Гамма ночи

      Дверь с треском открылась, впуская свет в тускло освещённую коморку. В ореоле свечения показалась фигура с пшеничными волосами. «Это не Авиль» — вздрогнула эльфийка — «У той темные волосы, как скорлупа ореха, и рост пониже.» Слова застыли на губах, гостья округлила глаза и в минутном шоке стояла в проёме, так и не пошевелившись. — Ты…ты… — Тише, — эльфийка перешла на ласковый шёпот, выставив вперёд руки. Она узнала лицо: Мари, соседка по комнате, худощавая имперка и просто стерва. — Ты убийца! — истерично взревела девушка, пятясь назад. — Это случайно!       Нэй потянулась к Мари, но девушка испуганной ланью скользнула прочь. Эльфийка схватилась за голову — страх быть обнаруженной рос в неимоверных масштабах. Тяжёлые шаги стражи уже выдвигались к ней. Она не могла пошевелиться, даже когда под ней собралась лужа чужой крови. — Что ты наделала? — за спиной раздался знакомый голос. Авиль стояла, хватая ртом воздух, шаря взглядом по мертвым телам. — Это вышло случайно, — в который раз повторила Нэй и заскулила, подобно щенку, который напрудил на ковёр.       Авиль скрипнула зубами и, быстро обернувшись, закрыла дверь, заглушая шум коридора. — Ох, за что мне это?.. — тихо взмолилась она к молчаливой древесине и подошла к эльфийке, быстро поднимая ту на ноги. — Непутёвая. — Но тут же очевидно, — прошелестела Линнэй, поднимая окровавленные по локоть руки. — Да уж, — недовольно ответила та, хмуря тонкие брови. — Наворотила. — Надо бежать, — уверенно заявила эльфийка. — Тот клиент — это капитан стражи. Он выжидал убийцу и ему без разницы какого он пола. Я убила, понимаешь? — Да стой ты, — бретонка схватила Нэй у самого входа за руку, понизив голос: — И куда ты? Можешь спрятаться. — Мари видела, понимаешь? — она прыснула в сторону. — Кто этот убийца ты знаешь? — резко спросила девушка. — И почему Поль кричала? — Старушка подвернула ногу, когда увидела кого-то в окне. Она знала о нападении, и сейчас стража рыщет по всему дому.       По коридору пронесся топот. Девушки застыли, прислушиваясь к голосам. Две сплетницы, ничего серьёзного. — Отпусти меня, — попросила Нэй, дернув ухом. — Стража догадается, Филида займётся этим делом лично, ведь Тёмное Братство… — она смолкла, глотая ком в горле. — Он обо всем догадается. Я соберу деньги и убегу. — И что ты будешь делать? Деньги закончатся, тебя будут искать. — Это лучше, чем трястись как лист и ждать окончания расследования, — решительно заявила, отдергивая руки бретонки с плеч. — А там и тюрьма. — Как знаешь, — пожала плечами Авиль и отошла на шаг. — Я соберу припасов и денег, приведи себя в порядок и теплую одежду надень. Ночь холодная нынче.

***

      Линнэй тихой тенью прокралась в комнату, благо она была напротив, закрыла дверь на засов и метнулась к умывальнику. Вода тут же покрылась красной дымкой, а часть крови застряла под ногтями, не желая вымываться. Эльфийка спешно смыла с себя всё лишнее и убрала в косу длинные, некогда золотистые волосы, которые сейчас слиплись от крови. Она метнулась к зеркалу и мокрой тряпкой наспех начала стирать косметику и кровь, которая от слез и драки размещалась по всему лицу. На одежду она была не богата, та часть, что ломала полку шкафа, была в основном шелком, прозрачными халатами и кружевными лифами. Нэй скинула часть нижнего белья в сумку, прихватив теплые чулки, начав выискивать обычную повседневную одежду. В город их выпускали редко, если и случалось, то только в платьях, не скрывающих достоинства. Однако штаны из плотной ткани, рубаха с вышивкой и жилет, нашлись. Куртка висела на вешалке и кричала обилием цветов, которую эльфийка не рискнула бы надевать, поэтому пришлось достать старую вязаную кофту, подаренную ей самой Авиль. Да, в свободное время та вязала прекрасные предметы одежды.       В дверь тихо постучали, затем дёрнули за ручку. Эльфийка притихла, вслушиваясь в шорох снаружи. — Нэй, это я.       Девушка выдохнула и кинулась к двери, быстро впуская бретонку, снова стукнув засовом. Та держала небольшую сумку и сапоги в другой руке. Окинув остроухую критичным взглядом, она поставила всё на пол и начала поправлять той волосы, скрывая кровавые сосульки. — Ты хоть географию знаешь? — Попробую вспомнить. Южнее есть таверна, откуда торговцы свозили на рынок пироги с картошкой. Только в выходные дни. — Ну хоть знаешь, что такое «южнее», — женщина улыбнулась. — Ты можешь вернуться, как всё закончится. Линней кивнула.        Всё было бы именно так, не смей она… убить. Время же сейчас шло на минуты… Бретонка стала для неё кем-то вроде матери и наставницы, заступницы. Хоть она и вела себя порой очень холодно, но эльфийка верила, что только для блага и отвода глаз завистниц. Чего только стоила эта вязаная кофта. — Я положила тебе кинжал в сумку и пару зелий. Денег своих прибавила, чтобы на таверну хватило. Найди постоялый двор подальше отсюда и пережди. — Угу. — Я тебя читать когда-то учила, ты буквы помнишь? — Угу…       Бретонка строго уставилась на остроухую, пока та обувалась и складывала в сумку нужные себе вещи. На эльфийке лица не было, оно и понятно…       На втором этаже, тем временем, гул не смолкал. Снизу раздался топот тяжёлых металлических сапог. Солдаты Легиона торопились к месту происшествия. — Беги. Я отвлеку их. — Авиль тронула губами лоб эльфийки и подтолкнула в сторону коридора. — Выходи через двор.       Линнэй испуганно заморгала, затем дурной кошкой побежала к выходу. Лишний вес, который она резко набрала за годы вкусной жизни, дал о себе знать уже через две улицы. Лёгкие жгло, рвало на части, а сухая трахея болела при нескончаемом кашле.       Талос Плаза путал выдолбленными каменными дорогами и, петляя по узким улицам между домами, она с трудом добралась до главных ворот и остановилась. Перевела дыхание, натянула капюшон плаща ниже на глаза и отворила воротину. Ей открылся мост из белого камня, озеро и бескрайние просторы. В ночи лес приобретал загадочное величие и, несомненно, много опасностей. Город за спиной тоже перестал быть теплым пристанищем.       Сейчас эльфийка ссутулилась под тяжестью страха и бросила осторожный взгляд на стражника, дремавшего, оперевшись на пику. Он не ведал, что её уже ищут, недосчитавшись девочек в борделе. Она старалась идти тихо и не показывать своего волнения, опускаясь вниз по крутой дороге. На развилке повернула налево, трусцой пробегая над берегом — её следы будут путаться меж кустов и влажных камней. Если идти по дороге, то в такое безлюдное время её можно обнаружить.

***

      Нэй не знала, сколько шла, но ноги отзывались коликами, болели пятки. Усталость клонила в сон, но если повернуть голову назад, то белые стены города и его шпиль, всё ещё были близко и вгрызались в светлеющее небо. Если было утро, а конь Легиона ещё не наступал на пятки, то всё складывалось как нельзя хорошо. Линнэй заприметила в стороне от дороги двух охотников и три деревянных домика, серых от времени, и покосившихся. Усталость уговаривала остановиться и зайти в дверь, над которой висела вывеска, с едва знакомым названием. — Доброе утро! Рада видеть гостя во Вратах Пелла! — радостно поприветствовали, как только Нэй закрыла за собой дверь. Эльфийка вздрогнула и посмотрела на хозяйку двора. — Горячий чай и теплая постель. Или хотите купить припасы в дорогу? Есть горячие пироги. — От чая не откажусь и комнату бы снять, — неуверенно произнесла Линнэй. Отсчитав пару злотых, положила перед женщиной. — И пирог. — Этого много будет, — улыбнулась та, пальцем вытягивая один септим. — Чай в комнату поднять или тут будете? — В комнату, — спешно ответила Нэй. — Прошу за мной.       Комната располагалась на втором этаже, куда вели скрипучие ступени. Остроухая посчитала, что если надо будет незаметно убежать, этот звук её выдаст.       Комната была маленькой и прохладной. У дальней стены кровать, наскоро сколоченная, столик и стул рядом. Маленькое окно находилось слишком низко к полу, а слюда бросала жёлтый тусклый свет. Эльфийка присела на соломенный матрас и с удовольствием отметила, что он не колется. Ароматный тыквенный пирог подали вместе с чаем быстро. Нэй была единственной из посетителей, что не могло не радовать. Хоть она и ушла достаточно далеко, но стражи порядка всё ещё пугали её, особенно, когда вокруг одна неизвестность. Как там Авиль? Что сказали по поводу её исчезновения? И сколько она ещё должна будет бродить по тавернам и собирать клопов?       Набив желудок и даже не почувствовав вкус, остроухая провалилась в крепкий сон.