Новое сообщение от пользователя "Грустный_Анон"

      Первым очнулся Том, правда сам он не очень понимал, что сейчас происходит и откуда у него было такое чувство, как будто его тело перемололи раз пять, а потом выплюнули и сожгли на костре. Последнее почему-то ощущалось намного чётче, чем остальное. Может это из-за многочисленных ожогов, покрывающих всё тело Тома? И, ох, чувствуется какая-то тяжесть на руках.       Посмотрев на свои руки, Ридж отчасти облегчённо вздохнул. На них лежал Торд, но… Он был без сознания.       Черноглаз упал на спину, оказавшись на ломкой неудобной траве, которая норовила расцарапать всю спину спасителю. У него, похоже, нет футболки. Он прижал тело без сознания к себе и стал переводить дух, попутно оглядываясь.       Небо уже заходило, так что Том мог видеть как оно потихоньку заливается ярко-малиновым цветом. Кроны деревьев как будто специально очерчивали обзор Тома, как будто рамка из фильтров на телефоне. Где-то вдалеке слышался гул машин скорой помощи и пожарных. Кажется, они там натворили дел. Тут Том почувствовал движение на себе.       — Что… Произошёл… Ай… — проговорил с запинками Торд, немного приподнимаясь.       — Как себя чувствуешь? — спросил Томас, опуская руки на траву и всё ещё глядя в небо.       — Жив, цел, орёл… Вроде… — Торд почесал затылок, всё ещё находясь в небольшой прострации.       Спустя пару минут, он посмотрел на спокойно дышащую грудь черноглазого и мгновенно отпрянул, покраснев и получив небольшое головокружение и потемнение в глазах.       — Я так понимаю, мы провалили миссию. — спокойно проговорил Риджуэлл еле удерживаясь, чтобы не заснуть прям тут. Торд на этот вопрос лишь тихо угукнул, тоже посмотрев на темнеющее небо — А что вообще произошло после нашего крушения? — дополнил Том, немного приподнимаясь на локтях и оглядывая своё тело в поисках ожогов и ссадин, которых было много. Приподнимая подолы кое-как уцелевших штанов, он продолжал оценивать ущерб, пока ждал ответа от своего друга.       — Вроде ты превратился и спас нас… — ответил Торд, опуская взгляд в землю.       Подул холодный ветер, и Том дрогнул от того, что потоки воздуха почти опаляюще проходились по телу гитариста. Он мелко задрожал и обнял себя за плечи. Кажется, что он до этого вообще забыл о такой маловажной детали, что на нём из одежды только нижняя часть. Или он просто не чувствовал холода, потому, что на нём лежал вполне себе тёплый курильщик?       Торд за этим пронаблюдал исподлобья. Немного подумав и собравшись с силами он аккуратно обнял алкоголика, положив его голову себе на плечо. Немного погладив черноглазого по голове, сероглаз начал бродить руками по спине своего возлюбленного, пытаясь согреть как можно больше. Не ожидавший такого Том просто застыл, даже перестал дышать. В какой-то момент ему даже показалось, что это всё большой сон. Они с Тордом никогда не враждовали, Эдд в порядке и у них всё прекрасно, но всё ещё морозящий спину холод говорил об обратном. Немного погодя, Том обнял своего врага в ответ.       — Пиздецки холодно. — прошептал совсем тихо черноглаз, услышав в ответ тихий смешок — Домой? — с небольшой надеждой и нежностью спросил Томас, немного сжимая толстовку Торда на спине.       — Для начала надо Мэтту сказать, что мы долбаёбы и надо переработать план. — хоть он и сказал это, но ни через минуту, ни через пять не отпустил алкоголика, кажется забывшись в ощущении тепла от дорогого человека.       Том был не особо против, хотя назойливый холод всё же немного мешал. В какой-то момент Торд от чего-то дёрнулся и немного напрягся, что было понятно из-за того, что он обнял Риджа немного крепче. Набрав в лёгкие воздух, он тихо начал:       — Том… Я… — совсем тихо, но просто оглушительно, учитывая, что это было сказано на ухо и можно было разобрать каждую нотку в таком неуверенном обращении, сказал Торд. Кажется, Том забыл о своём обещании сломать Ларссона, так как немного напрягся и стал внимательно слушать, но продолжения всё не было — Забудь. — тот резко встал и пошёл искать что-то либо же просто делал вид, старательно не показывая полностью красное лицо Риджу, который тоже покрылся почти светящимся румянцем.       Дальше Торд, пошарив по карманам, достал рацию и начал разговор с Мэттом. Иногда он запинался или просто на просто тупил, но в принципе он сказал, что с ними случилось и что надо делать дальше. Кажется, Том слышал, как Мэтт орал что-то невнятное в рацию и бился головой о стенку от их тупости.       Ридж глубоко вздохнул и встал. Было всё ещё холодно, но он не думал, что Торд будет снова его обнимать, чтобы согреть после неудачного… Признания? Это же было оно, да? И хотя это был бы отличный шанс, чтобы сразу же сказать, что тот его всё это время обманывал и на самом деле ненавидит его, но… Что-то в сердце отчаянно твердило, что Том просто идиот и не надо так поступать, но вот почему… Тому надо разобраться. Слишком уж чувства, когда он смотрит на Ларссона приятные и будоражащие. Это не правильно. Но… Вдруг?..       Из бесконечного потока мыслей его вывел сероглаз, который легонько ущипнул того за плечо и повёл куда-то, держа за локоть.       — Мы… Эм… Домой идём? — спросил Том, иногда спотыкаясь от того, что Торд идёт слишком быстро. В ответ ему прилетело быстрое «Да», а дальше они снова шли молча.       Они проходили мимо деревьев разных пород. Вот сосенка, дуб, любимая яблонька с которой они иногда срывали плоды и кто-то делал какие-то угощения, и все разных цветов. Красный, жёлтый коричневый, иногда на дереве оставались лишь пара листиков, а иногда оно только начинало краснеть, правда они все не были важны в данной ситуации и просто проносились подобно серой толпе в людном месте. Всё становилось абсолютно не важным, а напряжение так и витало вокруг них. Наконец они подошли к дому и без слов вошли.       Торд, бросив быстрое «завтра утром собираемся на кухне», ушёл в свою комнату. Мэтт, выглянувший из дверного проёма кухни, только грустно вздохнул и вернулся.       Том пошёл в свою комнату, как в бреду, а потом обессиленно упал на откуда-то взявшуюся кровать вниз лицом. И что же его до этого довело?       Он начал обдумывать всё, что с ними происходило за то время, пока они общались по интернету. Говорят, что люди в интернете увереннее, чем в реальности. Так же он заметил, что Ларссон в сообщениях гораздо веселей и эмоциональней, чем в жизни. В голосовых он иногда просто пищит как ребёнок, либо же проклинает всё, что только под руку попадётся. В сообщениях часто использует смайлики или может говорить, что он улыбается или грустит. И так же… Он очень часто говорил о Томе. О том, что он чувствует к нему и о том, что он влюбляется в него всё больше после того, как он начал говорить о чувствах хоть кому-то. Он так же часто говорит о своих увлечениях и так же иногда посылает фотографии со своей базы или просто себя на каком-то фоне. Только вот настоящему Тому он никогда не показывал всего этого. Обычно он просто старался даже не пересекаться с ним, а если и что-то было, то пытался как можно быстрей уйти куда подальше.       Том вздохнул и неожиданно осознал, что очень хочет есть, о чём его сразу же оповестил заурчавший живот.       Поднявшись, он сначала переоделся в обычные спортивные штаны и серую футболку, а потом направился на кухню, где уже не было Мэтта, захватив с собой телефон. Там он начал готовить всем яичницу с беконом, так как на другое не хватало ни настроения, ни сил.       Торд же в это время хотел пойти попить воды, но заметил, как его возлюбленный стоит у плиты и что-то готовит. Он не удержался и сфотографировал его, а потом сразу же побежал в комнату, чтобы его вдруг не поймали. Кадр и в правду был красивым. Была в нём какая-то бытовая тёплая атмосфера. В окне заходящее солнце, которое создавало приятный контраст на всём до чего дотрагивалось. На столах разбросаны всякие продукты и просто бытовые вещи типа кружек с только что приготовленным чаем или случайные столовые приборы, которые каким-то образом выбрались из ящика стола и остались покоиться на поверхностях. И конечно же Том, так гармонично устроившийся посреди кухни прямо напротив окна. Он вроде как переворачивал бекон, но это не так уж и важно.       Скоро на телефон Тома пришло новое сообщение от «лидера» Красный_лидер: *фотография*       Открыв фото, Риджуэлл закрыл лицо рукой и коротко посмеялся покраснев. В том сообщении была фотка с ним за плитой, а так же подпись «Хозяит хозяюшка»*. Том в итоге задумался, а почему именно Торд его любит? Его гложет этот вопрос уже довольно давно, хотя Торд всегда говорил, что просто любит его, но не говорил почему. Поэтому алкоголик решил спросить его об этом напрямую. Отложив телефон и снова вернувшись к яичнице, он начал ждать ответа.       Прошло пару минут и Том закончил ужин и снова вошёл в то приложение, и тут как раз пришёл ответ. Красный_лидер: Я не знаю. Он мне просто нравится. Он на самом деле самый обычный мудак, который любит своих друзей и у которого шикарный голос. Так же он достаточно хороший и интересный собеседник, когда не злится. Ну и… Наверно ещё он мне нравится потому, что мы очень давно знакомы. И… Он стал ко мне немного по другому относиться в последнее время… И мне правда очень приятно, что он обо мне… Заботится? Я не знаю, он настолько редко проявлял ко мне хоть какие-то знаки внимания, кроме злобы, что я сам не знаю, что он вообще чувствует! Он заботится обо мне только когда я болею, да и то постоянно ругает меня за это. Это были пожалуй единственные случаи, когда он обо мне хоть как-то заботился. А сейчас… Он может мне помочь в готовке, он говорит мне не замазывать веснушки и, чёрт возьми, обнимает меня! Я даже не знаю почему и как на это реагировать!       Когда Том прочитал это сообщение, внизу диалога появилась надпись «печатает…» и черноглаз стал терпеливо ждать, когда его собеседник напишет. Но… Его сердце никак не могло успокоиться от прошлого сообщения. Всё его лицо покраснело и он сел на стул, так как ноги его почему-то не держали. Красный_лидер: А ещё… Я ему чуть не признался сегодня… Это было правда неловко…       Риджуэлл упал на стол головой и ещё пару раз стукнулся о поверхность, только бы хоть немного прийти в себя и не кричать про себя что-то по типу «Я тоже» по сто раз. Но разве это не значит, что чувства Ларссона взаимны? Нет. По крайней мере так не думал Том. Либо же не хотел думать.       — Нет… Нет… Нет… Не может быть… — повторял он шёпотом, только бы уверить себя в том, что он ничего к этому рогатому не чувствует и вообще всё не так, как он думает. Ему нужно лишь подтверждение этому. Поэтому он написал ещё одно сообщение. Грустный_Анон: А как проявляется твоя любовь? Что ты чувствуешь, когда смотришь на него или когда говоришь с ним или обнимаешь? Красный_лидер: Это сложно объяснить… Тепло в груди, дрожь и страх, что ты что-то скажешь не так… И ещё мне ну очень не хочется его отпускать и быть всегда рядом. И ещё я хочу, чтобы он был счастливым не смотря ни на что.       Эти слова отголоском проносились в голове черноглазого. А что для него значит «быть счастливым»? Казалось, он за последние года даже забыл о таком чувстве как счастье. Он просто ушёл в запой, так как не мог выносить смерти близких, но Торд… Он вытащил его из этого… Он уже сделал его намного счастливей, просто находясь рядом и поддерживая его, хоть и не напрямую, даже не зная его ситуации. Своей любовью, он, возможно, растопил что-то глубоко в сердце алкоголика… Но что? Может это именно то приятное ощущение? Искренний смех, который поражает Тома, когда он говорит с «лидером» или Тордом? Кажется, что Том просто ожил, когда начал просто смотреть на Ларссона. Красный_лидер: А что? Кто-то нравится? : >       Том замер. Потом дрожащими руками написал ответ. Грустный_Анон: Да.       — Да… — повторил будто для кого-то Том, дрожащими руками отложив телефон и в последствии прижав их к своему полностью красному лицу.       И кажется, что всё именно так, как и должно быть. Они любят друг друга и уже, по сути, даже признались, но разум Тома всё время твердил, что Торд просто обманывает черноглаза и будет пользоваться его любовью, да и вообще, что это лидер его заставляет думать, что всё взаимно и на самом деле всё не так. Том всё думал, пока его голову не посетила мысль просто бросить всё на самотёк, пока он ещё не уверен в том, что делает и, что происходит.       Он наконец позвал всех на ужин. Все пришли на самом деле без особого энтузиазма, а ели все молча, а потом так же разошлись по комнатам.       Каждый ночью думал о чём-то. Кто-то о том, что уже ничего нельзя изменить и уже продумывал все самые худшие ситуации, кто-то думал, как всё исправить, а кто-то над своими чувствами, но их объединяло то, что они все не могли заснуть ещё очень долго.       Наступило утро, все спустились на кухню.       — На этот раз все просто следуйте за мной. — быстро сказал Торд, резко развернувшись и уходя к выходу — Не надо ничего с собой брать, просто идёмте.       Дальше он просто вышел, оставляя друзей в непонимании. Им не оставалось делать ничего, кроме как пойти за другом, что они и сделали.       Там их ждал какой-то чёрный автомобиль, из которого вышел высокий мужчина с каштановыми волосами до плеч, карими глазами и каким-то плащом в руках, который был похож на тот, что носил этот человек. К нему подошёл Торд и взял этот плащ, надевая его. Поговорив о чём-то вполголоса, Торд указал на ребят, которые заметно напряглись от этого действия.       — У нас срочная операция, так что сейчас не слишком то важно, узнают ли они об этом. — сказал Торд, открывая багажник и роясь там — Но всё равно особо не распространяйтесь о моей должности. — закончил он, закрыв багажник и садясь на переднее сидение, где раньше сидел длинноволосый.       — Садитесь — сказал длинноволосый открывая заднюю дверь машины.       Мэтт с Томом переглянулись и с опаской сели. За рулём они увидели бровастого парня с щетиной и растрёпанными короткими волосами. За ребятами сел и длинноволосый.       — Поль**, поехали. — скомандовал бровастому Торд, и они поехали в неизвестном для парней направлении.       Ехали они долго. Где-то полчаса без перерыва и за окнами автомобиля то и дело проносились разного рода постройки и пейзажи. В какой-то момент они заехали на лестную местность и начали ехать по бездорожью. Машину часто шатало в разные стороны.       Через ещё двадцать минут мучений, они приехали к какому-то большому серому складу. Он был просто огромным, если сравнивать его с домом друзей. Вокруг его окружал только густой лес и несколько каких-то обломков от чего-то большого. Так же к складу была пристроена какая-то маленькая комнатка.       Все вышли из машины, ступая на ломкую траву. Черноглаз и рыжик шокировано смотрели на склад, иногда поглядывая на только выходящего Ларссона.       — Сколько у тебя ещё в запасе всяких складов и секретных баз вообще?.. — спросил всё ещё немного в шоке Том, косо посмотрев на, спокойно идущего к этой постройке, Торда.       — Это ты ещё особо секретных баз не видел. — ответил Торд, разведя руками — Идёмте.       Ребята последовали за сероглазым. Когда они подошли к зданию, курильщик достал какой-то пульт и нажал на пару кнопок, после чего дверь склада открылась, показывая тонны оружия разного посола и калибра. Так же в ангаре было пару танков и ещё один вертолёт, к которым Том теперь относится настороженно.       — Так, мы берём только пару ружей и ещё гранатомёт. Ну и абордажный крюк надо прихватить. — сказал Торд, снимая с полки какой-то пистолет с крюком, разделённым на три части.       Мэтт с интересом оглядывался, иногда трогая разные мелкие штуки неизвестного происхождения и назначения. Когда же он решил залезть на танк, его остановил длинноволосый взяв того за плечо. Том же иногда брал какие-то пушки и осматривал их, пока одна пушка не выстрелила каким-то лазером и тот не отбросил стрелялку куда подальше, испуганно подпрыгнув.       Прошло несколько минут, и сероглаз кинул на Тома, который рассматривал один из танков, грустный взгляд. Он не смог… Он так слаб и труслив, что не может даже признаться своему возлюбленному, который даже вроде отвечает тому на его симпатию. Хотя… Может, он ошибается? Ему показалась эта забота? Торд уже давно решил спрятать эти чувства куда подальше, лишь бы не быть отвергнутым, но как ему реагировать на неожиданную заботу со стороны черноглаза? Этого не было ни в одной манге! Это не та ситуация в которой хентайщик сможет справиться самостоятельно, но у кого спросить? Единственный вариант, который может рассматривать Торд — это его интернет друг, но… Чем он сможет помочь? Каким-то советом? Но каким? Признаться? А может запихнуть свои чувства куда подальше и жить себе дальше?       Его взгляд зацепился за глаза цвета ночи, смотрящие прямо на сероглаза, после чего Торд сразу перевёл взгляд на стену, покраснев. Том на такой жест нежно улыбнулся, после чего мысленно ударил себя. Нет. Он не может так реагировать на смущения своего врага! Ему надо насмехаться над ним за его чувства и уничтожить его веру в себя! Что же ему мешает?       Стараясь не задумываться над этим, Том снова начал осматривать пространство вокруг.       Так прошло ещё немного времени и Торд наконец сказал серьёзное «выдвигаемся», после чего с охапкой разных приборов и пушек пошёл на улицу и сложил всё в багажник машины.       — Так. — отчеканил сероглаз, когда подошли остальные участники — Когда откроется проход, вы быстро хватаете Эдда хоть на кровати и прорываетесь наружу. Там мы будем ждать вас и мы вместе отправимся к другой базе, а вас отправим домой — дополнил он, посмотрев на немного растерявшихся друзей. — Пат, ты привяжешь того, кого они вынесут, если что. — сказал он длинноволосому.       Парни переглянулись. Коротко кивнув, они сели обратно в машину и снова преодолели немалое расстояние, прежде чем доехали до больницы, в которой и лежит Эдд.       Эдду было очень одиноко в больнице. Всегда одни и те же похожие друг на друга лица в масках, монотонные голоса как под копирку, говорящие какие лекарства надо принять и когда обед. Безвкусная еда и куча процедур и медикаментов. Его это уже стало изрядно подбешивать, хотя что-то сделать он не может, так как слишком устаёт, хотя вроде ничего и не делал.       Единственная отрада в его пребывании в больнице — это Мэтт. Именно Мэтт, а не какие-то там Торд или Том. Мэтт сейчас просто заполнил всё его существо и выходить видимо не собирается, так как это может быть очень даже губительно. Только ради него он утром открывает глаза и пытается бороться. И хотя сил остаётся всё меньше, а открывать глаза всё труднее, он постарается. Но почему-то именно сейчас он видит перед собой только пустоту и приглушённые шаги кого-то к своей койке…       — Эдд, скоро всё будет хорошо, просто потерпи… — сказал знакомый голос, отдалённо слышащийся как будто где-то под водой.       — Мы пришли — сказал где-то подальше второй голос, а потом послышался какой-то треск.       Потом очень громкий звук, почти оглушительный. Пульс участился, а дыхание спёрло от такого громкого звука. Где-то отдалённо Эдд почувствовал несколько уколов в некоторых частях тела. Уши заложило.       Взрыв был мощный. Он снёс всю стену палаты почти подчистую, обрушив за ним ещё пару стен сверху и немного потолок, но это было не так важно, ведь, кажется, ребята догнали что же Торд имел в виду под «когда откроется проход» и поэтому быстро схватили кровать на колёсиках за поручни, приделанные к краям каталки и с разбегу выпрыгнули в открывшееся «окно», пока в палату забегали шокированные врачи. Палата Эдда находилась на втором этаже, так что особого вреда каталке падение не принесло.       Дальше Патрик привязал кровать на колёсиках к машине с помощью какого-то троса. Почти залетев в машину, длинноволосый выкрикнул что-то рядом стоящему Торду с гранатомётом в руках, который бросил оружие в открытый багажник, моментально его закрывая. Дальше сероглаз прыгнул в кровать и позвал своих друзей, которые сразу же последовали его примеру, быстро запрыгивая в койку, чтобы не задевать лежавшего в ней человека.       Машина тронулась с места, а друзья разразились радостным криком. Они подняли руки и кричали что-то по типу «ура!». Это был пожалуй самый радостный момент за последние несколько месяцев в жизни друзей.       Мимо на большой скорости проносились сначала постройки, потом деревья и лес, а после какое-то поле, но это было не особо важно для трёх друзей, по венам которых до сих пор гнал адреналин и которые безумно кричали и радостно били друг друга в бок, даже не боясь уронить кого-то «за борт».       В какой-то момент Том посмотрел на необычно радостного Торда, который искренне улыбался и у которого, казалось звёзды в глазах. Его довольно длинные волосы лезли ему в рот и глаза, но он и не обращал на это внимание, а с радостью во всех своих движениях неудачно пытался их убрать куда-то за уши. Его веснушки, уже ставшие неотъемлемой частью Торда, весело блестели на дневном солнце, а в серых глазах отражались тёплые лучики.       Почему же Том его так ненавидит? Этого красивого и, хоть в каких-то моментах и немного раздражающего, но такого весёлого лидера?       А может… Перестать его ненавидеть и принять его чувства?       Нет. Ещё рано.