- Consolation des arts.

Что может быть прекраснее зимнего солнечного утра? Когда вы начинаете его с чашечки только приготовленного горячего кофе или чая? Когда вы понимаете, что сегодня долгожданный выходной? А может всё же то, что вы понимаете, что рядом в тёплой кровати лежит тот человек, за которого вы буквально отдадите свою жизнь? Чимин ссылался на последний вариант, когда смотрел на умиротворённое красивое лицо того, с кем провёл прошлую чудную ночь. Лицо Юнги выражало такую сладкую безмятежность и спокойствие, что рядом с этим человеком Чимин чувствовал всю ту защищённость, которую давным давно искал и никогда не надеялся найти.  — Юнги-я, время уже семь утра, — выдохнул розоволосый в шею парня, на что тот мило поёжился и потёрся холодным носиком об лоб Чимина.  — Малыш, дай поспать, выходной же, — сонно пробубнил блондин и только сильнее прижал Пака к себе.  — Ладно, поспи ещё немножко, а я пошёл готовить завтрак, — прошептал Чимин и поцеловал Юнги в губы. Одеваясь, Чимин не мог не заметить приятную боль внизу, которая отдавалась в поясницу, а затем и по всему позвоночнику, что сильно напоминало о прошлой ночи, и парень весь красный и смущённый быстро оделся и буквально пулей вылетел из комнаты.  — Ахахах, боже, какой он ещё малыш, — весело пролепетал Юнги, который безмолвно наблюдал за этой интересной картиной и спокойно потягивался. … За окном было тихо и только спонтанные звуки проезжающих машин разрушали такую чудесную атмосферу. Действительно, какой нормальный человек встаёт так рано в выходной день? А, ну да, Чимин же не совсем нормальный. Светило солнце, шёл лёгкий снег, природа просыпалась, и казалось, что ничего не сможет испортить этот прекрасный зимний день, но так только казалось… Чимин решил, что простой яичницы будет достаточно. Раскладывая фарфоровые тарелки с лебедями, он вдруг услышал оглушающий резкий звук голоса Юнги:  — Чимин, иди сюда, что-то произошло с Хосоком. …  — Что? Почему я не услышал звонка? Боже мой, а если с ним что-то ужасное случилось и в этом виноват только я? — хныкал Пак и нервно теребил полы свободной чёрной миновой футболки.  — Угомонись. Всё с ним будет нормально. Позвони ему, — спокойно сказал Юнги, хотя где-то внутри всё же признавал, что немного волнуется за этого мудака.  — Да…да, ты прав…да, сейчас, — с дрожью в голосе прошептал парень, трясущимися руками нажимая на вызов. Гудки…гудки…гудки…гудки. Бесконечно долгие гудки, Чимин не выдерживает и срывается с места в сторону коридора.  — Чимин, блять, не делай поспешных выводов, — также срываясь с места прокричал Юнги, — И куда ты сейчас пойдешь? Что будешь делать? Ты об этом подумал? А обо мне? Ты же знаешь прекрасно, как я отношусь к этому гандо… — не успел закончить блондин, как тут же был остановлен Чимином:  — Не смей его так называть. Он хоть и глубокая заноза в заднице, но он мой друг. Я должен помочь ему. А ты, если конечно не хочешь пойти со мной, можешь остаться здесь и есть ебанную яичницу, которую я приготовил, — выкрикнул розоволосый и вышел из квартиры.  — Какой же упёртый баран. Ладно, пусть успокоится. Пойду есть «ебанную яичницу», — сам себе сказал Юнги и прошёл на кухню, но чувство, что что-то ужасное должно было случиться не покидало его. … «Ну что за придурок. Неужели не понятно, что я волнуюсь. Ладно, остынет и нормально поговорим…что же произошло с Хорсом?» — взволнованно думал Чимин, когда ехал на такси в сторону дома Хосока. …  — Хосок? Чон Хосок? — кричал в дверь Чимин и неистово сильно барабанил по ней, — Открой эту ебанную дверь. Дёрнув за ручку, розоволосый удивился, что дверь открыта. Ни секунды не раздумывая, Чимин вошёл в тёмную квартиру. Было тихо, подозрительно тихо, хоть было и раннее утро, но в квартире ощущалась та гнетущая тишина, которая сильно давила на Пака, похоже шторы были задёрнуты.  — Если это одна из твоих блядских несмешных шуток, то клянусь, я позову Юнги и он разукрасит твою наглую рожу, — громко сказал розоволосый и прошёл вглубь квартиры. Вдруг Чимин увидел на полу в гостиной недвижимое тело, а разум начал рисовать мрачные картины, создавая немалую сумятицу в голове Пака.  — Хо… Хосок? ХОСОК? — прокричал парень со слезами на глазах и кинулся на пол. — ЧТО? ЧТО БЛЯТЬ? НЕТ! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, — истерил Чимин, руками хватаясь за грудки лежащего парня. «Паническая атака пришла как нельзя кстати». Неожиданный удар погружает Чимина в темноту. Теперь уже два тела лежат на полу гостиной.  — Хорошая работа, Субин-щи, — сказало одно из тел, поднимаясь и с силой отталкивая от себя тело Чимина.  — Хосок-а, не могу не отметить твою прекрасную актёрскую игру, — задорно хихикнул голубоволосый.  — Ну да, играть бревно — это самая значимая роль во всей этой ебучей постановке, — с обидой проговорил Чон и встал с пола, — Ну что? Что будем делать? — сложив руки на груди спросил красноволосый.  — Хм…ты же хотел его трахнуть? Так вот, пока я вызываю своих парней ты можешь это сделать, — отстранённо ответил Субин, набирая незнакомый номер в своём телефоне.