Глава 9. Спаси меня от самого себя
5 декабря 2020 г., 12:22
Не причиняй себе вреда! Мы все здесь! ~Деяния апостолов 16:28
Дин ужасно спал, и это не имело ничего общего с болью от его падения на днях, или даже со словами психолога о том, что он не заслуживает боли, и если кто-то причиняет ему боль, Дин должен сказать ему об этом. Парень зашел так далеко, как пообещал помочь ему переехать в «безопасное место». Как будто у придурка был один шанс на миллиард исполнить это желание, к тому же он не знал, от чего Дину нужно спастись.
Нет, со всем этим дерьмом Дин мог справиться сам. В конце концов, он делал это последние одиннадцать лет своей жизни.
Но чертово кольцо… кольцо Дэмиена... Подождите, нет, кольцо Калеба, потому что «Дэмиен» было дружеским прозвищем, а «Калеб» — нет. Это кольцо лежало на прикроватной тумбочке, мимо которого Дин расхаживал прошлой ночью. Но потом он нерешительно поднял его, как будто думал, что умрет, прикоснувшись к кольцу, которого еще не заработал. Это был символ храбрости и единства, отваги и бесстрашия, Братства. Кольцо, которое Калеб никогда не снимал.
«До прошлой ночи», — поправился Дин, вылезая из-под одеяла и крутя кольцо на тумбочке. Он наблюдал, как серебро блестело в лучах солнечного света, что пробивались сквозь занавески на окнах. Ему так хотелось верить, что уход Калеба с ринга что-то значит, что-то хорошее, а не плохое. Этим Дэмиен… Калеб не говорил: «Да пошел ты и все Братство», а что-то совсем другое, вроде: «Я предпочитаю тебя Братству».
«Но это отстой и глупо, и это совсем не то, что имел в виду Калеб», — упрекнул себя Дин, хлопнув ладонью по вращающемуся кольцу и смахивая его на пол. Затем он сел, схватил телефон с подставки и позвонил Джейсону. Он хотел выброса адреналина, чтобы отгородиться от тысячи мыслей, бомбардирующих его, хотел ясности и свободы. Хотел забыть, кто он, и кем был: братом, сыном, другом… охотником.
Поэтому, когда Джейсон ответил на звонок, Дин весело сказал своему товарищу:
— Итак, мы перейдем на следующий уровень или отсюда все станет скучно?
Джейсон сонно пробормотал:
— Дин? Дерьмо, сейчас не нужно в школу… и едва рассвет.
— Опасность никого не ждет, — пропел Дин.
Джейсон усмехнулся энтузиазму своего друга.
— Да, хорошо. Я работал над кое-чем последний месяц или около того. Я заеду за тобой через два часа.
— Ты знаешь, где меня найти. — Затем Дин повесил трубку и чуть не врезался в стол, когда встал и его ногу пронзила боль. Потирая бедро, он, прихрамывая, направился в ванную, надеясь, что теплый душ может ослабить боль в мышцах.
Однако душ не оказался чудодейственным средством, как он надеялся. Дин стоял под водой и вздрагивал, когда струя попадала на его спину, которая была одним сплошных синяком от лопаток до ягодиц. Когда он вышел из ванной, то увидел мигающую лампочку телефонного сообщения, и это не улучшило его настроение. Он сказал себе, что ему все равно, кто это и чего они хотят.
Но тихий голос в голове приставал к нему. «А что, если это Сэм?»
Дин безжалостно подавил свою привязанность к брату. «Сэм, который бросил сбежал, из-за чего папа злится на меня. Сэм, который был зол на то, что я помог папе найти его, и который отказался отдать мне тот пакет, который он отправил по почте?» И последнее было просто вишенкой на торте, Дин получил по почте коробку с почтовой маркой Аризоны, и Сэм вырвал ее у него из рук ядовитыми словами: «Ты отстой. Я жалею, что послал тебе это».
Так что да, Дин прошел мимо телефона, мысленно прокручивая в голове слова брата о том, как сильно он его ненавидит. «А если это папа… Рыцарь, скорее всего, сказал Калебу, чтобы тот взял меня на охоту и использовал в качестве приманки».
По пути к куртке, Дин чуть не наступил на кольцо Калеба. Подняв его с пола, он поплелся к мусорному ведру. Его рука зависла над корзиной, но он просто не мог выбросить кольцо, вместо этого он сунул его в карман. Схватив со стола ведьмовской мешочек. Дин натянул его на голову, собираясь так же надеть амулет, прежде чем вспомнил, каким придурком был Сэм в последнее время. Поэтому он оставил амулет на столе и направился к двери, не желая находиться в душных пределах комнаты дольше, чем это было необходимо.
***
— Чувак, ты идешь, как будто тебе девяносто, — приветствовал его Джейсон, когда Дин врезался в пассажирский бок его грузовика. — Скажем так, я по-новому оценил талант Тарзана летать на лиане, — пошутил Дин. Джейсон осмотрел своего пассажира вместо того, чтобы завести двигатель. — Ты уверен, что хочешь сделать это сегодня? Мы можем отложить это на выходные. Дин почувствовал, что взорвется, если не выпустит пар. — Пока это не связано с бегом, я буду в порядке. — Никакого бега… только стальные нервы, — пообещал Джейсон с дерзкой улыбкой. — Тогда вперед, — усмехнулся Дин.***
Чтобы пройти через запертые ворота потребовалась небольшая отмычка, но к тому времени, когда Джейсон остановил свой пикап на стоянке канатного трамвая, Дин понял, что это место пусто, не потому что сейчас не сезон. Перед ним были запертые ворота вдоль дороги, сломанные вывески с надписью «Исторический воздушный трамвай» и очень пустая парковка с надписью «Заброшенно». Дин вылез за Джейсоном из грузовика, и прошел через стоянку, и они встали плечом к плечу, глядя на крутой склон густой засаженной деревьями горы и заросшие пешеходные тропы внизу. Джейсон повернулся, кивнул на здание трамвайного терминала справа от них и махнул рукой, указывая направление воздушных кабелей, которые проходили над их головами и тянулись на всем пути вниз по горе, к зданию терминала внизу. — Пошли! — сказал он, поднырнув под цепями на воротах. Дин последовал за ним с меньшей ловкостью и гримасой боли. Достигнув терминала, Джейсон быстро взломал замок, затем распахнул дверь и улыбнулся Дину, словно приветствовал его в своем собственном парке развлечений. Пройдя мимо Джейсона, Дин присвистнул при виде трамвая, стоящего там, словно его последние пассажиры высадились час всего назад. Подросток провел рукой по обшивке машины: — Он все еще в хорошей форме. — Ага. И я перенаправил немного энергии для элементов управления, — сказал Джейсон, щелкнув выключателем на панели управления, и в терминале загорелся свет. Нажав на еще один выключатель, электродвигатель, приводивший в движение трамвайные кабели, ожил. После нажатия очередной кнопки открылись двери отсека перед трамваем, демонстрируя великолепный вид и двойные тросы, что проходили над вершинами деревьев до самого подножия горы. Глядя на кабели и прослеживая их до трамвайного вагона, Дин заметил: — Тросы выглядят немного ржавыми. Вся коробка выглядит ржавой. Ты действительно думаешь, что трамвай сможет двигаться? С дерзкой улыбкой Джейсон бросил вызов: — Есть один способ узнать. Но Дин не успел ответить, как его перебил другой голос: — Этого не произойдет, — решительно объявил Калеб. Оба подростка обернулись и увидели, что старший охотник прислонился к дверному проему, его поза излучала спокойствие, но Дин знал его достаточно хорошо, и почувствовал напряжение в своем бывшем лучшем друге. — Да это же сам мистер "Убийца кайфа", — протянул Дин, прислонившись к трамвайному вагону, потому что в эту игру могли играть двое. Выпрямившись, Калеб вошел в здание. — Забавно, что ты сказал «убийца», потому что это то, что ты собираешься сделать: убить себя! — его голос повысился от сардонического до возмущенного. По-видимому, настала очередь Джейсона быть сообразительным. — У тебя нет чувства азарта, Ривз, — усмехнулся он. Грозно шагнув к парню, Калеб скомандовал: — Заткнись! Он все еще считал этого придурка виноватым в сумасшедших действиях Дина. Проскользнув между Калебом и Джейсоном, Дин отрезал: — Оставь его в покое, Калеб. Если хочешь кого-нибудь ударить, продолжай считать меня своей боксерской грушей. Отказываясь отступить перед намеком Дина, Калеб вместо этого сделал шаг ближе, его глаза сверлили Джейсона. — Нет. Знаешь что, я возьму твоего маленького друга и выбью из него все дерьмо, — затем он опустил глаза на Дина, чтобы выразить свою точку зрения, — если ты не выслушаешь меня. Когда подбородок подростка вызывающе дернулся, Калеб начал обходить друга. Джейсон, со своей стороны, был достаточно умен, чтобы начать отступление. Опасаясь, что угроза Калеба не была блефом, Дин схватил его за предплечье, удерживая подальше от другого подростка. — Хорошо. Скажи то, что зачем пришел, и уходи. — Снаружи, — прорычал Калеб, кивнув на выход, прежде чем выйти за дверь. Выйдя на улицу, Дин держался на расстоянии, как будто Калеб был хищником, с которого нельзя сводить глаз, хотя Дин знал, что ему не нападения нужно опасаться, а засады. Он видел, что Калеб был в плохом настроении, и запросто мог просто вырубить его, перекинуть через плечо и затолкать в джип. Но он точно не был готов к следующим словам экстрасенса, и это были не угрозы, а хриплые извинения: — Ты не представляешь, как сильно я хочу отменить то, что сделал на охоте, и… и с тех пор, — искренне заявил Калеб, ему нужно было начать выпускать эмоции наружу, а не закупоривать их. Он готов был рискнуть всем ради того, кого любит. Но Дин достаточно быстро оправился от шока от неожиданной тактики Калеба и с презрением парировал: — У всех нас есть то, что мы хотим отменить. Я хочу, чтобы моя мама не была мертва, чтобы моему отцу было не наплевать на меня, и чтобы мой брат хотел остаться со мной. Я хотел бы проснуться утром и, хотя бы раз, не беспокоиться о том, что я могу облажаться и кто-то из-за этого умрет. Но у меня ничего из этого не может быть. Слова Дина сильно ударили по Калебу, заставили его подавить свои эмоции, потому что Дин не был полностью неправ, и он не мог изменить это для подростка, что бы ни делал. — Я знаю. Дин умел противостоять противнику, поэтому отошел в сторону, прежде чем повернуться к Ривзу. Встряхнув ведьмовской мешочек, что висел у него на груди, он спросил: — Как ты нашел меня? Это не может быть связано с каким-либо слиянием разума, потому что на мне вот это. — В стиле Магнума, — ответил Калеб, слегка улыбаясь, вспоминая шутку Дина о том, что Мак похож на детектива из телешоу. — Ты следил за нами? Неплохо, Хиггинс, — парировал Дин, забыв на мгновение, что он больше не хотел делиться шутками с Калебом. Но тут же вспомнил, как только Ривз шагнул к нему с улыбкой, как будто они снова стали друзьями. Подросток поднял руку, останавливая намерения экстрасенса вторгнуться в его личное пространство. — Ты думаешь, одна шутка, и между нами все будет в порядке?! Потому что это не так. — Я знаю, что это не так, — мрачно признал Калеб, но отказался отступить, вместо этого приближаясь к Дину. — Просто посмотри на вещи с моей точки зрения, Двойка! Я запрограммирован на уничтожение любого, кто причиняет тебе боль, но в последнее время это я причиняю тебе боль, и ты сам вредишь себе! — он махнул рукой, указывая на больную ногу Дина, синяки и порезы на его лице. — И я… я не… я не знаю, что делать, как… справиться с этим страхом и гневом на себя за то, что ударил тебя, и гневом на тебя, за все это безумное безрассудное дерьмо. — Ему пришлось остановиться, чтобы вдохнуть, прежде чем он смог продолжить. — Скажи мне, что делать, что я должен сказать, чтобы остановить все это, не дать тебе сесть в этот трамвай? — Ничего. Ты ничего не можешь сказать. — Затем Дин пошел обратно в здание, но Калеб встал на его пути и вытянул руки, чтобы заблокировать его путь. Решив, что его желания не имеют значения, Калеб переключил передачу. — Сэм и твой отец не… — Почему речь не может быть только обо мне?! — крикнул Дин, отмахнувшись от руки Калеба, когда экстрасенс попытался коснуться его. — Не то, чего хочет папа, или Сэм, или то, чего заслуживает мама! Что насчет того, чего я заслуживаю?! У Калеба перехватило дыхание, потому что он впервые услышал, как его друг что-то требует для себя, чтобы не отдавать все, что у него было семье, охоте. Это было бы хорошим поворотным моментом, если бы то, что Дин хотел для себя, не было билетом в один конец в раннюю могилу. Сохраняя спокойный тон, Калеб поклялся: — Я здесь ради тебя, Двойка. Только для тебя. Единственный, кого я пришел сюда защитить, это ты. — Мне не нужна твоя защита, Дэмиен! Всем было бы плевать на меня, если бы я не был сыном Рыцаря. Я знаю это! — Я здесь не как член Братства… или как охотник. Я отказался от кольца, я выбрал сторону, — сказал Калеб, но знал, что должен сказать остальное, должен убедиться, что Дин понимает, как далеко он готов пойти. — Дин, я выбрал тебя. — Что? — недоверчиво парировал Дин в ответ, отпрянув, когда Ривз попытался потянуться к нему. — Нет, ты… ты играешь со мной. — Вытащив кольцо из кармана, он протянул его Ривзу. — Возьми свое проклятое кольцо и уходи. Испытывай свою психологическую фигню на ком-нибудь другом. Калеб почувствовал волну разочарования, не понимая, почему его добрые намерения ни к чему не привели. Он знал, что ему не следует кричать в ответ, но не мог успокоиться. — Почему тебя так удивляет, что я предпочел бы тебя Братству? Сколько раз я рисковал своей жизнью, чтобы спасти твою?! Ты знаешь, почему я зову тебя Двойка?! Ты мой младший брат во всех смыслах! — Да, а Сэм мой брат. И он сбежал от меня! — закричал Дин в ответ, потом прорычал: — Так что не говори мне, как любовь побеждает все, или семья все прощает или… что-нибудь из той хрени, которая никогда не применялся в моей жизни. Ошеломленный болью Дина, Калеб почувствовал, как его глаза наполнились слезами, знал, что они достигли самой сути того, что побудило ребенка к безрассудным действиям, и все же не понимал, как все исправить. — Я не могу это опровергнуть. Но, Дин, есть люди, которые любят тебя, и которые готовы умереть… и убить, чтобы сохранить тебя в безопасности. Я, твой отец, Сэмми, Мак, пастор Джим, Бобби. — В безопасности? — горько повторил Дин. — Я сломал больше костей, получил больше синяков и переночевал в большем количестве больниц, чем боевой ветеран за пять командировок. Так что извини, если я думаю, что вы все плохо справляетесь с тем, чтобы сохранить меня в безопасности. Но Калеб не отступал. — Но ты делаешь еще хуже! — проревел он, не в силах игнорировать скованные движения Дина, явную хромоту или тусклый блеск глаз — все признаки боли, в которой находился ребёнок. Дин дерзко улыбнулся критике. — Кто сказал, что я хочу быть в безопасности? Безопасность — это скучно. — Скучно? — выдавил Ривз сквозь стиснутые зубы. — Не пытайся сказать мне, что эти трюки сделаны от скуки. Это выходит далеко за рамки выброса адреналина. — О великий профессор, расскажите мне мои истинные мотивы, — подстрекал Дин. Когда Калеб побледнел и провел рукой по лицу, Дин невесело усмехнулся. — Ты решил давить на меня пока я не выложу душу на всеобщее обозрение. Эмоционально взвинченный, Калеб почувствовал, как его стены рушатся под натиском слов Дина, от страха, что он не сможет его удержать от риска. И это заставило его прямо высказаться: — Ты хочешь навредить себе. Сделать больно мне… Сэмми, Джону. — Навредить? — недоверчиво повторил Дин. — Ты думаешь, это мой вариант крика о помощи?! Калеб раздраженно смахнул слезу, скатившуюся по щеке. — Нет, тебе не нужна помощь. — Верно, я этого не хочу и мне это не нужно! — зарычал Дин Калебу в лицо, и зашел так далеко, что толкнул старшего охотника. Калеб позволил ему пройти мимо, прежде чем заговорил: — Я умоляю тебя не делать этого, Дин, — прошептал он, в спину подростка, когда тот остановился в дверях терминала. — Тебе не нужно делать это, чтобы что-то доказать. Ты самый храбрый человек из всех, кого я знаю… Не нужны никакие смелые выходки, чтобы доказать мне это… и твоему отцу или Сэму. Дин обернулся. — Ты просто не понимаешь. Мне не нужно этого делать… Я хочу это сделать. Я все время рискую своей жизнью на охоте. Почему я не могу рисковать своей жизнью на своих условиях?! — Потому что охота — это рассчитанный риск, с планами, поддержкой, оружием и… и мы спасаем людей. Но это… — Калеб махнул рукой в сторону трамвая. — Это не стоит даже одной проклятой царапины на тебе, не говоря уже о смерти. А если речь идет о желании отдохнуть от охоты… просто сделай это. Мак запишет тебя в мою старую школу и… — Какую сказку ты себе рассказываешь? Папа меня никогда не отпустит. Он притащил Сэма назад… и притащит меня назад. Я знаю, чем закончится моя история. На Калеба накатила волна страха, и он быстро преодолел расстояние между ним и Дином, схватив подростка за руки, даже когда Дин пытался освободиться. Но Ривз встряхнул его, привлекая внимание, и на него посмотрели широко раскрытые зеленые глаза. — Ты думаешь, что умрешь на охоте? Черт побери, Дин! Мы все не спим по ночам, ищем способы, чтобы этого не случилось. А ты пытаешься ускорить этот процесс?! — Нет, я пытаюсь прожить немного своей жизни для себя! Хочу иметь право голоса в том, как я рискую своей жизнью! Делать свой собственный выбор вместо выбора, который все сделали за меня. — Дин вырвался из хватки Калеба, и старший охотник отпустил его. — Я сделал все, что говорил мне папа, был защитником Сэма, был твоим партнером по охоте. Я отдал вам все и этого недостаточно. Этого никогда не бывает достаточно. Так что я закончил пытаться угодить всем. — Хорошо, значит в следующий раз скажи своему отцу что не хочешь охотиться, позволь Сэму выбираться из своих собственных ошибок самостоятельно. А мы с тобой будем тусоваться на стадионе вместо какого-то леса с монстром… просто… — Голос Калеба сорвался на его следующих словах: — Не делай этого. Не причиняй себе вреда, вместо того, чтобы постоять за себя. Верь в себя… как я, как Джон и Сэмми верим в тебя. Мы зависим от тебя, потому ты никогда не подводил нас. Но, если ты это сделаешь, если ты убьешь себя… ты убьешь лучшую часть меня и Сэмми, и Джона… Всех нас. И знаю, ты не такой эгоистичный. — Думаю, ты знаешь меня не так хорошо, как думаешь, — холодно ответил Дин. — Это мой выбор, и ты не сможешь сделать его за меня, Калеб. — Затем он повернулся к экстрасенсу спиной, вошел в здание и закрыл за собой дверь. Но Калеб не мог допустить, чтобы Дин выбрал этот путь. Его не беспокоило, что Дин может навсегда его возненавидеть, главное, что он останется жив. Он ринулся к терминалу, и дернул дверь, но она не открылась. Калеб толкнул плечом, но все было безуспешно. — Дин! Открой дверь сейчас же! — проревел он.***
Джейсон отступил от двери, дерзко улыбнулся Дину и кивнул на металлическую трубу, которой он подпер ручку двери, чтобы Ривз больше не мог войти. — Когда я впервые нашел это место, дверь была заперта трубой хорошо и плотно. Но опять же, влезать в запертые места — это способность не только призраков, не так ли? — похвастался он. Ему нравилось использовать свои охотничьи навыки для того, что его отец не одобрил бы. Дин стоял посреди терминала и подпрыгнул, когда Калеб, казалось, пнул дверь ногой, чтобы выбить ее. — Двойка! Джейсон не обращал внимания на мелодраму, проверяя приборы и просматривая контрольный список для запуска. Затем он улыбнулся Дину, радуясь всплеску адреналина. — Все готово. Садись, я включу эту штуку, и как только нажму на кнопку, дверь откроется, и мы покатимся вниз.***
Не сумев выбить дверь, Калеб уперся в нее руками, и крикнул через барьер, который удерживал его от Дина, возможно, от спасения его младшего брата. — Дин, помнишь тот ужас, когда ты не мог найти Сэма, и думал, что кто-то забрал его… что он был ранен? Я тоже боюсь, но намного сильнее… потому что знаю, что ты делаешь, и насколько ты близок к смерти. И то, что ты делаешь сейчас… это может убить тебя. Ты можешь умереть! И если ты думаешь, что я могу вынести твою потерю… — у Калеба перехватило дыхание. — Мы с тобой оба знаем, что значит потерять любимого человека… Не заставляй меня снова проходить через это. Не позволяй Сэму потерять старшего брата, а Джону — его сына. Просто… не надо. Пожалуйста, Дин. Пожалуйста. Но в ответ Калеб получил только молчание. Выругавшись, он снова ударил дверь, а затем начал бегать вокруг здания, намереваясь найти другой путь, способ остановить Дина. Выяснилось, что была только одна дверь в строение, а другой возможный вход, проем, через который выходили тросы, был огорожен забором безопасности, и который, вероятно, благодаря работе Джейсона, теперь был под током. И пусть Калеб был мастером в своей работе, но ему были нужны инструменты… которых у него не было в заднем кармане. Возможно, он мог бы найти что-нибудь в джипе, но это означало уйти от терминала. И сделать это даже на две секунды казалось невыносимым. Но у Калеба не осталось выбора, и он взобрался по склону и побежал к своему джипу. Почти сорвав дверь с петель в спешке, чтобы открыть бардачок, он схватил перчатки и кусачки, потом залез в свою охотничью сумку, что лежала на заднем сиденье. Со всем необходимым в руке он выскочил из салона джипа и побежал по стоянке. Но в ужасе резко остановился на краю парковки, когда увидел, как трамвайный вагон выезжает из терминала, словно медленный и широко раскачивающийся маятник, спускаясь по сильно ржавым тросам. Сердце замерло в груди, и Калеб мог только смотреть… и молиться. И кричать, когда трос порвался, и трамвай упал с большой высоты. Через несколько секунд вагон врезался деревья с такой силой, что удар сотряс землю, и трамвай раскололся на несколько частей. — НЕТ! ДИН! — закричал Калеб, бросая все, что держал, и перепрыгивая через выступ, отчаянно пытаясь добраться до Дина, чтобы спасти своего младшего брата. Сделать невозможное.
