Новое сообщение от пользователя "Грустный_Анон"

      День начинается с улыбки! И именно так и началось утро Торда, которому пришлось ночевать на базе, так как надо было устроить для Эдда самые комфортные условия, которые только можно представить. Тем не менее, хоть он и спал в неудобном кресле в своём кабинете, отчего его шея неимоверно болела, а все конечности будто атрофировались, он был счастлив, что они наконец сделали это! Они спасли Эдда! Хотя, пока что Торд даже не начал лечение, но он уже чувствовал, что всё будет в порядке.       Прямо сейчас он надевает на себя белый халат и эластичные перчатки, а потом идёт по длинному коридору между разных комнат с самым разным оборудованием и назначением. Мимо иногда проходят солдаты, которые, только завидев своего лидера, сразу становятся по стойке «смирно» и отдают честь, здороваясь с ним. Ещё совсем новые солдаты иногда дрожали, пытаясь даже не дышать, хотя и уже бывалые всё ещё чувствовали большой страх только от одного строгого холодного взгляда металла глаз, который, казалось, мог прорезать насквозь. На это Ларссон уже не обращал абсолютно никакого внимания и просто продолжал идти к одной из оборудованных палат, которая была мало того, что самая чистая и ухоженная, так ещё и находилась в самом приятном отделении базы, где комнаты регулярно проветривались, но при этом оставались тёплыми.       Он подошёл к почти самой последней двери, открывая её и входя в комнату с белыми стенами и вещами. Белая плитка, белые столы с самым разным оборудованием от шприцов с неизвестной жидкостью разных цветов, до всяких скальпелей и ножниц. Иногда на столах так же попадались вещи не совсем медицинского назначения, такие как бензопила, почти падающая с края, пара пушек и так же чей-то зуб, который, похоже, забыли убрать. Так же было очень много разных проводов и трубок, ведущих к кровати на которой спал Эдд.       Торд оглянулся ещё раз и заметил за белой скатертью, отделяющую койку с другом от окружающего мира и ненужных глаз, своего хорошего друга — Патрика.       — Как там Эдд? — спросил Торд, присаживаясь на один из стульев, задвинутых под стол.       — Его состояние желает оставлять лучшее, но в принципе, думаю, справимся. — Проговорил кареглаз, раскладывая разные приборы по столу.       На это Торд только кивнул и, взяв большую тетрадку со стола начал что-то записывать. Со временем подтянулись ещё пара человек, которые вели себя намного более сдержанно рядом с лидером, а иногда о чём-то шептались.       В какой-то момент Торд передал тетрадь одному из новоприбывших и тот начал внимательно читать, после чего коротко кивнул и тогда начались процедуры.       Сначала врачи поменяли капельницы и теперь там находилась какая-то красная жидкость. Потом они поставили катетер на одну из рук пациента и начали через него вводить ещё какие-то лекарства. Возможно, это и было опрометчиво: даже толком не проверить состояние больного, но, судя по записям из больницы, удачно украденных людьми Торда совсем недавно, всё должно быть хорошо.       Потом они готовили необходимые препараты на следующий раз и так же составляли план как должны проходить последующие процедуры. За этим внимательно следил Торд, чтобы, если что можно было всё исправить.       После он, обессиленный, возвращался домой, даже не обращая внимание на расспросы друзей, а потом ложился и спал до шести утра, а потом всё по новой.       В таком же духе прошла неделя. Лидер докладывал обо всём Анону, говорил, что всё пока нормально, пару раз даже раскрасил лицо больного и всё даже начало налаживаться. Правда Тома расстраивало, что Торд почти не вспоминал о нём, что было даже логично, учитывая его загруженность.       Кажется, что тот случай осветили все кому не лень. И новости крутят по телеку и по сей день, выясняя всё новые подробности происшествия, и ребята уже думали в какую страну свалить, чтобы их ненароком не поймали.       Вот и очередной выпуск новостей и там начали показывать список жертв.       «Так же жертвой того происшествия стала неудачная некромантка. Как позже выяснилось: она проклинала каждого встречного и в итоге многие лишились семей, тяжело заболевали и их жизнь рушилась. Сейчас же потерпевшие могут вздохнуть со спокойной душой.» послышалось из телевизора. Том потерял дар речи, ведь эта бабка — и была той, кто его проклял во-второй раз! Неужели всё и в правду закончилось?       Он тут же схватил лежавший на тумбочке телефон и написал лидеру. Грустный_Анон: Тот, кто меня проклял — умер! Ты представляешь?! Больше мои друзья не будут умирать! * Красный_лидер: Серьёзно?! Оооооо! Чел, я так рад за тебя! Надеюсь, что такого больше не произойдёт!       Том просто упал на диван и протяжно закричал «Да!», а так как никого дома не было, он никого не побеспокоил. На телефон пришло ещё одно сообщение и он с улыбкой начал его читать. Красный_лидер: Прости, там с Эддом что-то… Я сейчас.       Тут Том немного поубавил свой энтузиазм, так как начал беспокоиться, но всё же он был невообразимо рад всему, что пока происходит.       Весь оставшийся день, он приводил дом в порядок и даже написал несколько строк для песни и так же поработал над одним заказом.       Под вечер снова пришло новое сообщение. Красный_лидер: Эдд проснулся!       Сердце Тома пропустило удар. Он лихорадочно положил на стол кружку с недопитым чаем и дрожащими руками написал ответ. Грустный_Анон: Можешь скинуть видео или фотографию? Хочу увидеть твоего друга.       Риджуэлл нетерпеливо ждал, пока тот ответит, нервно перебирая пальцами, будто не веря в происходящее. Всё это казалось до жути нереальным. Будто хорошим сном после пьянки в пустом доме.       Через пару минут ему пришло сообщение с каким-то файлом во вложениях. То было видео.       Сначала показалась радостная мордашка Торда, смотрящая прямо в камеру и возбуждённо о чём-то препирающаяся с кем-то за кадром со знакомым голосом.       -Хей, Дин! Знакомься, это Эдд!       Послышался искажённый голос рогатого. Сероглаз перевёл камеру на немного бледноватого, но всё же довольно взбудораженного и радостного Гоулда, который неловко помахал в камеру. Том инстинктивно помахал в ответ, хотя его всё равно не увидели бы.       — Правда он милашка? Выглядит немного помято, но не зря же его выбрал Мэтт в качестве спутника жизни!       Послышалось смущённое «Эй!» и последующий смех Ларссона. Том посмеялся вместе с ребятами за экраном.       — А сам то с Томом мутишь!       Ридж закрыл лицо руками, глупо улыбаясь. Он так же услышал несколько смущённых препирательств от Торда, но они были слишком неразборчивые в приливе счастья и смущения.       — Ну в общем ты понял, что он — просто больной придурок, не ценящий своё здоровье!       Торд последний раз перевёл на себя камеру и Том увидел на его щеках румянец и улыбку. После запись прервалась, но на сердце Тома остался приятный осадок в виде тягучего чувства в груди и мелкой дрожи в пальцах. Всё же приятно осознавать, что тебя любят. Грустный_Анон: Видимо, вы хорошо ладите.       Том усмехнулся, когда получил ответ. Красный_лидер: А почему у тебя точка в конце? Ревнуешь?)       — На самом деле немного… — сказал тихо Риджуэлл, перебирая пальцами и думая над ответом. Грустный_Анон: Ты сам всегда знаки препинания ставишь, так что ничего подобного.       Возникал небольшой спор на тему того, кто кого ревнует и к кому. Торд уже начал посылать очень эмоциональные голосовые с разными исследованиями и доводами, А Том в ответ кидал свои доводы и объяснял, что на самом деле не ревнует. В какой-то момент к ним в распри даже присоединился Эдд, который так же смеялся и просто перебивал сероглаза.       Так продолжалось, пока во время записывания одной из голосовых Торда позвали и он тактично закончил разговор. Алкоголик усмехнулся с этого и просто продолжил заниматься своими делами.       Всё было настолько хорошо, что даже, когда вернулся Мэтт черноглаз улыбался и подпевал себе под нос какую-то песню, заодно и написал ещё несколько строк для песни.       Торд же в это время разговаривал с одним из подчинённых.       — Ну, Поль, говори, что случилось. — сказал Торд, положив ногу на ногу и сложив руки замочком на столе в просторном кабинете, интерьер которого так и кричит о принадлежности ко времени Великого Советского Союза.       — На базе номер четыре произошёл саботаж. Агент из армии королевы пробрался в наши ряды. Надо его допросить. — проговорил ровным тоном бровастый, держа руки за спиной.       Торд молчал с минуту, а потом, пробарабанив короткую дробь пальцами на столе, кинул:       — Отправляюсь через месяц. — он мрачно проследил, как его приближённый коротко кивнул, а потом, отдав честь, удалился.       Прошло ещё пару минут перед тем, как Торд глубоко вздохнул и облокотился на спинку кресла. Про себя он думал, что будет делать весь этот месяц и как ему рассказать о своих чувствах, да и надо ли. Он очень сомневался в своих действиях, ведь и так очень сильно идёт на риск просто своими действиями даже с друзьями, не то что с Томасом. Единственный более менее просвещённый в его любви был Анон, но сероглаз думал, что он и так очень много знает, иногда даже то, что не надо.       Ещё раз взвесив все «за» и «против», рогатый решил пустить всё на самотёк, вытащив телефон, он написал Анону. Красный_лидер: Я уезжаю в другую страну через месяц. Я не знаю, признаться мне или нет, но я навряд ли вернуть когда-нибудь.       От этого сообщения стало горько. А ведь такая вероятность и в правду была. Слишком уж у Красной армии были напряжённые отношения с Армией королевы.       Ответ пришёл незамедлительно. Грустный_Анон: Зачем тебе уезжать?       Это был ожидаемый ответ, ведь «Дин» редко отвечал без подробностей. Это сероглазу чем-то напоминало Тома, но на самом деле так много кто делал. Красный_лидер: На другой базе произошло кое-что важное. Просто ответь что мне делать с чувствами к Тому.       Торд упал на стол головой, и повернулся к экрану телефона. Он внимательно следил за диалогом. Пока надпись «печатает» не появлялась, но курильщик привык, что его собеседник просто думает, что ответить. Грустный_Анон: Я думаю, тебе всё же стоит признаться.       Торд напряжённо вздохнул, чувствуя, как щёки начинают гореть, а грудь распирать от напряжения.       — П-признаться?.. — его голос дрогнул, а сам он тупо пялился в стол. Резко поднявшись, он подошёл к окну и открыл его, доставая из кармана пиджака футляр с сигаретами. Достав одну, он поджёг кончик, давая сизому дыму оседать в лёгких.       Ему надо ещё немного подумать над тем, что делать дальше. Но, как бы он много не перебирал вариантов, признание всё ещё казалось всё же достаточно логичным решением.       После этой мысли Торд с силой ударил головой окно. Послышался приглушённый грохот. Хорошо, что стекло бронированное.       — Почему всё так сложно-о-о… — проныл Ларссон, туша сигарету и выкидывая её в пепельницу, стоящую на столе. Он пока решил помочь Эдду, а потом уже думать над чувствами.       Торд пошёл снова к Эдду, а дома тем временем была задумчивая тишина.       Том лежал на кровати. В руке телефон, а сам он пялится в потолок и никак не может прийти в себя от только что произнесённых в диалоге слов.       — П-признаться… — немного подрагивающим голосом проговорил Томас, нервно то сжимая, то снова разжимая телефон.       Черноглаз думал, что этот момент всё же когда-нибудь настанет, но не ожидал, что он настанет так скоро. На самом деле он и сам-то не очень понимал свои чувства, а может и просто боялся их. Пепельноволосый скорее хотел просто спокойно прожить жизнь и умереть, так и не сказав ничего Торду, но что-то его укусило дать именно такой совет в этой ситуации. Ещё немного подумав над этим, алкоголик прижал руки к лицу и приглушённо прокричал: «Кто ж меня за язык тянул?!». Хоть и выглядело немного по детски**, переживания были самые что ни на есть настоящие. Но больше в этом крике было всё же отчаяние, что предмет его терзаний уезжает на неопределённый срок.       Тут Тома осенило.       Он подскочил и сел на стул около своего рабочего стола и, схватив чистый листок из рядом стоящей стопки, начал что-то усиленно писать и чертить какие-то таблицы.       Так он продолжал и когда пришёл Торд, который хотел зайти к тому в комнату, но почти сразу отдёрнул себя, погрузившись в размышления и уходя в комнату.       Так прошёл день. Ничего особенного не происходило, но двое «врагов» были явно на нервах. И хотя Том, хоть и нервно, но пытался завязать обычный разговор, Торд просто пытался максимально его игнорировать. В какой-то момент Риджуэлл целенаправленно подошёл к Торду и пригласил его выпить чего-то крепкого или сходить в кино, когда Эдд выздоровеет. Не ожидавший такого предложения, Торд через шок согласился, а потом ещё час рассуждал вместе с Аноном о том, что означало это приглашение. И хотя интернет друг Торда уверял, что это знаки внимания и надо действовать, сероглаз всё же настаивал на мнении, что это просто в честь выздоровления друга.       Через неделю Эдд пришёл в дом и на него сразу же накинулся Мэтт с поцелуями и обнимашками, а их друзья в это время с небольшой завистью наблюдали за признаниями в вечной поддержке и обещаниями всегда быть рядом. Позже к ним присоединился и Ринго и в итоге получилась этакая странноватая семейка, восстановившаяся после долгой разлуки. Подколки от друзей не заставили себя долго ждать и вот в доме уже стоял привычный гомон и шум.       В итоге они все вместе сходили в кино, где, как ни странно, Торд с Томом разговорились и уже через несколько минут после начала тихо смеялись над тупыми действиями персонажей, пожирая попкорн на спор из одной корзинки.       Потом они все вместе сходили в парк и просто смеялись все вместе как и раньше. Но, когда Торд с Томом отошли за мороженным, их друзья признались друг другу в любви и черноглаз и сероглаз могли наблюдать их поцелуй с открытыми ртами. После этого подколки со стороны двух врагов не прекращались ещё пару дней.       В какой-то момент, когда Торд спокойно сидел на диване в гостиной и смотрел телевизор, Том уговорил его пойти куда-то вместе, на что тот сквозь небольшое смущение согласился и они пошли вместе в парк и просто гуляли, подкалывали и смеялись вместе.       В таком же духе и проходил весь месяц. Они то гуляли все вместе, то по отдельности. Иногда «враги» даже переходили привычные границы и могли обняться или просто поговорить по душам сидя под одним одеялом на диване.       С каждым днём Торд становился всё более беспокойным, но тем не менее мог расслабиться во время прогулок и просто приятного времяпровождения со своей пассией, а иногда так и вообще мог проговориться о том, что его кое-что беспокоит, но всё же зачастую говорил об этом Анону. И хоть Том почти каждый день читал или слушал как Торд беспокоится по поводу своего отъезда, тот всегда пытался вытянуть из сероглаза объяснения его поведения вживую.       На самом деле они всё ещё очень часто пререкались по поводу и без, но сейчас это уже не доходило до драк, а заканчивалось на лёгких толчках в бока и иногда на небольших обидах, которые проходили уже через пять минут.       Потихоньку-помаленьку подкрадывался день «X» и Торд стал очень грустным и до обеда не хотел выходить из комнаты. Эдд уже почти восстановился, но всё ещё иногда принимал разные таблетки, которые ему давал Торд.       Спустя несколько попыток вытащить рогатого из комнаты, Том увидел в дверном проёме раздражённое лицо карамельноволосого, в котором так же были нотки некоторого сожаления и обиды. Так же Том заметил, что его глаза были немного красноватыми.       Глубоко вздохнув, Том взял сероглаза за плечо и прижал к себе, начав гладить по голове, на что второй осторожно обнял друга в ответ, утыкаясь черноглазу в грудь.       Так они простояли минут десять. В какой-то момент Торд глубоко вздохнул и выдал:       — Давай завтра встретимся на мосту в том парке. Ну знаешь, в нашем любимом? Где-то в час дня… — Том на это тихо согласился, но он всё равно очень надеялся, что сероглаз не услышит как его сердцебиение участилось.       После этого позвал Торда есть, на что тот улыбнулся и согласился.       Ночью, когда оба не могли уснуть от волнения, Том начал диалог. Грустный_Анон: Ну и как же ты собираешься ему признаться, а, романтик недоделанный?       Внизу появилась надпись «печатает», а Тому в это время хотелось вырвать себе все волосы, Отгрызть ногти вместе с руками да и вообще просто поскорее дождаться ответа, чтобы хотя бы знать что ему ожидать от Торда завтра, тем не менее он держал себя в руках, лишь сильнее сжимая телефон. Красный_лидер: Я… Не знаю…       А вот сейчас Тому захотелось конкретно завыть. Грустный_Анон: Как это не знаешь?! А что ты собираешься делать, если случится апокалипсис например?!       На самом деле Том хотел спросить, что тот будет делать, если алкоголик не сможет взять себя в руки от волнения и незнания того, что будет делать «враг» во время признания и у него случится сердечный приступ от этого, но сдержался, предпочитая пошутить. Красный_лидер: Пойду и займусь исправлением апокалипсиса? «: D       Да, вопрос и в правду был глупым, тем не менее надо было придумать что-то быстро, чтобы друг не заметил этого. Грустный_Анон: Ладно, это было и в правду тупо, но серьёзно, что ты будешь делать? Красный_лидер: Скорее всего уже по пути придумаю…       А вот сейчас Тому хотелось ворваться в комнату к Торду и просто выпытать из рогатого все ответы и не важно каким способом. Но, сдержав в себе этот напор нервов и злости, он продолжил переписываться с лидером на отвлечённые темы, пытаясь особо не думать о завтрашнем дне, а то он может и не дожить до момента признания.       Том проснулся намного раньше времени, но тем не менее, когда он проверил комнату Торда, того не было в комнате. Немного забеспокоившись, черноглаз начал собираться, пару раз чуть не поперхнувшись от задумчивости кофе и ударившись об угол тумбочки. Тем не менее, когда он уже вышел, был полностью цел. Он решил пройтись до парка, так как до встречи всё равно оставалось больше двух часов.       Он проходил через знакомые здания и постройки, столько воспоминаний связано со всем этим у всей четвёрки. Сколько они уже живут в этом доме? Какую часть леса неподалёку они уже исследовали? А вот и недавно разрушенный ларёк видится. Когда же Том проходил мимо восстанавливающийся больницы, черноглаз пытался идти быстрее. Несколько любимых кафе и простых местечек, где можно было бы посидеть и поговорить о чём-то. Всё это было таким… Родным. Но все эти места объединяло не только общее местонахождение, но и то, что их посещали все четверо. Иногда парами, иногда вместе, но не было такого, чтобы они ходили поодиночке или чтобы при этом у них в компании кого-то не хватало, но… Времена меняются. Хотя и не понятно, в лучшую ли сторону.       Подходя к назначенному месту, черноглаз всё чётче замечал фигуру в красном, стоящую и смотрящую в воду, не обращающую внимание на окружающих.       Том проверил телефон. До назначенного времени оставался ещё час.       Глубоко вздохнув, Том окликнул парня, который тут же направил свой обеспокоенный взгляд на пришедшего.       — А ты рано… — констатировал факт Торд, неуверенно глядя в чёрные глаза.       — Ты тоже… — неловкость росла с каждым словом, тем не менее они продолжали смотреть друг другу в глаза, ожидая дальнейших действий — Так… И зачем же ты меня позвал?.. — сердце почти не выдерживало, так и желая выпрыгнуть из груди и уйти в запой, как и его обладатель, но Том уверенно стоял, смотря прямо в глаза напротив.       Торд сжал ткань толстовки в районе сердца, неуверенно отводя взгляд на блестящую воду. Немного помявшись, он нежно и почти невесомо положил руку на скулу друга, проведя большим пальцем по щеке, после чего неуверенно прильнул к покусанным губам. Прошла секунда, но для парней это казалось вечностью. И Том так и продолжил бы наслаждаться этими ощущениями, даже не обращая внимание на чуть ли не разбивающие рёбра сердце и кроваво красный румянец на щеках, если бы Ларссон не отстранился и прошептал в губы черноглаза тихое «Я люблю тебя», а потом резко отстранился и почти с разбега запрыгнул в стоящую всё это время рядом машину.       Том прикоснулся к своим губам, смакуя недавние ощущения. «И это ты так на ходу разобрался?» спросил сам про себя Ридж, посмотрев на то место, где только что была машина, куда сероглаз и залетел почти с разбега.