Приручить Вороненка

      В общем, временами Кроу меня бесил. Но в целом было даже здорово. Пока однажды за ужином отец не спросил, что я такое вечно делаю возле соседского дома. Мать как всегда была на работе, а он сам собирался в участок по каким-то там делам. Я замер над тарелкой с наггетсами.       — Мистер Кроу нанял меня расчистить задний двор и разобрать хлам на чердаке, — отозвался я максимально ленивым тоном, не отрывая взгляд от разводов кетчупа на белом фарфоре. — Не хочу просить у тебя мелочь на карманные.       — Я слышал, он — новый учитель в вашей школе, — произнес отец, продолжая буравить меня взглядом.       — Ага, малышне чет там преподает, — произнес я безо всякого интереса. — Можно я возьму машину в субботу?       Машина мне была нахрен не нужна. А нужно — перевести тему. Отец жутко трясется над «своей ласточкой», везде гоняет на служебной, пока Ласточка стоит для особых случаев, вроде торжественного выезда к родственникам на Рождество. Меня он к ней никогда не подпускает. Короче, сейчас психанет и перестанет думать про Кайла.       — Разумеется, нет. Куда собрался? В субботу ты должен подстричь изгородь, пока она не превратилась в джунгли.       Я шумно вздохнул и насупился, внутренне ликуя.       — И мать сказала, чтобы ты убрался в своей комнате.       — Ага, — протянул я скучным голосом. Отец встал из-за стола.       — Через пару часов вернусь.       Я проводил его взглядом и выдохнул. Надо же, какой Шерлок Холмс. Кроу его заинтересовал, посмотрите-ка. Блин, если Кайл узнает, вообще завернется в рясу и будет прятаться, пока мне двадцать один не исполнится. Или пока не найдет себе кого-нибудь другого.       Эта мысль то и дело всплывала в голове. И хотя между нами не было никаких отношений, кроме моих провокационных штучек, подобные мысли раздражали все сильнее. Ведь и в самом деле, зачем ему ждать моего совершеннолетия (чего никто не обещал), если можно сгонять на уик-энд в Нью-Йорк и снять себе там кого угодно? С его-то внешностью.       Я встал, чтобы положить тарелку в мойку, машинально бросил взгляд в окно и увидел фигуру отца, шагающего по подъездной дорожке к дому Кроу. Его служебный драндулет был припаркован у обочины.       У меня оборвалось сердце. Тарелка выскользнула из рук и с грохотом ударилась о дно мойки. Черт-черт-черт! Что делать-то? Чего он хочет? Я должен знать, о чем они говорят! Кроу мне ни за что не расскажет!       Не размышляя ни минуты, я выскользнул через заднюю дверь и ринулся по кустам к дому Маккинни. В окнах горел свет, одна из створок была открыта, и я видел, как Кроу идет через гостиную к двери. Бесшумно, как сраный ниндзя, я скользнул в кусты у стены дома и притих. Открытая рама распахнута прямо над моей головой, и я слышал, как в комнате негромко играет музыка.       —…познакомиться по-соседски. Вот только выкроил время. Вы уж простите, что так поздно. Все работа, — неубедительно благодушно говорил отец.       — Очень приятно, шериф, — по голосу я слышал, что Кроу улыбается. У него в эти минуты прорезался какой-то особенный мурлыкающий тон. А папочкин тон явно не казался ему фальшивым. — Прошу, проходите. Могу угостить вас пивом?       — Я бы с удовольствием, но в другой раз. Мне еще в участок ехать. А вы чем занимаетесь?       — Да вот, готовлюсь к завтрашним занятиям. Нужно набросать материалы для лекции.       — Что преподаете? — все с теми же тошнотно-дружелюбными интонациями спросил отец.       — Биологию.       — О, никогда в этом не разбирался, — рассмеялся он. — Я заметил, мой сын часто ошивается у вас во дворе. Он вам не мешает?       Его голос прозвучал чуть суше.       — Вовсе нет, — а вот интонация Кроу так и осталась воркующей. — У меня нет времени заниматься двором, а он предложил свою помощь. Это было очень кстати.       Отец специально рванул прямо сейчас поговорить с ним! Чтобы «сверить показания», пока я его не успел предупредить. Вот ведь старая ищейка. Только хрен тебе, все продумано, папочка.       — Вот как. Что ж, если он станет вам надоедать, только скажите. И вообще обращайтесь, если будут проблемы, мистер Кроу. Мы как-никак соседи…       Судя по всему, они пожали друг другу руки и отец направился к двери.       — Спасибо, шериф, вы очень любезны. Заходите как-нибудь, если будет желание, — отозвался Кроу. Кажется, он даже со мной так не ворковал.       — У вас такой интересный акцент, — голос отца остановился немного в отдалении. Я замер. Ага. Второй акт допроса. Он не мог просто взять и уйти, как нормальный человек! Нужно вынюхивать, прощупывать… — Так даже сразу не опознаешь, чей. Вы к нам издалека приехали?       — Из Британии, — довольно сухо отозвался Кроу.       — А, вот как. И в самом деле далеко, — голос отца просто лучился дружелюбием. Меня аж затошнило. — Почему переехали? У вас здесь родственники?       Ну да. А то ты не знаешь весь город до последнего бомжа. Я скрипнул зубами.       — Покойная миссис Маккинни приходилась мне двоюродной бабушкой. Родня любезно предложила присматривать за домом, а я давно хотел повидать мир.       Миленькая легенда. Неубедительная, но миленькая. Надеюсь, у него нет какого-нибудь позорного пятна в прошлом. А то отец спать не будет, пока не раскопает. Хотя… это ведь не соседний город. И даже не соседний штат. А он — не ФБРовец. Что он сделает? Будет гуглить до потери сознания? Эти мысли меня немного успокоили. Хотя теперь самому стало любопытно, почему Кроу переехал в такую даль.       — Что ж, молодость — самое время для путешествий, — произнес отец. — Рад знакомству, мистер Кроу. Хорошего вечера!       — Взаимно. До встречи! — так же дружелюбно отозвался тот. Хлопнула дверь, закрываясь. Послышались удаляющиеся шаги отца. Я уже хотел вылезти из укрытия, как вдруг из окна донеслось бурчание Кроу:       — Урод со звёздочкой.       Я зажал себе рот, чтобы не заржать в голос. Боги, нужно было записать это на диктофон и переслушивать, когда станет грустно.       Зашумел отцовский драндулет, а я так и сидел под окном, размышляя. Надо срочно поговорить с Кроу. Во-первых, он сейчас себя накрутит и станет от меня прятаться. Во-вторых, любопытно все же спросить, почему он переехал. Судя по тону, там все не так просто…       Из открытого окна послышалось звяканье стекла, а затем бульканье.       — Ваше здоровье, шериф! Не желаете ли пива, шериф? А хрен моржовый не желаете?       Я захихикал. Кайл открывался с совершенно новой для меня стороны. Наверное, я должен был бы даже поблагодарить за это отца. Но хрен ему моржовый.       Я уже собирался было подняться на крыльцо и постучать, но тут вспомнил о времени. Через двадцать минут вернется мать. И если мое отсутствие она может проигнорировать, то разбитая тарелка в мойке вызовет вопросы. Пришлось спешно бежать домой, выгребать осколки из раковины и мыть остальную посуду, чтобы не было повода меня искать или ждать для нотаций.       Домыв посуду, я выскочил во двор и снова перелез через изгородь. На первом этаже свет уже не горел, а задняя дверь оказалась заперта. Конечно, можно было обойти дом и позвонить в парадную, но у меня была идея получше. Я уцепился за знакомый выступ на стене и подтянулся. Добраться по крыше до чердачного окна было раз плюнуть. Странно, но даже теперь окно оказалось не заперто и моя проволочка была на месте. Это же почти приглашение!       Я скользнул внутрь и бесшумно спустился на пол. Также тихо добрался до второго этажа. В доме царила тишина. Неужели он уже лег спать? Дверь в спальню была немного приоткрыта и оттуда струился мягкий оранжевый свет. На цыпочках я подкрался к ней. Это был такой шанс увидеть, чем Кроу занимается вечерами!       Вдруг я услышал тихие голоса, будто работает телевизор. Но в спальне у Кроу не было никакого телека. Разве что он смотрит фильм в ноутбуке. Довольно скучное, но логичное времяпровождение. Я все еще раздумывал, как бы деликатно заявить о своем присутствии и не получить по шее, как это было в день нашего знакомства, когда из-за двери послышался тихий стон.       Стонал не Кроу. Это я просек сразу. Неужели привел кого-то? Ну да, я, значит, несовершеннолетний, меня беречь надо, а он пока с другими порезвится. Так бы и сказал, что…       В комнате застонали снова, но голос был уже другой. Вряд ли Кроу там устроил оргию. Скорее всего он таки открыл для себя радости интернет-порно. К стонам добавились звучные влажные шлепки. Громкость явно убрана на минимум, но из-за тишины в доме слышимость была отличная. Я сглотнул. Ужасно хотелось увидеть воочию Кроу в такой компрометирующей ситуации, но не вламываться же в спальню?       В этот момент к порнушечным, не слишком натуральным, стонам добавился новый: тихий, гортанный и мучительный. У меня внутри все свело от возбуждения, даже колени подкосились. Прижавшись к стене, я с трудом перевел дух. Дьявол. Я бы многое отдал, чтобы… помочь ему сейчас. Скользнуть рукой под белье, погладить по всей длине, немного сжать.       Я вдруг поймал себя на том, что именно это и делаю, только соло. Но останавливаться не стал. Только заглянул в щель, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Кровать стояла в противоположном углу комнаты и из двери ее не было видно. Я сам чуть не застонал от огорчения, но вдруг мое внимание привлекло большое зеркало, стоявшее напротив двери. А в зеркале отражалась бледная кожа согнутой в колене ноги и край простыни. Шлепки участились и послышался новый стон, ещё более чувственный, чем прежде.       Я запрокинул голову, лаская себя еще быстрее. Было легко представить, что это длинные пальцы Кроу обхватывают мой член, пока я ласкаю его. И мы стонем между поцелуями, жадно прижимаясь друг к другу. Ноги задрожали, и я сполз на пол, с трудом сдерживая стон.       Я даже уже не смотрел в зеркало, мне было достаточно собственного воображения и руки. Мне вспомнилось, как губы Кроу обхватывали сигаретный фильтр, который я только что держал во рту. Как скользили его мягкие волосы между моих пальцев, а он краснел и молчал. Вкус его кожи. И его слова про стол. Как он тогда сказал? «Я возьму тебя прямо на этом столе…» Стоило только представить это, как меня с головой накрыла горячая волна, я вздрогнул и застонал в голос, совершенно позабыв об осторожности.       — Кто здесь? — послышался испуганный голос Кроу и в комнате вспыхнул яркий свет.       Дьявол. Я даже не мог сразу подняться, колени все еще подгибались. Так что я только произнес:       — Это я.       Прозвучало немного виновато. Хотя я ни о чем не жалел. Разве что о том, что не вошел в комнату и не подрочил ему сам.       — Марти? — в комнате раздались шаги. Я поспешно вытащил руку из штанов и обтер ее о ковер, но вот темное мокрое пятно в районе паха говорило само за себя. В дверях показался встревоженный Кроу в халате. Он окинул меня оценивающим взглядом, таким пристальным, что я почувствовал в паху новое оживление. Что я тут делаю он не спросил, просто протянул ладонь.       — У меня руки… кхм, — я многозначительно вскинул брови и протянул ему левую кисть, неуклюже поднимаясь. Дьявол, как хотелось прижаться к нему. И я не стал себе в этом отказывать. Уткнувшись носом в плечо Кроу, я жадно вдохнул горьковатый аромат цитрусовых и прошептал: — Ты так сексуально стонешь…       На долю мгновения или даже меньше он прижал меня к себе и у меня перехватило дыхание. Но тут же отпустил, хотя я сам продолжал обнимать его.       — Вот уж не думал, что ты страдаешь вуайеризмом, малыш.       — Почему страдаю? Я наслаждаюсь! — у меня вырвался нервный смешок. Признать, от его слов мне стало не по себе. Наверное, я бы здорово разозлился, если бы кто-то забрался ко мне в дом и стал смотреть, как я дрочу. — Прости, я вообще-то не собирался подсматривать. Как-то… случайно получилось.       Я так и не выпустил его из объятий. Только прикрыл глаза и едва ощутимо коснулся губами шеи Кроу. И сам чуть не вздрогнул от восхитительного ощущения горячей кожи на губах, кожи, пахнущей цитрусовым парфюмом или гелем для душа.       — А влез в дом ты тоже случайно? — фыркнул Кроу.       Его дыхание коснулось моего лица, и я уловил в нем пары алкоголя.       — Я поговорить хотел, — прошептал я, снова коротко его целуя. У меня снова встал, да так бодро, будто я не кончил пять минут назад. Не удержавшись, я коснулся его кожи языком. Совсем как тогда, на кухне. — Но не хотел светиться перед домом… — шепнул я еще тише, припадая губами к шее. Кроу прерывисто вздохнул. Его рука легла на мое плечо, крепко сжимая.       — О чем поговорить? — а вот голос оставался совершенно безучастным, будто мы сидели в кухне за уроками.       — Ммм… Ты думал обо мне, пока дрочил? — шепнул я.       — А ты? — Кайл коснулся моей щеки, мягко вынуждая приподнять голову и посмотреть ему в глаза. Я вдруг понял, что он — пьян. И довольно сильно. Похожий взгляд был у Лукаса, когда он напивался в говно. Кажется, это мой шанс получить… новый уровень доступа. От волнения я облизнул губы.       — Дааа, — протянул я шепотом. — И уже не в первый раз. Так ты думал обо мне?       Кайл провел подушечкой большого пальца по моей щеке. Очень медленно, дразняще. Облизнул губы, не отводя взгляда. Я задрожал.       — У тебя есть сигареты?       — Дьявол, Кроу! — я ткнул его кулаком в грудь. — Ты не можешь просто ответить?       Но, кажется, его это не слишком напугало. Чувственные губы искривила усмешка:       — Дай сигарету — скажу.       Неловкой рукой я полез в карман и вынул сигаретную пачку. Прикурил, глубоко затянулся и вложил сигарету в его губы. От возбуждения и нервов меня всего трясло. Кроу перехватил фильтр, затягиваясь сквозь зубы, и выдохнул дым поверх моей головы.       — Я и сейчас о тебе думаю, малыш…       И прежде чем я успел что-то ответить, он снова затянулся и сунул сигарету мне в рот.       Я едва не застонал. Жадно затянувшись, так что даже голова закружилась, я отбросил сигарету и приник к его губам, давясь дымом. Для этого мне пришлось привстать на носки. Кроу застонал, довольно грубо пихнул меня к стене, впиваясь поцелуем в мой рот. Я обхватил его руками за шею, а он меня — под задницу, приподнимая над полом. Мы целовались, как чокнутые, сталкиваясь зубами и языками. Я чувствовал, как Кроу дрожит от возбуждения, и осознание, что именно я довел его до такого, добавляло поцелую ещё сто очков головокружительности.       Я уже не раз гадал, каков правильный мистер Кроу в постели, но никогда не думал, что он может быть таким. И теперь хотел его еще сильнее. И в то же время, целуя до саднящих губ, все отчетливее понимал, что мне придется остановиться. Старше он или нет, но сейчас Кайл пьян, а я — трезв. И будет нечестно этим пользоваться. Ему самому бы это не понравилось.       — Ты горячий, как ад, — прошептал я, когда Кроу отстранился, чтобы глотнуть воздуха.       — Ты ещё не был в аду, мой маленький, — выдохнул Кроу, упираясь лбом в мой лоб и тяжело дыша. Он продолжал прижимать меня к стене, поддерживая за ягодицы, но сейчас я чувствовал, как ожили его пальцы, лаская сквозь ткань штанов.       Я прикрыл глаза, глотая стон. Если бы он прямо сейчас спустил с меня штаны и… Как же я до дьявола его хотел. С Лукасом никогда не чувствовал ничего подобного.       — Кроу, я хочу тебя, — шепнул я, кусая губы, — но тебе придется остановиться.       — Ты такой противоречивый… — мурлыкнул он, жадно прижимаясь губами к моей шее. Я заскулил, зарываясь пальцами в его волосы. Что я вообще делаю? Плевать, что он там скажет завтра, если сегодня он целует меня так горячо.       — Ты пьян и завтра будешь гундеть, что трахнул малолетку, — прошептал я, запрокидывая голову. Губы Кроу все настойчивее ласкали меня. Я чувствовал, как его стояк упирается мне в бедро.       — Скажи, что хочешь, чтобы я остановился, — прошептал Кроу, прикусывая кожу у меня под ухом.       — Я хочу тебя до безумия. У меня все горит, как я тебя хочу, — зашептал я заплетающимся языком. — У меня просто крышу срывает от того, какой ты. Какой ты сейчас. Но ты сказал, что не хочешь. Помнишь? — я поерзал, опуская ноги вниз и становясь на пол, но все еще крепко прижимаясь к Кроу. — Или типа не должен. Короче. Кроу. Если завтра, трезвый, ты захочешь меня — можешь трахать хоть черенком от лопаты. Но завтра.       Он протяжно вздохнул, медленно смещая ладони с моей задницы на поясницу.       — Передай мне завтрашнему, что я — кретин, ладно? — шепнул Кроу, касаясь губами моего уха. Я зажмурился до пятен перед глазами. Сердце колотилось. Нахрена я это сделал? Чтобы завтра он погладил меня по голове и назвал хорошим мальчиком? Мне так важно его не разочаровать?       — Обязательно, — прошептал я, медленно отстраняясь. — Только обещай, что поцелуешь меня завтра?       Совершенно бессмысленная просьба, ведь ничто не мешает ему завтра сказать, что ничего не помнит. Но мне вдруг стало так тоскливо…       — А можно ещё сегодня? — шепнул Кроу и, не дожидаясь ответа, прижался к моим губам. Я чуть не заплакал. Ощущение было такое, словно я издеваюсь сам над собой. Может, завтра он вообще не захочет со мной говорить? Психанет, что я забрался к нему. Скажет, что я сам пытался его соблазнить и это все — только моя вина. А он-то не такой. Он хороший парень, а я провоцирую его на… всякие вещи. Тогда какой смысл сейчас играть в благородство? Я замер, не пытаясь ответить на поцелуи, а Кроу, кажется, что-то сообразил и отстранился, тяжело дыша.       — Марти, я сделал что-то не так? — прошептал он, пальцы скользнули на затылок, нежно поглаживая.       Я ткнулся лицом ему в плечо, пытаясь не разреветься. Что-то у меня совсем с головой плохо в последнее время. Рыдать от того, что меня целуют — это что-то новенькое в моем репертуаре. Может мне и правда надо к психологу.       — Нет, это скорее я, — шепнул я ему в пижаму.       — Пойдем вниз, налью тебе воды, — Кроу погладил меня по волосам и нежно коснулся губами переносицы. Его тон сменился утешительным, обволакивающим. — Прости, я не должен был так на тебя бросаться.       — Мне понравилось, — возразил я. Захотелось снова к нему прижаться. Кажется, Кроу уже немного остыл, а меня настиг приступ разочарования. Нахрена я его остановил? Надо было тащить в постель, пока горячий. Вряд ли мне еще вот так повезет.       Кроу аккуратно поддерживал меня, пока мы спускались по лестнице, будто боялся, что я удеру или грохнусь в обморок. В кухне он усадил меня за стол, налил в стакан газировки, сам уселся напротив, подперев голову рукой.       — Как себя чувствуешь?       — По-моему, это я тебя должен спрашивать, — я сделал пару больших глотков. От газировки в носу стало колко, и я зажмурился. Зато нашлось отличное оправдание покрасневшим мокрым глазам. — Ты же здесь надрался, а не я. Или ты за мою тонкую душевную организацию переживаешь?       — Я не надрался, — словно в опровержение своих слов, он открутил крышку бутылки с газировкой и жадно к ней присосался. — Я лишь хотел немного расслабиться. И вообще, завидуй молча.       Я фыркнул, укладывая подбородок на сплетенные на столе руки.       — Таким ты мне даже больше нравишься, — признался я.       — Каким? — Кроу выразительно приподнял одну бровь, закручивая крышечку бутылки. Капля газировки стекала по его подбородку на шею, которую я ещё совсем недавно целовал. Я вскочил, перегнулся через стол и собрал ее языком прежде, чем капля коснулась ключиц.       — Горячим, — шепнул я, заглядывая ему в глаза. — Мне нравится, когда ты такой… «господин», — я рассмеялся, чтобы скрыть смущение.       Кроу фыркнул, но тут же попытался натянуть привычную серьезную мину. Странно, но сейчас она буквально сползала с него, как порванная латексная перчатка.       — Мне облиться газировкой, чтобы ты продолжил? — спросил он невозмутимым тоном, хотя уголки губ подрагивали, словно он изо всех сил сдерживает смех.       Я облизнул губы. Руки, на которые я опирался, подрагивали. Да сколько можно? Может, к черту все?       — Хочешь — я продолжу, — улыбнулся я, глядя ему в глаза. — Что с тобой такое сегодня?       Он наклонился ко мне, коснулся рукой виска, будто убирая невидимую прядь.       — Просто с заходом солнца я превращаюсь в секс-вампира и потому юным развратным мальчикам лучше в это время ко мне не приближаться.       У меня вырвался нервный смешок.       — Так это я вовремя зашел? А я уж думал, это все моя безграничная сексуальность.       — Нет, — отозвался он беззаботным тоном, но не спуская с меня внимательного взгляда. Пальцы Кроу скользнули по щеке к носу и он вдруг наклонился, чтобы чмокнуть меня в кончик носа. — Это все моя безграничная сексуальность, воронёнок.       Я поморщился и хотел было возмутиться такому пренебрежению, но тут осмыслил его слова и растерялся.       — Как ты меня сейчас назвал?       Кроу откинулся на спинку стула, самодовольно ухмыляясь:       — «Воронёнок». Мне кажется, это логично.       — Это… типа… ты меня усыновил или это… предложение? — я неуверенно хмыкнул.       Вместо ответа Кайл расхохотался. А я сидел, смотрел, как он заливается и думал: может быть, в него вселился инопланетянин? Или ещё какая-то потусторонняя хтонь. Если бы я своими глазами не видел его раньше, решил бы, то сейчас передо мной сидит совершенно другой человек. Он иначе держится, иначе говорит, иначе смотрит на меня. Неужели такая метаморфоза подвластна алкоголю? Да, друзья Лукаса тоже часто становились будто бы другими людьми под градусом, но их перемены были совершенно иными.       — Я сейчас тебя ударю, — сказал я нежно, — хватит ржать надо мной, алкоголик!       Перед таким Кроу я немного терялся и от этого начинал дерзить.       — Попробуй, — Кроу с явным трудом перевел дыхание, откинул волосы со лба и похлопал себя по колену, продолжая отдуваться от смеха. — Иди ко мне и попробуй.       Я дернул головой, потом все же подошел и уселся ему на колени, так что мое лицо оказалось прямо напротив его. Веселье Кроу начало меня слегка подбешивать.       — Кайл, ты можешь хоть минуту не ржать?       — Нет, — выдохнул он, продолжая ухмыляться. При этом его ладонь легла на мое бедро. — Господи, Марти, я сотню лет не чувствовал себя таким свободным! Поцелуй меня.       — Был я бы мстительнее… — прошептал я злорадно, но не договорил, а приник к его губам. Интересно, он настолько редко пьет, что порция виски способна так его осчастливить? А если бы на моем месте сейчас оказался кто-то другой, он целовал бы его так же страстно?       Мы целовались, пока в легких не закончился воздух, а потом я просто прижался к нему, опустив голову на плечо.       — Спасибо тебе, мой маленький, — шепнул вдруг Кайл, поглаживая меня по спине. — Я так счастлив сейчас…       — Угу, — я устроил подбородок на его плече, глядя в пространство перед собой. Мне нравилось чувствовать тепло его тела и нежное прикосновение рук, но внутри почему-то появилась такая усталость, словно я не целовался полвечера, а в саду работал. — Ладно. Иди спать, алкоголик. Мне домой пора, — вздохнул я и отстранился.       — Я бы хотел уснуть вместе с тобой, — Кайл удержал меня, заглядывая в глаза. — Но знаю, что это невозможно. В любом случае, спасибо за этот вечер, воронёнок. Надеюсь, тебе тоже было хорошо.       Я помедлил. Если бы он попросил меня остаться, я бы это сделал, но передумывать вот так на ровном месте было ребячеством. Так что, поднявшись, я потрепал его по волосам, как он много раз делал со мной.       — Спокойной ночи, Кроу.       Прежде, чем он успел сказать еще что-то, я выскочил из кухни. Сердце колотилось. Уже на улице, пробираясь через кусты, я вспомнил, что собирался поговорить с ним об отце и его переезде. Но придется побеседовать как-нибудь в другой раз. Если завтра он вообще станет со мной говорить.