Mit Liebe vom Feind

Двое зашли в дом, поднявшись по парадной лестнице из белого мрамора, застеленой красной дорожкой спуски которой находились по обе стороны. Лишь спустя несколько минут дойдя до нужной залы, двери которой уже были отворены. Загородная резеденция монарха так и сияла роскошью эпохи барокко, кою так возлюбил за её помпезность и размах русский правитель. Даже двери помещения не стали исключением, доходя до самого потолка, выбеленные дубовые доски были покрыты самыми замысловатыми позолоченными узорами, пока сам проём венчали белые статуи по бокам, отображающие всю прелесть и красоту беззащитно нагого человеческого тела. Проходя внутрь, германец внимательно озирался по сторонам, изучая каждую деталь декора лепнины и росписи сводов и потолков, пока монарх, стоя рядом с наследником с расставленной свитой, осматривал иностранца оценивающим взглядом. Ясный взгляд небесно-голубых глаз изучал тело парня, который продолжал смотреть по сторонам, будто и вовсе не хотя обращать свой взор на своего жениха. — Здравствуйте, Рейх, — послышалось со стороны обладателя волос золотистого цвета, что поправив свой фрак, коей отлично подчеркивал его статность и талию, направился в сторону европейца, оставляя эхо вслед за своими шагами. Алоглазый переметнул свой пламенный взор на русского, осмотрев его сверху вниз, — Guten Tag, -кивнул, продолжая идти навстречу голубоглазому, пока наконец не стал на месте, находясь на приемлимом, как считал сам гость, расстоянии метра от него, сопровождающий германца отошёл в сторону и поклонившись государю, встал у стены, Российская Империя же, стоя на месте, внимательно обводил взглядом двоих, явно будучи заинтересованным дальнейшим развитием их первой личной встречи. Россия спокойно оглядел парня, чья осанка была ровной, а алые глаза сейчас будто были ярче обычного. Светловласый наследник глянул на отца, чьи очи так напомнили ему ярко-алый, будто пленяющий своей красой взгляд Рейха. После, он протянул парню свою руку и приулыбнулся, осматривая его снова, не сводя взора с тех же прекрасных очей, положил одну руку за другую, чуть поклонился, взял ладонь стоящего напротив в свою, желая коснуться её тыльной стороны губами, приветствуя его как истинный джентельмен. Ариец лишь ответил взаимной вежливой улыбкой, пересиливая свою печаль, прекрасно понимая, что его траур здесь ни к чему. Император одобрительно приулыбнулся, подмечая в Рейхе большое сходство, — Мы рады приветствовать вас в наших краях, рассчитываю на то, что это место, станет вам поистине родным. Голубоглазый же отстранился от нежной руки германца, оставив ее, оглянулся на отца, якобы прося его освободить от всей этой обязанности и уйти, ведь приветствие уже прошло, а Россия и вовсе не хотел ломать комедию перед гостем о том, как сильно желает венчания и как тот приятен его душе. Империя лишь свёл брови, осматривая сына строго, после, переводя уже мягкий взгляд на наследника германского престола, — Вас проводят в ваши покои, ближе к вечеру, пригласят на ужин, -галантно вновь расплылся в полуулыбке, кивнув парню, что изначально сопровождал новоприбывшего, на что тот лишь учтиво кивнул, — Благодарю за столь тёплый приём, — проронил, после, откланявшись послушно отправился за слугой, пока дружелюбная гримаса тут же сошла с его лица Россия лишь проводил взглядом арийца и положил руки в карманы брюк костюма, проходя в сторону окну с выдохом, ожидая нравоучений от отца, решением коего был явно недоволен и чего не планировал особо скрывать. Брюнет же, тем временем, покорно следовал по длинным коридорам, что прямо сейчас могли стать музеем искусств самых различных умельцев и архитекторов, благодаря своей искуссной выделке и как казалось излишней роскоши. Немцу, что привык к более готическому, или строгому классическому стилю, обилие декора слепило глаза и казалось нелепостью. Спустя несколько минут блужданий по коридорам и помпезным залам, Рейха наконец подвели к дверям в давно обжитых покоев, кои были любезно открыты пред европейцем после. Слуга молча указывал рукой вперед в небольшом поклоне, тем самым прося войти.- Ваши вещи уже доставлены сюда, позвольте мне помочь с размещением. — учтиво проговорил он, проходя внутрь по кивку германца, уже шагнувшего за порог почевальни, осматривая просторное помещение с высокими потолками и всё тем же роскошным оформлением, — Эта комната. Занята кем-то? -чуть вскинул брови, оглядывая небрежно разложенные принадлежности на столе. — Да, здесь проживает Россия, — кивнул, переводя взор на немца, после поставив чемодан, открыл гардеробную русского, став раскладывать вещи Рейха с предельной аккуратностью, как считал нужным, — Я назначен вашим личным компаньоном, моё имя — Пауль. Вы, разумеется в праве обращаться ко мне по другому. Можете тревожить, если это слово применимо в этом смысле…меня в любое, угодное вам время, по любым вопросам, как я могу обращаться к вам? — Рад знакомству, Рейх, — выдохнул алоглазый, — Но. Разве мы с наследником императора не должны проживать в разных помещениях?.. Это слишком откровенно и пошло-селиться вместе, -проронил, решив задать интересующий его вопрос. — Вас смущает то, что ваша достопочтенная особа вынуждена будет делить комнату, а что самое «зазорное» и ложе с практически незнакомым человеком? -задал очевидно риторический вопрос, спустя пару секунд продолжив, — Сожалею, но это решение ни в коем смысле не зависит от вашего желания и нравов, данный факт был приказом самого императора. И ни его наследник, ни вы, нарушить его попросту не в силах, как бы не пытались. — Неужто мне послышалась издёвка в вашем тоне? — вскинул брови, удивлённо осматривая светловласого. -Полагаю, обращение ко мне на «вы», с вашей стороны является проявлением воспитанности, но мной может трактоваться как угодно. Дабы я не возомнял себя равным вам, мне, плебею, привычнее будет простое «тыканье» и пренебрежение. Всё же. Вам жить в этом доме и стоит сразу начать привыкать к его порядкам и обычаям. Чтобы не выглядеть белой вороной всегда и особо не выделяться. — И тем не менее… -издал смешок, — Вы взялись учить меня… — Что же…пока вы ко мне как к господину, моя дерзость не иссякнет. Я продолжу переходить границы, пока вы себе это позволяете. При дворе нужно вести себе подобающе. Как все. — с выдохом отложил вещи из рук и прошёл к немцу, — И пока я ваш личный «паж», по всё тому же указанию государя, я обязан осведомить вас об укладе жизни не только в стране, но и при дворе. Подготовить вас к занятию места у трона будущего российского императора. -отчеканил не изменившись в лице, после подставив одну из щёк, — Так бейте же, да посильнее, дабы я, холоп усвоил урок. Не скупитесь на бранные слова в мою сторону. Всякий раб должен понести кару за проявленную дерзость. Таков один из наиважнейших порядков отношений слуги и господина. — Это замкнутый круг… вы отдаёте мне приказы и за это я должен "карать " вас, чего вы собственно и требуете. Так что как господин, я воздержусь от подобного. Оставлю вас в окружении ограниченного мышления, кое вы пытаетесь навязать мне. Я не считаю ваше положение причиной для подобных наказаний, принижающих личность, ибо моё эго не так огромно, чтобы его мог задеть ваш тон настолько. Это примитивно. В моих руках власть, данная мне моим званием с рождения, но распоряжаться ей подобным способом я не намерен. пытаетесь ли вы иронизировать над своими господами русской крови, или же разыгрываете этот спектакль дабы вызывать жалость, мне неведомо, но в чём я убеждён — вы умнее чем пытаетесь казаться. — Нет. Вы не поняли меня. В чужой стране свои законы не диктуют, а живут по порядкам. — Вы вступаете со мной в спор, хотя я выше вас по званию, но я так понимаю, поводом для этого служит именно факт моего приезда и европейского происхождения, так? — Я исполняю приказ своего императора. Пока что он мой господин, — проронил совершенно спокойно, — Его приказ превыше рамок обращения к вам, я всего лишь бескультурный плебей, который должен стремиться любой ценой исполнить указ. Страна выдохнул, понимая, что в этом месте ему придётся более чем сложно, ведь даже слуги позволяют к нему такое обращение. — А вы так и будете терпеть дерзость? Вы ведь давно могли приструнить меня…ну же. — Если вы более не намерены помогать мне с раскладкой вещей, то, я думаю, вам стоит покинуть комнату. — Нет, вы не поняли, я назначен вашим личным компаньоном и обязан сопровождать вас, пока я не вижу в вас господина, я имею право вас не слушать. Ну хотябы обращайтесь ко мне на " ты", а то мне вскоре придётся делать это по отношению к вам. — Может вы не так поняли приказ императора? Ваша задача подготовить меня, а не перевоспитать. Подготовить с учётом особенностей моего характера и поведения. Давайте обойдёмся без унижения слуг и сразу перейдём к более формальным манерам и обычаям. Пауль немного свёл брови, — Где вы увидели здесь слуг? — демонстративно обернулся он на дверь, после снова направил взгляд в глаза Рейха, — Я не столь низок в своём звании, однако же, как можно спускать мне то, как я здесь разглагольствую и какие неприятные и неприличные вещи говорю? — снова спокойно проронил, стоя в прежнем положение, будто желая, чтобы Рейх его ударил. -Хорошо, прошу прощения, вы- мой гувернёр. -выдохнул, осматривая светловласого, — Но всё же, ваша дерзость не станет поводом для телесного насилия. Я не стану бить вас. Прекратите этот театр немедленно. Как бы вы не отрицали, я выше вас по званию, через несколько дней я стану мужем наследника престола и вам не стоит так говорить со мной, ибо дружественные отношения могут быть куда более выгоднее для вас же. Не стоит мне диктовать условия и тем более приказывать. — Раз я столь дерзок с вами, то почему вы до сих пор меня не наказали? — проронил он, — Моя дружба с вами, - рассмеялся, — О чем это вы, мой милый? Я ведь совсем одерзею в таком случае, - заявил он и выпрямился, сложил руки за спину, оглядел парня перед собой. — Я не говорю о дружбе, боги, ваше высокомерие слепит вас… Я веду разговор о том, что моё хорошее отношение к вам может быть выгодно вашей персоне. Но сейчас вы делаете всё, чтобы я захотел спустить вас в звании до черни, а то и вовсе прогнать со двора. Поверьте, для меня, как для вашего господина, это не составит большого труда. — Что вы? — расширил тот глаза и направил испуганный взгляд на немца, — Да как же так? Разве я.- приложил руку ко рту и спустил свой взгляд будто ища глазами обо что опереться, резко упал на колени и схватился за руки немца, жалостливо заглядывая в его глаза и выдавливая слезы, — Не делайте этого.не потреплю я такого унижения, погибну от стыда, — сжимая его ладони чуть ли не прокричал он, а после, спешно стал расцеловывать тыльные их стороны. — Боги… Встаньте с колен немедленно. Довольно с меня театра. — свёл брови, чуть оттолкнув парня, дабы высвободить руки, прошёл к окну, — Попрошу вас покинуть комнату. Тот рассмеялся и направил свой взгляд на тонкую фигуру стоящего у окна, — Ну же, не заставляйте ползать меня по полу к вашим ногам, — проговорил Пауль расслабленно усевшись на полу и чуть запрокинул голову, направил взгляд в высокий потолок. — Я непонятно изъяснил свои мысли? Я прошу вас покинуть комнату. С вещами справлюсь сам. Вам не стоит игнорировать мой указ, — хмыкнул, после, отойдя от окна, направился в сторону гардеробной. — Постойте, я не могу так просто покинуть вас, — встал тот с пола и направил взгляд к немцу, — Вы стараетесь исправить меня словесно? Как глупо, — заявил спокойно парень, — У меня есть указ, — перешел на другую тему, — И я не могу его ослушаться. — Ваш указ стать моим гувернёром, при этом помочь мне освоиться при дворе, но никак не таскаться за мной и отдавать мне приказы. — проронил совершенно спокойно, став сам разбирать свой багаж. Пауль спокойно прошел к чемодану и стал сам складывать его вещи на нужную полку, — Не стоит, — забрал его же вещи из рук парня, — вы выше всего этого, ведь так? — спокойно проговаривая, развешивал пиджаки и следом рубашки с остальной одеждой. — Я не считаю подобное занятие уделом черни, не так уж воспитан, выродком аристократии с голубой кровью, которая лишний раз шевельнуться боиться, я не являюсь. — схмуренно осмотрел упрямого слугу. — По вам так и не скажешь, — заявил он и не взглянув на Рейха, продолжил свою работу уже молча. — А по вам не скажешь, что вы сильно жаждите оставаться при дворе. — схмуренно проронил, — Попрошу назначить мне иного гувернёра. — уверенно зашагал на выход. — Вы уже учитесь отдавать приказы? Мне сказать о вашем прямом указании великому Императору? — заявил тот, осматривая оппонент сверху вниз, как бы намекая на то, что рассматривает Рейха, как персону ранга намного ниже своего. — Я сказал о просьбе и не факт, что я буду просить лично его. — вышел прочь, отправившись в нужную как ему казалось сторону, на самом же деле понятия не имея, куда идти, ориентируясь лишь на интуицию. Светловласый вскинул брови, а после, медленно направился за ним.— Куда же вы, мой дорогой друг? — не спешил останавливать парня, прекрасно понимая, что скорее всего, германец заплутает в коридорах чуждых хором и не явится на ужин, что выставит арийца не в лучшем свете пред императором. Но Рейх не услышал, а может просто проигнорировал беспардонного наглеца, оставив его в одиночестве, продолжил путь, спустя неопределённый промежуток времени безуспешных блужданий по дворцу, на каждом из множества поворотов коридоров с позолочёнными узорами, распустившими свои запутанные, но до чего красивые ветви по стенам, на фоне шёлковых обоев, немец расстерянно приостанавливался, оглядываясь, пока всё золото слепило его и лишь больше запутывало. Но ариец не сдавался, идя всё дальше, порой немного испуганно ускоряя шаг и даже срываясь на бег. Пауль тем времнем, поправив постель и поменяв простыни на золотистые, на коих должны будут засыпать сегодня будущие супруги. Рейх же выдохнул, наконец устав безуспешно бродить, уже прекрасно осознавая, что опоздал на трапезу, чувствуя себя благодаря этому ещё потеряннее, наконец остановившись, осматривая одного из лакеев, стоящего у колонны, поджал губы, проходя к нему, -Простите… Я. Могу я поинтересоваться в какой я части дворца?..Где тут ближайшая лестница?.. — протянул. Но парень продолжал стоять, не двигаясь, не смея и спустить взгляда на подошедшего, но заметно напрягшись, тем временем Россия с несколько поникшим и усталым видом вышел из-за поворота, оглядывая новоприбывшего, — Можете с ним не говорить, все равно ничего не ответит, не имеет права, — сообщил русский. Парень чуть расширил глаза, оборачиваясь на знакомый глас. Осмотрев голубоглазого, тот облегчённо выдохнул, — Прошу прощения, я совсем не знаком с порядками этого дома, — чуть поклонился лакею, считая своим долгом оправдаться перед парнишкой, исполняющим свою работу. После лишь отошёл от него, немного расстерявшись и не зная, стоит ли просить помощи у будущего мужа. — Что у вас случилось? — хмыкнул тот и осмотрел Рейха несколько устало, не сумев скрыть своего подпорченного настроения. Россия часто спорил со своим отцом, сегодня Император и вовсе осмелился обвинить русского в неблагодарности и нелицеприятном поведении, найдя именно в этом причину отсутствия германца на трапезе, читая нотации сыну, — Могу я чем-то вам помочь? — продолжил он с выдохом и осмотрел немца. — О, что вы. Я совсем не хочу вас утруждать. Простите, — поклонился вновь, после скрывшись за углом как можно скорее, чувствуя себя максимально неловко и чуть залившись краской. Русский выдохнул и лишь устало направился своей дорогой, в свою комнату, через пару десятков минут большинство лакеев должны были разойтись, как и слуги, а сам дом бы замер в тишине и спокойствии. Еще пару минут и Россия стоял перед кроватью, устало снимая лишнюю одежду, планируя пройти к шкафу и переодеться в свою ночную рубашку. Рейх лишь продолжал уже утомлённо бродить по коридорам, малейшего понятия не имея, куда идти, посматривая на лакеев с надеждой, нескольких проходя уже не первый раз, рассчитывая на то, что те всё же помогут ему, чего так и не случилось. Наконец, идя уже по пустым и уже погружённым во тьму коридорам, парень выдохнул, усевшись на один из небольших диванчиков, стоящих у стены, после подняв голову к золотым сводам, которые в свете луны чуть поблёскивали и были еле видны. По истечению некоторого времени, глаза парня закрылись сами собой и германец, несмотря на ужасно неудобное положение, стал погружаться в сладкий мир грёз. По прошествию некого промежутка времени, по этому коридору проходил парень что увидев немца, спешно остановился перед ним, а после приулыбнулся, узнав в нем того самого германца, о котором распинался его брат в не самых лестных предложениях. — Хей? — шепнул Пауль тихо и сел на корточки возле диванчика, — Простите, — несильно потряс его за тонкое плечо. Ариец прихмурился, неохотно, сквозь дрёму разлепив глаза и сонно осмотрев сидящего пред ним, — Кто вы?.. -протянул сонным голосом, явно очнувшись ото сна не до конца. -Моё имя Пауль.- шепнул он, не желая спугнуть парня, говоря с ним нежно, после улыбнулся, — А вы — Рейх? — решил уточнить, — Почему вы здесь? — Пауль?... Какое. Знакомое имя. Германское?... Я… Простите, -протёр глаза, — Я. Уснул здесь. Я потерялся, дворец такой большой. — Что вы, — улыбнулся он чуть шире, протянул ему руку, желая помочь подняться с места, — Вас проводить куда-то? — посоветовал он, — Вам нужно спать на более мягкой мебели, что же вы совсем себя не бережете? — Я… Боги… Простите, я наверное... Выгляжу как последний оборванец, я не должен был засыпать. -проронил, приняв руку, — Я. Должен спать с наследником государя. Но он не в духе, я не хочу ему мешать… Даже не знаю. Я всё пытался сориентироваться, но. Даже не думал, куда пойду потом. — Может, в таком случае, переночуете в моей комнате? — шепнул он, — или отвести вас к сыну Императора? — помог подняться с места парню, немного склонив голову перед ним. — О, Что вы, я не могу стеснять вас... Я... Не знаю, — проронил, поджимая губы, -Совсем не знаю куда мне идти. — Пройдемте, — кивнул он и неуверенно отпустил его руку, направился в сторону своей комнаты, постоянно оглядываясь на темновласого немца. Приезжий быстро семенил за ним, постоянно нагоняя, боясь вновь затеряться, — Куда мы направляемся? — В мою комнату, я уложу вас в свою постель, не волнуйтесь, вы ни в коем случае не заставите меня тесниться, — проговорил он, а через секунду зашел в одну из зал, открыл нужную дверь и еще пройдя немного, дошел до своей комнаты пропуская вперед Рейха. — Я... Что вы... -зашёл в помещение, — Не поползут ли слухи по двору?… Я. Это наверное верх неприличия, -тяжко выдохнул. — Что вы, никто нас даже не видел, — шепнул он и закрыл дверь, прошел к кровати и расправил ее покрывала, направил взгляд на приезжего, стараясь разглядеть парня, но в комнате было еще темнее чем во всех коридорах по которому эти двое шли, — Ложитесь пожалуйста, — проговорил Пауль, — Я разбужу вас рано утром на завтрак, скажите что ночевали с Россией, — сообщил он и прошел к окнам, стал задвигать портеры, чтобы создать мрак в комнате, желая создать все удобные условия для немца. — Но... Нас увидят с утра и... где же будете спать вы? — проронил, осматривая придворного. — Не думайте об этом, — проговорил он и прошел к кровати, присел на самый ее край, — Прошу вас, ложитесь. -Но... Я...Я очень благодарен за ваше милосердие. — поклонился, после неуверенно поднял взгляд на парня, — Мне ложиться прямо так? В одежде спать неприлично… — Как вам будет удобнее, если вам будет так комфортнее, я возьму себе второе одеяло, — кивнул тот и отвернулся к шкафу, приулыбаясь. — Я… Обычно люди спят в сорочках… -проронил, поджимая губы, — Но... я не могу... так нельзя, мне... это неправильно вот так вот. — Рейх не мог подобрать нужных слов, поэтому лишь выдохнул и уже молча прошёл к кровати, присев на другой её край, сняв с себя туфли, немец улёгся на спину, уставившись на каркас балдахина. — Я могу предложить вам свою, — Все же, вам спать еще около пяти часов, — проговорил немец и прошел к шкафу, достав оттуда одну из своих ночных длинных рубашек протянул её алоглазому, — Я рад вам помочь, прошу не стесняйтесь, — проговорил Мюллер и положив ночнушку на кровати, отвернулся снова, сам стал переодеваться. — Благодарю вас. Право мне даже неловко. -поджал губы, после лишь встал с кровати, взяв сорочку в руки, — Мне переодеваться здесь?..-смущённо отвёл взор. — Да, клянусь, я не подглядываю, — проговорил немец уверенно, пока сам немного поджал губы, не смея поворачиваться зная, что на это он точно не имеет права. Ариец залился краской, но после лишь послушно стал расстёгивать пуговицы своего фрака, отводя взгляд в сторону.