Мари Бартон

      Ровно три года понадобилось мне, чтобы приспособиться к моим силам. Долго я вырабатывала контроль над жаждой и своим даром. С деньгами моего отца я могла позволить себе многое, но это время я совершенно не знала не понимала. Так что моим уделом были переезды и домик в самой глуши леса, куда люди заглядывают один раз в год. Мне нравился мой новый дом. Он был небольшим, двухэтажным, выкрашенным в бирюзовый цвет. Всего в нем было три комнаты на первом этаже и две на втором. Но сколько бы я не размышляла, так и не смогла заставить его мебелью. Несколько диванчиков, камин, картины, купленные на различных ночных ярмарках. Первый этаж был сборищем всего, но не нес никакого смысла. Но вот над вторым этажом я работала куда лучше. Первая комната была подобием кабинета, с огромным деревянным массивным столом, книжными стеллажами, заполненными почти полностью и стеклянной стенной. Вторая же была полной противоположностью, минимум мебели только аудио система и гигантских размеров кровать. Этот дом мне действительно нравился, он не стеснял моих движений и радовал своим сумбуром. Но я не хотела проводить в нем много времени, чаще предпочитая путешествовать по штатам. Вот где была моя настоящая страсть. Я не следила за модой, покупая первую понравившуюся мне одежду, не заботясь о том, что считается нормальным. Да этого и не требовалось, в своем «настоящем» обличии я появлялась всего на два часа, а потом забирала себе внешность своей жертвы.       Жертв я выслеживала на улице, пока не находила оптимально нравившийся мне аромат, одно прикосновение, и я уже знала, кто именно нравиться моим жертвам. А сыграть роль милой дурочки, послушной трудяги, стервы или богатой избалованной наследницы было легко. Они не понимали, что шли в ловушку, влеченные чувствами. Никто не отказывался пройтись по городу или проводить понравившуюся девушку до дома. А там надо было просто отпустить себя, высвободив голод. Конечно, вначале случались и осечки. Долго я тренировалась, чтобы видеть только поверхностные чувства и мысли людей, а не всю их жизнь. Пару раз вначале мне даже приходилось менять ужин на других, так как есть человека, которого ты знаешь с рождения, вообще не хотелось. Но все прошло.       Я развивалась, читала книги, просматривала интересные и запоминающиеся события всех встреченных мною людей. Это развлечение вполне заменяло фильмы и было даже более интересным. И самым главным открытием, помогающем мне выживать, была одна из граней моей способности. При большой концентрации я могла поддерживать мои родные серые глаза отца и его же самую обычную кожу, или же совмещать внешний вид встреченных и запомнившихся мне людей. Это с каждым разом выходило все лучше и лучше, позволяя мне разгуливать даже в самых солнечных штатах по средине дня и не бояться быть раскрытой.       Три года изменили меня до неузнаваемости. Но я так и не смогла встретить ни одного друга, близкого человека. Просто прожигая свое время различными масками и ролями. Пожалуй, именно одиночество толкало меня на безумства, заставляло отбирать жизни своих жертв, занимая их место.       Очередное мое развлечение попахивало сумасшествием. Я начала не просто выпивать людей, а и занимать их жизни. Просмотрев всю их жизнь, я могла легко вписаться в привычную им картину, отвечать на все личные вопросы от друзей и родителей. Мне было невероятно приятно, когда очередная мама ласково сжимала меня в объятиях или приносила мне легкие закуски, стоило только зайти в гости. Заканчивалось это быстро и легко. Стоило мне только расслабиться и увидеть в зеркале свое истинное лицо, как мой образ исчезал, а рядом с домами находили изуродованные до неузнаваемости тела истинных обладателей этой жизни. Никто не сомневался, что они совершили самоубийство. Подсознательно я готовила родных и близких к осознанию, что что-то не так. Мне не было совестно или грустно от того, что я творю, наоборот какая-то часть меня наслаждалась этим. Чужими чувствами любви и привязанности, а после, их безысходностью, горем, отчаяньем. Многие начинали винить себя, что не смогли заметить и остановить своего сына, дочь, племянника, лучшего друга, подругу. Я наслаждалась тем, что и у них не будет больше той прекрасной семьи, что не только я познаю это всепоглощающее чувство одиночества. Некоторым моим любимчикам не везло еще больше, их эмоции были восхитительны, и я еще недельку преследовала их в образе жертвы, мучая «галлюцинациями», большинство из любимчиков совершали самоубийство прямо на моих глазах, наполняя меня невероятной энергией. Изысканный деликатес, от которого просто невозможно отказаться.       Алисия Купер была типичной моей жертвой. Девушка имела почти все, о чем мечтают подростки Вирджинии, но ей было мало. На все ласковые слова матери и отца она отвечала различными оскорблениями, а как она обращалась со своим младшим братом. Джастин был слишком наивным и открытым для нашего мира. Он всегда тянулся к своей сестре, даже когда она бросала его на очередной прогулке или подставляла перед родителями. Сигареты, краденые деньги, разбитая посуда. Но Джастин прощал ей все, продолжая улыбаться. Семья любила ее несмотря ни на что.       Впервые я почувствовала сожаление, отголоски прежней Маши с ее совестью проснулись где-то в глубине, когда теплые карие глаза миссис Купер встретили меня при возвращении «Алисии» домой.       Тело само кинулось в теплые забытые объятия. — Прости. — женщина не понимала, за что я извиняюсь, но мне и не нужно было ее понимание, ведь вернуть жизнь Алисии я не смогу, как бы не желала. — Все хорошо. — теплые мягкие руки ласково поглаживали меня, а из-за угла уже выглядывала светлая голова Джастина. — Джас. — брат с радостью кинулся ко мне в раскрытые руки для объятий.       На семейном ужине стало понятно, в кого именно пошла Алисия. Джек Купер был острым человеком. Его глаза-жучки могли выпотрошить всего тебя. — Джастин, Алисия через месяц поедем к бабушке. — единственная фраза, произнесенная за столом за весь ужин.       По тому как Джас сжал мою ладонь меня даже заинтриговала эта поездка, и то, что она принесет всем нам. Так что мое любопытство требовало дожить до этого события. — Джас, сыграем завтра. — по смутным воспоминаниям из раннего детства Алисии я видела, как они с Джасом играли в мяч и как нравилось это брату. -Да. — такая яркая улыбка поразила меня в самое сердце.       Так и пронеслись три недели. Семейство Куперов было необычным. Добрые и светлые Лаванда и Джастин, и полные противоположности Алисия и Джек, тем не менее мне нравилось жить с ними. Сначала они сильно удивлялись и иногда даже шептались о том, что я начала курить наркоту с сильным побочным эффектом, но потом моя ласковость и отзывчивость, которую я им пыталась предоставить в замен скорого исчезновения, стала им привычна. Семейные вечера становились все более активными, а наши игры с Джастином стали милой традицией. Впервые за эту жизнь я почувствовала себя частью настоящей семьи. Впервые мне не хотелось огорчать людей, уходить из их жизней. За все эти годы скитания мне надоело быть одной. — Мы едем. Едем. Едем. — настрой Джастина разительно отличался от того, что я видела за ужином, когда о поездке только сообщили, и это вызывало гораздо больше вопросов. Что же тогда такого происходило между Алисией и ее бабушкой раз это могло напрячь всю семью. — Джас, тише. — кое как я пыталась успокоить 13-летнего мальчика, чтобы он не сильно отвлекал отца семейства от дороги. — Джастин. — одного окрика хватило Джеку Куперу, чтобы в машине заткнулись и притихли все. Что-то предупреждало меня, что стоит остановить машину. Сделать все, но прекратить движение немедленно. Но я никогда не прислушивалась к советам.       Именно это стало фатальной ошибкой. Неделю назад я заподозрила неладное в поведении Джека. Он частенько едва заметно для человека подрагивал, останавливался как вкопанный на пару секунд.       Авария была для меня медленной, но неизбежной. Одна судорога заставила нашу колымагу вылететь с дороги в овраг.       Вода окружала железную ловушку быстро и безостановочно. Удар о гладь был слишком сильным и заставил даже меня на мгновение потеряться в пространстве. Джек конвульсивно дергался, а Лаванда уже бездыханная истекала кровью, вода стала окрашиваться в привлекательный для меня алый цвет. Но терять свою человечность мне было нельзя.       Милый и добрый Джастин отчаянно боролся с ремнями безопасности своим и своей сестры.       Одним движением я вырвала ремень с мясом, контроль жажды отнимал слишком много сил, и потому мой настоящий облик вернулся ко мне мгновенно, заставив брата завизжать и выпустить из себя весь воздух.       Джек Купер не смотрел на заднее сиденье, думая только о своей жизни, так что я решила вытаскивать только Джастина. Безвольное тело поднималось на поверхность гораздо легче и быстрее. Но как бы я не спешила, на суше Джастин уже почти не подавал признаков жизни. Впервые я задумалась о обращении кого-то в себе подобное существо.       Джастин напоминал мне моего младшего больного брата из прошлой жизни. Такой же светлый, заботливый. Он был первым в этом мире, кто давал мне искреннюю любовь и поддержку. И смотреть на его стремительно остывающее тело было больно.       Но как только я наклонилась над ним, чтобы вонзить свои клыки, прямо над моим ухом раздался ужасающий рык и меня отшвырнуло от брата.       Крупная, мускулистая мужская спина заняла мое место у шеи Джаса. Вампир, мой сородич, который уже присосался к стремительно умирающему брату. Монстр внутри меня встрепенулся, с ужасом я понимала, что в отличии от моего человеческого сознания, он хочет разорвать вампира просто за то, что тот посмел покуситься на его предполагаемый ужин. Но останавливать себя я не стала, смиренно прикрыв глаза и отдаваясь на волю инстинктов.       Собрав все свои силы, я налетела на мужчину, вцепившись в его шею, потянула со всей силы. Сразу же меня попытались перевернуть, сбросив с себя, но я не поддавалась, от усилий мои ноги даже ушли от части под землю. От моих потуг был толк, мраморная кожа под моими пальцами пошла трещинами, ужасающий скрежет огласил округу. Скрип, рывок и я уже сижу на земле, а в руках у меня оторванная голова соперника.       В тот момент монстр внутри меня был слишком силен, я бы не смогла остановить его от приза, и скорее всего Джастин был бы мертв. Но мне пришлось отвлечься.       Ещё три моих сородича спрыгнули прямо к брыкающемуся трупу. — Новообращенная, а такая сильная. Что Сэм, получил от девчонки? — черноволосый с первого взгляда ничем не примечательный парень, мерзко улыбаясь пнул моего проигравшего противника.       Его же дружки, опережая мое дрыганье, зашли с двух сторон и подхватили меня под руки. — Так защищать человечка. — поцокал черноволосый. — А какая силушка на энтузиазме. — его взгляд бегло пробежался по моей фигуре и сразу же после этого, как два хлыста, черные глаза вцепились в мои, заставляя замереть. — Нет. Нет. Нет. — только и могла шептать я, не способная даже шелохнуться. — Твой дружок тоже присоединиться к нам, Анабель будет счастлива, такой потенциал. — глаза моего мучителя заволокло пеленой. Он легко подкинул и подхватил тело Джастина, меня же все еще не способную двигаться два других вампира просто поволокли в темноту ночи.       Через полчаса пути наши дороги сошлись с еще несколькими вампирами, они также тащили пару бездыханных людей. Все вместе мы продолжили путь. Теряясь в догадках зачем я им и зачем им столько новообращенных вампиров, я тем не менее планировала свой побег. Джастина спасти явно сразу не получиться, как и оторваться от погони с его телом на руках, но я могу попробовать вырваться, заманить одного подальше и просто занять его место. Вампиры в это время под успокоились, начались тихие перешёптывания, каждый делился своей охотой. Мой носильщик ничем не отличался от других. Его разговор шел слишком активно. Доказывая собеседнику, что лично убил парочку гадов с южного леса он ослабил давление своих рук. Контроль над моим телом ослаб еще в начале слияния двух групп, а после моего «прочтения» судьбы носильщика, спал окончательно. Так что максимально незаметно я начала отвязывать от его ремней нож. На выпавшее оружие моя жертва отреагировала не сразу. В пылу спора они с его собеседником отстали от основной части группы, которая как раз сворачивала в какой-то каньон.       Лучшего шанса для задуманного мне не выпадет, так что, ожив на руках наклонившегося за ножом вампира, я выскользнула с его рук.       Драться сразу с двумя было прямой дорогой к проигрышу, а наш свидетель уже отмер и начал звать на подмогу. Я нырнула в лес, на бегу меня свое тело на образ несшего меня вампира, от страха и адреналина я даже не заметила, что смогла перекинуть не только тело, но и одежду, что было впервые для меня и открывало новые перспективы для моей силы.       Погоня была не такой уж и долгой, только один раз я столкнулась с одним из моих догоняющих, но он так и не заподозрил ничего, побежав в указанную мною сторону.       Приближаться к вампирам не стоило, так что я могла идти только по их следам, который обрывались в Техасе. Мой родной город, который я покинула уже очень давно встретил меня сияющей луной, и все тем же грязным районом с пьяницами и наркоманами. Конечно, вампиров уже не было на улице, так что мне оставалось только перебирать ногами и идти вдоль дороги.       Улицы города почти не изменились, я могла вспомнить каждый поворот, аллею, то самое кафе, где я впервые ела с отцом вне дома, магазинчик, поставляющий мне еду. Хотя в городе за всю свою человеческую жизнь я была всего лишь восемь раз, но те мгновения намертво въелись в мою голову.       Такое экстремальное путешествие окончательно лишило меня сил. Для моего питания следовало направиться вниз, к большому Ди, бару в котором собирались одинокие, пьющие люди, исчезновения которых не стали бы сильно расследовать, а просто покивали бы головами.       Но прямо на входе в бар до меня донесся рык, при чем не один. Заброшенный амбар, напротив этого за дохлого места, не был знаком мне, но звуки, льющиеся оттуда, я могла легко узнать.       Слегка подпрыгнув, я зацепилась за раму окна и подтянула себя повыше.       В амбаре собралось десять вампиров. Пять против пяти, они стояли стенка на стенку, рыча друг на друга.       Это было невероятное зрелище. В одно мгновение самый близкий к моему окну вампир сорвался и с оглушительным ревом накинулся на своего оппонента. Остальные не стали долго ждать и последовали примеру союзников.       От окна я оторвалась только, когда один из вампиров влетел прямо в мое окно. На рефлексах я подпрыгнула чуть выше, но летчик все-таки сумел подбить мою ногу. Падая, я кувыркнулась в воздухе раза три, на автомате схватившись и оттолкнувшись от подоконника, очнулась уже в середине побоища.       С трудом, собрав все свои силы, я смогла увернуться от рук одного из нападавших. Я ни разу не дралась в массовом побоище с вампирами, так что просто не представляла, что мне делать. Рядом со мной тем временем два вампира сцепились в клубок. Один из парней мертвой хваткой вцепился в голову противника. Не выдержав напора, та отскочила от тела под противный скрежет.       Мои глаза почти вылетели из орбит, не став дожидаться, когда убийца повернется ко мне, я на всех порах понеслась к выходу, мастерски обходя сцепившихся сородичей.       Но, стоило мне только подлететь к дверям амбара, как те буквально слетели с петель.       Передо мной стояла Кэтрин. Девушка ни капли не поменялась с нашего знакомства. Смотря в прищуренные алые глаза, я поняла, что она также узнала меня. — Какие вампиры! — одним движением девушка подкинула меня, ставя на ноги. — Да ты подросла. — вампирша улыбалась как ненормальная. — Правда не уверена, что нам стоит тут оставаться. Наши явно проигрывают. — Кэти аккуратно заглянула мне за плечо, кивнула чему-то в своей голове и не став дожидаться реакции остальных вампиров выбежала из амбара. — Догоняй. — донеслось до моего слуха. Предложенное пари заставило кровь вскипать, наполнило каждую клеточку азартом. Да и убираться отсюда было необходимо.       Не видя ничего кроме рыжей головы, я летела по крышам домов. Кэтрин, изредка оборачиваясь, показывала мне язык и ускорялась.       Остановились мы у небольшого сарайчика в пяти километрах от города. — Добро пожаловать, в мою норку. — Резко затормозив, Кэтрин поклонилась. Рыжий ежик на голове еще больше взлохматился за время нашего путешествия. — Привет. — я слегка наклонилась вперед, и попыталась улыбнуться, но от азарта у меня получался только оскал. — Да ты растешь, взрослеешь. — С некой гордостью сказала Кэтрин, открывая дверь в сарайчик. Внутри он был так же заброшен, как и снаружи, а потому два шикарных кожаных кресла смотрелись сюрреалистично в этой обстановке. Но девушку это ни капли не заботило, и она быстро прошмыгнула в него. — Я рада, что ты до сих пор жива, но боюсь теперь тебе придется подергаться, чтобы остаться на плаву. — я не могла понять, о чем говорит Кэтрин. — Прости, я все еще не особо разбираюсь во всем этом. — я не могла подобрать слов, чтобы описать обстановку, так что просто махнула рукой. — Оу, да. — Кэтрин задумчиво кивнула, и вся подобралась в кресле. — НУ, Техас никогда не был спокойным штатом. Ты похоже путешествовала на севере все это время? -Да. — против моей воли голос стал чуть тише. — Ну тогда, ты вряд ли видела подобное. На юге вампиры до сих пор делят территории. Для этого создаются армии, стычку маленькой части которой ты видела. — Но зачем это? — Это, чтобы прокормится, это круто, выгодно. — Кэтрин усмехнулась, но ее глаза не выражали ничего. — Честно говоря, когда мы встретились в первый раз я так же руководила небольшой армией, пыталась доказать кое-кому, что могу выжить самостоятельно, добиться уважения. — Вот теперь алые глаза наполнились настоящей грустью. — Это не помогло? — Нет, никто даже не заметил моего успеха, а контролировать обезумивших новобранцев было почти невозможно. Так что Вольтури нас просто уничтожили. — Они убивают всех создателей армий? — информации о «королях» вампиров я собрала немного. Они просто были где-то там, и были для меня призраками. — Всех, кто грозит нашему миру раскрытием. Мой клан был уничтожен, а сюда слетели мелкие недоросли, пытаясь урвать себе кусок побольше. Меня спасло только чудо. — Ты не видела, сегодня в город должны были принести пару только что обращенных, еще без сознания. — Нет, но я, кажется, догадываюсь, кто так работает. Анабель. Её собачки. Такую стерву надо еще поискать. Она фанатка крови, драк. Ей не важны люди, ресурсы, новобранцы которых она создает. Только шоу и смерти. Мне кажется, что даже если она победит, начнется бойня внутри ее армии ей же на потеху. — Это ужасно. — перед глазами появилось обезглавленное тело Джастина. -Хмф. — резкий выдох, смешок от Кэтрин отогнал мое видение. — Ты знаешь, где она держит молодняк? — просить помощи у вампирши мне не особо хотелось, но и другого выхода просто не оставалось. Только надеяться, что она обладает задатками мецената. — Да. Но соваться туда одной, особенно тебе, равно суициду. -… — Я просто не знала, что мне сейчас делать, и если бы оставалась человеком, то впала бы в истерику. — Тебе повезло. — Кэти поддалась ко мне почти соприкасаясь своим носом к моему. — Анабель достаточно достала меня, так что у тебя есть союзник. — Против армии вдвоем? По-моему, это ничуть не лучше. — с легкой грустной усмешкой перебила я собеседницу. — Ну, я попросила помощи у друзей, они должны появится с минуту на минуту. — впервые с нашего знакомства Кэтрин выглядела слегка растерянной, но это быстро прошло. — Думаю вместе мы всё-таки сможет оторвать голову Анабель. Остальные скорее всего сами разбегутся. — Кэтрин очень уверено говорила о незнакомцах, так что в их силу можно было поверить легко.       И как по заказу в хиленькую дверь нашего убежища ударили со всей силы. Кэтрин вскочила со своего места и бросилась открывать.       На пороге появилось двое парней. Первый блондин был высоким, он привлекал внимание своими шрамами, что украшали все его тело. Следы от зубов могли не зажить на теле вампира, только если были созданы самими вампирами, как потом пояснила мне моя старшая подруга.       Другой был более привычным. Он был слегка пониже своего друга и полной его противоположностью. На его теле было всего три видимых шрама, а черные волосы почти сияли. — Питер, Джаспер. — Кэтрин встала между нами. — Это… — вампирша так и не узнала моего имени, хотя мы уже вроде бы союзники. Такое положение дел рассмешило меня. — Мария. — при этом имени блондин слегка напрягся, но вскоре снова успокоился, так что не наблюдай я за ними так внимательно и не заметила бы. — Приятно познакомится. — Питер, черноволосый вампир галантно поклонился мне. Его алые глаза смотрели с легким удивлением. — Недавно вернулась домой, а так как создатель ее бросил, она, не зная ничего, влезла в наш конфликт с Анабель. — в трех словах объяснила Кэтрин мое присутствие своим друзьям. Мое же внимание было устремлено к Джасперу. А точнее к его глазам. Янтарные, таких глаз я не видела ни у одного вампира. — Что с твоими глазами? — любопытство почти всегда лезло вперед меня, и удержаться в этот раз я также не смогла. — Моя диета, ем только животных. — Быстро и кратко сказал блондин, после чего все поспешили сесть. Я же задавалась вопросом, на сколько хорош такой рацион?       Двух кресел явно не хватало на всех, но не растерявшаяся Кэтрин как по волшебству вытащила из погреба небольшой диванчик. — Хах, старая добрая классика. — Кэтрин с блаженной улыбкой развалилась на диванчике. — Сегодня выдвигаемся. Мари с нами? — Питер, как и Джаспер задумчиво рассматривал меня. — Я никогда не дралась. — мне стало стыдно за свою беспомощность. Но парни не стали смеяться, только кивнули и принялись перешептываться. — Ладно, тогда жди здесь. — Кэтрин протянула мне плед, в котором она возилась до этого и вместе с ребятами понеслась в город.       Не знаю, чем я думала в тот момент, но ждать спасения в сарае мне не захотелось и поменяв свою внешность на мою очень старую жертву я понеслась за ними.       Остановились мы около особняка. Моего особняка. Видеть уже постаревший отчий дом было дико, за все эти года я даже не задумывалась, сколько лет прошло для обычного человека.       Мой дом был сильно изменен. Я почти не узнавала коридоров, по которым гуляла в детстве. Разрушенный стены, причем с моим совершенным зрением я могла легко рассмотреть множественные трещины исходящие из одного места, как будто по нему был нанесен сильный удар. Удар вампира. Ярость начала медленно подкатывать ко мне, казалось, я чувствую боль, боль этого здания, грязь от всего того, что вампиры творили внутри него.       У меня была определенная цель, найти Джастина и вытащить его отсюда. Но в своих поисках я наткнулась на совершенно другое, кабинет моего отца.       Он же в противоположность всему зданию почти не изменился. Только вычурно одетая блондинка мило улыбалась с его места, царапая своими ногтями деревянный стол. Издаваемый при этом звук побуждал меня растерзать ее. — Анабель. — Кэтрин выступила вперед, оставляя парней позади. — Кэтри, а где же твоя новая подружка. — мерзкая ухмылка на лице стервы стала еще больше. И вот как эта сучка успела узнать о нашей встречи в амбаре, мне сильно повезло, что моя способность не позволила им сопоставить беглянку и ворвавшуюся ненормальную. — Вот это точно не твое дело. — ждать чего-то ребята не стали, кинувшись на Анабель. Как по щелчку пальцев в комнату ворвалось еще несколько вампиров. Джаспер и Питер начали убивать их один за одним, а Кэтрин вцепилась в патлы Анабель.       Крики, стоны — все это наполнило комнату, в которой так часто я наблюдала за вечно собранным отцом, пока тот в тишине работал над документами.       Не знаю почему, но ярость охватила все мое тело. Каждая клеточка стала покалывать в моем теле. Энергия собиралась на кончиках моих пальцев. — Хватит. — я и не представлялась, что могу издавать такие звуки. Уже разобравшиеся со всеми Питер и Джаспер повернулись ко мне, приготовившись отбивать удар. Даже Кэтрин и Анабель оторвались от своей драки. — Что ты сделал с моим домом. — в бешенстве я стала приближаться к блондинке. — Твоим? — она мерзко ухмыльнулась, наклоняясь ко мне поближе. — этот заброшенный особняк, моя территория. — нечеловеческий рык сотряс стены, но он не сбил мой настрой ни на секунду.       Это стало последней каплей. Энергия сорвалась. Я могла почувствовать каждый предмет в этом кабинете как часть себя. Я могла чувствовать не только кабинет, но и весь особняк, вплоть до ворот.       Стены комнат по моему желанию стали сужаться, сдавливая всех вампиров внутри, превращая их в лепешки. — Нет. Это мой дом! — выделяя каждую букву, я приближалась к Анабель, обходя своих знакомых стороной.       Землетрясение, вызванное резким сжатием стен дома, стало полной неожиданностью для всех нас. Особняк шатало. Джаспер и Питер воспользовались шансом и напав с двух сторон оторвали голову стерве. Тут же подоспела Кэтрин поджигая неподвижное тело. — Если хочешь уничтожить вампира, его тело надо сжечь. — Кэтрин подмигнула мне. Я же почувствовала усталость. — Тогда у нас куча тел, которые надо сжечь. — хмыкнула я. — Надо признать, у тебя крутой дар. — вампирша подпрыгнула ко мне, повиснув на моей шеи. — Джаспер и Питер, поможете устроит костер? — сверкая алыми глазами пропела моя подруга?       Я же с ужасом вспомнила о Джастине, который мог точно также пасть жертвой моей ярости. Не слушая никого, сбив Кэтрин с себя я полетела на его поиски.       В здании Джастин так и не обнаружился. Уже отчаявшись, я разрыдалась, упав на колени. Тихий Питер, подхватив меня, вынес на улицу. — Джастин! — выкрикивала я, но вырваться из захвата вампира мне не хотелось.       Еще полчаса Кэтрин, Джаспер и Питер перетаскивали тела и поджигали их на улице. Особняк на удивление восстановил привычный мне вид. — У тебя красивый дом. — Джаспер присел рядом со мной. — Да. Здесь прошло все мое детство. Если честно ни разу не проворачивала ту штуку до этого. — в задумчивости проговорила я. — Еще свидимся. — уверенно проговорил Джаспер, прежде чем исчезнуть со своим другом в темноте. — Ладно. Куда сейчас планируешь. — Кэтрин спрыгнула с крыши прямо передо мной. — Честно. Даже не знаю, но точно не останусь в Техасе. — А мне придется разгребать все то, что натворила Анабель. До встречи. — Кэтрин порывисто обняла меня и исчезла вслед за друзьями. — До встречи. — я не сомневалась, что еще увижу эту невероятную вампиршу. Но сейчас у меня на уме был только мой названный брат, который пропал непонятно куда. — Алисия! — Тихий даже для вампирского слуха голос воскресил во мне надежду. — Джастин! — резко подлетев с земли я полетела на встречу шуму. — Джастин!       Хрупкое тело мальчика еле шевелилось в темноте леса, совсем недалеко от ворот дома. — Что с тобой? — я упала рядом с братом, не смея к нему прикоснуться, на столько хрупким мне он казался. Но самым страшным стала его рука, оторванная она валялась в паре метров от тела. Из раны уже не хлестала кровь, а значит каким-то чудом превращение Джаса уже закончилось, но мерзость ранения от этого не уменьшалась. Куски плоти были как будто каменными и их рваные очертания не опадали, в разрезе можно же было рассмотреть все вены, переломанную кость, сухожилия, которые не смело сокращались под взглядом брата. — Я здесь все хорошо! — приподняв его с земли, я переложила его голову на колени.       Алые глаза впились в мои. — Как тебя зовут? — О чем ты. — Моя сестра никогда бы не стала со мной играть, и сейчас бы скорее сбежала, чем подняла меня. — Я твоя сестра! — Да, но я хотел бы узнать имя моей сестры. — маленькая ручка несмело очертила контур моего лица. — Мари. Мари Бартон. — переложив Джаса обратно на землю я полетела к руке. — Я вампир! Как и ты! — Это больно. — алые глаза внимательно наблюдали за моими попытками приставить руку на место. — Неприятно, но ты сможешь найти свои радости. — Непременно.