Камень Жизни

      Сознание медленно возвращалось, в голове шумело, не сразу, но он понял, что его кто-то зовёт.       Приоткрыв глаза, по которым резанул свет, одной рукой схватился за голову, где сильнее всего болело.       — Волшебник! — вновь позвал кто-то.       Раскрыв глаза шире, Шаю увидел над собой встревоженное лицо молодого мужчины в форме. Постанывая от боли и продолжая держаться рукой за голову, волшебник поднялся и сел, от чего боль словно перекатилась от виска к затылку.       — В чём дело? — хрипло спросил Шаю, оценивая, где находится.       Он оказался в комнате, стены которой окрашивала жёлтая местами облупившаяся краска. Пол полностью покрывал слой пыли и мелкий мусор. Напротив него заметил прутья решётки, за которыми на стене висел факел, чей свет и отозвался болью в глазах.       — Тебя похитили, — проговорил Анго, внимательно следя за молодым мужчиной.       Сам воин очнулся несколько раньше и успел оглядеться. Как сюда попал, помнил смутно и едва понимал, как всё произошло. Он зацепил пальцами чёрный сгусток, пришедший за любовником императора, которого Анго попытался защитить. Видимо, чернота забрала его с собой случайно.       Впрочем, это не имело большого значения, ведь повелитель обязательно придёт за своим волшебником, нужно просто подождать. Вот только он слишком хорошо понимал, что просто ничего не бывает. И им необходимо продержаться всеми мыслимыми и немыслимыми способами. И так как он видел кольцо на шее мага, понимал, что по большей части он будет его защищать.       Ему не известно, когда к ним придут и кто, чего хотят и как скоро предстоит защищаться, просто готовым необходимо быть в любой момент. За время, прошедшее после пробуждения, мужчина успел обойти камеру, достать с помощью шнуровки на штанах за пределами прутьев осколки от скалы. В природных материалах он не особо разбирался, это прерогатива Дшаро, но именно благодаря службе с ним смог опознать, что острые куски камня принадлежали скале. От этого заподозрил, что их заперли в какой-то пригодной для жизни, во всяком случае разбойников, пещере.       Это усложняло всё. Хотя бы потому, что кричать здесь бессмысленно, пытаться проломить или прорыть стены тоже. Пещеры, как правило, являли собой лабиринты, особенно в Галштее, потому даже если им удастся выбраться из камеры, куда идти? Они могут попасть в такой лабиринт, который приведёт их лишь глубже под землю, а не выведет на поверхность.       Некоторое время, пока волшебник пребывал в беспамятстве, Анго обдумывал план, но так ничего не придумал. Зато осмотрел Шаю, отметив на голове большую шишку с кровоподтёком, уже окрасившимся в фиолетово-алый цвет. Помимо этого ран на объекте охраны не обнаружилось. Так же попытался снять кольцо, хоть и знал, что бесполезно. Убедившись в который раз, что кольца снимать способны только повелитель, волшебники или приближённые, типа Крамуса, которому Сигард выдавал магический ключ, сел у стены, уложив голову черноволосого мужчины на свои колени.       Сколько точно времени прошло он не мог сказать, просто по ощущениям явно больше десяти часов. К ним всё ещё никто не соизволил прийти. Это и радовало, и наоборот огорчало. Ждать Анго не любил, хотелось сразу же узнать, чего от них хотят. Хотя от них, громко сказано, так как скорее всего неизвестному нужен только Шайонелью, а до Анго ему и дела нет. Благо, сразу не убили, а тоже в камеру затащили. В то же время отсутствие гостей давало надежду, что до них успеют добраться раньше и спасут.       А ещё он, чтобы успокоиться и набраться тающей храбрости, вспоминал про Марьёна, как им хорошо было вместе и надеялся, что ещё увидит его, почувствует вкус его губ, ощутит прикосновение тёплых рук.       Но сомневался.       Анго знал, что повелитель может телепортироваться, но почему-то с каждым прошедшим часом всё больше убеждался, что не в этот раз. Что именно могло помешать мужчине переместиться к любовнику и защитить его, не предполагал даже, но этого и не требовалось.       И готовился до смерти отстаивать волшебника, главное его вытащить, остальное неважно. Может повезёт и повелитель возродит его, как Марьёна и Реми. Почему бы и нет?!       Во всяком случае, надеяться можно.       — Меня? Зачем? — искренне удивился Шаю, оглядываясь. Боль в голове лишь усилилась и он, облокотившись спиной о стену, прикрыл глаза.       — Тебе виднее, — пожал плечами Анго. — Но точно могу сказать, что необходимо выбираться. Чтобы не случилось, чего бы от тебя не хотели, но выбраться, любой ценой.       В коридоре послышались шаги и Анго встряхнул волшебника, вынудив открыть глаза. Когда же тот посмотрел на него, порылся в нагрудном кармане тёплой рубашки и, вынув листок, отдал ему:       — Передай Цицу, пожалуйста.       — Что это?       — Письмо для моей сестры. Я, конечно, хотел бы сам ей его отдать, вообще-то у меня скоро отпуск. Но скорее всего, живым я отсюда не выйду. Потому прошу, передай Цицу. Он поймёт, что делать. С Лили они знакомы, — когда Шаю кивнул, продолжил: — А ещё передай Марьёну, что я его люблю! Знаю, что он влюблен в тебя так, что мои чувства для него значения большого не имеют. Но всё же хочу, чтобы он знал.       — Марьёну? — снова несколько удивлённо уточнил Шаю. — Может ты преувеличиваешь и сам ему сможешь всё сказать?       — Вряд ли, — качнул мужчина головой. — И повелителю передай, что я рад был ему служить. Это огромная честь для меня.       Шаю едва понимал, о чём он говорит, голова всё сильнее болела, двигаться было трудно. А тут ещё и неутешительные прогнозы солдата.       Пока он думал и складывал все мысли воедино, воин схватил его за одну руку и, сунув в ладонь и между пальцами что-то твёрдое, стал быстро обматывать чёрной тканью вокруг руки, закрепляя. Опустив взгляд, Шаю понял, что это что-то вроде самодельного оружия. Между пальцами крепились два острых длинной в двадцать сантиметров каменных пласта, которые тканью связал Анго между собой, после примотав к руке. Со второй рукой волшебника воин поступил так же. После зажав в одной своей руке подобную подделку, только его каменные пластинки оказались чуть длиннее. Волшебник не понимал, для чего это нужно, но молчал, сжав и разжав пару раз кулаки, понял, что это вполне может сгодиться.       Почти сразу он выбросил из головы все мысли, так как гость, чьи шаги воин слышал, остановился у прутьев.       — Здравствуй, Верховный волшебник!       Шаю и Анго уставились на гостя, отметив его широкие плечи, крепкое тело, несмотря на седую длинную бороду.       — Помнишь меня? — с усмешкой спросил Лигран, глядя на ненавистного юнца, испортившего ему столько планов. Не только своим вмешательством, но и существованием вообще.       Может парень и не специально всё это делал, но злил неимоверно. Сколько он пытался его поймать, скольких потерял при этом. Чёртов волшебник, словно смеясь, ускользал от него так долго. Хотя в какой-то момент Лигран почти смирился, зная, что именно он носитель камня Жизни. Стоило только Сигарду вновь поймать Шайонелью, решил, что так даже лучше, сброд из волшебников сбежит и спрячется, император убьёт мальчишку, добыв камень. И тогда никто не помешает Лиграну достигнуть потаённых комнат Цитадели Магии.       Но нет, каким-то образом Шайонелью смог договориться с императором о перемирии и уходе его армии из Дароземья. Поставил границу, которую теперь без камня он точно не сможет пересечь.       И это ещё не все, что натворил Шайонелью. Просто остальное меркнет под основными злодеяниями. Но желание старика лишь усиливалось, отомстить, убить, прежде запытав так, чтобы он сошёл с ума от боли и криков.       Впрочем, на это у него будет возможность посмотреть. Ведь сначала необходимо вытащить из него камень, пока будет жив. Партнёр в этом деле ему поможет, продлив жизнь молодого мужчины, а после сам убьёт с удовольствием. И Лигран будет наблюдать. После отправиться в Дароземье, разрушит границу, сметёт всё на своём пути. Пусть у Сигарда и четыре камня Силы, Лиграну достаточно и одного, самого ценного.       Нынешнее поколение волшебников совсем никуда не годится, не знают историю, едва учатся, используя заклинания, не вникая в их суть. А ведь это важно. Ведь поняв суть заклинания, можно его изменить, усилить, сделав более разрушительным.       — Нет, — чётко ответил Шаю. Поднимаясь с пола, руки предусмотрительно спрятал в складках хламиды.       Анго последовал его примеру и встал, спрятав за спиной одну руку, вторую сжал в кулак, на костяшки которого намотал шнурок со штанов.       — Ублюдок! — усмехнулся Лигран, окинув волшебника взглядом с ног до головы, он заметил, что тот спрятал руки в складках одежды, но не придал этому значения.       Даже если у него есть какое-то оружие, это ему не поможет. Сейчас Лигран сильнее и дело не только в ошейнике на шее Верховного правителя Дароземья.       — Скоро ты по другому заговоришь, — успокаиваясь, проговорил Лигран и развернулся, чтобы уйти, но его остановил вопрос пленника:       — Кто ты и зачем мы тебе?       — Вы? — удивился старик. — Мне нужен только ты. Я мог бы отпустить твоего друга, который увязался за нами. Но может быть позже. Когда уже не будет смысла спасать тебя.       Шаю смотрел на него холодным взглядом, стараясь не отвлекаться, ведь боль в голове вызывала звон.       — Тогда зачем я тебе?       — Конечно же, чтобы забрать камень, — пожал плечами Лигран и всё же направился прочь.       — Какой камень? — удивлённо спросил волшебник у Анго.       — Камень Жизни, наверное, — пожал тот плечами. — У нас есть немного времени. Я попробую открыть дверь. Если получится, мы сможем уйти. Не нравится мне этот старик. И сдаётся, что он действительно убьёт тебя. Этого повелитель мне не простит.       Шаю лишь брови вскинул на его слова, точно не зная, за какую фразу хвататься. Голову охватила пульсирующая боль и думать он тут же забыл, обхватив ноющую часть тела.       — Терпи, — с сочувствием, прошептал Анго. — Если бы я мог снять кольцо, ты не страдал бы так.       Шаю его не слушал, чувствуя, как перед глазами все меркнет.       ***       Очнулся Шаю от криков, не сразу поняв, что раздражающий звук — крики.       Воин снова держал его голову на своих коленях, обеспокоенно рассматривая бледное лицо и бескровные губы. Он не мог допустить, чтобы этот человек умер, но что делать в данной ситуации, плохо понимал. У него ничего нет, чтобы помочь ему. Более того, даже спасение его было под большим вопросом, так как у него забрали всё оружие, даже ножны, в которых имелись заточенные пластины.       Ситуация казалась безвыходной. Впрочем, это не означало, что он не попытается ничего сделать.       — Как ты? — спросил Анго, гладя шероховатой ладонью чёрные волосы чуть дальше от шишки.       — Тошнит, — признал Шаю, садясь. Пару минут его мутило сильнее, но всё же он смог собраться немного. — Что это за шум?       — Орёт кто-то, — пожал плечами Анго. — Словно убивают кого-то. И судя по голосам, нескольких. Уже минут двадцать крики не прекращаются.       — Нужно выбираться, — пошатываясь, Шаю поднялся на ноги, в руках между пальцами всё ещё были пластины из камня.       — Нужно, — кивнул Анго, тоже встав. Подойдя к решёткам, пнул одну. — Пока ты был без сознания, я откопал один прут. Я вряд ли пролезу, а вот ты вполне сможешь.       Шаю подошел к нему, сглатывая скользкий и противный ком в горле, осмотрел отодвинутый прут и окинул солдата взглядом. Плечи у него действительно заметно шире и рост на пару сантиметров больше. Переведя взгляд на всю решётку, заметил замок, висящий на двери с другой стороны.       Кивнув, дал понять воину, чтобы он сильнее отодвинул прут. Когда тот выполнил задумку, наклонился и втиснулся между прутьями, пролезая в коридор. Крики снова повторились, ещё болезненнее, чем раньше. Стараясь не обращать на них внимание, — в голове они отдавались острой пульсацией, — встал на четвереньки уже в коридоре. Анго отпустил прут и подошёл к двери.       Шаю кое-как поднялся и поспешил снять замок. Пришлось подковырнуть его кончиком каменного осколка.       Когда воин оказался в коридоре, прикрыв за собой дверь, вернул прут обратно в выемку.       — Я первым пойду, — проговорил он и, сильнее сжав кулаки, шагнул по коридору. У Шаю не имелось выбора и он последовал за ним, держась одной рукой за голову. Крики вновь повторились.       Коридор оказался достаточно длинным, ответвлений не имел, почему вскоре они достигли единственного выхода. По пути им никто не встретился, однако перед входом в большой зал оказалось несколько человек. Анго быстро с ними справился, перерезав глотки, алая кровь тут же потекла в сторону зала.       Шаю нахмурился, отдалённо понимая, что не так должно быть.       Анго застыл в проходе, прикрыв спиной волшебника. Шаю заволновался, от чего он замер, и выглянул из-под плеча.       Лучше бы не смотрел.       Посреди большого зала стоял алтарь со свечами, несколькими чашами и ритуальными ножами. С одной стороны зал заполняла странная темнота, даже стену рассмотреть не получалось, настолько густой она казалась, хотя факелов на стенах висело достаточно.       Но не это потрясало.       Весь пол заливала кровь, ловя отражение огня, посреди этой большой лужи лежали мёртвые тела людей, женщин и мужчин с перерезанными запястьями и шеями. А высокий мужчина с белой длинной бородой держал в руках ещё одну жертву, уже перерезав ей горло. В стороне сидели связанные люди, ещё живые с выражением ужаса на лицах и страха в глазах. Их охраняло около шести крупных солдат, держа в руках оголённые клинки.       — У нас гости, — послышался будто мёртвый голос.       И в следующий миг на Анго и Шаю уставились все.       Солдаты тут же кинулись к ним, занося мечи и топоры. Анго первым поспешил в атаку, легко и уверенно убив троих. У одного забрал топор и меч, так же стремительно обездвижив ещё троих, оставив в груди одного топор с обломанной рукояткой.       Застыв посреди зала, тяжело дышал и смотрел на Лиграна, который уже навещал их. Тот с усмешкой откинул убитую жертву и развел руки в стороны.       — Вы вовремя, — проговорил он с весельем в голосе.       Шаю же с ужасом наблюдал, как и он, и Анго стоят в крови, наполняющей пол, её было настолько много, что она прикрывала полностью подошву сапог.       — Ублюдок, — взвыл Анго и кинулся на Лиграна, метя мечом в грудь.       Но произошло что-то невероятное.       Чернота из непроницаемого угла комнаты вмиг подплыла к нему и толкнула. Анго отлетел в противоположную сторону, ударившись спиной о стену. По подбородку потекли струйки крови, руки безвольно упали вдоль тела, а в груди зияла дыра, серьёзность её невозможно было понять из-за клочков рубашки.       Шаю, не думая, кинулся к нему и присел рядом, лихорадочно соображая, что делать и как ему помочь.       — Письмо... отдай... сестре... — прошептал Анго, едва в силах сжав ткань хламиды волшебника. — И... Марьёну... люблю его...       — Нет-нет, ты уйдёшь со мной, — взволнованно отозвался Шаю и повернул голову к Лиграну. — Вылечи его!       — И не подумаю, — отозвался старик, подходя к группе пленников и, недолго думая, перерезал глотку ещё одному. Остальные закричали и дёрнулись, понимая, что им помочь некому. Если ещё пару мгновений назад надежда вспыхнула, то после убийства солдата она окончательно померкла.       — Я ждал тебя, — проговорил Лигран, нанося рану ещё одному пленнику.       А Шаю смотрел то на него, то, как чернота перед ним формируется в фигуру, высокую и широкоплечую. В очертаниях можно было рассмотреть даже линии глаз, носа и губ, складки одежды.       — Взять его, — перерезав верёвки на оставшихся пленниках, приказал старик, и бровью не поведя от фокусов тени.       Люди медленно, покачиваясь, встали, глаза застыли, словно их подчинили.       — Зачем я вам? — спросил Шаю, кинув взгляд на осколки между пальцами, встал, прикрыв собой воина, который ещё дышал.       — Ему нужен камень, — подняв руку и остановив людей, проговорила тень мужчины. — Мне же ты нужен для другого.       — Для чего? И какой камень вам нужен? — Шаю понимал, что помощи ждать неоткуда. Ему придётся всё сделать самому, но даже не представлял, на что способен. Кто эти люди перед ним, что за фигура из мрака? Как он вообще тут оказался?       Вопросов было много, от них даже боль отошла на второй план. Он хотел жить.       Не понимал почему, но был уверен, что обязан выжить любой ценой. И вернуться.       Только куда?       — Камень Жизни, конечно же, — цокнул Лигран, недовольный вмешательством Черного духа. — Я столько времени потратил, чтобы достать тебя, и не упущу возможности.       — Не упустишь, но сначала я с ним поговорю, — твёрдо сказал ему дух.       — Не было уговора об общении, — рыкнул Лигран. — Я забираю камень, после делаешь, что хочешь.       Тень не ответила, просто щёлкнула пальцами. Старик замолчал, шагнув назад.       Шаю тоже сделал шаг назад, видя, как капли крови с пола поднимаются вверх, до тех пор, пока на полу не показался камень. Капли зависали в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей оси. Огонь факелов заплясал, от чего помещение то погружалось в полумрак, то наоборот ярко освещалось. Пленники продолжили просто стоять и глядеть в одну точку.       — Я тоже много времени потратил на то, чтобы встретиться с тобой, — заговорил дух. — Но в отличие от Лиграна, хотел поговорить.       — О чём?       — О тебе, — коротко отозвался мужчина. — Мне не нужен камень и прочее. По возможности, я хочу, чтобы ты продолжил жить. Но я заключил сделку, по результатам которой ты умрёшь. Даже магия Крови не способна продлить тебе жизнь, если вынуть твоё сердце. Однако, на какое-то время ты останешься в сознании. Жаль, что даже Доведергом не получится воспользоваться, ведь на тебе кокон. Тебя нельзя возродить или излечить. Даже твой дух уйдёт в Царство Пустоты навечно. Ты никогда не переродишься.       Теперь Шаю вообще ничего не понимал. Что за Доведерг, какой кокон?       — Так что тебе от меня нужно?       — Простая формальность, — ответил мужчина, всё ещё стоя на одном месте и глядя на волшебника белыми глазницами. — Просто скажи «да».       Шаю нахмурился, совершенно растерявшись.       — Я жажду мести, но понимаю, что не только ты в этом участвовал. Один уже понёс наказание, — указал он рукой на Анго, тяжело дышащего за спиной мага. — Остался ещё император. А он придёт за тобой. Совсем скоро. И тогда вы оба умрёте, — Тень сделала шаг к алтарю. — Забавно получается, для тебя и императора была уготованна иная участь. Знаешь ли ты, что вы должны были познакомиться иначе? При входе войск в Дароземье, Сигард согласился бы на переговоры. Встретил тебя и вы бы полюбили друг друга. И правили вместе двумя странами. Они не объединились бы, но ваше правление привело бы не только к благополучию и процветанию Галштеи и Дароземья, но и ваших соседей. Наследница Сигарда последовала бы за отцом, умножая его силу и мудрость.       Дух остановился у алтаря, протянув руку, провёл ею по всей длине.       — Но принять ваши отношения не все способны. По крайней мере, сейчас. Это в будущем вас бы не только приняли, но и последовали бы вашему примеру. Но пока есть противники подобного в наше время, история будет складываться иначе.       Лигран скрипел зубами, пытаясь побудить своих пленников к действиям. Он не хотел откладывать, когда волшебник уже у него, стоило поскорее добыть камень Жизни и убраться отсюда. Пока не пришёл император. В любом ответвлении истории он всегда придёт и защитит любовника. Глупец, даже не сможет забрать камень, который способен подарить ему невероятное могущество. И всё из-за любви.       — Но даже с тем, что мы имеем сейчас, вы отличная пара, способная на многие подвиги. Хочешь знать, что вас ждёт? — Чёрный дух посмотрел на Шаю, не скрывая улыбки. — Весной на мир обрушится чудовищная, невиданная доселе проблема, — мужчина задумчиво замолчал, — Да, проблема, именно так. Я вроде предупредил, а вроде и не вмешивался. Так вот, — он вновь поднял голову на Шаю, — когда придёт проблема, только вы вдвоём сможете с ней справиться. Именно поэтому мы подождём, когда придет Сигард и поговорим. Я готов вам простить гибель жены и сына, но за услугу, которая может стоить вам жизни.       — Хватит! — рыкнул Лигран, накладывая на себя несколько щитов, не позволяющих магии Крови проникнуть в него и управлять им. Шаю за монолог духа понял очень мало, но решил обязательно запомнить его слова и позже в них разобраться.       Дух повернул голову к старику и шагнул вперёд.       Вот только пленники тоже пришли в действие и кинулись к волшебнику, стремясь захватить его и уложить на алтарь.       Шаю дёрнулся, но наступил на руку Анго, потому вынужденно шагнул навстречу загипнотизированным людям. Первыми подскочили два мужчины, занося руки для ударов.       Шаю сам от себя не ожидал, но легко уклонился от их нападок, присев, одному всадил осколки скалы в живот, тут же встав, второй рукой вонзил своеобразное оружие в его подбородок.       Второй мужчина напал с другой стороны и успел ударить по руке, от чего боль прошлась от запястья до локтя. Но времени не было, чтобы обращать на подобное внимание. Крутанувшись, волшебник врезал ему локтём второй руки в нос, кровь тут же хлынула по лицу, но не остановила пленника. Тогда Шаю всадил в него осколки, прямо в шею, задевая сонную артерию.       Уже приближались другие, окружая его со всех сторон. Лигран наблюдал за ними, но вскоре отвернулся, заметив, что Чёрный дух подбирается всё ближе к нему.       — Решил разорвать соглашение? — прорычал загробным голосом дух мёртвого мужчины. — Тогда и я поступлю иначе...       ***       Сигард внимательно отслеживал состояние Шаю, постоянно держа в голове его видение. Он не мог на огромном расстоянии, разделяющим их, видеть его, однако тонким слоем протянул свою ауру через браслет и теперь стоило только закрыть глаза, чтобы он увидел силуэт Шаю, складывающийся из собственной ауры.       Именно поэтому он сразу же ощутил присутствие новой боли. Браслет чётко давал понять и оценить состояние волшебника, потому мужчина знал, что Шаю очнулся во второй раз, что голова у него нещадно болела и к тому же мутило. Именно так он и узнал о боли в руке.       Думать не собирался, заранее решив, что будет делать. Практически сразу Сигард остановил коня и спрыгнул с него, встав чуть в стороне, прикрыл глаза, возвращаясь к любовнику. Браслет и аура помогли увидеть, что он движется, словно сражается с кем-то. Прав был Крамус, обучение рукопашному бою очень вовремя пришло.       Отдалёно мужчина слышал, что воины обеспокоились и тоже спешились, обступив его, а он уже действовал.       Сначала пустил через браслет свою силу, усиливая отпечаток ауры, покрывая её щитом, способным защитить от ударов. Это помогло очертить границы того, что необходимо оберегать. А сразу же после, не отвечая Цицу, воспользовался камнями Силы, проводя их мощь через связь...       Защитить Шаю любой ценой.       ***       Пленники подбирались слишком быстро со всех сторон, и Шаю не знал, что ещё предпринять, конечно, радовала способность драться и отражать удары нападающих, но их слишком много.       Очередной удар пленника пришёлся по спине...       Но боли не последовало. Извернувшись, волшебник всадил в него осколки, пронзив ими плечо. Кровь теперь не только зависла в воздухе, но и окрасила его лицо, волосы, руки и одежду. Руки вовсе были в крови настолько, что собственной кожи не разглядеть.       Анго из последних сил сжал в руке меч и пронзил им одного из пленников, зашедших волшебнику за спину. Сил не оказалось, даже чтобы приподняться, но так как он облокачивался спиной о стену, смог вогнать лезвие в спину выше копчика, прямо в позвоночник. Хрустнув под напором металла, тот переломился и пленник, открыв рот, осел на пол, завалившись в бок.       На большее сил не хватило, глаза закрылись, грудь пронзила чудовищная боль, с каждым вдохом лишь усиливаясь.       Шаю сражался как мог, старался всё делать быстрее, намного. Однако стремительно уставал, в том числе и из-за головной боли и тошноты. Поэтому снова пропустил удар, однако вовремя успел увернуться, впрочем, удар не нанёс ему никакого урона. Словно что-то оберегало его.       Вскоре ему предоставили доказательства этой мысли.       Пленники замерли на секунду, Шаю, тяжело дыша, смотрел на них, чувствуя, как по пальцам течёт собственная кровь, неровные края осколков впивались в кожу ладоней, оставляя царапины и, чем сильнее он сжимал кулаки, тем глубже они вонзались.       В этот краткий миг всё решилось.       От волшебника вначале повеяло вибрацией, после последовала яркая волна, снося всё на своем пути, разрубая пленников пополам, от чего те падали на пол, не успев даже закричать.       Лигран тем временем отходил от Черного духа, понимая, что даже щиты не помогут, если его разозлить.       Дух шёл медленно, постепенно становясь прозрачным. Действие магии Крови заканчивалось, скоро его свяжет с этим миром только нить, прикреплённая к артефакту. Лигран хотел бы его найти, чтобы управлять столь могущественным духом волшебника, но даже не представлял, как выглядит этот самый артефакт.       И он первым заметил скользнувшую от волшебника волну, сносящую всё со своего пути, и не поверил. Ведь на шее Верховного мага кольцо, которое блокировало его силу, любую. Запоздало пришла мысль, что следовало обыскать парня. А он настолько обрадовался его поимке, что вовсе об этом не подумал. Теперь же нечего не предпринять, если у волшебника есть какой-то артефакт, слишком поздно его останавливать, да и не получится.       Сам он успел увернуться от волны, пригнувшись, а вот Чёрный дух нет, так как шёл на Лиграна и попросту не видел происходящего за спиной, и его разрубило пополам. Только в отличие от людей, он не развалился и упал, а растворился.       Капли крови тут же упали на пол, заполнив его от стены до стены. Погибшие пленники дополнили кровавую лужу, факелы ярко осветили помещение замершим пламенем.       Анго с усмешкой смотрел на Лиграна, понимая, что волшебнику помог повелитель. Каким образом, не имело значения. Осталась только одна проблема и он надеялся, что Сигард снова поможет любовнику. А он? А ему уже ничего не осталось, холод сковывал тело, глаза снова закрылись, кровь хлестала по животу, вливаясь в лужу. И единственное, о чём он жалел, так это, что не сказал Марьёну, что любит его. Остальное не столь важно.       Шаю тяжело дышал и смотрел на Лиграна. Старик медленно поднялся, оглядевшись, усмехнулся.       — Теперь нам никто не помешает. Предлагаю тебе самому лечь на алтарь, — проговорил он, наклоняясь и подхватывая меч одного из убитых Анго солдат. Крутанув оружие в руке, кинул взгляд на волшебника. — Может, ты кое-что и умеешь, но я лучше.       С этими словами мужчина кинулся на Шаю, тот успел только рефлекторно отскочить, от чего снова наступил на руку воина за собой. Быстро оглядев его, подхватил из его ослабевших пальцев меч. Мужчина уже закрыл глаза, приблизившись к смерти, хотя грудь его всё ещё немного вздымалась.       — Отдай камень, — повторил Лигран, оказавшись в шаге от волшебника, с занесённым над головой мечом.       Шаю пригнулся и крутанулся вокруг себя, вытянутой ногой вызвав брызги крови, описавшие ось вокруг него и осевшие на его чёрной, подраной и грязной хламиде. Тут же вскочив, Шаю увернулся от ещё одного удара, летящего прямо в голову. Сам ловким движением взмахнул мечом и отбил атаку. Отпрыгнув на два шага, скользнул в сторону, Лигран с улыбкой наблюдал за ним, сжимая меч двумя руками, копируя его движение.       — Как бы ты не старался, не победишь меня, — предупредил старик, уверенный в собственном превосходстве.       Возможно, так оно и было на самом деле, Шаю спорить с этим не собирался. Но умирать не планировал. Тем более ради какого-то камня.       Лигран вновь сделал выпад, потом ещё и ещё. Шаю удавалось отбиваться, но силы быстро покидали. Чудесная волна, спасшая его, не появлялась повторно и он не знал, появится ли.       В один момент он наступил на ладонь убитого Анго солдата и, не удержавшись, присел. Лигран использовал шанс и пнул его, удар пришёлся по вовремя подставленной руке, но от падения не спас. Почти сразу же Лигран снова толкнул его, вынуждая растянуться на спине, от чего тот почувствовал, как разлитая кровь пропитывает одежду и становится неприятно прохладно коже. Наступив одной ногой на руку волшебника, сжимающую меч, Лигран вынудил выпустить его рукоятку из пальцев и тут же оттолкнул оружие носком сапога подальше. Коснувшись кончиком меча шеи волшебника под подбородком, вздёрнул голову, являя своё превосходство.       — Сдайся и позволь мне закончить начатое. Всё равно я получу камень Жизни.       — Пошёл ты, ублюдок, — рыкнул Шаю, вонзая в ногу мужчине осколки скалы, сжатые во второй свободной руке, лишившись их сразу же, так как они вонзились в кость и застряли.       Лигран закричал и отступил, но быстро взяв себя в руки, снова ткнул мечом в волшебника. Но тот воспользовался моментом по полной и уже вскочил, до меча не дотягивался, и лихорадочно соображал, что же делать. Оставшихся осколков во второй руке может оказаться недостаточно.       — Прекрати, жалко выглядишь, — плюнул Лигран, раздражаясь от попыток Верховного волшебника. — Ты слишком юн для того, чтобы сражаться со мной наравне.       Щёлкнув пальцами, Лигран разорвал виднеющуюся нить, от которой тело волшебника покрывал щит.       — Может быть, — кивнул Шаю, отступая.       Лигран нахмурился и пошёл на него, отведя руку с мечом назад, тут же выкинул её вперед, пронзая правую руку Шаю насквозь, чудом не разрубив кость, но задев достаточно близко, чтобы она треснула при его попытке прокрутить лезвие.       Шаю закричал и упал на колени от боли, схватившись свободной рукой за лезвие меча. Это не позволило Лиграну прокрутить его полностью. Тогда он навис над Шаю ниже, обеими руками толкнув рукоятку меча. Едва видя что-то от боли, Шаю успел зафиксировать лезвие между двумя кусками камня в руке. Мужчина сдаваться не собирался и сильнее давил на меч, от этого вскоре посыпались искры, падая в кровь на полу и исчезая.       Выбора не оставалось, либо рука, либо вообще вся жизнь.       Глубоко вдохнув, сжав зубы сильнее, Шаю резко выдернул руку, позволяя мечу вонзиться глубже, больше пробить руку. Оставшимся же в пальцах куском камня взмахнул вверх, вонзая его в горло Лиграна.       От боли старик пошатнулся, выпустил меч из рук и отступил.       Шаю, глядя на него, выдернул из своей руки меч, отбросив его в кровь и поднялся, конечность повисла вдоль тела, боли стало настолько много, что он не мог бы определить, где именно её источники.       Кровь сочилась изо рта Лиграна, он пытался ухватить осколок, но тот вошёл слишком глубоко, не задел сонную артерию, но почти достиг шейных позвонков, нервные окончания так точно перерезал, от чего всё тело охватила агония.       Шаю, видя, что мужчина уже на грани, подхватил одной рукой с пола брошенный им меч и подошёл. Толкнул ногой мужчину в грудь и тот встал на колени, глядя на него с ненавистью и жаждой убийства.       — За отличного воина, — прошептал Шаю, имея ввиду Анго, который пострадал из-за него. Взмахнув мечом, стал опускать...       Лигран растянул окровавленные губы в улыбке и резко выпрямился, вонзая в бок Шаю лезвие кинжала, пробивая одно ребро пополам.       Охнув от нового очага боли, волшебник выпустил меч и отступил на два шага.       Лигран улыбнулся и пошёл на него, вынув из ножен ещё один кинжал.       — Ты же не думал, что меня впервые ранили, — прохрипел мужчина, говорить было больно, но упускать момент он не собирался. Возможно, теперь меньше шансов убить волшебника и завладеть его камнем, тогда, если у него не получится, он заберёт его с собой.       — Мало ли, что я думал, — обхватив кинжал здоровой рукой, отозвался Шаю, следя за приближением старика. — Решил с собой увести?       — Именно, — кивнул Лигран и достигнул молодого человека, быстрое движение руки должно было покончить с жизнью Верховного волшебника.       Но как Лигран уже заметил, что-то его защищало, иначе как объяснить, что его рука оказалась быстрее.       Вырвав из себя кинжал, Шаю всадил его в грудь мужчины, прямо в сердце, пронзая его насквозь.       Лигран не верил в происходящее и обхватил окровавленными пальцами рукоятку кинжала в груди, отступив на несколько шагов.       Шаю, наблюдая за ним, подтянул к лицу подол хламиды, с помощью рта оторвал полоску ткани и перевязал правую руку выше раны, кровь почти тут же стала течь меньше. Оторвав ещё один кусок, наблюдая, как старик упал сначала на колени, потом лицом вниз, приложил ткань к боку, зная, впрочем, что это не поможет.       ***       Сколько шёл он не помнил, в голове всё сильнее гудело, раненая рука болела нещадно. Несколько раз он падал, от чего хламида потеряла свой дорогостоящий вид, перепачкавшись в грязи, веточках и листьях.       Перед глазами всё плыло чаще, сил оставалось с каждым шагом лишь меньше.       Когда Шаю заметил дым, не сразу даже обрадовался ему. Когда же осознал, что видит над деревьями поднимающуюся дорожку серого дыма, поспешил вперёд к источнику.       Время словно замерло для него, казалось, что он идёт уже целую вечность, прежде чем показался забор, за которым на разном расстоянии друг от друга расположились несколько аккуратных белых домов с черепичной крышей, так же заметил пару сараев и пустующий ввиду осени огород. Во дворе на привязи у будки сидела дворняга, при появлении волшебника подняв лай.       Едва имея силы, Шаю одной рукой обхватил столб у распахнутой калитки, волосы упорно лезли в лицо, но он их не убирал, раненая рука висела вдоль тела, тревожить её он боялся. Ноги отяжелели от ходьбы, в голове уже просто гудело, а ещё очень сильно хотелось пить, даже губы потрескались. Согнувшись, Шаю рассматривал двор, надеясь, что кто-то к нему выйдет.       Пёс лаял и лаял, и спустя несколько минут из одного дома показался среднего роста коренастый мужчина с русыми волосами. Заметив незнакомца, шагнул к нему, шуганув пса. Однако стоило ему приблизиться и лучше рассмотреть гостя, остановился.       Эри видел перед собой уставшего и явно больного человека с раскрасневшимся лицом и потрескавшимися губами, что означало как минимум жар. Но он был весь в чёрном. Пусть и изгваздался в грязи, всё же понятно стало сразу же, кто перед ним. Слухи уже давно разнеслись по всей Галштее о мужчине, ради которого повелитель готов убить любого.       — Что тебе здесь надо? — потребовал ответа Эри, подбегая к сараю. Схватив вилы, вернулся, ткнув ими в сторону гостя.       — Прошу, помогите, — едва выдохнул Шаю, чувствуя, что готов потерять сознание. Неимоверных усилий ему стоило держать глаза открытыми.       — Мне не нужны проблемы.       — Отец, в чём дело? — высунулся из двери дома молодой мужчина, почти копия отца. Заметив волшебника, нахмурился и поспешил к нему, оценив состояние.       — Убери вилы, — потребовал Хано, подходя к Шаю и буквально ловя его при падении.       — Не трогай его, — вновь ткнув вилами в сторону гостя, крикнул Эри. — Нас уничтожат из-за него. Слышал, что случилось во дворце?!       — Слышал, отец, слышал, — подставляя плечо под Шаю, кивнул Хано. — Вот только ты не думаешь о том, что, если этот человек действительно имеет отношение к повелителю, нас наоборот поблагодарят за помощь ему.       Эри задумался и опустил вилы, осознав, что вообще-то старший сын прав.       — Неси в дом, — указал он вилами в сторону постройки, из которой вышел. — Отправлю Лени к знахарке.       Хано кивнул и потащил Шаю к двери, к нему уже вышли на помощь два младших брата, в ногах крутилась младшая сестрёнка, заинтересованная происходящим.       Через три часа волшебник спал на чистой постели в отдельной комнате, которую раньше занимала бабушка Эри. Ему перевязали голову, руку, бок, напоили отваром от жара и боли. Вымыли и переодели в чистое, пусть и не чёрное.       Когда старуха закончила лечение в силу своих возможностей, вышла в общую комнату, где собралась вся семья. От её взгляда даже мужчины семейства опустили головы, словно нашкодившие щенки, что уж говорить про жену Эри. Только маленькая Эмми юркнула в комнату к Шаю, забравшись на постель рядом с ним, разглядывала. Он ей нравился, даже несмотря на болезненный вид. Просто таких красивых людей она не встречала, разве что только дочка старосты, Регина, но даже её красота меркла перед их незваным гостем.       — Ты же знаешь, нам нечем заплатить тебе, — проговорил Хано, помогая старухе сесть у стола. Не то чтобы у них не водились деньги, вовсе нет. Просто старуха, как правило, требовала за помощь что-то особенное. Выдающихся предметов в их доме не водилось, потому и платить старухе нечем. — Но накормить тебя мы всегда рады.       — И этого будет более чем достаточно, — усмехнулась знахарка, пододвигая к себе плошку с супом. — А если серьёзно, то в случае с человеком Проклятой крови, остаться в живых уже награда.       — Значит, это он и есть? — спросил Эри, кинув осуждающий взгляд на старшего сына.       — Он, — кивнула старуха и принялась есть.       Никто и слова не посмел произнести перед ней, потому что славилась она скверным характером, своеобразным видением мира, да и её способности, излечивать практически любые болезни и раны, пугали.       Вскоре знахарка насытилась и отправилась в свой домик у реки, напутствовав на прощание какие травы и настои следует в каком порядке давать гостю...       Несмотря на странное и пугающее появление Шаю в доме фермера Эри, спустя неделю его полюбили уже все. Особенно маленькая Эмми, всюду таскалась за ним, просила что-нибудь рассказывать. И Шаю рассказывал, порой удивляясь, откуда в его голове возникают образы невиданных ранее мест и существ. Сначала только Эмми слушала его рассказы, после — вся семья, вечерами у очага.       На вторую неделю выпал густой снег, покрыв всё вокруг белым полотном.       Эри колол дрова, готовя их на вечер, когда выпрямился, чтобы отдохнуть, и осознал невероятную тишину вокруг. Даже пёс молча забился в будку, хотя солнце грело вполне достаточно, день был светлым и тёплым.       И словно что-то дёрнуло его, он обернулся, выронив топор из рук.       По заснеженной дороге к его дому первыми шли пешие воины, стремительно и неутомимо, а верхом на чёрном большой жеребце сам повелитель, за спиной конники.       Эри не сразу сообразил, что происходит, а отряд всё приближался. За дровами вышел средний сын и супруга. Заметив поведение главы дома и солдат, так же замерли. А спустя пару секунд Эри упал на колени и пополз к калитке, супруга и сын последовали его примеру.       — Владыка! — простонал мужчина, глядя на Сигарда во все глаза. Нет, он подозревал, что кто-то явится за молодым мужчиной, но чтоб сам повелитель и представить не мог.       Эмми со смехом выскочила из дома, почти тут же побежав вперёд и нырнув головой в сугроб снега, который средний сын убрал ещё утром. На неё никто внимания не обратил.       — Владыка, — повторил Эри, наблюдая, как Сигард спешивается. — Пришёл за человеком в чёрном?       Сигард навис над мужчиной, глядя пристально и словно осуждающе, на вопрос Эри кивнул.       — Эмми, — крикнул Эри, подзывая дочь, чья голова тут же появилась из сугроба. — Позови нашего гостя.       Эмми выпрыгнула из сугроба и, расставив в стороны руки, побежала обратно в дом, крича на ходу:       — Братик, братик!       — Прости, владыка, — тем временем говорил Эри. — Пришёл он сам, несколько недель назад. Рука висит, на голове шишка большая, ребро сломано. Мы сразу за знахаркой отправили, подлечила она его. После я сына, Хано, в город отправил к старосте, чтобы они как-то с вами связались. А ещё у него кольцо на шее, даже кузнец снять не смог...       На пороге дома снова появилась Эмми, держа своей маленькой ладошкой руку Шаю и ведя его, повторяя:       — За братиком друг приехал. Братик, ты рад?       Шаю ей чем-то отвечал, улыбаясь мягко и нежно.       После его появления на улице Сигард поднял руку и Эри тут же замолчал, опустив голову. Цицу, сопровождающий повелителя, отвязал от пояса мешочек и кинул под ноги хозяина дома.       — Оплата за беспокойство и помощь.       — Да как же... — опешил Эри, во все глаза глядя на мешочек.       Цицу уже заметил волшебника и понял, что приблудившийся к этой семье человек тот, кто им нужен. Они достаточно долго ехали, ведомые повелителем, который указывал направление. Один раз Цицу рискнул и спросил, почему император не перенесёт себя с помощью магии и получил ответ, что это не просто, хотя бы из-за незнания местности. Сигарду не улыбалось вписаться в какое-нибудь дерево или камень и остаться в нём навсегда.       Отвязав ещё мешочек от пояса, снова кинул мужчине.       — Этот знахарке передай. Благодарность от его преосвященства.       — О, — только смог прошептать Эри.       Сигард, увидев Шаю, поспешил к нему, подолом плаща собирая мелкие щепки, отколотые от дров, и снег. Его взгляд впился в любовника, оценивая и радуясь, что он жив. Если бы не браслет, кто знает, сколько ещё заняли бы время его поиски.       Шаю остановился, продолжая держать Эмми за руку и разглядывать мужчину, Сигард замер в шаге от него. Снова окинув взглядом с ног до головы, отметив перевязанную руку, не сдержался и, подняв руку, затянутую в рукавицу, коснулся лица любовника. Сообразив, что руке что-то мешает, стянул рукавицу и уже напрямую коснулся щеки Шаю рукой. Тот всё ещё смотрел на него удивлённым взглядом, а от прикосновения нахмурился. Сигард же, заглянув в его зелёные глаза, не сдержал улыбку. Скользнув рукой с лица по плечу к талии, обнял, притягивая к груди и, наклонившись, поцеловал, нежно, радостно.       — Владыка, — опомнился Эри, хотя почти мгновенно снова растерялся, видя поцелуй двух мужчин. Эмми с интересом наблюдала за ними, как и остальные. — Владыка!       — Что? — гаркнул Сигард, разорвав поцелуй.       — Кто ты? — произнёс Шаю, ошалело глядя в карие глаза императора.