Игры Бездушных. Живая улика

Завтрак не заставил себя долго ждать. Спустя несколько минут, после того, как бездушная покинула комнату, в дверь постучали. Сердце от радости подпрыгнуло, поскольку адоптом, зашедшим в комнату с полным подносом ягод и фрукт, французскими круассанами и душистым чаем, оказалась сама Лина. Счастливый живой взгляд и лучезарная улыбка на раскрасневшемся лице говорили о том, что девушка находилась в сознании и даже в хорошем настроении, что, собственно, и меня заставило улыбнуться и облегчённо вздохнуть. Значит Лина больше не подвергалась наказаниям в моё отсутствие. Хотя, об этом я наверняка не могу знать.  — Привет, — быстро и ловко метнулась с подносом к кровати подруга. Села на край кровати и поставила довольно тяжёлый поднос мне на колени, резво склонилась ближе, принявшись меня внимательно разглядывать. —  Ну? И каково это быть одной из них и пить человеческую кровь? Рассказывай, — неожиданно потребовала подруга, продолжив тщательно меня изучать. — И я рада тебя видеть, — несколько даже растерявшись ответила Лине.  — Надеюсь, в моё отсутствие тебе не взбрендило в голову что-то ужасное натворить, тем самым, попасть под горячую руку Григория, — попыталась отвлечь подругу от интересующего на данный момент её вопроса.  — Нет, ты что, — махнула рукой девушка. — Старалась быть покладистой и послушной, как и положено вести себя адопту, а ещё я очень переживала за тебя. Это ж надо было тебе вскружить голову сразу трём хищникам. Тут такие слухи о вас ходили, — коснулась моей руки, затем лба подруга, явно для того, чтобы определить температуру моего тела. — И какие же ходили о нас слухи? — неохотно поинтересовалась, вспомнив сцену с позеленевшим лицом подруги от удушающих тисков руки Багиры. Даже не сомневаюсь, данное событие наверняка уже удалили из самых недр памяти подруги. — Всякие, — неопределённо ответила подруга и чуть было в рот мне не полезла проверять не прорезались ли у меня там клыки в тот самый момент, когда я попыталась с большим энтузиазмом вгрызться в тёплый мягкий круассан, — Вампиры, к твоему сведению, те ещё сплетники, — быстро отмахнулась Лина и вернулась к ранее заданному вопросу. — Странно, не вижу никаких изменений. Ты продолжаешь есть человеческую еду. А разве не сразу становятся полноценными вампирами? — Нет, — наконец решила удовлетворить навязчивое любопытство подруги, иначе девушку не остановить. — Полная трансформация происходит спустя неопределённое время после обращения, но я уже сейчас обладаю некоторыми способностями, присущими самим вампирам, таким, как скорость, ловкость, сила, способность быстро регенерировать повреждённые участки кожи. — Понятно, это интересно, — ответила удовлетворившись ответом Лина. Хитро сощурила глазки. — И? Кого ты намерена выбрать? Признавайся, подруга, — сразу потребовала девушка, а мне только и пришлось закатить глаза и что-то несвязное промычать. — Ну брось, скажи, к кому больше располагает твоё сердце? Я тебе просто хочу сказать, что Виктор, этот принципиальный сноб и сволочь блондинистая не лучшая для тебя кандидатура, а Багира - самое оно, — пыталась убедить меня девушка. А я невольно чертыхнулась, осознав, что кое-кому пришлось прибегнут, возможно, к последнему отчаянному, но к такому жалкому внедрению "инородных" мыслей. “Да когда ж ты оставишь в покое Лину, Багира?!”  — Нуу, Аньк, ну признайся, кто же он? Дмитрий? Я права? — Так всё, с меня хватит! —  наконец решилась выпроводить подругу, так как готова была поклясться, на этом, чужими мыслями осквернённый, человеческий мозг не остановится. — Я очень благодарна за доставленный мне прямо в кровать завтрак, но мне бы всё-таки хотелось ещё немного отдохнуть и побыть наедине с собой, со своими мыслями, а завтра, возможно, после завтра я отвечу на все тебя волнующие вопросы, — старалась сильно не обидеть подругу. Правда, теперь уже жалела о сказанном. — Ох, что ж это я, и впрямь, — вдруг подскочила подруга. — Пристала со своими глупыми допросами. Тебе ж вчера нелегко пришлось... В общем, да, отдыхай, Ань, я позже загляну за подносом, вдруг добавки пожелаешь... — Нет, — резко оборвала подругу. — Я не осилю и половины из принесённого, попрошу и правда в ближайшие несколько часов меня не тревожить, пожалуйста, — натянув на лицо измученную улыбку, с мольбой посмотрела на подругу. — Хорошо, хорошо, я всё поняла, — наконец устремилась к двери подруга, но прежде, чем покинуть комнату, остановилась у двери и, обернувшись, выстрелила в меня хитрым взглядом. — А завтра, нет, скорее всего это наверняка будет послезавтра, ты мне признаешься кто он. С большим воплем взялась за лоб, откинулась головой назад, со стуком затылком ударившись о стенку. — Всё, всё. Ухожу, — наконец захлопнула за собой дверь Лина, и я облегчённо выдохнула. Не очень было похоже на то, что подруга на меня обиделась. Девушка определённо не находилась под гипнозом, но ложное мнение и доводы, возможно, воспоминания были бессовестно внедрены в сознание подруги. Клянусь, я уговорю Ариосто отдать в моё распоряжение Лину. Закрою её в собственной комнате, да хоть и в этой, и никому не позволю к ней приблизиться. А после, всё-таки помогу подруге выбраться из этого злосчастного места и обрести обычное человеческое счастье.  Отправила последний кусочек первого круассана себе в рот и запила чаем из ранее не пробованных душистых трав и кусочками апельсина. Жаль будет лишаться такой возможности ощущать полную вкусовую гамму и в полную меру ею наслаждаться. Но больше меня пугал сам факт существования внутреннего неконтролируемого зверя в “свежеиспеченных” вампирах. Не хотелось бы превращаться в бесконтрольного монстра после полной трансформации, в идеале так и вообще лучше было бы навсегда остаться на начальной стадии новообращённой, что, впрочем, невозможно.  Принялась уплетать второй круассан, попутно закидывая в рот клубнику и другие ягоды. А, закончив свой завтрак третьим круассаном и выпив весь чай, наконец поставила поднос на прикроватную тумбочку. Вытянулась на кровати и мыслями невольно потянулась к недавнему разговору с бездушной, выудив из памяти именно ту часть разговора, в которой немного упоминалось о прошлых жизнях Дмитрия и Виктора, сопоставила каждую из них с нынешними хищниками. Полагаю, человек лишившийся двух сестёр-близняшек это Виктор. Среднестатистический, возможно, нищий смертный в прошлом. В силу своей бедности не способен был уберечь своих родных от гибели, поэтому новую жизнь пытается проживать в полном достатке, под маской истинного лжеаристократа. Недаром ощущалась некое неправдоподобие в его поведении и общении, нет, скорее ощущалось чрезмерное переигрывание в некоторых ситуациях. Значит, ощущения меня и правда не подвели. Барс на самом деле не является тем, кем он хочет казаться. Он старательно пытался и до сих пор пытается заглушить призраки прошлой жизни роскошью, местами такой неуместной напыщенностью. Плюс тяжёлый отпечаток, оставившие после себя продолжительные воины, в виде поселившегося во всех частях его тела и разума, холода, добавляет данной натуре арктическую суровость. Что ж, возможно, где-то мне даже жаль Виктора. И, тем не менее, многие его поступки и выходки останутся мною недопоняты и не прощены. То же самое касается жестокого и принуждающего отношения Багиры к моей персоне. Хотя, тут ясное дело, призраки прошлого оставили глубокий рванный след и в зачерствевшем сердце данного хищника. Мне сложно даже представить каково это наблюдать за тем, как медленно убивают у тебя на глазах твою женщину, беспощадно её растлевая, забирая жизнь у ещё не родившегося малыша. И ты не в силах что-либо сделать, поскольку тебя держат десятки вражеских рук. Руки. Липкие, потные пальцы врагов, впивающиеся в собственное тело, омерзительным жаром въедающиеся сквозь плотную ткань одежды. Возможно вот в чём кроется секрет постоянного ношения Багирой кожаных перчаток. Естественное нежелание касаться голыми руками людей, дабы не ощущать исходящее тепло или жар от смертных, явно напоминающие о былой и жестокой утрате в прошлом. Но также это касается и бездушных. Любое касание к голой коже, будь то человеческая или вампирская, возможно, приносит Багире дичайший психологический дискомфорт, напоминая ему о прошлом. Отчасти мне и правда стоило бы посочувствовать вампирам, ведь многим из них в прошлом пришлось пережить самый настоящий ужас, прежде, чем обрести вечность. Особенно это касается самых первых вампиров — первородных. Но это никак не отменяет самого факта, что в новой жизни они являются самыми настоящими хищниками, иногда жестокими, циничными, и у этих хищников имеются свои планы на этот мир. А уж станет ли наш мир лучше во власти бессмертных тварей не мне судить, поскольку в скором времени мне суждено стать одной из них. Я начала чувствовать, как сон наваливается на меня своей тяжестью. Не хочу, устала. Больше никаких на сегодня размышлений. Вот только ещё кое-что… перед тем, как вновь погрузиться в сладостное забвение мне захотелось всё-таки пересмотреть некоторые убеждения относительно Барса и Багиры. Переосмыслить хотя бы долю содеянных поступков своих мучителей иль правильнее теперь сказать - моих “суженных”. Возможно, уже сейчас начать им прощать, но единственное на что в данный момент мой мозг способен был это представить как собираю свои немногочисленные манатки и сваливаю восвояси из этого вампирского гнезда. Невольно улыбаюсь, и с этими мыслями наконец погружаюсь в царство сна. *** – Шевелитесь, адопты! – услышала сквозь поволоку сна приказывающий голос Ариосто. А, когда полностью распахнула глаза и приподнялась на локтях, то увидела в своей комнате трёх суетящихся адоптов, Витторию, молодую девушку и мужчину лет под сорок, имидж которого больше напоминал разнаряженного петуха в человеческом обличии. – Что тут происходит? – лениво поинтересовалась, потирая правой рукой глаза.  Многослойные этажи из чёрных и серых хлопковых и полиэтиленовых чехлов с одеждой, возвышались прямо над моими ногами. Несколько косметических кейсов и всевозможные цветные коробки с обувью, стояли то тут, то там, и, казалось, занимали значительную часть довольно просторной комнаты. – Наконец ты проснулась, Аня, – обрадовалась моему пробуждению Виттория и приказала прислуге поднести мне поднос с чем-то очень горяченьким и аппетитно-пахнущим. Большой массивный поднос из красного дерева и резными ножками был сиюминутно ко мне приставлен. –  Ты так долго и крепко спала, что естественно нормально после пережитого и моих весьма утомительных росказней. Мне правда не хотелось будить тебя, милая. Но у нас очень мало времени. Бал скоро начнётся, поэтому поешь, но не спеши, тут спешка ни к чему. А после того, как закончишь с ужином, Аркадий и Наталия быстро помогут тебе с образом. – Получается, я проспала целые сутки? - неохотно посмотрела на пёстрое человеческое подобие, называемое Аркадием, быстро мазнула взглядом по девушке. Опять грёбаные стилисты-визажисты, хрена с два в этот раз не дамся! –  Получается, что да, - снисходительно улыбнулась бездушная, вливая в меня новую порцию приятного материнского тепла и тут же им окутывая разум мой, сердце. – Поэтому советую прямо сейчас приступить к еде, – придвинула ближе ко мне поднос. Развернулась к петушиному подобию и девушке, настоятельно наказала прислушаться именно к моим требованиям и пожеланиям. На что оба покорно закивали головами. А я, тем временем, не отрывая собственного взгляда от парочки, уже тянулась за небольшой керамической ложкой. Ибо рот мой успел наполниться слюной от такого знакомого и вкусного аромата японского супа мисо с креветками, овощами и морской капустой. О моих слабостях и большой тяге к азиатской кухне теперь уже и самой Виттории стало известно. Не удивлена, крайне не удивлена. Пока я расправлялась с супом, периодически заедая его тёплым рисом, комната моя окончательно успела превратиться в огромный склад коробок и одежды. Когда же черёд дошёл до запечённой рыбы с ломтиками лимона и салатом, то нас в комнате стало на три человека меньше. Виттория быстро прошлась по коробкам, проверила содержимое двух-трёх чехлов и осталась содержимым очень довольна. – Теперь это всё принадлежит тебе, Анечка, – обвела рукой комнату бездушная, улыбаясь во всю ширь своего не по-человечески-идеального лица, словно подкупая меня своей обаятельно-клыкастой улыбкой и таким количеством подарков. И надо признать, ей практически это удалось. – Я… даже не знаю, что и ответить, – искренне призналась бездушной. Быть может именно так положено принимать новообращённых в клан, точно не могу сказать. В поместье Ариосто нахожусь всего лишь три года, и за это время мне не довелось наблюдать за тем, как в клан принимаются новообращённые, поскольку за это время никто не был обращён.  – Тебе и не надо ничего отвечать. Ты более не адопт и даже не человек, милая. Отныне являешься важной и неотъемлемой частью клана Ариосто, следовательно по статусу тебе положено даже больше чем то, что ты сейчас видишь в этой комнате. Поэтому, я надеюсь, ты уже закончила с ужином, – плавно перекатилась с тему на тему бездушная. – И теперь позволишь этим людям, профессионалам своего дела, привести те… помочь тебе с твоей внешностью, – прозвучало так, словно меня опять лишают элементарного права на выбор. – Да, конечно, – нарочито миролюбиво улыбнулась вампирше и отставила в сторону довольно увесистый поднос с опустевшими мисками. Вряд ли моим отрицательным ответом Виттория осталось бы довольна. Да и с моей стороны было бы слишком грубо сейчас в чём-то отказывать бездушной, особенно после вызволения меня из лап Вольского и остальных моих палачей-мучителей. – Вот и отлично. Рекомендую долго не затягивать с переодеваниями, хотя, в принципе, женщинам разрешается явится на бал чуть позже, – всё-таки опустилась до послабления во времени бездушная. И я с облегчением вздохнула, предварительно проводив взглядом Витторию до двери. А после того, как дверь за вампиршей полностью закрылась, я стрельнула уничтожающим взглядом в оставшихся в комнате людей. И даже изначально не подумала, что мой взгляд может возыметь такой запугивающий эффект. Чёрт! –  Виттория, приказала помочь мне с выбором одежды и макияжа, так? – постаралась разрядить обстановку мягким обращением. На что Аркадий и Наташа вновь закивали головами. – В таком случае, попрошу вас помочь не встревать своим мнением и указами что я должна на себя надеть и как я должна накраситься, постольку-поскольку сама намерена это сделать, – кажется я опять сказала это в довольно грубом тоне. Демоны! – Но, разрешите хотя бы… – Нет, – оборвала Аркадия и рывком спрыгнула с кровати, откинув в сторону одеяло. Сегодня во мне просто бушевала энергия, и я даже была несколько взволнована предстоящим событием, в эпицентре которого моя личность наверняка станет одним из самых значимых действующих лиц этим вечером. А таким лицом я стану,  в этом даже не сомневалась. Однозначно, только после Виттории. В таком случае, мне и правда стоит подобрать что-то очень яркое, нет, в меру роскошное, но, возможно, сверкающее? Чтоб падающий свет от свечей-цилиндров отражался золотистыми блеском в каждой складочке и рюшечке моего будущего платья. Я надеюсь, Виттория, не сочтёт подобный образ за наглость. Ведь именно так сейчас себя ощущаю и ещё долгое время я настроена себя так ощущать. Чем-то переродившимся и новым, солнечным, искристым, хоть и временно, но в каком-то плане свободной, больше защищённой и даже счастливой, хотя бы в ближайшие несколько недель. Такому состоянию я должна быть благодарна самой Ариосто. Ведь древняя вдохнула в меня надежду на лучшее будущее, предоставила мне время на размышления и обдумывания, сделала меня неприкосновенной для двух ненавистных мне хищников, пусть даже временно, но для меня это уже было большим глотком свежего воздуха. Бездушная оказалась ко мне намного благосклонней, чем я когда-либо могла себе предположить. А что касается Багиру и Барса. У меня имеются некоторые планы относительно этих двух хищников. По словам Виттории моим мучителям тоже пришлось пройти через череду моральных страданий, а всё, видите ли, потому, что я пошла на отказ. Но до тех пор, пока я не сделаю окончательного выбора, я заставлю страдать их ещё сильнее. По крайней мере, приложу к этому все свои усилия, поскольку после раскрытия Витторией огромной занавеси, мнения и отношения своего мне так и не удалось к ним пока изменить. –  Да, то, что нужно, – удовлетворённо кивнула самой себе, растёгивая молнию и извлекая из чехла отливающее золотом платье на лямках, с v-образным вырезом на груди и таким же, но более глубоким на спине, с многочисленными мелкими складочками на лифе и более крупными рюшками на самой юбке, доходящей до самых щиколоток. Сразу полезла в коробки за обувью, и тут мне не пришлось долго копошиться. Из красной коробки вызволила изящные чёрные босоножки на достаточно высоком каблуке с узкими ремешками вокруг щиколотки. – Превосходно. Выудила комплект нижнего белья из мешков, но бюстгальтеру пришлось отправиться обратно в пакет. Полезла за тушью и помадой в один из кейсов, принадлежащих, по всей видимости, визажисту Наталии. –  Позвольте мне… – Я сама, – одним взмахом руки остановила девушку, отчего она так и застыла стоять на месте. Быстро рванула в ванную комнату, закрыла за собой дверь на защёлку. Временно отложила в сторону платье и туфли. Сбросила с себя ночнушку, зашла в душевую кабинку. А ведь мне так и не довелось умыться после встречи с Багирой и нашего страстного соития в женском туалете и последующих событий. Нет! И вовсе не страстного соития. Отвратительного и мерзкого!  Сиюминутно отбросила мысли о нашей с Багирой последней близости. Скребла на себе кожу намыленной мочалкой, прогоняя из тела и мыслей остаточность неоднозначных ощущений. Довольно длительное время стояла под сильной горячей струёй. Вышла из душа, укуталась в белое мягкое полотенце, а затем осушила волосы вторым полотенцем. Высушила пряди феном, превратив их в пушистое и кучерявое облако. Чёрт! А вот от услуги парикмахера я бы совсем не отказалась. Надела на себя платье и всё, что прилагалось под ним и к нему. Окинула своё отражение удовлетворённым взглядом, остановив свой взгляд на своём лице. Меня поразил полыхающий и оживлённый взгляд девушки, смотрящей на меня с серебристой плоскости зеркала. Вскинула гордо голову, окончательно убедившись в том, что от прежней Скиф ничего не осталось. Теперь на меня смотрела новообращённая, знающая себе цену, и эта обращённая более никому и никогда не даст себя в обиду. Развернулась и вышла из ванной комнаты. –  Наталия, пожалуй, я воспользуюсь твоими услугами, – придвинула к девушке стул и села напротив, таким образом дав визажистке разрешение сотворить с моим лицом настоящее чудо. – И с волосами по возможности что-нибудь придумай, спасибо, – как можно более дружественно попросила.