Развитие Двойного черного, или Как зародилась пара соукоку

Парни пришли в зал, где их ждал импровизированный ужин. Осаму на скорую руку заварил рамен из супермаркета. Казалось бы, такая богатая квартира, да и сам по себе Дазай далеко не бедный, но в холодильнике мышь повесилась. Всё из-за того, что юноше было плевать на свое питание, как и здоровье. В первое время, когда он игнорировал свой голод, было трудно, но сейчас парень может голодать несколько суток подряд, после чего перекусит в кафе и вновь дни на пролет и крошки на язык не положит. Поэтому, чтобы хоть чем то накормить уставшего Накахару, порылся на кухне и отыскал лапшу быстрого приготовления, что купил где-то месяц назад от безделья. — Ну... Как то так, — шатен включил свет в комнате. Это была приличных размеров гостиная. По среди неё стоял широкий, мягкий, бордового цвета диван, а перед ним журнальный столик с раменом. — У меня дома больше съесного ничего нет, но с утра я сбегаю в магазин и попробую что-нибудь придумать на завтрак... Если смогу приготовить, не спалив квартиру, — парень почесал затылок. — М?.. Ха-ха. Ничего страшного. Хотя, я не удивлен. Ты довольно худой. Видимо, домашней еды с детства не ел? И... Пожалуй, с этого дня я займусь твоим питанием, горе повар. — Рыжик сел на диван вместе с возлюбленным и они приступили к трапезе. — Я... Не помню, ел ли когда-нибудь домашнюю еду... Хаа... Не важно. От твоей стрепни я точно не откажусь, хех... Переедешь ко мне и хозяйствуй на здоровье~.. — шатен выиграл паузу, игриво поблескивая глазами. Он видел, что возлюбленный довольно быстро восстанавливается, что радовало. — Серьезно? Осаму, это надо будет срочно исправить. Пусть я и не великий повар, но домашним кормить тебя буду как можно чаще. — Накахара сейчас быстро поглащал рамен, чуть ли не обжигая горло, насколько его истощенный организм требовал еды. — Ладно, ладно. Решим. Ты сначала поправься, поварёнок, а потом всё будет. — Дазай с легкой улыбкой смотрел на любимого, но глаза были полны грусти и неверия. Слишком много событий произошло за один день, причем самых неожиданных. Чуя покивал в знак согласия, шумно проглатывая лапшу. Дальше парни сидели в тишине, прерываемой самыми мелочными шорохами и шумом вечернего города за окном. Время очень быстро бежало, на улице заметно потемнело, небо, затянутое тучами, вовсе стало чёрным. — Чу, ты где хочешь спать? На диване или на кровати? Диван пожестче будет, а на кровати... Могу и.. Я, если что, рядом быть. — юноша замялся, побоявшись быть настырным. Неуверенность все чаще закрадывалась в его разуме, придерживая каждое желаемое слово в горле, на подсознании рискуя. — Я?... Кха - кха! — рыжик за это время уже и забыл, что с Дазаем они теперь пара. А в голове закрутилась настойчивая мысль, которую Накахара решил сразу рассказать. — Ну... Если не будешь против, то лучше на кровати... Не хочу спать один. — робкая улыбка украсила светлое лицо Чуи, покорив в очередной раз сердце Осаму. — А, нет, конечно. Как хочешь, милый.. — проговорил счатливый юноша, и глянул на своего парня. Ещё одно восхитительное воспоминание смог он сейчас зафиксировать, когда конопатое лицо сравнялось по цвету с огненными прядями. Было очевидно, что Накахара смутится, ведь было видно, как тот позабыл про новый этап отношений между ними. — Ладно. Ты покушал? Пошли сразу в кровать. Тебе надо побольше отдохнуть. — Ну и супер.. — голос слегка дрогнул и стал тише. — Д-дорогой, — скулы запылали алым румянцем, но улыбка все также не покидала губ. Чуя, наперекор своим принципам, этого не скрывал. Обычно его смутить то трудно, а если и выйдет, то ни один смертный не увидит и в жизнь. Но Дазаю мафиози теперь будет открывать все тайны своей души. Единственному ему. — Да, только что, сам же видишь. А спать.. Ну пошли. Я действительно устал. В квартире так и продолжала царить приятная ночная тишина, прерываемая шорохами, шагами, дыханием и короткими переговорками молодых голосов. За некоторое время они приготовились ко сну и легли в постель. В этот момент тишина сменила свое настроение, начиная давить неловкостью ситуации. Парни не понимали, как же стоит поступить дальше: просто попробовать ли уснуть, взять ли за руку, обнять ли второго? В темноте, когда ничего не видишь, не ясно сколько прошло времени. Такое навязчивое чувство тревожности надоело Накахаре. Он наконец пошевелился и повернулся на бок, причем спиной к кареглазому красавцу, который это понял и хотел уже начать грустить, но не успел. Рыжик поерзал и оказался точно вблизи любимого, прижимаясь нежно к его груди лопатками. Дальше послышались ещё шорохи. Тонкие холодные пальцы нашли руку Осаму, по хозяйнечески переместили на свою талию и переплелись с чужими горячими фалангами. Дазай совсем не ожидал таких нежностей, ласк, да еще и как первый шаг от синеглазки. Но стала до одури приятно, тепло, душевно. Ожидать ответа не пришлось — юноша прижал Накахару к себе посильнее, крепко и тепло обнимая, не разрывая замок из десятка пальцев. Горячее, глубокое, шумное дыхание щекотало фарфоровую кожу второй половинки. А после этого пухлые губы одарили заднюю часть шеи всплеском мелкой дрожи от уюта положения. На лицах Двойного Чёрного застыли еле заметные улыбки, и они уснули в таком молчаливом умиротворении, сладко посапывая.

***