Камень Жизни

      Внеся Шаю в свою комнату, где рабы уже подготовили поднос с едой и бадью с водой, мужчина усадил его на постель. Рядом оказалась стопка чёрных вещей волшебника. Пока Шаю силился сидеть ровно и не упасть от потери опоры в виде рук мужчины, сам Сигард увеличил обруч на его шее и снял, чтобы спустя мгновение закрепить его на своей.       Этим же вечером он собирался проверить силу четырёх камней, на чьей стороне правда. Являются ли они той легендарной силой, как считал Сигард, или же действительно лишь давали доступ к силе погибших при определённых обстоятельствах волшебников, как считал Шаю.       — Значит, Тень больше не угрожает моей жизни? — спросил волшебник, поглядывая на дымящийся поднос с едой на столе. Хотелось поесть, но перед этим посетить скромный угол в комнате. Да и вымыться было бы не лишним.       — Да, буквально несколько дней назад она всё же добралась до твоего убежища, — кивнул мужчина, подходя к столу с едой и беря поднос. — Не скажу, что было сложно её убить, но тем не менее, она уничтожила почти два десятка отличных воинов, — сев на постель, мужчина отдал поднос любовнику.       Шаю тут же схватил жареного цыплёнка и запустил в него зубы. Император в то же время подхватил одну ногу молодого человека и уложил на свои колени. Шаю скосил на него взгляд, но промолчал, когда тёплые руки стали нежно разминать затёкшие мышцы. Он старался смотреть куда угодно, только не на правую руку, где от запястья до локтя появились маленькие треугольники, послания от дароземцев на его обращение.       — Сочувствую твоей утрате, — проглотив мясо птицы, проговорил волшебник, ойкнув, когда сильные пальцы сжали под коленом.       Сигард кивнул и продолжил:       — Это меня, конечно, огорчило, но произошло и кое-что странное.       — Странное?       — Именно, — снова кивнул император, принимаясь разминать бедро любовника. — Возможно, у меня ничего не получилось бы, если бы не появление волков.       — Волков? — растерялся Шаю. — Что ты имеешь в виду?       — То и имею, — вновь кивнул мужчина. — Два волка схватили Тень и удерживали, пока я не извлёк из неё душу.       — На тебя не напали? — зачем-то спросил Шаю, видя, что мужчина цел и невредим. Тот лишь отрицательно мотнул головой.       — Мне кажется, что все волки, что встречались, — заметь, только тебе, — зачем-то ищут тебя. Ты им нужен.       Наступила тишина, Шаю ел и раздумывал, Сигард продолжал разминать его тело, перейдя на вторую ногу.       — Может, аббат постарался? — всё же предложил Шаю, наевшись, отдал поднос мужчине.       Сигард отнёс его обратно на стол и рукой указал на бадью с водой.       — Остынет.       Кивнув, волшебник поднялся и, кряхтя из-за ноющих мышц, прошёл к бадье. Усевшись в воду, намылил мочало. Сигард присел за ним на стул и накрыл ладонями спину. Шаю скосил на него взгляд, но снова лишь промолчал, когда тот уверенно начал разминать мышцы и на ней. И принялся мыться спереди.       — Если волки действительно принадлежат аббату, — спустя несколько минут заговорил император, — то для чего ему ты?       — И магией он не владеет, — согласился Шаю. — Но кто же тогда?       — Моргана? — предложил Сигард. — Я тоже много думал об этом, но не понимаю, что из себя представляют волки. Ведь убить их легко, но следов они не оставляют. Хоть и выглядят живыми. К тому же, как они проникли в башню, где я скрыл тебя? Никто из солдат не видел волков, поверь, они внимательно всё осматривали. Более того, если мне не известно, что такое эти волки, откуда могут знать о них другие волшебники.       — Мы из разных стран, помнишь, — оглянулся на него Шаю, отдав мочало.       — И что? За проведённое в Дароземье время и прочитав ваши книги и учебники, особой разницы я что-то не заметил.       — Тоже верно, — не мог не согласиться Шаю.       Единственным различием между их странами было в том, что Дароземье славилось количеством и качеством магов. В то время как на родине императора волшебников практически не было. Иногда Шаю даже думал, что Сигард из Дароземья, или его предки. Настолько редки были маги в его стране. С другой стороны, император привёл с собой нескольких волшебников, силой которые приравнивались к рангу советника при верховном волшебнике в Дароземье.       — Но почему Моргана? Зачем ей это? — не унимался Шаю. Ему казалось, что как раз-таки Моргане нет смысла следить за ним.       — Зачем, не знаю, — согласился Сигард, намыливая спину любовника. — Но скажу так, когда она исчезла, оставила после себя книги, и все они оказались пустыми. Только названия остались и всё. Привезённые из других библиотек книги с такими же названиями оказались так же пустыми. Я подозреваю, что Моргана — ведьма.       — Ведьма? — переспросил Шаю. Но тут же понял, что это может быть правдой. Та женщина, что сняла с него кольцо, была колдуньей, возможно это действительно Моргана. Просто перед приходом к нему она сменила облик. Это же объясняло и то, как она проникла в его комнату. Не стала бы никакая колдунья, даже самая могущественная, открыто находиться в замке захватчика, только ради того, чтобы высвободить сомнительного волшебника. И уж тем более, в одиночку не пошла в логово врага. А у не врага ещё меньше причин освобождать его.       — И ей нужен был твой ребёнок, — вслух проговорил Шаю.       — Да, только я пока не понимаю для чего. Вообще-то я внимательно следил за тем, чтобы ни одна любовница не забеременела от меня. Расслабиться я мог только с тобой. Ты, по ясным причинам, не родишь ребёнка.       — Не очень-то и хотелось, — съязвил Шаю. — Но соглашусь, что это объясняет, для чего она пришла к тебе. Возможно, Моргана видит намного больше обычных волшебников и решила подстраховаться. Но... — Шаю замолчал на несколько минут, припоминая историю. — Она снова появится, когда придёт время родов. Поэтому ты её не ищешь?       — Да, — кивнул Сигард, отдав волшебнику мочало, встал и набрал воду в тазик, намереваясь побрить его. — Когда придёт время родов, она появится. Потому что ребёнок, наделенный двумя подобными силами, не сможет контролировать себя и свой дар.       — Хм, но зачем ей я? — едва шевеля губами, спросил Шаю, когда Сигард начал мылить его лицо.       — Сам не догадываешься? — усмехнулся император.       Шаю лишь вскинул бровь.       Вздохнув, мужчина пояснил:       — Даже я, когда увидел тебя впервые, сразу же заподозрил, что в тебе сокрыта невероятная мощь. Это была одна из причин, почему я обратил на тебя внимание. Хотел подчинить себе, пытками. Когда не вышло, сделал любовником.       Шаю впервые услышал причину, почему император вообще обратил на него внимание. Стала понятна вся та жестокость, с которой он относился к нему. Вспомнились моменты из допросов, когда ему причиняли невероятную боль таким образом, чтобы не навредить до смерти.       — Ты хотел контролировать меня, — осенило Шаю, Сигард отдёрнул руку с лезвием, когда он заговорил, чтобы не порезать.       — Хотел, — кивнул он. Скрывать в принципе не было смысла, да он и не собирался.       — Но с чего ты решил, что я стану подчиняться тебе, если попаду в твою постель?! — в зелёных глазах появился опасный блеск.       Сигард поджал губы и дёрнул его за подбородок свободной рукой, фиксируя голову в нужном положении. Молча он закончил бритьё и буквально швырнул в тазик лезвие.       Мужчина понимал, что должен извиниться и объяснить почему поступал так жестоко с ним, но не мог выговорить и слова. Собственное прошлое поведение злило и приводило в ярость.       Видя его настроение, Шаю помалкивал, зная, что сейчас он способен сделать с ним что угодно. Только не понимал, почему мужчина так разозлился.       Закончив мыться, волшебник вылез из бадьи и оделся. Мышцы ещё ныли, но уже заметно меньше, расслабившись в горячей воде. Всё же посетив отдалённый угол комнаты, волшебник прошёлся по всей спальне и замер у окна, выглянув наружу в темноту.       Сигард, тем временем, стоял у камина и смотрел на огонь, регулярно скрипя зубами.       — Ложись спать, — приказал он ледяным тоном.       — Спасибо, выспался, — дёрнул плечами Шаю, глядя в окно. Осмотрел долину перед замком. Огней явно стало больше. К тому же, только сейчас он осознал, что прошёл месяц — снег исчез.       — Прошёл целый месяц, — выдохнул Шаю, подняв правую руку, закатал рукав и внимательно изучил треугольники. Их было больше сотни, но он не мог с уверенностью сказать, что все согласились. Ведь стрелы копировались. Предстояло все прочитать и выслушать. Возможно, среди этих посланий окажется ответ и от Дебби с Шемом. Но больше всего хотелось узнать решение волшебников.       — За это время стычек не было, — взяв себя в руки, проговорил Сигард и обернулся к нему. — Обе стороны держат слово о перемирии. Когда соберутся все мои воины, мы покинем Дароземье.       — Хорошо.       — Мы, Шаю, — с нажимом повторил Сигард, внимательно глядя на его спину.       — Я понял. Так как камень у меня, то и идти мне теперь с тобой, — ровно проговорил волшебник. — Но это не значит, что пока не прибудут все твои батальоны, я буду сидеть сиднем.       — Что ты собираешься делать? — прищурился Сигард. Ему не нравилась сама мысль, что он будет ещё что-то делать для дальнейшей защиты Дароземья. Он уходит, уводит армию, а значит, местным жителям останется бороться только с аббатом. Для этого Шаю здесь не нужен.       — Тебя это не касается, — отрезал волшебник. Хоть он и сказал, что предпримет хоть что-то, на самом деле не представлял, что в его силах. Он даже не знал, где находится аббат.       Сжав руки в кулаки, Сигард подскочил к нему и резко развернул к себе, отчего тот едва не упал. Вжав волшебника спиной в окно, схватил за шею, подняв голову и заглянув в глаза.       — Ты сделал достаточно, — прорычал Сигард, пылая гневом.       Шаю замер, глядя на него зеленью своих глаз. Понимая, что мужчина взбудоражен чем-то, возможно именно из-за него, неожиданно ощутил желание успокоить его. Почти неосознанно, он поднял руку и коснулся пальцами щеки мужчины.       Гнев мгновенно улетучился из карих глаз, хватка ослабла. Ещё миг и горячие губы императора накрыли рот волшебника в болезненном поцелуе. Прижав Шаю к себе с такой силой, что казалось сейчас раздавит, Сигард углубил поцелуй, руки сами устремились под рубашку, желая ощутить ладонями мягкость кожи волшебника.       — Больно, — выдохнул Шаю, едва сумев отвернуться от губ Сигарда.       Тот словно не слушал его, подхватил под зад, усадил на тонкий подоконник, вжав в стекло своей грудью, вынудив ногами обвить его бёдра. Поцелуй переместился с губ на шею волшебника, так же причиняя боль от нетерпения.       — Сигард, больно! — дёрнув его за волосы, когда мужчина укусил его за шею, воскликнул Шаю.       Сигарда немного отрезвил громкий звук его голоса, подняв голову, он посмотрел в его глаза.       — Больно, — повторил Шаю, видя немного осмысленности во взгляде.       Вместо ответа, Сигард плотнее прижал к себе волшебника и направился с ним к постели. Опрокинув его на мягкий матрас, навис сверху.       — Не могу сдержаться, — выдохнул он, разрывая рубашку на теле любовника. Почти тут же рвя свою, стремясь избавиться от одежды, как можно скорее...       ***       Утром довольный и отдохнувший император ушёл по своим делам. Шаю хоть и не желал спать, до поры до времени, в постели провёл половину дня. Просто потому, что встать был не в силах. Прошедшая близость чем-то существенным отличалась от всех предыдущих. Раньше Сигард неоднократно был жесток с ним, причинял боль. Но в этот раз всё было иначе, да, он делал ему больно, хваткой или укусом, но не более того. Складывалось впечатление, что он соскучился по нему настолько, что просто сдерживаться было выше его сил. При этом он потратил много времени, чтобы подготовить его для проникновения. Вот только теперь вся шея была в красных отметинах и укусах.       Всё же найдя в себе силы встать, волшебник, так же находясь в комнате, принялся проверять сообщения от дароземцев. Для этого было достаточно коснуться треугольника на руке и пустить магический импульс. И перед ним тут же появлялся лист бумаги, где было написано о том, что дароземец согласен вступить во временное перемирие.       После метка исчезала с руки.       Прочитав все послания, Шаю окинул взглядом ставшую привычно гладкой руку, и мягко улыбнулся.       Среди посланий были сообщения от оборотней, то есть от Шема, и от нескольких касаарэ-арду, в их числе и Дебби. На сердце стало тепло, когда он понял, что девушка жива и невредима. Более того, выжило ещё около трёх десятков касаарэ-арду.       Но увы погибли все ящеры с топи Ваним. В этом Шаю винил себя. Терновник тут не причём. Он полагал, что эта защита, активировавшаяся, когда Сигард нашёл местоположение четвёртого камня. А сжёг терновник именно Шаю. Потому в исчезновении целого вида виновен только он.       В голове мелькнула мысль, завести дневник, в котором он напишет всю правду о сотворённых им зверствах. Чтобы после хоть кто-то узнал о том, что на самом деле происходило, что он творил в военное время.       Он желал написать в дневнике всю правду, в том числе и о своём плену и статусе любовника императора Сигарда.       Тряхнув головой, отбрасывая грустные мысли, волшебник покинул спальню императора и направился в библиотеку, где тот должен был быть. Сигард, перед уходом, предупредил, чтобы пришёл к нему, как только будет в состоянии.       В этот раз стражи никакой не приставляли к нему, хотя сам волшебник ощущал некое магическое вмешательство. Предположив, что это Сигард поставил щит, смирился.       Возможно, мужчина волновался из-за волков, поэтому решил перестраховаться. Хотя Шаю не нуждался в защите. Но спорить было глупо.       Достигнув библиотеки, был несколько удивлён количеству людей рядом с ней. По нашивкам на куртках мужчин и женщин, Шаю понял, что это командиры и генералы армии Сигарда.       Так как двери были открыты, то Шаю заглянул, никто из личной охраны императора, которая присутствовала полным составом, не попытался остановить его. Возможно потому, что Крамус только вышел, когда Шаю выглянул из-за косяка.       Кинув на волшебника напряжённый взгляд, кивнул вглубь комнаты, показывая, где сейчас Сигард.       Император стоял у стола и о чём-то разговаривал с одним из генералов, рядом с которым стояла невысокая девушка с бирюзовыми волосами, собранными в высокую причёску. Одета девушка была в тёплое шерстяное платье. Поняв, что рядом с генералом стоит выжившая касаарэ-арду, Шаю поспешил к ним.       Сигард заметил его почти сразу и поманил рукой. Встав рядом с ним и, откинув его руку, что по-хозяйски легла на спину, посмотрел на генерала и касаарэ-арду.       Генерал сразу же не вызвал доверия. Высокий и худой, с блеклыми глазами и морщинистым лицом, на котором застыло жесткое выражение.       Касаарэ-арду стояла, вытянувшись во весь рост, сложив руки на груди и глядя в пол.       При появлении волшебника, она не изменилась в лице и даже не шелохнулась. Словно его не было рядом. Конечно, Шаю не ожидал, что любой дароземец узнает в нём волшебника, но всё же полагал, что каким-то шестым чувством его земляки узнавали. Но не эта девушка.       Сигард продолжал разговаривать с генералом о планах именно его батальона, когда и куда они выдвигаются. Шаю в разговор не встревал и даже не слушал. Какая разница, если он идёт с ними.       Заинтересовавшись странным поведением касаарэ-арду, Шаю протянул руку и коснулся кончиками пальцев её руки. Девушка вздрогнула и вскинула голову, уставившись на него белыми глазами.       — В чём дело? — тут же грубым голосом спросил генерал, прервав разговор с императором.       Сигард нахмурился, но рвать и метать не торопился. Он пока ещё не сообщил Шаю о том, что ему следует поговорить с рабами, чтобы те убрались восвояси, не причиняя армии совершенно никаких проблем. Но даже без этого разговора волшебник знал, что он отпустит всех, кто пожелает.       — Ты не чувствуешь меня? — спросил Шаю у девушки, что продолжала смотреть на него и не видеть.       — Как ты... — начал было генерал, но Сигард схватил его за руку, останавливая. Генерал уставился на императора, осознав, где он и кто перед ним. Видя стальной взгляд мужчины, дёрнулся, вырвав руку и замер, вперив в Шаю ненавидящий взгляд.       — Кто ты? — приятным голосом спросила девушка, поводив вокруг себя одной рукой в поисках генерала. Тот протянул руку и сжал её пальцы в своей.       — Волшебник, — шагнув к ней чуть ближе, проговорил Шаю. Накрыв одной рукой плечо, второй коснулся подбородка, чтобы она выше подняла голову. — Давно ты слепа?       — Несколько лет, волшебник, — отозвалась девушка. Вырвав руку из хватки генерала, накрыла ею ладонь Шаю на своем плече. — Но не стоит беспокоиться. Я привыкла.       — Касаарэ-арду, не способная видеть предсказания, не может привыкнуть к подобной жизни, — не согласился Шаю. — Хочешь я помогу тебе?       Девушка вздрогнула и отступила.       — Нет, — испуганно воскликнула она. — Лучше так, чем видеть, что творится вокруг.       — Император уводит своих людей, — сообщил Шаю.       — Значит и я уйду с ним, — печально отозвалась девушка.       — Как тебя зовут?       — Жаррианна, — отозвалась она, снова поводив рукой вокруг, немного успокоилась, когда генерал Марко сжал её пальцы.       — Жаррианна, а ты хочешь уйти с ним? — спросил Шаю, внимательно следя за выражением её лица.       — Какое тебе дело! — рыкнул Марко. Сигард снова поднял руку, приказывая ему молчать. — Она моя!       — Император Сигард дарует свободу каждому, кто из захваченных вами дароземцев только пожелает! — обернувшись к мужчине, прорычал Шаю, сверкнув глазами. Генерал нахмурился и посмотрел на императора, который пока просто наблюдал за стычкой. Переведя на него взгляд, Шаю с нажимом спросил: — Верно, император?       Генерал уставился на Сигарда, всем своим видом давая понять, что не согласен с таким решением.       — Она моя, ваше превосходительство. Вы сами отдали её мне!       — Если она не ждёт от тебя ребёнка и, более того, сама пожелает оставить тебя — значит, так тому и быть! — рявкнул Сигард и обратился к Шаю. — Заканчивай спектакль!       Пожав плечами, Шаю снова повернулся к девушке и взял за руку, свободной отцепил пальцы генерала от её руки и потянул за собой.       — Пойдём со мной. Поговорим.       Девушка послушно последовала за ним, полагая, что всё это просто розыгрыш. Она знала, что некоторые волшебники примкнули к императору.       Встав с девушкой у окна, выглянув и отметив, что начинается цветение зелени, молодой человек взял касаарэ-арду за обе руки и проговорил:       — Я хочу помочь тебе. Возможно, получится вернуть тебе зрение. Хочешь этого?       Шаю не мог бы объяснить почему в нём вспыхнуло желание защитить девушку, возможно, она напоминала ему о Дебби. А может быть просто олицетворяла собой всё Дароземье. Несчастные жители которого обязаны терпеть и сносить все тревоги и боль, что несли им последние годы.       — Хочу, — отозвалась девушка, по щеке скользнула слезинка. — Но боюсь увидеть то, что случится, когда я снова начну видеть больше остальных.       — Но это часть тебя, — мягко улыбнулся Шаю. — Я попробую, хорошо? А потом ты мне честно ответишь, хочешь ли ты уйти с генералом и императором.       Жаррианна согласно кивнула и прикрыла глаза, хотя всегда была в полной темноте в последние долгие годы.       Шаю накрыл ладонями её голову, зарывшись пальцами в мягких волосах с ароматом ландышей. Уставившись в её макушку, чтобы легче было отвлечься от шума вокруг, представил глаза девушки...       Он хотел попробовать тот же способ, которым излечил Снег.       Снег.       Где же она, жива ли вообще. Столько времени прошло.       Время словно замерло для Шаю, периферическим зрением он отметил, как медленно кружит пылинка в луче солнца, как гомон голосов стихает и замедляется. И ощущал, как его сила нежными волнами, но нетерпеливо, хлынула по венам, стремясь к пальцам, ища выход, отвечая на призыв.       — Шаю! — ворвался в сознание требовательный голос Сигарда, спустя мгновение он ощутил его хватку на плече.       Моргнув, волшебник отскочил от девушки, что всё так же послушно стояла рядом, опустил голову и прикрыв глаза.       — Что? — несколько испуганно спросил Шаю, голова начала болеть сразу же, как только в сознание ворвался гомон голосов кругом.       — Вы уже больше часа так стоите, — сообщил Марко, который только закончил обсуждать с императором планы. Собственно, он первым, после окончания разговора, поспешил к касаарэ-арду и волшебнику.       — Ясно, — немного растерянно ответил Шаю.       — Жаррианна, ты что-нибудь видишь? — спросил Шаю, посмотрев на неё.       Девушка, подняла голову и спросила:       — Уже можно?       — Попробуй, — кивнул он, снова ощутив, как Сигард накрывает рукой его спину.       Девушка вдохнула и выдохнула несколько раз и всё же распахнула глаза.       Настолько красивого бирюзового цвета Шаю в жизни не видел.       — Ох, я вижу тебя! — воскликнула девушка, подпрыгнув на месте и прижав к лицу ладони, так сильно её переполнял восторг.       Но стоило только ей внимательнее посмотреть на исцелившего её волшебника, как прекрасные глаза широко распахнулись, наполнившись страхом.       — Берегись!       Всё началось неожиданно.       Шаю стоял рядом с Сигардом, когда почувствовал сильный удар в грудь. После осталась лишь боль и дезориентированность, прежде чем боль пришла и в спину.       — Шаю! — послышался чей-то окрик.       Морщась от боли во всём теле, волшебник приподнялся на руках. Осмотревшись, осознал, что находится в углу комнаты, а рядом с ним два волка.       Один скалился и рычал, медленно приближаясь. Второй, заскулив, осел на пол. Это один из солдат Сигарда попытался его убить, но был и сам смертельно ранен острыми клыками.       Всё ещё не понимая, что происходит, волшебник наблюдал, как от выжившего волка отделилась тень и вот их уже стало двое.       Совершенно не веря в происходящее, Шаю, шатаясь, поднялся на ноги, опираясь на стеллаж с книгами.       Оружия у него не имелось. Но рядом умирал солдат из личной охраны императора. Его меч был достаточно далеко от Шаю, видимо выбило при столкновении с врагом. Но на его поясе волшебник увидел кинжалы.       Подскочив к солдату, едва не выплюнув от тошноты завтрак, Шаю дрожащими руками выхватил у него два имеющихся кинжала и снова отошёл к стеллажу.       Волк подбирался всё ближе, при этом проигнорировав, что маг взял оружие. Может, и не очень опасное для него, но даже коротким лезвием кинжала можно глотку перерезать. Другой волк рычал и кидался на солдат, если те пытались приблизиться к волшебнику на помощь. Конечно же, лука ни у кого в библиотеке не имелось, потому приходилось вступать в близкий бой.       Помимо этого, волков с каждой секундой становилось лишь больше. Всё новые и новые появлялись из тени своих сородичей. Но если остальная стая прыгала и скалилась на имперских воинов, то двое продолжали стеречь волшебника, отгоняя от него любого, даже если он просто случайно начал падать в эту сторону.       Шаю потрясало и интересовало, что это за магия, колдовство. Но времени восхищаться чьей-то работой не было. Волки определенно пришли за ним. Как и предполагал Сигард.       Но почему же тогда не сработали щиты, ведь волшебник чувствовал их на себе.       Сам император в это время стоял среди своих людей, мечом уверенно рубил волков, в попытках прорваться через охрану и зверей. Но если волки отступали и появлялись спустя мгновение чуть в стороне, но между ним и волшебником, то люди лишь мешали своей защитой. Они не думали о его стремлении спасти любовника, они выполняли свою задачу.       Крамус, возможно, был единственным из всех в библиотеке, кто вскоре понял сложившуюся ситуацию и попытки Сигарда прорваться через волков и солдат. Но если хищников император рубил мечом, то своих людей отталкивал и отбрасывал в сторону, порой тем самым спасая им жизни.       Понимая, что волшебника нужно спасти, Крамус попытался прорваться через кольцо множащихся волков, что оказалось не просто сделать. На смену одному, приходило ещё по паре тварей. Потому отойти далеко от императора и приблизиться к волшебнику почти не удалось.       Срубив ещё одного хищника, Крамус огляделся, поражаясь суматохе, что творилась вокруг. Поэтому он одним из первых заметил, как один особо здоровый волк кинулся в толпу. Но метил он не на простых солдат, а на Сигарда. Мужчина увернуться от его прыжка не успел, но подставил меч. Волк налетел на остриё и завизжал. От веса волка, Сигард выронил меч, выхватив из ножен кинжалы. В такой суматохе магией он опасался пользоваться. Того и гляди, уничтожит всех кругом.       Ещё один волк появился прямо перед лицом Сигарда, единственное, что он успел сделать, подставить перед собой кинжалы, но в отличие от меча, они были мало эффективны против такой громадины. Рухнув на двоих солдат спиной, мужчина пытался пнуть волка, в чью грудь вонзились лезвия, но ощутимого вреда не нанесли, волк словно и не заметил ран.       В это же время в боку что-то кольнуло. Перехватив обе лапы волка одной рукой, Сигард саданул кулаком его в грудь, рядом с кинжалами. Волк чуть ослабил натиск и Сигард смог увидеть торчащую из собственного бока рукоятку кинжала. Вскинув взгляд, заметил генерала Ремара, с очень многообещающим огнём во взгляде.       Именно поэтому Сигард имел собственную охрану.       Потому что никогда не знаешь, кто вонзит нож в спину.       И лучшего момента, чем сражение, невозможно выбрать. Никто не подумает на своих, ведь врага и без того много кругом.       Крамус понимал, что добить очередного волка у него нет времени, а осознание того, что генерал Ремар пытается убить Сигарда, не поможет. Он не успеет добежать первым...       Шаю всё так же наблюдал, как приближается к нему волк, медленно, но неотвратимо. Покрутив головой, волшебник понял, что кроме кинжалов у него нет ничего. Волки добились того, чтобы оттеснить его от остальных. Снова осмотревшись, он заметил, как Крамус замахивается мечом на волка, увидел, как генерал заносит меч для удара по Сигарду, который боролся с волком, что всё ещё пытался сражаться с ним. Волк не пытался его убить, это было понятно потому, что он только рычал и прихватывал клыками его руки, не прокусывая достаточно сильно, чтобы растерзать плоть.       Остальные солдаты бились с другими волками. Но их было меньше.       Понимая, что выбора особо нет, Шаю метнул один из кинжалов в волка, стоящего над Сигардом. Со вторым замер на мгновение.       Один волк шёл на него, рыча и скаля зубы с явным намерением разорвать в клочья. Расстояние между ними осталось не больше метра.       Первый кинжал впился в загривок волка, над императором. Заскулив, хищник повалился на бок, Сигард толкнул его, сбрасывая с себя.       В это же время генерал начал опускать свой меч, метя в грудь своего повелителя.       Сердце пропустило удар, болью отозвавшись в груди. Дыхание на миг перехватило, стоило только подумать, что меч генерала сделает своё дело.       Снова кинув взгляд на волка перед собой, Шаю выдохнул, успокаиваясь.       Мгновение, и второй кинжал сорвался в полёт, направляемый его рукой.       В следующую секунду клинок по рукоятку вошёл в плечо генерала, Сигард в это же время вскочил на ноги и посмотрел на мужчину, из руки которого выпал меч. Подхватив выпавшее оружие ублюдка, Сигард выпрямился и вонзил его в горло генерала Ремара. Сильнее сжав в руке меч, обернулся, в поисках любовника. Остро чувствуя кинжал в своем боку, он, тем не менее, не торопился его вынимать, чтобы окончательно не истечь кровью. Времени оставалось всё меньше, прежде чем волки достигнут волшебника. Не важно, какие у них были цели на его счёт, необходимо защитить, во что бы то ни стало.       — Шаю! — заорал он во всю мощь лёгких, наконец увидев его.       Но успел лишь встретиться с его взглядом, прежде чем волк всё же кинулся на волшебника, целясь в шею...