- Consolation des arts.

Чон Хосок — милый, обаятельный и жизнерадостный парень. Ну, по крайней мере, о нём так думали практически все, а в особенности его друг — Пак Чимин. Хосок не был таким, он всегда скрывал за маской свою жестокую натуру. Только ради денег и статуса он подружился с Паком. Красноволосый прекрасно понимал, что Чимин тоже не прост и скрывался за маской так же, как и он. (Два сапога пара так сказать). С детства Чон Хосока воспитывали строго, даже очень. Его родители прибегали к физической силе и гиперопеке. Его отец часто избивал его без повода, а мать была слишком мягкотела, чтобы вмешиваться, всегда поддерживая своего мужа. Когда они погибли парень сорвался и вступил на «тёмную дорожку»: алкоголь, наркотики, преступные группировки. В университете Хосок пытался создать себе образ милого и послушного человека, чтобы возыметь с этого какую-либо выгоду, так и получилось с Чимином. Отдушиной красноволосого были и остаются танцы. Он, как и Пак, чувствует ту желаемую свободу, которую получить, увы, невозможно. Но танцы не единственное, что как-либо облегчает жизнь парня. Алкоголь и наркотики тоже своего рода олицетворяют спасательный круг для Чона. Чтобы хоть как-то разнообразить свою однообразную жизнь Хосок придумал план: он хотел начать встречаться со своим другом, после того, как наиграться с ним, парень хотел выкинуть Чимина как ненужную игрушку, и при этом взять у него немножко (или множко) денег, но все его планы разрушил некий Мин Юнги. Красноволосый долго не мог вспомнить где же он видел этого блондина. После недели раздумий Хосок всё же прозрел: этот парень входил в одну банду, в которую входил и Чон. Как забавно вышло. Но почему Юнги его не узнал? Забыл? Не хотел вспоминать? Или же даже не знал о нём? Во всяком случае Хосок точно не даст этому Мину забрать ЕГО Чимина. Он только его игрушка. … Чимин долго не мог перестать плакать в одинокой никому ненужной кабинке мрачного и холодного мужского туалета. Он не мог понять почему его лучший друг так поступил и почему Юнги так отреагировал. Недопонимание и обида съедали розоволосого изнутри. Щёки предательски обжигали бессмысленные слёзы, а руки нещадно дрожали, не давая даже на миг ослабшему телу собраться и повернуть защёлку чёртовой кабинки. Вдруг парень услышал голос извне, который эхом отразился от белых стен:  — Чимин? Ты тут? — родной голос: это Юнги.  — Юнги, я…прости меня…я не хотел, он сам…я не мог его оттолкнуть, — слёзы буквально душили Пака.  — Успокойся, выйди пожалуйста, — Юнги потянул на себя дверь кабинки, которая моментально открылась.  — Юнги, я люблю тебя. Прости меня, — крикнул розоволосый и кинулся на шею своего парня.  — Чимин-и, тише, успокойся. Всё будет хорошо. Я не дам этому человеку разрушить то, что только-только начинает зарождаться. Я люблю тебя, Чимин, — прошептал Юнги и легко поцеловал парня, — Умойся, и пойдём на пары, а то первую ты благополучно пропустил, — сказал Мин и взял Чимина за руку. … Хосок был «приятно» удивлён, когда заметил этих двоих, которые вдобавок держались за руки и мило о чём-то ворковали:  — Чимин, я… — начал Хосок, но был бесцеремонно остановлен:  — Не смей со мной говорить, — грубо отрезал Чимин.  — И не смей к нему приближаться. Хорошая попытка, только этого недостаточно для того, чтобы забрать его у меня, — зло прошипел Юнги.  — Я просто хотел извиниться, я не знаю, что на меня нашло. Прости меня, — тихо сказал Чон и поспешил удалиться. «Этого недостаточно? Хм, хорошо. А что он скажет, если увидит своего парня подо мной? Думаю, это будет комично», — пронеслось в голове у красноволосого.  — Может стоит поговорить с ним? — спросил розоволосый у Мина.  — Нет, он не такой человек, каким ты его знаешь. Он опасен, я знаю это, — сказал Юнги, припоминая своё прошлое, в которым был этот Хосок.  — Хорошо, Юни, как скажешь, — пролепетал Чимин и тихонько выдохнул. «Милый» — прозвучало в голове блондина.