Камень Жизни

      Лето с каждым днём больше расширяло своё влияние на природу. За прошедшие три недели армия императора Сигарда ушла не так далеко, несмотря на то, что страна под названием Галштея располагалась достаточно близко. Огромному войску предстояло провести в пути как минимум ещё месяц. С потеплением, а после и вовсе жарой, солдаты снимали с себя одежду, с каждым новым утром всё меньше оставляя её на себе, кто-то вовсе носил одни штаны.       Шаю сидел верхом на Снег, поводья которой были приторочены к седлу Сигарда, и самому волшебнику не имело смысла их держать. Вместо них в его руках была книга. Её он нашел пару дней назад в палатке императора и теперь с интересом вчитывался. Солнце клонилось к закату, но прохладнее не становилось. Оттянув ворот чёрной рубашки, Шаю вздохнул устало. За день он выматывался больше от духоты, чем из-за пути. Снег словно подстраивала свою спину под наездника, у которого к вечеру даже зад не болел от долгого сидения.       — Остановимся здесь, — крикнул Сигард, махнув рукой и отпустив солдата, который, подбежав к нему, сообщил, об остановке авангарда, чьи солдаты принялись готовить ужин.        Спешившись, мужчина подошёл к любовнику и протянул руки, чтобы помочь спуститься. Но волшебник увлёкся книгой и не заметил его. Потому, скрипнув зубами, Сигард подхватил его сам, стянув с лошади. Та, словно выдохнула облегчённо и, всхрапнув, направилась в сторону, определив по запаху о наличии неподалеку речки.       — Что ты там всё читаешь? — спросил Сигард, заглянув через плечо Шаю в книгу и нахмурился. — Шаю!       Молодой человек не ответил, потому он тряхнул его за плечо.       — Шаю.       — А? — встрепенулся тот и посмотрел на мужчину снизу-вверх. — Что?       — Заночуем здесь, скоро солнце сядет. Что ты читаешь? Нет ведь ничего, — снова окинув книгу взглядом, уточнил император.       — Как нет? — округлил глаза волшебник и ткнул пальцем в страницу. — Вот же про кольцо Времени говорится.       Сигард выгнул бровь и усмехнулся.       — Нет там ничего, — повторил он и, схватив мимо бегущего парня, притянул к ним, приказав. — Что в книге?       — Пусто, господин, — икнув, отозвался воин.       — Сигард, ты головой ударился? Или солнце напекло, — нахмурился Шаю. — Не смешно.       Подтолкнув солдата идти дальше, Сигард вырвал книгу из рук волшебника и пролистнул несколько страниц.       — Повторяю, нет тут ничего. Пустые страницы. Где ты её вообще взял?       — В палатке, — пожал плечами Шаю. — Стопка была, все пустые, а эта нет.       — Хм, — протянул император, даже не обратив внимания как к ним подошёл Рональд. — Тогда понятно. Я давал приказ, привезти список книг, видимо эту захватили потому, что пустая.       — Не пустая она, — настаивал Шаю.       — Вот ты наверно и перегрелся, — вернув книгу, хмыкнул Сигард, отмечая, что его палатку уже поставили в нескольких шагах от них.       — Что спорите?       — Шаю с ума сходит. Буквы видит там, где их нет, — пожал плечами Сигард и потянулся, разминая затёкшую спину.       — Он-то с чего? — оскалился Рональд. — Хотя твоими стараниями не только с ума сойдёшь.       — Рот закрой, — рыкнул Сигард, сжав кулаки. Он и без того подустал от жары и долгого перехода, а тут ещё и зазнавшийся волшебник так и норовит поддеть. Приблизившись к любовнику, который снова уткнулся в книгу, провёл над ней рукой, а через пару секунд она засияла красным светом, вновь отвлекая от чтения Шаю.       — Заколдованная, — хмыкнул Сигард. — Видимо, только ты можешь её прочесть.       — Наконец-то тебе нос утёр кто-то, — шире оскалился Рональд. — Не всё тебе, великому, подвластно.       Сигард скрипнул зубами громче.       — Захочу, прочитаю...       — Раз мы пришли к единому мнению, что я не псих, пойду уж, — спокойно отозвался Шаю и шагнул к палатке. Он уже привык к вечным спорам императора и своего учителя. Смысла постоянно за ними следить и останавливать не видел, когда-нибудь сами разберутся. Потому можно спустить простые споры без драк.       Чертыхнувшись, Сигард не стал заканчивать свою тираду и последовал за ним.       Шаю вошёл внутрь и сел за стол, снова ничего не замечая вокруг. Сигард, дождавшись, когда выйдут все слуги, — рабов больше не было, — умылся и слегка ополоснулся, смывая пыль. Волшебник продолжал читать, задумчиво подперев рукой подбородок, даже не замечая, что сел во главе стола.       — Шаю, — позвал мужчина, встав за ним и, накрыв руками тонкие плечи, стал разминать.       — М? — только и отозвался Верховный маг, хотя от прикосновений императора по телу прошли мурашки.       В палатку вошли три солдата, неся подносы с едой, которую доставили из авангарда, так как он останавливался раньше, и в путь выдвигался задолго до остальной части армии, то успевали готовить и доставлять еду. Накрыв стол, мужчины поклонились и ушли.       Сигард, продолжая массаж, пальцами мял плечи и шею любовника, глядя то на его макушку, то в книгу, где ни единой буквы так и не появилось.       — О чём пишут? — спросил он.       — Ух! — выдохнул Шаю, дёрнувшись, потому что цепкие пальцы нажали слишком сильно на чувствительную кожу под подбородком.       В этот же миг полог шатра-палатки откинулся и с кувшином вина в руках вошёл Рональд. Он всегда ел за столом с Шаю и Сигардом, хотя последний пытался его выгнать. Шаю в их разборки не лез, давно махнув мысленно рукой. Пока сами не разберутся, не успокоятся, вот если всё станет серьёзно, то вмешается.       — Что ты снова с ним делаешь? — взвился тут же учитель, услышав стон ученика.       Сигард смерил его ледяным взглядом и отошёл, сев за стол.       Сам волшебник, окинув ученика взглядом, поставил кувшин на стол и сел. Вышло так, что напротив Сигарда, так как главное место за столом всё ещё занимал Шаю. Впрочем, сам император не обращал внимания на данный факт, они не на официальном приёме, чтобы беспокоиться об этом. Выхватив книгу из рук любовника, подложил между страницами чистую вилку и убрал подальше.       — Умойся и есть садись, — приказал Сигард, принимаясь за еду.       Шаю вздохнул и поплёлся в соседнюю комнату, где стояла бадья. Умывшись, вернулся, удивившись тишине и сев на то же место. Сигард и Рональд молча ели. Последний пил из кубка принесённое вино, император же довольствовался травяным настоем.       Только они закончили с едой, как в шатёр вошёл Лиран и протянул императору стопку посланий, на которые сам мужчина глянул с тоской. Рональд уходить не торопился, развалившись на спинке стула. Шаю же, подхватив книгу, умчался во вторую комнату, расположившись на постели.       Сигард закончил с посланиями ближе к полуночи и вошёл в спальню. Отметив, что волшебник всё ещё читает, разделся и лёг. Вскоре уснул. Но, проснувшись через пару часов, вырвал книгу из рук Шаю и отбросил её на ковёр.       — Спи, — приказал он и снова закрыл глаза.       Шаю нахмурился от недовольства, но послушно разделся и лёг. Однако мысли не давали покоя, он хоть и читал книгу, но пока ещё не знал, всё ли правильно понимает из написанного. Сон не шёл. Выждав, когда император перевернулся на другой бок, попытался встать и взять книгу, но с раздражением отметил поставленные мужчиной щиты, которые не выпустили его из постели. Не имея выбора, снова растянулся на постели и размышлял. Обо всём, что в голову приходило. О прочитанном, после мысли плавно перетекли к последним событиям. С одной стороны, он понимал, почему император тащит его за собой. С другой, устал ждать, когда он вынет из него камень. Конечно, Сигард уже сказал ему, что активировал четыре камня Силы и может управлять ими. Но это не отменяло того факта, что пятый ему всё равно нужен.       Уснул ближе к рассвету, проснулся же когда в комнате никого не было, а по ощущениям стукнуло далеко за полдень. Удивившись, от чего его до сих пор не разбудили, умылся, задумчиво потрогав отрастающую щетину. Посмотрев в отражение своих глаз в зеркале, провёл рукой по подбородку, магически стирая щетину и запрещая ей расти. Одевшись и заплетя волосы в простую косичку, вышел в соседнюю комнату. Стол был пуст, как и само помещение. Снаружи слабо доносились голоса солдат, шум металла, ржание лошадей. Постояв пару минут и, прикинув хочет ли есть, шагнул к пологу, но почти тут же тот распахнулся и вошёл Сигард, следом Рональд.       — Проснулся, наконец, — возмутился учитель. — Я уже шёл проверять, что он с тобой сделал такого, раз ты всё ещё дрыхнешь.       Шаю лишь пожал плечами и потянулся всем телом, от чего Сигард едва не сел мимо стула, засмотревшись на гибкое тело, рельеф которого облепила натянутая ткань рубашки.       — Почему мы не выступили сегодня? — спросил Шаю, сев за стол справа от императора.       — Дождь пошёл, — коротко отозвался учитель и сел напротив него.       — Можно не большим отрядом выступить вперёд, — задумчиво проговорил Сигард, а в палатку вошёл мужчина с подносом. — Армия всё равно придёт в Галштею нескоро. Мы же можем двигаться быстрее из-за меньшего количества людей.       — А если твоя армия нападёт на кого-нибудь? — прищурился Рональд, взяв с подноса только кубок и налив в него из кувшина воды.        — Во-первых, отобьются, — смерив мужчину взглядом, ответил Сигард. — Во-вторых, тут почти мои границы, нападать некому. Тем же аборигенам, живущим в лесу, не справиться с таким количеством солдат.       — А что же ты аборигенов всё ещё не подчинил? — удивился Рональд, едва не подавившись водой.       Шаю молча подвинул поднос к себе и стал уплетать за обе щеки молодой картофель с зеленью и жареным рябчиком. От вопроса учителя поднял взгляд на любовника, также заинтересованный.       — Их мало, — пожал плечами Сигард. — Живут себе в лесу спокойно, молятся своему богу.       — А если у них появится союзник сильнее тебя? — прищурился Рональд, не веря, что Сигард так просто оставил небольшое племя.       — Разве только бог их лично придёт, — спокойно ответил мужчина, окинув Шаю взглядом. — Кобыла твоя снова не дается. Даже есть отказывается.       Шаю едва не подавился под его пристальным взглядом и только кивнул в ответ. За все недели он лично ухаживал за Снег, так как она упорно не желала подпускать к себе чужаков. Более того, порой на него недовольно фыркала, чувствуя запах Сигарда.       Запихав в рот ещё несколько кусочков картофеля и птицы, Шаю поднялся, запив всё водой и вытерев руки, вышел из шатра, чтобы провести со Снег беседу. Своевольная кобыла упорно сама ухаживала за собой. Привязывать её не имело смысла, неведомым образом она всегда выпутывалась и уходила. Пила воду из рек и луж, родников. Купалась там же, ела траву, благо той кругом было вдоволь. Даже копыта стачивала о камни, ночами пугая слабовольных солдат.       В этот раз Снег нашлась у реки, разлёгшись на влажном берегу.       — И что ты сегодня капризничаешь? — спросил Шаю, подставляя ей ведро с овсом. — Не будешь есть, ослабеешь, и кто меня тогда понесёт?       Снег только фыркнула и, встав, всё же соизволила поесть. Волшебник же принялся её вычесывать.       — Мне тоже всё это не нравится, — признался Шаю, не обращая внимания, как за воротник стекают капли дождя. — И я предлагал тебе остаться в Дароземье. О тебе бы заботились, как положено. Всё же не абы кто, а лошадь Верховного мага. Сама же не захотела.       Снег скосила на него глаз, но промолчала.       — И вообще, — продолжал Шаю. — Мне недолго осталось. Что ты тогда станешь делать? Кому нужна будешь? Нет, ты, конечно, очень красива и умна, но кто об этом знает, кроме меня?       Мысли о скорой смерти Шаю не пугали, скорее в ужас его приводили другие мысли, те последствия, возникновение которых наступит, как только Сигард завладеет всеми камнями. Что станет с Дароземьем, с друзьями и Снег в их числе. Хоть он и отгородил родину от вторжения, всё же имелся шанс внутренних междоусобиц. А его не будет рядом, чтобы всё остановить. Его вообще не станет. Конечно, возможно повезёт, и тут же появиться новый Верховный волшебник. Но каким он будет?       Снег, словно почувствовав настроение и страх хозяина, оторвалась от ведра и потянулась мордой к нему, прихватив губами влажные волосы, пытаясь утешить.       — Вот я и говорю, — кивнул волшебник. — Надо что-то делать. Тебе бы другого кого найти, а меня оставить.       Снег недовольно фыркнула и вернулась к трапезе, всем своим видом показывая личное мнение о советах волшебника и его поведении. Даже хвостом махнула так, что кончики его волос больно ударили по лицу Шаю. Но он лишь отмахнулся. Что ему такая боль.       Под навес кобыла упорно отказалась идти, но согласилась провести следующую ночь под широким дубом, чьи кроны хотя бы немного оберегали от дождя.       Вернувшись в шатёр, волшебник не застал ни Сигарда, ни Рональда. Учитель возник почти мгновенно, стоило только Шаю переодеться. Возгрузив поднос с очередной порцией еды на стол, уселся на полюбившееся место слева от главы и принялся есть.       — Сейчас научу тебя еще одному заклинанию исцеления, — проговорил мужчина, запивая вином.       — Хорошо, — кивнул Шаю и расстроился, снова ему не дадут спокойно почитать, а ведь он подобрался к чему-то интересному. Вот только магии исцеления ему необходимо научиться хотя бы для того, чтобы исключить чьих-либо ран. Рональд, как и обещал, стал передавать ему свои знания, пока в основном это были заклинания исцеления и обороны. Но, однажды попробовав «Огненный шар», Шаю казалось, что эти способы слишком просты. И снова одёргивал себя за жадность. Да, у него неограниченный резерв, но это вовсе не означало, что стоило им разбрасываться налево и направо. Некоторые простые заклинания тоже хороши и менее трудоёмки.       — Почему ты это терпишь? — спросил Рональд, внимательно следя за учеником, стоящим у столика, заполоненного заговорёнными клинками.       — Что именно? — уточнил Шаю, не оборачиваясь.       Только сейчас, глядя на клинки, он вспомнил о мече, где-то внутри себя. Как только ему удалось его втянуть в себя, не пытался вытащить. Как-то времени не было подходящего для тренировок.       — Сигарда, — уточнил Рональд. — Только не нужно мне про клятву говорить. Помню. Но ведь ты закрыл Дароземье, он туда не вернётся, даже если завладеет последним камнем. Так почему терпишь? Давай сбежим.       Шаю сухо рассмеялся на его предложение.       — Учитель, учитель, — покачал он головой. — Разве ты забыл, что клятва не позволит мне нарушить её условия. Более того, даже если я сбегу, всё равно умру. Только уже от несоблюдения договора.       — Тогда давай я разберусь с ним, уговорю, чтобы отпустил тебя, освободил от этой клятвы. Он активировал четыре камня, стал сильнее. Ему должно хватить этого.       — И что ты ему скажешь? — только сейчас волшебник обернулся. — Как убедишь? К тому же, такие люди, как император, никогда не отпускают полезных рабов.       Рональд поджал губы и опустил глаза на стол, злость буквально всего охватила.       — Ладно, допустим, ты останешься с ним, но ведь терпеть его насилие необязательно. Потребуй других условий.       — Каких же? И к сведению, он не избивает меня.       — Но принуждает. Пусть так, тогда потребуй оставить тебя в покое, — стукнув кубком по столу, рявкнул Рональд. — Ты наш владыка, а стелешься под захватчика, словно так и надо.       Глаза Шаю потемнели от этих слов.       — Хочешь сказать, что шлюха вам в правлении не нужна? — твёрдо глянув на мужчину, уточнил он. — Напомнить, что я не просил ни об одном из этих социальных статусов?!       — Ты не шлюха, Шаю, — Рональд подскочил к нему и обхватил за плечи. — Но терпеть такое нельзя. Он должен считаться с твоим мнением. Неужели ты не понимаешь, если он не проявит хотя бы немного уважения, ты просто умрёшь от физических мук раньше, чем он решит казнить тебя.       — От каких мук? — не понял Шаю.       — Ну... он же... — растерялся учитель и шагнул назад. — Марьён рассказывал через что ты прошёл, когда мы ждали в домике в лесу. Перед появлением Тени.       Шаю понял, о чём он, но рассказывать, как обстоят его физические отношения сейчас с Сигардом и какими были раньше, не собирался.       — Всё в порядке. Не волнуйся обо мне, — проговорил он.       — Что уж в порядке, ты так от кровопотери скорее умрёшь, — зыркнул волшебник на него.       — Кто? — раздался голос Сигарда от входа. — У кого кровь?       Рональд только прожёг его ненавидящим взглядом и выскочил прочь. Император же оглядел Шаю и повторил вопрос:       — О какой крови он говорил?       — Забудь, всё в порядке. Рональд что-то не так понял, — махнул рукой Шаю, не имея желания рассказывать суть их разговора. Не дай духи ещё примется обратное доказывать. А иметь свидетелей их близости больше одного Шаю желал меньше всего. — Куда книгу дел?       Почти через час Сигард сидел за столом и просматривал очередную кипу бумаг, Шаю расположился на стуле рядом, боком к нему, так как император возжелал не отвлекаться от бумаг и одновременно массировать голову волшебнику. Сам Шаю читал книгу, в которой Сигард всё так же ничего не видел, и терпел марширующие по спине и плечам мурашки.       Полог без разрешения откинул Рональд, входя.       — Глядите-ка, — выдал он, ведя за собой кого-то. Сигард, недовольный, что его снова отвлекает маг, посмотрел на него, на вошедшего следом Лирана и Марьёна.       — В чём дело? — громко спросил он, от чего Шаю тоже поднял взгляд, когда рука на шее застыла.       — Пришёл вот, — указал Рональд на ученика.       Лиран подтолкнул его вперёд. Собственно, он первым его и заметил, снующего между солдатами, а чтобы не узнали, даже напялил одежду чью-то.       — Марьён? — удивился Шаю и закрыл книгу. — Зачем ты здесь?       — Потому, что ты с ним, — кивнул он на Сигарда, сверля взглядом. — Раз ты ушёл с ним, я хочу присоединиться к тебе.       — И кто же тебе позволит? Помнится дан был ранее шанс, но ты его проигнорировал, — перебил император.       — Я к нему пришёл, а не к твоей армии. Видел, что тут есть другие волшебники, значит и меня возьмёте.       — И зачем ты нужен? — прищурился Сигард, видя, как Марьён внимательно осматривает Шаю, если бы было в его силах, еще и ощупал бы.       — Стану служить Верховному магу, — пожал тот плечами.       — Служить и без тебя есть кому. Хватает и его, — указав кивком головы на Рональда, отрезал Сигард. — Или ты снова желаешь попробовать украсть Шаю и спасти?       Поднявшись, Сигард смерил Марьёна с ног до головы.       — Он не пойдёт с тобой, — протянув руку волшебнику, потребовал: — Поговори с ним, объясни всё. И чтоб я больше не видел его.       Шаю поднялся из-за стола и указал Марьёну рукой на соседний стул.       — Присаживайся, — проговорил он, наблюдая как Сигард и Рональд отходят в сторону, но явно не планируют оставить сокурсников наедине.       Марьён садиться на предложенный стул не стал, шагнув к однокурснику, обнял. Шаю этого не ожидал, потому замер на месте.       — У меня есть артефакт телепортации, — быстро прошептал Марьён на ухо. — Давай уйдём вместе, Шаю. У тебя есть возможность сбежать от этого чудовища.       Шаю поднял руки и сжал в пальцах рубашку Марьёна на секунду, почти тут же отстраняясь от него. Окинув взглядом, спросил:       — Почему ты не в Дароземье?       — Шёл за армией, надеялся тебя увидеть.       — Зачем?       — Я переживал, жив ли ты вообще. Чуть с ума не сошёл, когда советники не смогли определить, где находишься. Но после получил послание, в котором ты сообщал о перемирии. Я не знал, что делать, но понимал необходимость вызволить тебя. Почему ты пошёл с ним, Шаю?        — Так нужно, — пожал плечами волшебник, стоя напротив сокурсника. Рассказывать всё он не хотел, хотя видимо придётся. Сигард дал чёткий приказ. — В послании говорилось о нашем с ним соглашении. Сигард покидает Дароземье, а я отдаю ему камень Силы.       — Так отдай, — не понимал проблемы Марьён. — Тогда он же отпустит тебя?       Сигард слышал их, но молчал. Он не планировал отпускать Шаю вообще, даже если удастся разделить его и камень. По возвращению в Галштею собирался сразу перейти к поискам в книгах, которых у него очень много, чтобы найти решение. Камень ему нужен однозначно, Шаю тоже. Хотя для чего держать подле себя последнего, мужчина пока ещё не понимал. Просто имелось такое желание, оно плотно засело во всём существе.       — Это невозможно, Марьён, — запустив руку в волосы и взлохматив их, Шаю отрицательно мотнул головой. Опустив взгляд, понаблюдал, как сокурсник потянулся одной рукой ко второй, где на запястье была монета на шнурке. — Если ты не знаешь, у каждого камня Силы прежде имелся носитель.       Марьён нахмурился, он не особо интересовался камнями ни в годы обучения, ни в военное время. Зачем, если он сам волшебник и ему посторонние предметы не к чему. Но про носителей был наслышан, потому кивнул, практически сразу понимая к чему Шаю ведёт.       — Только не говори... — подавшись вперёд, накрыл руку молодого человека своей. — Этого не может быть. Только не ты, Шаю.       — Но это так, — снова пожал он плечами, глядя на их руки. — Сигард получит последний камень, когда убьёт меня. Таковы условия нашей клятвы на крови.       Марьён оцепенел. Такого он ожидал ещё меньше, это в корне меняло дело. Клятву невозможно нарушить, иначе смерть. Имелся вариант того, что один из клявшихся может отпустить другого, произнеся нужные слова. Но такого от Сигарда даже потребовать не получится, уж кто-кто, а он никогда не позволит кому-то просто уйти. Даже своему любовнику, особенно своему любовнику.       — Ты поклялся ему именно в этом? — уточнил Марьён. — Возможно, ты произнёс такие слова, которые легко перефразировать иначе.       Шаю убрал руку, опустив вдоль тела.       — Я помню всё, что произнёс. Сигард выполнил своё условие, теперь осталась моя часть. Оставь, Марьён, я готовился умереть слишком долго, надежды давно нет. Я смирился, и ты смирись.       — Но, — мужчина шагнул ближе, обхватив плечи волшебника. Он хотел дать ему уверенность в том, что всё ещё можно исправить, желал убедить, что умирать не нужно. Имел ли на это право, когда не представлял, что в его силах сделать. — Всё равно позволь идти с тобой. Если ты вскоре умрёшь, я хочу провести последние дни твоей жизни рядом. Я люблю тебя и хочу видеть, слышать, просто знать, что ты дышишь.       Шаю поднял на него взгляд и печально улыбнулся.       — Я не люблю тебя, — прошептал он.       — Знаю, — кивнул Марьён, осмелев от их тихого разговора, забыв об учителе и ненавистном императоре, провёл рукой по волосам возлюбленного, по щеке. — Просто позволь быть с тобой.       — Тебе же будет больнее, — нахмурился Шаю. Не то чтобы он понимал, каково это любить кого-то, скорее ему в романтическом смысле даже не нравился ещё никто и ни разу. Но даже не испытав этих чувств, он понимал, что быть рядом с тем, кого любишь и не иметь возможности выражать свои чувства больно, а ещё больнее ожидать смерти, которой не избежать.       — Пусть, — кивнул Марьён, приблизившись ещё немного. — Но даже так, я хочу быть рядом.       Марьён всем сердцем желал защитить Шаю, так же сильно, как поцеловать или обнять. Но понимал, что это невозможно. Когда-нибудь, может появиться шанс, но не сейчас, не стоит торопить события. Ему хватило одного раза напугать его.       — Не лучше ли помнить меня таким, каким ты видел раньше, чем быть рядом, зная, что в любой момент всё может исчезнуть? — от прикосновения мужчины волшебник ощутил лишь теплоту, ни неприязни, ни трепета. Лишний раз он убедился, что не рассматривает Марьёна как возлюбленного, более того, как любовника тоже.       — Шаю, — шепнул Марьён, почти коснувшись его лица своим. — Мы не знаем, что ждёт нас впереди, потому я буду надеяться за нас обоих.       — Хватит, — рука Сигарда легла на предплечье Марьёна, останавливая его. Поговорить он им позволил, но наблюдать, как кто-то другой прикасается к его любовнику слишком откровенно и с явными намерениями, не собирался. — Разговор окончен.       Марьён еще пару мгновений смотрел в глаза Шаю, и отступил назад, переведя взгляд на императора.       — Что бы ты не говорил, я иду с вами.       Сигард поднял голову выше и посмотрел непреклонно.       — Нет, — чётко произнёс он, беря Шаю за руку, выше локтя.       — Пусть идёт с нами, — обратился сам волшебник к мужчине, накрыв его руку на своей свободной. Сигард гневно посмотрел на любовника, но кивнул.       — Раз всё решили, пошли вон.       — Марьён, — позвал Рональд, подходя к нему и кладя руку на плечо. Сам ученик с ненавистью смотрел на императора, мечтая убить его самым изощрённым способом.       Возможно, это и есть решение проблемы.       Отступив, кивнул Рональду и вместе они вышли из шатра, чувствуя на спине твёрдый взгляд Сигарда.       — Больно, — спустя пару мгновений, прошептал Шаю, чувствуя, что боль от хватки мужчины становится сильнее.       Сигард не ответил, лишь притянул его к груди и впился в губы жёстким поцелуем.       ***       — Рональд, — позвал Марьён поздно вечером, когда большинство солдат уже спали, и вокруг костра кроме них никого не было. Так как Рональд не слушал и не выполнял приказы императора, то позволил себе установить палатку рядом с его шатром, чтобы иметь возможность прийти ученику на помощь, мало ли что придёт в голову тирана.       Подняв глаза на Марьёна, волшебник из одной руки переложил кружку с чаем в другую.       — Ты ведь больше меня знаешь о клятвах. Есть способ избавить Шаю от условий его договорённости с императором?       Отвечать Рональд не торопился, размышляя. Конечно, он много знал о клятвах и вообще о магии, намного больше тех же Марьёна и Шаю.       — Ты и без меня знаешь, что спасти Шаю невозможно. В его случае есть всего два выхода: первый — выполнить условия, второй — император отпустит его, разорвав соглашение. Сам понимаешь, у него больше шансов умереть. Нет того, что спасёт ему жизнь. Собственно, он живёт лишь из прихоти императора.       — Думаешь, возможно этого ублюдка уговорить отпустить Шаю?       — Не думаю, — качнул головой Рональд и допил чай, отставив кружку на землю рядом с ногой. — Я наблюдал за ними обоими. Сигард не отпустит Шаю по собственной воле.       — Зачем он ему? — негодовал Марьён. — Понятно, что камень нужен, ну так забери и покончи со всем этим.       — Я полагаю, император просто хочет убить Шаю уже в своём замке, — предположил Рональд. — Я согласен с тобой. Странно, что Сигард не спешит получить последний камень. А ведь так рвался. Конечно, он стал намного сильнее, активировав четыре камня Силы, но с последним станет ещё могущественнее.       Марьён кивнул. Выжидание императора было им на руку, оно давало время предпринять какие-то действия. Вот только, что именно они могли сделать, для спасения не просто сокурсника и ученика, волшебника, а Верховного мага. Тут дело заключалось не только в принципе, ведь Рональд мог бы оставить Шаю на растерзание, но последовал за ним, возможно только потому, что он его правитель. А Марьёна вели ещё и чувства. За прошедшие три года войны он пытался забыть Шаю, заводил любовников, одного краше другого, но чего-то не хватало. Первый год войны старался держаться поближе к Шаю, даже добился перевода из одного батальона в другой. Но слишком поздно получил согласие, Шаю пропал на целых два года. Марьён даже похоронил его мысленно, решив, что когда весь кошмар закончится, возведёт надгробие.       И вдруг неожиданно из разведки возвращается Рональд, передав точное местоположение армии, её командиров и количество солдат, сообщил, что попал в плен, хоть и на сутки, а вытащил его никто иной, как Шаю.       — У меня перед ним тоже долг, — тихо проговорил Рональд, подкинув в костёр несколько палочек, сорванных с ветки, найдённой в куче хвороста рядом. — Он спас меня и помог выбраться из Дар-Дергера. Сигард поговорил со мной только в самом начале, прежде чем заперли в камере, но этого хватило, чтобы понять, просто меня не отпустят. Император предлагал лишь два пути, умереть или подчиниться. И вдруг неожиданно он привёл ко мне Шаю. Я сам выдал, что мы знакомы, хотя Шаю попытался сделать вид, что это не так. Тогда я виноват был. Знал бы ты, что он сделал с ним, прямо на моих глазах.       Марьён напрягся, хотелось тут же ворваться в палатку императора и убить, отомстить за Шаю. Ему не нужно было слышать, что именно он сделал с ним, достаточно лишь домыслить. Марьён прекрасно знал, что близость между мужчинами порой сопровождается болью, сам был грешен в этом. Потому лучше всех понимал, что пережил Шаю в плену и рабстве, в постели Сигарда.       — Давай убьём его, — предложил Марьён, глядя на учителя через огонь. — Другого выхода у нас нет. Мы не можем допустить, чтобы Шаю умер ради его величия.       — Знаю, — кивнул Рональд. — Если ты придумаешь стоящий план, я помогу.