50 правил из жизни гея

      — Проходи, — открывая дверь своей квартиры, сказал Немо и запустил Феликса, — я еще не до конца обустроился, но чувствуй себя как дома.       Фел ничего не сказал, он окинул взглядом пустую двухкомнатную квартиру. Мебели немного, кровать с тумбочкой в спальне, диван и полка под телевизор с самим телевизоров в гостиной. Полностью обустроена только кухня. На полу сумка с вещами, которую Немо использовал как шкаф.       — Одолжишь мне одежду? Моя сгорела, — без тени эмоций спросил Фел.       — Конечно, — Саеса несколько минут покопался в своей сумке и вытащил оттуда футболку и шорты, — можешь переодеться в это.       Феликс взял одежду и на некоторое время остался так стоять посреди комнаты.       — Где хочешь спать? На диване или на кровати?       — Нет разницы.       — Тогда спальня твоя.       — Окей, пойду переоденусь, — таким же совершенно ровным голосом сказал Фел и ушел в комнату. Как только он закрыл за собой дверь Немо тяжело выдохнул и присел на диван. Ему было невероятно некомфортно и даже не оттого, что Феликс оказался так близок, а просто потому что мужчина за всю свою не короткую жизнь так и не научился утешать людей в трудных жизненных ситуациях. Он до сих пор не понимал, как должен вести себя в подобных ситуациях.       Немо подошел к кухонному гарнитуру и поставил чайник. Он налил две чашки зеленого чая, пока Фел переодевался. Позже Арана вышел в большеватой футболке и домашних широких шортах.       — Я тебя не стесню? — поинтересовался парень больше для приличия.       — Нет, оставайся сколько надо.       — Я сниму новую квартиру как можно быстрее.       — Не думай об этом, — улыбнулся Немо, он отметил для себя, что никогда не видел Феликса, который испытывает чувство вины, и это оказалось гораздо более странным и милым, чем он мог себе представить. Феликс же с трудом сейчас чувствовал хоть что-то, большинство своих фраз он говорил на рефлексах без особых размышлений. У него не было каких кричащих мыслей: «мой дом сгорел!» или «что я теперь буду делать?!» Сейчас Фел ни о чем таком не думал, он поразмышляет на эту тему завтра. Все что он сейчас ощущал это невероятную усталость и измотанность, — пьешь зеленый чай? Он успокаивает и помогает заснуть. Если хочешь, могу дать пустырника или чего-нибудь такого. Чтобы ты легче уснул.       — Вообще, зеленый чай имеет даже больше кофеина чем кофе. Соответсвенно эффект бодрости у него сильнее, только срабатывает в отличие от кофе позже, — на удивление для самого себя, смог вспомнить этот факт Фел, помешивая напиток чайной ложечкой, — но все равно спасибо, — устало улыбнулся он и отпил немного, — а на тему засыпания не переживай — сегодня у меня с этим проблем точно не будет.       Они выпили по чашке чая молча, а потом разошлись. Феликс лег на холодную широкую кровать.       «Подведем итоги сегодняшнего отвратительного дня.       Я познакомил Софи с Виком, Джу и родителями.       Я встретил Трэйси.       Виктор оказался просто конченным скотом.       Мой дом и все мои вещи сгорели.       Я ложусь спать в доме человека, семью которого я разрушил.       Что же, в принципе, сегодня можно было и не просыпаться.»       ****       Феликс открыл глаза. Высокий незнакомый светло-бежевый потолок. Он смотрит на него с минуту совсем пустым взглядом без малейшей мысли. Голова пустая, тяжелая. До него еще не долетели вчерашние воспоминания, но послевкусие тяжелого дня сохранилось.       «Точно. Я у Немо.»       Еще с несколько минут Фел пролежал в такой же позе, уже осознавая где он. Мужчина поднялся. Все та же пустая комната. Кровать и одна тумба. Из окна рассеивается блеклый дневной свет. Арана подходит и некоторое время еще смотрит на затянутое облаками небо.       «Интересно, сколько уже времени?» — Фел посмотрел на свой телефон на тумбе, вчера он не поставил его на зарядку и мобильный наверняка уже разрядился, — «Вру. Совершенно не интересно», — мысленно произнес парень и, оторвав безразличный взгляд от телефона, вышел из спальни. Немо не было. Диван был сложен. Феликс подошел к холодильнику, открыл и без особо интереса изучил его содержимое. Хлеб, горчица, соевый соус, что-то вроде кетчупа в банке. Наверное, тоже соус.       Арана на некоторое время завис, смотря на однообразие холодильника Саеса. По-хорошему, он бы и вовсе сейчас закрыл дверь и оставил себя без завтрака, ничего бы ему это не стоило. Но медицинское образование где-то на подкорках сознания напомнило ему о важности полноценного питания. Он достал хлеб, незнакомую банку и макая одно в другое в сухомятку съел несколько кусков (вопрос о правильности такого питания уже почему-то не стоял). Вкуса он не почувствовал, просто рефлекторно жевал и проглатывал. Не было не малейшего желания хоть что-то делать. Апатия захватила его. Парень перенес пачку хлеба и банку на диван, положил их на полу рядом и включил телевизор. На первом попавшемся канале шло аморально-глупое комедийное шоу, ранее никогда бы такое не смотревший Феликс, сейчас не видел причины менять канал, он уставился в экран. По тени на стене он видел как идут часы, но сколько времени не разу не посмотрел. Сейчас ему было все равно. Однообразие еды, глупость ток-шоу по телевизору, люди которые возможно пытаются с ним связаться — все это вызывало одно всепоглощающее чувство. Безразличие.       Это покажется странным, но за весь день, что мужчина пролежал на диване с банкой соуса и пачкой хлеба на полу, он ни разу не вспомнил Трэйси, он вспоминал только Виктора. Виктора-предателя, Виктора-подонка, Виктора-друга.       Сейчас Феликс даже немного радовался тому что сгорела его квартира, хорошо что сгорела, пускай. Потому что на случай, если Вик решит прийти и объясниться, пусть лучше он увидит сожженное до тла помещение, чем реально найдет Фела и будет что-то ему рассказывать.       Слушать что он скажет — не было ни малейших сил.       День Фела тянулся на удивление быстро. Бессмысленные передачи на каком-то низкосортном канале, который он включил, сменяли одна другую. К телефону он так и не притронулся. Хотя, наверняка, многие пытались с ним связаться — Джу, она бы рассказала про первый день на островах, Немо, должно быть, хотел узнать все ли у Фела нормально. Высока вероятность, что звонил кто-то из полиции и хотел узнать, не видел ли он что-то подозрительное накануне пожара. Но желания вести разговор хоть с кем-то совсем не было.       За окном небо окрасилось из дневного серого цвета в более темные цвета. В самой комнате потемнело, заметил Фел это, правда, слишком поздно, когда уже не мог разглядеть банку соуса на полу. Только тогда он вспомнил, что за весь день так и не включил свет в комнате.       Послышался звук скрежетавшего ключа в замочной скважине. Сил поворачиваться голову у Арана не было, что уж говорить о том чтобы подняться.       Немо открыл дверь и зашел в темное, освещаемое только телевизором помещение. На диване он увидел силуэт лежащего парня, укутавшегося в диванный плед.       — Привет, — негромко поздоровался Саеса.       — Привет, — еще тише отозвался Фел, но в сторону мужчины не посмотрел.       Немо, снимая куртку и вешая ее на крючок в прихожей, продолжил:       — Чем занимался сегодня?       — Смотрел телик, — как само собой разумеющееся сказал он.       — Ты заказал себе что-нибудь поесть?       — Нет. Я нашел в холодильнике.       — Я писал тебе. Что ты мог там найти? — искренне удивился Немо.       Феликс устало опустил руку на пол, нащупал там банку и демонстративно поднял ее, чтобы Немо видел.       — Ты весь день ел только это?       — Да. Неплохо кстати.       — Я даже не знаю что это. Эта банка была когда я заехал.       — Все равно не плохо.       — Я приготовлю что-нибудь.       — Я уже не голодный.       Саеса проигнорировал эти слова и открыл ящик в кухонном гарнитуре, он достал оттуда мешок с крупой, поставил на плиту кастрюлю с водой и принялся готовить. Феликс, впервые испытавший за сегодняшний день что-то кроме апатии и безразличия — интерес — приподнялся на диване и, лежа на животе, посмотрел на Немо через подлокотник. Впрочем это любопытство продлилось не долго, уже совсем скоро Фел лег обратно и продолжил смотреть какой-то сериал.       По совмещенному помещению гостиной и кухни начал распространяться запах молочной рисовой каши из детства.       — Готово. Поднимайся и давай поедим, — сказал Немо, накладывая кашу в тарелки.       — Спасибо. Я правда не голодный.       — Ты врач, ты должен знать, что нормальное питание — главная потребность организма, — подходя с тарелками к дивану, по-отцовски сказал Немо.       — Вообще-то так про сон говорится.       — Было у тебя уже время поспать.       Феликс, укутанный в плед, поднялся и сел на диване, поджав ноги под себя. Немо присел рядом и протянул ему его порцию и ложку.       — Ешь.       Фел с отсутствующим выражением лица посмотрел в тарелку, затем на Саеса, снова в тарелку и принялся механически опускать ложку то в кашу то себе в рот, в кашу, в рот, в кашу, в рот…       — Ты хоть жуй, — сказал брюнет. Фел, не в силах сейчас спорить, послушно разнообразил машинальные действия жевательными движениями. Спустя несколько минут, которые они сидели вот так с едой перед телевизором, Немо заговорил, — я знаю, ты сейчас беспокоишься о своем доме, это шок, конечно, но не переживай так, это просто вещи. Их будет еще много. К тому же квартира даже не твоя. Не стоит так изводить себя.       Ох, Немо-Немо… если бы ты только знал, что квартира лишь одна из карт карточного домика Феликса, который был разрушен, ты бы так не говорил.       Арана ничего не ответил.       — Давай поедим, а после пойдем погуляем, — утвердительно сказал Саеса.       Феликс хотел что-то устало возразить, но, повернув голову и встретившись с упрямым взглядом двух черных, по летнему горячих глаз, понял, что отказаться у него не выйдет.       Он доел кашу, затем сходил в ванную, впервые за весь день умылся, надел брюки, в которых пришел вчера после свадьбы, верх смокинга надевать не стал, Немо одолжил ему кофту, сверху накинул пальто.       — Куда ты хочешь пойти? — поинтересовался Саеса.       — Не знаю. Я бы остался дома.       — Предлагаю сходить и купить тебе немного одежды на первое время. Здесь вроде есть какой-то торговый центр. Правда я не знаю, может там уже большинство отделов закрыто. Поздно, — не обратив внимания на ответ Фела, размышлял мужчина. И зачем тогда спрашивал?       Немо широко распахнул входную дверь, ожидая, когда Феликс первый выйдет. Арана до сих пор стоял напротив зеркала и застегивал пуговицы на своем пальто, пальцы слушались с трудом, они не тряслись, но как-будто онемели и едва разгибались. Он закончил с пуговицами и вышел, не подняв на Немо глаз. Саеса тоже вышел, закрыл дверь и они начали спускаться по лестнице.       «И как я оказался его соседом? Кого угодно мог бы представить, но только не его. Надо заканчиваться с этим и искать новую квартиру. Надо скорее кончать.»       Феликс повторял в голове последнюю фразу каждые четыре ступеньки, от этого ходьба его стала неестественно размеренной и последовательной. Немо обратил на это внимание, хотя и шел впереди. Мужчина нахмурил темные густые брови, но продолжил спускаться.       Спальный район в котором снимал квартиру Саеса уже захватили сумерки. Фонари горели приятным желто-оранжевым цветом, по длинной освещенной аллее гуляли люди.       — Пойдем, нам туда, — кивнул в сторону двухэтажного небольшого торгового центра Немо, и они с Феликсом двинулись в нужную сторону. Фел, который ранее почти всегда начинал разговор — сейчас был неестественно молчалив, Саеса поймал себя на мысли, что без толчка парня вовсе не знает о чем с ним можно говорить, так же легко, как положено говорить во время ночных прогулок двух людей, которые живут и работают вместе, — ты любишь ходить по магазинам?       — Не очень, — в детстве находился с мамой и сестрой, — ответил парень, заходя в торговый центр.       — Пойдем туда, — указал Немо на небольшой отдел в красно-серых тонах, один из немногих еще открытых. Они с Фелом зашли, около входа их встретил уставший от длинного рабочего дня консультант, он открыл рот чтобы поздороваться, но отчего-то замолчал, когда пересекся взглядом с мужчинами, — давай возьмем тебе какие-нибудь штаны, кофту и немного футболок?       — Хорошо, — послушно кивнул Феликс и пошел в сторону горизонтального стенда со спортивными штанами. Он выбрал себе самые обычные серые трико. Немо нашел две неброские футболки без рисунков светло-зеленого и белого цвета.       — Пойдет? — поинтересовался мужчина.       — Какой размер? — равнодушно поинтересовался парень, и Немо указал на бирку. Фел кивнул.       — Померишь?       — И так сойдет, — махнул рукой парень и перевесил через свою руку одежду, как через поручень, пошел на кассу. Он рассчитался и вместе Немо пошел дальше. Они купили в другом отделе джинсы, толстовку, несколько пар носков и нижнего белья. Правда ни к чему из этого, как надеялся Саеса, Феликс не проявил интереса. Он был равнодушен и до невозможного податлив — чего раньше за ним не наблюдали даже самые близкие люди.       — Ты нагулялся? — поинтересовался Фел не изменившийся в лице. Немо глянул на него немного огорченно и смиренно предложил:       — Пойдем домой, если хочешь.       Парень кивнул, и они направились в сторону выхода. Вышли из торгового центра и вдоль аллеи пошли в сторону дома. Их вновь поглотила гнетущая тишина. Немо, как и часом ранее, просто не мог представить о чем ему говорить с Феликсом. А сам Феликс был погружен в свои гораздо более живые чем он сам мысли.       «Пожалуй, надо с этим заканчивать. Похандрили и хватит. Нечего пользоваться Немо. Завтра начну искать себе квартиру. Или даже сегодня. Да, приду, поставлю телефон на зарядку и перед сном просмотрю несколько сайтов. Так и сделаю.       Черт… Телефон. Наверняка Виктор звонил. Сколько от него пропущенных? Нужно снять квартиру в другом районе. Не хочу, чтобы мы с ним пересеклись. Нет уж, пускай лучше ничего не знает.       Не думайте, я не убегаю. Это стратегическое отступление.       Правило 38.       Иногда, бывают такие моменты, когда отступление куда лучший вариант исхода чем борьба и метания, отстаивания. Знаете, еще Толстой говорил: «Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать, и опять начинать и опять бросать, а спокойствие — душевная подлость».       Я никогда не был из самых честных и порядочных. Поэтому вести себя намерен прямо противоположно. И рвать на себе волосы я не стану.       Вы, как мои читатели, знаете меня практически так же хорошо, как знает Джули или тот же Виктор, поэтому имеете право на некоторые логичные выводы. И вы наверняка сами догадались, что я не собираюсь в этом всем копаться и искать истину. Терзать себя вопросам «зачем он это сделал?» или «как мне жить дальше?» не буду. Хватит с меня. Вы знаете мою нескучную биографию и потому должны понимать, что это лишь одна из многочисленных неприятностей за мою жизнь, а не главная трагедия и драма.»       Несмотря на размышления Феликса, вечером вернувшись домой, он так и не рискнул включить телефон. Он с дюжину раз вспоминал о нем за вечер и столько же раз придумывал разные оправдания, чтобы не протянуть к нему руку. Он уснул, а на следующие сутки, когда вновь задумался о телефоне, ситуация повторилась. И таким образом началась не слишком длинная или увлекательная, но запомнившаяся вереница дней в биографии Фела, которую он провел вместе с Немо.       «В сумме я провел у Немо около месяца. Да, не удивляйтесь, я действительно хотел съехать сразу, я не нахлебник, но причинам, которые вы узнаете позже мы были вместе несколько дольше. Я не стану расписывать вам весь месяц. Но про первую неделю расскажу подробнее. Я не вел никаких письменных заметок, как может показаться, но каждый вечер проговаривал события дня у себя в голове. Поделюсь с вами.       День первый (по счету это на самом деле был второй день, но буду считать его отправным т.к. первый мой день вы уже могли изучить выше и сами знаете, что ничем кроме хандры я в нем не занимался).       Проснулся рано. Немо только собирался на работу. Мои выходные кончились и я, по хорошему, должен идти на работу, но заметив заспанного меня он предложил сегодня остаться дома. Удобно, когда твой начальник питает к тебе симпатию, прогул уже не прогул, а пропуск по семейным обстоятельствам. Я остался дома. Нашел в холодильнике вчерашнюю кашу, поел, аппетит на удивление появился. Включил телевизор, шло ток-шоу, которое я вчера смотрел. Удивился, в каком же состоянии я был, что мог смиренно смотреть такую чушь по доброй воле? Выключил почти сразу. От телевизора болела голова. Посмотрел на телефон, нужно его включить. Нашел повод повременить, в конце концов у Немо так грязно! Логично, он же только переехал, ему не до уборки. А я вот свободен. Уберусь и потом включу. И что, что он уже второй день просто лежит выключенный на зарядке? Убрался, доел кашу, отварил спагетти и даже сходил в магазин, купил мясо на гарнир. Кассирша смотрела на меня, как на бездомного. Подошел к зеркалу, не удивительно. Лохматый, грязный, щетина отросла. Надо принять душ и побриться, а потом сразу включу телефон! Принял душ. Тер себя мочалкой так, будто целью было снять кожу. Пока стоял под душем не мог прекратить вспоминать Виктора. Даже странно, во всей этой ситуации я гораздо чаще думаю о нем, нежели о Трэйси. Побрился. Отчего то порезал щеку, совсем не много, никто кроме меня и не заметит, но как же я так умудрился? Лет с семнадцати не резался. Не ребенок ведь уже. Пришел Немо, похвалил, что я взял себя в руки, накормил его спагетти и пошутил, что мы будто муж с женой из рекламы майонеза. Он засмущался и весь ужин смотрел в тарелку. Вроде взрослый, а так легко выбить его из колеи незначительными фразами. Поели, посмотрели фильм по телевизору, тот же канал, что и вчера, видимо на нем каждый вечер в девять часов идет какая-нибудь полнометражка. Легли спать. На телефон так и не нашел времени. Завтра займусь.       День второй. Проснулся, Немо уже обувался и уходил на работу. Спросил, почему не разбудил меня, он предложил мне отоспаться, а потом как соберусь — приехать. Отказываться не стал. Отпустил его и лег обратно, только уже не уснул. Проворочался с час. Поднялся, позавтракал, переоделся в джинсы и толстовку, которые мы мне купили. Ощущение, как будто стащил у Саеса одежду, хотя даже не он за нее платил. Телефон с собой не взял, надел пальто и вышел. Во дворе по привычке начал высматривать свою машину, только через минуту дошло, я так и не забрал ее из дома. Она все так же и стоит под окнами моей сгоревшей до тла квартиры. Такси можно вызвать только по телефону, а для этого телефон нужно включить, разумеется этого я не сделал. Сел на автобус и доехал до больницы. Не ориентируюсь в общественном транспорте от слова «совсем». Получилось с одной пересадкой и две остановки я еще пешком прошел. В больнице, мне показалось, было как-то пусто. Мало людей и врачей. Лиза улыбнулась мне и спросила выздоровел ли я? Немо видимо соврал. Держу пари, когда он рассказывал эту тривиальную легенду у некоторых возникли вопросы, а откуда ты об этом знаешь? Разве не на ресеп, Лизе, как и обычно должен звонить заболевший работник? Эллиса не было. Хотя мне сказали, что последние пару дней он меня потерял. Хотел работать в штатном режиме, но не вышло. Немо поделил всех моих пациентов между Аланом, Арни и Марсель. Конечно, не сказав мне. Сорвался, закатил ему истерику. Веду себя, как девчонка. Нервы шалят. Раньше это бы меня особо не взбесило, скорее наоборот, я бы улегся на диване и лежал за зарплату, пока начальство не заметит. Буквально вырвал из рук Марси историю болезни одного из моих пациентов. Занимался им весь день. Самоотверженно и самозабвенно. Сделал на нем трехдневный план работы. Устал, как собака. Пришел в конце рабочего дня в ординаторскую и просто рухнул на диван. Немо уже собирался домой, поторопил меня, я оделся и мы поехали. Дремал в машине. Чуть не попали в аварию, потому что, он засмотрелся на меня на светофоре, он думает, что я не заметил. Добрался до квартиры и вырубился прямо на диване Немо. Про телефон не вспоминал, была уважительная причина.       День третий. Проснулся на своей кровати, хотя помню, что вырубился на диване. Немо разбудил. Спросил пойду ли я на работу, было огромное желание сказать: «Нет», но решил не пользоваться ситуацией. Оделся, умылся, позавтракал. Все думал о Викторе, он наверняка уже посчитал, что первые три дня я должен был злиться, а сегодня можно было приходить мириться (хотя какое к черту «мириться»?). Расхохотался прямо за обеденным столом перед Немо, представив лицо это ублюдка, когда он придет ко мне домой, а там сгоревшие до тла руины. Будет названивать, а я не возьму. Впервые было абсолютное, совершенно однозначное желание не прикасаться к телефону вообще. Пускай этот поставленный телефонный голос говорит ему еще более пугающую и возбуждающую фразу «Абонент не доступен или находится вне зоны доступа сети». Пускай прогонит в голове худшие сценарии. Так ему и надо. Даже если было наплевать на меня, человеческая совесть загрызет его от одной мысли, что он так поступил со мной перед «этим». На работе был даже в приподнятом настроении, если это можно так назвать. Хотя, это только на фоне предыдущих дней. Все всё равно спрашивали у меня, в порядке ли я и не заболел ли? Увидел на работе Эллиса, он разве что хвостом не завилял, когда меня увидел, а я от его улыбки почему-то испытал рвотные позывы и ощутил к нему легкую неприязнь. Странно. Выписал вчерашнего больного. Немо похвалил, когда увидел, но как-то насторожено. Похоже, ожидал, что я не смогу объединять легкую депрессию с хорошей работоспособностью. Открытие, однако. Избегал Эллиса. Сам не понимаю почему. От самого Панта это не скрылось, он же не круглый идиот. Прижал меня «к стенке» и потребовал объяснений, даже извинился, если чем-то обидел, а я едва на ногах стоял. И не могу быть рядом с ним, так мне тошно, и объяснить причину не в состоянии — сам не знаю. Думал там и упаду, Немо вовремя подошел. Не знаю, следил или случайность… увидел в каком я состоянии и увел меня оттуда. Нагрубил Эллису. Между ними явная неприязнь. Поехали домой, разговорились с Немо в машине об одной книге. Много спорили, но мне понравилось. Давно не было с ним так комфортно. Даже дома продолжили разговор. По пути зашли в магазин, купили еды, много, будто на месяц вперед. Приготовили томатный суп. Немо в основном готовил, а я сидел за столом и разговаривал с ним. Спросил меня, почему я не беру телефон, отмахнулся и сказал, что забываю поставить его на зарядку. Он на зарядке уже трое суток.       День четвертый. Проснулся раньше Немо. Сходил в душ, звуком воды разбудил Саеса. Позавтракали, у него выходной, но он все равно предложил меня довезти. Не отказался. Подвез меня до больницы. Предложил забрать вечером, напомнил ему, что дежурю сегодня. Весь день пытались разобраться с больным Алана. Не разобрались, психанули и решили дождаться завтрашнего дня и спросить Немо. Понял, почему так напрягает Эллис. Похож своим хорошим отношением ко мне на Виктора. Видимо от таких людей с бескорыстной симпатией ко мне теперь жду подвоха. Вечером остался единственным из врачей в больнице. Включил фильм на ноутбуке начальника. Наконец нашел в себе силы, достал телефон и включил его. «Заводился» он невероятно долго или мне так показалось. Три пропущенных от Джу, один от Тайлера, один от мамы, три от Немо, пять с незнакомого номера, два от хозяина квартиры и всего четыре от Виктора. Подозрительно мало. Похоже, он не очень-то собирается оправдываться. Даже незнакомый номер не обогнал. Джу и мама отправили сообщения, спрашивали, как добрался, еще Джу скидывала фотографии с островов. Немо тоже писал, узнавал, видимо, в течении рабочего дня где я и не хочу ли пообедать с ним в столовой. Виктор не писал. Написал Джули и матери, что все хорошо, спросил Джу, почему звонил Тайлер, оказалось это звонила она с его номера. Перезванивать на незнакомый номер не стал, поздно. Виктору бы не перезвонил, даже если бы был полдень. Досмотрел фильм, но не вник в сюжет. Уснуть долго не мог. Даже выдохнул, когда пришлось подняться и идти к больному посреди ночи. Провозился с ним часов до трех. Вырубился, как только добрался до дивана.       День пятый. Проснулся от того, что Марси и Арнольд пришли на работу. Позвонил Немо и спросил в силе ли его предложение, через пол часа он приехал за мной, Марсель это заметила и, явно насторожившись, попробовала выяснить, почему начальник на выходном забирает меня после дежурства. Ничего подгорного ей не рассказал. Точнее не рассказал вообще ничего. Уехал с Немо, спал в машине, проспал еще несколько часов дома. Проснулся ближе к двенадцати и решил позвонить по неизвестному номеру от которого у меня пропущенные. Трубку взял сиплый голос мужчины после сорока лет. Представился офицером полиции, и попросил меня прийти в ближайшее время в отделение для сверки документов и свидетельских показаний по делу о поджоге многоэтажного дома. Соврал, что болею. Не знаю зачем это сделал, но идти в полицию совсем не хотелось. Пообещал сразу явиться в отделение, как только поправлюсь. Офицер Крок (так он представился) предложил самому приехать ко мне на работу или домой, сказал, что не стоит т.к. сейчас живу у друга и не хотел бы его напрягать. Не слишком хороший обман, согласен. Но обычно я вру очень достойно. Только последние дни не выходит, у меня вообще мало, что выходит в последние дни.       Правило. Хотите правило? Это же пособие все-таки.       Правило 39.       Лгите, лгите и еще раз лгите, но только если умеете.       Слышал фразу от одного человека, имя которого уже не имеет смысла от вас скрывать, вы же теперь в курсе всего, Трэйси. Он говорил мне: «Врать плохо, если врешь плохо. А если врешь хорошо, то нормально.»       Я, не хочу себе льстить, но это чистая правда, я — талантливейший лжец и сказочник. Знаете, из тех, кто к каждой, даже самой маленькой лжи относится как настоящий ювелир. Я продумываю ее, собираю по крупицам, как мозаику подбираю каждую малейшую деталь для четкости картины, а если оказывается, что какой-то маленький пазл отсутствует я вручную выпиливаю его из деревянного бруска лжи, которую способен придумать в данной ситуации. Помимо своей способности придумывать длинные и правдоподобные истории, я так же обладаю качеством талантливого лжеца — импровизацией. Именно благодаря совокупности богатой фантазии и способности быстро реагировать и во время вставлять необходимые детали в пазл я и сделал ложь своим главным инструментом и помощником. И, зная мое сложное ремесло, вы теперь можете с лёгкостью угадать мою любимую поговорку-анекдот: ложь всегда выходит наружу. Как я боялся врать в детстве! Родители часто мне повторяли эти слова, а потом на наглядном примере раскусывали мою ложь как орешек. И я верил, искренне верил, что это правило обличения лжи нерушимо. Но годы шли, я становился искуснее в своих выдумках и в какой-то момент поймал себя на мысли, что наружу выходит только плохая ложь, ложь непродуманная, придуманная наспех, без достоверных деталей, не подкрепленная ничем. В последние годы я врал много и усердно, и мне не стыдно, потому что за последние несколько лет ни одна моя ложь не раскрылась, а если ложь никто не опознал, то и не ложь это вовсе. Так, путем многих удачных и неудачных экспериментов я стал талантливейшим лгуном. Действительно стоящим, таких как я еще поискать надо.       Но вот сейчас я напрочь лишился своего небольшого, но значимого умения. Не было ни желания, выдумывать что-то изощренное, ни сил.       Я договорил с офицером, повесил трубку и вздохнул. Отлично Феликс, молодец. Если у него и были подозрения, что ты мог как-то быть причастен к поджогу, то сейчас он уверен, что это ты. Браво.       Немо поинтересовался, все ли нормально у меня, я с уставшей, вынужденной усмешкой пересказал ему весь разговор с Кроком. Саеса смотрел обеспокоено, он вообще только так и смотрел последние несколько дней. Может, он переживал, что я так тяжело переношу пожар своего дома, он же не знает всех деталей, наверняка задумывался, как бы я что с собой не сделал, хотя и считал, что это перебор для простого пожара. Я бы, конечно, ничего такого не сделал. Мы весь день провели в квартире, никуда не выходили. Смотрели сериал, распаковывали вещи Немо, их было не слишком много, но они все же были. Мы развешали одежду, даже собрали из остатков от старых хозяев деталей нечто похожее на шкаф. Возможно это и был когда-то шкаф, просто сейчас по неизвестным причинам оказался разобранным и лишенным нескольких креплений. Возможно прошлые владельцы хотели забрать его собой, разобрали для более простой перевозки, но по каким-то причинам передумали и оставили здесь. Или хозяин квартиры хотел поставить здесь шкаф для новых жильцов, но не закончил начатое. Мы все разобрали, даже немного убрались, протерли пыль, помыли полы, передвинули мебель. А потом сидели и смотрели сериал. Мы видели уже несколько серий на днях, и я поймал себя на мысли, что это здорово вести совместный быт, смотреть по вечерам сериалы. Это навевало мысли о чем-то спокойном, безмятежном. Немо, довольно тонко чувствующий мое настроение в последние пять дней, и сейчас понял все мои мысли, он расслабил напряженные плечи, увидев мое умиротворенное и почти довольное лицо. Я тоже расслабился и облокотил голову о его плечо, придвинувшись ближе. Со стороны мы выглядели, почти как семья.       День шестой. Проснулся от шкварчания масла на сковородке. Это Немо жарил яичницу. Я спустил ноги с кровати, сунул холодные ступни в тапочки, надел футболку и вышел в зал, тонкий, едва-едва ощутимый запах гари дотянулся до моих ноздрей, и я сообщил об этом Немо. Интересный он был человек. Он отлично готовил сложные блюда, или хотя бы средние по уровню сложности, но вот яичница и каши у него вечно подгорали. Он почему-то всегда упускал этот момент из виду. Мы позавтракали едва спасенной яичницей. Поговорили про вчерашний сериал и высказали предположения, что будет в сегодняшней серии. Саеса отчего-то был на удивление разговорчив и не избегал зрительного контакта. Обычно он сталкивался со мной мимолетным взглядом, а если я продолжал смотреть на него чуть дольше положенного тут же отводил глаза, он делал это в присущей ему немного надменной манере. Если Эллис смотрел вниз, словно не будучи уверенным, что ему можно поднять взгляд, то Немо поворачивал всю голову вправо или влево и делал вид как-будто его невероятно интересует вид из окна или человек, стоящий с боку или же просто вы сами не стоите того чтобы он на вас смотрел.       Мы позавтракали и неспешно начали собираться на работу. Это было как-то на удивление легко, я имею ввиду наше с ним общение. Мы совершенно обыденно в сегодняшний день начинали разговоры на любые темы. Он не был со мной более таким напряженным как раньше. Может мне так казалась, потому что у нас появилась одна общая тема для разговора, мы говорили о сериале, который смотрели по вечерам вместе. А может он просто почувствовал себя комфортно со мной. Не знаю. На работу приехали с опозданием. Застряли в ужасной пробке, а потом еще и решили заехать в пекарню про которую я ему рассказал. Это были восхитительные сорок минут, что мы добирались до больницы. Они были полны бессмысленных разговоров, легкости и отсутствия обязательств перед начальством за опоздание, потому что начальник сидел на соседнем сидении и опаздывал вместе с тобой. На улице был не толстый, но плотный слой снега. Я не очень люблю зиму, поэтому немного завидовал Джу. Мы взяли в пекарне с пол дюжины булочек с начинкой и два кофе. Кофе мы пили сразу по дороге, зашли в отделение, подошли к посту, я отметился в журнале у Лизы, Немо тоже отметился, хотя ему это делать совсем не обязательно, он мог сразу пойти переодеваться. Мы сообщили, что купили булочек и она может прийти в ординаторскую и взять себе, если хочет. Лиза открыла рот, чтобы уточнить почему мы пришли вместе или где встретились по пути, но не успела, потому что мы с Немо уже уходили по коридору.       В ординаторской Саеса положил пакет с булками на стол, а я предложил сидящим там Алану и Арнольду попробовать. Настроение у меня было хорошее. Прямо таки отличное на фоне всех предыдущих дней. Я начал шутить, немного язвил, моим коллегам стало со мной почти так же комфортно, как было раньше, я это видел. Эллис в тот день тоже был в больнице, в отличии от меня он выглядел гораздо более напряженным, скорее всего это было от того что скоро у него начнется зимняя сессия. Под его глазами уже прорисовывались небольшие темные круги, это была только первая стадия недосыпа. А у студентов их, если вы не знаете или не помните, порядка 144. Тем не менее вопреки усталости он мне улыбнулся, и меня почти тут же кольнула иголка вины. Я понимал, что у Эллиса сейчас повышенная нагрузка в университете, вместо учебы он так же проходил стажировку в нашей клинике, и по большей части он проходил ее из-за меня. Я хотел как обычно отбросить это легкое чувство вины мыслью: «Он знал на что идет», но у меня это не очень получилось. Обедал я тоже с Эллисом, мы разговорились на тему моих студенческих годов, появился Немо, приревновал видимо, другой причины не знаю, демонстративно предложил мне перед тем как поехать домой, заехать в какой-нибудь ресторан или кафе и взять еды, а то «готовить сегодня очень не хочется». Показушник. Хотя, признаю, сработало. Элли очень напрягся, но не осмелился при Немо задать это тревожный вопрос: «Вы живете вместе?» А после мы с ним почти не общались наедине, а когда общались он видимо так и не решился спросить, а я сам не планировал быть инициатором этой беседы. Не люблю оправдываться, особенно когда я не в чем таком не виноват. Закончили работать, с Немо отметились в журнале и пошли домой, попрощался с Эллисом, а Саеса так на него зыркнул, что бедный парень даже рта побоялся открыть чтобы что-нибудь ответить. У самого входа в больницу увидел его. В сером пальто, с сединой, двуличным прищуром и добродушной улыбкой. Трэйси стоял как живой и смотрел на меня.»