Prince of Despair (Князь Отчаяния)

Открыв глаза на следующее утро, Цинсюань по привычке хотел резко встать с кушетки, но мысль о вчерашнем его остановила. «Точно, рука…» — обречённо подумал он и остался лежать в кровати, оценивая обстановку вокруг, ведь из-за общей суматохи не сделал этого вчера. Попаданец находился в небольшой комнатке, в которую лился утренний солнечный свет из решётчатого окошка, выглядывающего в сад. Тепло солнечного света коснулось его щеки, отчего Сюань забавно поморщился, но, несмотря на это, наслаждался лаской солнца. Это безмятежное утро было прекрасным, пока главного героя не настигли размышления о своём положении в этом мире. Ши Цинсюань же вообще ничего не помнил из жизни прошлого «хозяина тела», поэтому совершенно не понимал как себя вести со старшим братом. Не прибавляло лёгкости и то, что его левое предплечье было сломано. Попаданец надеялся, что перелом зарастёт за три или четыре недели. Сейчас количество его очков здоровья равнялось «171/200», хотя вчера было всего «170/200». «Может, — с надеждой подумал Цинсюань, — я оправлюсь за месяц?» Что касается прошлой жизни… Травмирующие воспоминания оттуда почему-то не вызывали никаких эмоций. Как будто это произошло вовсе не с ним, а с каким-то персонажем из сериала или фильма. От внезапно раздавшегося звука Системы, игрок вздрогнул. [В бонусы попаданцев входит подавление особо травмирующих воспоминаний из прошлой жизни. Если вы не будете намеренно о них думать, они не возникнут у вас в мыслях.] А вот это была хорошая новость. Если бы этого бонуса не было, вряд ли бы что-то его остановило от ещё одного самоубийства. С такими мрачными мыслями, он решил подняться наконец с кушетки. Опершись на правую руку, Цинсюань приподнялся на кушетке и, опустив ноги на прохладный деревянный пол, широко зевнул. Жутко хотелось пить, поэтому попаданец огляделся в поисках кувшина с водой и, найдя таковой на тумбочке рядом с кушеткой, проверил на наличие воды. Оказалось, заботливый Ши Уду пополнил запасы воды для своего неуклюжего братца. «Святой человек, поистине» — думал попаданец, жадно глотая прохладную жидкость. Утолив свою жажду, он резким движением опустил кувшин с водой обратно на тумбочку, и утерев рукавом нижних одежд лицо, подумал, что надо бы оценить обстановку. Встав на ноги, при этом слегка пошатнувшись, что со стороны наверняка выглядело нелепо, но это не волновало его. Возник ещё один беспокоящий вопрос: как ему всё-таки вести себя? Попаданец обратился за помощью системы. «Система? Как вёл себя Цинсюань до моего вселения в него?» [Молодой господин был весьма капризным, однако открытым и болтливым ребёнком. Готовил брату еду, а всё остальное время занимался каллиграфией или ходил на рынок в село за продуктами.] — Значит, Ши Цинсюань мог выходить из дома… Удивительно, — пробормотал попаданец, задумчиво потерев кончик носа. Причиной его удивления стало то, что в этом времени девочек с одиннадцатилетнего возраста китайцы держали в доме, позволяя покидать его только в самых крайних случаях. Ши Цинсюань же притворялся молодой госпожой, чтобы отвадить Божка-Пустослова, так? Как Ши Уду допустил такое упущение? Попаданка ничего не понимала. Надо бы одеться для начала, да только со сломанной рукой это сделать очень сложно. Оставался один вариант. Тяжело вздохнув, попаданец вышел из комнаты и открыв первую попавшуюся дверь, увидел свою цель. Старший брат мирно посапывал на кушетке, не зная, что сейчас произойдёт. Мысленно извинившись перед Ши Уду, Цинсюань подскочил к его кровати и начал тормошить здоровой рукой за плечо: — Братец, доброе утро! — с широкой улыбкой произнёс он звонким голосом. Внутри попаданец горел от стыда, вероятно, тысячу раз извинившись перед будущим Богом Воды. К сожалению, дети не понимают, что такое личные границы и поэтому приходилось вести себя как неблагодарный ребёнок. Разбуженный братом, Ши Уду сморщился и открыл глаза, которые лучились недовольством. Однако, увидев перед собой радостного Ши Цинсюаня, он смягчил взгляд. Приподнявшись на локтях и потрепав брата по макушке, будущий бог сонным голосом поинтересовался: — Что такое, А-Сюань? — потом, обратив внимание на его левую руку, нахмурился, в его голосе ощущалось беспокойство, — Как твой перелом, ты осторожен с ним? — Да! Я был осторожен! Я даже чувствую будто он срастается, — убедительным тоном произнёс попаданец, — тебе не стоит беспокоиться, гэгэ! Поможешь мне одеться? Ши Уду покачал головой, очевидно не поверив его словам об улучшении состояния руки, но пошёл за братом в его комнату, чтобы помочь одеться. Через некоторое время Цинсюань был одет в шёлковый жуцюнь пастельных голубых тонов, завязанный выше груди белый пояс с узором из рыб, пляшущих по волнам. Волосы старший брат помог собрать в пучок и закрепить заколкой с искуственными цветами. Белые туфельки на его ногах были расшиты узором облаков с летящим по ним журавлём. Похоже, эта одежда осталась ещё с того времени, когда семья Ши была богатой, так как не вся одежда, которая была у них, выглядела так роскошно. «Одежда этой эпохи… Она просто прекрасна» — с восторгом думал попаданец, восхищённо рассматривая свои одежды. Ши Уду стоял рядом, сложив руки на груди и с доброй насмешкой глядел на то, как брат крутится вокруг себя, рассматривая своё ханьфу. Поймав взгляд брата, Цинсюань неловко покраснел и открыл рот чтобы начать оправдываться, но Ши Уду остановил его жестом руки. Вспомнив кое-что, попаданец включил Системное меню. Пространство вновь заискрилось и начали появляться различные иконки, из-за чего Ши Цинсюань вздрогнул: «Ох… Мне надо будет привыкнуть к этому» — пронеслось в его мыслях, а лицо Цинсюаня приняло немного страдающее выражение лица. Вздохнув, при этом ощутив на себе вопросительный взгляд Уду, который был просто проигнорирован, попаданец наконец обратил внимание на то, зачем вообще включил Систему. Есть! Его теория была верна. Дело в том, что после слов Системы о том, что у небожителей другая полоска здоровья, в голову Цинсюаня закралась мысль: «Ну, не сразу же ведь полоска полностью становится синей? Это всё должно происходить постепенно». Если это и вправду было так, то таким способом можно было бы отслеживать прогресс Ши Уду, а также свой. Сейчас его теория подтвердилась — в зелёной полоске здоровья Ши Уду были видны синие вкрапления. Уровень Ши Уду же, был двадцать восьмым, что было довольно хорошим результатом. Скорее всего, при достижении определённого уровня Ши Уду вознесётся на небеса. «Какой же я гениальный!» — с превосходством думал в мыслях Ши Цинсюань, довольно зажмурившись, хотя, по идее, его догадки были элементарными вещами. Его, однако, это не смущало.

***

Когда брат ушёл на тренировки, Цинсюань вышел из домика, решив немного прогуляться. В планах было поподробнее расспросить Систему, как бы это странно не звучало, о системе. Например, как переходить на новый уровень развития персонажа? Ответ прозвучал незамедлительно. [Для того чтобы повысить уровень, можно: проходить квесты (сюжетные и побочные), развивать навыки, улучшать отношения с персонажами и получать достижения. Система сама решит, когда можно повысить уровень игрока, так как в этой версии ПО опыта не имеется.] Интересно. Впервые попаданец играл в игру, в которой нет опыта. Хотя, данный случай сложно назвать игрой, но всё же что-то такое есть. Попаданец услышал чьи-то крики и в эту же секунду появилось уведомление о квесте. [Внимание! Новый квест!] [Семейство альбиносов? Намечается что-то интересное… Суть задания: Узнать что происходит, затем помочь новым знакомым. Награда за выполнение: расположение двух новых персонажей к вам, разблокировка функций системы, 300 баллов. Наказание за провал: муки совести, потеря важных союзников.] «В этом веке бывают альбиносы? Очуметь…» Попаданец немедленно направился к источнику шума. Осторожно отворив деревянную калитку, длиной ростом с него, Цинсюань выглянул за угол и нос к носу столкнулся с чьим-то бледным лицом. Пискнув от неожиданности, оба участника небольшого «происшествия» пару секунд рассматривали друг друга. Отметив для себя и правда необычные белые волосы и голубые глаза незнакомки, через которые проглядывают капилляры, Цинсюань хотел было заговорить, но в его больную руку резко вцепилась девочка стоящая напротив, и зашептала, не принимая во внимание скорчившуюся от боли гримасу на его лице: — Пожалуйста, помоги нам! За мной с братиком гонятся злые жители деревни, а мне совсем негде спрятаться! — заметив сомневающийся взгляд собеседника, она срывающимся голосом продолжила, — Прошу тебя! Опустив взгляд, попаданец увидел что за руку альбиноски держится совсем маленький мальчик, трех-четырех лет, и большими глазами полными слез смотрит на него. Недалеко послышалась приближающаяся брань нескольких людей, и Цинсюань, поджав губу, схватил двух неожиданных гостей и втянул их за калитку. Кивнув детям в сторону дома, поторапливая их как можно быстрее скрыться в нём, попаданец начал запирать калитку. От адреналина руки тряслись, ведь быть втянутым в какую-то сомнительную историю не хотелось от слова совсем. «Чертова моя сердобольность!» Не успел Цинсюань сделать и десяти шагов от калитки, как в неё кто-то громко застучал. Сделав несколько глубоких выдохов и вдохов, он попытался успокоиться. Всё будет в порядке, дети скрылись в доме, никто не догадается что он их спрятал. Внушив себе эти мысли, попаданец начал немного успокаиваться, однако его сердце забилось с новой силой когда он услышал: — Хозяева? Есть кто дома? Черт. Надо открыть, так его точно не будут подозревать в том, что он что-то скрывает. А может притвориться что его нет? Чёрт, чёрт, чёрт! Однако его голос решил все за него и Цинсюань будто со стороны услышал своё чуть дрогнувшее: — Иду! На негнущихся ногах он подошёл к воротам, и чуть открыв их, увидел мужчину весьма неприятной внешности. Он был тучного телосложения, красное лицо и раздувшиеся ноздри подсказывали что мужчина в гневе. Хотя, Цинсюань скорее назвал бы его мужиком. — Малец, ты не видел, может тут пробегала такая маленькая чертовка белобрысая? — судя по голосу, тот едва сдерживал гнев, пытаясь не растерять остатки здравого разума. Замотав головой, попаданец ответил, борясь с волнением: — Нет, я с территории своей даже не выглядывал сегодня. А что-то случилось у вас, господин? — Цинсюань смотрел ему прямо в глаза, состроив фальшиво-участливое выражение лица, надеясь выудить побольше информации. — Этот проклятый богами ребенок стащила у меня с прилавка хлеб и побежала, не заплатив. У её уродливой семейки недавно погибли родители, и с тех пор она воровством увлеклась, — мужик, радующийся, что можно вылить накопившуюся желчь, продолжил, — Мы, жители деревни, конечно, могли бы взять её под опеку, но сам посуди, — он засмеялся неприятным, хрюкающим смехом, — Кому нужны такие уродцы? — Какой ужас, господин! Как я их увижу, я непременно сообщу жителям деревни, обещаю! — убедительно ахнув от возмущения, он попрощался и закрыл калитку. Цинсюань смог сделать это! И кажется, даже не вызвал подозрений. Ши Цинсюань поспешил обратно в дом, радуясь маленькой победе. Брат с сестрой сидели на крыльце, все ещё держась за руки. В голове возникли ассоциации с воробушками, и попаданец слегка умилился их виду. — Спасибо, что не сдал нас, — белобрысая девчушка с нескрываемой благодарностью смотрела на него. Чуть покраснев от смущения, Цинсюань принял благодарности, — Ты не такой как другие жители деревни. Ты добрый. А они обзывают нас, издеваются, лишь из-за того, что у нас волосы другого цвета. Не хотят помогать, а ведь нам нечего кушать. Почему именно с нами что-то не так?! Почему мы… Отпустив ручку брата, альбиноска сжала кулачки, от обиды и гнева слёзы застыли в глазах. Её маленький брат прижался к ней, обнимая. Ши Цинсюань почувствовал себя лишним, однако присел на корточки напротив неё и сжал ее плечо в ободряющем жесте. — Я не знаю, каково это, когда тебя презирают лишь за внешность, но точно могу сказать, что это несправедливо, — девочка внимательно смотрела на него, слушая, — Это не с вами что-то не так, а с этими людьми. Чуть посильнее сжав плечо собеседницы, он отпустил его, и чуть оттолкнувшись от её плеча, встал, открывая дверцу в дом. Придержав дверь перед гостями, попаданец кивнул им на вход, а затем зашёл следом за ними. — Меня кстати, Ши Цинсюань зовут, а вас? — Я Юи, а моего братика зовут Сию. Будем дружить? — задорно произнесла, как выяснилось, Юи.