думал. Мужчина содрогнулся при мысли, что он мог бы остаться внутри навсегда. Возможно, он не возражал бы, будь там обещанное счастье — вечность с Линдси. Как же она его любит… Сильно, ярко, не прося ничего взамен. И какое счастье, что у него есть та, благодаря которой он смог вытолкнуть изнутри Линдси и выпрыгнуть сам. Две самые главные женщины его жизни… Линдси Доннер и Николь Дойл.       Он снова задумался, скользя взглядом по картине. Вот тут стояла Лин. А здесь — фигура мужчины, которым должен был стать он, Коннор Дойл. Нарисованные фигуры стали перед глазами. Он вспомнил все детали старинной одежды. И ходили же раньше в таком виде… Бррр… Женский наряд еще ничего, Линдси выглядела в нем восхитительно, а вот он сам… Просто кошмар. Для человека, на котором даже обычные джинсы (да, он их носит! Иногда, но всё же) сидят как форма военного офицера, надеть этот украшенный рюшечками ужас! Уф, от одной мысли волосы шевелиться начинают…       — Коннор?..       Подошедшая Линдси остановилась в шаге за его спиной. Она что, половину одежды с собой взяла?       Действительно, в руках у девушки были и ее обычная сумочка, и объемистая дорожная. Дойл резким движением перехватил вторую. И что она туда натолкала?       — О чем ты думаешь? — тихо и немного грустно спросила Линдси.       — О том, что как бы это было? Ну там, внутри. И как люди выглядели бы здесь? У них были бы наши лица? Или нет? Мы уже никогда не узнаем ответов на многие вопросы…       — А может, и не нужно ответить на все? Я знаю одно. Обещанное счастье — лишь фарс. Предлог, чтобы заманить туда. И питаться нашими телами и душами. Так что не было бы никакой «вечности в нарисованных панталонах», Коннор.       Коннор в замешательстве смотрел на девушку рядом с ним. Откуда она узнала?..