Стальные свитки. Свиток первый «Джаа»

Айрен колебался недолго. Он и так уже опоздал с возвращением из увольнения почти на два дня. Часом больше или меньше – это уже принципиального значения не имело. Как в той древней поговорке: «Если вам собираются рубить голову, то проблема перхоти в волосах вас должна волновать меньше всего». Хозяин гостиницы начал даже рисовать на салфетке план, как можно пройти к тому месту, где проходят бои, когда к ним подошел Хо, решивший полюбопытствовать, почему так долго отсутствует его столь интересный собеседник. Узнав, в чем дело, писарь вызвался проводить чужестранца, показав самую короткую дорогу. – Не стоит благодарности. Я очень рад поговорить на квимо с тем, для кого это родной язык. Кроме того, у меня сегодня выходной, и я совершенно свободен. Я хотел бы вместе с вами посмотреть на то, как умеет драться нынешняя молодежь. Хо и сам был, мягко говоря, не старым, и эта его фраза о молодежи выглядела забавно. Но что ни говори – этот чудаковатый парень умел расположить к себе, и Айрен с легким сердцем согласился взять его в проводники. В конце концов, у молодого офицера имелся опыт разнообразных светских приемов, на которых некоторые юные девицы (да и юноши, если честно, тоже) ухитрялись с бешеной скоростью громоздить одну пустопорожнюю глупость на другую. Чтобы противостоять этому, нужно было научиться не слишком сильно заморачиваться по поводу содержания этой болтовни – впускать в одно ухо, выпускать – в другое. Так или иначе, путь не показался слишком долгим, и они пришли именно туда, куда надо. В этом месте Желтая река делала резкий поворот, образуя с левой стороны мелководный плес, который переходил в низкий, пологий берег. Во время весенних разливов, а также после сильных дождей он наверняка покрывался водой. Поэтому не было никакого смысла возводить здесь какие-либо долговременные постройки. Даже деревьев здесь не посадили. В обычное время на этом поросшем густой травой лугу резвилась ребятня из близлежащих улиц. Кто-то обязательно бултыхался бы в теплой воде. Но сейчас детвора стайкой сгрудилась там, где на сравнительно ровном участке луга взрослые играли в свои «серьезные» игры. Среди присутствующих большинство составляли молодые мужчины. Присутствовало всего несколько девушек – видимо, из числа тех, кто находился в статусе официальной подружки кого-то из парней. Все зрители стояли широким полукругом, не приближаясь слишком близко к главным на этом «состязании». И таковыми отнюдь не были сражающиеся друг с другом бойцы. Трое мужчин, одетых в роскошные шелковые одеяния, сидели на плетеных из лозы стульях рядом друг с другом. Около того, кто сидел по центру, располагался небольшой столик, на котором едва хватило места для кувшина и трех стаканов. Позади этих мужчин тремя группками стояли несколько парней крепкого телосложения. Нетрудно было догадаться, что это хозяева кварталов и их телохранители. Какого-то из этих «господ», должно быть, звали Вонг. Но не этот влиятельный человек в данный момент интересовал Айрена. Парень разглядывал зрителей, пытаясь найти в толпе знакомое лицо. Плохо было то, что всех своих врагов он видел лишь мельком. Исключением являлся лишь тот «вышибала», который принес питье с сонным зельем. Но пришел ли он сегодня на эти бои?.. Удача была в этот день в хорошем настроении, и, наконец, улыбнулась Спарксу. Но так получилось, что вначале он увидел не обидчика, а… свой кошелек. Дело в том, что тот бой, который начался еще до того, как Айрен и его спутник пришли на площадку, к этому моменту завершался. Один из бойцов – менее сильный или менее удачливый – в очередной раз был брошен на землю. Признавая свое поражение, он трижды ударил рукой о траву. Оказалось, что зрители и на этих боях делали ставки, пытаясь угадать победителя. Айрен увидел, как какой-то парень (он стоял на расстоянии шагов в пять спиной к Спарксу), одетый в довольно неплохую льняную одежду, повернулся к своему соседу, достал из кармана кожаный кошелек и стал вынимать из него монеты, чтобы расплатиться за проигрыш в пари. Но что это был за кошелек!? Незнакомец повернул его таким боком, что можно было увидеть тисненный золотом герб. Герб его рода, герб Спарксов. Именно этот красно-коричневый кошелек подарил Айрену отец в день совершеннолетия, и именно его два дня назад вытащил из кармана Крыса Хуа. Не особо задумываясь, что он делает, расталкивая всех по пути, Айрен быстро преодолел разделявшее его с незнакомцем расстояние, схватился за кошелек, не давая парню сунуть его снова в карман. Но вот неожиданность!? Это оказался тот самый мордоворот, что опоил его сонным зельем в гостинице. Неужели это и есть Крыса Хуа?! Кто бы это ни был, он тоже узнал Айрена. Глаза его вновь забегали, но теперь-то было понятно, что это из-за чувства вины, а не вследствие похабных мыслей. Незнакомец попробовал и кошелек удержать в своих руках, и каким-то образом поскорее оказаться подальше от белого господина. Офицеру тоже было не занимать упрямства. Оба не учли, что находятся в первом ряду зрителей, и что сейчас как раз пауза между боями. Сидевший по центру мужчина (Айрен почему-то решил, что это и есть господин Вонг) подал голос: – Эй, вы, двое! Объясните, в чем дело? Говорил Вонг на джаньском, но и без особого знания языка было понятно, о чем идет речь. Спаркс вовремя вспомнил, что господин Вонг по официальной должности кто-то вроде полицейского, поэтому решил апеллировать к этой его ипостаси. – Видите ли, в чем дело, господин. Два дня назад на меня было совершено нападение. Вот на виске до сих пор рана не вполне зажила. Пока я был без сознания, у меня похитили именно этот кошелек. Видите – он очень приметный. Не думаю, что в столице есть еще один такой же. Стоило только хозяину района сделать неопределенный жест рукой, как один из его телохранителей пришел в движение. Уже через минуту он подносил предмет спора господину. Тот мельком осмотрел его, отложил в сторону на столик, после чего посмотрел в сторону «обвиняемого». Тот к этому моменту уже вышел из ступора. Заговорил он на квимо: – Но я не бил этого белого господина. А кошелек я вчера вечером честно выиграл в кости. Вот здесь рядом стоят Чжоу и Чихоа. Они могут подтвердить. Парни были со мной в таверне «Серебряный граен», когда я играл. Два парня, стоявшие неподалеку, после обращения к ним их приятеля закивали, поддакнули: – Да, мы можем засвидетельствовать это. Господин Вонг посмотрел на иноземца и в общепонятном жесте развел руками – мол, я ничего не могу сделать. Но Айрен еще не окончил счеты с обидчиком: – Но это еще не все. Может, и не он ударил меня по голове, и не он украл кошелек. Того человека, честно признаю, я не успел разглядеть. Но именно вот этот человек подлил мне в питье сонное зелье. В результате я проспал в своей комнате два дня и не вернулся вовремя из увольнения. Я младший лейтенант боевого охранения Торгового флота Квинлента Спаркс. Я думаю, этого мужчину сможет опознать хозяин гостиницы «Медный змей», в которой я останавливался на ночлег. Против этого обвинения незнакомец не смог ничего возразить. И то, что он стал оглядываться по сторонам в поисках пути для побега, выдало его с головой. – Значит, говоришь, напоил сонным зельем, – медленно проговорил господин Вонг, о чем-то сосредоточенно размышляя, – то есть, делаем вывод, что здоровье иноземного господина не пострадало. Жертвой стала лишь его офицерская честь. Боюсь, этот факт не подлежит юрисдикции официальных властей Империи. Но неофициально я могу предложить… Да, я предлагаю решить ваш спор в честном поединке. Выиграешь ты, господин с Юга, получишь этот кошелек в награду и вернешь свою поруганную честь. Проиграешь… С едва заметной улыбкой на лице господин Вонг вновь развел руками. Как только до присутствующих дошло, о чем говорит хозяин квартала, они заметно оживились. Все предчувствовали интересное развлечение. После буквально нескольких секунд размышления, Айрен принял решение. Он подозвал Хо и начал скидывать с себя рубашку. Парень видел, что в том бою, окончание которого он застал, оба его участника были обнажены по пояс. Скорее всего, это являлось общепринятой практикойа. Перевязь с пистолетом в кобуре также оказалась в руках писаря. Айрен вышел в центр площадки, позволяя всем желающим разглядеть себя. Парень знал, что, хотя его мышечный рельеф не поражал воображение гигантскими размерами, стыдиться ему нечего. Уж чего-чего, а физической подготовки в кадетском корпусе было более чем достаточно. Среди прочего кадет Спаркс являлся чемпионом факультета по боксингу. В своей весовой категории, конечно. А вот с весовой категорией противника в данном случае было не так все просто. Когда он в свою очередь скинул рубашку и тоже вышел на поле, стало понятно, что «вышибала», как минимум, на двадцать килограмм тяжелее. Да и размер бицепсов, грудных мышц у него был внушительным. Вот правда форма их уже немного поплыла, кроме того, у парня наметился пивной животик. Да и на его физиономии можно было разглядеть явные следы злоупотребления горячительными напитками и, возможно, даже дурманящими зельями. Очень вовремя всплыли в памяти слова Лиена: «Грязный уличный стиль», «Сила ведь не в громадных кулаках». Что же, значит, Айрену придется доказать, что он умнее своего соперника. И для начала не стоит его недооценивать, не делать поспешных выводов, основываясь лишь на его внешности. Поэтому начало боя молодой офицер посвятил изучению сильных и слабых сторон противника. Прошла минута после старта поединка, когда Спаркс услышал, как кто-то из приятелей мордоворота, подбадривая его, крикнул: – Давай, Жуань, врежь ему! Тем самым Айрен узнал имя своего обидчика. Кричали, кстати, на квимо. Так что второй целью выкрика была попытка запугать иноземца. Это тоже стоило учесть. Главной слабостью Жуаня оказалась плохая выдержка. Громилу просто перекашивало от злости, когда Спаркс раз за разом уходил от его ударов, постоянно перемещаясь по площадке и не пытаясь даже нанести удар в ответ. У зрителей создавалось впечатление, что их земляк, словно зачарованный, каждый раз бьет в место, находящееся на расстоянии в полшага от реального положения бледнолицего парня. Во время своих атак Жуань действовал однотипно и можно даже сказать примитивно, пытаясь решить исход поединка сильным ударом правой руки или ноги. Причем, ногой он действовал менее умело. Айрен даже пожалел, что мало занимался борьбой. Его так и подмывало схватить за эту нелепо торчащую ногу, вывернуть ее, после чего сделать какой-нибудь замысловатый бросок. Но после некоторого размышления, Спаркс решил участвовать только в тех играх, в которые точно умел играть. Тем более что у него имелось свое секретное оружие. Дело в том, что Айрен являлся частично переученным левшой. В детстве из-за сильного стремления «быть правильным», он мучил себя, пытаясь развить «праворукость». Но ближе к совершеннолетию бросил это глупое занятие. Тем не менее, парень почти с равным успехом мог писать и правой, и левой рукой. Когда тренер по боксингу заметил особенность своего подопечного, то посоветовал развивать эту универсальность и во время тренировок. Левая рука у Спаркса была сильнее, но во время боя достаточно долгое время он мог притворяться правшой. С незнакомыми соперниками фокус неплохо срабатывал. Вот и в этот раз, когда Айрен посчитал возможным начать пробные атаки, он действовал правой рукой. Тем более для этой руки у него нашлась очень привлекательная мишень. Бровь Жуаня уже поджила настолько, что он снял пластырь, но ранка-то все равно осталась! Где-то с третьего раза удар Айрена достиг цели, и из развороченной раны начала сочиться кровь, заливая глаз. Дальше все пошло, как по маслу. У противника Спаркса ухудшился обзор, он стал зажиматься, старательнее прикрывать пострадавшую сторону, одновременно раскрываясь – с другой. Айрену всего лишь надо было еще немного ослабить противника своими постоянными перемещениями по полю, выбрать самый подходящий момент, после чего вложить в удар как можно больше силы и желания победить. Кулак парня с хрустом врезался в скулу Жуаня, отчего его голова дернулась, громила неловко зашатался и упал с высоты своего роста на землю, приложившись к ней спиною и многострадальной головой. «Интересно, там есть мозги? Будет ли сотрясение?» – язвительно подумал Айрен, но расслабляться не спешил. Могло последовать и продолжение. Однако Жуань секунд двадцать или больше все так же лежал на земле, не подавая признаков жизни. Судя по тому, как все зрители разом загомонили, заорали, это также можно было расценивать, как победу. Господин Вонг пришел к подобному же выводу. Он взял со столика кошелек, изобразил на своем лице улыбку. Стало быть, Айрену уже можно было получить приз. Спаркс решил быть вежливым и не стал набивать себе цену, как барышня на выданье. Он подошел к мужчине принял из его рук вернувшуюся к нему собственность. Если судить по тяжести кошелька, то монет там находилось намного меньше, чем в момент ограбления в парке. Хотя не в деньгах было дело. – Весьма впечатлен вашим стилем, молодой человек, – тщательно выговаривая каждое слово, проговорил господин Вонг, – если ваша компания почему-то решит отказаться от ваших услуг, приходите – я помогу вам найти работу в столице. Айрен кивнул, будто бы соглашаясь, хотя господин Вонг стал бы последним в этом городе, к кому парень обратился бы за помощью в трудоустройстве. Легко можно было предположить, что за работа его ждала. Стоило только парню отойти на несколько шагов от «трибуны» с почетными гостями «турнира», как на него налетел Хо. Писарь стал хлопать его по плечу, выражая одобрение. – Вы замечательно дрались, господин. Я никогда не видел столь интересного стиля боя. Хотя, конечно, следует сказать, что противник вам попался не самый сильный. Хотел бы я увидеть ваш поединок с кем-нибудь из мастеров монастыря Цао Фэ. – Да, верно! Это было бы здорово! – Подключились к разговору те, кто обступил их тесным кружком. У Айрена за время боя появился целый отряд его поклонников, которые теперь жаждали пообщаться или хотя бы постоять рядом с их кумиром. Пришлось даже одеваться под их пристальными взглядами. Парню с трудом удалось отвязаться от их общества только тогда, когда были объявлены имена участников следующего боя, и все кинулись занимать места «в зрительном зале». Спаркса же интересовал не новый бой, а судьба его соперника. В тот момент, когда он оделся и сунул в боковой карман вернувшийся к нему кошелек, Айрен вдруг сообразил, что без колебаний променял бы возможность избить Жуаня на его честный ответ на всего один вопрос: «Зачем?» Ведь до сих пор было неясно, кому было нужно, чтобы младший лейтенант Спаркс не прибыл вовремя на корабль из своего первого увольнения. А Жуань, как никто другой, знал ответ на этот вопрос. Но где же он? В центре площадки поверженного противника, естественно, уже не оказалось. Там начали обмениваться ударами следующие соперники – два молодых бойца. Среди зрителей мертвого или живого Жуаня также не наблюдалось. Айрен вышел из толпы, стал оглядываться по сторонам. На севере, там, где тропинка, ведшая от места проведения боев, переходила в улицу, он увидел три силуэта. Парень, сложением напоминавший Жуаня, шел нетвердой походкой, опираясь на плечи друзей, которые поддерживали его с двух сторон. Проклятье! Разгадка тайны находилась так близко и вновь хотела от него убежать. Айрен торопливо попрощался с Хо, поблагодарил за помощь и поддержку, извинился: – Мне надо торопиться. Надеюсь, что я еще успею. Парень побежал – между ним и Жуанем с приятелями было не меньше, чем триста метров. Вот они уже почти скрылись за домами. Только бы они шли дальше прямо по улице и никуда не свернули! Но удача, видимо, решила, что и так уже достаточно побаловала сегодня младшего лейтенанта Спаркса. Когда парень добежал до начала улочки, на всем ее протяжении, кроме пожилой женщины, которая везла на тележке гору овощей, никого не было видно. Айрен побежал в сторону ближайшего перекрестка. Все было бесполезно! В этом лабиринте улочек, переулков и тупиков легко можно было заблудиться и практически невозможно никого найти. Особенно если ты не местный житель. Понурив голову, парень побрел в сторону центральной части города. Ему теперь надо придумать, что он станет говорить Старшему помощнику Грину о причинах своего двухдневного отсутствия. Если он станет говорить правду и ничего кроме нее, со стороны его речь будет выглядеть абсолютной нелепостью.