Темные времена

Просыпаться было тяжело. Мираи вяло пошевелила рукой и, приоткрыв глаза, уставилась на неровную стену напротив, как-то рассеянно отмечая на ней царапины и пятна неизвестного происхождения. Откуда-то, словно бы издалека, слышался гул толпы — кажется, в Танзаку людно круглые сутки. — Мираи? — потрепанный зеленый костюм Метала замаячил перед глазами, отвлекая от созерцания стены. Мальчик присел на корточки перед Мираи и, взволнованно вглядываясь ей в лицо, выдохнул.— Что-то не так. Мираи, поморщившись, приподнялась и села, опираясь спиной на стену позади. В переулке, где они вчера устроились, заметно посветлело, но было все также пустынно. Шикадай и Химавари, прижавшись друг к дружке, все еще спали. — Что такое? — Я пытался разбудить Шикадая,— в голосе Метала послышались панические нотки, и он, пошатнувшись, выпрямился.— Он даже не пошевелился! Мираи тряхнула головой, пытаясь согнать сонливость, подвинулась к Шикадаю и потрясла его за плечо. В ответ он лишь как-то особенно тяжело вздохнул, но так и не открыл глаза. Химавари, подвергшаяся тому же, не повела и бровью. Метал, застыв на месте, напряженно наблюдал, пока Мираи, чувствуя нарастающее беспокойство, несильно хлопнула Шикадая по щеке, на что он, едва слышно пробормотав что-то невразумительное, приоткрыл глаза и, скользнув по ней мутным взглядом, вновь закрыл их. — Шикадай! — Мираи попробовала еще раз, посильнее, но реакция была такой же. Химавари она хлопать по щекам не стала, но потрясла еще.— Химавари? — Мираи осторожно повернула девочку на более освещенное место и сама приоткрыла ей глаза. Жара не было, но взгляд, пустой, как и у Шикадая, с расширенными зрачками, пугал.— Что же такое?.. Она пробовала снова и снова, но все было бесполезно. Шикадай и Химавари не просыпались, никак не реагировали на свет и были необычайно бледны. Теряясь в догадках и чувствуя небывалую слабость, Мираи едва удавалось держать себя в руках. Плечи севшего рядом Метала мелко подрагивали. — Нужно что-то делать,— Мираи сглотнула ком в горле и, опираясь на стену, поднялась на ноги.— Нужно... нужна помощь. Я сейчас...— она, мучительно медленно двигая ногами, поплелась к выходу из переулка.— Будь здесь, никуда не уходи. Метал заторможенно кивнул, не сводя с нее глаз. Сердце гулко билось в груди, когда Мираи наконец добралась до улицы. Люди сновали по дороге, не обращая на нее никакого внимания. — Простите,— она попыталась обратиться к проходившей мимо женщине, но та, брезгливо поморщившись, проигнорировала ее и прибавила шагу.— Извините? — поток людей вокруг огибал ее с двух сторон. Кто-то оглядывался и смотрел на нее с откровенной жалостью, но никто так и не откликнулся.— Кто-нибудь?.. Мираи съехала вниз по ближайшей стене и, зажмурившись, прижалась лицом к коленям, обхватив их руками. Там, за углом, ее ждет Метал, в надежде, что она приведет помощь для Шикадая и Химавари. Собственная беспомощность угнетала, как и непонимание произошедшего. Неужели, болезнь Химавари прогрессировала? Но ведь еще вчера вечером Шикадай был здоров! По крайней мере у него точно не было никаких выраженных симптомов. Не мог же он заболеть так быстро, даже если Химавари его заразила. Тем более, что она болела несколько дней до этого. К тому же... Почему тогда не заболели Метал и сама Мираи? Она чувствовала лишь слабость и непривычную сонливость, не более того. Что это вообще за болезнь такая? Предчувствие чего-то нехорошего не отпускало. Мираи стиснула зубы, пытаясь найти хоть какой-то ответ, но все ее мысли сводились к тому, что исход может быть очень плохим. Состояние ребят настораживало и пугало, такими темпами Метал сляжет быстрее, чем мог бы подумать, и Мираи совершенно не представляла, что с этим делать. Тоска по дому окутала ее, едва в мыслях мелькнул образ Шикамару, который наверняка бы смог найти выход из подобной ситуации. Сейчас Мираи, обычно считающая себя практически независимой, чувствовала невероятную нужду в его присутсвии, к тому же очень хотелось вновь увидеть маму. Она, наверное, волнуется за нее... В носу неприятно защипало, как наяву слышался мамин обеспокоенный голос. — Ты в порядке? Вопрос, так неожиданно заданный чьим-то звонким голосом, вернул Мираи в реальность. Вскинув голову, она в неверии смотрела на остановившуюся перед ней девочку, с необычайно знакомыми чертами лица. Два торчащих хвостика ярко-рыжих волос, темные глаза, смотрящие на нее с немым вопросом, и блестящий протектор на лбу... «Моэги?..» Мираи потрясенно уставилась на девочку, забыв о всяких приличиях. Перед ней точно стояла Моэги, но одновременно и не она вовсе. Будто бы ожившее изображение со старых фотографий Конохамару. Сходство было не просто удивительным — невероятным. — Ну так что? — Моэги смотрела на нее едва ли не требовательно; наверное, по внешнему состоянию она легко догадалась, что все не очень-то и в порядке. Мираи, поймав себя на том, что уже просто пялиться на нее, моргнула и, ухватившись за мгновенно предложенную руку, поднялась на ноги.— Эй!.. Мир вокруг внезапно пришел в движение. Мысль о ребятах, ждущих ее, поблекла, и Мираи, покачнувшись, провалилась в вязкую тьму, не успев даже попросить помощи. *** — ... мы не можем оставить их!.. — ...но у нас миссия... — Они нуждаются в нашей помощи! — Джина-сан позаботиться о них, вы можете не волноваться. — Раз уж мы помогли им сейчас, то должны довести дело до конца, коре!... Мираи поморщилась. Приглушенные голоса раздавались где-то совсем рядом, но открывать глаза и смотреть, кто это вообще говорит, не было ни сил, ни желания. Она осторожно пошевелила плечом, с удивлением отмечая тепло одеяла и мягкость матраса, от которых совершенно отвыкла за последнее время. Спать на сваленных тряпках или разорванных коробках — это одно, а вот на удобной кровати — совсем другое. Хорошо бы привести сюда ребят, вот уж кто не отказался бы от подобного. Особенно Химавари и Шикадай. «Химавари! Шикадай! Метал!» Мираи мгновенно распахнула глаза и тут же зажмурилась от яркого слепящего света. Достав руку из под одеяла, она заслонила глаза ладонью и вновь открыла их, на этот раз медленнее. Помещение, в котором она находилась, было ей незнакомо. Светлые деревянные стены, высокие потолки и раздвижные фусумы, с четкими черно-коричневыми узорами на бумажных вставках. Это место явно не имело ничего общего с госпиталем. Мираи осторожно ощупала голову и, сняв со лба прохладный компресс, села на футоне, мимолетно удивившись тому, что перепутала его с кроватью. Прислушавшись, она различила удаляющиеся в, вероятно, другую часть дома голоса. Один точно взрослый, остальные принадлежат скорее подросткам. Шиноби?.. Вполне может быть. Опираясь на дрожащие руки, Мираи на четвереньках, стараясь не шуметь, приблизилась к сёдзи и, совсем немного раздвинув их, одним глазом посмотрела в образовавшуюся щель. Светлый широкий коридор был пуст, в самом конце виднелись другие сёдзи; судя по едва видным двигающимся теням, комната за ними занята. Мираи отвернулась и, вздохнув, медленно поднялась на ноги, отмечая, что чувствует себя намного лучше, чем до потери сознания. Грязная изорванная одежда исчезла, теперь на ней была надета простая светло-голубая льняная ночная рубашка с широкими длинными рукавами. Удобная и чистая одежда, хоть и для сна, радости не прибавляла не на много — в случае побега в таком виде она далеко не уйдет. «Сначала нужно найти ребят». Мираи, пошатываясь, подошла к фусуме напротив сёдзи. Вообще, фусумы обычно используют для деления одной большой комнаты на части, значит, за ней тоже что-то есть, та самая другая часть. Постояв немного в тишине и обдумав все «за» и «против» Мираи отодвинула фусуму и не сдержала облегченного вздоха. В этой части комнаты прямо посередине стоял столик с чайником и двумя стаканами, у стены так же расположились футоны. Мираи шагнула в комнату и села на колени перед ближайшим футоном — лежащий на нем Шикадай спал, но выглядел заметно лучше; ссадины на его лице зажили. Лежащая на соседнем футоне Химавари дышала ровно и глубоко, исчезла болезненная бледность. Оба заботливо укрыты одеялами и умыты, с такими же как у Мираи компрессами на лбах. Метала в комнате не было, как и третьего футона. — Мираи-нэ? Мираи встрепенулась и наклонилась к Шикадаю. Взгляд его прищуренных глаз — к ее облегчению вполне осознанный — остановился на ее лице. — Что случилось? — мальчик озадаченно нахмурился, скользнув взглядом по комнате.— Где мы?.. — Как ты себя чувствуешь? — перебила его Мираи, стараясь не думать о том, что подобный разговор у них уже случался, и обстоятельства его были не самыми хорошими.— Ничего не болит? Шикадай смотрел на нее несколько мгновений, затем со вздохом прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. — Странно чувствую,— наконец ответил он, вновь открывая глаза. Повернув голову, кинул взгляд на Химавари.— Что с ней? Мираи выпрямилась и, приблизившись к девочке, прикоснулась к ее щеке. Никакого жара не было, но Химавари на прикосновение практически не отреагировала, лишь слегка нахмурилась сквозь сон. — Не знаю,— Мираи вздохнула.— Там, в переулке случилось кое-что... Вы никак не просыпались, впали в странное состояние, ни на что не реагировали...— она опустила голову, сжав пальцами подол рубашки.— Я хотела попросить помощи, но, видимо, потеряла сознание. Мне так жаль! Простите меня. — За что ты извиняешься? — Шикадай вскинул брови в недоумении.— Ты не виновата, что так произошло. К тому же, нам вроде как даже помогли, так что... Мираи, украдкой смахнув набежавшие слезы, повернулась к нему и мягко похлопала по руке, выражая бессловесную благодарность. — Представляешь, мне даже показалось, будто я видела Моэги,— призналась она, чуть дрогнувшим голосом,— только лет на десять моложе. — Неудивительно, мы все были слишком истощены,— заметил Шикадай и поморщился.— Вот и видится всякое. Кстати,— он прподнялся, опираясь на локти,— а где Метал? Мираи вздрогнула, щеки и уши вспыхнули от стыда. Она совсем забыла про Метала! А ведь он наверняка был напуган и слаб так же, как и она. — Я его не видела,— пробормотала девушка, поднимаясь на ноги.— Побудь здесь, я попробую найти его. — Кричи, если что. Мираи кивнула и, отодвинув очередную сёдзи, выглянула в пустой коридор, уходящий в обе стороны. Недолго подумав над направлением, она решила идти в ту сторону, где недавно видела силуэты. Шикадай молча смотрел ей вслед, напоминая те мгновения, когда точно так же на нее смотрел Метал, ожидая помощи. Теперь она просто обязана вернуться за с ним, раз уж они вместе сюда попали, то вместе и выбираться будут. Шагая по коридору, Мираи то и дело останавливась у комнат, но каждый раз они оказывались пусты. Никаких следов пребывания Метала, и это, честно говоря, казалось странным. Почему его не было в комнате с Мираи или с Шикадаем и Химавари? Неужели, ему стало совсем худо, поэтому его устроили в отдельном помещение?! Или, наоборот, он уже давно очнулся и сам ищет выход отсюда. Это было бы неудивительно, учитывая его тягу к движению — Метал бы просто не смог сидеть (а уж тем более лежать!) на одном месте, его неуемной энергии, даже в далеко не лучшей форме, хватило бы на всех четверых. Когда ушей Мираи коснулись чьи-то голоса, она практически сразу узнала те, что ее разбудили. Разве что среди них не было взрослого, или же его обладатель сейчас молчал. — Может, ты немой? Мираи нахмурилась и, подкравшись к чуть приоткрытым сёдзи, едва удержалась от изумленного восклицания. Метал сидел на татами, напряженно выпрямившись и глядя на окружающих людей широко распахнутыми глазами. Его, видимо, тоже подлечили — не осталось и следа от синяка под глазом и царапин, привычный зеленый костюм сменили просторные, явно не по размеру, черные штаны и серая майка, но вовсе не это удивило Мираи. Перед ним, присев на колени, сидела та самая рыжеволосая девочка, которую она приняла за Моэги. Более того, позади нее расположились двое мальчишек — один из них, в странно-знакомом синем шарфе, смотрел на Метала с каким-то подозрением, а второй, в круглых очках, все время шмыгал носом. «Вылитые Конохамару-нии-сан и Удон!» — Джина-сан же сказала, что он здоров, коре! — заявил один из мальчишек: тот, что похож на Конохамару, и, подавшись вперед, прищурился.— Притворяешься? Может, они все — вражеские лазутчики. Шпионы! Мальчик, похожий на юного Удона, закивал, поддерживая его. — Чепуха! — девочка опалила их обоих возмущенным взглядом, словно бы они ее оскорбили, и вновь повернулась к Металу, который, очевидно, все это время молчаливо отказывался отвечать на все их вопросы.— Мы не враги. Честно. Никто из нас,— она кинула предупреждающий взгляд на насупившегося Конохамару,— не сделает тебе и твоим друзьям ничего плохо. Метал смотрел на нее неуверенно, и Мираи поняла — пора вытаскивать его оттуда. Она была благодарна этим ребятам за помощь, но сомневалась, стоит ли им доверять. Да и эта непонятная схожесть с командой Конохамару напрягала ее и не имела никаких объяснений. Мираи отпрянула от сёдзи и глубоко вздохнула, наскоро обдумывая свои действия и точно зная, что необходимо узнать, кто эти, судя по всему, генины и что вообще случилось в том переулке. Она уже собиралась войти в комнату, но внезапно была остановлена чьей-то тяжелой ладонью, упавшей ей на плечо. Подскочив от неожиданности и мысленно отругав себя за неосмотрительность, девушка обернулась и застыла, потрясенно взирая на стоящего рядом мужчину. Эбису-сан, сверкнув темными стеклами очков, молча подтолкнул ее к двери. *** Шикадай напряженно вслушивался в тишину, возникшую после ухода Мираи и прерываемую лишь их с Химавари дыханием. Девочка лежала на футоне, укрытая одеялом едва ли не до подбородка, и выглядела несколько лучше, чем раньше. Впрочем, утверждать о ее состоянии наверняка Шикадай не мог, но очень надеялся, что болезнь все же отступила, и ей стало хоть немного лучше. Очевидно, люди, которые помогли им, неплохо разбираются в медицине, причем определенно лучше Мираи, всего пару раз посещавшей занятия в госпитале. Это хорошо. Наверное. Случившееся в переулке все еще оставалось для Шикадая загадкой, — для Мираи, судя по всему, тоже, — да и чувствовал он себя действительно странно. Нет никакого желания двигаться и вообще что-то делать, слабость в мышцах, и глаза снова слипаются. Что же, похоже он все-таки заразился от Химавари или же сам заболел. Правда, жара он не чувствовал, хотя у девочки он был. — Дела-а...— вздохнув, Шикадай скинул одеяло и, превозмогая слабость, сел на футоне, оглядываясь. Они находились в небольшой комнате, практически без мебели, за исключением низенького столика с чайником. На сёдзи, через которые ушла Мираи, нарисованы узоры в виде растений и птичьи силуэты, высокие деревянные стены и светлый потолок; через большое окно виднелись деревья и зеленые кусты: камелия, кажется. «Итак... Что мы имеем? Неизвестные совершили похищение и по какой-то причине не стали следить за жертвами, более того отпустили их на свободу, хоть и лишили всякого оружия и прочих вещей... — думать о себе, как о жертве, было неприятно, но Шикадай со вздохом признал, что правильно. Жертвами они и были.— Дальше... Неизвестная болезнь (какова вероятность, что это какой-то вирус, подхваченный в грязном подвале? Надеюсь, это не так, но исключать подобный вариант не стоит), более того, видимо, заразная. Ладно, с этим потом разберемся...» К тому же оставался без ответов вопрос о тех, кто им помог. Конечно, это могли быть просто добросердечные прохожие, пожалевшие детей, что, кстати, удивительно, учитывая с каким холодом жители Танзаку отнеслись к чужакам, но и расслабляться не стоило. Шикадай не помнил, что именно произошло, но был уверен, что привидевшаяся Мираи Моэги может что-то значить. Например, что спасшие их люди — шиноби. В определенной степени это было бы неплохо, особенно, если шиноби из Конохи, однако доверять им не стоит, это точно. Пусть они и помогли (шиноби или гражданские, без разницы), исключать вариант злого умысла нельзя. Много ли людей в мире готовы так просто оказать бескорыстную помощь незнакомцам? Немало, пожалуй, но Шикадаю почему-то казалось, что сейчас совсем другой случай. Химавари вдруг дернулась и, ощутимо вздрогнув, распахнула глаза, несколько раз моргнув. Привыкнув к свету, ее взгляд заметался по комнате и наконец остановился на Шикадае. — Шикадай? — Химавари прищурилась, будто плохо видела его.— Это ты? — Я,— услышав ответ, девочка выдохнула и чуть расслабилась. Шикадай приблизился и сел на колени возле ее футона.— Ты как? — Лучше,— слабым голосом отозвалась Химавари, прикрыв глаза.— А где... Закончить свой вопрос она не успела, пусть Шикадай и понял о чем он; сёдзи, скрипнув, отъехали в сторону. Немолодая женщина, невысокая и полноватая с тугим пучком темных с проседью волос на затылке, нахмурилась, глядя на них и, поставив на столик принесенный поднос с чашками, неожиданно ловко уложила вскочившего Шикадая обратно на футон, ворча что-то о «непослушных и нетерпеливых детях». Удивленный Шикадай даже не сопротивлялся, Химавари, хлопая ресницами, смотрела на нее круглыми глазами. — Вот так,— удовлетворенно кивнув, женщина накинула на него одеяло и погрозила пальцем.— Не вздумайте подниматься! Вы еще не до конца восстановились, чтобы скакать. — А...— Шикадай открыл было рот, чтобы задать вопрос, но захлопнул его обратно, решив, что вопросов слишком уж много. Может быть, она и сама расскажет им что-нибудь. Тем временем женщина, не обращая внимания на их замешательство, поправила подушки Химавари, помогая ей принять более менее сидячее положение. Шикадай, глядя на них, тоже приподнялся, стараясь не упускать из виду ни одного ее движения. Мало ли что... — Как ты себя чувствуешь, дорогая? — участливо спросила женщина, внимательно оглядывая Химавари светло-карими глазами. — Н-нормально,— запнувшись ответила девочка.— Простите... а вы кто? Женщина вскинула брови и, переведя взгляд с нее на Шикадая, вдруг улыбнулась, отчего в уголках ее губ и глаз появились морщинки. Улыбка у нее оказалась вполне дружелюбной и даже ласковой. Вытерев руки о светло-серый передник, она разложила на подносах, которых оказалось два (один был поставлен на другой), чашки и столовые приборы и поставила их перед ребятами. В животе Химавари громко заурчало, да и сам Шикадай сглотнул голодную слюну, едва уловив запах мясного бульона, но не спешил браться за него. — Давайте-ка,— женщина уселась между их футонами.— Чтобы скорее выздороветь, вам требуется хорошее питание,— Химавари первой придвинула поднос ближе к себе и с явным наслаждением принялась пить горячий бульон, иногда останавливась чтобы подуть на него. Шикадай вздохнул и тоже придвинул чашку.— Вот и ладно. Приятного аппетита. Вновь повисла тишина, прерываемая хлюпаньем и негромким стуком ложек о дно чашек. Шикадай, старась не думать о невероятном вкусе бульона, то и дело поглядывал на женщину, пытаясь собрать мысли в кучу и наконец заговорить с ней. Впрочем, поймав его взгляд, она заговорила сама. — Меня зовут Мацуи Джина,— женщина подала Химавари салфетку и, убрав опустевшие чашки, разлила по кружкам вкуснопахнущий чай из чайника, стоявшего на столе.— Я медик, поэтому вас принесли ко мне,— Джина покачала головой, сочувственно глядя на них.— Вы были в ужасном состоянии. Даже не представляю, что с вами произошло. — Скажите,— Шикадай взял в руки кружку с чаем и посмотрел на нее,— что с нашими друзьями? — С ними все хорошо,— о похождениях Мираи, о которых она точно знала, Джина умолчала, и мальчик немного расслабился, поняв, что ни травить, ни обвинять в чем-то их не собираются.— Вы двое были очень плохи, а вот они вполне неплохо со всем справились. Особенно мальчик в зеленом костюме — поднялся на следующий же день. Кстати, ваших имен я до сих пор не знаю. Химавари неуверенно посмотрела на Шикадая, явно ожидая его ответа. Одним глотком опустошив кружку, он едва заметно качнул головой в ответ, давая понять, что займется всем сам. — Мое имя Шикадай,— Джина аккуратно поставила их кружки на подносы.— А ее зовут Химавари. Наши друзья, Метал и Мираи, где они сейчас? — Полагаю, разговаривают с ребятами, которые вас нашли,— она пожала плечами, словно не видела здесь ничего необычного.— Они очень переживали за вас. Моэги даже решила остаться и дождаться вашего выздоровления,— Джина опустила взгляд, но Шикадай заметил гордость, мелькнувшую в нем. Заметил и тотчас же забыл об этом, едва до него дошло, что именно она сказала. — Что вы... Как вы сейчас сказали? — Химавари выпрямилась, непонимающе глядя на него.— Моэги, верно? — Верно. Вы ее знаете? — Джина кивнула, тактично не став спрашивать о том, что, быть может, они знают ее, потому что именно она их и нашла. Шикадай неопределенно пожал плечами и нахмурился.— Хорошая девочка. Она и ее команда принесли вас сюда. Я давно их знаю, славные ребятишки. Шебутные малость, но неплохие. Шикадай молчал, обдумывая услышанное. Значит, Мираи вовсе не ошиблась, когда сказала, что видела юную Моэги? Что же получается... Здесь, в Танзаку, если, конечно, они еще в городе, живут двойники их знакомых? Нет. Если и существуют двойники, то почему у них такие же имена, как и у оригиналов? Бред какой-то. — Они случайно не из Конохи? — наконец спросил Шикадай, в общем-то, уже зная ответ, просто желая убедиться в своих выводах. — Точно так, из Конохи,— ответила Джина, глядя на них уж очень внимательно.— Годайме частенько дает им миссии в нашем районе, вот они иногда и остаются у меня. — Годайме? — изумилась Химавари, совершенно сбитая с толку.— Вы что-то путаете... Перебивая ее, послышались громкие торопливые шаги, и, отодвинув сёдзи, в комнату зашел мальчик. Темноволосый, темноглазый, с длинным голубым шарфом на шее и протектором с символом Конохи на лбу, он недовольно потирал затылок, словно бы кто-то совсем недавно отвесил ему неслабый подзатыльник. — О, и эти тоже проснулись,— мальчик хмыкнул и повернулся к Джине, поднявшейся на ноги.— Джина-сан там Эбису-сенсей очень просит вас прийти. — Неужто ты в мальчика на побегушках заделался Конохамару-кун? — усмехнулась женщина и, не обратив внимания на его фырканье, повернулась к замершив ребятам, во все глаза разглядывающим мальчика.— Ладненько. Я пойду, а вы отдыхайте. И даже не вздумайте вставать, ясно вам? Я предупредила. Подхватив подносы, она развернулась и вышла в коридор. Мальчик, которого она назвала Конохамару, последовал за ней, напоследок бросив на Шикадая странный взгляд. Сёдзи встали на место, вновь отрезая их от остального дома. — Что это было? — Химавари растерянно смотрела им вслед. Шикадай не ответил, глядя туда же. «Если это действительно были настоящие Конохамару и Моэги, то куда тогда на самом деле мы попали?..» *** Бывать на допросах Мираи никогда не приходилось. Захватить нужного человека и доставить его в отдел допроса — это да, было дело, но вот участия она в них не принимала ни в качестве того, кто допрашивает, ни в качестве самого допрашиваемого. В теории она, конечно, знала, как обычно проходят допросы, особенно, когда за дело берутся опытные шиноби вроде Морино Ибики, и втайне надеялась, что ей самой никогда не придется с этим столкнуться. Теперь же, сидя под прицелом нескольких пар глаз, Мираи чувствовала себя преступником, угодившим в допросную. Метал, сидящий рядом с ней, низко опустил голову, ни на кого не глядя и вообще заслонив глаза челкой. В новой одежде он выглядел несколько непривычно, а из-за неподходящих по размеру вещей казался болезненно худым. — Так и будем молчать? — Эбису-сан (в том, что это точно был он, хоть и выглядел значительно моложе, Мираи не сомневалась) скрестил руки на груди, опустившись на стул через стол напротив них. Моэги и Удон смотрели на них с любопытством, но не вмешивались; Конохамару ушел, отправленный куда-то сенсеем. Мираи уже даже не удивлялась тому факту, что это именно те самые люди, которых она знала практически с детства. Слишком много совпадений. Не удивлялась, но все еще не понимала, что происходит. В точности как и Метал, он вообще сидел ниже травы, тише воды и не издавал ни звука, лишь иногда настороженно поглядывал на генинов и обеспокоенно — на Мираи. — А что говорить-то? — не выдержала давящей тишины девушка и, подняв голову, посмотрела прямо на Эбису-сана. Вскинув брови в ответ на ее резкость, он чуть наклонил голову вперед; Мираи не двигалась, чувствуя его цепкий взгляд. — В ответ на оказанную вам помощь,— на этих словах Моэги выпрямилась и неодобрительно посмотрела на него, впрочем мужчина оставил ее без внимания,— хотелось бы узнать, что, собственно, стало причиной нужды в этом. Метал слегка повернулся, переглядываясь с Мираи. Говорить о похищении она не хотела, да и о своем происхождении тоже — все-таки слишком уж напрягало неожиданное появление этих спасителей, пусть они и знакомы с их более взрослыми версиями. Доверия к ним не было никакого, лишь благодарность и интерес. — Мы сами не знаем, что произошло,— ответила Мираи, постаравшись, чтобы прозвучало ровно и твердо, хотя она сама едва сдерживала дрожь: слишком много потрясений.— С нами была девочка, мы думали, она больна,— осторожно подбирая слова, продолжила девушка.— Не знаю, что за болезнь такая... — Болезнь?.. Из коридора послышались голоса, один из которых, Мираи было уверена, принадлежит Конохамару. В комнату действитель вошел он в компании незнакомой женщины с мягкими чертами лица. При виде нее Эбису-сан весь как-то сразу подобрался и, выпрямившись, кивнул в знак приветствия. «Будто пытается произвести хорошее впечатление». — Тетя,— Мираи резко выдохнула, но тут же приняла бесстрастный вид. Ого, надо же. Она и не знала, что у Эбису-сана есть родственники.— Можешь рассказать нам, что стало причиной потери сознания этой юной леди и ее друзей? Женщина, в отличие от него не пытаясь казаться строгой или внушительной, приветливо улыбнулась ребятам и уселась на свободный стул. Конохамару плюхнулся на стоящую у стены лавку рядом с Удоном, которому тут же принялся шептать что-то на ухо. Недовольно зыркнув на них, Моэги, заинтересованная разговором, придвинулась ближе к столу. — Отчего же не рассказать? — женщина сложила руки перед собой, сцепив руки в замок. Метал поднял на нее посветлевший взгляд, из чего Мираи сделала вывод, что с ней он уже знаком.— Для начала, меня зовут Джина, я присматривала за вами все это время,— она придирчиво осмотрела Мираи и явно осталась довольна увиденным, пусть и не сказала об этом вслух.— Вас зовут Метал и Мираи, я права? — в  широко распахнутых глазах Моэги читался вопрос, и Мираи точно знала, что выглядит сейчас так же.— Я уже пообщалась с вашими друзьями,— девушка переглянулась с Металом.— Можете не переживать, все самое плохое уже позади. — Спасибо,— Мираи почувствовала прилив тепла и благодарности к этой женщине, подлечившей их всех. Однако Эбису ее чувств не разделял и нетерпеливо кашлянул в кулак, напоминая Джине о своей просьбе. — Возвращаясь к вашему вопросу,— Джина вдруг посерьезнела, расстеряв практически всю свою мягкость.— Честно говоря, когда вы попали ко мне, я думала, что вы пострадали от некой неизвестной мне инфекции. Чуть позже я поняла, что это совсем не так,— Мираи нахмурилась, слушая ее. На лице Эбису-сана мелькнула тень, намекая на то, что и он тоже слышит это впервые.— Я не буду спрашивать, что именно с вами произошло, не мое это дело, но знайте, что состояние ваше было до крайности плачевно. Понятия не имею, где вы взяли столь сильные транквилизаторы, но их применение имело пагубное воздействие на ваши организмы. Особенно той девочки, так как она априори младше и слабее вас,— Джина замолкла, давая им время переварить информацию. Мираи замерла, остановив взгляд на царапине на краю стола. Получается, Химавари, да и не только она, вовсе не была больна? Транквилизаторы... Мираи знала, что их используют нечасто, в основном в госпитале или в местах заключения особо опасных и буйных преступников. Она была на курсах ирьенинов всего несколько раз, но помнила, что транквилизаторы можно использовать лишь в крайнем случае, тем более сильные, с побочными эффектами. Вот оно! Реакция на свет, слабость, сонливость — как же она сразу не поняла этого? Похоже, похитители позаботились о том, чтобы они не рыпались и сидели тихо. Вот только когда и как они успели? Ведь никаких следов от инъекций не было. Разве что транквилизаторы попадали в организм другим способом... Мираи медленно повернулась к Металу, ответившему ей совершенно ошалевшим взглядом. Еда! Ну конечно. И перед тем, как отключиться в переулке, они ели рыбу, взятую из подвала. Неужели, вся еда была напичкана транквилизаторами? А ведь они еще и откладывали для Химавари самые большие порции! Неудивительно, что на ней это сказалось быстрее и хуже всех. И чакра! Теперь ясно, почему они ее не чувствовали. — На самом деле все не так уж и плохо,— сжалилась Джина, глядя на их виноватые и потерянные лица.— Конечно, понадобиться время для полного восстановления. Эффект от приема транквилизатора довольно болезненный, думаю, вы это и сами поняли, и, увы, помочь с этим я не могу. Все-таки свою карьеру медика я закончила больше двадцати лет назад и выходить вас вряд ли сумею, даже зная, что для этого требуется. Вам нужно обратиться к медикам более высшего ранга, чем мой. — Мы понимаем,— сдавленно ответила Мираи, все еще находясь под впечатлением от ее слов.— А... Как думаете, в таком состоянии, мы сможем добраться до Конохи? Метал встрепенулся, с надеждой поглядывая на Джину. Конохамару, Удон и Моэги переглянулись и покивали друг другу, словно бы что-то решая. Эбису-сан оставался молчалив. — Вряд ли,— прикинув их шансы, честно ответила Джина, сочувственно качая головой.— Если вы двое и осилите путь, то остальные нет. При медленном же передвижении он займет больше месяца, и это тоже нехорошо. Мираи склонила голову, думая об Учиха Сакуре, которая точно смогла бы помочь им. Вот уж кто был знатоком любых бед со здоровьем. Вот только она сейчас непозволительно далеко, и поделать с этим ничего нельзя. Погрузившись в собственные отнюдь не радужные мысли, Мираи пропустила тот момент, когда Конохамару, подкравшись к Эбису, ткнул его локтем в бок. — Мы как раз направляемся в Коноху,— сдавшись, признался он под требовательными взглядами учеников. Джина довольно ухмыльнулась.— Думаю, мы могли бы взять вас с собой. Полагаю, Годайме не откажет нам в рассмотрении вашего...— мужчина запнулся, но продолжил,— ... особого случая. — Правда? — Метал уставился на него, не веря в происходящее. Неужели у них появилась реальная возможность вернуться домой? Эбису кивнул с кислым выражением лица, но никто не обратил на это внимания.— О-о! Большое, большое спасибо! — Погодите-ка,— опомнилась Мираи, уцепившись за сказанное.— А при чем здесь Годайме? — Как же,— Конохамару (Мираи все никак не могла привыкнуть к нему) с важным видом обошел стол и встал рядом с Джиной.— Если она примет вас, то все пройдет без проблем, коре. — А как... зовут действующего хокаге? — Сенджу Цунаде, а что? — впервые подал голос Удон, с интересом глядя, как вытянулось лицо Метала. Мираи побледнела, вцепившись пальцами в сиденье своего стула. Теперь все вставало на свои места. Кажется, она начинала понимать, почему команда Эбису такая юная, все те странности, встретившиеся в Танзаку, почему похитители не волновались. Еще бы! Зачем им волноваться, если их жертвы надежно спрятаны там, откуда им точно не сбежать и где искать их никто не станет... В другом времени.