Темные времена

Даже шаринган не видел их, но Сарада точно знала, чувствовала, как они неотступной, незримой тенью следуют за ней, следят за каждым шагом и жестом. Иногда она могла уловить слабые, едва заметные, всплески чакры, но это удавалось редко и с большим трудом — Сай-сан ответственно подошел к выбору надзирателей, и Сарада не могла не признать, что свои обязанности они выполняют отлично. Последняя миссия была два дня назад, и все это время ей приходилось отсиживаться дома или в одиночку слоняться по улицам деревни, стараясь не привлекать внимания. Пару раз она заглядывала в центральную библиотеку в поисках какой-либо информации о старой Конохе или о таинственном Храме Масок, но быстро смекнула, что ее похождения и внезапный интерес могут вызвать ненужные подозрения — наверняка Анбу, приставленные к ним, докладывают обо всем лично хокаге или советнику. С ребятами Сарада не пересекалась, лишь пару раз говорила по телефону с Боруто и ЧоЧо, и в такие моменты старательно отворачивалась от окон, понижала голос и излагала все просто и лаконично. Иноджин однажды передал через ЧоЧо, что пытается разобраться со сложившейся ситуацией, но пока безрезультатно. От Мицуки не было никаких вестей. Сарада вздохнула и, отложив яркую брошюрку, которую листала просто от скуки, прикрыла распахнутое окно. Это утро выдалось солнечным и теплым. За несколько недель практически беспрерывных дождей она успела привыкнуть к вечной сырости, холоду и мрачному, серому небу, готовому в любой момент разразиться очередной грозой. Сезон дождей в этом году начался раньше обычного, и от этого все вокруг, казалось, было окутано чувством полной безнадежности: хлюпающая грязь под ногами, унылые лица прохожих и даже усталая мамина улыбка. Хотя, вполне возможно, что Сараде это только кажется, потому что дожди начались сразу после исчезновение четверых ее друзей? Почти два месяца прошло с тех пор, как она видела их в последний раз. О произошедшем судачили абсолютно во всех уголках Конохи: прямо на улице, в чайных, на источниках, даже в цветочной лавке Яманака, пусть Ино-сан и старалась прерывать все эти разговоры. Люди не знали всех подробностей дела, но открыто строили догадки и различные предположения. Кто-то был уверен, что в деревне завелся нукенин-маньяк, похищающий детей для своих грязных целей, кто-то утверждал, что изначально охотились только за дочерью хокаге, а остальные просто оказались не в том месте не в то время. О том, что, вообще-то, каждая из жертв пропала отдельно от другой и что, судя по всему, все это было тщательно спланировано, они не знали — информация о ходе расследования была строго засекречена, и сама Сарада смогла выудить некоторые подробности из путанного разговора с матерью, которая явно не горела желанием делиться с ней этим, и от Иноджина, который, будучи сыном Сай-сана, назначенного главным по расследованию, невольно был посвящен в некоторые дела. Интересно, Сай-сан сам ему все рассказывает, уповая на разумность и сдержанность, или же Иноджин сам, в тайне от родителей, добывает информацию? В любом случае, он был единственным, кто за все это время продвинулся в их общем деле, пока Сарада пыталась вывести Сакуру на откровенный разговор. Мама точно была в курсе всего происходящего, однако продолжала упорно хранить молчание, лишь однажды позволив себе поделиться с дочерью незначительными фактами и тут же взяв с нее обещание не соваться в дела взрослых. «Я и не суюсь,— убеждала сама себя Сарада, понимая, что солгала матери.— У нас свое расследование, а в их мы не суемся. Точно». Об этом Сакура, конечно, не знала и не должна была узнать, как и другие, но от собственной лжи на душе становилось совсем гадко. Сарада оставила надоевшую брошюру на столе и, недолго думая, приняла решение прогуляться на свежем воздухе, надеясь, что это поможет остудить голову и собраться с мыслями. Она до сих пор не понимала, что именно они вообще должны делать, чтобы помочь пропавшим. Отправиться на поиски? С этим прекрасно справляются отряды Анбу под командованием Яманака Сая и помощь неопытных генинов им уж точно не нужна. Заявиться к Нандайме и рассказать о своем нежелании сидеть сложа руки? Сарада очень сомневалась, что кто-то даже слушать станет их нелепые объяснения. К тому же ей было известно, что Боруто не раз уже конфликтовал на эту тему с отцом, но пока так ничего и не добился. Шикадай, будь он сейчас с ними, точно бы что-нибудь придумал. Он всегда мог найти выход из, казалось бы безвыходных, ситуаций. — Йо, Сарада! Сарада остановилась на краю улицы, по которой бесцельно шагала все это время, и, оглядевшись, махнула рукой ЧоЧо, рядом с которой, как ни странно, стояла Куренай. Она не видела ее с тех пор, как пропала Мираи, и сейчас женщина выглядела невероятно уставшей, бледная, с кругами под глазами, но при этом аккуратная и собранная как всегда. На самом деле Сарада не так уж тесно общалась с ней, как тот же Шикадай или Боруто, но всегда знала, что в своей единственной дочери она души не чаяла. Наверное, сейчас, когда Мираи просто внезапно исчезла, ей было тяжело, пусть она и не демонстрировала этого. — Здравствуйте,— Сарада вежливо кивнула ей. — Здравствуй,— Куренай блекло улыбнулась ей.— Как поживаешь, Сарада-чан? — Все хорошо, спасибо,— отозвалась девочка, кидая быстрый взгляд на подруг, не спешившую подключаться к беседе. ЧоЧо, довольная чем-то, самозабвенно лопала чипсы со вкусом кетчупа. Вероятно, ходила в магазин за новыми пачками и случайно столкнулась с Куренай-сан.— У вас как дела? — Неплохо,— уклончиво ответила женщина, сжимая ручки бумажного пакета, который держала в руках. Сарада же готова была сквозь землю провалиться от неловкости всего происходящего. Вещать Куренай-сан о том, как хорошо ей живется, было последним, чего она хотела. Девочка уже открыла было рот, чтобы исправить положение, но в этот момент ЧоЧо вдруг оживилась, с любопытством глядя куда-то в сторону. — О! Это же Рури-сан, верно? Сарада, мысленно обещая ей любое угощение за свой счет, одновременно с Куренай-сан повернула голову в ту сторону, куда указывала подруга. Молоденькая секретарша хокаге, переминаясь с ноги на ногу и теребя пальцами подол коротенькой синей юбки, смущенно смотрела на стоящего рядом с ней мужчину. Он стоял боком, так что Сарада вполне могла его разглядеть — молодой, широкоплечий с взъерошенными темными волосами и, в целом, очень симпатичный, он увлеченно рассказывал что-то девушке, легко приобнимая ее за плечи. — Красавчик какой,— одобрительно присвистнула ЧоЧо, тут же мгновенно стушевавшись под взглядом вскинувшей брови Куренай-сан.— Э-э... Ну, то есть у Рури-сан определенно хороший вкус, да. — Что ж, даже у помощников хокаге должна быть личная жизнь, не так ли? — мягко пожурила ее Куренай-сан, отворачиваясь от парочки.— Давайте-ка не будем глазеть и смущать бедную Рури-чан. Сарада и ЧоЧо кивнули, однако продолжили с интересом коситься на них. Юичи Рури знали все, кто бывал на приеме у хокаге за последние пару лет. Она не отличалась особой красотой, но по какой-то причине всегда оказывалась в центре внимания. Достаточно умная, милая и хозяйственная Рури легко нашла общий язык со всеми работниками офиса хокаге и посетителями. Сараде она почему-то напоминала Хинату-сан — супруга Седьмого тоже всегда отличалась мягким нравом, граничащим с удивительной твердостью. Куренай-сан немного постояла с девочками, вслух заметив, как с возрастом они становятся все больше и больше похожими на своих родителей как внешне, так и по характеру, поведала кое-что из жизни деревни и, скоро попращавшись, направилась в сторону своего дома. Сарада, которая никак не планировала сегодня встречаться с кем-то знакомым, почувствовала некоторое удовлетворение и поняла, что впервые за несколько дней смогла расслабиться, пусть и совсем ненадолго. — Она хорошо держится,— заметила ЧоЧо, когда Куренай-сан ушла достаточно далеко. — Ага,— Сарада поправила сползшие на нос очки и посмотрела на подругу.— Разве ваша команда не собиралась на миссию? — Собиралась,— ЧоЧо кивнула, продолжая сжимать к руке полупустую пачку из-под чипсов.— Но заказчик оказался той еще занозой. Недокоманда генинов его не устроила. Фи,— она вскинула подбородок и махнула рукой.— Больно надо!.. Слова о «недокоманде» повисли в воздухе между ними, когда ЧоЧо принялась рыться в своей сумке в поисках еще чего-нибудь съестного. Конечно, кого устроят двое генинов, пусть и под началом далеко не слабого джонина? Это даже не стандартная команда. Наверное, с такой же проблемой столкнулись ребята из команды Метала, но Сарада не виделась с ними уже давно, хотя знала, что Иноджин и Боруто поддерживают связь. Возможно, Денки и Ивабе тоже чувствуют себя не в своей тарелке, выполняя миссии вдвоем. Для любой команды потеря ее члена станет тяжелым бременем. Тем более, если это еще и хороший друг. Сараде даже думать не хотелось, что было бы исчезни Мицуки или Боруто. От подобных мыслей было стыдно, но переубедить себя она не могла. Сарада настолько глубоко ушла в собственные переживания, что не сразу обратила внимание, как ЧоЧо молча уставилась на нее в ожидании ответа. — Прости, я отвлеклась. Ты что-то сказала? — Говорю, не хочешь сходить со мной до офиса хокаге? — ЧоЧо достала из сумки небольшую коробочку бенто и потрясла ею в воздухе перед ней.— Темари-сан попросила передать это Шикамару-сану. Сарада вскинула брови и собиралась было уточнить, с каких пор она выполняет подобные поручения, однако быстро передумала. ЧоЧо, Шикадай и Иноджин были знакомы едва ли не с рождения и естественно знали родителей друг друга. Вполне вероятно, что после исчезновения Шикадая ребята взялись иногда помогать его матери. Хотя Сарада не была уверена, что ей вообще нужна чья-то помощь — Темари-сан всегда производила впечатление сильной и волевой женщины, которую мало чем можно смутить и выбить из колеи. Вероятно, случившееся с единственным сыном относилось к этому разряду. — Хорошо, давай сходим вместе. На самом деле ей не особо хотелось идти в офис. От Боруто Сарада знала, что сейчас там царит полная неразбериха. Пусть он и был любителем все приукрасить, но часть правды в его словах точно была. Наверное, хокаге очень трудно вот так просто выполнять свою работу, когда его дочь пропала. Давление со стороны деревни усилилось — люди надеялись узнать больше о происходящем, проверяли выдержку лидера. Конечно, Седьмой все еще оставался едва ли не самым уважаемым в Конохе, да и не только в ней, человеком, но теперь, когда под угрозой оказалась его собственная семья, вера жителей в его непоколебимость стала слабеть. До Сарады доходили слухи о некоторых стычках между хокаге и старейшинами деревни, к тому же клан Хьюга тоже не сидел в стороне и старался принимать участие во многих делах Седьмого. Хьюга до сих пор считался самым влиятельным кланом Конохи. То, что он поддерживает хокаге, с одной стороны, хорошо, но, если посмотреть под другим углом, то это рождает лишь еще больше слухов и проблем. Узумаки Наруто — супруг бывшей наследницы клана Хьюга, старшей дочери нынешнего главы. Неудивительно, что к нему проявляется такое благосклонное отношение. Однако Сарада и сама пару раз слышала, как жители обсуждали, как долго осталось до полного подчинения деревни Хьюга, с их-то возможностями и связями. Вспоминали о таких великих кланах, как Яманака, Нара, Акимичи и других, которые тоже поддерживают Седьмого хокаге. Кто-то пустил слух, что Узумаки Наруто нарочно собрал вокруг себя сильнейших и влиятельных людей вплоть до каге других стран. — Может быть, он надеется оставаться хокаге вечно? — шептались люди.— С его возможностями это вполне осуществимо... — Точно-точно! — вторили другие.— Что мы можем ему противопоставить? На его стороне даже биджу! Стоит ему сказать слово, и мы не сможем воспротивиться. А еще... — Да, верно. Учиха Саске... Имя отца часто всплывало в подобных разговорах. Понизив голоса, люди обсуждали его, переглядывались со знанием. Сарада обычно уходила подальше, чтобы не слышать гадости о своей семье. Учиха Саске не считался настолько важным, как тот же Седьмой, но был уважаем и в некотором роде почитаем, что нисколько не мешало кому-либо говорить о нем. Иногда всплывали вещи, о которых Сарада и понятия не имела — родители редко вдавались в подробности, рассказывая о своей молодости, а папа и вовсе нечасто появлялся дома. Иногда мелькало имя Учиха Итачи, о котором она ничего не знала; Учиха Мадара тоже был излюбленной темой для обсуждения. Все такие разговоры сводились к тому, что Учиха — темное пятно в истории Конохи. Мама, тоже слышавшая это, почему-то виновато улыбалась и говорила не обращать внимания, но Сараде все это совсем не нравилось. Впрочем, находились и те, кто такие разговоры не одобряли и открыто вставали на защиту власти. Та же Куренай-сан или Какаши-сама, другие знакомые и не очень люди. Таких было много, больше, чем недовольных, но от этого легче не становилось. ЧоЧо бодро шагала рядом с ней, красочно описывая, как провела свой день. Она не показывала каких-либо переживаний, вовсе не выглядела подавленной или расстроенной, но Сарада знала, что ЧоЧо прекрасно все понимает, тоже чувствует эти перемены и наверняка решает что-то для себя.  За ними попятам следуют надзиратели, но, когда наступит время, они, не боясь быть пойманными, соберуться все вместе и обсудят все происходящее: ситуацию в деревне, исчезновение друзей и многое другое, о чем не могут открыто говорить сейчас. Сарада думала об этом, пока они шли до офиса. Строила планы на ближайшее будущее, иногда вставляла пару слов в речь ЧоЧо, поддерживая разговор, и почти убедилась в том, что все не так уж и плохо, когда краем глаза заметила нечто странное. Далеко впереди них, у самых ворот Академии, шли, держась за руки, двое и, кажется, увлеченно о чем-то разговаривали. Сарада не видела их лиц, но точно знала, что никогда бы ни с кем их не перепутала. ЧоЧо замерла посреди дороги рядом с ней; она смотрела в ту же сторону и теперь, потрясенно глядя на уходящих, не могла выдавить и слова, и Сарада ее понимала, потому что тоже никак не ожидала увидеть посреди оживленной улицы тех, кого не видела уже почти два месяца. Не было никаких сомнений, что впереди шли, больше похожие на совершенно не реальные, смутные видения, Нара Шикадай и Узумаки Химавари. *** Под внимательным взглядом темных глаз Боруто чувствовал себя неуютно, но упрямо сдерживал эмоции, пялясь на нежданного визитера в ответ. Кроме них двоих в доме больше никого не было — отец, коротко бросив, что скоро вернется, скрылся в неизвестном направлении вместе с мамой. Учиха Саске появился словно из ниодкуда и выглядел собранно и серьезно: одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что связываться с ним просто так никто не будет, просто не посмеет. В тишине, которая казалась скорее давящей, чем неловкой, Боруто стоял перед ним, неосознанно выпрямив спину и вскинув подбородок — перед действительно легендарным шиноби хотелось выглядеть достойно. Нандайме, кстати, при виде старого друга, внезапно объявившегося на пороге его дома, совершенно не казался удивленным, будто заранее знал о его приходе, и Боруто догадывался, что он, вероятно, сам с ним и связался. Происходящие события требовали вмешательства сильных людей. Интересно, а Сарада уже знает, что ее отец вернулся в деревню? Сараду Боруто не видел уже несколько дней, подруга занималась своими делами и иногда выходила на связь, но личные встречи были сведены к минимуму. Так же как и с остальными ребятами. Чужое навязчивое внимание окутывало их уже несколько дней с тех пор, как хокаге назначил за детьми слежку — это раздражало и сбивало с толку. Отец вопросов не задавал, поглядывал искоса и молчал, словно ждал, что сын сам расколется и снова начнет упрашивать его, но Боруто держался до последнего. Он бы в два счета уделал нежеланных надзирателей и сам занялся расследованием, будь у него бьякуган, как у мамы и Химавари, однако приходилось довольствоваться малым: не рыпаться и получать крупицы информации от Иноджина или из долетающих до него разговоров родителей. — Так ты Боруто? — ровный и твердый голос подстать владельцу. Боруто сглотнул и кивнул, не сводя с него взгляда. Саске смотрел в ответ пристально, даже будто сквозь него, и от этого становилось жутковато.— Понятно. Больше ничего не сказал, но на мгновение показалось, что выражение его лица стало острее — такое же лицо было у дедушки, когда его спрашивали о прошлом клана. Впрочем Боруто и понять ничего не успел, как мужчина вернул маску бесстрастности и наконец отвел взгляд. — А вы... вы пришли из-за них? Саске не ответил, да этого и не требовалось. Еще бы, стал бы он приходить только чтобы с друзьями повидаться. Не ясно, знает ли вообще об этом его семья. До дрожи хочется отойти и позвонить Сараде, но делать этого сейчас нельзя — привлечет совсем не нужное внимание. В возникшей тишине негромко тикали часы, стоящие на полке рядом с аккуратно расставленными фотографиями в рамочках. Боруто невольно цепляется за них взглядом. Тик-так, тик-так... Время бездумно продолжало свой ход, унося все происходящее в прошлое, занимая опустошенные умы другими мыслями. Стрелки бежали вперед, и счастливые лица на фотографиях будто бледнели, теряли краски. Радостная улыбка запечатленной Химавари теряла свою яркость, блекла и растворялась в плотной бумаге. Чуть ближе к стене одиноко стояла темная рамка с фотографией Хьюга Неджи, с выведенной черной лентой на уголке — человека на ней давно нет в живых, и Боруто очень хочется верить, что лицо сестры не станет таким же равнодушным и пустым, и что впереди их ждет еще очень много запоминающихся моментов, которые, возможно, однажды тоже окажутся на этой полке. Саске, очевидно, уловив изменившуюся атмосферу, повернулся в ту же сторону и прищурился, слегка задерживая взгляд на Неджи, проницательно взирающем на них обоих бесцветным бьякуганом. Хьюга могут видеть человека насквозь в самом прямом смысле, однако сейчас почему-то кажется, что именно ему, давно уже покинувшему этот мир, дано видеть людскую душу. Боруто отвернулся, чувствуя неприятный ком в горле. Брата матери он при жизни не застал, понятия не имел, каким он был человеком и что из себя представлял, редко интересовался и считал, что это, в общем-то, не так уж и важно. Пережитки прошлого, ведь человека-то уже давно нет. Теперь, кажется, начинал понимать, почему родителям было так важно просто помнить, и старательно прятал такие мысли в самую глубь, не давая выходить наружу. — Переживаешь? Боруто даже расстерялся от внезапного вопроса. Саске не повернулся в его сторону, но, вне всяких сомнений, обращался к нему. — Да,— не совсем понятно, о чем он спрашивал, но Боруто ответил честно, не задумываясь. Пожалуй, вот так прямо сказать отцу он бы не смог, даже странно. — Это правильно. Волнения и переживания из-за действительно важных вещей прямой путь к взрослению,— Саске замолк на секунду, и его взгляд остановился на старой фотографии команды номер семь, где он сам, едва ставший генином, стоит со своими сокомандниками: Наруто, Сакурой и Какаши-сенсеем.— Самое главное, научится доверять своим товарищам. Боруто потерянно смотрел туда же и совершенно не понимал, с чего вдруг он решил заговорить об этом, тем более с малознакомым мальчишкой, которого видит, вполне вероятно, впервые в жизни. В голове одновременно вспыхнули две мысли: «Я доверяю своим друзьям! Уверен, ребята не сдадутся так просто и наверняка приглядят за Химавари!» И неожиданно любопытное: «А вы настолько доверяйте своим товарищам, что готовы месяцами не появлятся дома?» Ничего из этого вслух Боруто говорить не стал, справедливо решив, что спорить с героем не имеет никакого желания. Саске же и вовсе выглядел так, будто прекрасно знал обо всем, что творится в голове у сына его друга, так что вопросов не задавал и заинтересованным не казался. Впрочем, никто из них и рта раскрыть не успел, когда кто-то громко и настойчиво постучал в дверь, давая понять, что это точно не вернувшаяся чета Узумаки. Боруто мгновенно напрягся, а вот Саске лишь мимолетно вскинул брови — шиноби его уровня, должно быть, легко было заранее узнать о приходе гостей. — Нандайме-сама, нам сказали, что вы ушли домой! Это правда важно! Ого. Похоже, слезливое воссоединение семейства Учиха произойдет куда раньше, чем предполагалось. *** — Что скажешь? Наруто отвернулся от монитора компьютера, пронзительно скрипнуло кресло, на котором он сидел. Хината и Шикамару коротко переглянулись, ни один из них не издал ни звука с тех пор, как в офис в срочном порядке была вызвана Ино. Сай и Саске такими же молчаливыми тенями замерли у дверей, сливаясь с общей обстановкой и не вмешиваясь в происходящее. После того, как к дому хокаге, запыхавшись и сверкая шальными глазами, прибежали Сарада и ЧоЧо, дальнейшие события происходили быстро и все подробности практически слились в одно пятно. Хината, которая выходила к пришедшей за новостями сестре, и Наруто, позвавший из офиса Шикамару, чтобы вместе, как следует объяснить все произошедшее Саске, вернувшись в дом, застали там весьма странную картину — Боруто и ЧоЧо молча, с некоторым интересом, переводили взгляды с одного на другую, пока сами Учиха таращились друг на друга с удивительно похожими выражениями лиц. Это было бы даже смешно, если бы девочки, в конце концов отложив семейные разбирательства и всучив опешившему Шикамару в руки весьма потрепанную коробочку бенто, не принялись наперебой, взахлеб рассказывать о том, что увидели. Это и вправду оказалось важно. Внезапное появление пропавших несколько месяцев назад друзей вызвало в них такую бурю эмоций, что никто даже не подумал скрывать этот факт, и Наруто даже порадовался, что они решили не таиться. Путем недолгих переговоров было решено отправить ЧоЧо и Боруто за Ино, потому что только она сейчас могла подтвердить или опровергнуть увиденное, а остальным вернуться в офис. Существовал вариант использования шарингана, но, не смотря на всю срочность, точные техники разума внушали больше доверия, о чем Саске сам неохотно, но сказал. Все-таки внутренний мир детей — слишком тонкая и хрупкая вещь, разрушить которую легко, а вот восстанавливать долго и тяжело. Ино пришла вместе с Саем, в этот момент как раз оказавшегося рядом с ней. Появление Саске никого не удивило, все выглядели так, словно давно уже были готовы к такому повороту. Рури, правильно истолковав намерения хокаге, увела Боруто в коридор, куда позже, уже после проверки, отправились и ЧоЧо с Сарадой. — Я не стала  заглядывать слишком глубоко,— отозвалась Ино, кидая быстрый взгляд в сторону Саске и Шикамару. Оставалось надеяться, что Сакура и Чоджи с Каруи не воспримут внезапное вмешательство в разумы своих дочерей, как нечто непростительное.— Нет никакой ошибки, это действительно были Шикадай и Химавари. Слова почему-то прозвучали как приговор, и воздух в помещении будто наэлектризовался, напряжение вокруг стало казаться вполне осязаемым. — Но почему тогда они не обратились за помощью? — подала голос Хината. В нем не слышалось ничего, кроме едва заметных ноток волнения, но в глазах застыла светлая надежда. Ино поджала губы. — Я думаю, что они были ненастоящими. Наруто вздохнул, прикрывая глаза. Конечно. Разве могло все вот так просто кончиться? А ведь еще ничего не известно о Мираи и Метале — их-то никто на улице не замечал. К тому же выводы Ино вполне объясняли, почему девочки так и не смогли догнать их: фальшивые Шикадай и Химавари исчезли так же внезапно, как и появились. Словно кто-то просто хотел поддразнить, мол, «смотрите, убедитесь, что живые-здоровые, но помучайтесь еще неизвестностью». — Клоны? — Нандайме выпрямился, хрустнув шейными позвонками, и этот звук показался особенно громким среди затаивших дыхание собравшихся людей.— Хенге? — Почему их видели только ЧоЧо и Сарада? — добавил Шикамару. Ино громко вздохнула, собираясь с мыслями. — Очень сомневаюсь, что это клоны или хенге,— наконец высказалась она и коротко кивнула Саске,— больше похоже на разновидность гендзюцу. Полагаю, кто-то просто воспроизвел в восприятии девочек иллюзию Химавари и Шикадая. Причем весьма точную. — Это вполне возможно, если этот человек долгое время находился рядом и достаточно хорошо изучил их,— заметил Саске.— Опытному шиноби, который хорошо разбирается в гендзюцу, может быть достаточно лишь поймать один взгляд или просто воспользоваться чакропроводящей вещью, чтобы ввести кого-то в иллюзию. Тем более генинов-новичков. Он не сказал главного, но все присутствующие поняли это и без лишних слов — тот, кто стоял за похищением, долгое время находился рядом и до сих пор был поблизости. Неизвестно, кто он и какую цель преследует, на сколько опасен. Молчание, продлившееся целых два месяца с момента пропажи, внушало некоторые опасения, но, возможно, похититель или похитители решали, как действовать дальше. Это было умно, с учетом того, сколько времени и сил за этот период потратили отряды расследования, и на сколько устали от тягости ожидания, тревоги и неизвестности близкие и родные пропавших. Игнорировать произошедшее просто не хватит сил и терпения. — Ясно,— Наруто поднялся на ноги, опираясь ладонями о стол.— Значит, так... Сай, продолжай двигаться в этом направлении, проверь всех подозрительных личностей, которых часто замечали рядом. Ино, попробуй найти брешь в защите деревни, Хината тебе поможет. Саске,— хокаге секундно замешкался, но быстро взял себя в руки. Видимо, все же отвык вот так вот отдавать ему приказы.— мы с тобой должны наведаться в одно место. Возможно, там нам смогут дать кое-какие сведения. Шикамару, в мое отсутствие ты за главного. И,— он обвел всех немигающим взглядом, вдруг вспыхнувшим ярко-алым блеском. Это продлилось всего мгновение, однако не осталось незамеченным.— По возможности, старайтесь не спускать глаз с детей. То, что случилось с Сарадой и ЧоЧо, лишь подтверждает, что они все еще под прицелом. — Хай! Шиноби одновременно кивнули, принимая новые задания, и направились к выходу. Хината на прощание подошла и, ободрительно улыбнувшись, чуть сжала его плечо, вызвав ответный благодарный взгляд — в этот момент она почему-то показалась сильнее всех, кого Наруто знал. Стояла перед ним, прямая, тонкая и будто бы хрупкая, словно стекло, но огонь пылающий в ее взгляде, совершенно не спешил превращаться в тлеющие угольки угасших надежд, мягкая улыбка не таяла и вселяла уверенность. Когда она отвернулась и пошла вслед за остальными, наваждение спало, и Наруто подумал, что уж точно никак не собирается сдаваться раньше времени. «Знаешь, у меня какое-то нехорошее предчувствие». «Будем надеяться, что ты ошибаешься, Курама».