hug me in winter

Они познакомились очень странно, и так, наверное, и начинаются самые удивительные знакомства. Бора выкраивает время на выходных, чтоб сходить на многообещающую лекцию популярного в этот год музыканта. К ней подсаживается Шиён и без умолку на каждую реплику вставляет своё, вынуждая Бору через пару минут полностью отвлечься от неинтересной лекции, обращая внимания на замечания Шиён. Тот музыкант говорит про вдохновение и силу воли, а Шиён, ворча, обзывает его недалёким и поверхностным. Потому что вдохновение не сыскать, заставляя себя делать, что надо, и писать текста против «не хочу». У Шиён с приходом зимы теряются слова. Она в усердном поиске прежней себя, что могла одними предложениями попадать точно в душу и выворачивать наизнанку свою. И на лекцию в своём университете пришла с той же целью, что и Бора. Найти нечто новое. Но нашла лишь приевшиеся нравоучения, которыми с довеском наполнен интернет; и находит Бору. Которой раньше не было нигде, и Шиён, как оказалось, именно в ней нуждалась. – Глупый такой, – громче положенного заявляет она. Сидят на третьем ряду, и в окружении немногочисленных людей, по ошибке забредших, сказанное разносится эхом. Бора не сдерживает в себе звонкий смех, тем самым ловя награду от Шиён – эту смущённую полуулыбку, в которой гордость за себя и пришедшая очарованность от незнакомой девушки. – И что, по вашему мнению, вдохновение? – у музыканта правильно поставленная речь, и за кафедрой он выглядит внушающим. А Шиён смотрит на мужчину, как на равного, но себе позволяет дерзость. Этим Бора восхитилась тогда и до сих пор смелостью Шиён восхищается. – Когда не ты вытягиваешь из себя слова, а они руководят тобою. У Шиён от мороза покрасневшие щёки и в своём пальто ей будто неудобно сидеть в узком кресле. Вероятно, поэтому, когда музыкант перескакивает с темы, под недоумевающий взгляд остальной аудитории, Шиён решает для себя сбежать. Забирая с собой Бору. – Тебе тут скучно? – Шиён горячо шепчет на ухо Боры. – Довольно-таки. Когда Бора поворачивается, она нос к носу встречается с Шиён и именно в тот момент в неё влюбляется. Но свои чувства растолковывает как интерес к эксцентричной девушке с растрёпанной ветром короткой причёской. Поэтому уж очень хочется с ней пообщаться. Потому что Бора в любое новое место ходит с надеждой встретить ту, что избавит от одиночества. Они невежливо встают на глазах у всех. Шиён показательно шагает к выходу, медленно-медленно, позой выказывая всё мнение к этой лекции, к этому музыканту. Бора следует за ней, в себе смеётся, уже делая пометку обязательно спросить номер телефона. \ После недолгой прогулки по улицам, во время которой Шиён была открыта и честна, меж ними уже налаживается сильная-сильная связь. Шиён ведёт Бору, чтоб согреться, в кофейню, куда часто заглядывает с университетскими знакомыми, что никак не смогли стать для Шиён друзьями. – Спасибо, что спасла от пустой траты времени, – говорит Бора, когда они занимают дальний столик у стены и пьют первый, но не последний кофе в компании друг друга. – О, так ты не будешь считать меня пустой тратой времени? Бора многозначно ведёт бровями и засматривается на струйку густого дыма, исходящего из стаканчика. К чрезмерно красивым девушкам Бора всегда относилась с подозрением, потому что рядом с ними всегда чувствуешь незначительный страх, вызванный неясно чем. Но Шиён красивая, невероятно красивая, и Бора вместо того, чтоб отвести взгляд, обоснуется карими глазами на задорной Шиён, мечтая узнать её получше. Смех у неё уж очень чистый. Какой бывает только у самых добрых людей, познавших горе. Разговаривают про музыку. Других тем у них не нашлось. Но Шиён про единственную способна болтать часами. Бора способна её часами слушать и с не меньшим энтузиазмом отвечать. – Я типо вольной музыкантки, – Шиён неосознанно жестикулирует. – Учусь теории в этом самом унике, набираюсь знаний. Конечно, по большей части бесполезно. Особенно, когда не нахожу слова, чтоб описать… хоть что-то? Будто уже истратила всё, что хотела бы сказать. Боре проблема подобная не знакома, но она вдумчиво кивает. Сама она лишь в детстве упрашивала мать научить играть на пианино, потому что любила музыку. Но потом жизнь увела в другое, напоминая, что это жизнь. Жестокая и несправедливая, где не заработать на профессии пианистки, не будь у тебя врождённого таланта. Спустя пару недель Бора расскажет и про это Шиён. Но сейчас они встретились недавно, потому Бора ограничивается, сказав, что интересуется музыкой, оттого на лекцию и пришла. В ней, как в Шиён, не живёт душа – что все звуки мира делит на ноты; что переживания превращает в стихи. И может, Боре изредка совсем завидно, что она не смогла воспитать в себе такую же тягу к чему-то высокому. – А чем ты занимаешься? – Шиён укладывает локти на столик, внимательно впериваясь в Бору взглядом. «Наверное, ей не будет интересно», – с опаской думает Бора. От движения шиёнов свитер чуть сползает, оголяя выпирающие ключицы. – Да так, ничем особым, – увиливает Бора, с силой поднимая глаза на улыбчивое лицо Шиён. – Как все, знаешь. Смотрю новые дорамы, читаю новости, забочусь о кошке. – Наверное, кошка у тебя милая. – Вредная очень. И доставучая на ласку. «Я бы от тебя тоже хотела много заботы», – думает Шиён, но говорит: – Ну, кошки почти все такие. Бора, кивая, допивает остатки сладкого кофе и, посмотрев на часы, замечает, как поздно. Ей до понедельника нужно доделать отчёты, которые она ленилась отправить уже пару дней. Прощаясь, Шиён на скорую руку царапает на клочке бумаги свой номер, настырно протягивая Боре. – Я и сама хотела попросить, – усмехается девушка. – Хочу с тобой ещё раз встретиться, – Шиён встаёт следом, в отличие от Боры не допив кофе. Зато потом напиток согреет на улице, когда Шиён заскочит в музыкальный магазин по дороге в общежитие, ожидая скорейшего сообщения или звонка от Боры. Для уверенности Шиён просит Бору сообщить, как та будет дома. Для первой встречи такое неприемлемо, но Боре просьба греет меж рёбер, пока она по заваленным листьями дорогам добирается до метро. \ Бора выполняет обещание. Отсылает Шиён: «Я дома»; но пока пишет, отчего-то на слове дом вспоминает широкую улыбку и накрашенные красной помадой губы, говорящие про вдохновение. \ Поутру Бора постоянно получает шиёновы пожелания о хорошем дне. И в девушке растёт уверенность, что её день и впрямь проходит хорошо только благодаря Шиён. В загруженном борином графике они лишь могут посылать друг другу глупые сообщения. Делятся произошедшим. Рассказывают про себя. Бора тратит обеденные перерывы, чтобы прочесть, какие скучные у Шиён лекции по теории музыки; о том, что она начала подкармливать семью котят, прибившихся к общежитию; про то, что Шиён ещё раз поссорилась с тем мужчиной, что вёл лекцию и внезапно заменял у них одну из пар. Будни Боры, в которых она побыстрее спешила домой, чтоб покормить свою кошку и не оставлять её одну, разбавляются другим человеком, что даже через обычные текстовые буквы искрится жизнерадостностью. В такую Шиён превратилась только потому, что появилась Бора. Их общение складывается гладко; Шиён такое ощущала с давними интернет-друзьями, с которыми делиться всякой чепухой счастье. Но с Борой, что один раз серьёзно отругала Шиён за беспечность (Шиён, опаздывая на пару, выбежала в одном худи, когда с неба сыпался снег. Та история должна была стать забавной, но внезапно Шиён пристыдили. И ещё было так приятно-приятно, чувствовать на себе борину заботу), ощущение ни за что не прерывать быстро выросший чат – было критичным. \ si: как проходит день? bo: ты же знаешь, что я отвечу. si: я спросила приличия ради! тем более сегодня довольно солнечно. может, у тебя и настроение подходящее. bo: за офисными жалюзи не особо видно солнце. si: не будь такой пессимисткой. si: у нас сейчас английский – и, блин, зачем он нам нужен на втором курсе? я почти уснула, поэтому решила написать тебе. bo: не боишься завалить сессию? я как-то в университете тоже филонила на скучной паре, так потом из-за этого препода пришлось пересдавать. si: да мне всё равно. как-нибудь выкручусь. si: соседки вечером устраивают вечеринку, а я хотела нормально отдохнуть. с ними даже на гитаре поиграть толком не получается. а уж написать хоть строчку песни – подавно. bo: не участвуешь во всеобщем веселье? я думала, ты наоборот всегда в центре шумных вечеринок. si: неправильно думала(( мне больше нравится тишина. ну и, если бы они делали подобное не так часто, может, я бы участвовала. но когда едва не каждую неделю, то напрягает. а ты любишь вечеринки? bo: ага. если кто собирается в бар – всегда навязываюсь. но с коллегами пить опасно. мало ли, что случится. зато на корпоративах веселее некуда. после у многих компромата дофига. мы в конце года сваливаем всё в кучу и устраиваем смеха ради сеанс. si: звучит очень прикольно. может, зря я отмахиваюсь от работы в офисе. bo: лучше дальше пиши песни. долгое сидение за столом и работа с бумажками иссушает твою личность. si: но зато ты точно будешь знать, что живёшь в достатке. я боюсь, что после выпуска будет. пока родители меня обеспечивают. и то через возмущения. и музыкантов пруд пруди. это тебе не америка, где обожают хороших соло. либо иди в айдолы, либо снимайся в дорамах. bo: и кто тут теперь пессимистка. bo: я, например, слежу за многими соло. ты преувеличиваешь. или у тебя очередной период беспокойств? si: возможно. si: и даже теперь я не могу ну совсем ни словечка написать о своих чувствах. si: у меня были подобные… эм арт-блоки? наверное, множество людей сталкивается с таким. но оно затянулось, да и осенью вечно упадок сил. si: поэтому я всё чаще думаю о _нормальной_ работе. в перерывах между которой, когда смогу, писать песни и любить музыку. так, наверное, безопасней. что думаешь? bo: ну, хах, я пошла по лёгкому пути, найдя нормальную работу. однако после неё никакого другого желания что-то делать нет. ты уверена, что не придашь себя и свою мечту, если отступишься. bo: ты куда пропала? si: бора… bo: что? не пугай меня. si: я знаю, ты там занята очень сильно. и знаю, что мы совсем недавно познакомились… однако я всё равно очень, очень, очень к тебе привязалась… и уже могу… назвать тебя другом? хотя бы так. bo: ты это к чему? si: ну. мне ну вот позарез захотелось тебя увидеть. прямо сейчас. и поговорить с тобой. обо всё этом. si: я на самом деле не сильно люблю переписываться. si: и…        Высвечивается, что Шиён пишет, пишет, пишет; высвечивается долго, отчего Бора за своим столом, отрываясь от дел, начинает сильнее переживать.        bo: что ты там не решишься написать? si: я bo: ты si: не дразни меня!!! si: я скучаю по тебе и тому, как мы говорили в живую. пожалуйста, давай я сегодня за тобой зайду? встречу после работы? мы можем погулять совсем немного? bo: конечно. я тоже думала обо всём этом. bo: чёрт, как неловко. bo: я, наверное, вся красная! сейчас точно кто-то из коллег начнёт задавать вопросы. si: у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло, пока я ждала ответа. bo: …ты        «Ты как на меня так сильно влияешь».        bo: я пойду работать, чтобы меня не уволили. bo: увидимся вечером.