Империя на рукояти меча

Корабль плыл по водам Хуанхэ прямо к Китайской стене. Ветер разрезал нос корабля, пробегаясь по палубе и заставая китайскую армию на ней. Все нервно стояли на палубе, всматриваясь в берега реки, что медленно двигались. Ли Юань стоял неподвижно, лишь его белая накидка развивалась от ветра. Через некоторое время он опустил глаза и посмотрел на свой белый меч с картой Империи на рукояти. Он хранил в себе тайны Китая, и теперь это смертельное оружие станет достоянием его будущей династии. Братьев Ванг нельзя было увидеть на палубе, они редко появлялись здесь, предпочитая находится в своих каютах. Хе Лунь сидел в одиночестве и держал перед собой лист бумаги. Рядом с этим листом лежал угольный карандаш. Молодой человек устало разбросал свои волосы по плечам и посмотрел на пустой лист. Идей в голове совсем не было. Оказавшись наедине со своими мыслями, юноша хотел сосредоточиться на легенде о возвышение Великого императора. Что из того, что узнал молодой человек подошло бы спектаклю Дан Дан? На этом корабле, который следовал по реке Хуанхэ, Хе Лунь впервые смог погрузиться в свои мысли. Невероятные трудности, с которыми столкнулась китайская армия на Северной войне, безразличие воинов к Ли Юаню, как своему императору? Или всё же своя магия мест и времени, где находился Хе Лунь сейчас? Юноша лишь смог черкнуть название легенды на листе, а после этого он просто устремил свой взгляд на лист, как будто смотря через него. — Легенда о возвышение Великого императора? — Хе Лунь поднял глаза и повернулся. На него уставился Тянь Чэнь, что глядел на черные иероглифы на листе бумаги, — звучит интересно. «Интересно», — пронеслось в голове юноши, и он поспешил незаметно спрятать лист бумаги, сложив его пополам и потом ещё раз пополам. — Да это так, просто, — промямлил Хе Лунь, а сам корил себя за совершенно глупый ответ. — Я думаю Великий подойдёт Ли Юаню идеально, — мягкая улыбка тронула лицо молодого человека и он, полностью погрузившись в свои мысли, покинул компанию Хе Луня. Парень понял, что странное поведение молодого человека только сыграло на руку Хе Луню. Тянь Чэнь всегда был полностью погружен в себя, он выглядел иначе, он был другим. Кажется, он был везде и нигде одновременно. Или всё же его заинтересовало название легенды, потому что он и есть её автор? — Вдали вижу Китайскую стену! — прокричал мужчина, держась за штурвал. И действительно, вдали можно было различить среди горных верхушек возвышающуюся цепь Китайской стены. — Через час мы доплывем до берега, — отозвался Ян Вэй, что наконец показался на палубе, он посмотрел вдаль, а затем повернулся на Ли Юаня, что всё время стоял, всматриваясь в пейзажи Китая, — ты оказался прав, это карта действительно приведет нас к крепости Бэй. — Надеюсь, когда мы прибудем, будет не поздно. Сокол пронесся над водной гладью и вновь взлетел в серое от туч небо. Наконец для всех на этом корабле приходило понимание, что близится либо конец, либо процветающее начало. Корабль поднял волны и пришвартовался у берега реки Хуанхэ. Двое крепких мужчин бросили якорь. Волны стали перемещать по каменному берегу листву, что до этого покоилась в воде. Корабль встал. Взглянув вдаль можно было увидеть верхушки сосен. Хе Лунь и Вэнь Сяо огляделись и стали помогать Юй Мину спускать вещи с корабля. Ли Юань взглянул на свой меч, он прокрутил три раза рукоять в своей руке и взглянул на берег. — Нам на северо-запад, — отозвался молодой человек. — Тогда поторопимся, — Ян Хань увел медный меч за накидку и поднял с земли свой узел вещей. Отряд императорской армии поспешил по узкой дорожке прямо в чащу леса. Через некоторое время высокие сосны стали раступаться, и появилась широкая дорога. — Она приведет нас к военному лагерю, — подтвердил генерал-инспектор Ли Чжао Цзянь, который больше всех был знаком с землями северной границы. Как и сказал мужчина, через четыре ли стали показываться красные флаги Китайской империи. Военный лагерь встретил императорский отряд суматохой. — В лагерь вернулся отряд господина Ли! — прокричал новобранец, оповещая всех военных высоких и невысоких чинов. Прошло около месяца, как от крепости Бэй ушел отряд по поиску карты Китая. Также и месяц вооруженные вражеские общины не давали о себе знать кроме того, что что-то происходило за Северным лесом. Там была серьезная охрана, поэтому как не пытались выслать тайных разведчиков, они всё время приходили с пустыми руками. Но все верили, что когда господин Ли и братья Ванг вернутся к Китайской стене, они найдут путь к победе над врагом. Первым императорский отряд встретил старший генерал северной гвардии Ши Гуо Жи. Мужчина сложил руки перед собой и низко поклонился. — Приветствую, — генерал поднял голову из поклона, — как прошел ваш поход? — Удачно, — проговорил Ли Юань и мягко улыбнулся, но затем его брови нахмурились, повиснув над глазами, — нам срочно нужно собрать Альянс советников, генерал Ши. — Но вы только прибыли, мой господин, — но завидев серьезный взгляд драконьих карих глаз молодого человека, генерал Ши поспешил продолжить, — хорошо, я сейчас же соберу всех в вашей палатке. Ли Юань устало положил руку на плечо генерала и откланился. В палатке будущего правителя было тихо. Он положил свой нефритовый меч на деревянный стол, а затем бросил белую накидку на застеленную постель. Не успел Ли Юань выдохнуть от того, что он наконец вернулся в военный лагерь при крепости Бэй, как в палатку залетел Чжан И Цзе, советник семьи Ли, с листом бумаги в руке. Мужчина суетливо забежал внутрь и стал оглядываться в поисках молодого человека. — Молодой господин, то что вы мне написали, это правда? — мужчина стал махать письмом и путаться в своих широких рукавах накидки, — вы хотите свергнуть династию Суй? — Свергнуть? — Ли Юань устало усмехнулся, а затем слегка улыбнулся, — можно ли свергнуть то, чего нет? — Молодой господин, прошу не говорите так, — мужчина упал на колени и устало коснулся своей прямой переносицы. — Советник Чжан, — юноша присел и обеими руками поднял мужчину с земли, — разве вы не поддержите меня? Династию Суй уже невозможно спасти. — Господин, прошу подумайте ещё раз. Боюсь люди не смогут принять смену династии, — мужчина своими ясными глазами взглянул в карие глаза юноши, — вы только станете правителем, я, как ваш советник, не хочу, чтобы люди пошли против вас. — Против меня? Пойдут ли люди против человека, что приведет Китай к спасению? — Молодой господин, покинувший нас император и особенно ваш отец, господин Ли Бин, хотел, чтобы вы стали преемником трона. Пожалуйста, не меняйте ничего. Разве это уже не хорошо? Разве это не то, что ждёт ваш народ? — Народ хочет видеть на престоле хорошего правителя, их не волнует, к какой семье он относится. Будь то династия Суй или династия, которую продолжит семья Ли. — Молодой господин, прошу, ради памяти вашего отца, возвращайтесь в Чанъань с победой и станьте следующим императором династии Суй, — мужчина сложил руки юноши в свои, но Ли Юань угрюмо взглянул на советника. — Если не желаете идти вместе со мной, тогда нам не по пути, советник Чжан. — Что вы имеете ввиду, молодой господин? — Династии Суй больше нет, если вы это не принимаете, тогда я по возвращении в Чанъань отправлю вас в отставку. — Молодой господин, я двадцать лет служил вашему отцу и вам, — советник Чжан глубоко выдохнул, — я хочу поддержать вас в ваших начинаниях, но я должен исполнить волю вашего отца. Молодой господин Ли Юань закрыл глаза, вспоминая умершего отца, но затем он продолжил свою мысль. — Мой отец хотел посадить меня на престол, чем это не исполнение его воли? *** Хе Лунь и Вэнь Сяо устало закинулись в свою палатку и скинули тяжёлое обмундирование. Сразу же, как новости о том, что вернулся отряд, проникли среди лагеря, к ребятам пришли их друзья из императорской стражи, Чжао Линь и Цзян Фэн. — Мы так рады вас наконец увидеть, — радостно проговорил Цзян Фэн и обнял ребят, постукивая ладонями по спине. — Расскажите, это правда, что говорят среди воинов? — поинтересовался Чжао Линь, — господин Ли хочет построить новую династию? Ребята переглянулись между собой. Да, громкие новости всегда разлетаются быстрее ветра. — Вы обо всем уже знаете? — удивлённо спросил Хе Лунь. — Да, сейчас все только об этом и говорят. — Да, он неожиданно объявил нам это в Чэнду, — подтвердил Вэнь Сяо. — Вот это новости, — удивился Цзян Фэн, — я не ожидал такого от молодого господина. — Это уж точно, — подтвердил Чжао Линь. — Как вы считаете, это хорошее решение? — поинтересовался Хе Лунь. — Не могу сейчас сказать наверняка, но то, что господин Ли Юань достоин императорской короны — это без сомнения так, — Цзян Фэн прикоснулся к своему подбородку и повернулся на товарищей, — разве можно с такими выдающимися навыками правителя быть лишь одним из правителей династии Суй? *** После того, как палатку непреклонного Ли Юаня покинул советник Чжан И Цзе, собрался Альянс советников без госпожи Ван Жо Лань. Ли Юань положил меч на середину стола всем на обозрение. — Старший генерал Ши, расскажите последние новости о наших врагах, — поинтересовался Ян Хань, складывая руки на груди. — За прошедший месяц не было совершенно никаких нападений, кажется, они всё это время готовятся к большой атаке. Наши дозорные заметили, что из леса поступают срубленные деревья, а из их лагеря вновь ввозятся в лес уже обработанные доски и бревна. Скорее всего, они что-то там строят. Северный лес лежит далеко, мы не можем даже увидеть, не говоря уже о том, чтобы предположить. Братья Ванг покачали головой. — Что насчёт Чао Шунь Си, связывался ли он с вражескими общинами? — спросил Ян Линь, оглядывая присутствующих. — Я следил за ним весь месяц, как только вы уехали, он всегда находился на своем месте, — подтвердил старший генерал Сунь. — Это и понятно, как только мы покинули крепость Бэй, их главарь отправился за нами по пятам до Лояна. Ему пока не было необходимости доставлять какую-либо информацию, — сказал Ян Вэй. — Когда мы в монастыре Шаолинь встретились с главарем, он сказал, что у них есть тайное оружие, думаю, это оружие и находится в Северном лесу, — Ли Юань положил руки на стол.- А ещё у нас очень мало времени. — К сожалению, да, — подтвердил Ян Хань, — нам срочно нужно проработать план. Мы выиграли время, прибыв раньше главаря вражеских общин. Нам нужно правильно использовать это время. — Знали бы мы, что это за оружие секретное, смогли бы придумать план против него, — проговорил генерал Сунь и стукнул рукой по столу. — А что если, у нас просто будет своё секретное оружие? — поинтересовался Ли Юань, осмотрев каждого. Все уставились на молодого человека, — вы помните, что ещё сказал нам главарь общин при личной встрече? Альянс советников переглянулись между собой. — Он сказал, что первым делом убьет вас, — молодой господин указал на братьев Ванг, — чтобы вы ему не мешали. Это значит, что он вас боится. Если же в лагере вас не будет, он постарается напасть раньше, надеясь разбить наши отряды, что остались без вашего руководства. — Мы сможем застать его в расплох, — улыбнувшись, проговорил Ли Чжао Цзянь, — но как мы сделаем так, чтобы главарь об этом узнал? — Легко, глава пограничного гарнизона Чао Шунь Си сам ему передаст, — ответил начальник городской стражи Гу Хуан Ли и нахмурил широкие брови, — но нам нужно подать эту информацию правильно, чтобы Чао Шунь Си поверил в это. — Причина, по которой вы должны будете покинуть северную границу, должна быть очень серьезной, — Ли Юань задумался. — Что-то случилось с императрицей? Восстание последователей Цзань Гуй Шеня? — предложил Ян Линь. — Сойдёт, — кивнул молодой господин Ли, — как мы расскажем об этом Чао Шунь Си. — Возможно, нужно публично перед армией объявить, что мы отбудем в Чанъань? — слетело с губ старшего из братьев Ванг. — Слишком опрометчиво, воины могут испугаться, что без вас мы не одержим победу, — Ли Юань задумался, — это может подорвать моральный дух. — А если, ты напишешь письмо в столицу? — предложил Ян Вэй, выпрямляя спину, — об этом никто не узнает, если письмо увидит только Чао Шунь Си. — Как ты хочешь это провернуть? — поинтересовался Ян Линь, посмотрев на младшего брата. — Ты, — указывая на Ли Юаня, проговорил Ян Вэй, — позовешь Чао Шунь Си, чтобы кое-что обсудить. Когда он увидит письмо, он определенно поинтересуется, почему ты хочешь нас дезертировать? Поверив в эту историю, он первым делом побежит доложить об этом. А пока они получают информацию, мы будем готовиться для защиты от неожиданной, по их мнению, атаки. *** Ли Юань сидел в своей палатке и заполнял бумаги. Хе Лунь и Вэнь Сяо сторожили вход, как к палатке молодого господина подошёл Чао Шунь Си. Он огляделся и показал стражникам всем своим видом, чтобы они оповестили будущего правителя. — Господи Ли Юань, к вам пришел глава пограничного гарнизона, Чао Шунь Си, — проговорил Вэнь Сяо, предупреждая молодого человека. — Впустите, — снаружи послышался ровный голос молодого господина Ли. — Вы хотели меня видеть? — поинтересовался мужчина, показываясь внутри. Он оглядел юношу, что сидел за рабочим столом и подошёл ближе. — Глава Чао, — Ли Юань поднял голову и посмотрел на мужчину перед собой, — я позвал вас по очень важному вопросу. — Я слушаю вас, — отозвался Чао Шунь Си. — Вы должны усилить охрану башни Бэй, мы готовимся к сражению, — проговорил молодой человек, — и ещё организуйте шести разную смену дозорных. — К чему такие меры, господин? — поинтересовался мужчина. — Это сложно? — бросил Ли Юань, убирая от себя кисть с чернилами, — вашему гарнизону не хватает людей? — Нет, господин Ли, я сейчас же отдам распоряжение, — мужчина сложил руки перед собой и поклонился, как увидел на столе лист бумаги с печатью династии Суй. На бумаге отчетливо можно было прочитать текст: Ванг Ян Хань, Ванг Ян Линь, Ванг Ян Вэй. Дезертированы с поля боя обратно в Чанъань. — Господин, почему вы дезертируете братьев Ванг обратно в Чанъань? — Что? — переспросил Ли Юань, но затем уловил взгляд мужчины, что был направлен на государственный документ, — Вас это не касается, глава Чао, — проговорил молодой господин, беря документ в свои руки. — Прошу простить меня за дерзость. Какие-то проблемы в столице? — Последователи бывшего министра Цзань Гуй Шеня подняли восстание и захватили западный и южный кварталы Чанъаня. Её Величество попросила прислать молодых господинов Ванг на помощь в освобождении столицы. Прошу, никому не говорите об этом разговоре, не хочу поднимать панику в лагере, — Ли Юань повернулся на мужчину, — я надеюсь, что братья Ванг смогут быстро прибыть обратно к крепости Бэй. Глава пограничного гарнизона опустил глаза, обдумывая слова господина перед собой, как на его плечо легла рука господина Ли. — Вы можете идти, глава Чао. Мужчина поклонился и очень быстро покинул палатку будущего правителя. *** Глава пограничного гарнизона сразу же отправился доложить срочные новости главе объединённых варварских общин. Нужно как можно скорее напасть на Китай, пока императорская армия дожидается братьев Ванг. До этого момента, вероятно, они не будут способны отразить неожиданное нападение. Рассказав последние новости, глава Чао откланился и вернулся на свой пост, пока никто не обнаружил его пропажу. Всё-таки до этого он всегда покидал военный лагерь только в ночное время. — Здравствуйте глава Чао, — как только мужчина вернулся в свою палатку, там его встретил Ши Гуо Жи, что осматривал стол главы пограничного гарнизона. — Что вы здесь делаете? — поинтересовался мужчина, оглядывая старшего генерала северной гвардии перед собой, тот наконец повернулся лицом к главе и достал меч из ножен. — Схватить предателя, — сразу же после слов Ши Гуо Жи, в палатку зашли два воина и под руки взяли мужчину. — Что это значит, старший генерал Ши? — глава Чао поспешил вырваться из захвата, но громкий голос Ли Юаня заставил того прекратить попытку. — Спасибо за ваше содействие, глава Чао, — молодой господин показался перед лицом мужчины, смотря тому в глаза, его взгляд был уверен и суров, — вы действительно думали, что мы никогда не узнаем, что именно вы и младший генерал Мо Ли Ланг были предателями у крепости Бэй? — Вы слишком поздно об этом узнали, теперь ничто нельзя остановить, — мужчина горделиво усмехнулся, показывая свой оскал, — теперь Китайская империя падет. — Вы в этом уверены? — за спиной главы пограничного гарнизона послышался громкий мужской голос, повернувшись, мужчина заметил за собой троих братьев Ванг, что показались в палатке. Ян Хань подошёл к мужчине и сложил руки на груди. — Благодаря вам, наш враг будет спешить и так и не узнает, что подготовили для него мы. Глаза Чао Шунь Си в секунду округлились, он стал оглядывать всех молодых мужчин перед собой, глотая воздух, его губы дрожали, пытаясь подобрать слова. Он понял, все было спланировано заранее, а он и не заметил, что попался в ловушку новоиспечённого правителя. — Увезти, — скомандовал Ян Линь, и двое воинов увели мужчину прочь. — Ну что же, пора готовиться к битве, — проговорил Ли Юань и, взмахнув белой накидкой, покинул палатку Чао Шунь Си. *** Новый день приветствовал всех ярким солнцем и ясным голубым небом. — Приветствую главу Юн Тянь Чэня, — к молодому человеку подошла господа Ван Жо Лань, она слегка поклонилась и посмотрела на юношу, что мягко улыбнулся, раскрывая свой голубой веер. — Госпожа Ван, когда вы прибыли? — поинтересовался молодой человек. — Только что, я решила сразу же поприветствовать господина Ли Юаня. Вы не знаете где он? — Скорее всего в своей палатке, он и братья Ванг придумывают стратегию для победы. Пойдёмте вместе навестим молодого господина? — Я буду только рада, если вы меня сопроводите, — женщина широко улыбнулась так, что брови чуть приподнялись, открывая яркий взгляд. Тянь Чэнь слегка кивнул головой и подставил для госпожи свою руку. — Смотри, в военный лагерь вернулась госпожа Ван, — проговорил Хе Лунь и устремил взгляд своего друга на две фигуры. Вэнь Сяо огляделся, а затем они поприветствовали госпожу и главу Ханьюэ. — Приветствуем господина Ли, — в унисон проговорили люди, показываясь в палатке молодого господина. — Госпожа Ван, — Ли Юань и братья Ванг развернулись от карты на вход, услышав приятный мелодичный голос, — рад вас снова видеть. Как вы провели время в Синине? — Я думала, вернувшись домой, я смогу отдохнуть, но я всё время хотела вернуться, чтобы поддерживать вас здесь. — Рад это слышать, — молодой человек улыбнулся, а затем также кивнул Тянь Чэню. Глава деревни Ханьюэ проводил госпожу к стулу и сам сел рядом. — Чем вы заняты, господа? — поинтересовался Тянь Чэнь, оглядывая людей перед собой. — Вести бой мы будем за чертой Китайской стены, — проговорил Ян Линь, оглядывая новоприбывших. — На этот раз вы хотите всех переправить через стену? — спросила Ван Жо Лань, поправляя прядь своих волос. — Посовещавшись со старшим генералом Сунь и Ши, мы приняли решение поделить наши войска также на три части. На этот раз две части будут состоять из постоянных войск и одна часть отряды новобранцев, — ответил Ян Хань, присаживаясь на деревянный стул. — К чему такое решение? Разве хорошо оставить новобранцев без помощи постоянных войск? — Тянь Чэнь оглядел каждого. — Мы уверены, что на этот раз наш враг будет более подготовлен. Мы должны постараться не дать врагу пройти Китайскую стену, если он сможет аж одолеть такое препятствие, то что ему какие-то люди? — невесело отозвался Ян Линь. — И то верно, — прекрасное лицо госпожи Жо Лань в секунду погрустнело, — что по поводу оружия? В тот раз мы смогли выиграть битву благодаря самовозгорающимся стрелам. — Стрелы уже изготавливаются нашим оружейником, — проговорил Ян Вэй, — но вы правы, мы должны придумать то, что поможет нам окончательно разбить отряды врага. Собрание по поводу тактики победы прошло аж до самого вечера, за все время успели подойти также старший генерал Сунь и Ши, генерал-инспектор Ли Чжао Цзянь, начальник Гу Хуан Ли и даже инструктор Цюй Цзе Лин. Ближе к вечеру Ли Юань и Тянь Чэнь остались единственными в палатке. Догорал фетиль свечи, пламя кружилось от ветра, падая на высокие фигуры молодых людей, что отбрасывали мягкие тени. — Боюсь и одновременно радуюсь, что сражение, к которому мы готовимся, будет самым решающим, — наконец разрезал тишину Ли Юань. — Вы правы, мой господин. Это то, что должно было случиться. — Исполнилось ли то, зачем вы прибыли сюда вместе со мной? — молодой господин повернулся на Тянь Чэня, что утвердительно кивнул. — Я желал написать своё самое лучшее произведение. И моя легенда о Великом императоре стала таковой. Даже если я дальше буду писать, ничто не будет также прекрасно, как легенда о Вас, мой господин. Ли Юань слегка рассмеялся, отводя взгляд. — Господин, помните, как вы пообещали тому молодому художнику, Янь Ли Бэню, которого мы встретили в Учане, что вы построите династию, где будет процветать поэзия и живопись? Молодой господин Ли утвердительно кивнул, обращая свои драконьи глаза на Тянь Чэня. — Если вы исполните своё обещание, тогда я первым последую за вами. После этих слов молодой глава деревни Ханьюэ поклонился и поспешил удалиться, оставляя Ли Юаня наедине со своими мыслями. Юноша откинул длинные волосы за свою спину и сел за письменный стол. Молодой человек достал лист бумаги и разложил его на столе, затем он аккуратно уложил кисть в свои длинные пальцы и поднес к листу бумаги. «Моя супруга, Сяо Мэй, я пишу вам в преддверии большого сражения. Я впервые, как отбыл к крепости Бэй, пишу лично вам, просто чтобы рассказать, что я чувствую. Стоит начать с самого начала. С самого начала моего пути я совершенно не был уверен, куда приведет меня эта дорога. Даже вы были уверены к чему вы стремитесь и идете. Это поистине восхищало меня. К моему глубочайшему сожалению, я не обладал таким стержнем, который таился в вас. Прибыв к крепости Бэй, я встретился с недоверием ко мне в глазах своего народа. Скажу вам честно, в тот день я впервые почувствовал себя столь маленьким и незначительным человеком. Люди не верили, что я достоин стать следующим императором Китая. Но самое страшное было в том, что я сам в это не верил. Сам смотрел в зеркало и видел лишь напуганного мальчика, что решил поиграться с императорской короной. Но чем больше я делал шагов, тем более уверенными становились они. Как говорил мудрец Лао-цзы, даже путь в тысячу ли начинается с первого шага. День, когда я полностью принял свою судьбу, наступил в тот момент, когда мы одержали первую победу в сражении. Братья из семьи Ванг талантливо бились со мной бок о бок и тогда я смог доказать многим людям, что я здесь нахожусь не просто так. В тот день я поверил в свои силы и мощь, которая передастся мне вместе с императорскими регалиями. Но могу сказать вам, что этого бы не произошло, если бы я не повстречал юношу, чья чистая душа и мудрые слова повлияли на меня. И имя этого человека Юн Тянь Чэнь. Глава неизвестной северной деревеньки Ханьюэ, но он тот, кто смог заставить меня принять судьбу, что была написана до моего рождения. Я могу заверить вас, что именно он спас мою жизнь. Если бы не он, то каждый день отнимал бы из меня год жизни, и я бы увядал, как опавший цветок. Как только мы выиграли сражение, начальник Гу Хуан Ли поразил всех нас, сказав, что существует карта, что носит в себе настоящие земли империи. Я и братья Ванг, конечно же, сразу приняли решение отправиться на её поиски. Этот путь был долог. Мы проехали почти по всему Китаю, посетили многие провинции, чтобы собрать лишь небольшую карту. Тогда я понял, какие большие и просторные земли достанутся мне, когда я сяду на престол. Но меня теперь это не пугало, на этот раз я хотел сделать так, чтобы моё государство росло и процветало, словно персиковое дерево по весне. Когда вся карта была собрана, я попросил мастера выгравировать её на рукояти моего меча. Теперь мой нефритовый меч будет считаться мечом Императора. И теперь я точно могу быть уверен, даже если моё сердце перестанет биться, мой меч будет жить вечно.» *** Новый день начался с громкого звона колокола, который разлетелся по военному лагерю. Братья Ванг поспешили выйти из своей палатки, оглядываясь. — Что происходит? — поинтересовался Ян Линь, смотря на мимо проходящего Гу Хуан Ли. — Дозорные докладывают, — ответил мужчина, устремляя свои глаза на Китайскую стену. Братья Ванг поспешили надеть красные мантии на свои плечи и, повесив мечи на широкие пояса, нашли господина Ли Юаня. — Поторопимся, — проговорил молодой человек. Хе Лунь и Вэнь Сяо вышли из обеденной вместе с Чжао Линем и Цзян Фэном, как заметили спешащих братьев Ванг и Ли Юаня. Четыре коня рассекали теплый воздух, спеша к крепости Бэй. Солнце только начало подниматься из-за горизонта, который закрывала Китайская стена. Взобравшись на смотровую башню, молодые люди устремили взгляд вдаль. Из Северного леса шел враг, ведя за собой высокие деревянные башни высотой, приблизительно, в два чжана (7метров). — Что это такое? — удивился Ян Хань, облакачиваясь на каменную стену. — Это башни, — подтвердил Ян Вэй, складывая правую руку за спину, — они хотят перейти Китайскую стену. — Невозможно, — в ярости ударил Ян Линь. — Мы не сможем остановить эти башни, — обречённо проговорил Ли Юань. — Сражение произойдет завтра с восходом солнца, — подтвердил Ян Вэй, ещё раз взглянув на армию врагов, что приближалась к Китайской стене. — Тогда возвращаемся, — сказал старший из братьев Ванг и развернулся, — нам нужно придумать новый путь к нашей победе. День тянулся очень долго, но в конечном итоге, он подкрался к сумеркам. Хе Лунь распустил волосы и поставил канделябр на невысокий столик. Вэнь Сяо мягко улыбнулся другу, но его глаза были печальны. — Скоро начнется май, — отозвался юноша, посмотрев на Хе Луня, что кивнул головой, — помнишь, о чем мы с тобой говорили? — Ты про что конкретно? — Скорее всего, мы с тобой вернёмся обратно, когда император Гао Цзу сядет на престол. Скоро приблизится этот день. — Ты прав, — Хе Лунь достал из-под подушки старую Легенду о возвышение Великого императора, — я буду скучать по этим местам и людям, с которыми мы познакомились. — Это уж точно. — Но иногда что-то нужно уметь отпускать, так? — Я думаю да, — Вэнь Сяо грустно улыбнулся. — Как думаешь, мы вспомним то, что увидели за все эти месяца? — Не знаю, — признался Вэнь Сяо, — но я бы хотел запомнить. — Я тоже, — Хе Лунь улыбнулся, но одинокая слеза скатилась по щеке, а руки непроизвольно притянули к себе рукописную легенду. *** Солнце ещё не успело подняться из-за горизонта, как послышалась мелодия семиструнного гуциня. Она наполнила военный лагерь своим мягким и непринужденным звучанием. В самом центре лагеря сидел Ванг Ян Вэй, играя прекрасную песню. Этот жест должен был расслабить воинов перед большим сражением. Больше никого из военных верхушек не было видно. В небе не появлялись даже птицы. — Ребята поторопитесь, всех новобранцев собирает инструктор Цюй, мы выдвигаемся к Китайской стене, — проговорил Юй Мин, новобранец из Лояна, проходя палатки всех своих товарищей. Вэнь Сяо похлопал друга по плечу и первым покинул палатку. Хе Лунь надел шлем на голову и оглядел свою палатку. Его глаза остановились на подушке, под которой лежала Легенда о возвышение Великого императора. Юноша, долго не думая, сложил её во внутренний карман и поспешил к строю новобранцев. Вся армия построилась лицом к Китайской стене, что стояла так монументально и одиноко вдали. Она так же, как и все здесь, ждала встречи с врагом. Красные знамя развивались на ветру, а восходящие лучи солнца отражались на железных доспехах и копьях, что столбами были подняты вверх. Когда солнце потихоньку начало выплывать из-за горизонта, к китайской армии вышли старшие военные. Они прошли многотысячную армию и встали напротив воинов, поворачиваясь спиной к стене. Ли Юань ехал на белом коне, его серебряный шлем покоился на голове, закрывая лоб и переносицу, а нефритовый меч Императора свисал с пояса, что закрывался железным торсом. Братья Ванг шли рядом с Ли Юанем, смотря лишь прямо, пока их красные накидки, концы которых держали на железном торсе аккуратно вылитые бронзовые драконы, развивались на ветру. — Сегодня очень важное сражение, возможно, именно оно предскажет, что нас ждёт в будущем, — проговорил Ян Хань, смотря на воинов, — мы с вами прошли от зимних холодов до цветения деревьев. И именно сегодня наконец мы увидим своё будущее в империи, которую мы же и построили. — Подождите, — к Ли Юаню и братьям Ванг на коне вышел Тянь Чэнь. — Что он там забыл? — поинтересовался Вэнь Сяо, Хе Лунь покачал головой. — Я хочу кое-что преподнести вам, господин Ли Юань, — проговорил Тянь Чэнь, молодой господин кивнул головой. Молодой глава деревни Ханьюэ достал из внутреннего кармана своего ханьфу лист бумаги, он развернул его и произнес: Тепло весны сменяет холод зимний, И персика цветы балуют карие глаза. Передо мной мужчина, белый ханьфу носивший, Меняет всё, что было, себя превознося. Отбросив всяческие страхи и сомнения, И рассекая земли Китая по Хуанхэ реке, Корону мужчина надевает терпеливо, Держа великую империю в своей руке. Пройдут года, и голос скажет мысли, Что будут, как легенда, в жизнь воплощены: «Мой господин, мы и подумать не могли, Что доживём до седины». — Это стихотворение наполненное отвагой и жизнью, я посвящаю императору Ли Юаню у Великой китайской стены, — проговорил Тянь Чэнь, поклонившись своему правителю. — Такого просто не может быть, — вырвалось из уст Вэнь Сяо, когда он посмотрел на мягкие черты лица Юн Тянь Чэня. Пока все громко захлопали и заликовали, Хе Лунь повернулся на друга, что повернулся в ответ. Глаза молодого человека бегали вокруг, он был очень взволнован, а его руки дрожали. — Это только что было самое раннее датированное стихотворение известнейшего поэта династии Тан, Хуан Гуан Мина. *** Хе Лунь и Вэнь Сяо шли по коридорам университета. Третий курс подходил к концу, скоро должны были начаться экзамены. Друзья весело переговаривались между собой, как к ним подбежала их одногруппница. Девушка мягко улыбнулась и протянула ребятам листовку. — Хе Лунь, Вэнь Сяо приходите на чтение лекции профессора с кафедры китайской литературы. Она открытая. — Когда она начнется? — поинтересовался Вэнь Сяо, принимая листовку. — Через час в большой потоковой аудитории. — Спасибо, мы придем, — Вэнь Сяо улыбнулся, после чего девушка поспешила удалиться. — Зачем нам туда идти? Через час мы будем на пол пути домой, — взревел Хе Лунь и развернулся на друга. — Да ладно тебе, это будет интересно, — проговорил парень, но, кажется, его друг не поддерживал его желание. Через час в большой потоковой аудитории собрались студенты третьего и четвертого курса. Было достаточно шумно, но затем все замолчали, когда к кафедре вышел полноватый мужчина с седой бородой. Мужчина разложил свои бумаги и включил экран интерактивной доски. Прошло полчаса от лекции. Мужчина с большим живым интересом рассказывал студентам небольшой курс о древней китайской поэзии. — Династия Тан считается золотым веком поэзии в истории Китая. «Полное собрание стихов эпохи Тан» насчитывает более 48900 произведений 2200 поэтов, имя и авторство которых удалось установить. В начале танской поэзии стоят «четверо выдающихся», среди которых заметное место занимают Ван Бо и Лу Чжао Линь. Также я уверен, что вы слышали такие имена, как Ли Бо и Ван Вэй. Они создают облик тановской поэзии. Но не стоит забывать ещё одно имя. Это знаменитый поэт раннего Тан — Хуан Гуан Мин. Никто точно не знает, когда он родился, многие предполагают, что поэт родился в 597 году, на момент становления династии Тан, ему были всего-то двадцать три года. Хуан Гуан Мин относится к основоположникам поэзии «золотого» века. На данный момент насчитывается около сотни его стихотворений. Многие из них были наложены на песни. Среди таких вы могли слышать: Белый журавль прилетел к моему дому, Сандаловая шпилька в волосах моих, Персиковые сады Чэнду. Его стиль написания стихотворений был очень уникален и плавен, за что многие знаменитые личности династии Тан восхищались им. Среди таких людей даже был первый император династии Тан — Гао Цзу. Вообще многие предполагают, что Хуан Гуан Мин и Гао Цзу были лично знакомы, так как самое раннее стихотворение поэта было посвящено некому императору Ли у Великой китайской стены и было найдено при раскопках дворца династии Тан в императорских покоях. *** — Хуан Гуан Мин — это Юн Тянь Чэнь? — Вэнь Сяо посмотрел на друга, а затем перевел взгляд на красивого юношу, что хлопал со всеми. Его лисьи глаза смотрели прямо, отражая восходящее солнце, а пухлые красноватые губы улыбались. — Я бы никогда не подумал, что такое возможно, — Хе Лунь наклонился к другу. — Никто бы не подумал. Неужели мы всё это время разговаривали и ходили рядом со знаменитым поэтом династии Тан? Мысли ребят, что не могли придти в себя, разрушили громкие крики. Под общее ликование Ли Юань поднял свой нефритовый меч в небо. Он отблескивал яркие охристые лучи солнца. Наступила тишина, которую через некоторое время разбил господин Ли. — Принять приказ императора! — гордый голос прошёлся по округе. Наступил тот день, когда Ли Юань назвал себя императором Китая. — Подчинённые принимают указ императора! — крикнули все, приклоняя голову и садясь на одно колено. — Уничтожить врага любой ценой, потому что Китай победит лишь, потому что отказывается быть побежденным! — Да осветит солнце Великую империю, да поклонится весь мир её правителю! — крикнул Ян Хань, его громкий басовый голос венчал глухой звук трубы дозорных с Великой китайской стены. Враг идёт на империю. Главные военные развернулись лицом к стене и устремили на неё свои взгляды. Сейчас произойдет, что никто не смог и ожидать. Враги пройдут через Китайскую стену, которую никому до этого не удавалось покорить. Ли Юань кивнул братьям Ванг и те уехали в противоположенные стороны. Их главная тактика была в том, чтобы окружить врага со всех сторон. Если они решили сражаться на территории Китая, тогда стоит играть по своим правилам. Братья Ванг должны будут попасть на крепость Бэй и поджечь деревянные башни врага, когда главарь вражеских общин даже не ожидает увидеть братьев на северной границе. Они постараются отрезать их от пути отступления. Молодые люди поодиночке лучше справятся со своей задачей, а затем присоединяться к общему полю боя. — Образовать защиту! — крикнул Ли Юань и воины выставив свои щиты, образовали непроходимую стену. Ряды императорской армии закрыли собой горизонт. — Приготовить стрелы! — последовала вторая команда от Ли Юаня. Тетива туго натянулась от стрел с зажигательными мешочками. Оставалось лишь ждать, когда появятся враги. Через некоторое время со стороны стены послышались крики, и вдали показались люди, что просто без проблем оказались на высоте Китайской стены. Вражеские общины ступили на камень, а затем перетащили лестницы, чтобы спуститься вниз. — Ждём, — проговорил Ли Юань, выглядывая из-за щитов. Когда враг ступил на землю, послышалась громкая третья команда, которая означала «Выпускаем стрелы!». Выпущенные стрелы закрыли собой небосвод. Они летели быстро и беспощадно. Через некоторое время на стороне врага показался огонь. Кто-то в нём пал, а кто-то, защитившись, бежал вперёд, где его уже ждали колья, вытащенные из защиты щитов.Ничто не могло разбить эту защиту. Ни огонь, ни стрелы. Свистящий звук предупредил о втором запуске стрел, что были выпущены в две стороны. Одни предназначались тем, кто уже бежал в сторону императорской армии, а другие тем, кто только спустился с лестницы. Опять послышались взрывы, и резко появился яркий огонь. После четвертого выстрела братья Ванг оказались на Китайской стене, они неожиданно для врага подожгли деревянные башни и разбили войну на каменных плитах великой преграды. Главарь, увидев то, что ещё никто из его людей не приблизился к императорской армии, быстро развернулся назад, но увидел братьев Ванг, что безжалостно расправлялись с его людьми. Но лишь двое из братьев. — Что они здесь делают? — взревел мужчина, но поодаль от себя заметил высокий столб, к которому было привязано мертвое тело предателя Чао Шунь Си. Тогда то главарь объединённых варварских общин понял, что теперь он сражается в слепую. Неожиданно со стороны крепости Бэй послышались громкие удары в барабан. Громкий звук разносился по округе, заглушая собой все другие звуки. Это был третий сын семейства Ванг — Ян Хань. Он стоял в самом центре башни крепости Бэй и бил в барабаны двумя колотушками. Главарь общин пытался что-то крикнуть своим воинам, но его голос подавлял под собой барабан. Прекрасно сработанный манёвр. Вражеские отряды стали отделяться друг от друга, переставая слышать любые команды своих людей. Удары в барабан от Ян Ханя послужили толчком для воинов Китая, и те, выбежав из защиты щитов, бросились на врагов. Скрестились мечи. Людей, что были заряжены на свою победу любой ценой и людей, что терялись в своих же сородичах. Победа была предрешена. Спустя два часа жестокой схватки, главарь объединённых вражеских общин был схвачен старшим генералом Сунь Ву Жоу и Ши Гуо Жи. Двое мужчин подвели его к Ли Юаню, что тяжело дышал. Братья Ванг сняли свои шлемы с красными перьями и встали рядом с высокой фигурой Ли Юаня. — Ваше величество, теперь он ваш, — проговорил генерал Ши. Господин Ли сел на корточки, чтобы лично взглянуть в глаза мужчины, что посчитал, что сможет одолеть Китайскую империю. — Из-за твоих действий погибло тысячи моих людей, сейчас ты на себе узнаешь, что такое смерть. Отрезать ему голову. После этих слов Ли Юань развернулся и пошел в противоположную сторону, пока Ванг Ян Хань исполнил приказ императора. После казни все воины, что остались живы, заликовали и поспешили вернуться в лагерь. Хе Лунь посмотрел на Вэнь Сяо, они оба пытались найти Цзян Фэна и Чжао Линя. Им нужно было убедиться, что их друзья живы. Чуть поодаль, среди воинов показались две фигуры. Чжао Линь поддерживал Цзян Фэна, что держал левой рукой небольшой порез на животе. Они были ранены, но живы. Хе Лунь и Вэнь Сяо выдохнули и радостно обнялись. Если бы не гибкие умы и сила братьев Ванг вместе с Ли Юанем Китай бы понес больше жертв. — Подожди! — крикнул Хе Лунь и отстранился от друга. Молодой человек занырнул во внутренний карман и не обнаружил в нём рукописную Легенду о возвышение Великого императора, — нет, нет, нет. Кажется я её потерял.