Yarrr!

Дэсон сидит, осторожно колупая край кушака, и время от времени поднимает настороженный взгляд на капитана. Впрочем, приходится очень быстро его опускать, потому что когда капитан в ярости, лучше не доводить его лишний раз игрой в гляделки. Когда Дэсон отыскал его в каюте, Драконий Хвост был уже точкой на горизонте. Как оказалось, они давным-давно отперли двери и уплыли, не преминув, впрочем, забрать с собой добрую часть добычи. Понять сей факт помог юнга Минхо, просто прислонившись спиной к двери и выпав наружу. Матерясь, первый помощник побежал искать Сынхёна, представляя самые ужасные картины и никак не ожидая обнаружить его в добром здравии, привязанным к стулу и тем более в таком... Пикантном виде. Теперь капитан меряет шагами каюту, периодически пугая морскую свинку, и разражается разухабистой бранью всякий раз, как вспоминает про Красного Дракона. Дэсон вздыхает и пододвигает к себе блюдо с фруктами, одиноко торчащее на столе. - Ну и? - решается он спросить. - Вы поняли, что это было такое? Демонстрация силы? Сынхён останавливается на половине шага, едва не зависая в воздухе. Понял ли он? Понял ли ОН?! А о чем он думал последние бездарно потраченные часы, сидя со сведенными за спиной руками на своем чертовом кресле после того, как его только что поимела руками какая-то наглая девка?! Разумеется, ни черта он не понял. Чхве поджимает губы, и как только к этому отнесется Джиён. Впрочем, очень может быть, что в данный момент, и он сам развлекается с одной из портовых девиц. Сынхён морщится, представлять Джиёна с кем-то кроме себя - просто мазохизм какой-то. В такие моменты его инстинкт собственника достигает небывалых высот, что не мешает ему, впрочем, раз за разом сниматься с якоря в том грешном порту и выходить в море, оставляя Джи за спиной. - Скорее всего, - отрывисто рявкает капитан и с размаху усаживается в кресло. Дэсон с удивлением наблюдает, как изменяется его лицо, и тихо охает, когда Сынхён с тихим: "Бля! Теперь тут даже не посидишь нормально", - вскакивает и снова нервно начинает бродить по каюте. - Так... Что тут произошло-то? - осторожно уточняет Дэсон, очищая банан, и снова становится свидетелем беспричинной смены капитанских лиц. Кажется, сегодня он увидел у него больше эмоций, чем за все то время, что они плавали вместе. - Мгм. Да. Конечно, - невпопад выдает Чхве и поворачивается, в упор глядя на него своими коршуньими глазами. - Команда в сборе? Командуй отплытие. Возвращаемся в порт. Медные части надраить до блеска. Исполнять, ать-два! Дэсон на автомате подскакивает вместе с недоеденным бананом в руке и прикладывает его к виску. - Так точно. Сынхён смеривает его торжествующим взглядом и вздыхает, неожиданно поникая. - Дэсон, а Дэсон, кончай с этой военщиной. Ребята волнуются. - Ну, так... - первый помощник пожимает плечами,- где ты меня подобрал-то? Вот и мучайтесь теперь, гражданин начальник. Он снова козыряет и исчезает за дверью, оставляя Сынхёна наедине с тихо клацнувшим открывающимся медальоном. Ночью город тих. Ну, по крайней мере, снаружи. Сынхён знает, что это не так, потому что именно по ночам он и пробирается к Джиёну в дом. Чхве осторожно ступает на покатую крышу и, стараясь не шуметь, тенью движется к знакомому окну. Оно как всегда открыто, и Сынхён, оглядываясь, словно вор, юркает внутрь. - Господина нет дома, - флегматично сообщает сидящая за столом девушка и демонстративно зевает, - просили передать вам, коли вы явитесь. Сижу тут уже несколько ночей, мочи нет как устала. - Ты кто? - ошалело пятится Чхве, не до конца въезжая в смысл ее слов. - Ну, говорю же, служанка я евойная. Минзи зовут, да только какая разница, коли вы забудете через пять минут? Сынхён наконец успокаивается и выпрямляется, поправляя плащ. - Значит, нет его? - уточняет он на всякий случай, но вопрос глупый, потому что он и сам видит, что никаким Джиёном здесь и не пахнет. Минзи, видимо, считает так же, потому что пожимает плечами и снова зевает, давая понять, что раз функцию свою она выполнила, то некоторые могли бы и уйти уже, чтобы бедная девушка легла спать. Сынхён игнорирует ее, потому что изнутри поднимается нехорошее чувство. - А он не сказал когда будет? - Чего нет, того нет, - девушка хмурится, - я, стало быть, беспокоюсь, потому что раньше он так долго не пропадал. Как бы не попал он в переделку. "Раньше?" - брови Чхве поднимаются наверх - выходит, Джиён ведет активную жизнь, и ему о ней ни разу, ни словом не обмолвился? - Спасибо, Минзи, - Сынхён ставит ногу на подоконник, - скажи господину, когда он заявится, что больше я к нему крышами лазить не стану. А если ему так хочется меня повидать – пусть, как Ассоль, ждет у моря мои паруса. В порту. Минзи кивает, вставая, чтобы закрыть окно и, когда Чхве исчезает в городской темени, неожиданно хихикает. - А задели вы его, господин, за живое. Ей-ей, задели.