Камень Жизни

      Последующие два дня перехода по лесу Шаю углубился в книгу. С Сигардом не разговаривал, спать ложился уже после того, как он засыпал, подальше. Он злился на мужчину за убийство Марьёна, за Рубиновое кольцо и кандалы. Видя его настороженные взгляды, мужчина не пытался что-то менять, решив дать время перебеситься. При огромном желании он мог подавить его протест, но решил спустить выходку. К тому же дел было достаточно.       После нападения недостаров выяснилось, что погибло двое солдат, третий чудом уцелел, в последний момент сиганув под щит.       Каждый вечер император накладывал вокруг стоянки щиты, чтобы полу разумные твари не сунулись вновь. Но они и не пытались приблизиться, Сигард полагал, что лишь из-за неизвестной угрозы, он чувствовал рядом с ними ходит какое-то существо. В доказательство получил одним утром растерзанного недостара, молодняка, который в силу возраста посмел ослушаться вожака.       Рональд так же, как и Шаю, не разговаривал с Сигардом и даже перестал кидать колкости. Ему не давала покоя смерть Марьёна больше, чем Шаю. Ученики между собой не особо ладили из-за недопонимания, а вот Рональд провел с Марьёном больше времени, они практически вдвоём руководили волшебниками в Бурвудже.       Выжившие солдаты продолжали служить и охранять господина.       Шаю сидел перед костром после заката и читал книгу. За последние дни он устал и хотел бы выспаться, но ложиться раньше Сигарда не собирался, чтобы тот не умостился рядом, когда волшебник уснёт.       В книге описывалось заклинание, которое касалось непосредственно Шаю и Сигарда, способное помочь им с камнем Жизни. Но Шаю не до конца понимал, как всё устроено, потому перечитывал по несколько раз одно и тоже, чтобы разобраться самостоятельно.       Сигард присел рядом с ним и спросил, коротко глянув в книгу:       — Как рука и рёбра?       — Не болят, — отозвался Шаю и чуть отодвинулся, намекая, что разговаривать с ним не желает. Сигард накрыл его спину рукой и провёл по всей длине.       — Что в книге?       — Тебя не касается, — отрезал волшебник, поведя плечами, но император руки не убрал, наоборот поднял её выше, сжав шею сзади.       — Помни с кем говоришь, Шаю, — приблизившись к его уху, прошептал Сигард. — Прекращай вести себя как ребёнок, пока я даю тебе такую возможность.       — А иначе? — дёрнулся волшебник, захлопнув книгу. — Убьёшь? Так я этого и жду. Или снова кольцо наденешь?       Сигард предупреждающе прищурился, зарывшись пальцами в его волосы, потянул назад, от чего любовник задрал голову.       — С тобой, Шаю, я могу сделать вещи и похуже, — предупредил, заглядывая в его глаза. Так как молодой человек не пользовался в последнее время сильной магией, глаза его приняли привычный зелёный цвет, без вкраплений.       — Например? — в ответ стрельнул взглядом Шаю. — Снова будешь насиловать или пытать? Я иду с тобой добровольно, но ты продолжаешь относиться ко мне как к рабу. И если бы не клятва, кинул бы я тебя давным-давно.       Глаза Сигарда опасно блеснули, зубы скрипнули, а хватка на голове волшебника стала болезненной.       — Что бы ты знал…       — Хватит! — перебил их Рональд, встав за спиной императора и накрыв его плечо рукой, сжав до боли. С другой стороны от мужчины показался Цицу. Последний точно не знал, что предпринять и кого именно от кого спасать, но понимал, что их разговор необходимо прервать.       — Шаю, ты устал, отправляйся спать, — посоветовал Рональд, отпуская плечо Сигарда, когда его рука соскользнула с головы волшебника.       — И ты мне приказывать вздумал? — рыкнул Шаю, но всё же поднялся и отошёл.       — Оставь его в покое, — обратился учитель уже к Сигарду. — Как Крамус и говорил напоследок, он больше не твой раб и за ним тоже стоят люди, которые жизнь отдадут, только бы защитить от тебя и твоих необоснованных нападок.       — И что вы способны сделать? — хохотнул Сигард, выпрямившись во весь рост и разведя руки в стороны.       Рональд устало вздохнул и взлохматил волосы. На нём всё ещё было кольцо, только теперь Рубиновое, кандалы же сняли.       — Когда ты его убьёшь?       — Когда посчитаю нужным, — отрезал император, прекратив веселиться. Развернувшись, отошёл к своему коню. Из сумки, притороченной к седлу, достал несколько чистых листов бумаги. Присев, расстелил на земле один и, занеся руку, прошептал слова необходимые для передачи на бумагу информации. Спустя пару минут на листе появился его ровный почерк с приказом. Встав, мужчина создал стрелу, вокруг которой обмотался лист. Ещё мгновение и послание устремилось к получателю.       — Завтра прибудем в Галштею, — громко сообщил он, окинув всех взглядом. — Гнать будем до самых стен дворца.       ***       Когда Сигард сказал, что они прибудут во дворец, Шаю представил обычный замок, каменный и грубый. Но оказался не прав.       Дворец Сигарда на фоне заходящего солнца, окружённый зелёными лугами, выглядел великолепно, словно паря, ловил окнами последние блики солнца. Он имел форму квадрата, из жёлтого и белого камня. Чётко выделялось главное здание своими размерами. В стороны от него расходились ещё два огромных крыла. Парадный вход дворца украшали белые колонны из мрамора, перед самим дворцом располагалось озеро, окружённое по всему периметру витиеватыми бортиками из того же мрамора. Между озером и парадным крыльцом огромная площадка из чёрных и белых плит, начищенных до блеска.       Слуги выбежали во двор и выстроились по обе стороны. Лошадей император оставил на подходе ко дворцу, у внешнего периметра. Втроём, с Шаю и Рональдом, они пешком проделали оставшийся путь. Вокруг дворца цвели красивые деревья и кусты, наполняя воздух приятным ароматом.       На крыльцо с их приближением вышли ещё четыре фигуры, женщины и мужчины. Дамы облачились в прекрасные пышные платья, уложив волосы в затейливые причёски. Мужчины же надели белоснежные костюмы.        Слуги первыми поклонились императору, следом, спустившись с крыльца, склонились и придворные.       Окинув их взглядом, Сигард спросил:       — Всё подготовили?       — Да, ваша милость, — отозвалась стройная женщина с чёрными волосами и карими глазами, но холодной улыбкой.       — Как приказывали, ваше преосвященство, — вторил ей один из мужчин. Высокий и худой, лысый, но взгляд его голубых глаз не скрывал ума. На его шее поблёскивал странной формы ошейник. Это вовсе не удивляло. Сигард мог любого вынуждать служить своим интересам.       Другая пара представляли собой средних лет даму тучного телосложения, но с невероятно добрым взглядом. Мужчина рядом с ней, казался худее предыдущего, взгляд был запуганным. Он также имел на шее украшение. Шаю предположил, что это очередное кольцо от Сигарда, возможно имеющее другое назначение и действие, нежели Рубиновое.       — Отлично. Утром хочу видеть у себя всех советников, пусть подготовят отчет, — кивнул Сигард и прошёл мимо всех к крыльцу.       — А с матерью ты не желаешь поздороваться? — подала голос стройная дама, проводив взглядом императора.       — Не особо, матушка, — обернувшись через плечо, резко ответил он. — Не на столько вы соскучились по мне.       Шаю и Рональд недоумённо посмотрели на всех собравшихся и поспешили за ним.       Внутри дворец был настолько богато украшен, что от всего света и великолепия Рональд и Шаю поначалу даже с шага сбились. Вскоре внутрь огромного холла с фонтаном между двумя лестницами, укрытыми коврами, стали входить оставшиеся на улице люди.       — Шаю, — позвал Сигард, достигнув верхней ступени левой лестницы. Волшебник моргнул несколько раз, соображая, и поспешил к нему. Рональд даже не отреагировал на окрик, осматривая холл.       — Сейчас помоемся и сядем ужинать, — сообщил Сигард, идя по длинному коридору, на полу которого так же имелся ковёр с длинным ворсом. Шаю, крутя головой, шёл следом, едва не сбиваясь с шага. Не выдержав, Сигард схватил его за руку и потащил за собой.       Вскоре они остановились рядом с резной дверью. За ней расположилась спальня императора. Её убранству Шаю настолько поразился, что в голову невольно пришла мысль: после подобной роскоши как Сигард терпел лишения в походе.       — Спать будешь здесь, со мной, — сообщил Сигард, подойдя к двери в стене и скрывшись за ней. Спустя несколько минут послышалось журчание воды. Шаю всё ещё осматривал комнату и достигнув двери, заглянул. Оказалась ванная комната. Большая белая ванна стояла посередине, вокруг имелись столики с полотенцами и различными баночками. Вода в ванну поступала через какую-то трубу.       Раздевшись и почти прыгнув в воду, Сигард со смехом спросил, видя растерянность волшебника:       — Теперь понимаешь разницу между вашим и нашим развитием?       Шаю обиделся за родину и, махнув рукой, направился к двери.       — Можно подумать, в каждом доме есть такие удобства.       — Стоять, — рявкнул Сигард. — Снимай одежду.       Закончив с мытьём, любовники принялись одеваться к ужину. Шаю с недовольством отметил, что ему снова предлагали облачиться в чёрное. Штаны, рубашка, туфли и хламида, украшенная золотыми нашивками.       — Снова чёрное, — тихо выругался он.       — Ты ведь Верховный маг, — улыбнулся Сигард, его наряд был полностью кроваво-красным и без хламиды.       — Для тебя просто раб, — дёрнул плечами волшебник и принялся одеваться.       — Не каждый может похвастаться иметь в рабах Верховного правителя Дароземья, — хмыкнул император, закончив с одеждой, подошёл к Шаю и, приблизив лицо к его лицу, выдохнул:       — Этой ночью тебе спать не придётся, будь готов.       Шаю лишь поджал губы, будто у него имелся выбор.       Вскоре они спустились на первый этаж дворца, прошли по галереям к столовой. Двери распахнули стражники, пропуская императора и его спутника в большую комнату. Посреди неё расположился резной стол, уставленный разными блюдами. Высокие окна скрывали портьеры, на стенах висели карты с пейзажами. В столовой уже собрались все приглашённые гости, в основном ими оказались четвёрка, что встречали императора, Рональд и ещё несколько человек.       Сигард прошёл к столу и первым занял кресло во главе, напротив него села его мать, сменив наряд на более светлый. По правую руку от Сигарда уселся Шаю, рядом с ним Рональд, напротив — оставшаяся тройка уже знакомых людей, после остальные гости.       Сигард подал знак слугам и те поспешили подать первую смену блюд, разлили по кубкам вино. Шаю был не силён в столовом этикете, всё же вырос на обычной ферме, потому наблюдал за Сигардом и Рональдом, какие ножи, вилки и ложки они брали, и повторял.       — Может представишь нам своих гостей, — подала голос мать Сигарда, сверля его взглядом с противоположного края стола.       — Волшебник Шайонелью Гошуд’Ды, — указал мужчина рукой на любовника. — Рядом с ним Рональд Замург, так же волшебник и учитель Шайонелью. Это же, — указал он рукой на женщину, — моя мать Беатриса И’Ниротт.       — Они из Дароземья? — прищурилась женщина, смерив ученика и учителя взглядом. — Я не потерплю за столом невольников.       — Невольников? — удивился Сигард, вздёрнув брови. — Во-первых, уважаемая матушка, твоего мнения я не спрашивал. Во-вторых, они добровольно последовали за мной.       На этих словах Шаю усмехнулся, от чего Сигард зыркнул, предупреждая. Уж мнение волшебника никто не спрашивал. Он думал, что ужин будет скучным, но одни только отношения между Сигардом и Беатрисой улучшили настроение. Теперь становилось понятно, в кого у императора такой характер.       — Почему он в чёрном? — едва ли не скрипя зубами, потребовала ответа Беатриса, пристально глядя на Шаю. Он ей совершенно не нравился.       — Я так захотел, — пожал плечами его преосвященство.       — В твоём послании был приказ оформить спальню для двоих. Я ожидала увидеть любовницу, но ты привёз двух мужчин. Что это значит? — Беатрис была в бешенстве от выходок сына, как и всегда, он никого не слушал. Но спать с мужчиной в одной комнате слишком даже для него. Возможно, этот человек весьма важен, но тогда достаточно стражей.       — Сама как думаешь? — с усмешкой Сигард окинул мать взглядом. В ближайшее время будет весело.       Женщина фыркнула и уставилась в свои блюда. Голос подал худой мужчина с кольцом на шее.       — Повелитель не желает переговорить с советниками, которые остановились во дворце?       — Нет, — отмахнулся Сигард. — Утром.       — Война с Дароземьем окончена, повелитель получил желаемое? — спросила пухлая женщина.       — Да, — кивнул Сигард. — Праздник устроим, когда всё войско вернётся. Недели через три.       — Как пожелаете, — кивнула женщина.       Ужин закончился довольно быстро. Наевшись, Шаю ощутил насколько устал от путешествия и хотел бы лечь спать поскорее, но Сигард не мог спокойно уйти к себе.       Встав из-за стола, он кивнул Лирану, указав рукой на блюдо, которое ел последним:       — Найди человека, который подсыпал яд и скорми ему это.       Лиран тут же подхватил блюдо и скрылся за дверями столовой.       Шаю с удивлением смотрел на него, ни в лице, ни в состоянии тот не изменился. Заметив удивлённый взгляд Шаю, Сигард улыбнулся почти нежно:       — Деактивирующее заклинание и устойчивость к ядам.       Шаю только плечами пожал, чему он удивился вообще.       — Спокойной ночи, матушка, — обернувшись в дверях с приторной сладостью в голосе, пожелал Сигард. Выйдя в коридор, направился в свою спальню, Шаю следом. Рональд выскочил чуть позже, и нагнал их.       — Где комната Шаю? — спросил он.       — Там же где и моя.       — Хочешь сказать, вы будете спать вместе? — прищурился учитель.       — Именно, — щёлкнул пальцами Сигард, после выходки матери и еды у него поднялось настроение.       — Здесь достаточно комнат, выдели ему другую спальню, — потребовал Рональд.       — Нет, он будет спать со мной.       — А если ты захочешь привести любовницу, — не унимался мужчина.       — Для этого здесь много комнат, — пожал плечами Сигард, подхватив Шаю за руку, выше локтя, повёл на второй этаж.       Рональд отстал, проводив задумчивым взглядом. Его беспокоило молчание Шаю. Он словно смирился со всем, что с ним делал император. С другой стороны, а не всё ли равно, ведь совсем скоро он умрёт, чтобы отдать последний камень Силы.       ***       Беатриса пребывала в гневе.       Ворвавшись утром в спальню сына, налитыми кровью глазами смотрела на волшебника, который спал в постели, едва прикрытый одеялом. Схватив его за руку до синяков, дёрнула.       Шаю нехотя разлепил глаза. Как Сигард и обещал, не давал спать ему всю ночь. Тело ныло от нагрузки, поясницу ломило, шею и плечи украшали красные отметины от поцелуев.       Видя засосы на волшебнике, женщина сразу же поняла, что чутье её не обмануло. Вместо любовницы сын привёз чужестранца-любовника.       — Как же это омерзительно! — прорычала она, наблюдая, как садится молодой мужчина, по его тонким плечам рассыпались чёрные взлохмаченные волосы. Шаю опирался на руки и исподлобья смотрел на Беатрису.       — Я тоже так вначале думал, — растянул он губы в жестокой улыбке. — Но потом смирился. Вы же, мамаша, проведите с сыночком беседу о недопустимости таких отношений. Может вас он послушает.       — Мерзавец! — вспыхнула Беатриса и влепила волшебнику пощечину. Служанка, следовавшая за ней, поспешила остановить хозяйку. Всё же не чей-то любовник, а самого императора.       — Шлюхам не место в моём дворце, — продолжала кричать Беатриса.       — А что вы сделаете? — потянувшись, Шаю потёр шею. — К тому же, дворец принадлежит императору, а не вам лично.       — Это одно и тоже. Пока Сигард в походах, дворцом управляю я, — она едва не задохнулась от негодования и возмущения.       — Ага, — только и отозвался Шаю, откинув одеяло, поднялся, совершенно не стесняясь наготы перед высокородными дамами.       Вдохнув глубже и выдохнув, пытаясь взять себя в руки, но всё равно чуть ли не плюнув на ковёр, Беатриса кинула последний взгляд на спину обнажённого мужчины, оценив метки на его коже.       Пять штук в форме креста.       Судя по форме клейма, оно принадлежало императору, и каждого должно было предупредить, остановить, что не стоит трогать того, кто носит хотя бы одно клеймо. А на Шаю их пять.       Взбешённая фурия унеслась прочь к тому моменту, как Шаю оделся. Он не знал, чем ему заняться и где искать Сигарда или учителя. Потому последующий час просто шёл куда ноги несли. Каждый зал дворца, каждая комната так и кричали о богатстве императора, о его состоятельности.       Слуги, что попадались ему в коридорах и комнатах, кланялись, словно знали, кто он, но старались не приближаться и по возможности уйти поскорее. Шаю в очередной раз задумался, просто ли из прихоти Сигард облачил его в чёрное или попросту сообщил всем его статус.       Устав бродить, Шаю обратился к первой попавшейся служанке:       — Проводи на кухню.       — Зачем? — широко распахнула глаза молодая девушка с короткими русыми волосами. — Господин не доволен едой?       — Нет, — отрицательно мотнул головой Шаю. — Есть хочу просто.       — А, — протянула девушка. — Я провожу.       В итоге служанка привела волшебника не на кухню, а в столовую. Небольшую, в сравнении со вчерашней, но также богато украшенную. Шаю не успел толком сесть в кресло, как появились поварята с подносами. Чего ему только не предлагали, от изобилия глаза разбегались. В животе всё громче урчало и в итоге Шаю попросил принести ему чай и булочек. Стало легче, принесли всего три кувшина с разными чаями и две корзинки с разнообразными булочками и пирожными. Мысленно махнув рукой, Шаю принялся есть что дали.       Закончив, обратился к парнишке в белом, который тенью стоял у стены.       — Спасибо. А где сейчас Сигард?       — Повелитель на собрании, господин, — пискнул мальчишка, глядя на него огромными от страха глазами.       — Почему ты меня боишься?       — А… Ну… Я… Простите, — согнувшись так, что едва лбом пол не пробил, выдохнул служка.       — Ясно. Пусть кто-нибудь проводит меня к Сигарду, — не стал он больше мучить ребёнка.       Мальчишка молниеносно растворился за неприметной дверью. Через пару секунд распахнулась дверь, через которую вошёл волшебник.       — Прошу вас следовать за мной, ваша милость, — поклонился стражник. Голос его звучал вполне уверенно, даже если в глазах застыл страх, видимо давали знать воспитание и выдержка.       Вздохнув, решив спросить лично Сигарда, Шаю последовал по длинным коридорам за воином.       Тот остановился рядом с другими двумя более внушительными солдатами, стоящими у красной двустворчатой двери. Склонив головы перед Шаю, один распахнул створку. Глянув на него внимательнее, волшебник припомнил, что видел его среди личной охраны императора. Частично это объясняло почему он сейчас находился тут.       Войдя в комнату, Шаю не понял, какое у неё значение. Вокруг имелось множество кресел, рядом с некоторыми стояли низкие столики. Окна располагались с двух сторон и были настолько огромными, что комната заполнялась светом с утра до ночи. У стен без окон выстроились многочисленные стеллажи с книгами, свитками и журналами. Пол из мрамора скрывали мягкие ковры. В середине всего этого богатства расположился большой чёрный стол в форме буквы «п», во главе сидел никто иной, как император Сигард. По сторонам от него разместились советники, облачённые в тёмные костюмы. Помимо всего этого, часть комнаты отвели для магических дел, пол украшала Золотая основа и несколько готовых заклинаний вокруг неё.       При появлении Шаю, в комнате наступила полная тишина, а Сигард поднялся и подошёл к нему.       — Буду занят ещё несколько часов. Погуляй пока.       — Ограничения есть какие-то? — равнодушно спросил Шаю. Он не искал внимания мужчины, ночью по горло хватило, сейчас больше хотел остаться наедине, возможно прогуляться где-то помимо дворца, от великолепия которого в глазах рябило. Ему бы на воздух свежий, под тень деревьев.       — Нет, — ответил мужчина, неожиданно Шаю ощутил прикосновение к руке. Опустив взгляд, убедился, что Сигард пальцами нежно касается тыльной стороны его ладони. — Можешь делать, что пожелаешь. Ограничивать тебя здесь нет смысла.       — Начал мне доверять? — вскинул брови волшебник.       Сигард отвечать не спешил, зато склонился к нему, уткнувшись лбом в его висок, явно имея намерения поцеловать.       — Развлекайся, вечером увидимся за ужином.       — Ладно, — кивнул волшебник и развернулся. Сигард удерживать не стал.       К нему приставили какого-то мальчишку, кажется, ещё моложе чем тот, что был в столовой. Бледной тенью, едва дыша, он вывел его к конюшне, куда изначально и хотел Шаю.       В конюшне почти все стойла занимали лошади императора, разной породы и окраса. Как белая ворона среди них выделялась Снег. К удивлению волшебника, она сбегать не торопилась. Подойдя к ней, Шаю ласково потрепал её по гриве.       — Гулять хочешь?       Кобыла отрицательно заржала.       — Ну и ладно, — вздохнул Шаю, видя, как в конце строения ловко работает ещё один мальчишка, чуть старше того, что сопровождал его.       — Есть? — Снег снова мотнула головой и демонстративно улеглась на солому.       — Ясно, отдыхай, — усмехнулся Шаю. — Но как-то ты подозрительно послушна. Почему?       Снег уложила голову на солому и лишь скосила на него взгляд.       Махнув рукой в который раз за день, Шаю подошёл к мальчишке, что убирал навоз.       — Скажи, — обратился к нему.       Паренёк вздрогнул и вскинул голову, с испугом уставившись на волшебника.       — Белая кобыла даётся кому-то? — поджав на миг губы, спросил Шаю.       — Да, вш милст, — невнятно отозвался грум, вцепившись в лопату с такой силой, что Шаю побеспокоился, как бы не сломал. Высчитают потом ещё из жалования.       — Кому? Она своевольная девочка.       — Я см, вш милст, — глаза паренька становились только шире.       — Хорошо, — довольно кивнул Шаю. — Знаешь, что делать? Или только уборкой занимаешься? Как зовут?       — Знаю, — закивал мальчишка с такой энергичностью, что волшебник шагнул назад, только бы не пугать. Ещё голова оторвётся. — Дурком, звать.       — Хорошо-хорошо, — поспешил заверить его Шаю.       — Грум я, можно?       — Да, знаешь ведь, что делать.       — Спасиб, вш милст, — поклонился ещё раз мальчишка.       — Утром проверю.       И Шаю поспешил выйти, боясь, что ребёнок точно что-нибудь себе оторвёт от такой активности.       — Дурак он, — сообщил провожающий. — Кроме лошадей больше ничего и не знает. Говорит и то через раз.       — Понятно, — кинув на него взгляд, отозвался Шаю и пошёл вперёд по умощённой булыжниками дорожке.       Может грум и был дураком, с рождения или от какой-то травмы, с первого взгляда понравился ему больше. А ещё Дурка стало жаль, видимо имя дали из-за умственных способностей.       ***       — Что он хотел? — словно из ни откуда перед Дурком появился старший конюх.       — Кбыла, — коротко ответил мальчишка и принялся дальше делать свою работу.       — Смотри мне. Кобыла явно не простая, да и он в чёрном весь. Натворишь что-то, никакая повариха тебе во дворце остаться не поможет. Понял? — и потряс перед его лицом пудовым кулаком. — Сам император вернулся, уж он тебя на дыбы отправит.       Дурк отвечать не стал, продолжая выгребать навоз.       — Слышал? — рявкнул конюх, схватив паренька за плечо, дёрнул. — Вообще понял, что я сказал?       — Понл, — пискнул грум, едва не выронив из рук черенок лопаты.