Без Чувств

Антон сидел в напряжении и крутил кольца на пальцах. Он не мог представить, что выйдет из этой затеи Арсения, но был в мнимом предвкушении. Антон иногда поглядывал на него и не понимал, почему внутри у него всё горело, он просто не мог это объяснить, но это чувство ему совершенно не нравилось. Он чувствовал себя слишком открытым, и из-за этого старался редко поднимать глаза на Арсения, чтобы оно поскорее ушло. Но оно только с каждой секундой увеличивалось. — Давай для начала купим себе выпить, — подал голос Арсений. Антон мимолётно, несколько раз кивнул ему, соглашаясь с предложение. Арсений лениво поднял руку и тут же к ним подскочил Влад с лучезарной улыбкой. — Мне пожалуйста как обычно. А ты что будешь? — обратился Арсений к Антону и начал выжидающе смотреть. — Водку, — уж очень тихо произнёс Антон. — А моему другу три шота водки с лаймом, — бармен ещё раз улыбнулся и отошёл выполнять заказ. — Мне много будет, — начал Антон. Он был не очень сейчас настроен лакать водку, так ещё Арсений заказал три шота. Тем более бюджет Антона был не резиновый и он боится, что ему попросту не хватит денег. — Знаешь, для человека, который за вечер в одно лицо выпил бутылку виски, ты прибедняешься, — Арсений усмехнулся. Антон недовольно окинул его взглядом и сел прямо к барной стойки. Он подпёр голову кулаками и скучающе начал гулять глазами по помещению. Он внимательнее рассмотрел интерьер и только сейчас заметил, что в помещение играла какая-то тиха музыка. Через некоторое время перед ним поставили три рюмки с сорока градусным содержимым. Антон тяжело вздохнул и снова повернулся телом к Арсению. Перед ним стоял большой фигурный треугольный фужер с мутной жидкостью, в которой плавала одинокая оливка. — Это мартини? — уточнил для себя Антон, в ответ он получил положительный кивок. — Да ты и в правду граф. После этих слов Антон схватился за первый шот и выпил его. Прозрачная жижа обожгла всё горло, и он слегка поморщился. Арсений последовал примеру Антона и немного отпил из своего царского фужера. Затем поставил его на стол и тоже полностью повернулся к Антону. — В следующий раз попробуй выдавить лайм. Будет игривей вкус, — словно истинный интеллигент и дегустатор посоветовал Арсений. Антон кинул безразличный взгляд. — Сам разберусь, — холодно сказал он. — Какая ты бука, — саркастично произнёс Арсений. Антон закатил глаза и серьёзно посмотрел на него. — Ладно, приступим тебя пытать. — Это ещё почему? — Ты закрытый человек, так что я готов с тобой поспорить, что о себе ты будешь говорить с неохотой, — Антон немного ошалел. Неужели Арсений так просто его читает или же это просто очень удачное попадание? Хотя догадаться об этом было не так сложно, всё равно Антон был слегка удивлён. — Ты не знаешь это наверняка, — с неким азартом сказал он. Антон понимал, что Арсений затеял какую-то игру и сейчас буквально приглашает в неё, а Антон в свою очередь на свой страх и риск принимает его предложение, но играть собирается по своим правилам. — Вот сейчас и узнаю, — Арсений коварно ухмыльнулся. — Какое чувство я у тебя вызываю? Антон готов был уже открыть рот, но тут же себя остановил. Он ещё раз прокрутил в голове вопрос и вопросительно посмотрел на Попова. Антон, конечно, заметил, что Арсений странный, но тут он просто потерялся в своих мыслях. Антон был готов к обычным бытовым вопросам, а тут ему прилетает что-то странное и чудаковатое. — Это тупой вопрос… — Отвечай, — перебил его Арсений, пара голубых глаз уставились на Антона. — У меня такие правила игры. Антон погрузился на секунду в себя. Он никогда не задавался такими вопросами. В основном другие люди ничего не вызывали у него, никаких чувств или эмоций, кроме раздражения. А Арсений вызывает что-то? Определённа да, но что конкретно Антон никак не мог понять. Что-то интригующие, что-то новое, что-то тёплое. Он вызывал некую надежду на что-то интересное. И Антон хочет капнуть в него ещё глубже. — Смена вопроса, — твёрдо сказал он. Антон не был готов с этим соглашаться, пока он всё сам не проверит и не убедиться в этом. — Я был прав, — Арсений отпивает из фужера. — Задавай вопрос. Антон смутился, он думал, что Арсений будет стоять на своём, но этого не сделал и просто произошёл переход хода. Антон поймал себя на мысли, что предугадать его ход просто невозможно и это его стала немного выводить. Арсений, словно видит его на сквозь, а Антон просто не понимает куда ему свернуть в его нескончаемом лабиринте. Антон начал сверлить глазами свои кисти рук, которые сжимали его коленки, он начал думать, но какое-то мнимое волнение не давала ему это. Его мысли путались, и он в спешки старался спросить что-то такое же провокационное. Впервые за долгое время Антон нервничал, он хотел также в вести в неловкую ситуацию Арсения. — Я тебе симпатичен? — резко выкинул Антон и посмотрел прямо лицо своему собеседнику. — Как парень. Антон начал гулять взглядом по лицу Арсения и пытался понять, вызвал ли его вопрос хоть что-то, хоть капельку неудобства. Но Арсений слегка улыбнулся и медленно поправил чёлку одной рукой. Антон затаил дыхание в ожидании. Антона не волновала какой будет ответ, а волновало только ответит ли Арсений вообще. — Нет, — спокойно всё-таки сказал Попов и подпёр кулаком голову. — Моя очередь, — Арсений снова выпрямился и немного заёрзал на высоком стуле. Ему как будто было не удобно. — Раз ты не отвечаешь на интересные вопросы, буду задавать более бытовые, — Антон незаметно выдохнул, это немного его упокоило. — Чем по жизни увлекаешься? Может есть какие-нибудь хобби? — Ну-у, я люблю читать и бухать, — с какой-то неохотой начал Антон. — Если собирание побрякушек тоже считается, можно сказать коллекционирую кольца и браслеты. — И что каждый раз одеваешь разные? — заинтересованно спросил Арсений. — Я просто этого не замечал. — Это уже второй вопрос, — возразил Антон и сразу же поймал на себе недовольный взгляд. Арсений снова скривил физиономию, но она показалась Антону очень доброй и какой-то дружеской. — Я слушаю ваш следующий вопрос, — очень официально выразился Арсений и сымитировал поклон. — Надеюсь он не будет по типу сколько мужиков я трахаю за день. — Я бы сказал трахают тебя, — не думая выпалил Антон и осёк себя мгновенно. Он даже не хотел затрагивать эту тему, а теперь чувствует, что придётся отвечать за свои слова. — Не знал, что ты в этом вопросе разбираешься, — ехидно цокнул Арсений и немного наклонился к Антону. — С чего такая мысль? — он наклонился ещё ближе и вопросительно выгнул бровь, а на губах у него выступила улыбка. Между ними осталось двадцать сантиметров, и Антон начал потихоньку, не заметно даже для самого себя, выпрямляться тем самым отдаляясь от Арсения. Антон немного выпучил глаза и посмотрел прямо в два чистых сапфира перед собой. Он был взволнован и как будто потерян одновременно. Антон впервые не знал, что ему делать, что сказать и как поступить в этой ситуации. Все его мысли улетучивались из черепной коробки, Антон просто терялся. — Только не говори, что я единственный кому удалось тебя смутить, — загадочно, практически, прошептал Арсений и снова до ушей у него расплылась улыбка. Он готов был от радости светится и танцевать, но максимально сдерживал себя и это было заметно Шастуну. У Антона в ушах зазвенело от этого плавного голоса, но он не вызвал чего-то трепетного, а наоборот для него звучал плутовато, как какая-то сложная загадка. Арсений попал точно в яблочко своей фразой, что вызвало у Антона некую недосказанность и сомнение. Ему всё больше и больше становилось не комфортно, и от этого хотелось всё уйти с каждой минутой. Но он заставлял себя терпеть, ведь желание остаться и посмотреть, что же дальше его ждёт тоже росло в геометрической прогрессии. — Ты слишком много о себе думаешь, — всё-таки взяв себя в руки, холодно без какой-то нотки в голосе сказал Антон и взял с стола рюмку. Резко опрокинул голову и выпил её содержимое, даже не поморщившись. А затем слегка высунул язык и положил на него дольку лайма. Арсений внимательно следил за его действиями, и весёлая улыбка постепенно превращалась в довольную ухмылку. — Просто не люблю, когда нарушают моё личное пространство. — Конечно, — прошипел Попов и резко выпрямился. Взял фужер с мартини и залпом выпил всю мутную жидкость, попутно перекидывая ногу на ногу. — Ты так и не задал своего вопроса. — Почему ты уехал из Питера? — всё же спросил Антон, ведь у него были вопросы и поинтереснее, и посолидней. — Для кого-то это помойка, как ты выразился, а для меня идеальное место спрятаться от семьи и от их влияния, — Антон медленно покачал головой. Он понимал, что такое проблемы в семье и понимал Арсения. Если бы у него была возможность, то он бы тоже уехал далеко-далеко туда, где его точно искать не будут, но тут же понял, что всё равно искать его никто и не собирается. Антон немного поник. Он думал, что сегодня уже решил все вопросы и что теперь его это не колеблет, но осадок остался. Это, словно в ранку попадют маленькие песчинки соли. Только вместо этих песчинок некая привязанность. — У тебя тоже с этим проблемы? — Нет, — спокойно ответил Антон. — С чего ты это взял? — его голос прозвучал максимально серьёзно и холодно, но в отголоске была слышна печаль. — Предположил, — протяжно сказал Арсений и кинул бармену знак, чтобы тот повторил ему. Потом их разговор направился на спокойно русло. Антон лениво и отрывисто отвечал и задавал вопросы, а Арсений с каждым новым вопрос всё больше оживал и без остановки улыбался. Больше никаких странных инцидентов у них не происходило, так как, если даже и был на это намёк, Антон старался всем своим видом показать, что Арсению не стоит переступать черту, а тот и не хотел. Шастун видел, что и сам Арсений как будто прощупывает его, хочет найти к нему подход и самое важное, что было очень заметно для Антона, Попов боялся спугнуть его. Антон не знал как, но Арсений видел его на сквозь. Иногда даже попадал по самому больному, но Антон не подавал виду. И вот эти точные попадания его нервировали. Ему абсолютно не нравилось это понимание со стороны Арсения. Антон к такому попросту не привык, и не мог понять, как себя вести. Ещё больше путать Арсения или наоборот просто расслабится, ведь напряжённые между ними было отчётливо видно. Антон никак не мог успокоиться. Этот диалог, который у них с Арсением вырисовывался, был экспериментом. Но этот эксперимент не давал ему покоя. С каждым новым предложением Антон всё глубже и глубже погружался куда-то в параллельный мир, где нет тех восьми ужасных лет непонимания и боли и ловил себя на мысли, что ему это нравится. Ему нравится разговаривать с Арсением. И это всё с каждой минутой росло. Но Антон закрывал это в себе. Ему казалось, что всё, что он сейчас чувствует — иллюзия сплошная и полная. Он сам не хотел в это верить и всё больше увязал в этом огромном клубке белых ниток. — Уже поздно, не находишь? — сказал Арсений, допивая третий фужер мартини. Антон посмотрел на большие часы, которые висели прямо у него перед глазами и кивнул. — Сколько там вышло? — Арсений вопросительно посмотрел на Антона, как на идиота. — В этом баре не платят за выпивку? — А, не волнуйся, — отмахнулся Арсений и встал из-за стола. — Моя же идея была посидеть, я оплачу. Ты иди пока одевайся, я скоро подойду, — Антон недовольно посмотрел на Арсения и хотел уже было возразить и вообще устроить скандал, но Попов его опередил. — Почему-то мне кажется, что ты будешь возражать. Даже тут попал Арсений и Антон скрестил руки на груди. Возможно это вновь добрый жест со стороны Попова, но Антон такое не оценил, да и любой бы парень не оценил. Всегда платит мужчина за женщину (бывают, конечно исключения), но в мужской компания всегда делят чек либо платят только за себя. — Я заплачу за себя, — противно сказал Антон и закатил глаза подобно Арсению, который весь вечер строил странные физиономии. — Я всё же настою на своём, — уверенно произнёс Попов. Он отступать даже не собирался и со стороны казалось, что оплатить чек — это его рыцарский долг. — За парней своих будешь расплачиваться, — неестественно спокойно сказал Антон и немного прикрыл глаза. — Иди одевайся, — злобно произнёс Арсений и окончательно отвернулся от Антона. Тот лишь фыркнул и ушёл к вешалке. Антон накинул на себя куртку, а поверх рюкзак и стал ждать. Арсений подошёл через несколько минут уже в более приподнятом настроении. Он схватил своё пальто и молча вышел на улицу. Антон последовал за ним. На улице было темно и очень холодно; Антон стал задумываться, где он будет ночевать. Арсений стоял уже в пальто и на него падал неоновый свет с вывески. Он быстро провёл рукой по волосам и посмотрел на Антона. — Не затрагивай больше тему про мои взгляды и жизненные вкусы, — строго проговорил Арсений и убрал руки в карман. Антон только мимолетно приподнял брови и опустил глаза. Впервые ему было стыдно за сказанное. — Тебе в какую сторону? — Антон кивнул на проспект, с которого они пришли. — Пойдём. Антон не стал сопротивляться и, поравняясь с Арсением медленным шагом направился в сторону ничего. Он не знал куда ему идти, где спать или хотя бы поесть. Скорее всего Антон всю ночь будет блуждать среди одиноких дворов с бездушными коробками, которые будут смотреть на него с высока. В некоторых окнах будет гореть приглушённый холодный жёлтый свет, говоря о том, что, возможно, кто-то в маленькой комнате смотрит слезливый сериал, кто-то готовится к домашнему заданию, тратя последние силы, а может кто-то просто думает, сидя в пустой кухне и попивая давно остывший горький чай. Осознание это пришло только сейчас. Словно тогда что-то препятствовало думать об этом. Что-то заставляло забыть про это. И Антон прямо сейчас смотрит краем глаза на то самое препятствие в сером пальто с узорным шарфом. Весь этот вечер Арсений помог на некоторое время забыться Антону и сосредоточится на чём-то другом, а не на прелестях жизни. Но именно сам Антон решился уделить время на это и не захламлять голову переживаниями. Но он этого не контролировал, сами мысли были сосредоточены на диалоге, на Арсении и ничто им не мешало. — Ты будешь против моего предложения, но… — тихонько произнёс Арсений, смотря куда-то вперёд, — ты не против, если я провожу тебя до дома? — Я, вполне, могу и сам дойти, — каким-то уставшим голосом ответил ему Антон. Возможно, когда-то он бы и согласился, но идти некуда, дома нет. Куда его проводит Арсений? — Хорошо, — кратко произнёс он. Антон лишь краем глаза окинул его профиль взглядом и начал снова смотреть по сторонам. Его глаза не останавливались на чём-то одном, а блуждали по всей окрестности. Улица была длинной и покрыта мраком, только в отдельных местах падал свет от фонаря. Проезжавшие машины оставляли огромные тени, которые появлялись и исчезали на стенах домов. Было мало людей, только спереди навстречу шли два больших мужчины. — Антон, правильно понимаю? — приблизившись неожиданно обратился один из них. Антон окинул их взглядом и неоднозначно кивнул. — Мы хорошие друзья Эда. Нам надо с тобой немного почирикать. Антона на секунду одолело чувство тревоги, но после знакомого имение энтузиазма у него прибавилось. Разговаривать он с ним не особо желал, но, возможно, это лучший шанс лишится компании Арсения. Поскольку Антона даже не представлял, как потом от него отвязаться. — Только не здесь, — продолжил мужчина и кинул взгляд на стоящего рядом Арсения, которые непонимающе смотрел на всех, словно ожидая ответы и разъяснения. Антон, не повернувшись к нему, последовал за двумя незнакомцами и завернул в один из дворов. — В общем медлить не буду, — с серьёзным видом начал тот. — Эдуард прекрасно торгует дурью. Моей дурью. И когда я чего-то не досчитываю, я очень огорчён, — Антон приподнял брови, делая вид, что это прекрасная предыстория ему интересна. — Так вот, если ты не хочешь, чтобы я был огорчён, верни долг. — Я не понимаю о чём вы, — спокойно ответил ему Антон. — Пацан, не пудри мозги. Ты прекрасно знаешь о чём я. — Я не покупаю наркоту, — Антон слегка закатил глаза и сделал один шаг вправо, чтобы покинуть компанию этих мужиков, но его за шкирку схватил второй мужчина и поставил на изначальное место. — Ты тут самый умный, я так вижу, — Антон дёрнул плечом, тем самым освободился от схватки человека сзади. — Мне нужны мои деньги. Антон пустым взглядом посмотрел ему прямо в лицо и в его голове произошло озарение. — Сколько? — сухо спросил он. — Шестнадцать тысяч, — с мерзкой ухмылкой произнёс мужчина на против и у Антона что-то внутри упало. От такой огромной цифры он хотел широко распахнуть глаза, но внешне остался спокоен. — И это за два косяка конопли? — Антон убрал руки в карман и сжал ткань изнутри. Он не понимал откуда такая огромная сумма денег и очень надеялся, что этот мужик уже просто перепутал что-то. Но мужчина тихонько рассмеялся, что поставило в ступор Антона. — Малыш, какая конопля? Я эту дрянь не продаю, — Шастун замер. — Можешь плести мне всё, что угодно, но будь добор не шути со мной, — угрожающе сказал он. — Всё что давал мне Эд — два косяка, — уверенно сказал Антон. — Я не собираюсь платить за то, что не покупал. — он мимолётно почесал переносицу. — А тебе советую лучше следить за своими подопечными. Они воруют у тебя прямо из-под носа. Мужчина бесшумно ухмыльнулся и в тот же момент Антону прилетает резкий удар между рёбер. Он немного согнулся и почувствовал лёгкую боль в солнечном сплетение, которая перекрыла весь воздух. Антон сделал глубокий вдох, но резко закашлял и его в туже минуту за воротник куртки схватил тот мужик и поднёс к себе. — Слушай сюда, щенок, — сквозь зубы сказал он, — учить тут меня не надо. Если на тебе долг, то ты мне отдашь его до последней копейки, — Антон полностью обмяк в его руках и предпринимал попытки всё-таки сделать вдох. Вдруг мужчина резко отпускает его, и Антон со всей силой падает на землю, прочерча по пыли локтями. Он уткнулся лицом в прохладный асфальт и зажмурил глаза, тяжело дыша. Воздух неохотно поступал в лёгкие, словно обжигал их изнутри. Вокруг было так тихо, что Антон слышал собственные глухие вздохи и приглушённый, еле слышимый, редкий шум проезжаемых машин и чувствовал взгляд двух мужчин. Он их не видел, но был уверен, что они враждебно лыбятся на него. Антон обхватил свою грудь руками и перевернулся набок. Перед его глазами показались тёмные ботинки, он поднял глаза выше и над ним выросла большая фигура. — У тебя есть ровно три дня, — Антон посмотрел холодным взглядом на мужчину. — Иначе… — он не договорил, но договаривать и не нужно было. Антон и так всё понял. — Пошёл ты… — тихо прошипел он. Антон понимал, что Эд, его «хороший знакомый» просто решил скинуть ему свои долги, так как неоднократно говорил, что у него сейчас очень туго с деньгами. Но Антон никак не думал, что именно Эдуард с ним так обойдётся. Поскольку считал, что Эд хоть немного понимает его ситуацию, хоть немного есть в нём сострадания, но как обычно допустил глупую ошибку. И окончательно решил, что эта его последняя ошибка. — Прости не расслышал. Что ты сказал? — наигранно, с долей сарказма произнёс мужчина и наклонил свой корпус к Антону, словно пытаясь услышать его тихий голос. Но Антон лишь смотрел в ответ и не произносил ни слова. Мужчина скорчил непонятную морду и перед глазами Шастуна пролетел тёмный ботинок, который прилетел точно в цель. Антон немного отлетел от удара и начал шмыгать носом, так как основная сила пинка пришла на него. Что-то очень тёплое потекло медленно к нижней губе. Антон собирался быстро смахнуть кровь из-под носа, но ещё один сильный удар прилетел ему в тоже место. Быстрая боль прошлась по его лицу, она была не сильной, но голова начала кружиться, и вся картина у Антона плыла перед глазами, а в ушах неприятно свистело. — До встречи, — мужчина последний раз взглянул на лежащее тело рядом с собой и смачно плюнул в сторону. После чего Антон услышал удаляющиеся шаги от себя. Он прикоснулся подушечками пальцев до носа, и он неприятно заныл. Антон медленно провёл под ним и посмотрел на кончики своих пальцев. На них были густые пятна крови, которые медленно сползали вниз. Он размазал небрежно её по своей куртки и слегка приподнялся. Тело его не слушалось и, как магнит тянуло его обратно к земле. — Антон! — послышался недалеко от него перепуганный голос, и перед ним оказались полные тревоги голубые глаза, на которые падала растрёпанная чёлка угольных волос. — Какой кошмар. Ты в порядке? Антон взглянул на Арсения и наконец встал с асфальта. Он немного пошатнулся, но устоял. Арсений подхватил его и положил руку ему на спину, придерживая его. Отвечать ему Антон не стал и томил того своим молчанием. — Боже… твоя рука, — Арсений перевёл свой взгляд на кисть Антона. Его голос звучал неуверенно, он практически дрожал. Антон опустил свои глаза на руку и не выразил никакой однозначной эмоции. Он поднёс кисть ближе к своему лицу и начал внимательно её рассматривать. Алая кровь блестела под светом фонаря, и Антон заметил маленькие прозрачные осколки, которые, как елки в лесу, были понатыканы по всей площади ладони. Стекло глубоко сидело в плоти и некоторые куски порвали кожу рядом с собой. Это месиво уже мало походило на гладкую ладонь, но Антона это зрелище ничуть не смутило. — Походу я упал на стекло, — спокойным голосом произнёс он, продолжая рассматривать осколки в своей руке. — С тобой точно всё хорошо? — повторил свой вопрос Арсений. — Да, — хрипловато сказал Антон. — Ты уверен? — переспросил Арсений и Антон словно проснулся. Он как будто до этого был в тумане, во сне. Только сейчас он осознал, что рядом Арсений, который придерживает его и смотрит с широко раскрытыми глазами, в которых читалась тревога и испуг. И Антона переполнила злость. Он даже не понял откуда она возникла у него в теле, но он оттолкнул Попова от себя и выпрямился. — Да блять, я уверен! — повысив голос, ответил Антон. Арсений весь ошарашенный стоял недалеко от него и продолжал смотреть прямо в глаза Антона. Шастун просто закипел, как чайник, и отыграться решил именно на Арсении, потому что тот попался под горячую руку. Антон хотел выплеснуть всю злость на него. — Хватит задавать тупые вопросы и отъебись ты уже от меня. — Антон окинул его презрительным, но в тоже время пустым взглядом и направился в сторону большой арки между домами. В голове Антона никак не укладывались события сегодняшнего дня. Всё было таким сумбурным и урывистым, что мысли не как не могли сосредоточится на чём-то одном. Множество вопросов всплывали у него в голове, но Антон даже близко не мог на них ответить. Внутри его немного потряхивало. Антон быстрыми шагами шёл по тёмной узкой улице и смотрел себе под ноги, пока не добрался до окраины города. Она его встретила чёрными старыми двухэтажными домами. Тут уже давно никто не живёт и деревянные бараки стояли в полном одиночестве и пустоте, темные окна которых внушали ужас. Казалось словно за этими чёрными рамами ничего нет, только нескончаемый мрак. Антон не понимал, как раньше люди всерьёз жили здесь, строили семьи, воспитывали своих дочерей и сыновей, проводили старость и потом умирали. Сейчас тут остались лишь пустошь и несколько ветхих домов. Антон каждую секунду осматривался по сторонам. Каждое сухое дерево с длинными гнилыми ветка внушали в него ужас. Он мимолётно ловил различные силуэты в темноте; он чувствовал, что в ней кто-то бродит и наблюдает за ним. Подойдя к первому дому, Антон сел на скамейку, которая стояла перед подъездом. К его удивлению, она даже выдержала его, так как на вид было похоже, что вот-вот она развалится от легкого ветерка. Антон достал руки из кармана и взглянул на пораненную руку снова. Теперь кровь казалась ему тёмно-багровой и куски стекала полностью окрасились в её цвет. Он начал медленно доставать осколки со спокойным выражением лица. Это не вызвало у него не капельку боли, Антон ничего не чувствовал. После того как со всей ладони было убрано стекло, он убрал её в карман и встал со скамейки. Антон отворил тяжёлую деревянную дверь подъезда и вошёл внутрь. Перед ним показалась полуразрушенная лестница и два ответвления от неё. Антон пошёл на право и увидел пустую комнату. Она была не большой с раскиданными вещами на полу. Из мебели там стоял только диван, из которого торчало две большие ржавые пружины. Пыль медленно кружила в воздухе, вырисовывая пируэты. Всё выглядело старым и ветхим, словно вот-вот стены развалятся на мелкие-мелкие кусочки. Антон прошёл вглубь комнаты и буквально слышал каждый свой шаг, каждый вздох. Находиться здесь он не хотел и не желал. Легкий холод прошёлся по его телу табуном мурашек и такие не нужные воспоминая всплыли в его памяти. Картина словно встала перед его глазами. Он как будто оказался там, почувствовал запах летней травы, ощутил лучи солнца на теле и увидел те тёмные, пустые глаза. Антон тряхнул головой и пытался не думать об этом, но все детали того дня перелистывались у него в голове, как фотографии. Антон быстро задышал и заморгал, влага начала поступать к его глазам быстрыми шагами. Он сжал кулаки и ощутил сильное жжение, но его лицо не сморщилось и не подало намёк на боль. Всё тело Антона затряслось, и он быстро подбежал к рифлёной стене из досок и со всей силой ударил по ней, а потом ещё и ещё. Антон бил её и словно успокаивал себя этим самым. Он настолько поддался воспоминаниям, что не замечал тугую боль. Когда Антон заметил, что на стене остаются тёмные следы, он себя остановил. Шастун взглянул мимолетно на руки; по костяшкам стекала кровь, в которой была уже испачкана вся тыльная сторона ладони. Он опустил руки и как пуля вылетел из дома на улицу. Антон начал тяжело дышать и быстро гулять глаза по окрестностям. Он начал слышать каждый шелест веток и приглушённый крик птиц. От каждого этого звука его душа резко вздрагивала и уровень тревоги возрастал. Антон закрыл глаза и сделала два глубоких вздоха и снова сел на скамейку рядом с домом. Он снял портфель и кинул его рядом с собой, затем достал из кармана телефон и попытался его включить. Но смартфон ни в какую не хотел включаться. Антон начал всё сильнее и сильнее жать на кнопки устройства, но он даже не думал подавать намёки на жизнь. Тогда Антон ударил несильно по нему ладонью и откинул в сторону. Телефон упал на землю экраном вниз рядом с скамейкой. Антон провёл медленно руками по волосам и поставил локти себе на колени, схватившись ладонями за голову. В мыслях мерцал один вопрос. Что делать дальше? Как вдруг на лоб Антона прилетело что-то холодное и тут же пропало, а затем опять и опять. Он медленно поднял голову наверх, задрав её к небу, и по нему пошёл точечный холод. Это были маленькие снежинки, которые, словно балерины спускались изящно с неба и приземлялись Антону на лицо. Это был первый снег. Антон прикрыл глаза и стал чувствовать каждую снежинку на своём лбу, щеках, носе и глазах. Эти белые горошины, которые буквально сыпались с неба, стали, как успокоительное. Они переманили всё внимание Антона на себя, и он стал просто наблюдать за этим красивым явлением, чувствовать это. И все проблемы ушли куда-то далеко-далеко, оставляя за собой лишь неприятный осадок. Перед глазами у него внезапно всплыл профиль Арсения с этими испуганными чистыми голубыми глазами и растрепанной чёлкой, которая торчала в разные стороны. Тогда для Антона это был спасательный круг, он чувствовал, что Арсений переживает за него, но не мог понять почему. И по его телу резко прошло тёплое непонятное чувство, которое ему очень понравилось. Антон понятия не имел, что это такое, но не хотел, чтобы это заканчивалось. Он хотел это чувствовать всю свою жизнь, так как это чувство было не сравнить ни с чем.