Hold me harder

С самого рождения Ришима Дубей была обречена на брак. Девушку растили кроткой, верной, интересной и приятной… в использовании. Одним словом, идеальной женой — до блеска отполированной разменной монетой в делах семьи. Женщины не занимались партнёрством, не участвовали в принятии тех или иных решений, но, будучи отстранёнными от политики и экономики, вместе с тем являлись их непосредственной частью. Риши всегда страшилась дня своей свадьбы, представляя все ужасы, какие только могли её ожидать по ту сторону выгодного союза без любви. Муж имел бы над ней полный контроль, как до этого — её отец. Покидая родимый дом, девушка оставляла в нём не только своё имя, но и саму себя — горящие детские глаза и добродушная улыбка ей были больше ни к чему. Однако на их земли вторглись англичане, уничтожая культуру, быт и сам народ шаг за шагом, и тогда влиятельным семьям пришлось встать на защиту своих людей. Господа, впрочем, не были бессмертны, и многие кланы дюжины лишились предводителей, дети потеряли родителей, и на их плечи легли новые обязанности. Несмотря на всю трагичность кровавых событий, которых Ришима не помнила в силу возраста, она всё же ощутила, как часть невидимых оков в виде правил и запретов спала, когда место главы семьи занял Радж — её старший брат и опора, заступник и второй отец. Рам тоже был для неё поддержкой, другом и олицетворением дома. А потому она безоговорочно вверила братьям свою судьбу. Как одной из самых завидных невест Бенгалии, юной Ришиме неоднократно поступали предложения о заключении выгодного брака, однако, на её счастье, Радж их таковыми не считал. Он подыскивал нечто более прибыльное для сестры… и для всей семьи. Дубеи предпочитали придерживаться статуса помолвки как можно дольше, чтобы получить от союза все преимущества и легко его расторгнуть при необходимости. В глубине души Риши верила, чувствовала, что брат не отдаст свою единственную сестру плохому человеку исключительно ради прибыли, но в то же время она понимала, знала наверняка, что её муж будет достойной партией по той же причине — имея лишь одну сестру, главный господин Бенгалии приложит все усилия, чтобы брак оказался выгодным. Именно поэтому шестнадцатилетняя Ришима была помолвлена с Кайрасом Шарма — хорошим другом и прекрасным партнёром. Однако очередная трагедия вновь нарушила привычный уклад жизни дюжины — страшный пожар унёс немало жизней, как и клинки чужеземных наёмников, проникших в тайную резиденцию и оставивших за собой горы трупов. В ту ночь она лишись Кайраса. Ведение дел с англичанами затруднилось: ненависть и страх вынудили многих — на самом деле всех — залечь на дно, и влиятельная дюжина стала осторожнее, члены высокопоставленных семей попрятались в своих поместьях и провели там последние пять лет. Празднества и помолвки отошли на второй план… до дня приёма в поместье Шарма, устроенного Деви — младшей сестрой покойного Кайраса и нынешней госпожой их рода. Был сделан очередной шаг навстречу сотрудничеству: влиятельные династии Калькутты и представители английской диаспоры собрались в одном месте, чтобы хорошо провести время — по крайней мере, попытаться, — познакомиться друг с другом и постараться зарыть топор войны. Риши понимала, что это может быть опасно, и воздух действительно звенел от напряжения, пока на пороге не появилась госпожа Басу с дочерями в сопровождении самого генерал-губернатора. Девушка не была с ним знакома лично, но уже видела его ранее и слышала о нём многое. Стоило признать, слухи оказались правдивы, генерал отличался особенной красотой. Это был статный, высокий молодой человек с чёрными, как смоль, волосами и холодными, словно сталь, светло-голубыми глазами, которые смотрели на всех властно и строго. Аристократическая выправка, умение держать лицо и изысканные манеры, несомненно, добавляли ему шарма. Также ни у кого не возникало мыслей, что лорд де Клер был выбран на эту должность по иным причинам, нежели благодаря его честными заслугам. Однако Ришима помнила, что сделали чужеземцы. События тех кровавых дней часто вставали у неё перед глазами, когда она видела захватчиков, мирно разгуливающих по улицам её родного города. Она не могла забыть воплей и тошнотворного запаха горелой плоти, окутавшего их горную резиденцию в Гималаях, и до сих пор слышала выстрелы. Никто точно не знал, кто был причастен к той трагедии, одна сторона винила другую, а та лишь всё с оскорблением отрицала. Риши помнила, как алчно смотрел на неё лорд, объявив о своём намерении взять одну из девушек дюжины себе в жёны ради укрепления связи обеих сторон. Она уже тогда всё поняла: ей снова сулит брак. Выгодный, но безрадостный. «И короткий», — прозвучал в её голове голос брата, когда на плечо легла чья-то тёплая ладонь. Повернув голову, девушка встретилась с парой золотисто-малахитовых глаз Сарасвати. Та встревоженно глядела на отстранённую подругу, присев у её ног. — О чём задумалась? — осторожно спросила Сара, зная, однако, ответ. Риши заморгала, мотнув головой. В последние дни она часто погружалась в мысли и не замечала ничего вокруг. Её больше ничто и не волновало, кроме скорой помолвки. — Думала, почему в итоге выбрали меня, — честно ответила она. Сарасвати была всё равно что сестра для Риши, та любила её и доверяла ей. — Очевидно, — на красивых губах Сары появилась её фирменная улыбка, означающая что угодно: от радости до злорадства, — что лорд положил на тебя глаз. Юная, красивая и смышлёная наследница из влиятельной семьи. — Ещё бы он об этом знал, — вздохнула Риши, поворачиваясь к зеркалу. — Мы обмолвились всего парой фраз. И смею напомнить, что я не наследница, в отличие от Дивии. Она теперь госпожа, которой мне никогда не быть. Разве она — не более выгодная партия? Сарасвати поднялась, возвращаясь к незаконченной причёске именинницы. Густые чёрные кудри обрамляли благородные черты её лица: широкие брови, крупные тёмно-карие глаза, нос с острым кончиком и полные губы с ярко-выраженной аркой Купидона. Риши обладала природной притягательностью и умело этим пользовалась, хотя многим она представлялась мягкой и послушной девушкой, которой легко помыкать. Сарасвати была такой же — доброй и располагающей к себе интриганкой, с которой не стоило шутить. — Это лишь подтверждает мои слова о том, что ты ему симпатична. Что, если он в тебя влюбился, прямо как в рассказах? С первого взгляда, — предположила Басу, и её тон прозвучал заговорщически, а в отражении зеркала блеснули светлые глаза. — Он мужчина, Сара, с властью и влиянием. Любовь не для таких. Исключительно выгода, — ответила Ришима, зная, что подруга придерживается того же мнения. Сарасвати и сама неоднократно получала предложения от потенциальных мужей, но умело с ними расправлялась. — И всё же, — голос Сары зазвучал серьёзно, — лорд — не самый паршивый вариант. — Знаю, — коротко ответила девушка, обдумывая свои дальнейшие действия. Если любви не случится, то она постарается заключить договор о сотрудничестве: де Клер казался человеком слова, и если ему важнее её статус, то у Риши появится шанс стать для него другом и партнёром. Покончив с причёской, улыбающаяся Сара отошла и позволила подруге оглядеть себя в полный рост: волосы были заколоты в пышный пучок с мелкими косичками, неяркий макияж особенно подчеркивал глаза, а крупные золотые украшения со вставками драгоценных камней дополняли праздничный образ. Золотистая чоли с вензелями облегала аккуратную девичью грудь, а её короткие рукава закрывали плечи; лёгкая алая ткань сари обвивала длинные ноги, а полупрозрачный отворот, точно шлейф, тянулся за именинницей. Сегодня был её день. Спустя час девушка в сопровождении братьев и Басу прибыла в поместье генерал-губернатора, устроившего столь пышное празднество. Риши была уверена, что мужчина всё это затеял неспроста. Он, вероятно, надеялся произвести впечатление неравнодушного и галантного мужчины, а также радушного хозяина и прогрессивного правителя. Кроме того, он намеревался сделать официальное заявление, в котором бы сообщил о помолвке, но уже на его территории и в присутствии своих людей. — Господин Дубей, госпожа Басу, — раздался властный голос лорда, который вышел лично поприветствовать важных гостей. Он выглядел под стать своему статусу, величественно, по-хозяйски уверенно и изысканно, и к тому же был одет со вкусом. Ришима поймала себя на мысли о том, что мужчина был необъяснимо притягателен, и она не могла понять причину этого. Его присутствие ощущалось. Именинница непроизвольно шагнула в сторону, отстраняясь от господ, которые учтиво улыбались друг другу, успевая на ходу обсудить важные вопросы. — Госпожа Дубей, — мягко, с наслаждением произнёс лорд, заметив отдалившуюся Риши. Будто позабыв об остальных, он вперил цепкий взгляд в её красивое лицо и встал напротив, после чего протянул ей крепкую руку, обтянутую белой тканью перчатки, и негромко спросил: — Не откажете мне в танце? Или Вы и сегодня намерены меня избегать? — Боюсь, Вас сложно избегать, если Вы этого не хотите, — Ришима решительно вложила свою ладонь в его. В подтверждение её слов острый уголок губ лорда взмыл вверх, и он любезно склонился, чтобы подарить ей учтивый поцелуй. — Сегодня Ваш праздник, но я хотел бы… хочу, — с ощутимым нажимом добавил он, неотрывно смотря в карие глаза, — чтобы Вы провели его со мной, в моём доме. Нам стоит узнать о культуре друг друга больше. Генерал развернулся и встал подле Дубей, подавая ей руку, согнутую в локте. — Культуры… — тихо и настороженно повторила Риши, отвечая на жест. Она ощущала, как напряжены были его мышцы в готовности к непредвиденным движениям с её стороны. Подражая вытянутому, точно струна, мужчине, девушка выпрямила спину ещё ровнее и вздёрнула подбородок. — Так Вы не скрываете своего высокомерия, заявляя подобное? Вы — лицо британской культуры? — Как забавно, что Вы заметили именно это, — отдалившись от дюжины и миновав первый ответвлённый проход, генерал склонил голову набок и взглянул на Дубей. — Я и Вас назвал лицом индийской культуры, но Вы пропустили эту часть мимо своих чудных ушей. — Вот Ваша цель — засыпать меня комплиментами? — безобидно спросила девушка, продолжая изучать обстановку в доме будущего мужа. — Вам это не по душе? Ришиме понравились прямота и насмешливость вопроса. — По душе, но не настолько, чтобы я спешила краснеть и терять сознание. Она лично видела, как некоторые дамы так делали, театрально вздыхая и падая прямиком в руки мужчин. Возможно, у них так было принято? — О, прошу, — озабоченно воскликнул лорд, привлекая внимание невесты, — только не падайте в обморок! Ришима заметила, как загорелись его холодные глаза, когда она повернулась к нему. Острые черты лица, неизменно властный взгляд… Генерала стоило опасаться, однако нечто всё же привлекало девушку. Это не была приятная внешность или его высокий статус, это было ощущение. Необъяснимое. В первый раз оно возникло в имении Шарма, когда Риши почувствовала на себе чей-то взгляд, а обернувшись, наткнулась на пристальный, изучающий взор холодных, точно лёд, глаз лорда де Клера. В тот вечер это вынудило её избегать мужчину, но сейчас ей было некуда скрыться, а непонятное ощущение вновь расползалось по телу. Нечто взывало к ней, но девушка упорно сопротивлялась, напоминая себе о том, что этот брак — лишь выгодная сделка. Что, если это был страх? Но почему тогда она не стремилась бежать от англичанина прочь? — Я Вам неприятен? — вновь прямо спросил мужчина, и, хоть голос звучал ровно, Риши показалось, что его этот вопрос действительно волновал и её положительный ответ мог его огорчить. — Всё не так просто… — вымученно вздохнула девушка и прикрыла глаза, а затем снова распахнула и растерянно посмотрела на лорда. — Почему Вы это спросили? — Вы поникли, и мне не стоит считать, что Вас радует перспектива брака. — Вы правы, не радует, — Риши оглядела просторный светлый зал. У дальней стены расположились музыканты: отзвуки их инструментов наполняли поместье чарующей мелодией. Центр пустовал, поскольку гости ожидали дозволения начать танцевальную часть праздничного вечера. Десятки голов были обращены к их паре. Рука де Клера незаметно переместилась Риши на талию, когда он негромко сказал: — В таком случае мы обсудим это, но в другой день. Не будем портить праздник. Губернатор вывел невесту в центр зала и взял её ладонь в свою, а вторую девушка положила ему на плечо, отмечая их почтительную, но волнующую близость и то, как он нежно, но ощутимо касался её оголённой спины, как увлечённо смотрел ей в глаза, будто боялся упустить хоть мгновение. Тогда Дубей вновь это ощутила. Нечто. Притяжение. Влечение. Интерес. Трепет. — Вы мне нравитесь, Кристиан, но всё действительно сложно, — прошептала Ришима, когда грянула музыка и, ведомая мужчиной, она пустилась в пляс.