Собственность

      К вечеру практически все гости уже покинули поместье. Остались лишь пара семейств, которые опасались ехать по жаре, и поэтому решили отложить отъезд до утра, а также господин и госпожа Йегер.       К обеду Микасе уже стало намного лучше, но ее супруг, бдительно наблюдавший за ее состоянием, все же настоял, чтобы она побольше отдыхала и, по возможности, не покидала своих покоев.       – Эрен, право, ты зря беспокоишься! – женщина в очередной раз пыталась переубедить мужа – Я в порядке. Мне ничего не грозит. Мы вполне могли уех…       – А если бы тебе стало хуже в дороге? Если бы ты упала в обморок? – затараторил молодой торговец – Что бы я тогда делал? Согласись, если бы плохо было МНЕ, то ты все поместье на уши поставила, чтобы мне помогли, а меня бы вообще заперла в подземелье, где бы мне ничего не угрожало!       – Как же ты хорошо меня знаешь – усмехнулась миледи.       – Как и ты меня – слегка улыбнулся жене Йегер – В день нашей свадьбы я обещал любить тебя, защищать тебя, заботиться о тебе. И я сдержу свое обещание! Как и ты держишь свое. И вообще! Я твой муж, в конце концов! Так что… Изволь хоть иногда слушаться меня!       – Как пожелаете, мой господин – хихикнула женщина.       Дальнейшую беседу супругов прервал осторожный стук в дверь.

***

      – Кто там? – крикнул Эрен.       – Господин Йегер, это я, Ханджи – послышался знакомый женский голос – Я принесла обед для леди Микасы. Я могу войти?       – Да, конечно, одну минуту – ответил мужчина, в два шага преодолевая расстояние до двери и открывая ее – Проходи.       – Благодарю вас, господин Йегер – слегка поклонилась рабыня, заходя в покои кузины своего хозяина. В руках у нее был довольно большой, и, судя по всему, тяжелый поднос – Куда я могу его поставить?       – Туда – небрежно махнул рукой Эрен на стол – Микаса, давай я помогу тебе – он уже собирался было приподнять подушки, дабы ей было удобнее обедать в постели, но у его жены были совершенно другие планы.       – Я вполне в состоянии поесть за столом, как все нормальные люди – проворчала госпожа Йегер, уверенно вставая с кровати.       – Но, дорогая, ты же еще не совсем здорова! – начал было мужчина.       – Ханджи, как ты считаешь? – напрочь проигнорировав сетования супруга, обратилась женщина к рабыне.       – Как вы себя чувствуете, миледи? – поинтересовалась шатенка, внимательно наблюдая за госпожой Йегер.       – Да, вроде бы, неплохо – пожала плечами Микаса – Голова уже давно не кружится… Я в порядке, если не считать…       – Небольшой слабости – одобрительно кивнула Ханджи – Ничего, думаю, к утру она пройдет. Да и… Вы уже выглядите намного лучше.       – Значит, на твой взгляд, я могу пообедать за столом? – спросила миледи, бросив довольно красноречивый взгляд на мужа.       – Думаю, вреда от этого не будет – слегка улыбнулась рабыня.       – Вот видишь! – победоносно улыбнулась она уже смирившемуся с поражением Эрену, прежде чем занять свое место за столом – Что это? Бульон? – поинтересовалась она, почувствовав аппетитный аромат.       – Да, вам стоит пока воздержаться от тяжелой пищи – кивнула шатенка, поставив перед госпожой тарелку с горячим куриным бульоном и кубок, от которого доносился приятный травяной запах – Я также приготовила для вас укрепляющий отвар, он поможет вам восстановить силы.       – Хорошо, спасибо тебе – одобрительно кивнула миледи – А это что? – она кивнула на еще несколько тарелок, оставшихся на подносе – Не думаю, что я столько съем.       – Я принесла обед и для господина Йегера, миледи – пояснила рабыня, поставив на стол тарелку с курицей и овощами, а также деревянную миску с несколькими ломтиками свежеиспеченного хлеба и кубок с горячим травяным чаем – Я подумала, что вы бы не хотели оставлять леди Микасу даже на несколько минут, господин Йегер.       – И правильно! – воскликнул Эрен, усаживаясь рядом с супругой – Милая, ты точно уверена, что справишься? – спросил он жену, даже и не пытаясь скрыть беспокойство в голосе – Если тебе тяжело, то я…       – Перестань! – буркнула Микаса – Я всего лишь пообедаю! Ничего со мной не случится!       – Ханджи? – Йегер с надеждой посмотрел на шатенку.       – Я вижу, что миледи уже намного лучше, господин Йегер – ответила рабыня – Так что… Если она считает, что ей хватит сил пообедать за столом, то… Я с ней абсолютно согласна.       – Вот видишь! – воскликнула Йегер – Если Ханджи говорит, что со мной ничего не случится, то, значит, со мной ничего не случится! Уж она-то побольше понимает в лекарском деле, чем мы с тобой!       – Хорошо-хорошо! Как скажешь! – поднял руки в примирительном жесте Эрен. В другом случае он бы так просто не отступил, но, на его взгляд, Микаса еще не совсем оправилась, поэтому лишний раз спорить с ней он не решался.       – Вот то-то же! – хмыкнула миледи, принимаясь за трапезу, ее муж последовал ее примеру.

***

      Какое-то время в покоях не было слышно ничего, кроме звона столовых приборов, да голосов господина и госпожи Йегер, которые, казалось, совершенно позабыв о присутствии рабыни, непринужденно беседовали на ничего не значащие темы. Ханджи же ничего не оставалось, как скромно стоять у стены, в ожидании пока господа закончат трапезу.       – Ханджи… – обратилась к рабыне Микаса, после того, как они с мужем пообедали.       – Да, миледи? – кивнула шатенка, убирая со стола.       – Мне обязательно безвылазно сидеть в покоях весь день?       – Микаса! – начал было Эрен, но мигом стушевался, заметив довольно красноречивый взгляд своей благоверной (этот взгляд был подозрительно похож на взгляд ее кузена).       – Не думаю, что в этом есть необходимость – пожала плечами Ханджи – Если вы чувствуете себя хорошо, то вы вполне можете побродить по замку, а также погулять в саду, когда жара спадет.       – Прекрасно! – широко улыбнулась миледи – Именно это я и хотела услышать!       – Ясно… – буркнул Йегер, уже догадываясь, что удержать жену в их покоях он уже ни при каких условиях не сможет – Но… Даже и не думай, что отпущу тебя куда-нибудь одну! Я пойду с тобой!       – Я в этом нисколько не сомневалась! – воскликнула Микаса – Спасибо тебе, Ханджи!       – Я не сделала ничего такого – слегка улыбнулась рабыня, поднимая поднос – Миледи… Господин Йегер… Если моя помощь вам больше не требуется, то…       – Да-да, конечно, иди – кивнул Эрен, открывая ей дверь – Ты ведь зайдешь еще проведать Микасу?       – Конечно, господин Йегер, я собиралась навестить миледи вечером, после ужина – кивнула шатенка – Но если я вам понадоблюсь раньше, то… Только дайте знать… Леди Микаса… Господин Йегер… С вашего позволения… – и слегка поклонившись господам, рабыня поспешила удалиться.

***

      Пока Ханджи шла по коридорам замка, она не переставала размышлять о супругах Йегер. У них такие трогательные отношения… Сразу видно, что они очень сильно любят друг друга, дорожат друг другом. А это в браке встречается довольно редко. Особенно среди дворян.       У ее родителей такого не было… Никогда…       Шатенка раздраженно мотнула головой, дабы выбросить из нее совершенно неуместные мысли, о чем тут же пожалела…       Ибо едва она это сделала, как головная боль, слегка беспокоившая ее чуть ли не с самого утра, резко усилилась.       – Черт! – прошипела девушка, почувствовав сильное головокружение – Только не сейчас…       Слегка пошатываясь, она кое-как добралась до стены и прислонилась спиной к каменной кладке. Стало лучше, но не намного. Но так она хотя бы не уронит поднос и не потеряет равновесие.       Пара минут… Ей нужна лишь пара минут, и она придет в себя.

***

      – Ханджи? – неожиданно раздался удивленный женский голос.       – А? – прохрипела рабыня, с трудом разлепляя будто бы налившиеся свинцом веки – Гос… Госпожа Магнолия? Это… Это вы? – пролепетала шатенка, когда темные точки наконец-то прекратили плясать перед глазами, и она с трудом, но все же смогла понять, кому принадлежит этот размытый силуэт.       – Что ты здесь делаешь? – поинтересовалась старшая экономка.       – Я… Я относила обед леди Микасе и господину Йегеру – прошептала Ханджи, по-прежнему не в силах оторваться от стены.       – Ясно – кивнула Изабель, заметив в руках у рабыни поднос – Как себя чувствует леди Микаса? Надеюсь, ей стало лучше?       – Ей уже гораздо лучше – слегка кивнула шатенка, невольно зажмурившись, даже такое безобидное движение головой причиняло ей нестерпимую боль – Как я поняла, миледи уже надоело сидеть в своих покоях, и она хотела бы немного пройтись.       – Эти Аккерманы… Не умеют ни отдыхать, ни болеть, как все нормальные люди… – проворчала Изабель.       – Полностью с вами согласна, госпожа Магнолия – хмыкнула Ханджи, вспоминая, как настойчиво граф сопротивлялся попыткам доктора Штраусса уговорить его хоть немного поберечь себя после «стычки» с вепрем.       – А? Что? Я это вслух сказала? – замялась рыжеволосая.       – Да – слегка улыбнулась рабыня – Я тоже заметила, что миледи очень похожа на Его Светлость.       – И не говори! – воскликнула Магнолия – Такая же упрямая! Так… Ладно… Значит, леди Микасе уже лучше… – гораздо спокойнее продолжила старшая экономка – Она достаточно окрепла, чтобы покинуть свои покои?       – Да, когда жара спадет. Думаю, вечером она даже сможет немного погулять в саду. Свежий воздух пойдет ей только на пользу.       – Хорошо, я передам это Его Светлости – одобрительно кивнула Изабель – Спасибо, Ханджи, ты можешь идти, полагаю, у тебя еще полно работы.       – Да, конечно, с вашего позволения, госпожа Магнолия – пролепетала рабыня, с трудом заставляя себя наконец отойти от стены. Однако едва она сделала пару шагов, как…       Головная боль вернулась с прежней силой…

***

      – Эй! Ты в порядке? – нахмурилась Изабель, заметив, что шатенка как-то странно пошатнулась – Черт! Да ты еле на ногах стоишь!       – Со мной все нормально, госпожа Магнолия – как можно более уверенно ответила Ханджи, однако дрожащие пальцы, уже с трудом удерживающие поднос, выдавали ее с потрохами.       – Точно? – похоже, рыжеволосую не очень-то убедили ее слова.       – У меня… У меня просто немного кружится голова… Это скоро пройдет…       – Хм, что-то я сомневаюсь – фыркнула Изабель – Ты ведь идешь на кухню?       – Да.       – Тогда пошли – бросила старшая экономка, жестом велев рабыне следовать за собой.       – Госпожа Магнолия! Вам вовсе необязательно провожать меня! – запротестовала шатенка – Уверена, у вас и без того полно…       – Моя работа – следить за тем, чтобы все в поместье как следует выполняли свою работу – резко перебила ее Изабель – В том числе… Чтобы ты донесла поднос до кухни, а не свалилась с какой-нибудь лестницы и не свернула себе шею! Поэтому… Не спорь со мной!       – Как прикажете, госпожа Магнолия – буркнула Ханджи, послушно последовав за экономкой. А что еще ей оставалось?       – Ты точно хорошо себя чувствуешь? Ты какая-то бледная… – Изабель с подозрением смотрела на побледневшее, покрытое испариной, лицо рабыни.       – Со мной все в порядке – пролепетала шатенка, изо всех сил стараясь понять, какая из трех старших экономок, которых она видела перед собой, настоящая.       – Что-то непохоже – такой ответ рыжеволосую явно не устраивал.       – Со мной все в порядке – упрямо повторила рабыня, что есть силы сжимая поднос, пальцы уже с трудом слушались ее.       – Неужели тебе так сложно… Эй! Ты! А ну живо иди сюда! – старшая экономка жестом подозвала к себе рабыню, которая протирала зеркало в коридоре.       – Госпожа Магнолия… Чем могу помочь? – учтиво поклонилась женщина средних лет.       – Забери у нее поднос и отнеси на кухню – велела Изабель, кивнув на шатенку – Скажешь тетушке Агнес, что Ханджи задержится, так как выполняет мое поручение.       – Как прикажете, госпожа Магнолия – почтительно поклонилась женщина, забирая поднос из рук шатенки, точнее, пытаясь забрать его – Эй! Ханджи! Да отпусти ты его!       – Д… да, конечно, прости, Рейчел – пролепетала девушка, с трудом разжимая дрожащие пальцы.       – Ты плохо выглядишь – нахмурилась Рейчел – Заболела?       – Со мной все в порядке – вновь повторила Ханджи. Разумеется, никто ей не поверил.       – Иди, Рейчел. Отнеси поднос на кухню и возвращайся к своей работе – приказала Изабель.       Поклонившись старшей экономке, а также бросив обеспокоенный взгляд на Ханджи, женщина поспешила выполнить приказ.

***

      – Госпожа Магнолия… Я могла и сама отнести поднос на кухню – буркнула шатенка.       – Ага, конечно! Да ты бы покатилась кубарем вместе с ним, пока спускалась по лестнице! – презрительно фыркнула рыжеволосая.       – Не покатилась бы – проворчала рабыня.       – О, боги! И в кого ты только такая упрямая? – закатила глаза Магнолия – По-хорошему, тебя бы стоило отхлестать за такое поведение…       – Так отхлещите… – безразлично ответила шатенка.       – Чтобы ты рухнула замертво после первого же удара плетью? – хмыкнула рыжеволосая, невольно вздрогнув от того, насколько равнодушно прозвучал голос рабыни – Вот уж нет! Так от наказания не будет никакого толка!       – Госпожа Магнолия… – тяжело вздохнула Ханджи, желание забиться в какой-нибудь укромный уголок, где она бы могла переждать, когда невыносимая головная боль наконец прекратится, увеличивалось с каждой секундой, жаль, что это желание было совершенно не осуществимым – Я… Я, правда, в порядке, и…       – Хватит! – резко перебила ее Изабель – Ты меня за идиотку принимаешь?!       – Нет, что вы, госпожа Магнолия! Я вовсе не…       – Тогда прекрати все время повторять, что ты в порядке! Любой дурак, едва взглянув на тебя, мигом поймет, что ты совершенно не в порядке! Поэтому… Немедленно иди к доктору Штрауссу! Пусть он осмотрит тебя!       – Госпожа Магнолия… Это вовсе не…       – ЭТО ПРИКАЗ! – рявкнула рыжеволосая – Ханджи… Либо ты идешь к доктору добровольно, либо… придется потащить тебя туда силой…       – Как пожелаете, госпожа Магнолия… – смиренно опустила голову рабыня. Как же она ненавидела, когда кто-то видел ее слабости! Но… Здесь ей некого винить, кроме нее самой. Да и… Она и сама собиралась наведаться в кабинет доктора, ведь ее запасы практически подошли к концу. Лишь бы… Только самого Штраусса не было на месте, это лишь все усложнит – С вашего позволения…       – Иди уже! – раздраженно отмахнулась Изабель – И… Только попробуй мне сбежать на кухню или пойти навестить кого-нибудь из больных, пока доктор Штраусс не осмотрит тебя! Тогда я не посмотрю на твое состояние! Отхлестаю так, что мать родная тебя не узнает!       «Она меня и так не узнает. Ведь… Она уже много лет считает, что я гнию в могиле вместе с другими ее детьми» – подумала Ханджи, вновь с ненавистью вспоминая об этой женщине.       – Как прикажете, госпожа Магнолия… – с трудом утихомирив клокочущую внутри ненависть, рабыня учтиво поклонилась экономке, прежде чем, слегка пошатываясь, не направиться к кабинету доктора.       – Вот же упрямая девчонка! – раздраженно топнула ногой рыжеволосая, сворачивая в один из коридоров – И что только братец в ней нашел? Ума ни приложу!

***

      – Леви, так, значит, ты все же намерен отправиться в Люмроуз и Дженебр? – уточнил Фарлан.       – Да – кивнул Аккерман, бегло просматривая доклады старост этих деревень – Я хочу посмотреть, как идет строительство дороги. Давно надо было съездить туда, но…       – Сначала ты умудрился подраться с вепрем, а потом…       – Тот дурацкий бал… – проворчал брюнет.       – На котором ты так и не выбрал себе жену – Чёрч был бы не Чёрч, если бы не напомнил об этом другу.       – Тц, без тебя знаю – процедил сквозь зубы граф, вновь сосредоточившись на бумагах – Думаю, мы можем отправиться в путь на следующей неделе. Если поедем налегке, то доберемся до Дженебра за день с небольшим, а там и до Люмроуза рукой подать.       – И ты снова ушел от темы! – деланно вздохнул блондин – Но… Даже и не надейся! Мы к этому еще вернемся!       – Поедем небольшим отрядом – продолжил Леви, словно и не слышал последнюю фразу управляющего – Трех-четырех человек вполне хватит. Попроси капитан Ханнеса подобрать нам людей.       – Как пожелаете, Ваша Светлость – буркнул Фарлан, уже понимая, что заставить его сюзерена вернуться к теме, которую тот тщательно избегает, уже не представляется возможным – А мы надолго уезж…

***

      – Братец! – неожиданно раздается звонкий женский голос, а в следующий миг двери в кабинет резко открываются и на пороге оказывается Изабель Магнолия, собственной персоной.       – Ну, что за манеры! – всплеснул руками Чёрч – Ты когда-нибудь научишься стучать в дверь? А если бы Леви принимал здесь кого-нибудь из своих вассалов?       – Тогда я бы обязательно постучала! – воскликнула Магнолия – Но я знала, что здесь ты!       – Изабель, ты что-то хотела? – поинтересовался Аккерман, жестом попросив блондина воздержаться от дальнейших препираний с их подругой.       – Как ты и просил, я собиралась навестить леди Микасу – начала рыжеволосая.       – Ясно – кивнул брюнет – И как она? Надеюсь, ей стало лучше?       – Да, Ханджи именно это мне и сказала.       – Ханджи? – нахмурился граф – А причем здесь Ханджи?       – Я встретила ее около покоев твоей кузины. Она приносила им обед – пояснила экономка – Тогда она мне и сказала, что с леди Микасой все в порядке.       – Что ж, хорошо – одобрительно кивнул Леви – Тогда почему она не пришла ко мне и не сообщила мне этого лично? – едва он произнес эту фразу, как тут же прикусил язык.       Черт, зачем я вообще это сказал?       – Э… А она разве должна была? – замялась Магнолия, обменявшись с Чёрчем встревоженными взглядами.       – Да нет, не бери в голову – отмахнулся брюнет – А она… Она еще что-нибудь сказала тебе о Микасе?       – Ну… Вообще-то да… Она сказала, что твоей кузине уже надоело сидеть в своих покоях. Братец! Вы с ней точно родственники! – всплеснула руками Изабель.       – Это все фамильное упрямство Аккерманов! – добавил Фарлан       – Да уж… Мы такие… – ухмыльнулся граф – Изабель… Что Ханджи сказала на это? Микаса уже может покинуть свои покои?       – Она не видит в этом ничего плохого – ответила рыжеволосая – По ее словам миледи вполне может немного пройтись, когда спадет жара.       – Хорошо – одобрительно кивнул Аккерман – Значит, они с Эреном составят нам компанию за ужином. Передай на кухню, чтобы подали ужин на пять человек.       – Да, Ваша Светлость, как пожелаете – слегка поклонилась экономка.       Леви хотел было еще пораспрашивать свою подругу об одной рабыне, но вовремя сдержался. Фарлан и Изабель и так ему уже все уши прожужжали о его «безрассудном поведении на Балу», поэтому…       «Нечего им давать еще больше пищи для размышлений» – подумал он, вновь возвращаясь к бумагам.       Чёрч, который (как Аккерман правильно подумал) ожидал дальнейших расспросов графа о Ханджи, с недоумением посмотрел сначала на своего сюзерена, уже полностью сосредоточившегося на докладах деревенских старост, и, казалось, совершенно позабывших и об управляющем, и о старшей экономке, а затем и на Магнолию. А вот здесь…       А вот здесь было что-то не так…

***

      – Изабель? – нахмурился блондин, заметив обеспокоенное выражение лица рыжеволосой – В чем дело?       – Что случилось? – спросил Аккерман, отложив бумаги, ибо от него также не укрылось то, что его подруга странно ведет себя.       А что до Изабель… А у Изабель перед глазами в это время стояло изможденное и неестественно бледное лицо Ханджи, ее рассеянный взгляд, ее покрасневшие, видимо, от недосыпа глаза, ее чуть слышный усталый голос, ее дрожащие пальцы. Магнолия не слишком разбиралась в лекарском деле, а также в болезнях и других недугах, но состояние Ханджи... но состояние Ханджи навело ее на определенные мысли…       – Э… Леви… – неуверенно начала рыжеволосая – Могу… Могу я задать тебе один… один вопрос?       – Конечно – удивился Аккерман, ведь обычно девушка, если хотела что-то узнать, задавала ему вопросы прямо, не спрашивая разрешения – О чем ты хочешь спросить меня?       – Мне… Мне немного неловко спрашивать тебя об этом… Но… Но… Скажи… Ты… Ты случайно не знаешь… Пи… Пила ли Ханджи… то… то снадобье…       – Какое снадобье? – не понял брюнет.       – Ну… То самое… – пробормотала себе под нос пунцово-красная от смущения Магнолия.       – Какое снадобье? – повторил граф.       – Ну… То самое… которое… которое… Пьют твои фаворитки, когда… когда…       – Не продолжай, я все понял… – прохрипел мужчина, наконец догадавшись, что именно имела в виду его подруга.       – Фух… Хорошо… – вздохнула с облегчением рыжеволосая.       – Нет.       – Что «нет»? – не поняла экономка.       – Я понятия не имею, пила ли она то снадобье – ответил Аккерман – А почему… Почему ты вообще затронула эту тему?       – Ну… – снова замялась девушка – Когда я сегодня видела Ханджи, мне показалось, что она… она не совсем здорова…       – Не совсем здорова?! – мигом вскочил с кресла Леви – Что значит «не совсем здорова», Изабель?!       – Она… Она такая… бледная… – залепетала рыжеволосая – Глаза красные… Руки дрожат… Она казалась такой вымотанной… Да она еле ходит! Вот я и подумала, что она…       – Быть того не может… – прошептал Чёрч, видимо, сделав те же выводы, что и его подруга – Леви, а… Леви? Леви, что с тобой?!       А Леви… А на Леви в это время страшно было смотреть…

***

      Его пальцы что есть силы стиснули доклад старосты деревни Дженебр, да так, что несчастный лист бумаги был разорван надвое… В серых глазах застыло выражение полнейшего шока, смешанное со страхом… На бледном лице появились красные пятна… Дыхание участилось… Он судорожно хватал ртом воздух, будто бы задыхался…       – Где… Где она? – после нескольких безуспешных попыток наконец произнес он.       – Я велела ей идти к доктору Штрауссу, чтобы он осмотрел ее – ответила не на шутку напуганная Магнолия – Она, правда, никак не соглашалась, все время повторяла, что она в порядке, что у нее всего лишь кружится голова… Я ее еле как заставила!       – Тц, вот же упрямая девчонка! Как можно так безалаберно относиться к своему здоровью?! – чуть ли не прорычал Аккерман, выбегая из кабинета.       – Черт! Надеюсь, он не обрюхатил ее. Нам только бастарда для полного счастья не хватало! – проворчал Чёрч, бросаясь вслед за другом.       – А что потом делать с ребенком? – бормотала себе под нос рыжеволосая, пока догоняла графа и управляющего – Это же не одно из отродий той дурехи-Мерси! Это сын или дочь братца! Куда мне его или ее пристроить? Не в поместье же оставлять! Он ведь когда-нибудь женится! А графине Аккерман явно не понравится, что бастард ее мужа ошивается рядом! Определенно не понравится!

***

      Пока трое друзей обсуждали эту довольно… деликатную тему, Ханджи, опираясь о стены, с трудом добралась до кабинета доктора Штраусса, благо от покоев леди Микасы его отделяло лишь несколько пролетов.       На ее счастье (а, может быть, и нет) доктора Штраусса в кабинете не оказалось.       «Еще чуть-чуть… Мне нужно продержаться еще чуть-чуть…» – думала шатенка, дрожащими руками хватая нужные ей травы.       Женьшень… Маралий корень… Саган-дайля… Гуарана… Лимонник… Шиповник… Шалфей… Перечная мята…       «Только бы успеть…» – размышляла девушка, растирая ступкой травы в порошок.       Силы уже покидали ее… Она чувствовала, что еще немного, и она упадет в обморок, головная боль стала настолько невыносимой, что рабыня была уже согласна на все, даже положить голову на плаху, лишь бы эта боль наконец исчезла.       «Еще немного… Еще совсем немного… – повторяла себе под нос рабыня, хватая уже практически не слушающимися ее пальцами котелок – Вода еще не остыла… Это хорошо… Не думаю, что я бы смогла дождаться, когда она снова нагреется…».       Бросив в кубок истолченные в порошок травы, она залила их горячей водой и тщательно перемешала ложкой. Отвару нужно было настояться несколько минут, поэтому шатенка, стиснув зубы, и изо всех сил стараясь не поддаться манящему желанию лечь на пол и больше никогда не вставать, убирала травы на место – доктор Штраусс не должен знать, что за снадобье она здесь готовила. А остатки отвара перелила в склянки и убрала в свою сумку – они могут понадобиться ей позже.       Наконец отвар как следует настоялся. Взяв кубок, она, уже с трудом передвигая ноги, доковыляла до стула. С тяжелым вздохом опустившись на сидение рабыня принялась жадно глотать снадобье, не обращая внимание на то, что оно обжигает ее горло.       «Я смогла… Я успела… – думала она, оперевшись головой на стену, пустой кубок стоял перед ней на столе – Осталось лишь подождать, когда отвар подействует… Еще несколько минут, и я буду в порядке…».

***

      – Ханджи? Что ты здесь делаешь? – вдруг раздался удивленный мужской голос – Я думал, ты сегодня работаешь на кухне.       – Доктор Штраусс? – пролепетала девушка, голова все еще немного кружилась, и она с трудом могла различить силуэт стоявшего прямо перед ней мужчины.       – Ты в порядке? – нахмурился доктор, мигом оценив состояние своей помощницы – Ты какая-то бледная…       – Все хорошо, доктор Штраусс – слабо улыбнулась рабыня – У меня просто что-то голова разболелась…       – Ты хорошо себя чувствуешь? – забеспокоился мужчина – Может, мне стоит осмотреть тебя?       – В этом нет нужды, доктор Штраусс. Я уже выпила снадобье – она кивнула на пустой кубок – Если вы не возражаете, я немного посижу здесь и вернусь к работе.       – О чем речь, девочка моя! – вздохнул доктор – Сиди здесь столько, сколько нужно! А, может… Может, мне стоит поговорить с тетушкой Агнес? Или с госпожой Магнолией? Пусть освободят тебя от работы на сегодня…       – Нет-нет-нет! Не стоит! – запротестовала шатенка – Через несколько минут мне уже станет лучше!       – Знаешь, иногда все же нужно отдыхать – печально вздохнул доктор.       – Знаю – кивнула девушка.       – Все с тобой ясно… – покачал головой мужчина, уже понимая, что его намек она пропустила мимо ушей – Ладно, ты уже давно не ребенок, поэтому уговаривать тебя я не собираюсь, но… Ханджи, прошу тебя, ты уж… поаккуратнее… Мне бы не хотелось, что бы ты заболела… И не только мне…       – Хорошо, доктор Штраусс, я поняла вас – ответила шатенка.       – Что-то я сильно сомневаюсь… – пробормотал себе под нос доктор.       Эта реплика, однако, осталась без ответа…

***

      Через несколько минут Ханджи стало гораздо лучше. От невыносимой головной боли осталось лишь неприятное напоминание в виде легкого покалывания в затылке… Кабинет доктора перестал кружиться, а вместо трех кубков, стоящих на столе, остался лишь один… Дрожь в пальцах и слабость в ногах отступила, вернув шатенке власть над собственным телом.       – Голова прошла? – поинтересовался Штраусс, на миг оторвавшись от своих дел, заметив, как его помощница осторожно поднимается со стула.       – Да, я в порядке, спасибо – слегка улыбнулась девушка.       – Может, посидишь еще немного?       – Нет, я…

***

      Договорить она не успела, поскольку в этот самый миг в кабинет доктора вихрем «влетел» граф Аккерман, собственной персоной… А еще через пару секунд за ним последовали запыхавшиеся управляющий и старшая экономка…       – Ваша Светлость… – склонился в почтительном поклоне доктор Штраусс – Чем могу помочь?       Однако Леви не обратил на доктора ни малейшего внимания. Чего не скажешь о Ханджи…       – Ваша Светлость… – рабыня присела в изящном реверансе – Господин Чёрч… Госпожа Магнолия… – она не забыла также засвидетельствовать свое почтение и этим двоим.       – Что-то она не выглядит больной – прошептал Фарлан, мельком взглянув на рабыню.       – Если бы ты увидел ее несколько минут раньше, ты бы так не думал – пробормотала Изабель – Черт! А она и правда выглядит гораздо лучше! Интересно, как ей это удалось?       – Ваша Светлость? Что-то не так? – забеспокоилась девушка, заметив, как Аккерман уже несколько минут чуть ли не пожирает ее своими пронзительными серыми глазами.       – Ханджи… Как ты себя чувствуешь? – наконец произнес брюнет.       – Э… Нормально… – нахмурилась рабыня.       – Точно? – похоже, он ей не очень-то поверил – Голова не болит? Может быть… живот? Слабость?       – Со мной… Со мной все в порядке… – с недоумением произнесла Ханджи.       – Ты уверена? – продолжал граф – Доктор Штраусс, вы не могли бы осмотреть ее?       – Я и сам предлагал ей это, но она заверила меня, что с ней все в порядке – пояснил доктор.       – Тц, кто бы сомневался – фыркнул Леви, бросив на Ханджи крайне недовольный взгляд, который она, надо сказать, с честью выдержала – Но, думаю, вам все же стоит осмотреть ее.       – В этом нет необходимости, я в порядке – буркнула рабыня.       – Что-то я в этом сильно сомневаюсь – Аккерман даже и не думал сдаваться – По словам Изабель, ты на ногах-то еле стояла.       – Госпожа Магнолия, боюсь, вы ошиблись – сухо пробормотала шатенка, кратко взглянув в сторону старшей экономки – Мне жаль, если я ввела вас в заблуждение.       – Нет! Я не ошиблась! – возразила рыжеволосая – Да на тебя… На тебя смотреть страшно было! В гроб и то краше кладут!       – Сейчас на меня тоже страшно смотреть? – как бы между прочим поинтересовалась Ханджи.       – Э… Нет… – замялась экономка – Сейчас ты выглядишь… Гораздо лучше…       – Вот видите! – хмыкнула рабыня – Со мной ничего…       – Доктор Штраусс осмотрит тебя – резко перебил ее граф.       – Ваша Светлость, уверяю вас, что со мной все в порядке – терпеливо повторила шатенка – Нет никакой необходимости лишний раз утруждать доктора Штраусса.       – Мне это совсем не сложно, Ханджи – вмешался хранивший до этого молчание доктор – Послушай… Я нисколько не сомневаюсь в твоих познаниях в лекарском деле, и я верю, что если бы тебя и правда что-то беспокоило, то ты бы обратилась ко мне со своей проблемой.       – Непременно, доктор Штраусс – кивнула девушка – Я бы обязательно обратилась к вам за советом.       – Я очень надеюсь, что это всего лишь легкое недомогание – продолжил Штраусс – Ты так много работала в последнее время…       – Легкое недомогание, конечно… – пробормотала себе под нос старшая экономка – Головные боли… Слабость… Да… Легкое недомогание… На ближайшие девять месяцев…       – Ты что несешь, дура? – прошипел Фарлан, ткнув подругу в плечо.       – А? – пискнула рыжеволосая. Кажется, свои мысли она выразила гораздо громче, чем она думала.       – Госпожа Магнолия… – осторожно начала Ханджи – Вы… Вы, что, подумали, что я…       – А разве нет? – прямо спросил Леви.       – Оооо… Да как вам такое вообще в голову могло прийти?! – чуть ли не взвыла рабыня, прикрыв лицо руками – У меня всего лишь разболелась голова!       – Так, значит, ты не… – Аккерман все же решил задать так мучавший его вопрос.       – Нет. Со мной нет ничего того, о чем вы подумали – процедила сквозь зубы рабыня.       – Точно? – не отставал граф – Ты уверена?       – Точно. Я в этом абсолютно уверена.       – Может, все же, доктор Штраусс осмотрит тебя? – никак не мог угомониться брюнет.       – В этом нет необходимости – в очередной раз повторила рабыня – У меня просто болела голова, но я приняла снадобье, и теперь мне гораздо лучше.       – Что ж… Ладно… – Леви с подозрением посмотрел на девушку.       – Прошу меня извинить, Ваша Светлость – начал доктор Штраусс (он стоял поодаль, и не слышал того, что сказала Изабель) – Боюсь, я не совсем понял… Мне все же стоит осмотреть Ханджи?       – Как вы считаете, больна она или нет? – поинтересовался Аккерман, бросив сердитый взгляд на рабыню, та ответила ему тем же.       – Признаться, когда я только зашел в кабинет, меня слегка напугало то, какой бледной она была – ответил доктор – Но… Но Ханджи сказала, что уже выпила снадобье, и ей скоро станет легче. И… Вижу, ей и правда стало легче…       – Я же говорила – хмыкнула рабыня, ополаскивая свой кубок – У меня просто разболелась голова, но сейчас со мной все в порядке. Извините, если заставила вас беспокоиться обо мне.       – Тц, нашла о чем извиняться – фыркнул граф.       – Э… Ваша Светлость… – неуверенно начал Штраусс – Прошу меня извинить, но я так и не понял, чем вызван ваш визит…       – А! Вы об этом! – пробормотал брюнет – Ничего особенного… Просто… Изабель показалось, что Ханджи… – строгий взгляд в сторону смутившейся Магнолии – Серьезно больна…       – Вот мы и решили проверить, так ли это – пришел другу на выручку Фарлан – А также узнать… Не… Не… заразно ли это…       – Хорошо, что я ошиблась – тяжко вздохнула рыжеволосая.       – Да, хорошо – пробормотала себе под нос Ханджи, так, что слышать ее мог лишь стоявший рядом с ней Леви – Ваша Светлость… Доктор Штраусс… Господин Чёрч… Госпожа Магнолия… Если вы не против, то с вашего позволения…       – Куда-то торопишься? – как бы между прочим поинтересовался Аккерман.       – На кухню. Тетушка Агнес, наверное, уже обыскалась меня.       – Уверена, что хорошо себя чувствуешь? – спросил брюнет, с беспокойством посмотрев на рабыню – Может, стоит освободить тебя от работы сегодня?       – Нет-нет-нет! Не стоит! – запротестовала шатенка – Мне уже лучше, я вполне могу работать!       – Тц, и почему я не удивлен? – хмыкнул Аккерман – Ладно, все равно ведь не станешь слушать… Иди уже… Работай… – небрежно махнул он рукой.       Слегка склонившись в изящном реверансе, девушка поспешила удалиться.

***

      – Доктор Штраусс… Прошу прощения за это… недоразумение – сказал граф после ухода рабыни – Мне жаль, что мы вас побеспокоили.       – Бросьте, Ваша Светлость! Вам не за что извиняться! – поспешил заверить своего сюзерена доктор – Я рад, что ваши подозрения оказались беспочвенными.       – Да… Я тоже… – пробормотал брюнет – Что ж… Я, пожалуй, пойду… Я и так отнял у вас слишком много времени… Фарлан… Изабель… Идем…       – И что это все, черт возьми, было? – задался вопросом доктор после ухода графа, управляющего и старшей экономки.

***

      – Братец… Прости… Я… Я не хотела… – проскулила Изабель, пока они шли по коридорам замка – Я… Я, правда, думала, что…       – И хорошо, что ты ошиблась! – воскликнул Фарлан – Фух! У меня, право, гора с плеч! А у тебя, Леви? Леви? Ты нас, вообще слушаешь?       – А? Что? Вы что-то сказали? – встрепенулся Аккерман, который погрузился в свои мысли настолько, что, казалось, совершенно забыл о присутствии своих друзей.       – Ты… Ты не злишься на меня? – Магнолия уже чуть ли не плакала.       – О чем ты говоришь? За что мне злиться на тебя? – усмехнулся брюнет, слегка потрепав подругу по волосам.       – Ну… Ну… Я подумала, что…       – Ничего страшного. Ты просто ошиблась… С кем не бывает?       – Ты… Ты, правда, не злишься на меня? – с надеждой спросила девушка.       – Нет, конечно, глупая! Хватит уже накручивать себя! Все хорошо!       – Да, все хорошо! – широко улыбнулся Чёрч – Мы зря волновались! Правда, Леви? Леви, да что с тобой, черт возьми, такое?! – проворчал блондин, заметив, что его друг снова его не слушает.       – Фарлан… Изабель… – прошептал Аккерман – Прошу… Вернитесь в мой кабинет…       – А? В твой кабинет? – не поняла Изабель – А ты…       – Я скоро подойду – буркнул граф, перед тем как свернуть в один из коридоров.       – Братец! Ты куда? – Магнолия хотела было побежать за ним, но, когда она свернула за угол, она… никого не увидела… – Черт! Как же так? Он же только что был здесь!       – А чему ты удивляешься? – всплеснул руками Чёрч – Это же его замок! Он здесь каждый угол знает! Каждый потайной ход!       – Но куда он пошел?       – Правильнее будет сказать, к кому он пошел – пробормотал блондин – Идем, Изабель… Подождем его в кабинете…       – Фарлан… Почему он так делает? Неужели, он не понимает, что это неправильно? – пролепетала рыжеволосая.       – Если бы я знал, сестренка… Если бы я знал…

***

      Покинув кабинет доктора Штраусса, Ханджи бодро шла по коридорам замка в сторону кухни. От усталости не осталось и следа, напротив, шатенку просто переполняла энергия, ей хотелось куда-то бежать… что-то делать… ей казалось, что она может ВСЕ…       Да, она прекрасно понимала, что как только действие снадобье пройдет, ей станет плохо, ей станет ОЧЕНЬ плохо, возможно, даже намного хуже, чем ей было около часа назад, но… Ей было все равно…       Ведь…       Как же ей было хорошо сейчас!       А что до последствий ее довольно легкомысленного поступка (и далеко не единственного за последнее время, надо сказать)…       Я разберусь с этим… Потом… Наверное…       Она чуть ли не вприпрыжку направляется к кухне, когда…

***

      – Тц, ты не хочешь ничего мне рассказать? – неожиданно раздается холодный мужской голос.       – Ваша Светлость? – пискнула Ханджи, резко оборачиваясь.       Так и есть… Это он… Стоит прямо позади нее и пристально смотрит на нее своими холодными серыми глазами…       Словно…       Прямо в душу…       Черт! Да откуда он вообще взялся здесь?!       – Ты не хочешь ничего мне рассказать? – повторяет он.       – Э… Прошу прощения, Ваша Светлость… Но… Но, боюсь, я не совсем понимаю, о чем вы… – пролепетала девушка.       – Правда? – хмыкает Аккерман, в два шага преодолевая разделяющее их расстояние.       – Правда – кивает рабыня, искренне не понимая, что ее хозяину от нее понадобилось.       – С тобой точно все в порядке? – спрашивает он, пристально рассматривая ее.       – Да – уверенно отвечает шатенка – У меня просто…       – Болела голова – перебивает ее брюнет, продолжая чуть ли не прожигать ее взглядом – Да, я это уже слышал. То есть… – он делает глубокий вздох – То есть… Изабель ошиблась? И ты не…       – Я не беременна! – резко отвечает она, даже слишком резко – Простите, Ваша Светлость, это было грубо с моей стороны – она виновато опускает голову.       – Ничего. На твоем месте я бы тоже вышел из себя – хмыкнул граф.       – Не то слово! – хихикнула девушка – Особенно, если кто-то заподозрит вас в том, в чем заподозрили меня!       – Тц, я даже и не знаю, ЧТО бы я сделал с тем идиотом, которому бы подобная чушь в голову пришла – проворчал брюнет – Так, значит, с тобой все в порядке?       – Да, все нормально – закивала головой Ханджи.       – Хм. Да, вижу. Ты даже… Кажешься чересчур бодрой – и вновь эти серые глаза словно хотят прожечь в ней дыру.       – Правда? – слегка улыбнулась рабыня – А я даже и не заметила!       – По словам Изабель, ты была чуть ли не при смерти, а сейчас… Чуть ли ни на месте скачешь от нетерпения – нахмурился Леви.       – Госпожа Магнолия просто все немного… преувеличила – вздохнула шатенка – Даже и не знаю, с чего она вообще решила, что я…       – А ты… Ты в этом точно уверена? – взгляд Аккермана против воли переместился на ее живот.       – Ну, разумеется! – буркнула рабыня.       – Ханджи… Прости, что я затрагиваю эту тему, но той ночью… той ночью я был… я был… неосторожен… Все произошло так… неожиданно… Ни ты, ни я не принимали… никаких мер… Если из-за этого ты…       – Ваша Светлость… – девушка жестом попросила его остановиться – Уверяю вас, вам не о чем беспокоиться. После той ночи… На следующий день я… я… приняла кое-какие меры…       – Правда? – только и смог произнести граф.       – Ну, я же не дура – слегка улыбнулась рабыня – Да, вы правы, все произошло… неожиданно. Но… Чтобы избежать… нежелательных последствий, некоторые… меры иногда можно и принять… после.       – Ты уверена? – уточнил граф.       – Целиком и полностью – мягко улыбнулась Ханджи – Вам не о чем беспокоиться…       – Что ж… Если это говоришь ты, то мне и правда не о чем беспокоиться – усмехнулся брюнет – Прости меня…       – За что я должна вас прощать, Ваша Светлость? – не поняла рабыня.       – Это ведь я мужчина – хмыкнул Леви – Я должен был позаботиться об этом раньше.       – Ох уж эти мужчины и их безграничное желание все держать под контролем! – рассмеялась Ханджи – Знаете… Иногда все же стоит позволить кое-что решать и женщинам. С некоторыми вещами они могут справиться гораздо лучше, чем мужчины.       – Охотно верю, если эти женщины хотя бы немного похожи на тебя – усмехнулся Аккерман, бережно проведя кончиками пальцев по ее щеке – Ханджи…       – Да, Ваша Светлость? – пролепетала шатенка, положив свою ладошку поверх его руки.       – Ты… Ты сильно торопишься на кухню?       – А вы… Вам обязательно нужно возвращаться в ваш кабинет?       Ответ на оба эти вопроса был очевиден…

***

      – Мне пора… – чуть ли не в один голос произнесли мужчина и девушка, отступая друг на друга на пару шагов.       – Иди… А то тетушка Агнес скоро всполошит весь замок, пытаясь отыскать тебя – хмыкнул граф.       – То же самое сделают господин Чёрч и госпожа Магнолия, если вы не вернетесь к ним в ближайшее время – хихикнула рабыня.       – Это уж точно! – усмехнулся Леви – И… Ханджи…       – Да, Ваша Светлость?       – Узнай у доктора Штраусса, как готовить то снадобье, которое он дает моим фавориткам.       – Я и сама знаю, как его готовить – буркнула рабыня.       – Хорошо – одобрительно кивнул граф (это ему показалось, или в ее голосе он и правда уловил нотки ревности?) – Тогда… Приготовь его и… – его губы исказила хитрая ухмылка – Носи с собой несколько склянок! На всякий случай! А то… Мало ли!       И, прежде чем она успела хоть что-то ответить, его и след простыл…

***

      – Вот нахал! – в сердцах топнула ногой шатенка, оставшись одна – Нет, ну каков наглец! Хотя… Он прав… Надо бы приготовить этого снадобья… На всякий случай…       И, не переставая обзывать своего хозяина не самыми лестными словами, девушка поспешила на кухню. Бурлящая внутри нее энергия требовала выхода, и рабыня посчитала самым благоразумным направить ее на работу.

***

      – Ну, наконец-то! – воскликнул Фарлан, когда Леви (просто неприлично довольный Леви) переступил порог своего кабинета – А мы уже собирались идти тебя искать!       – Искать? Меня? А зачем вам искать меня? – поинтересовался Аккерман, усаживаясь за стол – Тц, и как я так умудрился? – буркнул он, заметив разорванный на двое лист бумаги, ранее бывшим докладом деревенского старосты.       – Ну, даже и не знаю – хмыкнула Изабель – Вдруг ты решил найти Ханджи, и…       – Да, я нашел ее – не стал отрицать граф.       – ЧТО?! – Чёрч и Магнолия явно не ожидали такого прямого ответа.       – Тц, не знаю, что вы там себе надумали, но я просто хотел убедиться, что ты и правда ошиблась, Изабель – пояснил брюнет – Я подумал, что Ханджи будет неловко говорить на такую… деликатную тему при вас и при докторе Штрауссе, вот и решил обсудить это с ней наедине.       – И как? Обсудил? – спросил блондин.       – Да – кивнул Леви – Она подтвердила свои слова. Так что…       – Бастарда в подоле она не принесет? Отлично, просто отлично! – вздохнул с облегчением Чёрч.       – Фух… Хорошо… А то я уже всю голову сломала, пока думала, что нам делать с этим ребенком! – пролепетала Магнолия, вальяжно развалившись в кресле.       – Тц, я даже и не знаю, что мне на это ответить – буркнул Аккерман, вновь возвращаясь к чтению доклада (вернее, того, что от него осталось).       Насчет этой ситуации у него были довольно… смешанные чувства.

***

      С одной стороны, когда Ханджи подтвердила, что не беременна, он испытал… облегчение. Брюнет никогда не понимал тех дворян, которые, «развлекаясь» с рабынями, не принимали каких-либо мер, и, в результате своей… небрежности, затем обзаводились целым выводком бастардов. Бастардов-рабов, ибо по законам Флеймкёра, если один из родителей был рабом, то и ребенок рождался рабом, в независимости от того, был ли его второй родитель свободным или нет, простолюдином или аристократом… Да хоть членом королевской семьи! Закон в этом случае был непоколебим… Нет, конечно, никто не запрещал аристократам дать свободу своим незаконнорожденным отпрыскам, но, как правило, такое случалось крайне редко. Разумеется, даже если бастарды и получали статус свободного человека, то претендовать даже на жалкие крохи наследства они не имели никаких прав. Но… Далеко не всех это устраивало… Наиболее честолюбивые бастарды того или иного дворянина, после ухода в мир иной их отца, могли серьезно усложнить жизнь своим законнорожденным единокровным братьям и сестрам, а также их матерям. Поэтому, дабы избежать подобного в будущем, аристократы предпочитали ничего не менять в жизни своих бастардов, спокойно наблюдая за тем, как кузнец закрепляет на запястьях детей металлические браслеты. Как правило, бастарды даже и не подозревали о том, кто их отец, их матерям под угрозой смерти было приказано не говорить детям правду, а если до бастардов потом и доходили какие-либо слухи, то никто не смог бы их ни подтвердить, ни опровергнуть. Так что… Им оставалось лишь гадать, правда это или нет… И, если большинство аристократов считало нечто подобное вполне вероятным развитием событий, то Леви был не согласен с ними. Совершенно не согласен…       Он бы не хотел, чтобы его ребенок, даже незаконнорожденный, был рабом, но и за то, что бастард, получив свободу, не попытался бы прибрать к рукам то, на что не имел никаких прав (Стоунфер, в том числе), ручаться не мог. Поэтому, в этой ситуации он видел один-единственный выход – никаких незаконнорожденных детей. Именно по этой причине все его фаворитки регулярно принимали особое снадобье, которое могло помешать им забеременеть. Также доктор Штраусс, бдительно следивший за здоровьем этих рабынь, всегда осведомлял своего сюзерена о том, когда возможность зачать ребенка той или иной фаворитке наиболее велика. В такие дни граф и на лигу не подходил к той девушке…       Да, что ни говори, а Аккерман принимал крайне серьезные меры, чтобы избежать появления на свет нежелательных незаконнорожденных детей.       И так было всегда…       Пока…       Пока он не провел ночь с Ханджи…

***

      В ту ночь в не вспомнил ни об одной из предосторожностей, за несоблюдение которых он, в любом другом случае, отправил бы в темницу и забывчивую фаворитку, и доктора Штраусса, который, возможно, по небрежности или из-за большой занятости, что-то позабыл, да даже Изабель, которая не соизволила лишний раз все перепроверить.       Но в случае с Ханджи… Но в случае с Ханджи ему было некого винить, кроме себя.       Ведь…       Ни Изабель, ни доктор Штраусс об этом даже ничего не знали (а доктор не знает и до сих пор, наверное…). А Ханджи… А Ханджи – не одна из его фавориток, поэтому она просто не может быть в курсе всех правил, которые обязаны соблюдать рабыни, перед тем, как отправиться в покои своего хозяина.       Поэтому…       Если бы он и «наградил» шатенку бастардом, то…       Это была бы его «оплошность»…       Его, и больше ничья…       Однако Ханджи снова удалось удивить его. Его рабыня оказалась гораздо более благоразумной, чем он. Она приняла меры, о которых он после той ночи (поистине потрясающей ночи) и думать забыл. В отличие от нее… Она сделала все возможное, чтобы его… безалаберность не привела к… неожиданным последствиям… И, тем самым…       Дала ему еще один повод восхищаться ею…       Да, благодаря действиям Ханджи, Леви может не беспокоиться о том, что у него через несколько месяцев появится бастард, который ему совершенно не нужен. И это не может не радовать, с одной стороны.       А с другой стороны…       А с другой стороны, Аккерман никак не может выкинуть из головы одну картину…

***

      Ханджи… Ханджи, которая неспешно ходит по коридорам замка, поддерживая рукой огромный живот... Или сидит на диване в его кабинете, а он в это время поглаживает этот огромный живот, чувствуя какие-то непонятные толчки изнутри... А также... Невероятно уставшая и растрепанная, но просто неприлично счастливая Ханджи, держит на руках маленький сверток, из которого доносятся едва слышные странные звуки… Она, не переставая улыбаться своей очаровательной улыбкой, передает ему этот сверток… Леви бережно принимает его, слегка откидывает ткань, и… смотрит на крохотное красненькое личико своего новорожденного сына или дочери… И… Просто не может поверить своему счастью…       Хотя… Подождите-ка…       Какое еще, к черту счастье?! Это бастард-то – счастье?! Да мне просто несказанно повезло, что Ханджи, в отличие от меня, хватило ума предотвратить… предотвратить… ЭТО! Счастье… То же, мне… счастье… И как мне такое только в голову пришло?!       Но… Где-то в глубине души… Так глубоко, что он и сам с трудом это осознавал…       Он чувствовал какую-то странную грусть, из-за того, что Ханджи все же не носила под сердцем его ребенка…

***

      – Братец! Братец! – из таких противоречивых раздумий его вырвал звонкий голос Изабель.       – А? Что? – встрепенулся брюнет – Ты что-то сказала? Прости, я… задумался…       – И о чем же? – хмыкнул Фарлан.       – Да так… Ни о чем особенном… – пожал плечами граф – Так на чем мы остан…       – Слушай, Леви, я все не никак не пойму… – перебил его Чёрч – Когда ты вернулся в кабинет, ты… был таким довольным.       – Прямо НУ ОЧЕНЬ довольным! – хихикнула Магнолия – Интересно… С чего бы это?       – Тц, не понимаю, о чем вы – буркнул Аккерман, вновь сосредоточившись на бумагах.       – А, может быть, ты был таким довольным, потому что… Снова обжимался по углам с той рабыней? – как бы между делом предположил Чёрч.       – Затащил ее в одну из комнат, и… – добавила Магнолия       – Фарлан! Изабель! Вы хотя бы думайте, о чем говорите! – рявкнул граф, в ярости ударяя кулаком по столу.       – Простите, Ваша Светлость, мы не хотели – пролепетали управляющий и старшая экономка, смиренно опустив головы. Они уже поняли, что, подшучивая над другом, они перегнули палку.       – Если вам так интересно, то… Нигде я с ней не обжимался – пробурчал Леви – И никуда я ее не затаскивал. Я… Я… Просто… Немного… Подразнил ее… – ухмыльнулся мужчина, вспоминая выражение лица рабыни, когда он произнес ТУ САМУЮ фразу…       Ее и без того большие глаза, казалось, стали еще больше… Длинные ресницы затрепетали… На щеках появился едва уловимый румянец… Дыхание участилось… Она принялась нервно покусывать нижнюю губы… Пальцы сжались в кулачки…       «Какая же она… очаровательная, когда злится! – думал брюнет – Какой характер! Какой пыл! Черт, да если бы у нее под рукой было что-нибудь тяжелое, то она бы запустила мне это в голову… Непременно запустила… А потом… Потом бы мне пришлось ее за это… наказать… Ох, что бы я тогда с ней сде…».

***

      – Подразнил? Что, значит, «подразнил»? – мысли графа, которые с каждой секундой становились все менее и менее приличными, неожиданно прервал голос управляющего.       – А? Да, ничего особенного. Не бери в голову – отмахнулся Аккерман – Просто слегка… подшутил над ней.       – А что она? – спросила рыжеволосая.       – Да ничего. Я сразу же ушел – пожал плечами брюнет – Так, ладно, хватит уже об этом. У нас с вами много дел – властным голосом объявил граф. Он бы с удовольствием и дальше бы размышлял об одной небезызвестной рабыне, но его обязанности никто не отменял – Для начала, давайте решим вопрос с поездкой в деревни Люмроуз и Дженебр…       Благо, Чёрч и Магнолия уже поняли, что их друг больше не намерен обсуждать свои «любовные похождения», поэтому, им ничего не оставалось, как продолжить обсуждать дела графства.

***

      Остаток дня прошел без каких-либо происшествий. За ужином к Леви, Фарлану и Изабель присоединились Эрен и Микаса. Госпоже Йегер уже стало намного лучше – она уже не была такой бледной, на щеках снова появился румянец, вернулся аппетит. Во время трапезы она принимала активное участие в беседе, подшучивала над мужем, сетовала, что ее кузен так до сих пор не выбрал себе жену,       – Тц, если ты снова затронула эту тему, значит, ты более чем здорова – проворчал граф.       Разумеется, все присутствующие были с ним согласны…       Вечером Леви немного прогулялся по саду вместе с кузиной и ее мужем, затем пару часов потренировался с мечом, и, около часа поработав в своем кабинете «на сон грядущий», с чувством выполненного на сегодня долга, отправился спать. Бал Невест был закончен, предприимчивые молодые леди и их не менее предприимчивые матери уже покинули поместье, а, значит, графу Аккерману ничто не мешало наконец провести ночь в своих покоях.

***

      На следующее утро, наскоро позавтракав, супруги Йегер собрались покинуть поместье.       – Микаса, ты точно уверена, что в состоянии отправиться с путь? – поинтересовался Леви, наблюдая за тем, как слуги складывают вещи его кузины и ее супруга в их карету.       – Ваша Светлость, вам не о чем беспокоиться – вздохнула миледи. Похоже, ранее этот же разговор у нее уже был с мужем – Вчера вечером Ханджи снова осмотрела меня и сказала, что со мной все в порядке. А сегодня утром меня осмотрел доктор Штраусс, и сказал то же самое! Да и… Мы с Эреном решили, что ближе к полудню остановимся в каком-нибудь городе или деревушке на постоялом дворе, а когда жара спадет, то снова отправимся в дорогу. К вечеру мы уже будем на озере Сайленто. Ночь проведем в замке тетушки Кушель, а, если с утра выедем пораньше, то к обеду уже вернемся в Уэйвмэр.       – Хм, похоже, у вас все схвачено – не мог не заметить Аккерман.       – Да, Ваша Светлость, вам не о чем беспокоиться – заверил его Эрен.       – Я передам тетушке Кушель, что у вас все хорошо. По большей части… – усмехается госпожа Йегер.       – Нажалуешься ей на меня? – хмыкнул брюнет.       – Придется – печально (да кого она обманывает!) вздыхает миледи – Она ждет от меня подробный рассказ о Бале Невест.       – И ты, конечно же, расскажешь ей ВСЕ? – уточняет граф, при этом его не может не радовать то, что его кузина совершенно ничего не знает о его… встречах с Ханджи, иначе… ему бы не поздоровилось...       – Разумеется.       – Что ж, все с тобой ясно – кивает Аккерман, уже представляя, как где-то через неделю получит от матери письмо, в котором она выскажет ему все, что она думает – Передай своей тете мои наилучшие пожелания, скажи, что я как-нибудь напишу ей.       – Она бы предпочла, чтобы вы наконец-то навестили ее – буркнула Микаса – И… Женились в конце-то концов!       – Тц, я говорил, что ты очень похожа на свою тетю? – проворчал Леви.       – Да! Говорили! И не раз! – усмехнулась госпожа Йегер – И… Полагаю, еще не раз скажете.       – Скажу, будь уверена – хмыкнул граф – Ну, что? Все готово? – спросил он у одного из рабов, которые укладывали вещи в карету.       – Да, Ваша Светлость – ответил раб.       – Похоже, что нам пора – слегка улыбнулась Микаса – Мы с Эреном благодарим вас за гостеприимство, Ваша Светлость – миледи присела в изящном реверансе, ее супруг склонился в почтительном поклоне.       – Не стоит благодарности – отмахнулся Аккерман – Как я уже говорил тебе, Микаса, этот замок всегда будет твоим домом. Ты можешь приезжать сюда всегда, когда захочешь. Как и ты, Эрен.       – Бла… Благодарю вас, Ваша Светлость – поспешно кивнул Йегер.       – Напиши мне, когда доберетесь до Уэйвмэра – попросил брюнет, слегка поцеловав кузину в лоб – Передай мои наилучшие пожелания доктору Йегеру, госпоже Карле, Зику и Елене.       – Обязательно, Ваша Светлость.       Итак… Все вещи были собраны, слова на прощание сказаны… И вот граф уже наблюдает за каретой, которая неспешно движется по тракту.

***

      Проводив Микасу и Эрена, а также последних оставшихся в поместье гостей, Леви решает немного прокатиться верхом – Демону не помешало бы немного развеяться, как и его хозяину, впрочем.       До конюшни мужчина решает дойти через фруктовый сад – слишком уж соблазнительный аромат спелых плодов доносится оттуда.       «Похоже, в этом году наш ждет богатый урожай – думает брюнет, внимательно рассматривая грушевое дерево, на ветвях которого уже вовсю наливаются сочные плоды – Надо бы велеть Фарлану разузнать, как с этим обстоят дела в других частях графства. Это поможет нам понять, потребуется ли кому-либо из моих подданных помощь, чтобы пережить зиму».       Аккерман уже собирался было сорвать с одной из нижних веток румяную грушу, как услышал какой-то странный шум в глубине сада. Оставив грушу и дальше висеть на ветке, граф неспешно побрел по тропинке туда, откуда и доносился этот шум.       Как он вскоре понял, шум шел со стороны той части сада, где преимущественно росли яблони. Рядом с одной из яблонь он обнаружил… Ханджи, которая, забравшись на деревянную лестницу, собирала яблоки с верхних ветвей.       «Ей бы стоит быть поосторожнее – нахмурился Леви, наблюдая за действиями шатенки, и непроизвольно морщась всякий раз, как лестница издавала противный скрип от каждого движения рабыни, именно этот звук и привлек его внимание – Судя по всему, эта лестница еще старше меня. Как бы она не развалилась ненароком…».       Однако, девушка, похоже, вовсе и не замечала того, что ее не слишком надежная опора находится на последнем издыхании. Напротив, она, как ни в чем не бывало, продолжала упорно тянуться за плодами, которые находились слишком высоко для нее.       «Да что с этой девчонкой не так?!» – раздраженно думает граф, когда Ханджи, вместо того, чтобы оставить в покое ярко-красное яблоко на одной из самых высоких веток, наоборот, упрямо тянется к нему.       – Ты что творишь, дура?! – рявкнул брюнет, когда рабыня, даже и не думая сдаваться, встает на носочки, не обращая ни малейшего внимания на какой-то странный треск.       – Прекрати немедленно, идиотка! – чуть ли не рычит граф, когда шатенка, упрямо продолжая свою «охоту» за яблоком, слегка подпрыгивает.       Неуловимое яблоко настолько занимает ее мысли, что она не слышит ни предупреждений своего хозяина, ни противного треска, который издает многострадальная лестница, она даже не замечает того, как опора уходит у нее из-под ног.       – Черт! Она же себе так шею свернет! – прошипел Леви, со всех ног бросаясь к своей неугомонной рабыне.       И как раз вовремя, ведь…       В этот самый миг, ступенька, на которой стояла девушка…       Разломилась надвое…

***

      Утро у Ханджи выдалось вполне обычным. Она проснулась в хорошем настроении, и хоть ей снова не удалось выспаться – бодрящее снадобье не давало ей никаких шансов погрузиться в сон, она с пользой провела время. Когда рабы, устроившись на своих тюфяках, отправились в страну сновидений, шатенка выскользнула из дортуара, и, стараясь идти как можно тише и незаметнее, добралась до заднего двора.       Как она и предполагала, ворота на заднем дворе практически не охранялись – ей удалось разглядеть лишь двоих зевающих стражников, которые, поболтав о всяких пустяках пару минут, зашли в небольшую неприметную хижинку, расположенную у одной из стен забора, и, видимо, предназначенную для того, чтобы караул мог хоть немного отогреться в морозные зимние ночи. Через еще несколько минут до слуха Ханджи донесся их дружный нестройный храп. Понаблюдав из своего укрытия еще несколько минут, рабыня поспешила вернуться в дортуар. Она и так уже узнала все, что хотела.       «Главные ворота находятся под постоянным наблюдением пятерых стражников – размышляла она, пока лежала на своем тюфяке и смотрела в потолок, сна по-прежнему не было ни в одном глазу, хотелось куда-то бежать, что-то делать, но сейчас это было невозможно, поэтому пришлось направить бурлящую внутри нее энергию на обдумывание малейших деталей предстоящего побега – Стражники сменяются каждые три часа, никто из них не оставляет свой пост ни на секунду – это она обнаружила во время своих предыдущих «ночных вылазок» – Другое дело – ворота на заднем дворе. Они практически не охраняются. Да и зачем? Добраться до них снаружи крайне сложно, слишком уж густые заросли, даже заяц незамеченным не проскочит. Весной и осенью, полагаю, там можно утонуть в грязи, а зимой в снегу. Поэтому… И в охране практически нет нужды. Караул там выставляют лишь для вида, не более… А это значит… А это значит, что никто даже и не заметит, как я выйду из заброшенной башни… Никто меня ни увидит и ни услышит…».       И лишь в очередной раз повторив про себя с десяток способов, как бы ей проникнуть в башню, и так и не решив, какой из них подойдет лучше всего, она наконец-то погрузилась в сон.       В это время на востоке показался первый луч солнца…

***

      И, хоть Ханджи и поспала от силы лишь пару часов, чувствовала она себя прекрасно, спасибо тому «чудесному» отвару. Его действие уже не было таким, каким было днем ранее, о чем ей говорило легкое, едва заметное головокружение, которое, как она прекрасно знала, к вечеру снова станет невыносимым.       «После обеда нужно будет выпить еще» – подумала девушка, разжигая очаг на кухне. Пора готовить завтрак.       От той суеты, которая царила на кухне во время Бала невест, не осталось и следа. Нет, разумеется, работники кухни и в обычные, ничем не примечательные дни, никогда не сидели без дела, но им уже не было нужды носиться из кладовых на птичник, в сад или на скотобойню и обратно, остервенело работать ножом и вытаскивать из пышущего жаром очага один котел за другим. Нет, в то утро все было гораздо спокойнее. Но… Тетушка Агнес всегда могла найти занятие своим подчиненным…       – Ханджи, будь добра, сходи в сад и набери яблок побольше – распорядилась повариха.       – Хорошо, тетушка Агнес – кивнула шатенка, вытаскивая из печи свежеиспеченный хлеб – Каких набрать? Красных? Желтых? Зеленых?       – Без разницы – пожала плечами женщина – Из кислых яблок мы будем делать сидр, а сладкие пойдут на джем. Бери любые, потом разберемся.       – Хорошо, как скажете – ответила девушка, хватая большую корзину и выбегая из кухни.

***

      Оказавшись в саду, рабыня, выбрав одну яблоню, чьи ветви уже клонились к земле под тяжестью плодов, принялась «освобождать дерево от его ноши». Вскоре плоды с нижних веток благополучно перекочевали в корзину. Пришла пора заняться яблоками, висевшими повыше.       Ханджи была довольно высокой девушкой, но и ее роста не хватало, чтобы дотянуться до верхних ветвей. Поняв это, она притащила к яблоне первую попавшуюся ей на глаза лестницу. На редкость старую лестницу.       «Я не слишком тяжелая, она должна выдержать» – подумала шатенка, ловко забираясь по потемневшим от времени деревянным ступенькам. Каждый ее шаг сопровождался противным скрипом многострадальной деревяшки, который рабыня благополучно проигнорировала.       Какое-то время она преспокойно себе срывала яблоки и кидала их в корзину, постепенно поднимаясь по лестнице все выше и выше. Наконец, она оказалась на самой верхней ступеньке. Рабыня уже сорвала все яблоки, до которых могла дотянуться, и уже собиралась было спуститься, когда увидела ЕГО…

***

      Большое… Красное… Спелое яблоко… Оно так и манило к себя…       «И как я тебя раньше не заметила?» – подумала девушка, потянувшись к сочному плоду.       Однако…       Все оказалось гораздо сложнее, чем она думала…       Яблоко висело слишком высоко, она не могла дотянуться до него даже с верхней ступеньки.       По-хорошему бы ей стоило оставить это яблоко в покое, оно ведь все равно рано или поздно упадет с ветки, но…       Ханджи не была намерена так просто сдаваться…       Поначалу она, ухватившись за ближайшие ветки, попыталась дотянуться до того яблока, но… Оно все равно было слишком высоко! Тогда она, совершенно позабыв о том, что ее лестница находится в… не самом лучшем состоянии, приподнялась на носочки (откуда-то послышался чей-то недовольный голос, но шатенка была настолько поглощена тем, чтобы добраться до того злосчастного яблока, что не разобрала ни слова), но и этого было недостаточно!       «Нет, ты не уйдешь от меня! Я тебя все равно достану! Вот увидишь!» – подумала рабыня, слегка оттолкнулась ногами от ступеньки, при этом она как-то подзабыла, что стоит не на твердой земле, а на шаткой полуразвалившейся лестнице (раздался очередной раздраженный возглас, но она снова не обратила на него никакого внимания).       И вот, когда кончики ее пальцев практически дотронулись до гладкой красной кожицы, она услышала какой-то громкий противный треск.       А затем… А затем земля ушла у нее из-под ног…

***

      – Ой! – пискнула девушка, когда, не ощутив под ногами опору, она потеряла равновесие и начала падать вниз.       Рабыня уже приготовилась было к жесткому «столкновению» с землей, но…       Его не последовало…

***

      – Тц, и почему от тебя вечно столько проблем? – послышался мужской голос.       Такой знакомый голос…       – А? Ваша Светлость? – она с удивлением смотрит на своего хозяина. На своего крайне недовольного хозяина. И недоволен он, судя по всему, ею – А что… Что вы здесь делаете? – спрашивает она, не подумав.       – Да вот, ловлю падающих упрямых девиц – хмыкает мужчина.       – Что вы… – и тут она наконец-то понимает, почему так и не свалилась на землю, как должна была.       Ведь…       Ее крепко держат сильные мужские руки…       – Вы… Вы поймали меня? – едва слышно шепчет все еще не верящая в происходящее рабыня.       – Ну, разумеется, поймал! – раздраженно фыркает граф – Иначе ты бы точно расшибла свою чертовски упрямую башку!       – Нет. Я бы, скорее, сломала бы руку или ногу. Возможно, ушибла бы спину. Не думаю, что моя, как вы там сказали, чертовски упрямая башка пострадала – как ни в чем не бывало ответила Ханджи.       – Тц, и ты так спокойно говоришь об этом? – проворчал Леви.       – Ну, да. А что в этом такого?       – Действительно, что в этом такого? – продолжает бурчать себе под нос Аккерман.       – Э… Ваша Светлость…       – Что?       – Я… Правда, благодарна вам за то, что вы… что вы поймали меня… – залепетала девушка – Но… Но не могли бы вы отпустить меня?       – А? – брюнет только сейчас заметил, что до сих пор держит это обманчиво хрупкое тельце в своих объятиях. И… Отпускать его от себя совершенно не хотелось… Совсем… Но… Так было надо… – Стоять-то хоть сможешь? – буркнул он.       – Я этого не узнаю, пока вы не отпустите.       – Что ж, полагаю, ты права – кивнул граф, наконец отпуская свою «ношу» – Все хорошо? Ты не ушиблась? – поинтересовался он, внимательно осматривая девушку с головы до ног.       – Я в порядке, спасибо – слегка улыбнулась шатенка.       – Тц, и о чем ты только думала, когда полезла на эту рухлядь? – Леви с нескрываемым отвращением посмотрел на лестницу. Вернее, на то, что от нее осталось – Что, не могла найти ничего получше?       – Она просто первой попалась мне на глаза – пожала плечами Ханджи – Да, она выглядела не очень… надежной, но я посчитала, что она сможет выдержать меня. Я не думала, что я такая тяжелая – грустно усмехнулась она.       – Ты вовсе не тяжелая – не согласился Аккерман – Но эта… рухлядь – очередной злобный взгляд на ни в чем не повинную лестницу – Не выдержала бы и кошку!       – Простите… – печально вздохнула шатенка.       – За что? – не понял граф.       – Мне жаль, что я доставила вам столько неудобств – виновато опустила голову рабыня.       – Тц, нашла из-за чего извиняться – буркнул мужчина – Ты причинила бы намного больше неудобств, если бы я не поймал тебя, и ты бы себе что-нибудь сломала! Доктору Штрауссу пришлось бы возиться с тобой! Тетушке Агнес пришлось бы обходиться без тебя! Изабель бы пришлось найти кого-нибудь, кто бы работал на кухне, пока ты поправляешься! – о том, какой ужас нахлынул на него, когда он увидел падающую девушку, а также о том, какое облегчение испытал, когда все же успел подхватить ее тело, брюнет предпочитал не упоминать.       – Тогда… Тогда хорошо, что вы проходили мимо и помогли мне. Я вам очень признательна за это – тепло улыбнулась Ханджи, склонившись в изящном реверансе.       – Тц, да будет тебе – проворчал Леви, отводя взгляд, он не хотел, чтобы она увидела легкий румянец, который, как он чувствовал, появился на его щеках, вместо этого он принялся нарочито внимательно изучать яблоню – Ну, и где то чертово яблоко, из-за которого ты чуть было не свернула себе шею? Что-то я его не вижу.       – Ваша Светлость, вот же оно – усмехнулась рабыня.       – А? – не понял Аккерман, снова оборачиваясь к девушке.       И, действительно, в руках у шатенки было большое ярко-красное яблоко. То самое яблоко…

***

      – Тц, добилась своего, значит! – ухмыльнулся граф.       – А то! – победоносно улыбнулась Ханджи, аккуратно положив яблоко к другим его «собратьям» в корзину.       – И куда тебе их столько? – поинтересовался мужчина, окидывая взглядом корзину, доверху заполненную яблоками.       – Мы будем делать сидр, а еще варить джем – пояснила шатенка, бросая в корзину еще несколько плодов, которые упали в траву.       – Ясно – кивнул граф – Ты уже закончила? Или еще будешь лазать по деревьям и ломать лестницы?       – Нет, думаю, пока хватит – хихикнула рабыня.       – Тогда… Давай уже отнесем это на кухню – сказал Леви, прежде чем подхватить корзину.       – Ваша Светлость! Не стоит! – запротестовала Ханджи – Я и сама могу отнести ее!       – Тц, и как ты себе это представляешь? – проворчал Аккерман – Она весит больше, чем ты!       – Неправда! – не согласилась девушка.       – Поверь, я знаю, о чем говорю. Ведь… Я только что держал тебя на руках – ухмыльнулся брюнет.       – Вы преувеличиваете – буркнула шатенка – Она не такая уж и тяжелая.       – Как и ты – ответил мужчина – И как тебя только ветром не сдувает?       Ответом ему был крайне недовольный взгляд карих глаз.       «Черт, какая же она хорошенькая, когда злится! Просто глаз не оторвать!» – думал граф, окидывая далеко не двусмысленным взглядом свою рабыню       – Ваша Светлость… Прошу вас, отдайте мне корзину – процедила сквозь зубы шатенка, в бессилии сжав кулаки – Я и сама могу донести ее.       – Возможно и можешь – кивнул Леви – Но… Лучше я сам.       – Но… Я…       – А будешь спорить со мной… Я закину тебя на плечо и потащу твою тощую задницу на кухню вместе с корзиной. Поняла меня?       – Поняла – пробормотала себе под нос Ханджи – Как пожелаете, Ваша Светлость. И… – она окинула его очередным недовольным взглядом – Моя задница совсем не тощая! – заявила рабыня, прежде чем чуть ли не бегом ринуться в сторону кухни.       «А ты права, совсем не тощая – не мог не заметить граф, внимательно рассматривая спину шатенки, точнее, не совсем спину – Хотя… Трудно сказать… Из-за этого платья я совсем ничего не вижу…».

***

      – О! Ты уже вернулась! – воскликнула тетушка Агнес, едва ее помощница показалась на пороге – А где яблоки? – нахмурилась повариха, заметив, что девушка пришла с пустыми руками.       – А они…       – Доброе утро, тетушка Агнес – вдруг раздался спокойный мужской голос, а затем из-за спины шатенки показался сам граф Аккерман, собственной персоной.       – Ваша Светлость? – пискнула старшая рабыня – Доб… Доброе утро – она поспешно склонилась в почтительном поклоне перед своим хозяином. Другие рабы (за исключением Ханджи) в точности повторили за ней – Это такая честь! Чем могу служить?       – Не подскажите, куда я могу поставить эту корзину? – поинтересовался брюнет.       – Кор… Корзину? – не поняла женщину.       – Да, корзину. Корзину с яблоками, которые собрала Ханджи – пояснил Леви.       – Э… Да просто оставьте возле порога. Мы потом сами разберемся – промямлила повариха.       – Ладно – пожал плечами Аккерман, поставив корзину на пол.       – Вам не стоило так утруждать себя, Ваша Светлость. Ханджи и сама могла справиться – вздохнула повариха, бросив грозный взгляд на свою помощницу.       – Я ему то же самое сказала – проворчала шатенка.       – Хм, что-то я в этом сомневаюсь – не согласился граф – Тетушка Агнес, вы ее вообще кормите? – усмехнулся он, окинув молодую рабыню насмешливым взглядом, та в ответ на это лишь обиженно поджала губы – Да она бы эту корзину даже с места сдвинуть не смогла бы!       – Это неправда! – возразила шатенка. И, прежде чем кто-либо успел хоть что-нибудь ответить, она резко схватила корзину и отнесла ее к одному из столов – Вот! Видите! Я вполне способна ее поднять!       – Тц, и надорвать себе при этом спину – проворчал мужчина.       – С моей спиной все в порядке – буркнула рабыня, хотя, в одном он все же был прав – корзина и правда была слишком тяжелой для нее. Благодаря выпитому снадобью она практически не чувствовала боли, но она прекрасно знала, что как только его действие закончится, ее ждет расплата, спина ей явно не скажет спасибо за эту выходку.       – Ханджи! Да как ты смеешь так разговаривать с Его Светлостью?! – рявкнула повариха – Ваша Светлость… Прошу вас, простите ее – смиренно опустила голову старшая рабыня – Она бывает на редкость упрямой, когда кто-либо считает, что она не в состоянии справиться с какой-либо работой.       – Ничего, это я уже понял. И я вовсе не сержусь на нее. Наоборот… – губы Леви исказились в хищной ухмылке – Такое… упорство похвально… Очень похвально… Но… Все же не стоит переоценивать свои возможности. Ты поняла меня? – в его голосе послышались едва уловимые нотки угрозы.       – Как прикажете, Ваша Светлость – процедила сквозь зубы рабыня, принимаясь перебирать яблоки.

***

      – Тетушка Агнес, как вы думаете, вы сможете обойтись сегодня без Ханджи? – как бы между прочим поинтересовался Леви, с трудом отводя взгляд от шатенки, которая продолжала остервенело перебирать яблоки (что-то ему подсказывало, что она еле сдерживается, чтобы не швырнуть одно из них ему в лоб).       – А? Что, простите? – не поняла повариха. Молодая рабыня, надо сказать, была не в меньшем замешательстве, она даже ненадолго отвлеклась от своей работы.       – Мне нужна ее помощь в одном деле – пояснил брюнет, довольно правдоподобно делая вид, что изучает убранство кухни. Ханджи, однако, это нисколько не обмануло.       Что этот коротышка вообще задумал? Для чего это я ему понадобилась?       – Э… Ну, если надо… – замялась тетушка Агнес, в растерянности переводя взгляд со своего хозяина на свою помощницу и обратно – То… То, конечно…       – Так вы не против освободить Ханджи от работы на сегодня? – спросил граф, уже прекрасно зная, какой ответ получит.       – Н… Нет, не против – помотала головой повариха. Для нее, как и для всех рабов, просьба хозяина всегда воспринималась не иначе, как приказ.       – Прекрасно! – ухмыльнулся брюнет – Тетушка Агнес, мне, право, так неловко, что я лишаю вас на сегодня помощницы…       «Да кого ты обманываешь?! – подумала шатенка, как ни в чем не бывало продолжая заниматься яблоками – Ни черта тебе не неловко, наглец!».       – Ваша Светлость… Не стоит… – смутилась старшая рабыня.       – Но мне все равно так неловко… – продолжил Леви, сделав вид, что совершенно не замечает яростные взгляды, которые кидает на него Ханджи – Поэтому… Чтобы вас не слишком утруждать… Вы не могли бы приготовить сегодня на обед, да и на ужин, что-нибудь легкое и простое?       – Ваша Светлость! Прошу вас, не беспокойтесь! – всплеснула руками повариха – Уверяю вас, мы и без помощи Ханджи можем приготовить вам достойный обед и уж…       – Нет, не нужно – перебил ее Аккерман – Я, признаться, несколько подустал от… изысканных блюд, которые подавали во время Бала. Нет, не переживайте, тетушка Агнес, к вашей стряпне у меня нет никаких нареканий! – поспешил пояснить он, заметив, как погрустнело лицо женщины – Просто… Думаю, для меня будет лучше немного… воздержаться от жирной пищи. Как и для всех остальных. Да и… Сейчас, когда стоит такая жара… Нам стоит быть более сдержанными… Вы так не считаете?       – Конечно, вы абсолютно правы, Ваша Светлость – согласилась тетушка Агнес.       – Значит, решено! – кивнул граф – Ханджи…       – Да, Ваша Светлость? – деланно вежливым голосом поинтересовалась шатенка.       – Если у тебя остались еще какие-либо дела на кухне, то… Заканчивай с ними поскорее. Тетушка Агнес… Хорошего вам дня! – и, не сказав больше ни слова, Его Светлость поспешил удалиться.

***

      – Это что сейчас вообще было? Что ты натворила? Что ему нужно от тебя? Почему он снова таскает за тебя тяжести? – едва их хозяин покинул кухню, как тетушка Агнес набросилась на свою помощницу с вопросами.       – Я не знаю – ответила Ханджи. И это был ответ на все вопросы старшей рабыни – Я не делала ничего особенного, просто собирала яблоки в саду, потом лестница подо мной сломалась, я начала падать, Его Светлость оказался рядом и поймал меня, потом, как ни в чем не бывало, схватил корзину и потащил ее на кухню!       – Так… Подожди! – воскликнула повариха – Прошу… Помедленнее! Я ничего не разобрала!       – Хорошо… – кивнула молодая рабыня.

***

      – Девочка моя… Я… Я ничего не понимаю… – прошептала тетушка Агнес, когда ее помощница вновь повторила свой рассказ.       – Поверьте, я понимаю не больше вашего – вздохнула шатенка – Я… Я не понимаю его, тетушка Агнес! Не понимаю, что ему нужно от меня!       – Эх, Ханджи… – грустно улыбнулась повариха – Я знаю Его Светлость всю жизнь. Еще с тех пор, когда он был ребенком и тайком пробирался на кухню, чтобы попросить меня заварить ему его любимый чай. Но… Я тоже до сих пор не понимаю, что у него на уме… Да и… Как это вообще возможно? Он ведь – правитель… Куда нам, простым рабам, до него?       – Да уж… Куда нам… – проворчала молодая рабыня, вновь вернувшись к яблокам.       – Э… А что ты делаешь? – не поняла тетушка Агнес, с недоумением наблюдая за действиями своей помощницы.       – Перебираю яблоки – как ни в чем не бывало ответила молодая рабыня, ни на секунду не отвлекаясь от работы – Мы же собирались делать сидр и…       – Ханджи! Забудь ты про сидр! – резко перебила ее повариха – Ты, что, забыла?! Его Светлости нужна твоя помощь!       – Нет, я прекрасно помню это – кивнула шатенка, до сих пор теряясь в догадках, что же ее хозяину от нее понадобилось – Но я также помню и то, что он сказал мне закончить мою работу на кухне. А…       – Да ты не один час провозишься с этими чертовыми яблоками! – проворчала старшая рабыня – Ты же не собираешься заставлять Его Светлость ждать тебя?       «Было бы неплохо. Заодно бы поставила этого наглого коротышку на место. Мне бы это, конечно, дорого обошлось, но… Думаю, оно бы это стоило. Определенно стоило» – незаметно, так, чтобы повариха ничего не увидела, улыбнулась своим мыслям молодая рабыня.       – Тетушка Агнес, я, правда, думаю, что мне стоит сначала законч…       – И слушать ничего не желаю! – резко перебила ее старшая рабыня – Ты, что, не слышала Его Светлость?! Ему нужна твоя помощь, поэтому… Иди уже! Не смей заставлять его ждать!       – Но…       – На сегодня твоя работа закончена, Ханджи – тоном, не терпящим возражений, объявила повариха – Иди уже!       – Хорошо, тетушка Агнес, как скажете – пожала плечами шатенка. Она совершенно не обижалась на старшую рабыню, в конце концов, та была ни в чем не виновата.       В отличие от…       От, черт его возьми, графа Леви Аккермана…       – Ох, не к добру это, не к добру – тяжко вздохнула тетушка Агнес, когда ее помощница, подхватив свою сумку, покинула кухню – Будь осторожна, девочка моя. И, прошу тебя, ради твоего же блага, сдерживай тебя… Однажды твой крутой нрав доведет тебя до беды… Непременно доведет…

***

      Оказавшись на улице, рабыня ненадолго задумалась, где же ей искать своего хозяина.       «И куда он, интересно, делся?! – с раздражением подумала шатенка, оглядываясь по сторонам – И какого черта ему вообще от меня понадобилось?! Помощь ему моя нужна, конечно! Да ему достаточно лишь щелкнуть пальцами, и к нему со всех сторон сбегутся сотни его рабов! Да…».       – Я смотрю, ты не особо торопилась – ход ее мыслей неожиданно нарушил хрипловатый мужской голос.       Оглянувшись, она с удивлением обнаружила своего хозяина, который, как ни в чем не бывало, стоял, прислонившись к каменной стене, и чуть ли не пожирал свою рабыню своими пронзительными серыми глазами.       – Ваша Светлость… – сухо произнесла Ханджи – А что… что вы здесь делаете?       – Тебя жду, неужели не понятно – хмыкнул Леви.       – Меня? Ждете? – такого она явно не ожидала.       – Ну, да – пожала плечами граф – На случай, если ты решила проигнорировать мою… просьбу и остаться на кухне.       – Неужели вы думаете, что я могла бы поступить так с вами? – поинтересовалась шатенка.       – Вот только не говори, что такая мысль не приходила тебе в голову – ухмыльнулся Аккерман.       – Я… Я не… – от этих слов девушка просто опешила – Я бы не посмела пойти против вашей воли – это было трудно, но она все же смогла взять себя в руки.       – Что ж, очень на это надеюсь – хмыкнул мужчина.       – Так… В чем именно вам потребовалась моя помощь, Ваша Светлость? – задала она интересующий ее вопрос.       – Следуй за мной – приказал граф.       Ей ничего не оставалось, как подчиниться. Как вскоре выяснилось, он привел ее к конюшне.

***

      – Демон! Как же я рада видеть тебя, мой хороший! – Ханджи даже и не пыталась скрыть своей радости, обнимая гнедого жеребца за шею. Конь, который так же был рад встрече, как и его «подруга», приветствовал ее довольным ржанием.       – Ну, что, поздоровались? – поинтересовался Леви – А теперь, будь добра, отойди. Мне нужно его покормить и почистить.       – Ваша Светлость, могу я помочь вам? – предложила рабыня.       – Нет, не стоит. Я сам – покачал головой Аккерман – Подожди, пока я закончу.       – Хорошо. Как пожелаете – пожала плечами шатенка.       Пока ее хозяин занимался своим конем, девушка решила повидать еще одного своего «друга».

***

      – Вьюга! Какая же ты красавица! – воскликнула девушка, поглаживая шелковистую гриву молодой кобылы – От поклонников, наверное, отбоя нет!       – О, и не говори, Ханджи! – усмехнулся Фред, главный конюх, осматривающий копыто Жозефины, лошади Изабель – Мы стараемся держать ее подальше от жеребцов, а то они уже начинают проявлять к ней… особый интерес. А она еще слишком молода, чтобы понять, что им от нее требуется.       – И, правильно! – одобрительно кивнула шатенка – Она еще совсем дитя! Пусть еще немного побудет ребенком…       – Не могу не согласиться – ответил Фред – Ваша Светлость, вам нужна моя помощь? Подкова Жозефины в ужасном состоянии, мне нужно отвести ее на кузницу, чтобы Дункан разобрался с этим.       – Хорошо, иди – кивнул граф, расчесывая хвост своего коня, пока тот преспокойно себе жевал овес – А что с кобылой? – спросил он, заметив, что Жозефина немного прихрамывает.       – Она слегка отбила себе копыто. Госпожа Магнолия мельком обмолвилась, что Жозефина запнулась во время их вчерашней прогулки, но сказала, что это ничего страшного.       – Тц, я скажу Изабель, чтобы она внимательнее относилась к своей лошади – буркнул граф.       – Спасибо вам, Ваша Светлость! – просиял Фред. Он обожал лошадей, они были смыслом его жизни, и он беспокоился о них, как о собственных детях – С вашего позволения…       – Иди уже – махнул рукой Леви – Ты уже наболталась с твоей подружкой? – обратился он к Ханджи, когда они остались вдвоем (не считая лошадей, которые отдыхали в своих стойлах).       – Э… Да – кивнула девушка, продолжая поглаживать гриву довольно фыркающей Вьюги.       – Тогда идем – хмыкнул граф, выводя из стойла уже полностью оседланного Демона.       Шатенке ничего не оставалось, как последовать за своим хозяином.

***

      – Ваша Светлость… Могу я задать вам вопрос? – спросила девушка.       – Да, конечно, спрашивай – ответил брюнет, проверяя седло и поводья.       – Зачем я здесь? Если бы вам нужна была помощь, вы могли бы обратиться к любому из ваших рабов. Тогда… Зачем вам я? – прямо спросила она.       – А я все ждал, когда ты задашь этот вопрос – хмыкнул мужчина – Ханджи… Дело в том… Дело в том, что я был не совсем честен с тобой…       – А? Что? – удивилась шатенка – Ваша Светлость, боюсь, я не совсем поняла вас.       – Я сказал, что мне нужна помощь, чтобы у тетушки Агнес и у остальных не возникло ненужных вопросов – пояснил Леви.       – А какова истинная причина того, что вы вытащили меня с кухни? – поинтересовалась рабыня.       – Я подумал… Что пора исполнить обещание, которое я дал тебе.       – Обещание? – нахмурилась рабыня – Какое еще обещание? Вы мне ничего не обещали.       – Ты уже забыла? – усмехнулся граф – Помнишь, я обещал свозить тебя на прогулку в лес?       – А? Вы… Вы про тот случай, когда я зашивала вашу рану? – вспомнила Ханджи.       – Именно!       – Но… Ваша Светлость… Я… Я думала, что вы говорили это несерьезно! – воскликнула шатенка – Я ведь просто пыталась отвлечь вас от боли! Вы вовсе не обязаны…       – Но я так хочу – перебил ее Аккерман – Ну… Так, что… Ты не против прогуляться со мной? – слегка улыбнулся мужчина, похлопывая по седлу.       – Ну… Я…       – В чем дело, Ханджи? – лицо графа мигом помрачнело, когда он заметил ее нерешительность – Что тебя беспокоит?       – Я… Я не знаю… Это… Это… Как-то… неправильно… – залепетала шатенка, неосознанно отступая назад – Зачем вам это, Ваша Светлость? Ведь я… Я всего лишь рабы…       – Ты – девушка, с которой я хочу прогуляться по лесу – вновь перебил ее Леви – Ханджи… Послушай… – он бережно взял ее за руку – Давай не будем думать о том, что правильно, а что нет. Мне… Мне нравится проводить время с тобой… И… – он слегка улыбнулся ей – Что-то мне подсказывает, что тебе тоже нравится мое общество. Я прав?       – Да, вы абсолютно правы, Ваша Светлость – смущенно улыбнулась рабыня – Мне.. Мне очень нравится, когда вы… когда вы… – начала мямлить девушка.       – Так, значит, ты не против немного прогуляться со мной? – спросил брюнет. Ему доставляло невыразимое удовольствие смущать ее, но… Еще больше он хотел, чтобы рядом с ним она не чувствовала ни малейшей неловкости, а это невозможно, если она и дальше продолжит что-то бормотать себе под нос, заливаясь краской.       – Хорошо, я не против – мягко улыбнулась шатенка. Если у нее и были какие-либо сомнения, то она старалась не заострять на этом внимание.       «Это мой шанс – размышляла Ханджи – Так я смогу немного осмотреться в лесу, узнать, какие растения там растут, какие животные встречаются, какие тропы безопасны, а от каких следует держаться подальше. Если после побега мне поначалу придется прятаться в лесу, это мне поможет. Очень поможет».       О том, что прогулка в лесу – это также прекрасная возможность побыть с ее хозяином наедине, она старалась не думать.       Ну… Почти…

***

      – Тогда идем? – граф протянул ей руку.       – Идем… – она без тени сомнения вложила свою ладошку в его руку.       – Тебе уже приходилось ездить верхом? – спросил Леви, подводя Ханджи к Демону.       – Да. Но это было так давно – ответила шатенка.       – Что ж, ясно – кивнул граф – Значит, тебе придется многое вспомнить.       – Да, навер… Ой! Ваша Светлость, что вы делаете? – чуть ли не пискнула рабыня, когда ее хозяин вдруг ни с того, ни с сего, подхватил ее на руки.       – Сажаю тебя на Демона, неужели не понятно! – буркнул Аккерман, усаживая ее в седло – Извини, дамского седла я не нашел.        – Ничего страшного. Оно все равно жутко неудобное – сказала девушка – Демон, постой, пожалуйста, пару минут смирно – конь, который до этого нетерпеливо бил копытом о землю, ожидая, когда его хозяин наконец-то даст команду пуститься вскачь, вдруг встал, как вкопанный – Умница! – воскликнула шатенка, к удивлению графа, ловко перекидывая ногу через седло, и поправляя подол платья – Какой же ты у меня хороший мальчик! – она слегка погладила жеребца по гриве. Тот отозвался на это радостным ржанием.       – Хм, давно не ездила верхом, говоришь? – нахмурился брюнет, слишком уж уверенно она держалась в седле.       – Некоторым вещам просто невозможно разучиться – прошептала рабыня, опустив взгляд.       – А почему ты сказала, что дамское седло неудобное? – как бы между делом поинтересовался мужчина.       – Я несколько раз видела, как женщины ездили в нем – пожала плечами девушка, мигом догадавшись, что он пытается подловить ее – Мне показалось, что это не слишком-то и удобно.       – Возможно, в этом есть смысл – хмыкнул Леви, он понял, что его уловка не сработала – Что Изабель… Что Микаса… Обе всегда наотрез отказывались от дамского седла, как бы моя мать их не уговаривала. Хотя… Она и сама его не особо жаловала.       – Вот видите! Значит, я оказалась права! – весело воскликнула Ханджи.       – Не спорю – усмехнулся Аккерман, он прекрасно понимал, что она что-то скрывала от него, уходила от темы, а он, конечно же, мог и дальше настаивать, даже приказать сказать ему правду, но… Он не стал…       «Она все еще не доверяет мне… Не хочет говорить мне о себе… – с грустью подумал брюнет – Ну, ничего, Ханджи… Я все понимаю… Надеюсь, однажды ты все же решишься открыться мне. Я не буду торопить тебя… Просто знай… Я рядом».       Вслух этого он ей, конечно же, не сказал…

***

      – Ну, что, готова? – спросил он, ловко запрыгивая на спину своего коня.       – Готова! – уверенно ответила рабыня.       – Не бойся, мы с Демоном будем ехать помедленнее. Так что, тебе не о чем беспокоиться.       – Э… Ваша Светлость…       – Да?       – Я помню, вы говорили, что Демон – очень быстрый конь.       – Это верно, за ним никто не может угнаться – кивнул граф, слегка похлопав жеребца по крепкой шее.       – Тогда… Тогда зачем нам ехать помедленнее? – поинтересовалась шатенка – Пусть скачет во всю прыть!       – Ты уверена? – решил уточнить граф – Демон ОЧЕНЬ быстрый. Даже не представляешь насколько. Такая скорость… Она может напугать тебя.       – Не напугает – помотала головой рабыня – Не переживайте, я не буду визжать, как недалекая девица.       – Я в этом нисколько не сомневался – усмехнулся мужчина – Ну… Если ты и правда так решила… То… Мне остается лишь попросить тебя об одном…       – О чем, Ваша Светлость?       – Держись крепче – хмыкнул Леви, и, почувствовав, как руки Ханджи сомкнулись на его поясе…       Он пришпорил коня и резко дернул за поводья…       Демон, будто бы только и ждал этой команды… Ибо…       В следующую же секунду он стрелой помчался к воротам на заднем дворе…

***

      – Скорее! Скорее! Открывай ворота! – завопил один из рабов, несясь со всех ног к воротам.       – Что это с тобой, Рассел? – усмехнулся другой раб, до этого преспокойно себе подметавшего задний двор – Несешься так, будто бы за тобой черти гонятся!       – Нет, Курт… За мной гонятся не черти… – пролепетал он, с трудом пытаясь восстановить дыхание – А… А Демон…       Судя по тому, как быстро исчезла улыбка с лица Курта, он прекрасно понял, ЧТО ИМЕННО это за Демон.       – Точ… Точно… Ворота… – пробормотал он, отшвырнув в сторону метлу, и ринувшись к воротам – Да помоги же ты мне, Рассел!       – Не смей говорить, что мне делать! – рявкнул второй раб, тем не менее, также бросившись к воротам.       Не прошло и минуты, как они со скрипом отворились.       И… Как раз вовремя…       Ибо, едва оба мужчины отворили створки, как…       Мимо них пронеслась черная тень…

***

      – Ох, какой же он быстрый – вздохнул Курт, наблюдая за стремительно удаляющейся черной точкой – Истинный Демон…       – И не говори! – согласился Рассел – Слушай… Мне это показалось, или на коне Его Светлость сидел не один?       – Ты ослеп, что ли? – презрительно фыркнул мужчина – Да как будто ты не знаешь, что это дьявольское отродье никого к себе не подпускает, кроме Его Светлости!       – И то верно – кивнул Рассел – Значит… И правда показалось…       – Вот то-то же! – буркнул Курт – Да и… Даже если бы кто-либо и рискнул сесть на этого коня, то… Тут же бы вылетел из седла…       А вот здесь Курт был совершенно не прав…       Ведь…       Что-что, а вылететь из седла Ханджи точно не грозило…       Нет.       Все было совсем наоборот…

***

      Свистящий в ушах ветер… Проносящиеся мимо деревья, кусты, люди… Мерный цокот копыт… Сильное мускулистое тело коня, чьи бока она крепко держала ногами…       И…       Не менее сильное мускулистое тело мужчины, за которое она не менее крепко держалась руками…       Все это вызывало у девушки…       Странное… Пьянящее чувство…       СВОБОДЫ…       «Вот бы это длилось вечно…» – невольно подумала шатенка, неосознанно уткнувшись в плечо графа.        К сожалению (а, может, и нет), ничто не длится вечно…

***

      – А? – не поняла рабыня, когда Демон сначала перешел на рысь, а потом и вовсе на медленный размеренный шаг – Что случилось?       – Ничего – усмехнулся брюнет – Мы же гуляем, верно?       – Верно – кивнула девушка. Манящее, и такое запретное, чувство свободы исчезло, едва конь перестал нестись во всю прыть, но на смену ему пришло…       Некое приятное спокойствие и умиротворение…       «Почему… Почему мне так спокойно рядом с ним? – размышляла рабыня, продолжая прижиматься к крепкой спине своего хозяина – Почему рядом с ним я чувствую себя… в безопасности? А ведь в последний раз это было еще… в детстве…».       – Ханджи… – из раздумий ее вывел голос Аккермана.       – Да, Ваша Светлость?       – У тебя все хорошо? – поинтересовался Леви, бережно взяв в руку ее ладошку – Надеюсь, мы не слишком быстро ехали? Ты не испугалась?       – Ну, что вы, Ваша Светлость! Я вовсе не испугалась! – мягко улыбнулась девушка – Наоборот… Это было так… Захватывающе… – на ее губах появилась мечтательная улыбка – Вы нисколько не преувеличивали, когда говорили, что Демон очень быстрый… Ты вполне можешь обогнать и ветер, мальчик! – она слегка похлопала его по крупу, конь отозвался на это довольным ржанием.       – Рад, что тебе понравилось – слегка улыбнулся Аккерман - Если его не остановить, он через весь лес побежит!       – А? А мы, что, уже в лесу? – шатенка с удивлением огляделась по сторонам. Поместье уже давно осталось позади. Теперь их окружали лишь бесчисленные деревья и кустарники, где-то в листве пели птицы, а в воздухе витали легкие цветочные и травяные ароматы.       – А ты разве не заметила? – хмыкнул граф.       – Э… Нет… – замотала головой рабыня – Все произошло… Так быстро…       – Еще бы! Учитывая, как несся Демон! – бросил брюнет – Так, ладно… Демон, стой! – велел он коню. Конь остановился в ту же секунду – Не против немного пройтись? – спросил он, ловко спрыгивая на землю.       – Нет. Не против – кивнула девушка.       – Хорошо. Иди-ка сюда – он подхватил ее на руки и в мгновение ока снял со спины жеребца.       – Ваша Светлость, спасибо вам, конечно, но я вполне могла бы слезть и сама – буркнула шатенка.       – Ну, разумеется. И… Тут же бы свалилась на землю – хмыкнул мужчина.       – Вовсе нет! – не согласилась рабыня, уверенно сделав пару шагов – Да я… Ой! – пискнула она, вдруг осознав, что ноги ее совершенно не держат.       – Вот видишь – усмехнулся Леви, притягивая ее к себе за талию, и, тем самым, не давая упасть – Все хорошо… Не бойся… Я держу тебя…       – Что… Что со мной? – пролепетала Ханджи, слегка сморщившись от не слишком приятных ощущений (к объятиям графа это никоем образом не относилось) – Мои ноги… Их словно…       – Судорогой свело? – предположил мужчина.       – Как… Как вы узнали? – удивилась рабыня.       – Ты сказала, что давно не ездила верхом – пояснил Аккерман – Да и… Я заметил, как крепко ты обхватила Демона ногами.       – Он так быстро скакал… – прошептала шатенка, проведя рукой по шее коня – Я… Я не хотела выпасть из седла…       – Да, я бы тоже не хотел, чтобы ты выпала из седла – хмыкнул граф, слегка поглаживая девушку по спине, и вызывая у нее, тем самым, целый табун мурашек – Но… Видимо, ты немного переусердствовала.       – Да, видимо – согласилась рабыня – Ничего… Думаю, это скоро пройдет…       И, действительно, через несколько минут Ханджи почувствовала, что неприятное покалывание постепенно покидает ее ступни. Наконец она решилась сделать несколько шагов (хотя покидать объятия своего хозяина ей совершенно не хотелось).       – Ты точно уверена? – нахмурился граф, заметив, как рабыня пытается отстраниться от него (к его большому неудовольствию) – Может, постоим так еще немного? – ей показалось, или в его голосе прозвучала надежда?       – Нет, спасибо, мне уже лучше – ответила шатенка – Можете уже отпустить меня, Ваша Светлость.       – Точно? – он, напротив, прижал ее к себе еще сильнее, ни имея совершенно никакого желания отпускать ее от себя.       – Точно-точно – мягко улыбнулась девушка, аккуратно дотронувшись до его запястья – Вы… Вы же не станете держать меня вечно…       – Я бы не отказался – чуть слышно прошептал Леви.       – А? Ваша Светлость, простите, но я не расслышала, что вы сказали – сказала Ханджи.       – Ничего. Не бери в голову – отмахнулся граф – Ну, так ты готова?       – Готова – решительно заявила рабыня. Нет, находиться в объятиях хозяина было, бесспорно, невероятно приятно, но… Все же будет лучше, если она снова будет твердо стоять на своих ногах. Как было всегда.       – Что ж, ладно, как хочешь – проворчал брюнет, нехотя отпуская шатенку – Но… Если ты снова свалишься… То… Мы немедленно возвращаемся в поместье, чтобы доктор Штраусс мог осмотреть тебя.       – Как пожелаете, Ваша Светлость. Но… – на ее губах появилась озорная улыбка – Я не думаю, что это понадобится. Я прекрасно себя чувствую! – воскликнула девушка, а затем, поддавшись на редкость хорошему настроению, она, заливисто засмеявшись, закружилась на месте.       – Ну, ладно, все, хватит, у тебя голова закружится! – усмехнулся мужчина, бережно потянув ее за руку, его губы против воли растянулись в нежную улыбку.       – Да, пожалуй, вы правы – хихикнула рабыня – Ой! А куда делся Демон? – поинтересовалась она, заметив, что коня нигде нет.       – Откуда я знаю? Гуляет где-то – пожал плечами Леви – Он ведь не будет стоять и ждать, когда мы соберемся вернуться в замок.       – А он… А он не потеряется? – забеспокоилась Ханджи.       – Кто? Демон? Не говори глупостей! – хмыкнул Аккерман – Он далеко не дурак, поэтому не будет уходить далеко, а когда мы соберемся обратно, я позову его.       – Ну… Если так… – неуверенно прошептала девушка.       – Все хорошо, Ханджи. Не стоит так о нем беспокоиться – слегка улыбнулся брюнет – Он ведь далеко не первый раз в лесу. В отличие от тебя. Поэтому… Никуда не отходи от меня – в голосе графа отчетливо прозвучали приказные нотки – Еще не хватало, чтобы ты заблудилась тут.       – Да, мне бы этого тоже не хотелось – хмыкнула рабыня – Хорошо, я не буду далеко отходить от вас, Ваша Светлость.       – Хм, очень на это надеюсь – буркнул мужчина – Здесь неподалеку есть одно очень живописное место. Я хочу показать тебе его. Идем? – он, уже ставши таким привычным жестом, протянул ей руку.       – Идем… – она, уже также привычным жестом, вложила свою ладошку ему в руку.       Какое-то время они спокойно (и все также взявшись за руки) шли по лесу, не говоря друг другу ни слова, однако обоюдное молчание было им нисколько ни в тягость. Наоборот, они всецело наслаждались обществом друг друга, казалось, они прекрасно все понимают и без слов…       Однако…       Длилось это недолго…

***

      – Ого! Ваша Светлость! Вы только посмотрите на это! – чуть ли не завопила Ханджи, вдруг ни с того, ни с сего побежав со всех ног куда-то в сторону.       – А? Ты чего это? – сказать, что Леви ничего не понял, значит, не сказать ничего. Вот они преспокойно себе идут по лесу, он сжимает ее ладошку, как вдруг… Она внезапно убегает от него! – А ну вернись! Сейчас же! – разумеется, он бежит за ней – Ты что это задумала, идио… – граф внезапно замолкает, заметив свою рабыню, которая…       Внимательно изучает какие-то совершенно непонятные (для него, по крайней мере), цветы на небольшой прогалине между двумя крепкими ясенями.       – Ваша Светлость, пожалуйста, извините, что я так резко убежала – виновато улыбнулась шатенка – Но… Вы только посмотрите! – воскликнула она, указывая на цветы.       – И что, по-твоему, я должен здесь увидеть? – проворчал Аккерман, скрестив руки на груди.       – Но здесь же СТОЛЬКО ВСЕГО! – воскликнула девушка – Ромашка… Девясил… Мята… Раувольвия… Шалфей… Чистотел… И… Ой! Простите… Вам, наверное, это совсем не интересно – замялась шатенка.       – Ну, почему же, интересно… – промолвил граф. На самом деле он не услышал ни слова из того, что она только что сказала. Ведь вместо того, чтобы слушать ее, он… Никак не мог оторвать взгляд от ее сияющих от восторга глаз – Это… Это, что, какие-то полезные растения? – наконец взяв себя в руки, спросил он.       – О! Не то слово! – торопливо закивала головой Ханджи – Доктор Штраусс чуть ли не каждую неделю ездит в город, чтобы купить нужных ему растений у травника, а здесь… Да у того жадного старика нет и половины того, что растет в этом лесу! Ой! Простите меня, пожалуйста, Ваша Светлость, я не хотела – мигом смутилась девушка.       – Ничего – усмехнулся брюнет – Да и… Ты далеко не единственная, кому доктор Штраусс жаловался на того травника.       – Ну, если так, то тогда ладно – хихикнула рабыня – Жаль, что доктор Штраусс чувствует себя… неуютно в лесу… – вздохнула шатенка – Иначе он мог бы собирать травы здесь, вместо того, чтобы столько тратить в лавке травника…       – Да уж… Он даже когда гуляет слишком долго в саду, то начинает чихать и кашлять без остановки, а уж что с ним станет, когда он окажется в лесу… – проворчал мужчина – Слушай… А почему бы тебе самой не заняться сбором трав?       – А? – не поняла Ханджи.       – Ты же в этом разбираешься – Леви кивнул на растения, которые, на его взгляд, выглядели совершенно одинаково – Собери то, что тебе нужно.       – Вы уверены? – все же решила уточнить рабыня – Мне понадобится… – она внимательно осмотрела прогалину – Да все, вообще-то…       – Тогда бери все – хмыкнул Аккерман – На Демоне сейчас пара седельных сумок, думаю, места должно хватить. А когда вернемся в поместье, то я попрошу Изабель поговорить с нашими садовниками. Может удастся выделить тебе небольшую часть сада, где ты сможешь выращивать свои травки.       – Правда? – мигом оживилась девушка – Вы правда это сделаете?       – А почему бы и нет? – пожал плечами брюнет – Ты же сама сказала, что у того жадного травника нет и половины того, что ты нашла здесь. Так зачем нам и дальше обогащать этого мерзавца? Если мы можем сами выращивать нужные нам растения.       – Это же просто замечательно! – на губах шатенки появилась широкая улыбка – Спасибо! Ваша Светлость, спасибо вам большое! – не совсем осознавая, что она делает, Ханджи крепко обняла своего совершенно растерявшегося от подобного действия хозяина – Ой! Прошу прощения, Ваша Светлость, мне не стоило… – устыдилась своего порыва девушка. Она уже хотела было отстраниться от него, но…       Не тут-то было…

***

      – Ханджи… Ну, сколько раз я должен говорить тебе, чтобы ты перестала постоянно извиняться передо мной? – ухмыльнулся Леви, крепко прижимая ее к себе – Да и… Не принять твою… благодарность будет как-то невежливо с моей стороны… – он притянул ее лицо к себе и нежно поцеловал ее в губы – И… Я буду совсем не против, если ты будешь… благодарить меня почаще…       – Приму это к сведению – хихикнула рабыня – А теперь… Может быть, все же отпустите меня?       – А надо? – хмыкнул Аккерман.       – Наверное… – слегка улыбнулась рабыня – Ведь… Так мне будет не совсем удобно собирать нужные мне травы…       – Ну, только если из-за этого – усмехнулся граф, вновь целуя ее в губы, прежде чем все же отпустив ее – Эти травы… Они смогут прижиться в наших садах?       – Думаю, да – кивнула рабыня, принимаясь раскапывать землю около одного из растений. Кажется, это была ромашка.       – Ты что это делаешь? – нахмурился брюнет, наблюдая за ее действиями.       – Если я хочу посадить эти растения в саду, то мне нужно добраться до корней – пояснила шатенка, продолжая разгребать землю.       – Тц, и тебе обязательно делать это руками? – сморщился мужчина.       – А как иначе? – пожала плечами Ханджи – У меня ведь нет с собой ни лопаты, ни грабель, ни ножа…       – Такой подойдет? – спросил Леви, выуживая из-за голенища сапога небольшой ножик, который всегда носил с собой.       – Э… Полагаю да… – прошептала рабыня.       – Тогда… Прекрати уже пачкать свои руки – буркнул граф, протягивая девушке нож и белоснежный носовой платок – Держи… Вытри свои руки.       – Спасибо… – кивнула шатенка, принимая и нож, и платок – Я его постираю и верну вам.       – Не стоит – отмахнулся Аккерман – Оставь себе. У меня таких сотни. А вот нож, будь добра, верни, когда закончишь. И поаккуратнее с ним! Еще не хватало, чтобы ты поранилась!       – Хорошо, Ваша Светлость, я буду осторожна – слегка улыбнулась шатенка, начиная аккуратно выкапывать ножом небольшой куст ромашки.        – Я могу как-нибудь помочь тебе? – поинтересовался брюнет.       – Не думаю – покачала головой девушка – Не переживайте, Ваша Светлость, я справлюсь сама.       – Ну, как знаешь – пожал плечами мужчина – Что ж, раз уж ты сейчас занята, то я пройдусь тут немного. А ты… Никуда не уходи – приказал он.       – Как пожелаете, Ваша Светлость – слегка поклонилась Ханджи, ни на секунду не отрываясь от своего занятия.

***

      Что до Леви, то он, убедившись, что его рабыне сейчас не до него, решил немного размять ноги и пройтись, пока она возится со своими травами. Он неспешно побрел по тропинке, лениво оглядываясь по сторонам, и слушая пение лесных пичуг. Немного отойдя от той самой прогалины, он заметил куст с какими-то черными ягодами.       «Кажется, они уже достаточно созрели – подумал Аккерман, сорвав пару ягод – Надеюсь, Ханджи они понравятся».       Он обернулся, чтобы посмотреть на все также копошащуюся в земле девушку, но…       На прогалине никого не было…       – Ханджи! – крикнул он, изо всех сил пытаясь не поддаться липкому чувству страха, зарождающемуся у него внутри – Ханджи! Где ты?       А затем…       А затем он услышал чей-то пронзительный вопль…

***

      Ханджи уже вполне благополучно выкопала несколько небольших кустиков лекарственных растений, когда, почувствовав небольшую, но оттого не менее неприятную боль в пояснице, решила отдохнуть пару минут.       «Надо не забыть принять снадобье, когда вернемся в поместье – размышляла она, слегка потянувшись – Ой, а куда делся Его Светлость?».       Оглядевшись по сторонам в поисках графа, она обнаружила… Нет, вовсе не своего хозяина, тот ушел совершенно в другую сторону, а…       «Это же шиповник! – подумала она, заметив небольшой куст, на котором уже наливались яркие ягоды – Какая удача! Доктор Штраусс недавно жаловался, что у травника практически невозможно достать шиповник! А тут… Целый куст! Вот он обрадуется!».       Добравшись до заветного куста, и даже не заметив, что она отошла достаточно далеко от прогалины, девушка принялась собирать спелые ягоды. За этим делом она даже и не заметила, как к ней кто-то приблизился.       А зря… Очень даже зря…

***

      – Так-так-так… И кто это у нас здесь? – неожиданно раздался чей-то нахальный мужской голос.       Шатенка невольно вздрогнула. Этот голос не принадлежал ее хозяину...       – Ты как здесь оказалась, лапочка? – послышался еще один мужской голос.       С опаской оглянувшись, девушка обнаружила двух крупных мужчин, пристально наблюдавших за ней. На их лицах красовались ехидные ухмылки. И эти ухмылки… Не предвещали ничего хорошего…       «Разбойники?» – подумала Ханджи, отметив их грязную, покрытую бурыми пятнами, подозрительно напоминающими кровь, одежду, растрепанные, явно давно не мытые волосы, а также грубые мечи, висящие у них за поясом.       – Ну, что молчишь? Немая, что ли? – хмыкнул один из мужчин.       – Я просто собираю здесь ягоды, господин – спокойно ответила шатенка, лихорадочно соображая, что же ей делать. Благоразумнее всего было бы позвать Его Светлость, но… Она понятия не имела, как далеко ушел ее хозяин, и услышит ли он ее…       – Ягоды, значит – хмыкнул мужчина – А что за ягоды?       – Да что ты с ней церемонишься, Гарри? – презрительно фыркнул второй мужчина – Не видишь что ли! Это же всего лишь рабыня!       – Ой, и правда, Альфред! А я и не заметил! – ухмыльнулся Гарри – Да и… К тому же беглая…       – Вы ошибаетесь, господа – холодно заметила шатенка, ни на секунду не прекращая размышлять, как бы ей выкрутиться из этой ситуации – Я вовсе не беглая. Мой хозяин здесь неподалеку.       – Ну, и где же он? – насмешливо усмехнулся Гарри – Твой хозяин, поди, какой-нибудь лесоруб, который дрыхнет где-нибудь под кустом, напившись эля!       – Вовсе нет – прошипела девушка, незаметно хватая лежащий рядом нож – Мой хозяин – гр…       – Заткнись, дрянь! – рявкнул на нее Альфред, резко хватая рабыню за запястье – Мне плевать, кто твой хозяин! Я уже два месяца прячусь по этим гребанным лесам! Обычно я не имею… никаких дел с рабынями, мало ли сколько мужиков резвилось с тобой до меня. Но… – на его губах появилась мерзкая ухмылка – Я уже два месяца не видел женщины. Так что… Ты вполне сойдешь…       – Альфред! А как же я? – обиженно спросил Гарри.       – Не переживай, Гарри, ты получишь ее, когда я с ней закончу… Если от нее еще хоть что-то останется… – хищно ухмыльнулся мужчина.       – Ну, ты уж постарайся оставить мне что-нибудь! – хмыкнул второй разбойник – А что потом с ней делать будем? Возьмем с собой?       – На кой черт она нам нужна?! – рявкнул Альфред – Оставим здесь, все равно она долго не протянет. Не думаю, что кто-то хватится ее. Кому нужна эта жалкая рабыня? Таак… А теперь… – он вновь обратил внимание на девушку, чье запястье он по-прежнему крепко сжимал – Иди-ка сюда, милая…       – Нет! Не надо! – запротестовала шатенка, тщетно пытаясь вырвать руку, он был намного сильнее ее.       – А ну прекрати, мерзавка! – крикнул разбойник, сдавливая запястье рабыни еще сильнее – Не сопротивляйся! А то хуже будет!       – Ну, мы это еще посмотрим – прошипела Ханджи, крепко сжав в свободной руке нож, а затем она…       Нанесла удар…

***

      – АААА! АААА! ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, МРАЗЬ?! – завопил Альфред, зажимая рукой рваную рану на щеке, руку рабыни при этом он уже отпустил – НУ, ВСЕ! ТЫ САМА НАПРОСИ…       Однако договорить он не успевает, ибо девушка умудряется пнуть его со всей силы ногой в живот, из-за чего он падает на землю.       – Ах ты ж, су… Аааа! – орет что есть силы разбойник, почувствовав, как острие ножа вонзается ему в живот – По… Пощади… – умоляет он, с нескрываемым ужасом смотря на рабыню.       – Пощадить? Тебя? И зачем мне это? – холодно спрашивает девушка, слегка повернув нож внутри раны.       – По… Пожалуйста… – чуть ли не хнычет Альфред, из его рта вытекает тоненькая струйка крови – Мне… Мне жаль…       – А мне нет – ничего не выражающим голосом говорит Ханджи, продолжая разрывать ножом плоть уже захлебывающегося от собственной крови мужчины.       И неизвестно, сколько бы она и дальше продолжала кромсать тело разбойника, если бы не почувствовала, как ее плеча коснулась чья-то рука.       «Черт! Я совсем забыла про второго! – с досадой подумала девушка – Ну, ничего… Он еще пожалеет, что не унес отсюда ноги, пока мог…».       Она резко оборачивается и со всей силы замахивается ножом, когда…       Чья-то рука крепко хватает ее за запястье… Она пытается было вырваться, но тщетно, ее противник слишком силен… Но… Она также не намерена сдаваться! Он пытается сделать очередную попытку вырваться из этой хватки, как вдруг…       – Успокойся! – внезапно раздается властный мужской голос. Такой знакомый голос… – Ханджи! Пожалуйста, успокойся!       – А? – кровавая пелена постепенно отступает и вот шатенка уже видит перед собой не разбойника, который жаждет надругаться над ней, а затем бросить умирать здесь, в лесу, а… серые глаза своего хозяина, который смотрит на нее с нескрываемым беспокойством… – Ва… Ваша Светлость? Это… Это и правда вы?

***

      Едва Леви услышал чей-то истошный вопль, как он стремглав бросился туда, откуда доносился тот звук.       Только бы успеть… Только бы успеть…       И вот, наконец, он увидел свою рабыню. Вот только она была не одна… Рядом с ней стоял какой-то здоровенный детина, который, выхватив из-за пояса свой меч уже замахнулся было над совершенно ничего не подозревающей девушкой.       А этого Аккерман допустить не мог… Определенно не мог…       – Слышь ты, тварь… – чуть ли не прорычал брюнет, уже даже и не пытаясь сдержать клокочущую внутри ярость.       Услышав чей-то голос, тот мужик непроизвольно обернулся, и…       Это было последнее, что он сделал, ибо…       Ибо в следующий миг его правый глаз пронзила стрела, выпущенная графом…

***

      Однако на этом Леви не остановился, продолжая выпускать в уже лежащего замертво мужчину одну стрелу за другой, пока его колчан не опустел. И именно это и привело его в чувство…       Мужчина с недоумением уставился на распростертое на земле тело, которое пронзило с десяток стрел, хотя именно самая первая из них и оборвала жизнь этого мужчины.       Аккерман никак не мог понять, зачем ему понадобилось так много стрел. Он ведь всего лишь хотел отвлечь этого здоровяка от Ханджи…       Точно!       ХАНДЖИ!       Граф уже хотел было броситься к рабыне, чтобы убедиться, что с ней ничего не случилось, как заметил нечто странное…       Кажется, шатенка даже и не заметила, как он нашпиговывал стрелами того мужика. Нет, она была слишком занята тем, что…       Преспокойно себе разрезала ножом живот лежащего на земле мужчины…       Это… Это ОНА сделала?       Эта мысль никак не укладывалась в голове Аккермана, но, похоже, это было так.       Его рабыня только что убила свободного человека…       Прирезала того человека как свинью, теми самыми руками, которые когда-то спасли жизнь графу…       «Она… Она не может остановиться… – вдруг понял граф, с нескрываемым ужасом наблюдая за тем, с каким пугающим спокойствием шатенка продолжает разрезать плоть уже мертвого мужчины – Так… Все… Пора прекращать это безумие…».       Хоть это и было крайне сложно, но брюнет все же сумел взять в себя в руки. Осторожно, стараясь не делать резких движений, он медленно приблизился к девушке. Хотя… Такие предосторожности были явно излишни – шатенка была слишком «увлечена» своим занятием.       – Ханджи… – чуть слышно позвал ее Леви.       Никакой реакции…       – Ханджи – теперь он произнес ее имя чуть громче.       Ничего не изменилось…       – Ханджи! – в его голосе появились настойчивые нотки.       Она его словно и не слышит…       – ХАНДЖИ! ПРЕКРАТИ! – граф уже чуть ли не кричит во все горло.       И снова… Ничего…       Наконец осознав, что так он от нее ничего не добьется, брюнет решает перейти от слов к действиям.       Невероятно аккуратно, он все еще боится напугать ее, мужчина дотрагивается до ее плеча.       И это…       И это она наконец-то замечает…       С глухим рычанием, словно сорвавшийся с цепи зверь, она разворачивается и резко замахивается ножом. Не будь Аккерман искусным воином, закаленным во множествах боях, ему бы тяжко пришлось. Но… К счастью для него, Леви был одним из сильнейших воинов королевства, поэтому он с легкостью перехватывает запястье рабыни.       – Успокойся! – чуть ли не умоляет он, изо всех сил пытаясь разглядеть в ее глазах, в которых полыхает огонь ярости и безумия, хотя бы крупицы здравого смысла – Ханджи! Пожалуйста, успокойся!       И… Похоже она наконец-то его услышала…

***

      – А? – он видит, как гнев постепенно покидает эти карие глаза, оставляя после себя лишь растерянность и непонимание – Ва… Ваша Светлость? Это… Это и правда вы?       – Да, это я – как можно спокойнее говорит Леви – А теперь… Теперь… Отдай мне, пожалуйста, нож – осторожно просит он – Хорошо?       – Э… Да-да, конечно… Как… Как скажете… – лепечет рабыня, изо всех сил пытаясь разжать дрожащие пальцы, все еще крепко держащие нож, но… У нее ничего не получается… – Я… Я… Не могу… Я…       – Ничего… Все хорошо… Все хорошо… – успокаивающем голосом шепчет граф – Давай я помогу тебе – он бережно разжимает ее словно окоченевшие пальцы – Ну… Вот… Видишь… Все хорошо… – продолжает он успокаивать ее, когда окровавленный нож падает в густую траву.       – Ничего… Ничего уже не будет хорошо… – тяжко вздыхает девушка, переведя взгляд на разбойника, вернее на то, что от него осталось.       Леви хотел было утешить Ханджи, заверить ее, что ей больше ничего не угрожает, но…       Едва увидев то, КАК она смотрела на тело человека, которого только что убила…       В ее карих глазах он не видел ни раскаяния, ни ужаса, ни чувства вины, ни жалости к умершему, ни ненависти к самой себе…       Лишь…       Равнодушие…       Она смотрела на мертвеца так же, как смотрела бы, наверное, на курицу, которой только что свернула шею, или на свинью, чью глотку только что перерезала…       И…       Едва заметив ЭТОТ ВЗГЛЯД Аккерман кое-что понял.       Она не впервые лишила человека жизни… Нет, далеко не впервые… И… Она нисколько не жалеет об этом. Если бы ей пришлось пережить это снова, то… она сделала бы то же самое… Ни колеблясь ни на секунду… Ханджи… Что же тебе довелось пережить? Что же сделало тебя такой?

***

      – Ваша Светлость… – из далеко не легких размышлений графа вывел тихий голос рабыни.       – Да?       – Что со мной будет? – спросила девушка.       – Что? Что, прости? – не понял граф.       – Я ведь убила человека. Свободного человека – спокойно пояснила шатенка. Пугающе слишком спокойно – Вы отдадите меня страже? Или… Или окажете мне честь и сами лишите меня жизни?       – Че… Чего?! – нахмурился брюнет – Ты что за чушь несешь, дура?!       – Это не чушь – возразила Ханджи – Это закон. За убийство рабом свободного человека существует лишь одно наказание – смерть. Или… Или в Стоунфере все иначе?       – Да нет. Ты права. Есть такой закон – пробурчал мужчина.       – Тогда… Что вы…       – Зачем ты это сделала? – перебил ее граф.       – А? Ваша Светлость? – не поняла девушка.       – Я спрашиваю, зачем ты это сделала – повторил Леви – Зачем ты убила его?       – Он хотел надругаться надо мной, а затем бросить меня здесь умирать – как ни в чем не бывало ответила рабыня.       – Тц, поганый ублюдок – процедил сквозь зубы Аккерман, бросив взгляд, полный крайнего отвращения на растерзанное тело убитого, чьи внутренности уже давно окрасили некогда ярко-зеленую траву в зловеще багряный цвет. Будь его воля, граф бы прикончил этого мерзавца собственными руками. Но… Все сложилось иначе – То есть… Ты защищала себя?       – Либо он, либо я – хмыкнула девушка.       – Значит, ты себя защищала – повторил Леви – И… Пока ты пыталась спасти свою жизнь, ты… ты забыла, что он свободный человек? Забыла, ЧТО с тобой будет, если ты причинишь ему вред или, что еще хуже, убьешь его?       – Да нет. Я все прекрасно помнила – преспокойно себе ответила Ханджи.       – ЧЕГО?! – такого ответа Аккерман явно не ожидал – Боюсь, я не совсем понимаю тебя.       – А что тут непонятного! – фыркнула шатенка – Я же уже сказала – либо он, либо я. Я не могла позволить ему прикончить меня. Не так… Не так я хотела бы умереть…       – А как именно? Чтобы тебя повесили? Обезглавили? Закидали камнями? Разорвали на части? Поверь, это еще не все способы, какими по закону можно казнить убийцу в Стоунфере – проворчал граф – Тем более раба.       – Мне все равно – вновь пугающе спокойно ответила Ханджи – Я не боюсь смерти. Уже очень давно. Я просто… Хотела бы уйти на своих условиях…       – И как же? Чтобы тебя казнили как убийцу? – буркнул брюнет.       – Ну… Это, конечно, не идеально… Но все же лучше, чем если бы надо мной надругался тот разбойник и бросил истекающей кровью в лесу. А что до казни… Так хотя бы есть возможность уйти достойно…       – Тц, уйти достойно она захотела – проворчал мужчина.       – А разве это плохо? – спросила рабыня.       – Да нет, не плохо – буркнул граф.       – Хорошо, что вы понимаете – вздохнула девушка – Ну… Так что вы решили, Ваша Светлость?       – А? Что, прости? – не понял Леви.       – Какова будет моя участь? – пояснила Ханджи – Вы казните меня лично или не станете пачкать свои руки и отдадите меня под стражу, чтобы меня могли судить? Хотя… Не понимаю зачем… Ведь и так уже ясно, какой приговор…       – ХВАТИТ! – рявкнул Аккерман – ПРЕКРАТИ ЭТО НЕМЕДЛЕННО!       – Ваша Светлость… Боюсь, я не совсем поняла вас… – несколько растерялась явно не ожидавшая подобной вспышки гнева рабыня – Я сделала что-то не так?       – Сделала что-то не так?! – прошипел брюнет – С ума сойти! И ты еще спрашиваешь?!       – Ваша Светлость… Боюсь, я не совсем поняла вас… – повторила рабыня.       – Не. Смей. Говорить. Со. Мной. О. Своей. Смерти – процедил сквозь зубы граф.       – А?       – Ты не умрешь – резко ответил Леви – Никто тебя не казнит. НИК-ТО.       – Но… Но… – замялась Ханджи – Как же… Как же закон? Ведь он… – он мельком взглянула на тело разбойника – Свободный челов…       – Он – мерзкий трусливый ублюдок, который прячется по кустам и нападает на хрупких слабых девушек – резко перебивает ее Аккерман – Вот только… – на его губах появляется хитрая ухмылка – Некоторые хрупкие слабые девушки могут оказаться гораздо сильнее и храбрее, чем он мог бы себе представить. За что… И поплатился…       – Да… Поплатился… – прошептала рабыня – А теперь… Расплачиваться буду я…       – Не будешь – сказал, как отрезал граф.       – Что? Ваша Светлость… Боюсь, я не совсем поняла вам… – вновь повторила девушка.       – Разбойники довольно… вспыльчивые люди – начал брюнет – Зачастую они готовы прирезать друг друга из-за одного не так сказанного слова или косого взгляда. Видимо, именно это и произошло здесь…       – Что… Ва… Ваша Светлость… А… А что произошло С НИМ? – только и смогла произнести шатенка, наконец заметив второе бездыханное тело… Тело, которое… практически не было видно из-за торчащих из него стрел.       – Кто знает… – пожал плечами граф – Видимо, эти двое не поделили добычу.       – А я-то думала, почему тот второй не вмешивался, пока я потрошила его друга… – промолвила девушка – А… Оказывается, вы решили… поупражняться в стрельбе из лука…       – С чего ты взяла? – нахмурился брюнет.       – Во-первых, у вас за спиной висит пустой колчан – пояснила Ханджи – А, во-вторых… Зачем же еще было выпускать столько стрел?       – Чтобы наверняка – буркнул Леви – Да и… Этот подонок собирался напасть на тебя – его руки непроизвольно сжались в кулак – Неужели ты думаешь, что я бы остался в стороне?       – Нет, не думаю – покачала головой девушка – Как и не думаю, что вам потребовалось СТОЛЬКО стрел, чтобы убить его. Дайте угадаю, вы прикончили его с первого выстрела? Попали в глаз?       – Откуда ты знаешь? – удивлению Аккермана нет предела.       – Просто догадка – пожала плечами шатенка – Чтобы нанести смертельную рану стрелой, то лучше целиться в глаза, шею или сердце. А я не вижу ни одной стрелы ни в его шее, ни в его сердце. Зато глаз…       – Все-то ты знаешь… – хмыкнул брюнет.       – Похоже, я оказалась права – усмехнулась девушка – Но мне все равно непонятно, почему вам потребовалось израсходовать все ваши стрелы?       – А мне непонятно, зачем ты продолжала выпускать кишки тому мерзавцу, когда он уже давно сдох? – не остался в долгу мужчина.       – Так… Так вышло… – тяжко вздохнула Ханджи.       – Или ты просто не могла остановиться – высказал свое предположение Леви. Она на это ничего не ответила, но ее молчание было гораздо красноречивее любых слов.       – Полагаю, с вами случилось то же самое? – поинтересовалась рабыня. Ее хозяин не счел нужным отвечать на этот вопрос, ведь… И так все было понятно… – Ваша Светлость…       – Да?       – Так что… Так что теперь со мной будет? – неуверенно спросила шатенка.       – Тц, что за вопрос? Первым делом тебя надо привести в порядок – проворчал Аккерман, бросив неодобрительный взгляд на ее руки, покрытые уже засохшей кровью.       – А? О… Точно… – девушка с удивлением посмотрела на свои окровавленные ладони, словно только сейчас заметив это – Но… Но… Но Как же… они? – пролепетала она, кивнув на мертвых разбойников.       – Тц, это не твоя забота – буркнул граф, вытаскивая из тела убитого им мужчины свои стрелы.       – Но… Но ведь…       – Я сказал, что это НЕ ТВОЯ забота – тоном, не терпящим возражений, повторил брюнет – Мы с тобой случайно наткнулись на их тела. Они уже были мертвы. Мы ничего не могли поделать. Ты поняла меня?       – Но…       – ТЫ ПОНЯЛА МЕНЯ?! – приказным тоном повторил свой вопрос мужчина.       – Да, Ваша Светлость, я поняла вас – вздохнула рабыня, поняв, что с ее хозяином спорить совершенно бесполезно.       – Тц, это радует – проворчал Леви, продолжая вытаскивать свои стрелы.       – Э… Ваша Светлость…       – Что еще?       – Я могу… Я могу помочь вам? Со стрелами? – предложила Ханджи.       – Ты уверена? – нахмурился Аккерман.       – Вдвоем мы справимся гораздо быстрее.       – Что ж, пожалуй, ты права – кивнул граф, жестом позволяя ей приблизиться – Только поаккуратнее, не хотелось бы, чтобы ты запачкалась в его грязной крови.       – Да, мне бы тоже этого не хотелось.

***

      Ханджи была права – вдвоем они справились гораздо быстрее – не прошло и нескольких минут, как все стрелы Его Светлости, тщательно протертые от следов крови, вновь оказались в колчане.       – Тц, просто отвратительно… – презрительно фыркнул брюнет, бросая на шатенку неодобрительный взгляд.       – Все так плохо? – тяжко вздохнула девушка, вновь посмотрев на свои руки.       – Могло быть и лучше – буркнул мужчина – Идем, смоем с тебя всю эту… мерзость.       – Как пожелаете…       Рабыне ничего не оставалось, как последовать за своим хозяином в чащу леса…       – Вот мы и пришли – объявил Леви, когда, спустя несколько минут, они вышли на очень живописную поляну, за которой скрывалось небольшое, если не сказать крохотное, лесное озеро.

***

      – Ого… Ваша Светлость… Здесь так… потрясающе… – не смогла сдержать своего восхищения Ханджи – Это место вы хотели показать мне?       – Ага – кивнул Аккерман – На мой взгляд, это одно из самых прекрасных мест в этом лесу.       – Не могу с вами не согласиться – ответила рабыня – Эта поляна… Это озеро… Давно я не бывала в подобных местах… Здесь все словно на картине…       – Ты еще не видела окрестности озера Сайленто – хмыкнул граф.       – А? Озеро Сайленто? Если не ошибаюсь, это где-то на востоке Стоунфера.       – Верно. У моей матери там замок. Вот там и правда просто потрясающие места. Прямо дух захватывает от красоты…       – Ваша матушка, должно быть, очень счастлива жить в таком чудесном месте – предположила шатенка.       – Да, ей там очень нравится – ответил брюнет – Так, ладно… – в его голосе вновь появились властные нотки – Это, конечно, не озеро Сайленто, но здесь ты вполне можешь привести себя в порядок и смыть с себя эту… мерзость – он вновь бросил презрительный взгляд на покрытые кровью руки рабыни.       – Да, полагаю, вы правы – кивнула девушка, неосознанно пытаясь соскрести с тыльной стороны ладони запекшуюся кровь.       – Помощь нужна?       – Э… Нет, благодарю вас. Но, думаю, я справлюсь сама.       – Что ж, ладно – пожал плечами мужчина – Озеро довольно мелкое, но все равно постарайся не заходить слишком глубоко.       – Хорошо, Ваша Светлость, я учту это – кивнула Ханджи – Ваша Светлость… С вашего позволения…       – Иди – небрежно махнул рукой Леви – И… Помни… Не заходи слишком глубоко.       – Хорошо, Ваша Светлость, как пожелаете – склонилась в изящном реверансе девушка, прежде чем спуститься к берегу.       – Тц, только что прирезала человека словно свинью, а о манерах не забывает ни на секунду – пробормотал себе под нос Аккерман – Кто же ты такая, Ханджи?       Проводив шатенку взглядом, а также убедившись, что она благополучно добралась до озера, мужчина поспешил вернуться в чащу леса. У него еще оставались незаконченные дела.

***

      Оказавшись у кромки воды, Ханджи первым делом принялась тщательно мыть свои руки, что есть силы пытаясь стереть со своей кожи уже засохшую кровь. Когда же ее ладони снова стали более-менее чистыми, она решила осмотреть свою одежду. К счастью, каким-то чудом ей практически удалось не запачкать свое платье – на ткани было лишь несколько небольших едва видных багровых пятен.       Оглядевшись по сторонам и убедившись, что ее хозяина нигде не видно, она стянула с себя свое платье и камизу и принялась застирывать свою одежду. Затем, развесив одежду на ветки небольшого куста, чтобы она побыстрее высохла, шатенка зашла в воду. Пусть ее руки и были снова чистыми, она все равно никак не могла избавиться от какого-то неприятного чувства, ей казалось, что все ее тело было покрыто кровью того разбойника, она как будто бы даже чувствовала ее запах. И от этого ей хотелось избавиться как можно скорее. Немедленно…       Отплыв немного от берега она тщательно вымыла свое тело. Стало немного легче, но не настолько, как ей хотелось бы…       Нет, Ханджи нисколько не жалела о своем поступке. У нее был шанс не дать тому подонку сделать то, что он намеревался, и она им воспользовалась, прекрасно осознавая, к каким последствиям это может привести. А какая-то ее часть даже страстно желала этого…       Ведь…       Тогда бы все наконец закончилось…

***

      Один лишь взмах топора палача решил бы все ее проблемы… Или это была бы веревка? Или с десяток камней, которые бы бросила в нее разъяренная толпа? В общем, это было бы не так уж и важно. Главное, что все бы закончилось…       Разумеется, в ту самую секунду, когда она в первый раз вонзила нож в плоть того разбойника, Ханджи предполагала и иное развитие событий. Она могла бы просто бросить этого мерзавца, а также и его дружка, если повезет, истекать кровью (можно было бы даже перерезать им глотки, чтобы они своими воплями не привлекли бы ненужное внимание), а затем вернуться к своему хозяину как ни в чем не бывало, можно было даже перевязать руку и сказать ему, что она случайно порезалась, пока собирала травы. И пусть Его Светлость был далеко не дураком и вполне мог бы заподозрить что-то неладное, но и шатенка за все годы своей далеко не легкой жизни довольно неплохо научилась лгать. В любом случае, рискнуть все же стоило. Да и… Зачем графу Аккерману вообще интересоваться тем, каким это образом его рабыня умудрилась пораниться ножом? Да делать ему нечего! Как будто у него других забот нет!       Неизвестно, удалось бы ей обмануть своего хозяина, или нет, но все это перестало иметь какое-либо значение, когда…       Ханджи словно бы покинул рассудок…

***

      Тогда она не видела ничего, кроме крови, вытекающей из тела того подонка… Она не слышала ничего, кроме его мольбы о пощаде, а затем его предсмертных хрипов… Она не чувствовала ничего, кроме того, как нож пронзает человеческую плоть…       Пока…       Не почувствовала, как ее плеча касается чья-то рука, а затем она услышала до боли знакомый голос…               – Успокойся! Ханджи! Пожалуйста, успокойся!              Именно в тот самый момент, когда она увидела своего хозяина, девушка все поняла.       Ей конец…       Убийство рабом свободного человека…       Такое во Флеймкёре не прощают… В Стоунфере в том числе…       Едва шатенка осознает, что для нее все кончено, что Его Светлость может в эту самую же секунду лишить ее жизни, как она чувствует…       Облегчение…       Больше не будет этой бесконечной борьбы за выживание, которую она ведет с раннего детства… Больше не будет этого изнурительного труда каждый день, из-за которого она уже давным-давно забыла, что значит отдых… Больше не будет этих бесконечных мыслей о побеге, о месте матери, о возвращении того, что принадлежит ей по праву, несмотря на то, что лишь эти мысли не давали ей окончательно сойти с ума… Больше не будет ничего… Лишь…       Покой…       А еще…       А еще она наконец-то станет СВОБОДНОЙ…       И именно поэтому… И именно поэтому смерть нисколько не страшит рабыню. Наоборот, она рада ей, как близкому другу или родственнику, встречи с которым она ждала так долго. Уже окончательно смирившись со своей участью, девушка прямо спрашивает своего хозяина, каким именно образом он решит ее судьбу.       А дальше…       А дальше происходит то, чего она совершенно не ожидала…

***

      Она бы никогда не подумала, что Его Светлость так разозлит то, как спокойно она рассуждает о своей смерти. А, может быть, его удивляет то, что она совершенно не боится умереть? Эх, знал бы он всю правду о ней… Знал бы то, через что ей пришлось пройти… На секунду, всего лишь на одну секунду, Ханджи хочет рассказать ему ВСЕ, наконец-то поделиться хоть с кем-то тайной, которую так рьяно оберегает вот уже долгие годы, но не решается… Ведь, в конце концов, все это только усложнит. Так что… Пусть уж лучше эта тайна умрет вместе с ней…       А дальше… А дальше он говорит и вовсе, на ее взгляд, немыслимые вещи…              – Ты не умрешь. Никто тебя не казнит. НИК-ТО.

***

      Но это же просто невозможно! Она – рабыня! Она убила человека! Свободного человека! По законам королевства ее должны казнить! О чем она и говорит своему хозяину. Но… Он будто бы ее не слышит…       А затем… А затем она замечает тело второго разбойника… Тело, чуть ли не полностью нашпигованное стрелами… Граф даже и не думает отрицать, что это он прикончил того негодяя, хотя… Ее это нисколько не удивляет. Разумеется, ему уже далеко не раз приходилось лишать другого человека жизни. Сразить врага на поле боя… Казнить того, кто угрожает благополучию его подданных и безопасности его графства… Что для него жизнь какого-то никчемного разбойника? Как и… Жизнь какой-то никчемной рабыни… Но… Несмотря на это… Он делает то, что совершенно сбивает Ханджи с толку…              – Мы с тобой случайно наткнулись на их тела. Они уже были мертвы. Мы ничего не могли поделать. Ты поняла меня?              Почему? Почему он это делает? Почему он словно упорно не замечает того, что рабыня убила свободного человека? Почему не казнит ее? Почему не сдаст ее страже? ПО-ЧЕ-МУ?! Этого она понять не могла…        «Зачем ему все это? – размышляла Ханджи, пока неспешно плавала в озере – Какое ему вообще дело, жива я или сдохну, болтаясь в петле? Почему он защитил меня? Почему сделал вид, будто бы я ни в чем не виновата? Не понимаю… Я совершенно его не поним…».       Эта были последние связные мысли девушки, прежде чем ноги отказались ее слушаться. Она запоздала поняла, что заплыла слишком глубоко…

***

      Оставив Ханджи у озера, Леви направился туда, где они оставили тела разбойников. Все осталось именно так, как было перед их уходом. Мертвецы все также лежали на обагрившейся от их крови траве, на которой… также лежало и несколько кустиков с непонятными (для графа уж точно) растениями.       «Может, стоит отнести их Ханджи? – подумал Аккерман, поднимая с земли, собранные рабыней травы, на которые чудом не попало ни капли крови – Не зря же она их собирала. Так, ладно. Пора разобраться с этими подонками».       Аккуратно отложив травы в сторону, граф поднес пальцы к губам и пронзительно свистнул. Не прошло и несколько минут, как на зов хозяина прибежал гнедой жеребец.       – У нас есть работа, Демон – пояснил брюнет, вытаскивая из седельной сумки веревку.       Разбойники были довольно крупными мужчинами, но и Леви был далеко не слабаком. Поэтому он без труда закинул их тела на спину терпеливо ожидавшего коня и крепко привязал их. Затем, сжав поводья, он повел Демона поглубже в чащу. Немного отойдя от тропы, он отвязал тела и спихнул их на землю. Хоронить этих негодяев у него не было никакого желания.       «Пусть вас сожрут лесные звери, птицы или даже черви – думал Аккерман, разрезая ножом плоть мертвецов, чтобы на запах крови как можно быстрее сбежались падальщики – Так вы хотя бы хоть что-то хорошее сделаете в вашей никчемной жизни».       – Тц, ты смотри! Они все же умудрились тебя запачкать! – проворчал граф, заметив багряные пятна на спине у своего коня – Идем! Тебя нужно как следует помыть. Да и… Не стоит мешать их… обеду – прошептал он, заметив на дереве трех ворон, видимо, терпеливо ожидающих, когда он уйдет.

***

      Вскоре Леви и Демон уже вышли к лесному озерцу. Едва заметив в воде темноволосую макушку, Аккерман не смог сдержать вздох облегчения. Значит, с Ханджи все в порядке, с ней ничего не случилось за время его отсутствия.       Как бы ему хотелось сейчас оказаться рядом с ней… Крепко прижать ее к себе… Провести рукой по ее волосам… Поцеловать ее…       Но…       Она только что убила человека, который пытался надругаться над ее телом. Сейчас явно не лучшее время, чтобы лезть к ней с поцелуями и объятиями…       Поэтому, благоразумно посчитав, что сейчас шатенку лучше не беспокоить, а дать ей возможность осознать все произошедшее и собраться с мыслями, граф отвел жеребца чуть поодаль от того места, где зашла в воду рабыня.       Первым делом брюнет тщательно вымыл своего коня, а затем, когда на темной шкуре жеребца не осталось ни пятнышка, а сам скакун, поблагодарив хозяина довольным ржанием, поспешил полакомиться сочной зеленой травой, мужчина и сам зашел в воду. Помыться требовалось не только Демону.       «А не слишком далеко она заплыла?» – подумал Аккерман, наблюдая за темноволосой макушкой, мелькавшей вдали.       Судя по всему, с Ханджи было все в порядке. Пока… Пока неожиданно она не пропала из виду…

***

      – Черт! – процедил сквозь зубы Аккерман, обнаружив, а, точнее, не обнаружив знакомую ему макушку – Куда она делась?! Я же отвернулся всего на пару секунд!       Через пару мгновений девушка все же показалась из воды. Вот только… Она больше не преспокойно себе плавала, как было раньше… Она… Беспомощно барахталась…       – Тонет… Она тонет… – мигом понял граф, поплыв к ней так быстро, как только мог.       К счастью, их разделяло не такое уж и большое расстояние, а брюнет был прекрасным пловцом, поэтому уже через пару минут он крепко прижимал к себе дрожащее женское тело.       – Тише… Тише… Все хорошо… – шептал он, пока она пыталась справиться с приступом кашля – Дыши, Ханджи… Дыши…       – Ва… Ваша Светлость? – прохрипела девушка, судорожно хватая ртом воздух – Что… Что случилось?       – Ты чуть не утонула, идиотка – проворчал Леви – Я же говорил тебе не заплывать далеко от берега!       – Простите… – пролепетала Ханджи – Я… Я просто задумалась… А потом… Потом… Мои ноги… Судорога…       – Судороги? – забеспокоился Аккерман, мигом вспомнив, что после конной прогулки у нее тоже свело ноги – И часто у тебя это бывает?       – Нет, не часто – замотала головой рабыня – Просто… Я давно не плавала…       – Да, я вижу – буркнул граф – И поэтому тебя понесло на глубину! Ты головой вообще думаешь?!       – Говорю же, я задумалась! – воскликнула шатенка – Я…       – Что такое? – нахмурился брюнет, когда она неожиданно замолчала – Что случ…       И тут он все понимает…       Ведь…       Он крепко прижимает ее к себе…       Она обвивает руками его шею…       Их лица просто непозволительно близко друг от друга…       А еще…       Они оба обнажены…       Полностью…       При других обстоятельствах Леви бы только обрадовала подобная… близость, но…       Только не сейчас…       Не тогда, когда они едва смыли с себя кровь убитых ими людей…

***

      – Ты как? – наконец, взяв себя в руки, интересуется Аккерман – Как твои ноги?       –Уже лучше, спасибо – кратко кивает Ханджи, стараясь смотреть куда угодно, но не обнаженное тело своего хозяина. На крайне привлекательное обнаженное тело своего хозяина… – Кажется, я снова могу шевелить пальцами.       – Что ж, это радует – хмыкнул граф – Но… Будет лучше, если ты как можно скорее вернешься на берег. Нечего тебе торчать в холодной воде. Еще не хватало, чтобы ты заболела.       – Но вода совсем не холодная! – возразила рабыня – Наоборот, она очень теплая!       – Тц, ага, конечно! Настолько теплая, что ты своих пальцев не чувствуешь!       – Чувствую! – воскликнула девушка – Уже чувствую… – добавила она чуть тише.       – Вот видишь! – фыркнул брюнет – Тебе нужно как можно скорее выбраться из воды! Поэтому… Держись крепче.       – А? Что? – не поняла шатенка – Что вы собираетесь сделать, Ваша Светлость?       – А разве неочевидно? – буркнул мужчина – Собираюсь помочь тебе добраться до берега.       – Нет! Нет! Нет! Не надо! – запротестовала Ханджи – Я сама справлюсь! Я сама доплыву до берега! Вам вовсе не стоит…       – Если ты вздумала утопиться, то так бы сразу и сказала. Я бы даже не стал тратить время, чтобы вытащить тебя из воды – резко перебил ее Аккерман, даже не пытаясь скрыть раздражение в голосе.       – С чего вы взяли, что я собралась топиться? – нахмурилась рабыня – Я просто плавала!       – А потом умудрилась заплыть на глубину, где у тебя свело ноги. Как… Ну как можно быть такой беспечной?! – как же его злило ее отношение к собственной безопасности.       – Я же не знала, что так случится! – насупилась девушка.       – А я не допущу, чтобы это повторилось! Поэтому… Хватайся покрепче за мою шею. Я помогу тебе добраться до берега.       – Это вовсе не обяз…       – Ханджи… Не спорь со мной – тоном, не терпящим возражений, объявил граф.       – Но я…       – Разговор окончен. Делай, как я сказал.       – Но…       – И слушать ничего не желаю!       – Ваша Светлость…       – Ты все еще продолжаешь мне перечить? – в серых глазах зажегся опасный огонек.       – Вам вовсе необязательно тащить меня до берега – сказала шатенка.       – Ханджи… Ты…       – Прошу вас, дослушайте!       – Хорошо. Говори.       – Вам вовсе необязательно тащить меня до берега – повторила девушка – Если уж вам так хочется… спасти деву в беде – сморщилась от отвращения рабыня – То... Вы можете просто помочь мне подплыть ближе к берегу, где я при всем желании не смогу утонуть. А дальше… А дальше я и сама справлюсь.       – Тц, неужели тебе так сложно принять чью-то помощь? – проворчал брюнет.       – Я привыкла полагаться лишь на себя – сухо ответила Ханджи.       – Понимаю… – вздохнул Леви, прекрасно понимая, что кроется за этим ответом. Действительно, кто может помочь рабу, кроме него самого?       Но теперь ты не одна… У тебя есть я…       – Так, значит, вы согласны со мной? – как бы между делом поинтересовалась шатенка.       – То есть, ты уже все решила? – усмехнулся Аккерман – И мое мнение тебя нисколько не волнует?       – Почему же, волнует! Но… – на ее губах появилась лукавая улыбка – У меня есть и свое мнение.       – Да, я заметил – хмыкнул граф – Что ж, ладно, пусть будет по-твоему.       – Правда? – она явно не ожидала, что он так легко пойдет на уступки.       – Как я понял, мы либо сделаем именно так, как ты просишь, либо… Мне придется силой тащить тебя на берег. Мне бы этого не хотелось. Тебе, как я полагаю, тоже.       – Нет, Ваша Светлость, не хотелось бы – хихикнула девушка.       – Значит, решено. Хватайся за мою шею. И… Будь добра, постарайся не придушить меня. Иначе мы с тобой оба пойдем ко дну.       – Хорошо, я постараюсь – усмехнулась рабыня, осторожно обхватывая шею хозяина руками.       – Уж постарайся! И… Ханджи…       – Да, Ваша Светлость?       – Ты вовсе не дева в беде… Напротив, я более чем уверен, что ты будешь сражаться за свою жизнь и руками, и ногами, и зубами, если придется. Просто… Прошу тебя, позволяй хоть иногда другим помочь тебе. Тебе вовсе необязательно быть одной против всего мира.       – А? Ваша Светлость… Вы… – от подобных слов она просто-напросто опешила.       – Держись крепче – велел мужчина, прежде чем направиться к берегу.

***

      – Ваша Светлость, думаю, вы уже можете отпустить меня – сказала Ханджи, когда до берега уже было рукой подать – Здесь не так глубоко. Дальше я могу и сама дойти.       – Уверена? – все же решил уточнить Леви, хотя он был с ней согласен, здесь и правда было уже не так глубоко.       – Да. Спасибо вам большое за вашу помощь, и за то, что не дали мне утонуть, но…       – Дальше ты сама – озвучил ее мысль граф – Да-да, я понял. Что ж, все-таки у нас был уговор. Вот только… – в его голосе отчетливо прозвучал металл – Если ты обо что-нибудь запнешься, пока будешь идти на берег, или тебя рыба укусит, то… Пеняй на себя…       – Хорошо, я учту это! – хихикнула рабыня, отпуская (хоть и с явной неохотой) шею мужчины – Благодарю вас за помощь, Ваша Светлость!       – Тц, нашла за что поблагодарить – пробурчал себе под нос Аккерман, наблюдая за девушкой, медленно направляющейся к берегу.       Но…       Как бы ему не хотелось и дальше наблюдать за тем, как из воды постепенно появляется обнаженное женское тело, брюнет понимал, что этот его поступок будет не достойным дворянина, что если он это сделает, то больше никогда не сможет посмотреть в эти прекрасные карие глаза.       «Так я точно никогда не завоюю ее доверие» – подумал мужчина, прежде чем поплыть в противоположную от шатенки сторону.       В конце концов, не только ей пора было возвращаться на берег…

***

      Оказавшись на берегу, Ханджи первым делом воровато оглядывается по сторонам, будто бы ожидая увидеть графа, притаившегося за кустом, однако довольно быстро отметая такую идиотскую идею.       «Ага, делать ему нечего, как подглядывать за тобой – думает она, отжимая свои волосы от воды – Да даже если бы он и хотел этого, то не стал бы наблюдать украдкой. Нет! Он бы смотрел прямо! Открыто! Да и… Какое мне вообще дело?! Пусть смотрит! А я… я тогда тоже… посмотрю…».       На ее губах против воли появляется мечтательная улыбка, стоит ей вспомнить крепкое мужское тело, обнимающее ее в воде. Крепкое ОБНАЖЕННОЕ мужское тело…       «А он хорош, ничего не скажешь! – продолжает размышлять девушка – Я была бы совершенно не против, если бы… Черт! О чем я вообще думаю?!».       Действительно, о чем она вообще думает?! Ведь… Каким бы привлекательным мужчиной не был граф, одно было неизменно…       Он – ее хозяин…       Она – его рабыня…       Даже если он и решил… поразвлечься со мной, это ничего не меняет. Я не стану плясать под его дудку. Пусть делает, что хочет, я не стану лить слезы и убиваться, когда он отшвырнет меня, словное не нужную вещь. Нет, граф Аккерман, не выйдет! Не на ту напали! Я…

***

      – Ты там не утонула? – из мыслей ее вывел такой знакомый мужской голос. Судя по всему, ее хозяин был где-то поблизости.       – Нет, не утонула, Ваша Светлость! – крикнула она, потянувшись за своей одеждой – Со мной все в порядке! Я сейчас подойду!       – Ладно. Только не задерживайся.       – Одну минуту! – воскликнула шатенка, невольно морщась от того, как грубая ткань камизы плотно облегает ее еще влажное тело. Далее следует платье и башмаки. Пальцы ловко заплетают мокрые волосы в косу, и вот она уже готова предстать перед своим хозяином.

***

      – Ну, наконец-то! – пробурчал Леви, заметив свою рабыню, торопливо направляющуюся к нему – Я уж было подумал, что ты там утонула.       – Где? На мелководье? – нахмурилась Ханджи.       – От тебя всего можно ожидать – усмехнулся граф, он снова не смог отказать себе в удовольствии немного позлить ее.       – Но не до такой же степени – фыркнула шатенка.       – Кто знает… Кто знает… – неопределенно ответил Аккерман, потянувшись было к ее руке, однако, когда между их пальцами оставалось едва ли больше дюйма, он неожиданно отскочил от девушки.       – А? Ваша Светлость? В чем дело? – не поняла рабыня, изо всех сил стараясь подавить чувство обиды, неожиданно появившееся где-то внутри нее.       – Замри – велел ей мужчина.       – Что? Что, прос…       – Не шевелись, я сказал! – прошипел брюнет, одним молниеносным движением выхватывая стрелу из колчана и запуская ее куда-то в густую траву.       Ханджи не понимает… Она совершенно ничего не понимает, когда ее хозяин, даже не взглянув на нее (а вот это, вообще-то, обидно!), зачем-то идет в заросли травы, куда улетела его стрела.       Да что ему вообще в голову взбрело?!       Ответ на свой вопрос она получает уже через несколько секунд, когда мужчина возвращается к ней, демонстрируя довольно упитанного зайца, между глаз у которого красуется стрела графа.       – Наш обед – победоносно улыбается Аккерман – Я, надеюсь, ты любишь зайчатину.       – Да – усмехнулась девушка – Кстати… Отличный выстрел, Ваша Светлость! Я, признаться, даже и не поняла, из-за чего вы так насторожились. А, оказывается… Это был маленький зайчик!       – Маленький? – нахмурился Леви – Это он-то маленький? – он кивнул на тушку, которую все еще держал в руках.       – Да, он маленький – ответила шатенка – По сравнению с кроликами, которых разводят в поместье. Они раза в два, если не в три, больше его.       – Правда? – удивился граф (что ж, это было вовсе неудивительно, ибо кроликов он видел только на своей тарелке) – Ну, что ж, тебе виднее. В конце концов, ты с кроликами имеешь дело гораздо чаще, чем я.       – Не могу не согласиться с вами, Ваша Светлость – слегка улыбнулась рабыня – А этот заяц… Он, хоть и не такой жирный, как кролики, но… Вам его вполне хватит, чтобы пообедать.       – Нам – поправил ее граф.       – Что, простите?       – НАМ его хватит, чтобы пообедать – пояснил мужчина – Ты же не думаешь, что я стану морить тебя голодом?       – Э… Нет, не думаю – замялась шатенка.       – Рад это слышать – хмыкнул Аккерман, положив тушку зайца в траву и подозвав Демона, мирно пощипывающего сочную зеленую травку поблизости, свистом – Я отлучусь ненадолго. Не уходи никуда.       – Отлучитесь? – удивилась Ханджи – Но куда?       – За водой – ответил Леви, вытаскивая из седельной сумки небольшой мех – Здесь неподалеку есть ручей.       – Далеко? – поинтересовалась рабыня.       – Нет, совсем рядом. Нужно лишь немного пройтись по тропинке за теми камнями – кивнул он в сторону огромных, покрытых мхом булыжников.       – Ясно… – только и смогла произнести девушка.       Отлично! Проблема с пресной водой решена! Нужно потом постараться найти на картах это озеро и отметить на ней ручей!       – Вот, держи.       – А? Что? – не поняла Ханджи, когда увидела, что ее хозяин протягивает ей… нож… Тот самый нож, которым она… прирезала того разбойника…       – Я могу дать тебе другой нож, если хочешь – похоже, граф подумал о том же, о чем и она – А еще… еще у меня есть кинжал…       – Ваша Светлость… Зачем… Зачем вы даете мне его? – прошептала рабыня.       – Извини, не подумал. Сейчас я достану другой нож, или тебе больше подойдет кинж…       – Ваша Светлость! – перебила она его – Боюсь, вы меня не совсем правильно поняли. Я спрашиваю, ЗАЧЕМ вы даете мне… ОРУЖИЕ?       – А? – мужчина мельком взглянул на нож, который все еще держал в руке. Действительно, а ведь это оружие… Да кто, будучи в здравом уме, даст рабу оружие! Тем более, оружие, которым он, а, точнее, она, прикончила человека, СВОБОДНОГО человека, меньше часа назад…       Верно, никто…       Точнее…       Никто, кроме графа Леви Аккермана…

***

      – Как я уже сказал, мне нужно отлучиться ненадолго – пояснил брюнет – Я постараюсь вернуться как можно скорее, но… Я никуда не уйду, если не буду уверен, что ты не сможешь защитить себя. Ты ведь… Ты ведь сможешь защитить себя, Ханджи?       – Защитить? – не поняла девушка – Защитить от кого?       – Мало ли от кого… – вздыхает мужчина, вновь вспоминая тех ублюдков, которые чуть было…       Руки непроизвольно сжались в кулаки… Если бы он только мог, то он бы убил их снова… С особой жестокостью…       – Не думаю, что это повторится… – чуть слышно прошептала она.       – А? Что? Что ты сказала? – кажется, он так сильно погрузился в свои мысли, что даже и не услышал ее.       – Не думаю, что это повторится – вновь произнесла эту фразу рабыня.       – Да, я с тобой согласен – кивнул граф – Но… Будет лучше, если ты сможешь постоять за себя.       – Я МОГУ постоять за себя – буркнула девушка.       – Это я уже понял – хмыкнул брюнет – Но нож все же возьми. Я сейчас достану дру…       – Нет. Не надо – замотала головой Ханджи – Если вы хотите дать мне… оружие, то пусть лучше будет то, которым я уже пользовалась.       – У тебя не будет с этим проблем? – забеспокоился мужчина.       – Нет. Не будет.       – Что ж, тогда ладно – неопределенно пожал плечами Леви, все же протягивая ей тот злосчастный нож – Надеюсь, что тебе все же не придется пускать его в ход.       – Да, я тоже надеюсь – кивнула шатенка, крепко сжимая деревянную рукоятку.       – В случае чего… В случае чего запрыгивай в седло и скачи в поместье. Демон знает дорогу.       – Что?! – удивлению Ханджи нет предела – Но… Но как же вы, Ваша Светлость? Как же вы доберетесь до поместья без Демона?       – Это моя забота – проворчал Аккерман – Ты ведь сможешь самостоятельно забраться в седло?       – Ваша Светлость! Но я же не совсем беспомощная! – всплеснула руками рабыня.       – А я и не говорил, что ты беспомощная. Просто… – он мельком окинул взглядом ее худощавую, даже костлявую фигуру, тонкие запястья и не менее тонкую шею, которую, казалось, он мог играючи свернуть одной рукой.       – Ваша Светлость… Я гораздо крепче, чем кажусь на первый взгляд – буркнула девушка, мигом догадавшись, что на уме у ее хозяина – И… Уверяю вас, я вполне в состоянии забраться в седло без чьей-либо помощи.       – Да верю я, верю, успокойся уже – хмыкнул граф.       Черт! Какая же она все-таки хорошенькая, когда злится! Так бы и…

***

      – Ваша Светлость, вы позволите задать вам вопрос?       – А? Что? – ее голос мигом вырывает его из… не самых приличных мыслей.       – Какой-то вы рассеянный… – нахмурилась шатенка.       – Не бери в голову – небрежно отмахнулся от нее Леви – Ты что-то хотела?       – Да. Я хотела спросить, почему вы так ведете себя.       – А как я себя веду? – не понял Аккерман.       – Вы всего лишь идете за водой к ручью, а ведете себя так, словно собираетесь в какой-нибудь поход на несколько недель и оставляете меня не на берегу лесного озера, а где-нибудь на тракте, на котором промышляют разбойники – пояснила Ханджи.       – Э… Правда? А я и не обратил внимание – несколько замялся брюнет.       – Это я уже поняла – вздохнула девушка – Вы ведь уже оставляли меня здесь одну, когда вернулись в лес, чтобы… разобраться с трупами.       – Откуда… Откуда ты знаешь? – сказать, что граф был удивлен, значит, не сказать ничего.       – Это же было очевидно – слегка улыбнулась девушка – Да и… Вы и Демона привели с собой. Я сильно сомневаюсь, что вы случайно наткнулись на него. Значит, вы позвали его намеренно, полагаю, чтобы он помог вам отвезти трупы туда… Туда, куда вам надо было…       – Ну, надо же! Какая ты сообразительная! – усмехнулся мужчина, в очередной раз поразившись тому, насколько пытливым умом обладает его рабыня.       – Стараюсь! – хихикнула шатенка.       – То есть, ты заметила, как я ушел – все же решил уточнить граф.       – Да – кивнула Ханджи – Когда я собиралась зайти в воду, я увидела, как вы скрываетесь за деревьями. Я подумала, что сделать это вы могли лишь по одной причине.       – И ты оказалась абсолютно права – согласился мужчина.       – И… Раз вы оставили тогда меня здесь одну – решила продолжить свою мысль рабыня – То… Вам ничего не стоит сделать это снова.       – Тц, это не одно и то же – проворчал Леви.       – И в чем же разница, позвольте спросить? – поинтересовалась Ханджи.       – Тогда ты была у озера, из леса тебя практически не возможно заметить – объяснил Аккерман – Я увидел тебя лишь потому, что знал, где ты. А сейчас… А сейчас ты как на ладони!       – Да-да, конечно! И именно сейчас все разбойники графства сбегутся на эту поляну, чтобы вдоволь надругаться над моим тщедушным тельцем! – фыркнула девушка.       – Ты… Ты хоть понимаешь, ЧТО несешь?! – рявкнул брюнет, бросив на нее такой взгляд, от которого у его собеседников обычно кровь стыла в жилах.       – Я-то понимаю, а понимаете ли ВЫ, что все ваши опасения просто ничтожны – спокойно ответила рабыня, в очередной раз с честью выдержав этот леденящий душу взгляд – Я никогда не считала себя особо везучей, но… Падение с лестницы и нападение разбойников… Полагаю, на сегодня этого более чем достаточно. Я не думаю, что до заката со мной случится еще что-нибудь… этакое.       – Вот как, значит? – хмыкнул Аккерман – То есть, ты считаешь, ты сегодня уже достаточно повлипала в неприятности?       – Мне этого хватит – усмехнулась рабыня – Поэтому… Прошу вас, Ваша Светлость, прекратите уже считать, что со мной обязательно что-нибудь случится в ваше отсутствие. В самом худшем случае я всего лишь могу запнуться о какой-нибудь камень или корягу и покатиться кубарем к озеру.       – Тц, если ты так хотела меня успокоить, то у тебя ничего не вышло – нахмурился граф, непроизвольно отпинывая в сторону какой-то камень.       – А я и не пыталась – честно призналась Ханджи – Просто хотела объяснить, что ваша излишняя настороженность совершенно ни к чему. И… Пока мы тут спорим, то рискуем умереть от жажды.       – Намекаешь, чтобы я шел за водой? – ухмыльнулся Леви.       – Что вы, Ваша Светлость! – воскликнула девушка – Я не намекаю, а говорю прямо!       – С тобой точно все будет в порядке? – забеспокоился Аккерман – Ты точно не станешь напрашиваться на неприятности?       – Я никогда не напрашиваюсь на неприятности – буркнула рабыня.       – Верно, это они вечно напрашиваются на знакомство с тобой – ухмыльнулся мужчина – Ладно, твоя взяла. Наш, как ты сказала, спор явно не стоит того, чтобы умереть от жажды. Пока меня не будет, никуда не уходи. Не отходи от Демона ни на шаг. И… В случае опасности немедленно скачи в поместье.       – Не нужно вести себя со мной так словно я неразумное и беспомощное дитя – проворчала шатенка.       – Ну… Не знаю… Не знаю… – нарочито медленно проговорил брюнет – Сейчас ты очень похожа на обиженного маленького ребенка.       И, прежде чем она успела хоть что-нибудь ответить, он, загадочно улыбнувшись своим мыслям, поспешил отправиться к ручью.       Черт! Какая же она все-таки хорошенькая, когда злится! Просто глаз не оторвать!

***

      После того, как мужчина скрылся за камнями, Ханджи подошла к коню и принялась бережно поглаживать его по гриве. Жеребец отозвался на это довольным ржанием.       – Демон… Наш хозяин… Самый настоящий нахал и наглец… – объявила она коню – Таких, каких он, еще свет не видывал…       Демон не нашелся, что на это ответить…

***

      Как Леви и сказал, он довольно быстро дошел до ручья, где и наполнил мех кристально-чистой водой. Он уже хотел было возвращаться к озеру, как его внимание привлекло нечто, что бы он раньше даже и не заметил.       «Интересно, а они ей понравятся? – размышлял брюнет, внимательно рассматривая куст с цветами ярко-розового цвета – Черт! Да о чем я вообще думаю! Дарить цветы! Ей! Рабыне!»       Мужчина уже хотел было отойти от этого злополучного куста от греха подальше, но…       Но вместо этого он, горестно вздохнув, тем самым признавая свое поражение, все же достал нож и срезал несколько соцветий. Также он так некстати вспомнил о ягодах, которые собирал, пока не услышал тот истошный вопль.       «Их не так много, но, думаю, ей должно хватить. Пусть полакомится, как следует» – думал граф, возвращаясь к озеру.       Как оказалось, Ханджи в его отсутствие тоже не сидела без дела.

***

      – Ну и ну! Есть хоть что-нибудь, что ты не умеешь делать? – хмыкнул Леви, заметив, как девушка нанизала уже освежеванную тушку зайца на самодельный вертел прямо над небольшим костерком.       – Я плохо плаваю, как вы уже, думаю, успели заметить – усмехнулась рабыня – А еще… Я совершенно не умею стрелять из лука.       – Ничего страшного. Я могу научить тебя, если хочешь – ответил брюнет.       – Чему? Плавать? Или стрелять из лука?       – Это зависит от того… Как ты будешь себя вести… – загадочно ухмыльнулся мужчина.       – И как я должна себя вести? – хихикнула девушка.       – Я еще не решил – слегка улыбнулся граф.       – Дайте знать, когда примете решение – усмехнулась шатенка, пристроив тушку над костром – Думаю, где-то примерно через час заяц будет готов. К сожалению, у меня нет с собой соли или перца или…       – Все в порядке, Ханджи – жестом велел ей остановиться Леви – Я уверен, что все будет очень вкусно.       – Я тоже на это надеюсь – тепло улыбнулась рабыня.       – Кстати… У меня кое-что есть для тебя… – промолвил граф, вспомнив о цветах, которые он зачем-то спрятал у себя за спиной, едва вернулся к Ханджи.       Аккерман вдруг вспомнил, что…       До этого никогда в жизни не дарил женщинам цветы…       Те случаи, когда он в детстве срывал в саду какой-нибудь цветок для матери, а затем и для Микасы, если видел, что его маленькой кузине понравился какое-нибудь цветущее растение, ни в счет…

***

      «Какого черта! Почему… Почему я так нервничаю?» – невольно подумал брюнет, почувствовав такую непривычную дрожь в пальцах и слабость в коленях.       – Ваша Светлость? – Ханджи даже и не пыталась скрыть беспокойство в голосе – С вами все в порядке?       – Д… Да… В общем… Это тебе… Держи… – протараторил он, торопливо протягивая рабыне букет.       При этом он, будучи абсолютно нерелигиозным человеком, молился всем известным ему богам, чтобы она не заметила ни его дрожащих рук, ни покрасневших щек.       Мне двадцать пять лет… Я правлю одним из крупнейших графств королевства… От меня зависят тысячи жизней… А я веду себя словно неразумный мальчишка… Что же со мной творит эта девчонка?       – Ваша Светлость…       Пожалуйста… Возьми уже эти чертовы цветы поскорее… Прошу… Не заставляй меня и дальше выставлять себя идиотом перед тобой… Просто скажи спасибо и… ДА ВОЗЬМИ ТЫ УЖЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ ЦВЕТЫ!       – Ваша Светлость…       Понимаю твою растерянность… Тебе ведь, наверное, никто никогда не подарил даже вшивого цветочка… Поверь, для меня это тоже все впервые… Не надо смущать меня еще больше… Поэтому… ВОЗЬМИ ТЫ УЖЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ ЦВЕТЫ!       – Ваша Светлость… Выбросьте это немедленно! – вскрикнула девушка, выбивая цветы из рук своего хозяина.       Такого Леви явно не ожидал…

***

      – ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, ДУРА?! – чуть ли не прорычал граф.       Он тут, видите ли, распинается перед ней словно деревенский мальчишка на субботнем гулянии, притащил эти дурацкие сорняки, чтобы хоть немного порадовать ее. А она!       Это неслыханно! Это просто неслыханно!       – Ваша Светлость, прошу вас, скажите, вы не вдыхали запах этих цветов? Не прикасались к листьям? А их сок? Он не попал вам на кожу? Вы не подносили руки к лицу? – шатенка, казалось, даже и не заметила гневных взглядов, которые бросал на нее мужчина. Вместо этого она… она начала тараторить без умолку, задавая ему какие-то совершенно не понятные вопросы.       – ТЫ С УМА СОШЛА! ТЫ ЧТО ВООБЩЕ НЕСЕШЬ, ИДИОТКА?! – Аккерман уже с трудом сдерживал себя. Да что эта несносная девчонка вообще позволяет себе! Он ведь просто хотел сделать ей приятное! Порадовать ее! Отвлечь от мыслей о тех мразей, что чуть было не надругались над ней!       А она!       А эта бесстыжая девчонка все испортила!       – Ваша Светлость! Прошу, ответьте мне! Это очень важно!       – ЧТО ИМЕННО ТАК ВАЖНО?! ТВОИ ДУРАЦКИЕ ВОПРОСЫ?! КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ВООБЩЕ ЗАДАЕШЬ МНЕ ИХ?! ЕСЛИ ТЕБЕ НЕ ПОНРАВИЛИСЬ ЦВЕТЫ, ТО ТАК БЫ И СКАЗАЛА! НЕЧЕГО БЫЛО ВЫРЫВАТЬ У МЕНЯ ИХ ИЗ РУК, БУДТО ЭТО МЕРЗОСТЬ КАКАЯ-ТО!       – Это не мерзость! Это – олеандр!       – И ЧТО С ТОГО?! МНЕ ЭТО ДОЛЖНО ЧТО-ТО СКАЗАТЬ?! – граф уже еле сдерживался, чтобы не отхлестать эту неблагодарную девчонку как следует. Да она уже давно должна в ногах у него валяться, вымаливая прощение!       А вместо этого…       А вместо этого она продолжает нести какую-то чушь про какой-то там оле… оле… как там его…       – Олеандр очень ядовит! Он смертельно опасен!       – А? Что ты сказала?       Едва она произнесла эту фразу, как…       Гнев как рукой сняло…       Вместо него пришло… непонимание…       А когда он вновь взглянул на Ханджи… На такую растерянную Ханджи, в прекрасных карих глазах которой было СТОЛЬКО отчаяния…       И это отчаяние… Эта растерянность…       Она появилась вовсе не из-за того, что он наорал на нее… Вовсе не из-за того, что она испугалась его гнева…       Нет.       Она была растерянна ИЗ-ЗА НЕГО… Она была в отчаянии из-за того, что, по ее мнению, ОН находился в смертельной опасности…       И из-за всего этого…       Как же ему стало паршиво…

***

      – Ханджи… Ханджи… Я…       – Ваша Светлость! Прошу… Ответьте мне! – в ее голосе отчетливо слышалась мольба – Только так я смогу помочь вам!       – Нет… Я… Я лишь срезал цветы… И… И принес их… – пролепетал граф.       Принес их ТЕБЕ…       – Хорошо… – с заметным облегчением выдохнула девушка – Но вам все равно нужно тщательно вымыть руки и лицо! Также постарайтесь лишний раз не прикасаться к одежде, вдруг на нее попала пыльца. А когда мы вернемся в поместье, всю одежду, которая на вас надета, нужно будет немедленно постирать. Знаете, если вы не против, то я могу заняться этим и сейчас…       – Чем? – не понял брюнет.       – Постирать вашу одежду – пояснила рабыня – Сейчас довольно солнечно, думаю, она высохнет очень быс…       – Нет-нет! Не надо! – запротестовал мужчина.       – Мне, правда, не сложно…       – И слышать ничего не желаю! – тоном, не терпящим возражений, объявил Аккерман – Ты не обязана стирать мои вещи!       Я не для этого привел тебя сюда…       – Ладно, как пожелаете – пожала плечами шатенка – Но вам все же нужно как можно быстрее вымыть руки и лицо.       – Да-да… Как скажешь… – поспешно кивнул Леви – Ханджи… Я…       – Ваша Светлость, вам лучше поторопиться – напомнила Ханджи, склонившись над постепенно запекающейся заячьей тушкой. На своего хозяина она даже не взглянула…       – Как скажешь… – печально вздохнул граф, прежде чем спуститься к озеру.

***

      «Дурак! Дурак! Дурак! – не переставал ругать себя Аккерман, остервенело растирая свои руки и лицо водой – Это надо же было так опозориться! Впервые в жизни решил подарить женщине цветы, а они оказались ядовитыми! Что теперь она обо мне подумает? Неужели решит, что я пытался ее убить? Как… Как мне теперь ей в глаза смотреть?».       Наконец вытащив уже заметно покрасневшие руки из воды, Леви с отрешенным видом уставился на зеркальную гладь озера.       Что же он натворил! Да, он совершенно не разбирался в растениях. Да он и не обязан был, собственно. Для управления графством умение отличить одуванчик от ромашки абсолютно не требовалось. Если рассуждать логически, то он был ни в чем не виноват.       Но…       Сейчас рассуждать логически не получалось от слова совсем…       Он ведь просто хотел порадовать ее! Подарить ей красивые цветы, которые, как он думал, просто обязаны ей понравится! Пока он нес ей этот небольшой букет, он уже в красках представлял ее реакцию.       Как раскроется ее рот от удивления… Как расширятся ее и без того огромные карие глаза… Как на щеках появится румянец смущения (как и на его щеках, впрочем)… Как ее пальчики несмело касаются нежных лепестков… Как на ее лице расцветает робкая улыбка…       Да, он именно так все себе и представлял…       А вместо этого…              – Ваша Светлость… Выбросьте это немедленно!              Мда… Не такой реакции он ожидал… Совершенно не такой…       Едва она чуть ли не вышвыривает из его рук тот злосчастный букет, как та очаровательная картина, которую он себе представлял, разбивается вдребезги…       На ее место приходит…       Ярость… Гнев… Обида… Разочарование…       И…       Полнейшее непонимание происходящего…

***

      Может, он сделал что-то не так? Может, цветы женщинам дарят как-то по-другому? Может, надо было что-то сказать, прежде чем вручить ей букет?       Нет, он этого не знает.       Зато… Зато он знает кое-что другое.       Рабыня НЕ ИМЕЕТ НИКАКОГО ПРАВА вести себя так со своим хозяином. Даже если ей и не понравились эти чертовы цветы, то она не должна была так бесцеремонно вырывать тот букет у него из рук, словно это была какая-то мерзкая отвратительная тварь.       И именно это совершенно неприемлемое поведение этой злосчастной девчонки и окончательно выводит обычно сдержанного Аккермана из себя.       Да как она посмела! Он, видите ли, наступил на горло собственной гордости и принципам (которые, надо сказать, дали трещину вскоре после знакомства с этой невозможной девчонкой) и собрался подарить ей цветы (а ведь до этого он никому их не дарил, кроме матери, Микасы и Изабель), а она…       Бесцеремонно отвергает его подарок (сделанный, между прочим, от чистого сердца!) и, вместо того, чтобы слезно вымаливать прощение, начинает нести какой-то несусветный бред.       Граф уже собирался было поколотить эту нахалку, чтобы поставить ее на место, как вдруг…              – Олеандр очень ядовит! Он смертельно опасен!              Ярость утихает, едва она произносит эту фразу…       Ей на смену приходит страх… Нет, не за себя… За НЕЕ… Брюнет растерянно смотрит на рассыпанные по земле ярко-розовые лепестки, которые еще мгновение назад казались ему такими прекрасными и нежными…       А сейчас…       А сейчас он еле сдерживает себя, чтобы не растоптать в пыль этот злосчастный сорняк, словно это какая-то ядовитая змея или жаба (хотя, судя по словам Ханджи, этот «сорняк» не менее опасен)…       Кстати… О Ханджи…       Она, казалось, даже и не замечает ни гнева своего хозяина, который вызвала из-за своей глупой выходки (не такой уж и глупой, как выяснилось), ни того, что своим поступком подвергла себя в опасность (он ведь и мог серьезно покалечить ее в приступе ярости)…       Нет, она НИЧЕГО этого не замечает…       Вместо этого она…       Она настойчиво просит его умыться, дабы смыть с себя малейшие следы этого смертоносного растения…       Черт! Да она даже предлагает немедленно постирать его одежду!       Разумеется, Леви не собирается позволять ей этого. Она ведь не какая-то прачка, в конце-то концов!       Да и…       Она ведь НИ В ЧЕМ не виновата…       Это он прекрасно понимает, сидя здесь, на берегу озера.       Она… Она лишь беспокоилась о нем… О том, что он может ненароком навредить себе из-за того, что по незнанию принес ядовитый цветок…       – Какой же я идиот… – чуть слышно шепчет граф.       А еще… А еще ему никак не дает покоя одна мысль…

***

      Что если бы Ханджи не разбиралась так хорошо в растениях? Что если бы она не знала, как выглядит этот чертов олеандр?       Я… Я ведь мог убить ее…       Воображение мужчины тут же нарисовало довольно мрачную картину…       Неподвижная, мертвенная бледная девушка с роскошными каштановыми волосами и бесподобными карими глазами, в которых навеки угасла жизнь… Доктор Штраусс, накрывающий тело шатенки покрывалом… Пара крепких рабов, копающих яму на старом кладбище за поместьем… И… Сверток грубой ткани, в которую завернуто тело Ханджи, брошенный в эту самую яму… И земля, навеки скрывающая от всего мира эту необыкновенную девушку…       И все из-за какого-то цветка…       А, точнее…       Из-за недальновидности графа Леви Аккермана, который поклялся защищать жизнь каждого из своих подданных…       Рабов в том числе…       А ту, кого он по необъяснимой причине хотел защитить от жестокости этого мира, он…       Чуть было не погубил…       И что же ему со всем этим делать?       Он не знал…       Однако одно он знал точно…       Он просто обязан извиниться перед ней… Сказать, как он сожалеет о том, что подверг ее опасности… Объяснить, что он вовсе не хотел причинить ей вред…       А лишь…       Принести в ее жизнь хоть немного радости…       Да, именно так он и сделает.       Поэтому, наконец успокоившись и приняв единственно верное на его взгляд решение, граф поспешил вернуться к своей рабыне.

***

      – Ханджи… Я… – начал было Леви, однако вся заготовленная им речь мигом вылетела у него из головы, едва он увидел, ЧЕМ ИМЕННО занята девушка – Ты… Ты что это делаешь? – только и смог произнести Аккерман, когда обнаружил, что шатенка преспокойно себе… обрывает лепестки и листья того чертова олеандра и складывает их в платок.       – А? Что? Ваша Светлость? Вы что-то сказали? – спросила она, повернув голову в сторону хозяина – Простите, я не расслышала.       – Я спросил, что ты делаешь? – повторил мужчина, изо всех сил пытаясь унять клокочущий внутри гнев из-за ее безалаберности – Зачем тебе эта… мерзость? Сама же сказала, что этот чертов цветок ядовитый, разве нет?       – О! Не то слово! – воскликнула Ханджи – Но, в то же время, он может быть очень полезным!       – Полезным? В смысле полезным? – не понял граф.       – Он может помочь унять боль в коленях и суставах, облегчить кожный зуд. Из него можно также приготовить мазь…        – Подожди-подожди – жестом прервал ее брюнет – То есть, ты хочешь сказать, что этот… сорняк – неодобрительный взгляд в сторону ни в чем не повинного растения – Лекарство?       – Ага – кивнула девушка – Но обращаться с ним стоит очень осторожно, так как он очень ядовит… Пара капель его сока может убить человека… Даже вдыхания его аромата может серьезно навредить здоровью…       – Тц, так не лучше ли бросить эту гадость в костер? – проворчал мужчина, уже намереваясь вырвать из рук шатенки эти злосчастные цветы и спалить их к чертовой матери.       – Ваша Светлость! Прошу вас, не надо! – воскликнула Ханджи, чуть ли не отпрыгивая от своего хозяина.       – Отдай мне эту мерзость! Немедленно! – приказал он ей.       – Ваша Светлость! Вы не слышали меня? Даже запах олеандра очень ядовит! А если вы бросите его в костер, то…       – Дым отравит зайца – понял Леви – Ханджи… Прости меня…       – А? А за что вы просите прощения, Ваша Светлость? – не поняла рабыня.       – Я… Я подверг тебя опасности, принеся этот цветок… Ты ведь… Ты ведь могла серьезно пострадать, если не…       – Я бы не пострадала – перебила его девушка – Если кто и пострадал, то это вы, Ваша Светлость.       – Я? – такого Аккерман явно не ожидал.       – Да, вы – кивнула шатенка – Вы ведь ничего не знаете об олеандре, верно?       – Совсем ничего – честно признался граф.       – Вот видите! – воскликнула рабыня – Если бы вы были неосторожны, то… Мне… Мне даже страшно представить, что бы было… У меня нет с собой ничего, что могло бы помочь вам… – печально вздохнула Ханджи.       – Ну, не надо... Прошу тебя, не расстраивайся – промолвил Леви, слегка дотронувшись до ее плеча – Не стоит винить себя из-за моей... неосмотрительности...       – Главное, что вы не пострадали – слегка улыбнулась девушка – Кстати, а зачем вы вообще принесли эти цветы? – она наконец задала так интересующий ее вопрос.

***

      – А? Что? – несколько растерялся мужчина – Ну... Я... Это...       – Ваша Светлость? В чем дело? – забеспокоилась рабыня. Необычное поведение хозяина ее несколько... настораживало.       – Я... Дело в том, что я... Я... – не переставал бубнить себе под нос Аккерман – В общем... Я... Я... хотел... тебя... порадовать... – чуть слышно пробормотал он.       – Что-что? Боюсь, я вас не совсем поним...       – Я ПРОСТО ХОТЕЛ ПОДАРИТЬ ТЕБЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ ЦВЕТЫ! ЧТО ТУТ НЕПОНЯТНОГО! – выпалил как на духу граф – ОТКУДА Я МОГ ЗНАТЬ, ЧТО ОНИ ЯДОВИТЫЕ?!       – А? Вы... Подарить... Цветы... Мне... – пискнула шатенка – Но... Но зачем?       – А зачем мужчины вообще дарят цветы женщинам? – вздохнул брюнет.       – Но... Но я... Я же... рабыня... – пролепетала девушка, переводя не верящий взгляд со своего хозяина на прекрасные (и смертельно опасные) цветы.       – Как будто это кого-то волнует – буркнул граф.       – Да, вы правы, это никого не волнует – вздохнула шатенка, непроизвольно дотронувшись до одного из своих браслетов.       – Ханджи... Я... Я не это имел в виду... – поспешил все объяснить Леви, когда понял, ЧТО ИМЕННО он сказал.       – Не стоит, Ваша Светлость. Я все поня...       – Ничего ты не поняла – перебил ее Аккерман – Я. Хотел. Подарить. Тебе. Эти. Цветы. – нарочито медленно произнес он – По той же причине, по которой мужчины дарят цветы женщинам – А что до этого... – он слегка провел пальцем по металлическому браслету – Знаешь... Об этом я думал в самую последнюю очередь...       – Правда? – шатенка просто ушам своим не верила.       – Правда-правда – слегка улыбнулся брюнет – Извини, что так вышло. Я думал, что они тебе понравятся.       – А кто сказал, что они мне не понравились? – удивилась рабыня – Наоборот, мне они понравились. Очень!       – А? Что? – не понял Аккерман.       – Олеандр, хоть и очень опасный, но, в то же время, и очень полезный цветок – пояснила Ханджи – Вы хотя бы представляете, сколько разных снадобий и порошков я могу из него сделать? Скольким людям смогу помочь? Поэтому... Мне очень нравятся эти цветы! Спасибо вам большое, Ваша Светлость! – тепло улыбнулась девушка.       – Не стоит благодарности – буркнул Леви, неосознанно отводя взгляд, чтобы она ненароком не заметила неожиданно появившийся румянец на его щеках – Сказал же, я просто думал, что это обычный цветок.       – Нет, он очень необычный! – воскликнула шатенка – И... Ваша Светлость...       – Да?       – Вы... Вы не могли бы рассказать мне, где вы нашли его? – попросила рабыня.       – Чего?! – нахмурился граф – Зачем тебе это?       – Для всех снадобий, что я хочу приготовить, этого будет мало – она кивнула на цветы, которые все еще держала в руках – Мне нужно ещ...       – Погоди – жестом прервал ее мужчина – То есть, ты хочешь сказать, что ты собралась еще нарвать этой отравы?       – Это не отрава.       – Ты не ответила на мой вопрос.       – Да, Ваша Светлость, вы все правильно поняли.       – Значит, ты добровольно собираешься нарвать еще больше смертельно опасных цветов. Скажи, ты вообще нормальная? – проворчал Аккерман.       – Ну... Смотря кого вы считаете нормальным – неопределенно пожала плечами шатенка.       – Не тебя уж точно – хмыкнул граф – Без обид, ладно?       – Какие обиды, Ваша Светлость! Я не из тех, кто обижается на правду – воскликнула шатенка – К тому же... Меня и похуже называли.       – Тц, я в этом нисколько не сомневаюсь – буркнул граф.       – Ваша Светлость... Так вы объясните мне, как найти тот куст олеандра? – вновь спросила Ханджи.       – Ладно, так и быть, если тебе так нужен тот чертов сорняк, то я отведу тебя к нему – проворчал брюнет.       – Ваша Светлость, это вовсе необязательно! – запротестовала шатенка – Я вполне могу сама...       – Я. Отведу. Тебя. Туда – сказал, как отрезал, Леви – И не спорь со мной, это даже не обсуждается.       – Хорошо, как пожелаете, Ваша Светлость – кивнула рабыня, склонившись над уже запеченной заячьей тушкой – Думаю, что все готово. Не желаете отобедать, Ваша Светлость?       – Было бы неплохо – согласился граф – Пахнет довольно аппетитно.       – Надеюсь, на вкус тоже неплохо – ответила девушка, положив сверток с цветами на траву.       – Я тоже на это надеюсь – сказал брюнет – Немедленно иди и вымой руки. Не хватало еще, чтобы ты отравилась этой мерзостью – очередной неодобрительный взгляд на ни в чем не повинные цветы.       – Хорошо, Ваша Светлость. Пожалуйста, подождите пару минут, я вымою руки и разделаю зай...       – Я сам разделаю зайца – перебил ее граф.       – Но... Ваша Светлость... Вам вовсе необязательно...       – Я. Сам. Разделаю. Зайца – тоном, не терпящим возражений, повторил мужчина.       – Но...       – Ханджи, неужели ты думаешь, что я не справлюсь с такой плевой работой? – нахмурился Леви.       – Нет, что вы, Ваша Светлость! Я даже и не думала об этом! – воскликнула девушка – Просто...       – Что «просто»? – хмыкнул Аккерман – Думаешь, раз я дворянин, то совершенно беспомощен?       – Вовсе нет – покачала головой рабыня – Просто обычно дворяне не занимаются... подобными вещами.       – А рабы обычно даже не задумываются о тех вещах, о которых ты так здраво рассуждаешь – не остался в долгу граф.       – Что вы имеете в виду? – сухо поинтересовалась шатенка.       – Помнишь, когда мы с тобой были на развалинах собора, ты сказала, что это – кивок в сторону металлических браслетов невольницы – Не показатель ума, как и его отсутствия?       – Помню – кивнула девушка – То есть, вы хотите сказать, что ваш титул не обязывает вас вести себя так, как обычно ведут себя аристократы? Вы сами определяете ваше поведение.       – Как я и ожидал, ты все прекрасно поняла – ухмыльнулся брюнет – Мы – те, кто мы есть, Ханджи, нам этого не изменить. Но... Мы вполне можем решить то, не КТО мы, а то, КАКИЕ мы.       – Не могу не согласиться с вами, Ваша Светлость – слегка улыбнулась девушка – Если я как-то обидела вас, то... Прошу принять мои самые искренние извинения – она смиренно опустила голову.       – Тц, вот еще! Нашла из-за чего извиняться! – буркнул Леви – А теперь... Иди уже мой руки, пока заяц совсем не остыл. Не знаю, как ты, но я предпочитаю есть мясо горячим.       – Да, мне тоже больше нравится горячее мясо – кивнула шатенка.       – Поэтому, если хочешь есть этого зайца горячим, то... Иди уже мой руки! И не задерживайся!       – Хорошо, Ваша Светлость, как пожелаете. С вашего позволения...       – Иди уже – небрежно махнул рукой мужчина.       Кратко кивнув хозяину, рабыня поспешила к озеру. Аккерман, проводив ее взглядом, загадочно улыбнулся своим мыслям и, достав нож, принялся за разделку запеченной туши.

***

      Оставшись одна, Ханджи не могла не задуматься о довольно необычном поступке своего хозяина.       Нет, это был далеко не первый раз, когда мужчина проявлял к ней внимание подобным образом. Цветы ей дарили и раньше, правда, не так часто, да и то это были лишь практически засохшие соцветия, которые годились разве что на корм скота, поэтому мужчины-рабы, желая «поухаживать» за понравившейся им рабыне таким образом могли не бояться вызвать гнев своих хозяев. Как правило, подобный жест приводил рабынь, особенно молоденьких, в неописуемый восторг, позволяя, хоть и ненадолго, почувствовать себя благородной дамой, за которой трепетно ухаживает галантный и воспитанный кавалер.       Не исключением не стала и Ханджи. Однако, в отличие от других рабынь, даже несмотря на довольно юный возраст, шатенка прекрасно понимала значение этого «благородного жеста». Глядя на какого-нибудь раба, протягивающего ей засохший цветок, который он нашел в саду, девушка догадывалась, чего именно добивается ее «кавалер». Понимала и... Тактично отвергала его «ухаживания». Может быть, некоторые рабыни и готовы были раздвинуть ноги перед каким-нибудь грязным и потным рабом, подарившем им полусгнивший цветок, но к Ханджи это не относилась. Она не могла ничего поделать, если свободному мужчине вдруг вздумалось сорвать с нее одежду и надругаться над ее телом, но рабу она могла сказать «нет». И... Никогда не упускала возможности воспользоваться этим правом. Одним из немногих прав, что у нее были...       Надо сказать, что мужчины реагировали на отказ... вполне нормально. В отличие от свободных мужчин, рабы не считали, что говоря «нет» женщина, а, тем более, рабыня, оскорбляет или унижает их, или же... набивает себе цену. Они не настолько хорошо разбирались в «женских хитростях». Для них «нет» всегда означало «нет». Поэтому, получив отказ, они лишь смиренно пожимали плечами и... дарили цветок более сговорчивой девушке.       Нет, разумеется, и среди рабов встречались отдельные смутьяны, искренне верящие, что женщина не имеет права не подчиниться им, мужчинам. Однако и здесь Ханджи удавалось отвергнуть их, да так, что они сами убеждали себя в том, что от этой девушке лучше держаться подальше. Как правило, шатенка, когда понимала, что так просто ее не оставят, смущенно улыбаясь, говорила своему «кавалеру», что она и рада бы провести с ним время, но, дело в том, что сейчас у нее особые... женские дни, поэтому... к сожалению, она не может позволить себе... уединиться с мужчиной. В большинстве случаев этого оказалось более чем достаточно. Рабы резко теряли к ней интерес, а через пару дней, найдя более сговорчивую рабыню, благополучно забывали о шатенке. Иногда, правда, некоторые мужчины продолжали крайне настойчиво добиваться «расположения» Ханджи, но... Она и здесь прекрасно знала, как «отвадить» их. Чтобы раз и навсегда избавиться от настырного «ухажера» девушка, не переставая горестно вздыхать, рассказывала мужчине свою «самую страшную тайну». Мол, один из ее бывших хозяев умер в страшных муках от одной крайне неприятной «неприличной» болезни, но при этом умудрился заразить этой болезнью некоторых своих рабынь, и Ханджи в том числе. Затем шатенка поясняла, что хоть эта болезнь не слишком беспокоит ее, но зато для мужчин она была крайне опасной, даже смертельной. Разумеется, рабов, которые в виду собственной ограниченности, свято верили каждому слову шатенки, в красках описывающей мельчайшие подробности того, как протекает болезнь, и... не успевала она и половины рассказать, как перепуганные насмерть мужчины спешно извинялись и спешили сбежать от девушки куда подальше и в дальнейшем обходить ее чуть ли не за лигу. Что ж, это было ей только на руку.       Так что... Можно было смело сказать, что Ханджи без тени сомнения отвергала всех своих «поклонников» среди рабов, поскольку их «ухаживания», будь это агрессивные приставания какого-нибудь драчливого лесоруба, считавшего, что он имеет полное право сделать с ней все, что пожелает, или невинные заигрывания какого-нибудь робкого мужчины, вроде Руфуса, который лишний раз даже боялся дотронуться до ее руки, были ей совершенно не нужны. Она лишь хотела спокойно работать и никому не мешать, пока не сможет придумать, как сбежать, и поэтому у нее не было никакого желания тратить время на бесполезные «шашни» с рабами, как бы те не старались, в своем понимании, конечно, «ухаживать» за ней.       Вот только...       Граф Леви Аккерман рабом не был...

***

      Сказать по правде, когда ее хозяин протянул ей букет ярко-розовых цветов, рабыня совершенно не подумала о том, что это был... жест внимания. Нет, в ту минуту, как она увидела те самые цветы, и как только поняла, что это олеандр, она могла думать лишь о том, как бы уберечь графа от опасности, которой он по неосторожности подверг себя.       Именно поэтому она, совершенно не задумываясь о последствиях, чуть ли не вырывает тот злосчастный букет у него из рук и принимается наперебой расспрашивать его об этом цветке, чтобы понять, как именно он мог пострадать. При этом ее совершенно не волнует его гнев, ожидаемо появившийся после ее просто непозволительной выходкой. Плевать! Пусть потом хоть выпорет ее, хоть в темницу бросит, главное сейчас – это спасти его жизнь.       К счастью, пусть и не сразу, но ей все же удается достучаться до него, объяснив, что олеандр крайне опасен, а затем она наконец-то добивается ответов на свои вопросы. Он не пострадал! Какое счастье! Однако шатенка позволяет себе вздохнуть с облегчением только тогда, когда граф, по ее настоятельной просьбе тщательно моет руки и лицо. Она была готова даже постирать всю его одежду, вдруг на нее попала пыльца, однако Аккерман не позволил ей это.       А затем... А затем ее хозяин делает то, что приводит ее в самый настоящий ступор.       ОН. ИЗВИНЯЕТСЯ. ПЕРЕД. НЕЙ.       Да где это видано, чтобы дворянин извинялся перед какой-то жалкой рабыней! Да, он, пусть и неосознанно, подверг опасности, как себя, так и ее, но...       Это ничего не меняет! Такие, как он, не извиняются перед такими, как она!       НИ-КОГ-ДА...       А он извинился...       Более того, от шатенки не укрылось то, как искренне он раскаивается, как сильно чувствует себя виноватым, как сожалеет о случившемся.       Разумеется, Ханджи принимает его извинения. Да и... Что еще ей остается? Ведь, в конце концов, он не слишком-то виноват в случившемся. Правитель графства должен разбираться в законах, быть осведомленным о родственных и брачных связях своих подданных, иметь безупречные манеры, а также знать о сотнях, если не о тысячах вещей, которые могут помочь ему в правлении, но...       Умение разбираться в ядовитых растениях к таким вещам совершенно не относится...       И именно поэтому шатенка нисколько не злится на своего хозяина. Напротив, то, что он так переживает о случившемся, ее очень трогает. Затем, пытаясь хоть как-то отвлечь брюнета от угрызений совести, она задает ему вопрос, который далеко не сразу пришел ей в голову.       А его ответ...       Скажем так, ответ, который он дал, она ожидала услышать меньше всего...

***

      Поначалу он совершенно обескураживает ее тем, что неожиданно начинает что-то мямлить себе под нос, при этом намеренно отводя от нее взгляд. А она... А она не может разобрать ни слова их того, что он там бормочет, о чем и сообщает ему.       А потом...       А потом графа просто «прорывает»...              – Я ПРОСТО ХОТЕЛ ПОДАРИТЬ ТЕБЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ ЦВЕТЫ! ЧТО ТУТ НЕПОНЯТНОГО?! ОТКУДА Я МОГ ЗНАТЬ, ЧТО ОНИ ЯДОВИТЫЕ?!              Нет, разумеется, эта фраза прекрасно объясняет его довольно необычное поведение, вызванное ее, в общем-то, вполне себе невинным вопросом о цветах. Ведь, в конце концов, мальчишки, как правило, жутко смущаются, когда впервые дарят понравившимся девчонкам цветы. Все это вполне естественно...       Вот только...       Он не какой-то там зеленый мальчишка!       Она не какая-то там сопливая девчонка!       Он – дворянин, правитель одного из крупнейших графств королевства!       А она...       А она его рабыня, черт возьми! Его безвольная собственность! Практически вещь!       Но...       Именно этой самой вещи он и дарит цветы...       А когда он объясняет ей, почему он так поступил, то...              – А зачем мужчины вообще дарят цветы женщинам?              Нет, это, разумеется, вполне можно понять...       Вот только...       Где это видано, чтобы дворяне дарили цветы своим рабыням?       Да им бы это и в голову никогда бы не пришло!       Никому из них...       Кроме...       Графа Леви Аккермана...       А когда... Когда Ханджи, все еще отказываясь поверить в происходящее, пытается напомнить хозяину о том, кто она, он... Он ее будто не слышит...              – Я. Хотел. Подарить. Тебе. Эти. Цветы. – нарочито медленно произнес он – По той же причине, по которой мужчины дарят цветы женщинам – А что до этого... – он слегка провел пальцем по металлическому браслету – Знаешь... Об этом я думал в самую последнюю очередь...              Но ведь это же просто немыслимо! Как вообще можно не подумать об этом?! Это же просто НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО!       Вот только...       Похоже, что графу абсолютно наплевать на это...       «Зачем вам все это, Ваша Светлость? Что вам нужно от меня? – никак не могла перестать размышлять об этом шатенка – Я, как и мое тело, и так принадлежу вам, так зачем... Зачем вы играете со мной во все эти игры? Зачем притворяетесь, что я что-то значу для вас? Зачем ведете себя так, словно ухаживаете за благородной дамой? Вам, что настолько наскучили придворные интриги, раз вы решили поразвлечься таким... необычным способом с рабыней? Хотя... Должна признать, что притворяетесь вы довольно правдоподобно... Была бы чуть более наивной, непременно бы купилась на ваш трюк... Во только... Я не так проста, как вы думаете! Меня вам не провести! Но... Поскольку, у меня все равно нет выбора, то... Так и быть! Подыграю вам. Тем более... Это же так приятно!».       Девушка невольно улыбнулась своим мыслям. Да, все это, безусловно, было не более чем хитроумной ложью и притворством заскучавшего аристократа, но... Ханджи, хоть и была рабыней, в то же время была и женщиной. А какая женщина откажется от ухаживаний привлекательного мужчины? Даже если и прекрасно будет знать, что все это всего лишь мимолетный каприз? Вот и шатенка не была исключением...       Что ж, рано или поздно я наскучу вам, Ваша Светлость. И... Все вернется на круги своя... А пока... А пока я намерена насладиться каждой секундой вашего общества... Пусть все ваши ухаживания лишь притворство... Но... Должна сказать, с цветами вы превзошли сами себя! Браво! Я почти поверила! Почти...       Эта неумелая (или же, как следует правильно сказать, мастерски разыгранная) попытка графа подарить ей цветы кое-что напомнила Ханджи.       Это было так давно... Словно в другой жизни... Тогда она еще была беззаботным ребенком... Ее запястья не сковывали эти проклятые металлические браслеты... А ее семья... А ее семья еще была жива...

***

      В тот день к ним домой приехал старый знакомый ее отца. Вместе с ним был его сын, мальчик примерно ее возраста. Поскольку ее старшие братья и сестры уже были «слишком взрослые», а младшие брат и сестра, напротив, слишком малы, то как-то само собой получилось, что развлекать их юного гостя пришлось Ханджи. Да и... Не то, чтобы она была против...       Мальчик и девочка провели вдвоем целый день. Ханджи, чьи проказы уже далеко не первый год были всеобщей головной болью, не испытывая ни капли угрызений совести, втянула «нового друга» во все свои шалости – они стащили на кухне целый поднос с пирожными, приготовленных для гостей отца девочки, затем они, сбежав от нянек, бегали, как сумасшедшие, по саду, вернее, бегала только Ханджи, а мальчик изо всех сил пытаться догнать девочку, после этого дети, забежав на конюшню, попытались было «украсть» лошадей, но... Как выяснилось, их отцы тоже собрались на конную прогулку. Разумеется, юная проказница напросилась с ними! Отец Ханджи, прекрасно зная о том, что его дочь ни за что не успокоится, пока не добьется своего, был вынужден согласиться, а то она и правда украдет лошадей. Такое ведь уже было, и не раз... Поэтому на прогулку они отправились вчетвером. Сын их гостя, конечно же, тоже составил им компанию. Во время прогулки дети умудрились потеряться, чем не на шутку перепугали своих отцов. К счастью, «пропажа» обнаружилась довольно быстро. Как выяснилось, Ханджи уговорила своего нового друга свернуть с тропы, так как хотела показать ему «кое-что интересное». Этим «интересным» оказалась какая-то заброшенная хижина, где, по словам девочки, обитали «самые злобные призраки во всем королевстве». К чести друга Ханджи, он никоим образом не выдал своего страха, когда девчушка в красках рассказывала ему о многочисленных «несчастных путниках, которых злобные духи замучили до смерти, и теперь их многострадальные души навеки заперты в этой хижине». Нет, вместо того, чтобы с криками убежать от этого места куда подальше, мальчик храбро переступил порог хижины, а потом уверенно заявил своей подруге, что «в этой хижине нет ничего особенного, кроме грязи, пыли и пауков». Девчушка нисколько не расстроилась, что ей не удалось напугать своего друга, вместо этого она, наоборот, зауважала его еще больше. Озорница уже хотела было еще подразнить своего спутника, заставив его притащить ей что-нибудь из хижины, но... Именно тогда их и нашли их родители...       Едва увидев своего отца, Ханджи, в отличие от большинства детей, не стала ни убегать, ни прятаться, ни выдумывать всякие небылицы, чтобы избежать наказания. Нет. Вместо этого она рассказала всю правду. Сказала, что хотела показать своему новому другу это место, ну, заодно и напугать его. Однако... Ей это не удалось. После этого «признания» девчушка принесла свои самые искренние извинения своему отцу и его гостю за то, что заставила их беспокоиться, а также и... своему другу за то, что пыталась его напугать. Мужчина, как и его сын, были несказанно удивлены прямотой девочки, как и ее смелым признанием, поэтому великодушно простили ее. А что до отца Ханджи, то он... Что ж, он слишком хорошо знал свою хитрюгу-дочь... После этого вся компания вернулась домой, где их уже ждали к ужину.       Если вы думаете, что на этом проказы Ханджи закончились, то...       Как же сильно вы ошибаетесь!

***

      Поздним вечером, когда все в доме уже легли спать, неугомонная девчушка тайком прокралась в комнату, которую отвели для сына гостя ее отца, и... самым что ни на есть бесцеремонным образом потащила заспанного и по этой причине не особо сопротивляющегося мальчика в сад. Она объяснила это тем, что по ночам в их сад пробирается «жуткое чудовище» и топчет их цветы, и поэтому... они просто обязаны выследить его!       Мальчонка, надо сказать, энтузиазма своей подруги не разделял, в никаких чудовищ не верил, и благоразумно решил, что она снова его разыгрывает, как и с той заброшенной хижиной, где якобы обитают злобные духи.       Разумеется, он был прав.       Как выяснилось, «чудовищем» оказался сильно подвыпивший садовник, который, напевая себе под нос песни, которые не следовало слушать маленьким детям, пошатываясь, брел по саду, безжалостно топча клумбы с цветами, над которыми так трясся днем.       Так что, это было совершенно не удивительно, что такое «чудовище» нисколько не впечатлило друга Ханджи. Однако ее это нисколько не расстроило! Напротив, она похвалила его за храбрость и пообещала, что больше не будет так шутить над ним.       – Ты не веришь в мои рассказы о злобных духах и жутких чудовищах – пояснила она – Над тобой шутить неинтересно.       – Неужели кто-то вообще воспринимает всерьез твои небылицы? – спросил мальчик.       – Ты даже представить себе не можешь, сколько людей и правда верит в мои, как ты сказал, небылицы! – хихикнула девчушка – Мои сестры по ночам боятся в окно выглянуть, чтобы их не заметило чудовище из сада! А мой брат как-то отправился с мечом в ту хижину! Собрался сражаться со злобными духами! Вот умора!       – Странно. А я думал, что твои братья и сестры прекрасно знают, что ты все выдумываешь – хмыкнул мальчонка – Они же знают тебя как никто другой.       – Ну... Они не во все верят – пожала плечами девочка, слегка покрутившись на месте, ее неусидчивая натура не позволяла ей долго стоять на одном месте – Например, если я скажу, что видела на кухне крысу, то меня сразу же уличат во лжи.       – И почему же?       – Да потому что крыса может появиться на кухне, только если я ее САМА туда принесу!       – А ты не принесешь?       – Нет, конечно! Крыс нельзя подпускать к еде! А вот подбросить в комнату к моим сестричкам... Почему бы и нет! – захихикала девчушка.       – Только не говори, что ты так уже делала... – вздохнул мальчик, уже догадавшись, какой ответ получит.       – А то! – усмехнулась девчушка – Поэтому... Если я вдруг скажу, что подбросила крысу или пауков в комнаты Луизы и Одетты, то мне обязательно поверят! Даже если это будет не так!       – Хм, интересно... А поверят ли они, если ты расскажешь им об этом?       – О чем? – не поняла девочка, резко обернувшись к другу и... чуть было не уткнулась носом в... цветок василька, который ее друг протягивал ей...       Кстати о друге...       Хоть в саду, освещаемым лишь лунным светом, было довольно темно, от Ханджи не укрылся ни едва уловимый румянец на щеках парнишки, ни то, как несмело от отводил глаза, ни то... как билось его сердце...       – Нет, не поверят – слегка улыбнулась девочка, неуверенно забирая цветок из протянутой руки мальчика – Они думают, что никому и в голову не придет дарить мне цветы. Кстати, а ты зачем мне его подарил?       – А, что, нельзя? – буркнул мальчонка, все также избегая смотреть на свою подругу – К тому же, это был единственный цветок, который не затоптал тот пьяница.       – Правда? – Ханджи с удивлением посмотрела на клумбу с васильками, точнее, на то, что от нее осталось – Понятно... Выкрутился, значит.       – Ты на что это намекаешь? – нахмурился мальчик.       – Да ни на что – загадочно улыбнулась девчушка – И... Кстати... Спасибо за цветок! – она слегка подпрыгнула и... чмокнула своего совершенно не ожидавшего этого друга в щеку.       – Ты что творишь, дура?! – чуть ли не прошипел красный как рак мальчонка, неосознанно дотронувшись до места поцелуя.       – Как это что? Благодарю тебя! – как ни в чем не бывало воскликнула Ханджи.       – Да как ты...       – Идем домой, пока нас не хватились – будто бы не услышав своего друга, сказала девчушка – Или... – на ее губах появилась хитрая ухмылка – Ты хочешь, чтобы я тебя ЕЩЕ отблагодарила?       – Вот еще! Не придумывай всякую ерунду, глупая! – фыркнул парнишка, прежде чем схватить свою подругу за руку и потащить в сторону дома.       Ханджи на это ничего не ответила, лишь, продолжая загадочно улыбаться своим мыслям, позволила своему другу увести ее в дом...       Их гости уехали на следующий день. Девочка тепло попрощалась со своим другом, пообещала, что обязательно будет ему писать, а также будет очень ждать его в гости. Мальчик тоже пообещал писать ей и также пригласил ее в гости, если она вдруг окажется в его краях.       Дети и правда верили, что они еще обязательно увидятся, что они будут писать друг другу письма чуть ли не каждый день, что так неожиданно зародившаяся дружба со временем только окрепнет...       Но...       То была их последняя встреча...       Ханджи так и не успела написать ни одного письма своему другу...       Ведь...       Не прошло и недели с отъезда их друзей, как...       Всю ее семью убили самым жестоким образом...       А ее...       Продали за гроши на невольничьем рынке...       С тех пор прошло много лет... Слишком много лет...       События того дня уже практически стерлись из памяти рабыни. Она уже не помнила ни имя того мальчика, ни звука его голоса, ни даже то, как он выглядел...       Она помнила лишь одно...       После той ночи в саду...       Васильки стали ее любимыми цветами...

***

      – Ханджи... Ханджи... Ханджи! Ты, что, там оглохла что ли?! – из воспоминаний девушку вырвал неожиданно раздавшийся мужской голос. Такой знакомый голос...       – Ва... Ваша Светлость? – обернувшись на звук голоса, рабыня, к своему удивлению, обнаружила позади себя своего хозяина – Что-то случилось?       – Хм, это я у тебя должен спросить – фыркнул Аккерман – Почему ты до сих пор сидишь здесь?       – Э... Я... – несколько растерялась девушка. Ну, не говорить же ему, что его хоть и очень красивый, но совершенно непонятный ей жест с цветами, заставил ее вспомнить о том, что она, как она думала, давным-давно забыла – Я... Тут... Задумалась...       – О чем? – поинтересовался брюнет.       Шатенка в ответ лишь неопределенно пожала плечами.       – Ясно... – вздохнул граф. Он уже понял, что ни слова от нее не добьется, если она сама не захочет ему все рассказать – У тебя точно все в порядке?       – Да, у меня все хорошо, Ваша Светлость – поспешно кивнула девушка – Извините, что заставила вас ждать. Я не хоте...       – Прекрати уже извиняться – жестом остановил ее Леви – И... Идем уже есть, пока заяц совсем не остыл.       – Хорошо, Ваша Светлость, как скажете.       – Тц, идем уже – мужчина небрежно махнул рукой, велев девушке следовать за ним.       Ей ничего не оставалось, как подчиниться...

***

      – Э... Ваша Светлость... А что... что это такое? – поинтересовалась Ханджи, заметив аккуратно нарезанные кусочки жареного мяса, разложенные на... белоснежных шелковых платках.       – А что не так? – нахмурился Леви – Мы, что, должны есть мясо прямо с земли? Или в твоей сумке завалялась пара тарелок?       – Нет, к сожалению, я не прихватила с собой тарелки – покачала головой девушка – Но... Зачем было класть мясо на ваши платки? Его вполне можно было разложить на лопухах – шатенка кивнула на большие зеленые листья недалеко от берега.       – Тц, ты предлагаешь мне положить еду на эти грязные листья? – буркнул граф.       – Но ведь их можно было помыть в озере – вздохнула рабыня.       – Не важно – отмахнулся Аккерман, мысленно упрекая себя, что такая идея не пришла ему в голову – Садись уже, пока мясо еще горячее.       – Как пожелаете, Ваша Светлость – она уже собралась было сесть на траву, как ее остановила рука ее хозяина – А? Что-то не так, Ваша Светлость?       – Только не говори, что собралась сидеть прямо на земле – буркнул брюнет – А это я для кого постелил?       – А? – она с удивлением обнаруживает плащ ее хозяина, разложенный на траве – Но... Ваша Светлость... Где тогда будете сидеть вы?       – Думаю, мы с тобой без проблем поместимся на нем вдвоем.       – Что ж, полагаю, вы правы – согласилась девушка, устраиваясь на краю расстеленной на земле ткани.       – Именно – кивнул граф, присаживаясь рядом – В конце концов... – на его губах появилась хитрая ухмылка – Ты и твоя тощая задница занимаете не так уж и много места...       – Моя задница вовсе не тощая – проворчала шатенка, слегка сжав ткань подола платья.       – Ну... Не знаю... Не знаю... – загадочно улыбнулся Леви – Со стороны, как говорится, виднее...       – И часто вы так делаете? – фыркнула Ханджи.       – Что именно?       – Смотрите на мою, как вы там сказали, тощую задницу?       – Не так часто, как хотелось бы – прямо ответил граф.       – ЧТО?! – такого откровенного ответа она не ожидала – Ваша Светлость... Вы... Вы...       – Что «я»? – поинтересовался Аккерман, откровенно наслаждаясь открывшимся ему видом – Ну, говори. Давай, не стесняйся.       «С ума сойти! Ну, до чего же она хорошенькая, когда злится! – думал брюнет, уже в открытую любуясь тем, как девушка постоянно сжимает и разжимает кулаки, как отчаянно кусает губы, как тяжело дышит – Так... Похоже, я переборщил. Как у нее покраснели щеки! А глаза! Если бы взглядом можно было убить, то... моему графству понадобился бы другой правитель. Кажется, она еле сдерживает себя, чтобы не ударить меня. Но... Будь я проклят! До чего хороша, чертовка!».       «Нахал! Наглец! Подонок! Грубиян! Мерзавец! – мысленно «одаривала» своего хозяина далеко не лестными эпитетами шатенка – Вот бы... Вот бы врезать этому брезгливому коротышке по его самодовольной роже что есть силы! И плевать, что будет! Десяток ударов плетей и пара недель в темнице того определенно стоит! Но... Как бы мне не хотелось стереть эту ухмылочку с его лица, бить правителя Стоунфера далеко не лучшая идея. Да и... Я так, скорее себе руку сломаю, чем причиню ему боль. Ладно, черт с ним! Хотя... Причинить боль ведь можно и не только кулаками...»

***

      – Что ж, неудивительно, что вы до сих пор не женаты – как ни в чем не бывало сказала рабыня, будто бы только что и не намеревалась избить до полусмерти своего хозяина.       – Ты о чем вообще? – не понял граф.       – Ну... Это же очевидно... – нарочито медленно протянула девушка – Если вы дарите благородным незамужним леди такие же сомнительные комплименты, как и мне, то... Это все объясняет... – лукаво улыбнулась рабыня.       – ЧЕ... ЧЕГО?! – рявкнул брюнет, поразившись подобной наглости – Ты... Ты хотя бы думаешь ЧТО и КОМУ ты говоришь?       – Так, значит, я не права? – поинтересовалась шатенка, ни на секунду не переставая лукаво улыбаться.       – Нет, не права! – поспешно возразил мужчина (слишком поспешно) – Ты хотя бы представляешь СКОЛЬКО женщин просто спят и видят, чтобы выйти за меня замуж?       – За вас или за ваш титул? – ответила вопросом на вопрос Ханджи.       – Ты... Да ты... – прошипел Аккерман, с трудом сдерживая клокочущий внутри гнев.       – Так что же, Ваша Светлость? – рабыня понимала, что ей бы лучше извиниться перед хозяином и замолчать, но... Ее уже было не остановить... – Вы уверены, что эти дамы хотят выйти замуж ЗА ВАС? Или... Они просто жаждут стать ГРАФИНЕЙ АККЕРМАН?       – Ханджи... Ты... Ты забываешься... – брюнет непроизвольно сжал кулаки.       – Можете потом наказать меня, как посчитаете нужным, но сначала, прошу вас, ответьте на мой вопрос – продолжала улыбаться девушка, несмотря на опасность, в которой она оказалась, ее ни на шутку забавляло то состояние, до которого она довела своего хозяина.       Ну кто бы мог подумать! Он такой милый, когда выходит из себя! Будто не правитель графства, а маленький вспыльчивый мальчик, дразнить которого одно удовольствие!       – Прекрати это немедленно, наглая девчонка! – чуть ли не прорычал граф, хватая рабыню за запястье и неосознанно замахнувшись на нее второй рукой.       – Ответьте мне, и я замолчу – хихикнула она.       – А?       Он вдруг понял, что...       Чуть было не ударил ее...       И едва он это понял, как...       Гнев как рукой сняло...       А она...       А она, вместо того, чтобы испугаться, зарыдать, молить о прощении...       Она...       Продолжала улыбаться как ни в чем не бывало...       «Неужели тебе совершенно неведомо чувство страха?» – в очередной раз задался вопросом граф, медленно опуская занесенную для удара руку.

***

      – Ваша Светлость... Так вы ответите на мой вопрос? – вновь обратилась к хозяину рабыня.       – А если нет? – буркнул брюнет.       – Тогда... Тогда я буду считать, что я права.       – А ты и так права – вздохнул Леви – Поверь, мне прекрасно известно, что всем этим... благородным леди – последние два слова он чуть было не выплюнул – Нет до меня никакого дела. Они просто хотят удачно выйти замуж, чтобы утереть нос своим сестрам, кузинам, теткам ну или еще кому-нибудь. Им нужен не я, а мой титул, а также то положение, которое они получат благодаря браку со мной. Я ответил на твой вопрос?       – На этот да.       – А, что, был еще один? – не понял брюнет.       – Ну, вообще-то был.       – Будь добра, напомни мне, о чем еще ты меня спрашивала?       – Ну... На самом деле, это был не совсем вопрос... Я лишь предположила, что вы до сих пор не женаты, потому что... – на ее губах появилась загадочная улыбка – Вы дарите незамужним благородным леди такие же сомнительные комплименты, как и мне...       – ЧЕГО?! – только и смог произнести в очередной раз опешивший от подобной наглости граф, припоминая, что она и правда говорила нечто подобное – Ты на что это намекаешь?! О каких-таких сомнительных комплиментах ты говоришь?       – А разве вы не помните, Ваша Светлость? Вы сказали, что смотрите на мою тощую задницу не так часто, как хотелось бы.       – Ты... Ты... Да как ты смеешь! – прошипел Аккерман, еще сильнее сдавливая ее запястье.       – Ну, так что вы скажете, Ваша Светлость? – продолжала игриво улыбаться Ханджи, успешно игнорируя нарастающую с каждой секундой боль в запястье – С благородными леди вы тоже обсуждаете их задницы?       – Ты... Ты совсем страх потеряла? – мужчина уже практически рычал на нее, хватка на ее запястье стала еще сильнее.       – А вы все еще продолжаете уходить от ответа... – хихикнула шатенка, страха в ее глазах не было от слова совсем, напротив, ее не на шутку забавляла эта ситуация.       Ой, я не могу! Он ТАААКОЙ милый, когда выходит из себя! Шипит, словно недовольный кот! Фыркает, как сердитый ежик! Как же хочется подергать его за щеки или потаскать за нос! За это, правда, я рискую лишиться головы, но... Хоть повеселюсь напоследок перед смертью!       – Или эти благородные леди НАСТОЛЬКО хотят стать графиней Аккерман, что... – как ни в чем не бывало продолжила Ханджи, напрочь игнорируя пристальный взгляд холодных серых глаз, которые словно пытались прожечь в ней дыру – Что готовы обсуждать с вами... подобные вещи...       – Если эти идиотки хотят выйти за меня замуж, то будут обсуждать со мной все, что я пожелаю – прошипел Леви, ни на секунду не прекращая смотреть на эту нахальную девчонку ТАКИМ взглядом, от которого любой бы уже давно с криками пустился бы наутек.       Любой...       Но...       Не она...       – Идиотки? – хихикнула рабыня – Хорошего же вы мнения о женщинах! Да еще и благородных!       – А я разве виноват, что они готовы пойти на все, лишь бы найти себе выгодную партию? – проворчал брюнет – Что титул, который они могут получить благодаря удачному замужеству, для них гораздо важнее, чем чувство собственного достоинства? Черт! Да эти... эти...       – Говорите то, что думаете, Ваша Светлость – тепло улыбнулась шатенка – Не нужно ради меня подбирать красивые слова, в отличие от благородных леди, у меня не настолько чуткая и нежная натура.       – Эти... Эти... потаскухи... – наконец подобрал нужное слово Аккерман – А также их мамаши, у которых нет ничего святого...       – И как же вы определили, что у этих мамаш нет ничего святого? – поинтересовалась рабыня, в душе просто ликуя от того, как перекосилось лицо у этого обычно невозмутимого мужчины.       С ума сойти! Ну до чего же он милый! Вот он... Настоящий граф Леви Аккерман...       – А какая мать отправит свою дочь ночью в комнату мужчины, надеясь, что он женится на «бедной несчастной девице», дабы ее не скомпрометировать?!       – Ого! Неужели... Неужели доходило даже до такого? – удивилась шатенка.       – А то! Такое происходит на КАЖДОМ. ЧЕРТОВОМ. БАЛУ!       – Полагаю, раз вы до сих не обзавелись графиней Аккерман, значит, не одна из ваших потенциальных... невест – от Ханджи не укрылось то, как задергался глаз у ее хозяина, стоило ей произнести последнее слово (и как же ее это забавляло!) – Так и не смогла добраться до ваших покоев?       – Да нет, все они всегда без проблем добирались до моих покоев. Вот только... Меня там не было – хмыкнул брюнет.       – Ну, надо же! Да вы просто настоящий хитрец, Ваша Светлость! – хихикнула девушка – И не жалко вам бедняжек? Они всего-то хотят выйти за вас замуж!       – Тц, это не их надо жалеть, а меня! – буркнул мужчина – Если бы я не был таким бдительным, то был бы вынужден жениться на одной из этих... этих...       – Смелее, Ваша Светлость!       – Этих бесстыжих идиоток, которых воспитывали их не менее бесстыжие мамаши! А однажды эта бесстыжая идиотка родит мне сына! Моего наследника! Того, кто однажды будет править Стоунфером! Вот уж нет! Я скорее доверю графство этому идиоту-Йегеру, чем отпрыску этой потаскухи! Поэтому мне и приходится спать в кабинете во время балов! Чтобы не допустить всего этого!       – Ну... Если даже вы и допустите... слабину, то... Из этого всегда можно найти выход!       – И какой же? – поинтересовался граф.       – Вы всегда можете пообсуждать с благородными леди их задницы! – усмехнулась рабыня – Уверена, после этого желающих выйти за вас замуж значительно поуменьшилось бы!

***

      – А ты бы вышла? – не подумав, ляпнул Леви, но... было уже поздно... Слова уже были сказаны...       – А? Что? Ваша Светлость, боюсь... боюсь, я не совсем поняла вас – пролепетала Ханджи. Нет, быть того не может! Это ведь не то, о чем она подумала? Ведь так?       – Ты бы вышла за меня замуж? – на одном дыхании произнес Аккерман. Он понимал, он прекрасно понимал, что все это чистой воды безумие, что ему не надо, ему СОВЕРШЕННО не надо поднимать этот СОВЕРШЕННО не уместный вопрос. Но... Он не мог не задать его. Ему был нужен... Ему был крайне нужен ее ответ, хоть он и не до конца понимал почему.       – Ваша Светлость, ну и вопросы у вас! – попыталась отшутиться шатенка, уже понимая, что все это тщетно.       – Так ответь на него – бросил граф.       – Ваша Светлость... Я...       – Ответь мне, Ханджи. Это не такой уж и сложный вопрос...       – Это вы так думаете... – прошептала рабыня.       – Так в чем же сложность? – хмыкнул брюнет – Здесь либо «нет», либо «да». Так... Каким же будет твой ответ?       – Зачем вам так нужен мой ответ, Ваша Светлость? – прямо спросила девушка.       – Затем, что я хочу его услышать – как ни в чем не бывало ответил мужчина.       – Сожалею, но у меня нет ответа на ваш вопрос, Ваша Светлость.       – А? – такого он явно не ожидал – Почему... Почему ты так думаешь?       – А разве неочевидно? – пожала плечами шатенка – Я не могу ответить на этот вопрос потому что он предназначен не мне, а благородным незамужним дамам. А я – не они.       – Да, все верно. Ты – не они – прохрипел Леви, притянув ее лицо к себе за подбородок – Ведь... Ты затмеваешь их всех... – чуть слышно прошептал граф, потянувшись было к ее губам, но...       В последнюю секунду изменил свое решение...       Ты о чем вообще думаешь, идиот?! Над ней совсем недавно чуть было не надругались, а ты к ней целоваться лезешь! Вперед! Ты и так сегодня уже наломал дров с этими чертовыми цветами, так продолжай в том же духе! Так она точно никогда не станет доверять тебе!

***

      – Ваша Светлость? Все в порядке? – забеспокоилась Ханджи, заметив, как напрягся граф. На секунду ей показалось, что он собирался поцеловать ее, и она совершенно не была против этого, но, видимо, ее хозяин был иного мнения.       – Да, все хорошо – кивнул Леви, слегка прикоснувшись кончиками пальцев к ее щеке.       – А что... что вы сказали ранее? Я не расслышала – поинтересовалась шатенка, положив свою ладонь поверх его, все еще поглаживающую ее по щеке.       – Когда именно?       – Когда сказали, что я – не они.       – Я сказал, что... – несколько замялся Аккерман.       Ты затмеваешь их всех...       Нет, такого он ей точно не скажет.       – Я сказал, что ты гораздо интереснее их – ответил брюнет, слегка прикоснувшись губами к ее лбу – С тобой не так скучно.       – Правда? – хихикнула шатенка – И как же, позвольте узнать, вы пришли к такому выводу?       – Скажи мне, Ханджи, ты стала бы битый час обсуждать со мной или с кем бы то ни было какие-нибудь... Ну, я даже не знаю... Наряды... Прически... Украшения...       – Нет, конечно! – фыркнула рабыня – Это же так...       – Скучно – продолжил за нее граф – Вот видишь, ты понимаешь, о чем я. Но проблема в том, что благородные дамы в большинстве своем не могут говорить на другие темы. В отличие от тебя. И именно поэтому... И именно поэтому...       – Со мной вам не так скучно – закончила его мысль девушка.       – Не то слово! – хмыкнул граф – С тобой всегда есть о чем поговорить – он собирался было поднести ее ладонь к своим губам, как вдруг... – Что... Что это? – прошептал он с ужасом уставившись на... лиловые пятна на ее запястье...       – А? Что? – она также посмотрела на свою руку – А! Да пустяки!       – Нет, не пустяки – не согласился мужчина – Это... Это я сделал? – он бережно дотронулся до одного из синяков, подозрительно напоминающего по очертаниям его пальцы – Ханджи... Прости... Я...       – Ничего страшного, Ваша Светлость – перебила его девушка – Говорю же, это пустя...       – Хватит! – рявкнул граф – Прекрати говорить, что это пустяки! Я ведь... Я ведь тебя чуть не покалечил!       – Ну, не покалечили же – она слегка дотронулась до его руки – Это всего лишь пара синяков.       – Всего лишь пара синяков?! – процедил сквозь зубы Аккерман, мысленно проклиная себя и беспечность этой невозможной девчонки – И ты так спокойно говоришь об этом?!       – Ну, да – пожала плечами Ханджи – Я постоянно обо что-то ударяюсь или где-нибудь падаю. Вы хотя бы представляете, сколько у меня ушибов, царапин и синяков? Одним больше... Одним меньше... Не беда!       – Тебе нужно быть осторожнее – нахмурился Леви.       Да и мне тоже...       – Постараюсь – слегка улыбнулась девушка – Но ничего обещать не могу.       – И почему я не удивлен? – буркнул Аккерман – Ханджи... Прошу... Прости меня... – он слегка прикоснулся губами к ее «пострадавшему» запястью – Я... Я не должен был так сильно сжимать твою руку. Почему ты не сказала, что тебе было больно?       – А мне и не было больно – ответила рабыня – Честно говоря, я даже ничего и не заметила.       – Не заметила?!– брюнет ушам своим не верил – Да как можно не заметить ТАКОЕ?!       – Я ничего не заметила – повторила девушка.       Ведь я была ТАК занята тем, что выводила вас из себя, Ваша Светлость...       – Ты просто невозможна! – вздохнул граф – продолжая бережно поглаживать ее запястье – А теперь, будь добра, обработай свою руку.       – А? Что, простите? – не поняла девушка.       – Я сказал, обработай свою руку – повторил брюнет – Наверняка в твоей сумке есть какая-нибудь мазь или порошок.       – Э... Да, вроде бы что-то было – кивнула шатенка – Но... Ваша Светлость... Это вовсе необяз...       – Намажь уже чем-нибудь свою руку! Живо! – в его голосе были отчетливо слышны властные нотки. Как же его раздражала безалаберность этой девицы! – Или... Мне самому заняться твоей рукой?       – В этом нет никакой необходимости – буркнула Ханджи, выуживая из сумки какую-то небольшую коробочку.       – Это точно поможет? – поинтересовался Леви, внимательно наблюдая за тем, как она втирает что-то бледно-зеленого цвета в свою кожу.       – Непременно – ответила рабыня – Хотя, я вполне могла бы обойтись и без этого.       – Нет, не могла – не согласился граф – Ты... Ты хотя бы иногда думаешь о своем здоровье?       – А зачем? Я ведь здорова!       – Сильно в этом сомневаюсь – пробурчал себе под нос Аккерман.       – А? Что? Ваша Светлость, что вы сказали? Боюсь, я не совсем вас расслышала.       – Ничего. Не бери в голову – отмахнулся мужчина – Ты... Ты точно в порядке? – он вновь бережно дотронулся до ее пострадавшей руки – Может быть, вернемся в поместье, чтобы тебя мог осмотреть доктор Штраусс?       – А вы... Вы хотите вернуться? – спросила Ханджи.       – Нет – прямо ответил Леви – Пока не хочу. А ты?       – Я тоже – мягко улыбнулась девушка – Поэтому... Прошу вас... Хватит уже беспокоиться по пустякам.       – Это вовсе не пустяк! – буркнул граф – Да я тебе чуть руку не сломал!       – Ну не сломали же – она слегка сжала его ладонь в знак поддержки – Вы очень сильный мужчина и прошу вас не нужно за это извиняться или винить себя. Ведь вы – тот, кто вы есть.       – Да, ты права – кивнул брюнет, аккуратно поглаживая ее ладошку. Какая же у нее маленькая и хрупкая ручка по сравнению с его собственной! Неудивительно, что из-за его хватки у нее теперь все запястье в синяках – Ханджи... Я больше никогда не причиню тебе боли. Даю слово.       – Не стоит давать таких обещаний – тепло улыбнулась рабыня – Да и... Чтобы сделать мне больно, вам придется еще постараться...       – Возможно... – прошептал мужчина, наблюдая за тем, как изменилось ее лицо, он понял, что мыслями она явно не с ним.       «Через что же тебе пришлось пройти? – он в очередной раз задался этим вопросом – И... Я все же дам слово. Я больше никогда не причиню тебе боли. Больше НИКТО не причинит тебе боли, девочка моя... Иначе... Им придется иметь дело СО МНОЙ».

***

      – Так, ладно, давай уже поедим, пока этот заяц окончательно не остыл – буркнул граф, дабы хоть как-то отвлечь свою рабыню от одолевавших ее мрачных мыслей.       – Да, пожалуй, вы правы, Ваша Светлость – поспешно кивнула девушка, отгоняя от себя воспоминания о дне, когда она потеряла всех, кто был ей дорог – Э... А откуда это у вас? – удивилась шатенка, увидев, как ее хозяин вытаскивает из седельной сумки... нож и вилку...       – Я всегда беру с собой столовые приборы – как ни в чем не бывало ответил Аккерман.       – Но... Зачем?       – Ненавижу есть руками – сморщился от отвращения Леви.       Ханджи предпочла это никак не комментировать...

***

      – Держи – граф протянул рабыне вилку (предварительно тщательно протерев ее платком).       – Спасибо, Ваша Светлость, но, уверяю вас, это вовсе необязательно – слегка улыбнулась шатенка – Не хочу забирать у вас столовые приборы.       – Тц, ты их не забираешь, я сам даю тебе вилку – фыркнул брюнет.       – Но... Но как же вы?       – У меня еще остался нож – мужчина указал на второй столовый прибор – Или... – в серых глазах на секунду промелькнул озорной огонек, который не укрылся от взора шатенки – Ты предпочитаешь есть руками?       – Вы принимаете меня за одичавшую дикарку? – фыркнула Ханджи, все же принимая предложенную ей вилку.       – Нет, ну что ты! – хмыкнул Леви, тщательно протирая нож.       – К тому же... – продолжила шатенка – Если я буду есть руками, то, боюсь это испортит вам аппетит.       «Нет, ну до чего же он милый, когда выходит из себя! – думала рабыня, с наслаждением наблюдая за тем, как у ее хозяина чуть ли глаз не дергается – Будь моя воля, я бы только и занималась тем, что дразнила его!».       – Ешь уже – буркнул Аккерман, нанизывая на кончик ножа один из кусочков мяса.       – Приятного аппетита, Ваша Светлость! – воскликнула девушка, хватая вилкой другой кусок мяса.       Какое-то время они оба лакомились сочным жареным мясом и холодной родниковой водой. На первый взгляд, это была совершенно незамысловатая трапеза, особенно для Аккермана, которого тетушка Агнес с детства баловала изысканными блюдами, но... Было во всем этом что-то... особенное...       За время трапезы ни граф, ни рабыня не произнесли ни слова, да и было ли это нужно? Им обоим молчание было ни в тягость. Они оба наслаждались своим бесхитростным обедом и... обществом друг друга...

***

      – Благодарю вас, Ваша Светлость, все было очень вкусно – слегка поклонилась хозяину Ханджи, откладывая вилку.       – Так, я не понял, а кто будет доедать все это? – нахмурился Леви, указывая на с полдюжины кусочков мяса, оставшихся на их импровизированном блюде.       – Полагаю, что вы.       – Ага, еще чего! – фыркнул брюнет – Свою половину я съел, так что это – твое.       – Но... Ваша Светлость... Я уже наелась! – запротестовала девушка.       – Ты себя в зеркало давно видела? Кожа да кости! Да как тебя только ветром еще не сдувает!       – Все не так уж и плохо – буркнула шатенка.       – Но тебе все равно нужно лучше питаться. Поэтому... Быстро взяла в руки вилку и доела все это.       – Не буду – заявила рабыня.       – Не понял... Ты, что, ослушалась моего приказа? – в голосе графа отчетливо были слышны угрожающие нотки. Вот только... Кое-кто это в наглую проигнорировал...       – А это был приказ? – не осталась в долгу Ханджи.       – Считай, что приказ – Леви также не был намерен отступать.       – Ваша Светлость, при всем уважении, но я же сказала, что я наел...       Договорить она не успела, ибо...       В этот самый миг Аккерман засунул ей в рот кусок мяса...

***

      – Сначала прожуй, а потом возмущайся – ухмыльнулся граф, заметив в ее глазах откровенное недовольство его поведением.       Нет, ну до чего же хорошенькая!       – Что... Что это только что было? – чуть ли не прошипела шатенка, едва «справившись» с «непрошенной едой».       – Заяц. Жареный – как ни в чем не бывало ответил брюнет.       – Это мне прекрасно известно! – воскликнула девушка – Мне непонятно одно... Зачем вы это сделали?!       – А что тут не понятного? – хмыкнул мужчина – Ты отказалась есть... Ослушалась моего приказа... Еще и посмела перечить мне... Так что... Я был вынужден принять меры...       – И какие же? Кормить меня насильно?! – буркнула рабыня – Я же сказала, что...       И снова договорить ей не дал кусок мяса...       – Не торопись... Жуй тщательнее... – ухмыльнулся Леви, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как она словно пытается прожечь его взглядом.       – Ваша Светлость... Вы... Вы... – лепетала Ханджи, судорожно хватая ртом воздух.       – Ну, продолжай... Кто же я по-твоему? – хмыкнул Аккерман.       – Боюсь, если я скажу, то вам придется всыпать мне плетей или, того хуже, бросить в темницу – процедила сквозь зубы девушка.       – Даже так? – усмехнулся граф – Неужели это что-то обидное или оскорбительное?       – О! Не то слово! – фыркнула шатенка.       – И что же нам тогда делать? – хмыкнул брюнет.       – Даже и не знаю – лукаво улыбнулась рабыня.       – Знаешь... Может, не будем портить этот прекрасный день разговорами о наказании? – предложил Аккерман.       – Предпочитаете перейти от слов сразу к делу? – предположила Ханджи.       – Нет. Это тоже испортит этот день – буркнул Леви.       – И что же нам тогда делать? – она в точности повторила ранее заданный им вопрос.       – Может, тогда ты все же соизволишь доесть все это? – Аккерман кивнул на оставшиеся кусочки мяса – Сама подумай... Это же устроит всех! И ты будешь сыта... И мне не придется тебя наказывать...       – Вот как, значит? – хмыкнула рабыня.       – Ну, да – кивнул граф, нанизывая на вилку кусочек мяса – Давай... Съешь кусочек за... – он уже хотел было, как обычно в таких случаях (хотя в последний раз с ним такой случай был, когда он пытался накормить маленькую Изабель так ненавистными ей в детстве вареными овощами, пока Фарлан крепко держал активно сопротивляющуюся девочку) сказать «съешь ложечку за маму», но вовремя вспомнил, что у Ханджи, вроде как, не самые лучшие воспоминания о матери – Съешь кусочек за тетушку Агнес... Ты же не хочешь обидеть ее? Она ведь так расстроится, когда узнает!       – И как же она узнает?       – Я ей скажу.       – Ну, надо же! А я и не знала, что вы, оказывается, тот еще ябеда!       – Ябеда?! Кто это ябеда?! Я – ябеда?! – прошипел мужчина.       – Ну, не я же! – хихикнула шатенка, с трудом подавляя желание завизжать от удовольствия, наблюдая за тем, как ее хозяин изменился в лице.       Милый... Просто невозможно, какой же он милый!       – Слушай сюда... Если ты думаешь, что...       Эту фразу он так и не закончил, поскольку Ханджи, слегка наклонившись к нему, ловко стащила с вилки кусок мяса и отправила его себе прямо в рот.       – Э... А что это сейчас было? – несколько растерялся Леви.       – Как это что? – неопределенно пожала плечами рабыня – Я сделала то, что вы велели – Съела кусочек за тетушку Агнес. Чтобы вам не пришлось ябедничать ей на меня!       – Ах, ты! – прошипел граф.       – Ну, так что? – невинно, точь-в-точь, как молодая дама-кокетка, захлопала глазками девушка – Мне это доедать? Или нет?       – Непременно – ухмыльнулся брюнет. Игривый настрой шатенки передался и ему – Ну, так что... Съешь кусочек за доктора Штраусса? – он вновь протянул ей вилку с нанизанным на нее кусочком мяса.       – Как я могу отказать? – хихикнула рабыня, послушно открывая рот.       Подобным образом мужчина «скормил» девушке практически все остатки мяса.       Кроме одного кусочка...       – Ну, вот видишь! Ты справилась! А сколько возмущений было! – хмыкнул Леви – Давай, остался последний... Мммм...       Договорить он не успел, ибо Ханджи умудрилась каким-то образом...       Запихнуть последний кусок мяса прямо ему в рот...

***

      – Ты что творишь, идиотка?! – рявкнул Аккерман, с трудом проглотив жареное мясо – Я же мог задохнуться!       – Неужели вы думаете, что я бы позволила этому случиться? – как бы между прочим поинтересовалась девушка – Да и... Если бы это и случилось, то я знаю, что делать в таких случаях.       – Спасибо, мне от этого гораздо легче! – пробурчал граф – Ну, так что ты скажешь в свое оправдание?       – Ничего – прямо ответила рабыня.       – Ничего?! – брюнет ушам своим не верил – Что значит «ничего»?!       – То и значит – загадочно улыбается рабыня.       – Будь добра, объясни – прошипел мужчина, уже еле сдерживая себя от того, чтобы... сотворить с этой нахальной девчонкой... ТАКОЕ...       – Вы ненадолго потеряли бдительность, а я... Не могла не воспользоваться такой возможностью... – пояснила шатенка – Я готова понести любое наказание – она смиренно опустила голову – Но... знаете... – в карих глазах заплясали озорные огоньки – Оно того стоило! – хихикнула девушка.       – Значит, правда стоило... – промолвил Леви, будучи просто не в силах оторвать глаза от Ханджи.       Никогда не видел ее такой счастливой...       – Ваша Светлость... Если я вас как-то оскорбила, то... Приношу свои самые искренние соболезнования... – она снова смиренно опустила голову, при этом мысленно проклиная себя за свою выходку.       Что ты натворила, дура?! Ты ничего не забыла?! Он – твой хозяин! А ты – всего лишь живая вещь, которая принадлежит ему. Зачем... зачем ты ведешь себя так, словно вы ровня друг другу?! Нашла же, черт возьми, время, чтобы заигрывать с заскучавшим аристократишкой! Лучше бы местность в лесу исследовала! От этого было бы гораздо больше толку!

***

      – Ханджи... Все в порядке? – забеспокоился граф. От него не укрылось то, как резко изменилось ее настроение.       – Все хорошо, Ваша Светлость – слегка улыбнулась рабыня.       Вот только...       В этой ее улыбке, в отличие от предыдущей, не было ни капли искренности...       – Что-то не верится – он продолжал с подозрением смотреть на нее – В чем дело?       – Ваша Светлость, прошу вас, простите меня... Я не должна была так вести себя с вами... – пролепетала девушка.       – Как вести себя? – не понял мужчина.       – Так... Вольготно... Бесстыдно... Неподобающе... – ответила шатенка – Даю слово, этого больше не повторится.       – Нет – категорически заявил Леви – Не смей так говорить.       – А? О чем это вы, Ваша Светлость? – не поняла Ханджи.       – Если бы я считал твое поведение неподобающим или бесстыдным, то сразу же сказал бы тебе об этом – пояснил граф.       – Но... Но... Я же...       – Была самой собой – высказал свое мнение граф – Я не вижу в этом ничего плохого и не считаю, что должен наказывать тебя за это. И... Ханджи... – на его губах появилась хитрая ухмылка – Веди себя так почаще...       – А? Что, простите? – шатенка была без малейшего понятия как на это реагировать.       – Я сказал, веди себя так почаще – повторил брюнет – Будь собой. Я хочу видеть тебя настоящую.       – Но... Но я всегда веду себя так! – возразила Ханджи – Вот она – настоящая я!       – Нет, это не так – не согласился Леви – Ты постоянно носишь маску, хочешь казаться той, кем ты не являешься. А сегодня... Сегодня ты наконец была сама собой.       – Бросьте, Ваша Светлость! – усмехнулась девушка, невольно поежившись от того, что он словно видит ее насквозь – Я обычная ничем не примечательная девушка, я просто неспособна на такие... ухищрения.       – Я бы с тобой не согласился – покачал головой граф – Ты гораздо... сложнее большинства моих знакомых, хоть и мастерски это скрываешь. Знать бы еще почему...       – Вы преувеличиваете – холодно ответила рабыня, внутренне злясь на саму себя за то, что он увидел в ней то, что она так старательно пыталась скрыть.        – Можешь не говорить, если не хочешь – вздохнул Аккерман, с грустью признавая, что она по-прежнему не готова довериться ему – Но... Если все же захочешь рассказать свою историю, то я буду рад ее услышать. Даю слово, что не буду осуждать тебя. Что бы ты не сделала...       – Мне нечего рассказывать вам, Ваша Светлость. Нет никакой истории – также холодно ответила шатенка. Нет, она ни за что не расскажет ему то, что его совершенно не касается.       – Что ж, тебе виднее – пожал плечами граф – Но... Если все же ты захочешь поговорить об этом, то, знай, что я рядом – он слегка сжал ее ладонь.       – Зачем вам все это, Ваша Светлость? – спросила девушка, спешно вырывая свою ладонь из его руки, ее голос, при этом, по-прежнему звучал крайне холодно, если не враждебно – Зачем вы делаете вид, что вам вообще есть дело до меня, жалкой рабыни?! Да таких, как я, у вас сотни, если не тысячи! – как же давно она хотела задать ему этот вопрос! – Ведь вы даже и не заметите, если меня вдруг не ста...       – Ты думай, что говоришь, нахальная девчонка! – рявкнул на нее граф, вновь хватая ее за запястье – Совсем страх потеряла?!       – Я вас не боюсь – в ее голосе отчетливо звучала непоколебимая решимость, а во взгляде... а во взгляде не было и намека на страх – Не спорю, вы можете сделать со мной все, что вам заблагорассудится, но ничто из этого меня не напугает. Не думаю, что вы можете сотворить со мной то, что не делали мои предыдущие хозяева.       – Что ты...

***

      В следующий миг, глядя в эти огромные карие глаза, с вызовом смотревшие на него, Леви вдруг понял, что она права. Она, черт возьми, абсолютно права! Что бы он не сделал, какому бы жестокому наказанию не подверг ее, она ВСЕ выдержит... Не будет ни слез, ни мольбы о пощады, ни раскаяния... От нее он не услышит ни звука... А когда наказание закончится, то она спокойно вернется к своим обязанностям... Уйдет с гордо поднятой головой...       Аккерман с детства привык считать себя очень сильным и волевым человеком. Да у него и выбора-то и не было по сути. Чуть ли не с пеленок ему все твердили, что он – наследник графа, будущее Стоунфера, надежда и опора для каждого из его подданных. И он к этому привык. Искренне верил тому, что он во многом превосходит большинство окружающих его людей. И, по сути, он был прав. Уверенность в собственном превосходстве лишь усилилась после того, как начал самостоятельно править графством, да еще и в том возрасте, когда большинство его сверстников еще до сих пор в игрушки играют. Так что, неудивительно, что даже став намного взрослее и мудрее, граф по-прежнему считал себя намного лучше других. Он принимал это как должное, считал, что с ним мало кто может сравниться. Так было всю его жизнь.       Но сейчас, глядя в эти карие глаза, он вдруг понял, что...       Впервые встретил того, кто был РАВЕН ему по силе духа...       И...       По какой-то причудливой иронии судьбы это оказалась обыкновенная рабыня...       Хотя...       Такая ли уж она и обыкновенная?

***

      – Меня нисколько не удивляет то, что ты меня нисколько не боишься – сказал граф, отпуская ее руку – Более того, мне кажется, что ты вообще НИКОГО и НИЧЕГО не боишься.       – Вам не кажется – сухо ответила рабыня – Страх я перестала испытывать уже очень давно.       – И ты не скажешь из-за чего ты стала такой – он не спрашивает, он утверждает.       – Не скажу – не отрицает девушка – При всем уважении, Ваша Светлость, но это явна не та тема, которую я хотела бы обсуждать с вами, и с кем бы то ни было.       – Что ж, ладно, ведь, в конце концов, это твое дело – вздохнул Леви – Но... Ты не права, Ханджи...       – В чем именно? – не поняла шатенка.       – Я не делаю вид, что мне есть до тебя дело. Ты и правда... – он несколько замялся, лихорадочно подбирая слов, ведь объяснить то, как он к ней относится, он не мог даже самому себе – Ты и правда... интересна мне – это было, конечно, не совсем верное слово, но ничего другого, как назло, на ум не приходило.       – Что... Что вы имеете в виду? – пролепетала шатенка, боясь даже поверить в то, что только что услышала собственными ушами.       – То и имею – ответил граф – Ты – очень необычная девушка, Ханджи. Знаешь, будь у меня выбор, с кем провести время, с тобой или с какой-нибудь дамой благородных кровей, я бы... я бы без раздумий выбрал тебя...       – ЧТО?! – нет, в ТАКОЕ она ни за что в жизни поверить не может – Но... Но вы не можете!       – Не спорю – согласился брюнет – Для правителя Стоунфера это совершенно неприемлемо, но для мужчины... Для мужчины желание провести время с красивой, умной и веселой женщиной вполне естественно. Ты так не считаешь?       – Ваша Светлость... Вы... Вы... Если вы хотите... – лепетала Ханджи, судорожно сжимая подол платья – То я... То я...       – Поверь мне, если я хотел лишь овладеть тобой, то я бы давно это уже сделал – он мигом догадался о том, о чем она думала – Теперь я знаю, что ты бы мне это позволила. Ведь ты... ты бы и сама этого хотела. Не смей отрицать этого, я ни за что не поверю.       – А я и не стану – честно призналась девушка – Но... Ваша Светлость, если дело не в... похоти, то в чем же тогда?       – В том, что мне приятно твое общество, глупышка – усмехнулся мужчина, бережно проведя кончиками пальца по ее покрасневшей от смущения щеке – Мне нравится проводить с тобой время, нравится беседовать с тобой, шутить с тобой и... – его губы изогнулись в хищной ухмылке – Заниматься с тобой и другими вещами...       – Мне... Мне тоже нравится проводить с вами время, Ваша Светлость – мягко улыбнулась рабыня, стыдливо опустив глаза, неожиданный интерес хозяина к ее скромной персоне ее невероятно смущал, но, в то же время... Как же это было приятно! – И... – она задорно подмигнула ему – Заниматься другими вещами тоже...       – Рад, что в этом наши мысли сходятся – хмыкнул мужчина – И... Прошу тебя... Когда ты рядом со мной, будь сама собой. А я... Буду платить тебе тем же...       – Что вы имеете в виду, Ваша Светлость? – не поняла шатенка.       – Ты не единственная, кто постоянно носит маску – горько усмехнулся брюнет – Мне тоже приходится это делать. Но... С тобой я могу показать себя настоящего. Надеюсь, ты не против?       – Как я могу отказать вам, Ваша Светлость? – тепло улыбнулась девушка – И я... я очень благодарна вам за то, что вы оказываете мне такое доверие.       – Надеюсь однажды ты отплатишь мне тем же – сказал Леви, слегка прикоснувшись губами к ее руке – Ханджи? В чем дело? – от него не укрылось, как резко изменилось выражение ее лица, едва он сказал последнюю фразу – Я... Я сделал что-то не так?       – Нет, что вы, Ваша Светлость! Все в порядке! – затараторила рабыня – Я... Я... Просто... Простите... – и, улыбнувшись виноватой улыбкой хозяину, она спешно отвела взгляд.

***

      Хочу... Как же я хочу довериться ему! Рассказать ему ВСЕ! Наконец-то поделиться правдой хоть С КЕМ-ТО! Но... Это же совершенно невозможно! Он ни за что не поверит мне! Примет за сумасшедшую! А если и каким-то чудом все же решит, что я говорю правду, то... Мне конец... Он прикончит меня без малейших раздумий... Не станет подвергать себя и свое графство такой угрозе... Нет, для всех будет лучше, если все останется так, как есть...       Аккерман с грустью наблюдал за тем, как старательно она избегает смотреть ему в глаза, как вновь отстраняется от него. И это...       Причиняло ему боль...       Она не доверяет... Она по-прежнему не доверяет мне... Что же с тобой случилось, Ханджи? Почему ты так рьяно оберегаешь свои тайны? Неужели... Неужели ты сделала что-то настолько ужасное, что не допускаешь даже возможности поделиться с этим? Но... Я подожду... Я не буду давить на тебя... Заставлять тебя... Я подожду, когда ты сама решишься все рассказать мне... Даю слово, что я не стану осуждать тебя... Я приму правду, какой бы ужасной она не была... Надеюсь, что приму...       Граф и рабыня никак не решались ни заговорить друг с другом, ни даже посмотреть друг на друга.       Ханджи вновь погрузилась в свои мрачные мысли, которые одолевали ее всякий раз, как она начинала размышлять о своем прошлом, а неожиданная откровенность ее хозяина лишь подливала масла в огонь. Он открылся ей! Признал, что она что-то значит для него! Нет, конечно, вполне возможно, что он всего лишь притворяется, чтобы усыпить ее бдительность, но... почему-то она ему верила. Да, она ему верила, но... не могла ответить взаимностью... Не была готова также открыто выразить ему свои мысли, рассказать правду. И это...       Причиняло ей боль...       Леви не переставал корить себя за то, что, похоже, снова все испортил. Не так... Он совершенно не так представлял себе эту прогулку! Он надеялся, что они с Ханджи проведут тихий и спокойный день на природе, где они могут побыть одни, где их не найдут вездесущие Фарлан и Изабель, где они смогут действительно насладиться обществом друг друга. Но... Все с самого начала пошло не так... Сначала эти мрази, на которых умудрилась наткнуться шатенка... Потом этот чертов ядовитый цветок... Затем их возникшая будто бы из ничего ссора... Его гнев... Ее неповиновение... И вот... Это... Едва он, казалось, исправил все то, что чуть было не разрушил (хотя вина этой несносной девчонки здесь тоже присутствует), как... Одна-единственная фраза и они снова вернулись к тому, с чего начали.... Как же с ней все-таки сложно! Аккерман всегда считал себя довольно искусным дипломатом, который мог разрешить любой вопрос, но... С этой девчонкой вечно все летело к чертям собачьим! Как?! Как с ней вообще можно себя вести, чтобы снова не наломать дров?! Он не знал. И это...       Причиняло ему боль...

***

      Лихорадочно подбирая слова, чтобы хоть как-нибудь нарушить это неловкое молчание, а также пытаясь хоть чем-то занять себя, граф решил немного почистить свои сапоги. Он потянулся было за платком, как кое-что обнаружил в своем кармане.       – Ханджи... – неуверенно позвал он ее.       – Да, Ваша Светлость? – она повернулась на звук его голоса.       – Смотри, что у меня есть – улыбнулся брюнет, показывая ей на горсть черных ягод – Как насчет того, чтобы...       – Где... Где вы взяли их? – пролепетала девушка, не сводя с ягод какого-то странного взгляда.       – Э... Да тут, неподалеку. Сорвал их с какого-то куста – мужчину несколько напрягала необычная реакция девушки на совершенно безобидные, по его мнению, ягоды.       – Я... Я надеюсь, вы их не ели... – прошептала шатенка.       – Да нет... – пожал плечами Аккерман – А почему... почему ты спрашиваешь? Они, что, еще не созрели?       – Нет, они уже вполне созрели – покачала головой рабыня – Но... Видите ли, Ваша Светлость... Это ягоды белладонны!       – И... и что? – это название ему ничего не говорило.       – Они очень ядовитые!       – Черт возьми! В этом лесу, что, одни ядовитые растения растут?! – рявкнул Леви, с отвращением бросая ягоды куда-то в траву.       – Вы преувеличиваете, Ваша Светлость – слегка улыбнулась Ханджи.       – Преувеличиваю, говоришь?! – буркнул граф – Сначала этот злосчастный олеандр... Потом эта чертова белладонна... Подумать только, а ведь я собирался угостить тебя этими ягодами!       – Хорошо, что вы сами их не ели. Ведь... Я не смогла бы вас спасти... – вздохнула девушка.       – Они настолько опасны? – насторожился брюнет.       – Трех-четырех ягод вполне хватит, чтобы убить человека – прямо сказала рабыня.       – А ведь я собирался угостить тебя этими ягодами... – повторил Аккерман – Я... Я снова чуть не убил тебя...       – Не стоит так корить себя, Ваша Светлость – она слегка дотронулась до его руки, пытаясь успокоить – Ведь ничего страшного не случилось... Никто не пострадал...       – Да... Не пострадал... – кивнул граф, неосознанно сжав ее ладонь – Но лишь потому, что ты прекрасно разбираешься в растениях. Если бы ты не узнала эту ягоду, то...       – Давайте не будем об этом, хорошо? – перебила его шатенка – Повторяю, ничего страшного не случилось! Поэтому, пожалуйста, прекратите себя накручивать! Вы лучше покажите мне, где вы нашли куст с этими ягодами.       – А? Что? – не понял брюнет – А зачем они тебе? Они же ядовитые!       – Ягоды мне ни к чему – слегка улыбнулась девушка – А вот из листьев и корней белладонны можно будет приготовить целебный отвар!       – Надо же... Никогда бы не подумал, что ядовитые растения могут быть полезными – хмыкнул мужчина – И много таких?       – Да практически все – ответила Ханджи – То, что может принести вред, может, в то же время, принести и пользу.       – Что ж, с тобой сложно не согласиться – кивнул Леви – Жаль, конечно, что с ягодами так вышло, но... Хорошо, что я взял с собой кое-что еще.

***

      – Что вы имеете в... – однако договорить она не успела, ибо ее взору предстало... ТО САМОЕ яблоко, которое ее хозяин вытащил из седельной сумки – Где... Где вы его взяли?       – Вытащил из корзины, пока нес ее на кухню – хмыкнул Аккерман, протягивая рабыне спелый плод – Вот, держи.       – Я... Я... Правда... Не... – замялась шатенка, никак не решаясь взять яблоко.       – Держи, я сказал – в приказном тоне заявил граф – Ты чуть шею не сломала из-за этого чертова яблока. Так что... Ты заслужила его.       – Я бы не сломала шею. В крайнем случае заработала бы перелом ноги или ушибла бы спину – хихикнула девушка, все же забирая яблоко из рук мужчины.       – Тц, и почему я не удивлен? – буркнул брюнет – Только ты можешь смеяться над возможными увечьями.       – Уж лучше смех, чем слезы – усмехнулась Ханджи – Ваша Светлость, не могли бы вы одолжить мне нож?       – И зачем он тебе? – поинтересовался Леви, все же передавая ей нож, после того, как тщательно протер лезвие и рукоять платком – А? – вместо ответа она протянула ему половину яблока – Зачем оно мне? Сказал же, оно твое! Ты заслужила его!       – А вы не дали мне покалечиться. Поэтому... Вы тоже заслужили это яблоко – мягко улыбнулась девушка.       – Ну, если только так... – усмехнулся брюнет, все же забирая свою «долю».       – Демон! Иди ко мне! У меня для тебя угощение, мальчик! – крикнула шатенка коню, который преспокойно себе жевал сочную зеленую траву неподалеку.       – Что? Какое еще угощение? – не понял Аккерман, наблюдая за своим жеребцом, который, разразившись довольным ржанием, подбежал к своей подруге – Ты... Ты что делаешь? – только и смог произнести мужчина, когда девушка скормила коню половину от своей «доли» яблока – Зачем ты дала ему яблоко?       – Он тоже заслужил его! – воскликнула шатенка.       – И чем же именно, позволь спросить?       – Тем, что привез нас с вами сюда – не растерялась девушка.       – Ты просто невозможна! Ты это знаешь? – граф не смог отказать себе в желании закатить глаза.       – Да, вы мне это как-то говорили – хихикнула рабыня – А? Что? – пролепетала она, когда он чуть ли не впихнул ей в руку... половину своей «доли» яблока – Ваша Светлость... Право, не стоило...       – Ешь, я сказал – тоном, не терпящим возражений, велел мужчина – И только попробуй снова отдать его Демону! Он свое уже съел.       – Ладно, как пожелаете – пожала плечами Ханджи, как бы ей не нравилось выводить своего хозяина из себя, она все же знала, когда стоит остановиться – А, может быть, все же поделим его поровну?       – Ешь, я сказал – прошипел брюнет – Или... Клянусь, я лично запихаю это чертово яблоко в твой иногда чересчур болтливый рот.       – Так, значит, по вашему мнению, я слишком много болтаю? – буркнула девушка.       – Иногда – ответил Аккерман, который внутренне просто ликовал от того, что снова разозлил ее – Но... Знаешь, мне это нравится...       Нет, ну до чего же хорошенькая!       – Хм... Ясно... – нарочито медленно произнесла Ханджи – Значит, вам нравится, когда я много болтаю, а также... – в карих глазах мелькнул озорной огонек – Смотреть на мою тощую задницу?       – Тц, ты просто.... – процедил сквозь зубы граф.       – А разве я не права? – лукаво улыбнулась шатенка, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как меняется лицо ее хозяина.       Ой, он просто до невозможности милый!       – Права, еще как права – не стал спорить граф – И, поэтому, будь добра, съешь уже это чертово яблоко! Так у твоего иногда чересчур болтливого рта будет больше сил, а также... – его губы исказила хитрая ухмылка – Это также отразится и на твоей заднице. Может, она наконец перестанет быть такой тощей.       – С половины-то яблока? Сильно сомневаюсь! – фыркнула девушка, все же отправляя в рот яблочную дольку – Мммм... Как вкусно! – прошептала она, чуть ли не зажмурившись от удовольствия.       – Вот видишь, а сколько споров было – усмехнулся Аккерман.       – Ваша Светлость, вы бы тоже попробовали. Вам понравится.       – А почему бы и нет? – согласился мужчина, кидая в рот свою «долю» от яблока – Хм... И правда вкусно.       – А то! – хихикнула рабыня – Демон! А тебе понравилось яблоко, мальчик?       Судя по довольному ржанию, коню яблоко пришлось по вкусу.       – Тц, вот скажи мне... Если бы взяли с собой еще и Эрена, ты бы и ему яблоко скормила? – поинтересовался Леви.       – Что вы, Ваша Светлость! Яблоко ему бы не понравилось! – воскликнула Ханджи – Я бы его мясом угостила!       – Охотно верю – хмыкнул граф – Ты вообще собираешься его доедать? – он кивнул на последнюю яблочную дольку, которую девушка продолжала держать в руках.       – Могу поделиться, если хотите – она протянула ему кусочек фрукта.       – Ага, вот еще! – буркнул брюнет – Ешь, я сказал!       И, прежде чем она успела хоть что-нибудь сообразить, он запихнул остатки яблока ей в рот...       – Ну, давай, будь хорошей девочкой, и скушай яблочко – ухмыльнулся Аккерман, просто не в силах оторвать взгляд от карих глаз, в которых словно бы полыхал огонь, что приводило его просто в дикий восторг.       – Ну, я все съела – проворчала девушка, когда от яблока не осталось и следа – Теперь вы, надеюсь, довольны?       – Еще как! – усмехнулся граф – Вот видишь, хорошо питаться не так уж и сложно, это можно делать и почаще, знаешь ли. И не нужно злиться на меня за это.       – С чего вы взяли, что я злюсь на вас? – нахмурилась шатенка.       – А разве нет? – хмыкнул брюнет.       – А вы бы не злились, если бы вас кто-то начал насильно кормить, словно неразумное дитя? – буркнула шатенка – Или... – на ее губах появилась лукавая улыбка – Благородным леди нравится, когда вы пытаетесь что-нибудь запихнуть им в рот...       – Ты... Ты думай, что говоришь, девчонка?! – рявкнул Аккерман, непроизвольно сжав кулаки.       – Бросьте, Ваша Светлость! Я имела в виду фрукты или пирожные! Или... Вы подумали о чем-то другом? – задорно подмигнула хозяину рабыня, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как он еле сдерживается, чтобы не придушить ее.

***

      – Тебе повезло, что я очень терпеливый человек, а то... – начал было Леви – Ханджи... Ханджи! Что с тобой?! – чуть ли не закричал он, заметив, как она как-то странно покачнулась – Ты в порядке? – он слегка обнял ее за талию, чтобы она не упала.       – Все хорошо, Ваша Светлость. У меня просто что-то голова разболелась – слабо улыбнулась девушка. Действие снадобья заканчивалось, и если она не выпьет его в ближайшее время, то... Так, а вот об этом лучше не думать...       – Точно? – нахмурился брюнет, оглядывая ее с головы до ног – Ты так побледнела...       – Точно-точно – кивнула рабыня – Уверяю вас, это ничего серьезного, просто головная боль.       – Надеюсь, ты права, но будет лучше, если мы вернемся в поместье – объявил Аккерман, с нескрываемой грустью посмотрев на водную гладь озера. Эх! А он надеялся побыть здесь с ней еще хотя бы пару часов! Но... Ее здоровье важнее – Доктор Штраусс осмотрит тебя...       – Ваша Светлость, в этом нет никакой необходимости! – спешно восклицает шатенка – Говорю же, у меня просто болит голова!       – Ты опять за свое? – нахмурился Леви.       – Не понимаю, о чем вы, Ваша Светлость – пролепетала Ханджи.       – Снова пренебрегаешь своим здоровьем – пояснил Аккерман.       – Ничего я не пренебрегаю! – возразила девушка – Просто я не собираюсь беспокоить доктора Штраусса из-за всякой ерунды! У него и без меня забот хватает!       – То есть, по-твоему, головная боль – это ерунда? – уточнил граф.       – В моем случае – да – кивнула рабыня – Вот скажите, Ваша Светлость, вы же не бегаете к доктору всякий раз, как у вас заболит голова, или если вы слегка ушибетесь во время ваших упражнений с мечом, или... Ну, даже не знаю... Если порежете палец о бумагу, пока подписываете какой-нибудь важный документ...       – Я не режусь о бумагу! – возразил мужчина.       – Что, совсем никогда?! – удивилась шатенка.       – Ну... Было пару раз – честно признался брюнет – А ты...       – О! Да постоянно! – хихикнула Ханджи.       – И почему я не удивлен? – хмыкнул Леви – Значит, к доктору ты не пойдешь?       – Нет, не пойду.       – И мне тебя не заставить?       – Разумеется, вы можете меня заставить – буркнула рабыня.       – Ханджи... Ну я же не это имел в виду... – вздохнул Аккерман. Как же все-таки с ней иногда бывает сложно! Но... Именно в этом и заключается вся прелесть...       – Ничего, я все понимаю – слегка улыбнулась девушка – Благодарю вас за беспокойство, Ваша Светлость, но я, правда, в порядке.       – Ладно, упрямое ты создание, поступай, как знаешь – раздраженно отмахнулся граф – Но... Если тебе станет хуже...       – Не переживайте, я непременно пойду к доктору Штрауссу.       – Смотри у меня! – брюнет шутливо погрозил ей пальцем.       – Как я могу вам отказать, Ваша Светлость? – хихикнула шатенка – Ой...       – Что такое? Ты в порядке? – забеспокоился граф, заметив, как она изменилась в лице.       – Ничего, все нормально – прошептала рабыня, потирая переносицу – Просто... Голова немного кружится...       – Так, все мы возвращаемся в поместье – тоном, не терпящим возражений, объявил Аккерман – И ты...       – К доктору Штрауссу я не пойду – категорически заявила девушка.       – Пойдешь. Если я тебя за шкирку потащу – буркнул брюнет.       – Ну, вы же не потащите – хмыкнула Ханджи.       – Потащу, если ты меня вынудишь – фыркнул Леви.       – Значит, я не буду вас вынуждать – усмехнулась рабыня – Но... К доктору Штрауссу я все равно не пойду.       – Тц, и почему ты такая упрямая? – проворчал мужчина.       – Вы тоже не лучше, знаете ли.       – На что это ты намекаешь? – нахмурился граф.       – А я не намекаю, а говорю прямо – пояснила шатенка – Или... Мне напомнить, как доктор Штраусс уговаривал вас поберечь себя после ранения? А помните, что вы ему ответили?       – Помню – процедил сквозь зубы мужчина – Ладно, можешь не продолжать, я тебя понял.       – Я рада - слегка улыбнулась Ханджи – Так, значит, мы возвращаемся в поместье?       – Ага – кивнул Леви, засыпая землей место кострища – Сейчас только напою Демона.       – А как же олеандр? – поинтересовалась шатенка – А белладонна? Вы обещали показать мне, где вы их нашли.       – Тц, мучаешься от головной боли, а все равно думаешь об этой мерзкой отраве – проворчал граф, убирая столовые приборы обратно в седельную сумку.       – Это не отрава, а очень полезные растения! – возразила девушка.       – Ага, конечно, ну очень полезные! Особенно когда пара листьев или ягод могут убить человека!       – Ну... У всех есть недостатки... – пожала плечами рабыня.       – Только тебе могло прийти в голову назвать смертельную опасность, которую представляют эти растения, недостатком – проворчал граф.       – Но ведь от них и польза есть! – усмехнулась рабыня, резко поднимаясь на ноги. Слишком резко... – Ай!

***

      – Ханджи! Что с тобой? – не на шутку испугался Леви, подхватывая девушку.       – Ничего... Просто.. . Голова... – чуть слышно прошептала шатенка, ненадолго прикрыв глаза, чтобы хоть как-то избавиться от этого мельтешения перед глазами.       – Тц, болит голова, а скачешь, как полоумная – проворчал брюнет – Может... Может, лучше присядешь? – предложил он гораздо более мягким голосом.       – Нет, не стоит... – пролепетала девушка, прекрасно понимая, что если снова сядет, то встать уже не сможет, пока... пока не выпьет снадобье, но пить его в присутствии хозяина было чистой воды безумием – Дайте... Дайте мне минуту... Это... Это сейчас пройдет...       – Ты уверена?       – Да, уверена.       – Точно? – похоже, он не особо верил ей.       – Точно-точно – слабо улыбнулась рабыня – Я гораздо крепче, чем выгляжу.       – Нисколько не сомневаюсь – усмехнулся Леви – Но... Может, лучше все-таки присядешь?       – Нет-нет-нет! Не надо! Мне уже лучше! – запротестовала Ханджи, отстраняясь от своего хозяина. Голова всё еще кружилась, но с этим она могла справиться. Пока могла... – Я готова идти за олеандром и белладонной!       – Тц, ты все никак не угомонишься? - проворчал Леви.       – Но вы же обещали – не осталась в долгу шатенка – Хотя... Если вы передумали...       – Не передумал – процедил сквозь зубы граф – Но если ты свалишься где-нибудь по дороге, то... Пеняй на себя...       – Хорошо, буду иметь в виду – усмехнулась девушка – Ой! - пискнула она, когда он неожиданно подхватил ее на руки – Ваша Светлость! Что. . . Что вы делаете?       – Так ты точно не свалишься по дороге – буркнул брюнет, потащив свою «ношу» в сторону ручья.       – Ваша Светлость! Отпустите меня! – воскликнула шатенка – Я вполне в состоянии идти сама!       – Возможно... – согласился граф – Но, все же, лучше я понесу тебя. Так будет надёжнее.       – Но... Я могу и...       – Значит, так... Либо ты сейчас успокаиваешься, и я несу тебя к твоему чертову олеандру, либо... мы немедленно возвращаемся в поместье, а ты забываешь про свою отраву. Выбор за тобой – в приказном тоне объявил мужчина.       – Ладно, так уж и быть... Несите – проворчала рабыня, всем своим видом выражая недовольство.       – Ты так говоришь, словно мне одолжение делаешь – хмыкнул мужчина.       – Я не собираюсь делать вид, что мне это нравится.       – То есть, тебе не нравится, что я несу тебя на руках? – решил уточнить Леви.       – Нравится – не стала отрицать Ханджи – Но я бы лучше пошла бы на своих двоих.       – Не сомневаюсь – усмехнулся граф.       – Далеко нам еще? – поинтересовалась шатенка.       – Нет, почти пришли - ответил Аккерман – А в чем дело? – его губы исказила хитрая ухмылка – Тебе же нравится, что я несу тебя на руках.       – Нравится – кивнула рабыня – Но... – теперь и на ее лице появилась ухмылка – Я так переживаю за вас.... Как бы вы не надорвались таскать такие тяжести...       – Ты себя это тяжестью назвала? – проворчал брюнет – Да та корзина с яблоками и то весила больше тебя!       – Вы преувеличиваете! – воскликнула шатенка – Та корзина была не такой уж и тяжелой!       – Разве? То есть, мне показалось, что тебя чуть ли не пополам сложило, пока ты тащила ее до стола?       – Ничего бы со мной не случилось! – возразила рабыня – Мне приходилось таскать гораздо более тяжелые вещи! И, вообще...

***

      – Мы на месте – объявил граф, поставив свою «ношу» на ноги – Стоять сама сможешь?       – Вполне – фыркнула девушка, сделав пару осторожных шагов. Ничего, она еще может продержаться на ногах. Пока может... – Так это и есть родник? – спросила она, кивнув на небольшой ручеек, скрытый среди камней и зарослей травы.       – Ага – ответил брюнет.       – Когда вы охотитесь, воду берете здесь?       – Нет, глупышка – усмехнулся мужчина – Мы не охотимся рядом с озером. Здесь практически не водится крупного зверья, только зайцы и...       – Куропатки? – поинтересовалась девушка, заметив, как в траве пробежала именно эта птица.       – Да, верно – кивнул Аккерман – Обычно мы охотимся в паре лиг к северу от этого места, там всегда можно наткнуться на дичь и зверей покрупнее. А уж сколько там водится вепрей...       – Да уж, так много, что с ними приходится драться голыми руками – хихикнула Ханджи.       – Тц, это было всего один раз – проворчал Леви, непроизвольно дотронувшись до своего бока.       – Но ведь было же – усмехнулась рабыня – Так, значит, воду вы берете не из этого ручья. А откуда?       – А почему ты спрашиваешь? – нахмурился граф, даже не пытаясь скрыть подозрение в голосе.       – Мне просто интересно – неопределенно пожала плечами девушка – Разгоряченным охотой мужчинам, как правило, требуется много воды, не говоря уже о собаках и лошадях. Что-то мне подсказывает, что вы вряд ли берете собой много запасов из поместья. Воды в том числе. Значит, воду вы берете где-то в лесу.       – Ну, надо же! – усмехнулся Леви, в очередной раз поразившись ее пытливому уму – И как же ты додумалась до этого?       – Во-первых, я, смею надеяться, не дура – проворчала Ханджи – А, во-вторых, догадаться об этом не так уж и сложно.       – Ну, не скажи... Это далеко не каждому придет в голову. И... – он слегка провел кончиками пальцев по ее щеке – Я не считаю, что ты дура. Наоборот, ты очень умна. Я бы даже сказал, слишком умна...       – Это проблема? – усмехнулась девушка, слегка прикрыв глаза от удовольствия.       – Да нет. Меня все более чем устраивает – хмыкнул Аккерман, даже и не думая прекращать это крайне «увлекательное» занятие – Да и... Ты абсолютно права...       – Значит, вы берете воду в другом месте?       – Ага. Где-то в двух-трех лигах к северу от озера есть несколько родников. Там мы и берем воду во время охоты.       – Ясно... – кивнула рабыня, мысленно представляя карту леса.       – Ну, я удовлетворил твое любопытство? – усмехнулся мужчина.       – Более чем – хихикнула девушка.       – Я рад – улыбнулся граф, продолжая поглаживать ее щеку – Поэтому... Если у тебя больше нет вопросов, то... Быстро рви свою отраву, чтобы мы могли вернуться в поместье, пока ты в обморок тут не свалилась!       – Я не собираюсь падать в обморок – буркнула шатенка – И это не отрава!       – Ну, да, ну, да, как скажешь – хмыкнул брюнет – И... Иди уже...       – Как пожелаете, Ваша Светлость, но... Может быть, для начала вы все же отпустите меня?       – А? Что? – он запоздало понимает, что все еще держит ее за талию – А ты... Ты точно в состоянии идти сама? – ухмыльнулся мужчина – Может, тебя и до твоего чертова олеандра донести?       – Благодарю, но, думаю, с этим я вполне могу и сама справиться – буркнула шатенка – Поэтому... Отпустите меня уже!       – А что такого? Неужели тебе не нравится, что я держу тебя? – хмыкнул Аккерман.       – Нравится – не стала отрицать Ханджи – Но... Мы с вами так до вечера можем простоять. А ведь у вас, как я полагаю, еще столько дел! Вам нужно разбирать бумаги... Отвечать на прошения ваших вассалов... И... – в карих глазах мелькнул озорной огонек – На любовные письма благородных дам...       – Тц, думай, что говоришь! – процедил сквозь зубы Леви, свою руку с ее талии он все же убрал, хоть и с большой неохотой.       – Я всегда думаю о том, что говорю – хихикнула рабыня, с трудом подавляя желание завизжать от восторга лишь от одного вида его перекосившегося лица – Да и... Ай! Ваша Светлость! Что вы делаете? – вскрикнула она, почувствовав его ладонь... чуть ниже своей спины.       – Хм... А твоя задница и правда не такая уж и тощая – хищно ухмыльнулся граф – А по виду и не скажешь.       – Что... Что вы делаете? – повторила девушка, шипя, словно рассерженная кошка.       – А ты думала, что твоя дерзость останется безнаказанной? – усмехнулся брюнет, в очередной раз с удовольствием наблюдая за тем, как она злится.       – Мне казалось, вам нравится моя дерзость – фыркнула девушка, демонстративно отвернувшись от хозяина и направившись прямиком к кусту олеандра.       «Нравится... Еще как нравится... – думал мужчина, наблюдая за своей рабыней – И все же... Какая же хорошенькая эта чертовка, когда злится!».

***

      – А это не слишком опасно? – забеспокоился граф, когда шатенка ловко срывала розовые цветы.       – Нет, если вы знаете, что делать – ответила она, стараясь лишний раз не вдыхать запах этого прекрасного и, в то же время, невероятно опасного растения, ведь это могло усугубить ее и без того не слишком хорошее состояние.       – Ясно... – кивнул мужчина.       Что ж, видимо, она и правда знала что делать, поэтому ему ничего не оставалось, как ждать, пока она закончит. Лениво оглядывая окрестности, граф случайно заметил что-то в траве. Приглядевшись, он с удивлением обнаружил какие-то ярко-фиолетовые цветы.       «Они ей точно понравятся» – думал Аккерман, целеустремленно направившись в сторону так удачно обнаруженных им цветов.       Он уже потянулся было к цветам, как вдруг...

***

      – Ваша Светлость! Осторожно! Не трогайте его! – неожиданно раздался звонкий женский голос.       – А? Что? – не понял граф – В чем дело?       – Это – аконит. Он очень ядовитый – пояснила шатенка.       – Тц, в этом лесу точно все растения ядовитые – проворчал мужчина, мысленно злясь на самого себя из-за того, что его попытка подарить ей цветы снова провалилась – Погоди... Ты что творишь?! – рявкнул он, увидев, как она собирается сорвать эти чертовы цветы – Сама же сказала, что они ядовитые!       – Но также и полезные – объяснила рабыня, ловко врывая из земли растение – Ох, сколько снадобий я могу из них приготовить!       – Только ты можешь радоваться этому сорняку – вздохнул брюнет.       – Это не сорняк! Он очень...       – Полезный – закончил он ее мысль – Да-да, я слышал.       – Кстати, а зачем вы собирались сорвать эти цветы? – поинтересовалась Ханджи.       – Я... Ну... я... – замялся Леви – Раз уж с олеандром не вышло... то я... Ну... в общем...       – Вы... вы хотели... по... подарить... их... мне? – пискнула рабыня, просто не в силах в это поверить.       – Ага – кивнул Аккерман, отвернувшись от нее, дабы скрыть свои порозовевшие щеки.       – Я... Я даже и не знаю... что... что сказать... – пролепетала девушка, также пряча свои пылающие щеки.       – Ничего не говори... – буркнул брюнет – Просто... просто... ничего не говори...       – Как... как пожелаете, Ваша Светлость...

***

      – Тебе... Тебе еще долго? – поинтересовался мужчина, когда неловкое молчание, возникшее между ними, как-то уж слишком затянулось.       – Я почти закончила, Ваша Светлость – ответила девушка, убирая сорванные растения в свою сумку – Мы можем... Ой! – только и могла произнести она, когда у нее перед глазами снова замельтешили черные точки.       – Осторожно! – воскликнул граф, прижимая ее к себе – Да что с тобой такое?!       – Ничего... Просто... Голова что-то закружилась... – виновато улыбнулась шатенка – Видимо, слишком резко встала.       – Все! Мы немедленно возвращаемся в поместье! – объявил Аккерман, подхватывая рабыню на руки (демонстративно игнорируя при этом ее протесты).       – Ваша Светлость! Я вполне могу идти сама! – возмущению Ханджи не было предела.       – Ага, видел я, как ты ходишь сама – процедил сквозь зубы Леви, направляясь вместе со своей «ношей» в сторону озера – Собралась падать каждые пару шагов?       – Я не буду падать каждые пару шагов! – возразила шатенка – Я вполне могу...       – Ты вполне можешь замолчать и успокоиться уже наконец – перебил ее Аккерман – Иначе... Как только мы вернемся в замок, я за шкирку потащу тебя к доктору Штрауссу. Ну... Так что ты выбираешь?       – Как будто вы не знаете – буркнула рабыня, демонстративно отвернувшись от своего хозяина.       – Какие мы обидчивые! – усмехнулся Леви.

***

      – А разве вы не собирались напоить Демона? – напомнила Ханджи, когда они снова вышли к озеру.       – А разве ты не собиралась помолчать? – не остался в долгу граф.       – Помолчу, когда задам пару вопросов.       – Ладно, так и быть. Задавай.       – Первый я уже задала.       – Ты про Демона? Как видишь, он вполне справляется и сам – брюнет кивнул на величественного жеребца, который преспокойно себе пил воду из озера – И какой же будет твой второй вопрос?       – Где тот куст с белладонной, про который вы говорили?       – Тц, а ты все никак не угомонишься – проворчал мужчина – Далась тебе это отрава.       – Это не отрава. И вы... Так и не ответили на мой вопрос.       – Что ж, справедливо – вынужден был согласиться Аккерман – А тот куст... Он недалеко. Я сейчас отнесу тебя туда.       – Но я могу и сама идти!       – Нет, не можешь – покачал головой Леви – Ну, есть еще вопросы?       – Всего один. У меня есть хотя бы малейший шанс, что вы отпустите меня? – поинтересовалась Ханджи.       – Нет.       – Тогда вопросов больше нет – буркнула девушка.       – Вот и умница! – усмехнулся Аккерман, направляясь в сторону лесной чащи – Не хочешь напоследок посмотреть на озеро?       – Оно... Оно такое красивое... На этой поляне все прекрасно... – прошептала рабыня – Ваша Светлость... Спасибо вам, что привезли меня сюда... Я вам очень благодарна...       – Брось, это все пустяки – хмыкнул граф – Надеюсь, в следующий раз у нас получится провести здесь больше времени.       – В следующий раз? Что значит в следующий раз? – не поняла шатенка.       – А разве ты не хотела бы вернуться в это место?       – Хотела бы – честно призналась девушка – Но... Но зачем вам все это, Ваша Светлость? Я думала, что вы привезли меня сюда, потому что дали обещание, когда я зашивала вашу рану.       – А разве я говорил, что это будет всего один раз? – хмыкнул граф.       – Нет, но...       – Ты же, вроде бы, собиралась помолчать?       – Все, молчу – буркнула шатенка.       – Вот умничка! – усмехнулся брюнет, покидая поляну у озера.       Демон последовал за своим хозяином.

***

      – Все в порядке? – забеспокоился Леви, когда они проходили мимо того места, где... где они лишили жизни двух человек...       – Да... Но... – пролепетала рабыня.       – Не думай об этом – велел Аккерман – Не думай об этом ни секунды. Ханджи... Знай, что твоя жизнь в сто раз ценнее, чем жизни двух этих... этих мразей.       – Что... Что вы... – она просто ушам своим не верила. Неужели... Неужели он и правда так считает?       – Я не жалею о том, что сделал – сказал граф, посмотрев ей прямо в глаза – И я не задумываясь сделал бы это снова.       – Но... Но зачем? – она не понимала, она совершенно ничего не понимала.       – Потому что твоя жизнь важна, глупышка – усмехнулся брюнет – Важна для меня...       – Ваша Светлость... Вы... – ТАКОГО она явно не ожидала – Я... Я...       – Ничего не говори, Ханджи – он слегка прикоснулся губами к ее лбу – Просто... Прими это...       – Хорошо... – кивнула рабыня – И... Ваша Светлость...       – Да?       – Ваша жизнь тоже важна для меня – тепло улыбнулась девушка.       – Я рад – улыбнулся ей в ответ граф. Как же ему было приятно слышать эти слова! Неужели это значит, что он ей небезразличен? И это не могло не радовать мужчину. Хоть он толком и не понимал, почему именно – Ну... Вот мы и пришли – несколько замялся брюнет, когда они остановились у куста, на котором росли черные ягоды – Рви уже свою... свои листья или что там тебе нужно – спохватился Аккерман, заметив, как в карих глазах отразился некий опасный блеск.       – Хорошо. Но для этого вам придется отпустить меня.       – Да? А это обязательно? – усмехнулся Леви.       – Ну... Вообще-то нет, но, боюсь, мне будет неудобно, как и вам – хихикнула Ханджи.       – Что ж, надо, так надо – вздохнул граф, поставив девушку на землю – Сама справишься? В обморок не упадешь?       – Постараюсь – фыркнула шатенка, демонстративно отвернувшись от хозяина и сосредоточив все свое внимание на белладонне.       – Какие мы обидчивые... – чуть слышно прошептал брюнет.       – А? Ваша Светлость? Вы что-то сказали?       – Нет, ничего – замотал головой мужчина – И... Поторопись, будь добра, я не собираюсь торчать тут до вечера, пока ты возишься с этим сорн... этим растением.       – Не переживайте, я не задержу вас надолго – буркнула Ханджи, вновь отвернувшись к кусту.       Леви оставалось лишь ждать...

***

      – Все! Я закончила! – объявила шатенка, убирая листья в сумку.       – Значит, мы можем вернуться в замок?       – Ага.       – Хорошо – кивнул граф – Ты... Ты сможешь ехать верхом? – забеспокоился брюнет.       – Ваша Светлость! Ну, я же не настолько беспомощная! – возмутилась девушка – Я вполне могу держаться в седле! Да и... Какой у меня есть выбор? Вы же не понесете меня на руках до поместья!       – Понесу, если придется – как ни в чем не бывало ответил мужчина.       – Но... Но... – Ханджи беспомощно хлопала глазами, просто не в силах поверить в услышанное – Вы... Вы не можете!       – Почему это не могу? – хмыкнул Леви – Думаешь, не донесу?       – Не в этом дело!       – А в чем тогда? – спросил Аккерман, в два шага преодолевая разделяющее их расстояние.       – Это... Это неправильно!       – Тебя это волнует? – поинтересовался брюнет, притянув ее к себе за подбородок.       – Нет, но... – пролепетала девушка, просто не в силах оторвать взгляд от холодных серых глаз, которые словно пытались заглянуть ей прямо в душу.       – Меня тоже – ответил мужчина, уже собираясь было поцеловать ее в губы, но... в последний момент отстранился, посчитав, что не стоит лезть к ней, когда она на ногах-то едва стоит. Вместо этого он слегка прикоснулся губами к ее лбу – Ну, так что? Поедем верхом? Или мне нести тебя на руках?       – Верхом! Верхом! Верхом! – поспешно затараторила рабыня.       – Ладно – усмехнулся граф, подхватывая ее на руки и усаживая в седло – Но... Если ты свалишься, то... пеняй на себя.       – Как будто вы дадите мне упасть – хихикнула шатенка, поглаживая гриву Демона, тот отозвался на это довольным ржанием.       – Ты права, не дам – хмыкнул Аккерман, устраиваясь позади нее – Не беспокойся. В этот раз мы поедем медленнее.       – Нет. Не нужно – замотала головой девушка.       – Ты уверена? – нахмурился граф.       – Да, уверена – кивнула рабыня – Пусть Демон скачет во весь опор. Ведь... Такова его сущность... Правда, мальчик?       Судя по ржанию, жеребец был более чем согласен со своей «подругой».       – Что ж, ладно, пусть будет так – пожал плечами брюнет – Только... Ханджи...       – Да, Ваша Светлость?       – Держись крепче – ухмыльнулся мужчина, пришпорив коня.       В следующую секунду Демон стрелой понесся в сторону поместья.       А Ханджи... А Ханджи оставалось лишь чуть ли не вцепиться мертвой хваткой за своего хозяина, чтобы не упасть...       Не то, чтобы она была против...       Да и Леви тоже...

***

      – Ворота! Живо помоги мне открыть ворота! – рявкнул один из рабов другому – Его Светлость возвращается!       – А? Что? – не понял невольник – О! И правда – спохватился мужчина, заметив стремительно приближающуюся черную точку.       Едва створки ворот были открыты, как мимо рабов с быстротой ветра пронеслась черная тень.       – Ох... Ну, до чего же быстрый этот конь! – только и смог произнести раб – Точно Демон! Словно из самой преисподней явился!       – Все возможно – согласился второй раб – Погоди... Мне это показалось, или на коне еще кто-то сидел помимо Его Светлости?       – Ха! Скажешь тоже! – хмыкнул мужчина – Да кроме нашего хозяина никто к этой твари не осмелится подойти даже на расстоянии вытянутой руки! Хотя... Мне тоже показалось, что в седле он был не один. Привидится же такое!       – И не говори, друг... И не говори...

***

      – Ой! – пискнула Ханджи, стоило Леви поставить ее на землю. Перед глазами все плыло...       – Осторожнее! – Аккерман в мгновение ока подхватил шатающуюся девушку – Ты в порядке?       – Д... Да... Только... Голова немного кружится... – пролепетала рабыня – Ничего... Дайте мне минуту... Это... Это сейчас пройдет...       – Думаю, тебе стоит пойти к доктору Штрауссу – нахмурился граф, убирая прядь волос с ее неестественно бледного лица – Выглядишь... Просто отвратительно... Я видел покойников, которые и то получше тебя смотрелись.       – Благодарю за комплимент. Это очень мило с вашей стороны – буркнула шатенка – Красоту благородных дам вы тоже так восхваляете?       – Тц, только не начинай, ладно? – проворчал брюнет – Я тут беспокоюсь о ней, а она мне еще дерзить вздумала!       – Я буду вам очень благодарна, если впредь вы будете беспокоиться обо мне поменьше – Ханджи даже и не думала отступать – Я гораздо крепче, чем кажусь на первый взгляд. Небольшая головная боль меня не сломает.       – Я нисколько не сомневаюсь в тебе. Но... Это ведь не просто небольшая головная боль, не так ли? – Леви даже и не думал скрывать подозрение в голосе.       – Я. В. Порядке – процедила сквозь зубы рабыня, с трудом подавляя желание лечь на землю, свернуться клубочком, и не двигаться ближайшие пару дней. Ей надо выпить снадобье. СРОЧНО.       – Но...       – К доктору Штрауссу я не пойду – резко перебила его девушка – При всем моем к вам уважении, Ваша Светлость.       – Ну почему ты такая упрямая? – тяжко вздохнул Аккерман, ласково поглаживая ее по спине – Неужели так сложно послушать меня?       – Неужели так сложно понять, что я и сама могу справиться? – прошептала шатенка, неосознанно положив голову ему на плечо – Ой! Простите! – спохватившись, она резко подняла голову, о чем тут же пожалела – Ооох...       – Не дергайся. Так твоей больной голове точно легче не станет – буркнул мужчина, вновь заставляя ее опустить голову ему на плечо – И... Я верю, что ты со всем можешь справиться сама, но... Я просто хочу помочь тебе, Ханджи... – прошептал он, ласково поглаживая ее по волосам.       – Я знаю... знаю... – чуть слышно лепетала рабыня, всецело наслаждаясь осторожными прикосновениями прохладных пальцев – И я... я, правда, благодарна вам, Ваша Светлость... За вашу заботу... И... За этот день... Мне... Мне давно не было так хорошо... – она осторожно приподняла голову, чтобы посмотреть на него – Спасибо вам... – она тепло улыбнулась хозяину.       – Не за что... – улыбнулся он ей в ответ – Да и... Мне тоже следует поблагодарить тебя...       – За что? – удивилась девушка.       – За этот день... Мне тоже давно не было так хорошо... – поцеловать... как же сильно он хочет ее поцеловать... Но... Сейчас это совершенно неуместно...       – Вы можете сделать это, если хотите. Я не против – слегка улыбнулась шатенка.       – А? О чем ты? – не понял граф.       – Или мне показалось, что вы хотите поцеловать меня? – хихикнула Ханджи.       – Я... Ну... Я... – замялся было Леви.       – Ваша Светлость... Я... Я, правда, не против... И... Мне бы этого тоже хотелось... – смущенно улыбнулась шатенка.       – Это не будет проблемой? – забеспокоился Аккерман.       – Это всегда будет проблемой. Но... Сейчас меня это как-то не особо волнует.       – Меня тоже – прохрипел брюнет, потянувшись к таким манящим губам и наконец-то делая то, о чем мечтал весь день.

***

      О... Как же это было приятно! Пока ее хозяин дарил ей невероятно нежные и трепетные поцелуи, Ханджи забывала обо всем. О таких ненавистных ей металлических браслетах, сковывающих ее запястья... О планировании побега... О потерянном доме и семье... О месте матери... Да даже о той жуткой головной боли, что чуть было не на куски ее разрывала!       Лишь ОН имел значение...       О... Как же это было приятно! Пока его рабыня неуверенно и робко отвечала на его поцелуи, Леви забывал обо всем. О горе бумаг, которая ждала его в кабинете... О сотнях дел графства, с которыми ему предстояло разобраться... О подданных, о которых он поклялся заботиться... Да также о так ненавистном ему вопросе с предстоящей (когда-нибудь) женитьбе, который ему нужно решить как можно скорее!       Лишь ОНА имела значение...       Пара могла бы еще долго наслаждаться друг другом...       Но...       К сожалению, ничто не длится вечно...

***

      – Э... Ваша Светлость? – раздался неуверенный мужской голос.       – Какого ч... – прошипел граф, с явной неохотой отстраняясь от рабыни – А вы оба что тут делаете? – проворчал он, заметив... Фарлана и Изабель, держащих своих коней за поводья – Собрались куда-то?       – Ну... Вообще-то мы только что вернулись, Ваша Светлость – пояснил Чёрч, старательно избегая смотреть другу в глаза – По вашему приказу я ездил к тем арендаторам, которые еще не заплатили аренду.       – Есть успехи? – поинтересовался Аккерман.       – Да, Ваша Светлость – кивнул управляющий.       – Хорошо. Жду тебя в моем кабинете через час.       – Как пожелаете, Ваша Светлость.       – А ты? Ты где была, Изабель? – обратился граф к Магнолии.       – Я навещала свою сестру, Кору – пояснила экономка – Она недавно родила, вот я и хотела проведать ее.       – Да, верно, ты говорила – кивнул брюнет, вспоминая, что его подруга и правда просила у него разрешения повидаться с сестрой, когда Бал закончится – Надеюсь, у твоей сестры все хорошо?       – Все хорошо, Ваша Светлость, благодарю вас. Моя сестра и племянница здоровы и прекрасно чувствуют себя.       – Что ж, это главное – согласился граф – Ладно... Вы, должно быть, устали с дороги, так что... Не смею вас больше задерживать.       – Но... Ваша Светлость... Мы... – начал было Фарлан.       – Не смею вас больше задерживать – повторил Аккерман – Да и... Отдохнуть нужно не только вам, но также и Сильвии с Жозефиной – он кивнул на двух взмыленных кобыл – Да, кстати... Изабель... Фред говорил, что Жозефина недавно повредила копыто. Ты бы... Поосторожнее с ней... Я знаю, как тебе дорога твоя лошадь, и мне бы не хотелось, чтобы ты расстроилась, если с ней что-нибудь случится.       – Не беспокойтесь, Ваша Светлость, я буду осторожнее – ответила Магнолия, ласково поглаживая по гриве свою любимицу, в которой она души не чаяла еще с тех пор, когда та была жеребенком.       – Ну... Раз так, то... Иди уже покорми и приведи в порядок бедняжку. Фарлан... О Сильвии также стоит позаботиться...       – Но...       – Не смею вас больше задерживать – в третий раз повторил граф.       Не понять намек было невозможно... Поэтому, спешно поклонившись сюзерену, управляющий и экономка (а также их лошади) скрылись в конюшне.

***

      – Тц, и почему они вечно появляются в самый неподходящий момент? – процедил сквозь зубы брюнет.       – Ваша Светлость? Вы что-то сказали? Боюсь, я не расслышала – поинтересовалась рабыня.       – Ничего. Не бери в голову – отмахнулся Аккерман – Извини за... за это...       – Вам не за что извиняться передо мной, Ваша Светлость – слегка улыбнулась шатенка – Вы не могли знать, что господин Чёрч и госпожа Магнолия окажутся здесь в то же самое время, что и мы с вами.       – Верно, не мог – согласился мужчина – Как ты себя чувствуешь?       – Я в порядке – в очередной раз ответила девушка, незаметно убирая руки за спину, чтобы он не увидел ее дрожащих пальцев.       – Тебе стоит отдохнуть.       – Я не могу отдыхать! Мне нужно заняться травами, которые я собрала в лесу!       – А до завтра это не может подождать? – нахмурился граф – Ты же на ногах еле стоишь!       – Зачем ждать до завтра, когда можно заняться этим сегодня? – не сдавалась Ханджи – Да и... Думаю, доктор Штраусс тоже решит заняться травами как можно скорее.       – Что ж, ладно – пожал плечами Леви. В конце концов, уж лучше будет возиться со своими сорняками, но под присмотром доктора, чем свалится в обморок где-нибудь в садах или на птичнике – Ты ведь все равно меня слушать не станешь.       – Ну, зачем вы так, Ваша Светлость? – усмехнулась шатенка – Я всегда вас слушаю!       – Да, всегда – кивнул граф – Но редко когда делаешь то, о чем я тебя прошу.       – Ну... Это уже совсем другое дело! – хихикнула рабыня.       – Да, верно – усмехнулся граф.       На какое-то время между ними снова установилось молчание.

***

      – Ваша Светлость... С вашего позволения, я, пожалуй, пойду – девушка первая решила нарушить молчание. Ей нужно принять снадобье как можно скорее, иначе она точно упадет в обморок прямо на глазах у ее хозяина – Мне нужно заняться травами.       – Что ж, ладно, иди – вздохнул брюнет. Как бы ему не хотелось побыть с ней еще немного, но у него еще столько дел! Да и... Фарлан и Изабель наверняка сейчас подслушивают и слышат каждое его и ее слово.       – До встречи, мальчик! – рабыня слегка провела дрожащими пальцами по гриве жеребца – Теперь я знаю, что ты и правда можешь обогнать ветер!       Жеребец отозвался на это воодушевленным ржанием.       – Ваша Светлость... – она склонилась перед хозяином в изящном реверансе (точнее, перед сразу тремя своими хозяевами, понять кто из них настоящий не представлялось возможным).       – Иди уже – небрежно махнул рукой граф – Иди возись со своими сорняками!       – Они вовсе не сорн... Ай! – вскрикнула шатенка, почувствовав, как он слегка дотронулся до нее чуть ниже спины – Ваша Светлость! Что вы делаете?!       – Нет, все же, я был не прав, она не такая уж и тощая, как я думал – ухмыльнулся Аккерман – Но... Тебе все же стоит есть побольше, на тебе, а также... на ней, это скажется самым лучшим образом.       – А вам, Ваша Светлость... – прошипела девушка, чуть ли не прожигая взглядом своего хозяина, которого это приводило просто дикий восторг – Стоит тщательней подбирать комплименты. А то... Вы так никогда и не женитесь...       И, не переставая наслаждаться тем, как перекосилось лицо графа, рабыня поспешила удалиться.       От греха подальше...       Бросив на девушку прощальный взгляд, мужчина поспешил на конюшню.       От греха подальше...

***

      – Леви... Что ты...       Не успел Аккерман переступить порог, как его чуть ли с ног не сшибли его друзья.       – Осторожнее – буркнул брюнет – Знаете ведь, что Демон не любит, когда к нему кто-нибудь подходит, кроме меня. Он и лягнуть может.       Жеребец подтвердил слова хозяина недовольным ржанием.       – И Ханджи – напомнила Изабель – Ее он тоже к себе подпускает.       – Речь сейчас не о ней – бросил Аккерман, заводя коня в стойло.       – Ошибаешься, Леви! – возразил Чёрч – Речь всегда сводится к ней!       – Фарлан... Сделай одолжение... – нарочито медленно произнес граф.       – Да?       – Займись своей лошадью и дай мне спокойно привести в порядок моего коня.       – Братец...       – Изабель... К тебе это тоже относится...       Управляющему и экономке ничего не оставалось, как, обменявшись понимающими взглядами, молча подчиниться своему сюзерену.       Но...       Они и не собирались отступать! Они так просто не отстанут от друга! Но сначала... Подождут, когда он будет более расположен к беседе.       Понимал это и граф. Но... Мысли его сейчас были совершенно о другом...

***

      «Вот же чертовка! – думал мужчина, расчесывая гриву жеребца – Да она совсем страх потеряла! Еще и дерзить мне вздумала! Но... Мне это нравится... Мне это ОЧЕНЬ нравится».

***

      «Вот же наглец! – думала рабыня, спрятавшись в одном из неприметных уголков сада и пытаясь дрожащими пальцами открыть склянку – Ни стыда, ни совести! Да как... как он ведет себя со мной! Но... Мне это нравится... Мне это ОЧЕНЬ нравится».

***

      При этом и Леви, продолжая приводить в порядок Демона, а также старательно игнорируя обеспокоенные взгляды, которые бросали на него Фарлан и Изабель, и Ханджи, которая, прислонившись, к стволу дерева, ждала, когда подействует снадобье и вместо жуткой слабости она почувствует небывалый прилив сил, никак не могли отделаться от одной мысли...              Какая же она все-таки хорошенькая, когда злится!              Какой же он все-таки милый, когда выходит из себя!