Ваше дело пахнет жареным

Прошло почти две недели нашего пребывания в Стокгольме. Новостей не было никаких от слова совсем, за исключением скудных сообщений, которые иногда подкидывали информаторы Нильсена, следившие за Чарльзом в Англии. Но за эти две недели я вновь смогла почувствовать себя нормальным человеком. Не надо было никуда бежать, чего-то остерегаться, скрывать. Кстати, мне даже сообщения с "доброжелательными" оповещениями Чарльза не приходили. Как-то они не догадались, что технологии позволяют отправлять анонимки даже на расстоянии. *** - Собирайся, – вышедший из душа Александр бесцеремонно разбудил меня. - Кудааа? – Я нехотя повернулась в его сторону, найдя в себе силы открыть только один глаза. Экран смартфона, на который я мельком взглянула, показывал 9:26 воскресенья. - Вставай, тогда узнаешь, – Алекс таинственно улыбнулся, старательно выискивая что-то на прикроватной тумбе. - Ну, неет, не говоришь – не надо, – я отвернулась обратно на бок, ныряя под одеяло с головой, – я еще хочу полежать, а не бежать неизвестно куда с утра пораньше. - Ах, значит, нет, – Александр стянул с меня одеяло, вызывая недовольный писк, и плюхнулся рядом, чуть не придавив меня своим телом, – я тебе устрою "нет". Раньше я считала, что чего-то похуже дурацких семейных ужинов в доме Харрисов быть не может, но, как оказалось, крупно заблуждалась, ведь я напрочь забыла, что боюсь щекотки… Александр применил самый страшный прием против меня. Он крепко удерживал меня, отчего мои попытки освободиться от щекоталок только перекатывали нас с одной половины кровати на другую. Мой визг уже перешел на неконтролируемый смех, когда Александр наконец остановился, просто прижимая меня к себе и заливисто смеясь мне в тон. - Вставай, обещаю, ты не пожалеешь, – он мягко прикоснулся губами к моему виску, откинув мягкую прядь волос чуть назад, и поднялся с кровати. * - Может быть, ты уже скажешь, на какой пожар мы так спешим, что даже не позавтракали нормально, – мы уже ехали куда-то в автомобиле Нильсена, который он вел сам, когда я все же решила добиться своего. Я повернулась боком в своем кресле и наклонилась вперед, упираясь в подлокотник между креслами, надеясь таким образом придать пугающей уверенности своему образу. - Ты хоть когда-то можешь подождать? Осталось всего 10 минут. Там ты еще не была, так что имей терпение. Я чувствовала, что вскипаю от злости, потому что так и не смогла ничего выведать, а Нильсен даже не скрывал, как смешно ему наблюдать за моим недовольством. Я демонстративно надулась и отвернулась к окну, скрестив руки на груди. Как бы я не дулась, но приходилось признать, что я приятно удивилась, хотя старалась этого и не показывать особенно. Мы гуляли по центру города, который воскресным утром был почти пуст. К концу осени уже появились какие-то следы подготовки к грядущему Рождеству, а небольшой пушок снега создавал нужное настроение. Александр действительно знал, зачем мы сюда приехали. Мы просто гуляли по городу, как обычная пара молодых людей, разговаривали обо всем и ни о чем, делали какие-то бессмысленные покупки местных сувениров, сидели в кафе. В тот момент мне было так хорошо, что не хотелось никуда отсюда уходить, только бы не прервать этих живых ощущений. - Может, поедем обратно, а то я уже замерзла, – мы вновь гуляли по улице, и даже не знаю, как далеко ушли мы от машины во время прогулки, но моя легкая дубленка явно не была приспособлена для местного климата. - Иди сюда, – Александр притянул меня к себе, потирая мои замерзшие ладони и согревая нежным поцелуем, – сначала я кое-что скажу, а потом поедем, – мы так и продолжили стоять в центре аллеи, ведущей к главной площади. - Опять какие-то тайны, – прошептала я. А он опять тянет резину, вместо того, чтобы сразу все сказать прямо. - Я довольно долго думал. Прошло уже много времени, но видимо результата пока нет. В целом я думаю, что мы можем вернуться в Англию, потому что теперь о Чарльзе нам известно гораздо больше и это наше преимущество. - Алекс, ты серьезно? Я не верила ушам, которые услышали, что мы вернемся в Англию и наконец разберемся во всей этой истории. Правда, каким образом – этот вопрос я решила оставить на другой момент. Нильсен легко кивнул головой в ответ, а я широко улыбнулась, бросаясь ему на шею и прижимая к себе. - Ты сейчас превратишься в ледышку, так что пойдем уже к машине, – я чувствовала, как он улыбается. Я с трудом отлипла от Александра, и мы, как какие-то малолетние, взялись за руки и побежали в обратную сторону, обращая на себя внимание проснувшихся горожан. ***

10 дней спустя. Пригород Лондона.

Все тело болело и ныло. Плечи затекли из-за заведенных за спину и плотно связанных веревкой рук. Самым раздражающим был звук капель, с удивительной пунктуальностью и стабильностью ударявших по дну металлической емкости, стоявшей в углу незнакомой мне комнаты. Из-за этого в помещении ужасно пахло сыростью и становилось будто холоднее после падения каждой капли. Не имею ни малейшего понятия, где я и сколько здесь нахожусь, но за все это время мои глаза так и не смогли привыкнуть к кромешной тьме. Привыкнув к темноте, я решила немного оглядеться. Шея не хотела поворачиваться из-за неудобной позиции. Я с трудом повернулась вправо, влево и попыталась заглянуть назад. Рейчел. Она сидела позади меня в таком же связанном положении, но только без сознания. -Рейч… Рейчел, ты меня слышишь? – Голос был тихим и хриплым из-за пересохшего горла. – Рейчел, ответь, пожалуйста… На меня начинал наступать приступ паники. Почему Рейчел тоже здесь? Что с ней такое? Где мы вообще и почему тут находимся? Хотя с последним, видимо, все было понятно – доигрались в детективов. Я постаралась покрутить плечами или запястьями, чтобы ослабить веревки, но все было без толку. Дверь со скрипом открылась, пропуская в комнату луч неприятного тускло-желтого света, отчего глаза стало резать еще сильнее, мне даже пришлось зажмуриться. Но и с закрытыми глазами я прекрасно чувствовала, как надо мной нависла бесшумно вошедшая фигура. Я открыла глаза и увидела Чарльза, который стоял прямо перед моим лицом. Я попыталась отвернуться от его противного дыхания, но пожалела еще больше. Сзади дядюшки стояли еще две фигуры, напоминавшие стражников. В одной прекрасно читался его приспешник Данте… Вторым же был, черт возьми, Макото. - Сэмми, что происходит, развяжи нас, пожалуйста, – я уставилась в его сторону, чтобы встретиться взглядами, но казалось, что это совершенно не тот Сэм, которого я знала. Сэм молчал, стоя, как солдатик, с заведенными за спину руками. Видя мое замешательство, Чарльз мерзко рассмеялся, поднимая мою голову за подбородок и заставляя посмотреть ему в глаза. - Что, доченька, запуталась? Я же всегда твердил тебе в детстве, что ты не должна ошибаться или что-то путать, – я чувствовала, что меня сейчас вывернет от его слов. – Ну ничего, нам торопиться некуда, так что можем и объяснить. Да, мальчики? – Он повернулся назад, ухмыляясь Сэму и Данте. Я воспользовалась секундой и повернулась, чтобы глянуть на Рейчел, которая издала тихий грудной всхлип, видимо, очнувшись. - Девушек наверняка интересует, – проскрипел Чарльз, – зачем же здесь мистер Макото. Что же, Сэм, пора бы разъяснить все дамам. И Сэм, расхаживая по комнате из стороны в сторону, начал рассказывать какую-то бредовую длинную историю. Его слова долетали до меня отрывками, путаясь в памяти. Париж, когда мы познакомились. Лондон – детективное агентство и встреча с Рейчел. Несколько лет нормальной жизни. Чарльз. Этот упырь подмял Сэмми под совместную работу. - Сэм, зачем? Зачем ты связался с ним? – Терять было уже нечего, поэтому я нагло перебила его. Он резко повернулся в мою сторону и стал приближаться. - А ты-то как думаешь? Вся такая из себя принцесса. На всем готовом у Аннет, – он пугающе оскалился. – Тетка была готова устроить нашу свадьбу, потому что у меня был прекрасный капитал, готова была, несмотря на отсутствие входа в ваш английский свет. Но нет же, – он почти закричал, – мы же друзья. Ты окончательно все испортила, спутавшись с этим чертовым шведом. Так что с Чарльзом нас связывают довольно выгодная сделка, дело только за тобой. Подпиши документ по-хорошему, и для вас все закончится без мучений. - А Рейчел? Причем здесь она? – Я все не унималась. - А, милая блондиночка – лишь твой прицеп. Вина за нее будет только на тебе, ведь это ты нас познакомила, и подбила подружку закрутить со мной роман. - Она любила тебя искренне, – я опустила голову, не желая его видеть, хотя японец продолжал еще что-то бубнить. И тут вмешался Данте, который вечно был не к месту. - Ладно, хватит уже. Давайте подписывать эти бумажки, да покончим уже с дурацким цирком. - Да, ты прав, дорогой, – Чарльз похлопал его по спине и начал копошиться среди листов бумаги, то и дело что-то роняя и путая, чем вызывал недовольство со стороны своих "спутников". Но в какой-то момент все бумаги окончательно выпали из рук Чарльза, а сам он повалился на пол. - Как ты рассчитывал дозу, что препарат не мог подействовать так долго? – Сэм с претензией посмотрел на Данте. - Как ты сказал, так и рассчитал. Они приподняли бездыханное тело Чарльза за руки и ноги и вынесли в коридор. Сэм вернулся первый и протянул мне стопку бумаг. - Подписывай уже, – я подняла на него глаза. - Как ты себе это представляешь, если мои руки связаны за спиной, – он несколько раз чертыхнулся, оборачиваясь в сторону двери и глазами ища сообщника, очевидно, намереваясь поручить ему грязную работу, но все же медленно обошел стул и стал развязывать веревки. Освободив руки, я взяла бумаги и ручку и напряженными от полусвета глазами стала выискивать строчки, на которых нужно было поставить подпись. Еще и Сэм загородил единственный источник света, встав спиной прямо напротив двери, куда проникали отблески из коридора. Хлопок. Выстрел. Сэм упал на пол, зажимая рукой бок, из которого из-за ранения хлынула кровь. Меня охватил такой страх, что я не могла пошевельнуться, чтобы хотя бы посмотреть на Рейчел, которая вскрикнула от выстрела и криков людей в черной форме. В комнату протолкнулся Алекс, а за ним Ник. Александр сразу начал развязывать веревки, сковывавшие мое тело, а Ник освобождал Рейчел, пытаясь поговорить с ней, оценивая уровень шокового состояния. Не знаю, чтобы было точно дальше. В моей памяти всплывала одна картинка – Александр с Ником выносили нас с Рейчел на руках по длинному узкому коридору, в конце которого сидели связанные Данте и Сэм. А дальше какая-то пустота…