Камень Жизни

      Погода заметно менялась, весна уверенно брала свои права и огромные снежные сугробы таяли, создавая днём ручьи, а ночью стеклянные лужицы.       За прошедшие две недели армия императора и местное население Дароземья приняли перемирие. Солдаты снимали посты, отходили и готовились к пути в направлении замка Дар-Дергер. Сами дароземцы следили за каждым шагом имперской армии, но не вступали в бой. Перемирие приняли не все жители, но большая часть, которая теперь сдерживала меньшую, не согласную.       По Дароземью шли последние караваны с новобранцами и продовольствием под бдительным наблюдением местных жителей.       Сигард планировал, после того, как разберётся с Тенью, уходить из Дароземья, сразу же, как дорога позволит. К тому же ещё предстояло ожидать сбора всей армии. Оставлять хоть малую часть он не планировал. По сделке с Шаю, он не обязан был больше вступать в борьбу лишь с дароземцами, но по этой же причине не видел смысла в стычках с аббатом. Сам Соломон не был в курсе о сделке, соответственно и повлиять на него не мог. Сигарда не волновало, каким образом Дароземье отобьётся от аббата.       Он получил, что хотел.       Не имело значения, держит ли он камень Жизни в руках, он всё равно у него. Шаю не уйдёт никуда из-за клятвы.       И пока армия собиралась, готовилась к большому путешествию домой, Сигард заканчивал последние приготовления для борьбы с Тенью.       Она за две недели благополучно минула всю армию, как он и надеялся, изучала каждого солдата, проверяя не он ли нужный. И теперь подобралась достаточно близко. Уже находилась в замке.       Однако единственным плюсом во всём этом мужчина считал то, что Тень не причиняет никому вреда. Ведь если бы она отбивалась от ошарашенных её поведением солдат и убивала их, в борьбу пришлось бы вступать раньше.       Этим утром Крамус сообщил, что Тень проверила почти всех в замке, остались лишь люди в комнате в башне и стоящая перед ней охрана.       Сигард приготовился ждать, усевшись в кресле у камина.       Солдаты держали свою службу, внимательно следя за каждым движением. В комнате по-прежнему ярко горели факелы и светляки, порой они слепили. Но мужчины привыкли. Помимо охранного светящегося заклинания рядом с волшебником, император подготовил ловушку на полу, между дверью и укрытием любовника. Хоть и несколько сомневался, что Тень постучит вежливо в дверь и попросит впустить её. Он вообще не верил, что она войдёт через дверь. Как только стемнеет, Тень может проникнуть в комнату из любой щели. Именно поэтому Сигард установил светящиеся щиты по сторонам от Шаю, они будут высвечивать Тень не в его сторону. А если других теней рядом нет, каким образом она приблизится к нему? К тому же и в воде вовсе не имелось теней, не от чего. Единственными тёмными пятнами были лишь волосы Шаю, а это не поможет Казни случиться.       Время медленно шло, приближая вечер, вскоре мужчины могли из окна наблюдать угасающие лучи солнца, что тепло осветили комнату в последний раз, прежде, чем погасли до утра.       — Приготовиться, — ровно проговорил император, в сотый раз проверив легко ли ходит меч в ножнах и кинжалы.       Он понимал, что стальное оружие не поможет ему в убийстве Тени, вот только если использовать обычные клинки. Первым делом мужчина раздал охранникам заговорённые мечи и кинжалы. Для себя подготовил оружие по совету Джуды с сильнейшим заговором, уверенности, что это поможет не имелось, но хоть что-то.       За прошедшие недели Сигард изрыл все книги, в которых вообще имелось упоминание о Тени и Казни волшебника. Поэтому теперь знал об этом действии всё от и до. Он изучил действие и принципы Тени, её создания, но не мог понять, почему волшебники древности вообще решили создать нечто подобное. Бывало, что маги хотели смерти себе, но, чтобы использовать для этого симбиоз, слишком надменно. Ведь кругом много высоких стен и скал, в конце концов клинок никто не отменял, или яд.       Он не видел во всём этом смысла, ведь Тень могла быть призвана только умелым чародеем, иначе заклинание попросту не сработает. И направить симбиоз можно было только на желающего умереть. Нет, конечно же, это весьма выгодно, когда волшебник сидит в плену, чтобы не наговорил лишнего, не выдал секретов, таким образом его можно заставить замолчать. Это, пожалуй, единственный плюс во всей системе.       В комнате свет всё так же ярко горел, освещая каждый уголок, несмотря на то, что сумерки сменились кромешной темнотой на несколько минут, до появления звёзд.       Сигард в показной расслабленной позе сидел у камина и изучал взглядом комнату. Он столько времени провёл здесь, что теперь с лёгкостью мог сказать, что лишнее, а что изменилось совершенно незаметно.       Когда придёт Тень, у него будет немного времени, пока она будет изучать солдат.       Время шло, а ничего не менялось.       То ли Тень нашла ещё кого-то, что задерживалась, то ли, что маловероятно, отступила от своей цели. Но она так и не появилась даже к полночи. Солдаты уже давно должны были смениться, но стойко терпели и ждали, когда она явится.       — Неприлично опаздывает, — встав и пройдясь по комнате, проговорил Сигард. Остановившись рядом с Шаю, посмотрел на него, но из-за света щитов мало что рассмотрел. — Один из вас пусть спустится вниз, разрешаю смениться. Толку с вас не будет, уставших.       Солдаты переглянулись и один, кивнув, покинул комнату.       Сигард тем временем связался мысленно с Крамусом.       — Где она?       — Не знаю. Мы ждём у лестницы. Пока не появлялась, — отозвался мужчина.       — Сколько вас?       — Тридцать человек, некоторых она уже видела, поэтому не должна надолго задержаться, когда появится.       — Ясно. В замке всё спокойно? Среди солдат?       — Да, каждый час приходят командиры с отчётами. В лагере Тень так же не появлялась.       — Ясно.       Сигард разорвал соединение с Крамусом и подошёл к окну, выглянув, отметил, что в лагере вполне спокойно. По его приказу солдаты увеличили количество факелов, и теперь даже с такой высоты мужчина видел его хорошо. Освещения хватало. Впрочем, Тени это не мешало вести поиски.       Спустя полчаса вернулся солдат со сменщиками. Отдохнувшие мужчины тут же приняли пост и встали по указанным императором точкам в комнате.       Сигард внешне выглядел спокойным и собранным, хотя начинал терять терпение. Хотелось как можно быстрее покончить с Казнью и забыть о ней. Он не понимал, что могло задержать Тень.       Могла ли она идти по внешним стенам?       В принципе, ничего ей не мешало взбираться в ночи. Наоборот, облегчало задачу, так как кругом для неё имелась сплошная тень. Но почему именно так? Тень не обладала разумом как таковым, в ней жила лишь ненависть к человеку, которого она жаждала уничтожить. Поэтому количество солдат у лестницы ничего для неё не значило.       Сигард стоял у окна и внимательно изучал стены за ним, но, конечно же, ничего толком не видел. Он не знал, насколько могла уменьшиться Тень ночью или увеличиться.       — Повелитель! — раздался взволнованный голос одного из солдат.       Сигард тут же обернулся к нему и увидел, как Тень стояла напротив того самого солдата, внимательно всматриваясь в него невидимыми глазами.       — Наконец-то! — выхватив меч, усмехнулся мужчина.       Солдаты уже стояли в боевой готовности, но Тень легко прошла от одного солдата к другому, сквозь мечи, которые даже не заметила.       Оценив, что заговорённые клинки ей не помеха, Сигард ближе встал к Шаю, изучая приближение врага. Она плыла над полом, словно чёрное облако, едва пропуская сквозь себя свет, и всё же мужчине удалось заметить тонкую ниточку, связывающую симбиоз с полом и потолком.        Оставалось загадкой, каким образом она прошла, оставшись незамеченной Крамусом. Уж он-то никого бы не пропустил. У него и его людей так же имелись заговорённые клинки.       Осознав, что Тень попросту прошла через стены, возможно таким образом изучила каждого солдата внизу, Сигард рыкнул от своей глупости.       Тень проверила каждого воина в комнате и устремилась к Сигарду, подплыв к нему, остановилась, всматриваясь в лицо.       — Не ты, — протрещала Тень и, замерев, покрутила головой.       Видимо она ощущала присутствие нужного волшебника, но не могла определить где он. Джуда советовал Сигарду использовать заклинание воды и света, чтобы Тень не приблизилась к нему. Но император добавил так же и заклинание сокрытия. Одно из мощнейших, чтобы никто и ничто не смогло определить, где он находится. Посланные Шаю стрелы вернулись назад к нему лишь потому, что это его же заклинание. Если бы оно было создано другим волшебником и послано ему, стрела бы просто не улетала, посчитав его одним из тех, кто погиб.       Пока Тень крутила головой и пыталась понять, почему чувствует, но не видит жертву, Сигард шагнул к ней ближе, вонзая меч в район груди, туда где она должна была бы быть.       Дракон посоветовал ему разъединить тень и душу, но каким образом сделать это император представлял смутно.       Острие его меча легко вошло в Тень, и именно на этот раз она обратила на это внимание. Видимо почувствовав что-то, всё же необычным способом мужчина заговорил его.       Склонив голову и посмотрев на меч, торчащий из груди, Тень словно вздохнула, именно так определил изданный ею звук Сигард. Спустя мгновение от сплошной колышущейся массы начала отделяться часть, словно симбиоз руку поднимал.       И это было именно так.       Тень схватила сплошным чёрным потоком в подобии руки остриё меча и дёрнула, попытавшись вытащить. Но Сигард сделал ещё шаг, вонзая его глубже.       — Ты не тот, — проговорила Тень, недовольная происходящим. — Мне нужен только он!       С этими словами Тень проявила неожиданную силу и прыть.       Мощным ударом Сигарда откинуло в светящийся барьер перед Шаю, сам же симбиоз метнулся по комнате.       — Не тот! — кричала она странным голосом, мечась от одного солдата к другому, заглядывая в их лица, продолжая повторять: — Не он!       Но только если ранее она не причиняла воинам никакого вреда, теперь же образовавшейся рукой хватала мужчин за шею и душила. Не просто сдавливала горло, а буквально сжимала быстро и с такой силой, что позвонки крошились. Ещё живые воины оседали на пол, хватаясь за шею. Но стоило их телам коснуться пола, как они замирали мёртвыми.       — Ах, ты дрянь! — крикнул Сигард, вскакивая на ноги, благо от удара его просто отбросило, а не переломало все кости, хотя это было сомнительно, острая боль прошлась по запястью левой руки. Лечить себя было некогда, поэтому откинув мысли о боли, Сигард снова кинулся на Тень, что, сжав рукой шею последнего выжившего солдата, обернулась к нему.       — Отдай мне его, — проговорила Тень, направившись к мужчине и, так как он тоже двигался на неё, то встретились они раньше.       Сигард не был обычным повелителем, который только и делал, что командовал. Он сам сражался неоднократно. Поэтому, когда Тень взметнула руку к его шее, даже с его умениями, едва, но всё же уклонился.       — Отдай! — повторяла Тень, вновь кинувшись метаться по комнате. От солдата к солдату, словно проверяла живы ли они.       Но воины не двигались, их души уже были на пути в вечное царство покоя. Осознав это, Тень вновь обернулась к Сигарду, который подобрался близко, за время её метаний и вонзил свой меч в её шею.       Тень захрипела, попытавшись что-то сказать, но ничего кроме странного тресканья не выдавила. Схватив остриё меча одной рукой, Тень выпустила вторую и тоже обхватила ею меч. Сигарду показалось, что в её сплошном потоке темноты промелькнули глаза, полные обиды и непонимания — за что.       Собственно, он был солидарен с ней.       Все же её призвали без согласия. Но это ничего не меняло.       Из горла Тени вновь послышался странный звук, до того, как она с силой оттолкнула от себя остриё меча в сторону, попросту разрезав свою неосязаемую с виду плоть.       И ранее, чем ещё один её удар снёс императора с ног, мужчина успел заметить, как рваные края раны потянулись друг к другу, чтобы восстановить форму.       Больно ударившись спиной и затылком о стену рядом с защитой Шаю, Сигард едва не потерял сознание. В голове зашумело, в глазах потемнело на мгновение, но совсем скоро темнота сменилась неясными бликами.       Тряхнув головой, пытаясь избавиться от последствий удара, Сигард, едва управляя телом, подался вперёд, пальцами пытаясь нащупать рукоятку меча, но не получалось.       Тем не менее даже находясь в тумане, он наблюдал за происходящим. Просто не сразу оценивал информацию. Поэтому, до того, как он окончательно скинул с себя дурноту, услышал неясный шум перед собой, словно кто-то кричал, но при этом присутствовал ещё какой-то звук. Похожий на...       Рычание.       Моргнув и снова тряхнув головой, Сигард окончательно пришёл в себя и, схватив меч, что лежал чуть в стороне от него, вскочил на ноги.       Картина, открывшаяся ему, будоражила кровь своей невозможностью.       Тень стояла посреди комнаты, окружённая разодранными в клочья телами охранников, всюду была кровь, даже на стенах и стёклах окон. И обе руки симбиоза крепко держали клыками большие волки, один серый, второй рыжий.       Тени определённо не нравилось то, что с ней делали, и она кричала так, что уши закладывало. Волки рычали и дергали её за руки, оттаскивая назад, но она упиралась и ничего не получалось, в итоге они втроём топтались на одном месте.       Не раздумывая, Сигард кинулся вперёд, к Тени. Волки никак на него не отреагировали, лишь рыжий скосил на мгновение глаза. Достигнув Тени, Сигард занёс меч и нанёс удар по голове врага, рассекая магическую плоть остриём, восстановившуюся шею, грудь...       Тень закричала громко и отчаянно.       Выкрикнув несколько слов, Сигард прищурился, волки тоже, а комнату озарил невероятно яркий свет.       Палач закричал ещё истошнее, свет причинял невероятную боль, но сейчас было ещё хуже, так как меч тоже сделал своё дело.       Прищурившись настолько, что видно было только полоску между ним и Тенью, Сигард отбросил меч и шагнул ближе, отведя правую руку чуть назад, резко выкинул вперёд, вонзая её в грудь Тени.       Никаких ощущений не было.       Внутри она ощущалась просто как пустота, но заметная, которая обволакивала почти нежно. Глубже, то же самое. Ещё немного вперёд и пальцы коснулись чего-то мягкого и трепещущего. Обхватив это нечто, Сигард резко вырвал руку.       Тень резко замолчала, а спустя мгновение её тело распалось, не оставив даже следа. Впрочем, волки всё равно недовольно облизнулись, что они ощущали, держа в пасти симбиоз, император даже думать не хотел.       Исполнив своё предназначение, ловушка деактивировалась, и в комнате на какое-то мгновение стало темно.       Глубоко вздохнув и выдохнув, Сигард вернулся в реальность происходящего, подавив восторг от боя. Услышал быстрые шаги на лестнице, дыхание волков и вонь от крови и разодранной плоти воинов.       Привыкнув к освещению, мужчина опустил взгляд на руку, в которой продолжал вжимать трепещущий сгусток энергии.       Душа, которую призвали без её согласия из мира покоя, лишь потому, что при жизни она кого-то ненавидела.       Возможно, она и не желала убивать кого-либо, может быть хотела бы сейчас вернуться в покой и забыть произошедшее. А вероятно ей было мало той крови, в которой она умыла свои руки.       Сжав руку в кулак, Сигард раздавил сгусток чужой души, и он стал распадаться мелкими кусочками, но до пола ничего так и не долетело.       Дверь вышибли, и она слетела с петель, в комнату ворвались солдаты во главе с Крамусом.       Сигард кинул на него взгляд и, кивнув, посмотрел на волков, которых уже и след простыл.       Откуда они пришли и зачем, почему помогли ему, если ранее убивали его людей.       Вопросы сами возникали в его голове, хотя это его вообще-то мало сейчас волновало. Боль в затылке усиливалась, левая рука также ощутимо ныла, усталость накатила с новой силой. Если прошедшие дни его подстёгивала к движению жажда защитить любовника, то сейчас этот инстинкт оставил его.       — Как ты? — накрыв рукой плечо императора и сжав ободряюще, спросил командир Крамус. Заметив кровь на его затылке, нахмурился. Впрочем, он знал, что император сам о себе способен позаботиться.       — В порядке, — ответил Сигард. — Прикажи достойно похоронить погибших, и так же подготовить годовое жалование семьям.       Обернувшись, мужчина кинул взгляд на спящего волшебника.       На душе стало легче.       Жив, он смог его спасти от неминуемой гибели.       — Что-то я устал, — растрепав волосы здоровой рукой, проговорил Сигард. Глянув на руку, заметил капли крови с волос. — Пусть здесь всё приберут, позаботятся о солдатах.       — Будет исполнено, — кивнул Крамус. — Тебе нужно отдохнуть.       — Да, — согласился Сигард, за прошедшие недели он мало спал, в основном только когда тело просто больше не выдерживало. И то, отдыхал он недолго, по несколько часов. И теперь, когда дело было сделано, можно было немного расслабиться. — Шаю освобожу позже.       — Куда он денется, — кивнул Крамус. — Выставлю караульных, на всякий случай.       ***       Предрассветные сумерки стёрли границы между тенями, тишина вокруг представлялась спокойной, даже шелест ветра словно успокаивал.       Тихой поступью, они медленно приближались к своей цели.       Карие глаза внимательно следили за всё ещё светящимся щитом. Остановившись рядом с ним, они молча повиновались и опустили головы ниже, позволяя хозяину наблюдать их глазами. Щиты слепили их, и зрачок стал крохотным, но всё было прекрасно видно. Световой щит представлял собой набор тонких нитей, скреплённых так близко друг к другу, что проскользнуть между ними оказалось невозможным. Между едва различимыми щелями меж нитей едва проглядывала зеленоватая вода, мерно движущаяся в невидимом потоке, в её глубинах был тот, ради которого они пришли сюда, тот, кого они уже пытались забрать с собой.       В головах прозвучал чёткий приказ хозяина, и они подняли головы, оглядев комнату, растворившимися тенями скользнули за барьер.       Они всегда были рядом, каждую минуту, просто выжидали, наблюдали.       Зачем?       Не важно, так приказал хозяин.       И теперь хозяин требовал привести его, как можно скорее.       Ослушаться нельзя.       Смерть.       ***       Отдохнувший император первым делом занялся своими обязанностями, проверил каждого кандидата для комиссии, кого-то одобрил, кому-то пришлось уйти. Поприветствовал прибывших генералов и командиров. Помимо этого, имелось ещё множество нерешённых дел. К примеру, необходимо было разместить новоприбывших солдат. Хоть он и собирался увести армию из Дароземья, солдаты могли понадобиться ему на обратном пути. К тому же не отправлять ведь их обратно. Следуя его приказу, с новобранцами пришло письмо, где подтверждалось, что это последний караван с людьми. После будут присылать только продовольствие, конечно, под охраной. Но для этого достаточно будет сотни солдат, а не тысяч.       Крамус наблюдал за мужчиной и привычно помогал с делами, но часто задавался вопросом, почему с момента победы над Тенью император словно забыл о существовании волшебника. Возможно, это не так сильно волновало бы его, если бы Сигард завёл очередную любовницу, просто переключив на неё своё внимание. Но нет, не было любовницы, он спал всегда один. При этом и к волшебнику, спящему в башне, поднимался лишь вечером, перед сном. Проводил в комнате около получаса и отправлялся отдыхать. Поведение императора постепенно менялось после встречи с этим магом.       А весна всё сильнее вступала в свои права, и становилось с каждым днём теплее. С зимней одежды солдаты постепенно перешли на лёгкие плащи и прочую одежду, камины всё реже зажигались, продовольствие начало портиться от тепла. Поэтому с последним караваном император отправил послание, где приказывал доставить в следующий раз менее скоропортящиеся продукты. Солдаты не раз проходили через подобное, потому готовились к разнообразной еде, где мясо будет присутствовать лишь в том случае, если они поохотятся заранее. Но на это не имелось времени.       Снег растаял за три недели и к Дар-Дергеру стягивались войска императора. Пока ещё небольшие отряды оставались в важных местах, как правило, там, где могли оказаться люди аббата. Пусть Сигарда не волновало, как Дароземье будет биться с ним, всё же он не мог позволить, чтобы аббат ударил его в спину, когда они будут отступать.       — Долго волшебник ещё будет спать? — спросил Крамус.       Сейчас он и император находились в библиотеке, из окон которой Сигард наблюдал за вновь прибывшими солдатами. К основной армии прибыло ещё около трёх тысяч человек, от этого на поле вокруг замка уже было не продохнуть. Из окон башен и вовсе выглядело так, будто перед ними муравейник.       — Мне казалось, что тебе он не нравится? — усмехнулся Сигард и, отойдя от окна, сел за стол. С прибытием каждого небольшого войска, на его столе копились бумаги от гонцов, что шли вперёд, и отчёты командиров.       — Мне не нравятся ваши отношения, а не лично он, — пожал плечами мужчина. — Так что?       — Скоро разбужу, возможно сегодня, — отмахнулся император. — Несколько дней я просто выжидал, не придёт ли ещё кто-то по его душу. К тому же, защиту снять не так-то просто.       Крамус кивнул и поднялся из-за стола, шагнув к двери.       — Еще около недели и все прибудут, не откладывал бы ты его пробуждение. Он ведь уйдёт с тобой, — Крамус не спрашивал, а просто произносил вслух то, что было очевидно.       Сигард лишь кивнул в ответ.       Логично, что Шаю уйдёт с ним, их связывала и клятва, в том числе. Пока он не получит камень, волшебник обязан быть рядом, готовый отдать его в любой момент. Вот только Сигард пока ещё не представлял, каким образом добыть камень и оставить волшебнику его жизнь. Так же, как и не имел ответа, почему стремился сделать именно так, а не иначе.       Он лишь волшебник, наделённый невероятным даром, который и станет камнем. Всего лишь волшебник...       Вздохнув, отгоняя раздражающие мысли, Сигард принялся за бумаги, стоило просмотреть, после проверить сборы комиссии и напомнить, для чего они отправляются в путь к солдатам. Сигард специально выжидал, чтобы большая часть армии вернулась и предоставила отчёты. Таким образом потребуется задействовать меньше людей для проверки. Остальные в любом случае донесут, как всё прошло. Более того, каждый вернувшийся отряд привозил с собой не только телеги с вещами, оружием и продовольствием, но и с рабами, пленниками. Для их размещения в кратчайшие сроки был построен двухэтажный дом, который охраняли постоянно. Поначалу командиры, следуя приказу, отбирали среди рабов самых здоровых и отпускали, предварительно объяснив, что заключено перемирие.       Сигард полагал, что после плена большинство поспешит домой, найти родных, но сглупил. Здоровые рабы стали собираться в группы и нападать исподтишка. Пришлось строить тюрьму, кормить заключённых и лечить. Они требовали слишком много внимания.       Это была ещё одна из причин, почему следовало как можно скорее пробудить Шаю. Пусть он сам с ними разбирается и уговаривает убраться подальше от имперской армии. Пусть хоть все рабы сплотились бы, они всё равно не способны причинить армии ощутимого урона. Но действовало перемирие.       Закончив с бумагами ближе к полудню, Сигард проверил отобранных для комиссии людей, повторил приказ, напомнил о последствиях за неподчинение, которые понесут войска, продолжающие сражения.       И лишь когда окончательно стемнело, отправился в башню. С каждым днём он становился все раздражительнее и почему-то не хотел будить волшебника, пока находился в подобном состоянии. Но оттягивать больше не имело смысла, даже наоборот.       Войдя в комнату, где уже была снята охрана, мужчина подошёл к сотворенному им защитному заклинанию. Прошлым вечером он снял световые щиты, снова убедившись, что Тень больше не вернётся. Сигард изначально, когда уничтожил душу, знал, что именно этот симбиоз уже не вернётся. Но не мог точно сказать, сколько ещё могло быть создано подобных тварей.       Встав рядом с Шаю, мужчина пару минут разглядывал его безмятежное лицо. За прошедший месяц волосы отросли, лицо покрывала щетина. Но даже так, мужчина понимал, что очень сильно жаждет снова сжать в объятиях любовника, насладиться близостью с ним.       Вздохнув, прогоняя дурманящие голову мысли, мужчина снял лёгкий плащ с плеч, кинув его на кресло. Зачем-то закатав рукава куртки, шагнул к воде.       Заклинание построил он, только поэтому вода пропустила его, попытался бы это сделать кто-то другой, уже и пепла бы от него не осталось.       Одежда тут же намокла, идти стало трудно. Но мужчина всё равно дошёл до волшебника, прижав одной рукой его к груди, свободной погасил светляки. Подхватив Шаю на руки, идя спиной вперёд, вышел из укрытия.       С мужчины и с волшебника на пол потекли капли воды, собираясь под ногами в лужицы. Подойдя к креслу, Сигард усадил в него любовника, накрыв плащом. Шаю продолжал спать, даже когда мужчина отвёл с его лица мокрые волосы. Склонившись, коснулся своим ртом его губ, отпуская магический импульс.       В то же мгновение Шаю распахнул глаза и уставился перед собой. В голове шумело, словно он очень сильно переспал прошлой ночью, или же по голове обухом получил.       Попытался встать и оглядеться, когда ощутил сильные руки на своих плечах, и услышал голос императора, только после он осознал, кто перед ним:       — Не советую сейчас двигаться. Ты около месяца спал.       — Спал? — голос казался чужим, язык почти не слушался. — Месяц?       Присев перед ним, Сигард заглянул в его глаза, снова отводя с лица волосы.       — Тень уничтожена, больше тебе ничего не грозит. Сейчас я отнесу тебя в комнату, и ты приведёшь себя в порядок, — пока говорил, мысленно отметил, что глаза Шаю вновь стали просто ярко-зелёными, без белых вкраплений. — Проголодался наверняка.       В это же мгновение живот волшебника громко дал понять, что император прав. Хоть магическая подпитка присутствовала в заклинании, всё же дать всё необходимое организму не могла. Шаю покраснел, но настороженно спросил:       — Ты уничтожил Тень?       — Именно, — кивнул мужчина и поднялся. Наклонившись, подхватил волшебника, поднимая. Тому пришлось вяло слушающимися руками, обнять его за шею. — Обо всём поговорим позже. Сначала уйдём отсюда.       Шаю кивнул и Сигард направился к двери, спускаться предстояло более пяти минут, такой высоты была башня. Выходя, никто из них не заметил колыхание воздуха, последовавшего за ними.