Бывшие

      На улице стоял декабрь, приближались экзамены, а значит уровень стресса у всех был выше, чем обычно. Именно поэтому всем требовалась разрядка. В этот раз, чтобы все смогли как надо повеселиться, расслабиться и вдоволь потанцевать, решено было провести «неофициальную вечеринку для снятия стресса» в клубе в пятницу вечером. (Хёнджин подозревал, что Чану надоело постоянно убирать свою квартиру после вечеринок, спроваживая утром непротрезвевших друзей).       Все согласились, Чанбин приказал одеться соответствующе, без обычных футболок и джинсов. Сынмин на это недовольно застонал, а Хёнджин, наоборот, был рад. Если честно, он хотел, чтобы Минхо смотрел лишь на него, даже если для этого придётся привлечь внимание других людей. Сегодня он хотел выглядеть красиво только для Минхо.       Они долго выбирали Сынмину образ для вечера (Хёнджину даже пришлось одолжить ему свою рубашку) и поехали в клуб на машине Чанбина. Хёнджин снова чувствовал себя третьим лишним, сидя на заднем сиденье и немного нервничал из-за того, что произошло в прошлый раз, когда он был в подобном заведении. Руки Хёнджина так тряслись, что он еле смог достать свои документы, чтобы показать охраннику. В клубе громкая музыка и свет стробоскопа заглушили все мысли, заставляя проникнуться атмосферой. Чанбин шёл впереди, проталкиваясь через толпу, Хёнджин старался не опускать глаза вниз, прячась от чужих взглядов, и смотреть прямо. Он постоянно напоминал себе, что он тут с друзьями и его прошлый опыт не повторится, его точно не оставят одного. Здесь есть Сынмин и Чанбин. Они так ни за что не поступят. Это помогло немного успокоиться.       Чан помахал им со своего места, подзывая. Он стоял за высоким столиком, попивая какой-то коктейль.       — Привет! — поздоровался Чанбин, дав пятюню.       — Выглядите… Круто, — сказал Чан с улыбкой после того, как бегло осмотрел их.       — Мы не могли позволить Сынмину прийти сюда в худи, — сказал Чанбин, ухмыльнувшись, когда Сынмин толкнул его бедром.       Чан хмыкнул, Хёнджин оглянулся вокруг.       — Кто-то ещё пришёл? — спросил он, наклонившись к Чану.       — Да, Феликс и Джисон потащили Чонина на танцпол. Они хотят научить его танцевать.       Чанбин фыркнул, а Сынмин начал высматривать их в толпе, сказав:       — Я хочу это увидеть.       — Как будто ты танцуешь лучше него, — поддразнил его Чанбин.       — Кто бы говорил!       — Эй, я неплохо танцую!       — Докажи!       Сынмин улыбнулся Чанбину, Чанбин улыбнулся в ответ, и они двинулись к танцполу, держась за руки. Хёнджин смотрел им вслед, заодно снова вглядываясь в толпу.       — Он всегда опаздывает, — произнёс Чан.       — Я знаю.       — Так вы снова вместе?       — Да, уже пару недель, — Хёнджин не смог удержаться от улыбки, позволяя себе ненадолго представить, что Минхо его настоящий парень, и забыть, что они лишь притворяются. Он почувствовал трепет в груди.       — Ты выглядишь счастливым, — Чан улыбнулся ему.       — Я счастлив, — Хёнджин пожал плечами. Он собирался сегодня повеселиться, и, желательно, с Минхо.       Чан кивнул, и Хёнджин снова обернулся к толпе, но его поиски не увенчались успехом.       Он не замечал Минхо, пока не стало поздно. Он подпрыгнул от неожиданности из-за лёгкого прикосновения к спине. Он чуть не ударился об стол, резко развернувшись, и увидел Минхо, ухмыляющегося ему.       — Какой ты внезапный, — Хёнджин попытался толкнуть его в плечо, но Минхо поймал его руку прежде, чем он успел дотронуться, и в этот раз не откинул её, а обхватил крепче, притягивая к себе. На долю секунды Хёнджину показалось, что Минхо его сейчас поцелует. Должно быть, паника на его лице была слишком явной, потому что Минхо остановился в паре сантиметров.       — Привет, — сказал он, продолжая ухмыляться.       — Привет.       — Тебе не так уж и весело без меня, да?       — Вообще-то, нет. Мне было весело, — скривился Хёнджин. — Но потом появился ты.       Минхо фыркнул на это и отошёл, чтобы поздороваться с Чаном. У Хёнджина появилось время, чтобы заценить в чём был Минхо. Он усмехнулся, увидев его в тех самых кожаных штанах. Минхо поймал его взгляд и немного выгнулся, опираясь руками о стол, возвращаясь к разговору с Чаном. Хёнджин знал, что Минхо сделал это специально, но не мог оторвать взгляд от его задницы.       Он, видимо отключился, потому что не заметил, как к нему подлетел Феликс, широко улыбаясь.       — Хёнджинни!       — Привет! — улыбнулся Хёнджин, они обнялись. За Феликсом подошли ещё двое. Чонин ярко улыбнулся ему, показывая ямочку на щеке, но Хёнджин смотрел на Джисона. На секунду он подумал, что его сейчас побьют. До Джисона, наверное, уже донесли, что они с Чоа виделись и говорили. Хёнджин не знал, успела ли Чоа расстаться с ним.       Джисон перевёл взгляд на Минхо, и устроился между ним и Чонином. Что-то вроде ревности охватило Хёнджина, когда Джисон улыбнулся Минхо, а Минхо улыбнулся ему в ответ.       — Чанбин и Сынмин здесь? — спросил Феликс, перекрикивая музыку.       — Да, они на танцполе. Поверишь, нет, но они добровольно ушли танцевать, — сказал Чан.       — Вау, — лицо Феликса просияло. — Я должен это увидеть. Хёнджинни, пойдём!       Он обошёл стол и взял Хёнджина за запястье. Тот хотел отказаться — не хотелось оставлять Минхо и Джисона одних — но Чонин потянул его за вторую руку, поэтому он сдался. Они вытащили его на танцпол, пробиваясь через толпу, пока не нашли Сынмина и Чанбина. В этот момент песня сменилась — заиграла одна из песен The Chainsmokers — и Хёнджин с Чонином улыбнулись друг другу. Феликс начал прыгать, громко подпевать песне и даже успевал ловить чужие взгляды на себе, подмигивая некоторым. Все переживания были оставлены за дверью, и они наконец делали то, ради чего собрались — расслаблялись и танцевали.       Они танцевали под разные песни (большей частью подпрыгивали, вдохновившись Феликсом или просто качали в такт головой, если включалась «песенка для секса» по словам Чонина), иногда разбавляя их танцевальными движениями. У Феликса и Хёнджина даже получилось что-то вроде полноценного танца под одну песню, что восхитило некоторых людей вокруг них, они даже получили аплодисменты.       Сынмин и Чанбин отошли попить, а Хёнджин умирал от смеха, смотря на нелепый танец Чонина под песню Дженни «Solo», когда, сделав шаг назад, с кем-то столкнулся. Он быстро обернулся, чтобы извиниться, но там стоял Минхо. Хёнджин удивлённо уставился на него, а Феликс, ухмыляясь, потянул Чонина за руку чтобы увести и оставить их наедине.       — Привет ещё раз.       — Где Джисон? — спросил Хёнджин, оглядываясь вокруг: вдруг он где-то в толпе и готовится напасть на него.       — Я не знаю, мне плевать.       Хёнджин напрягся, когда Минхо подошёл ближе и приблизился к его уху.       — Здесь только ты и я, — прошептал он.       По телу Хёнджина прошла дрожь, он зажмурился. Хёнджин почти отпрянул, но вспомнил, что обещал себе делать сегодня всё, что хочет. А хочет он, вести себя так, будто они с Минхо реально встречаются.       Хёнджин кокетливо улыбнулся и отступил на шаг, взяв руку Минхо, заставив того выгнуть бровь.       — Ты танцор. Так танцуй!       Минхо улыбнулся и отвёл взгляд, прислушиваясь к музыке несколько секунд. Хёнджин почувствовал, как его сердце пропустило удар, когда Минхо начал двигаться. Его движения были плавными, несложными, но нехило гипнотизировали. Он попадал в каждый бит, но выглядел так, будто и не пытался, а просто наслаждался музыкой и двигался как хотел.       Хёнджин не осознавал, что застыл на месте, пока Минхо одним слитным движением не приблизился к нему и не прошептал:       — Ты не танцуешь.       — Да. Не танцую, — Хёнджин хотел сказать что-то крутое, флиртующее, но мозги отказывались работать, и получилось лишь это.       — Прекрати думать, просто двигайся, — сказал Минхо, мило улыбнувшись ему.       — Покажи мне, как, — Хёнджин услышал себя со стороны.       — Я могу касаться тебя?       Хёнджин смог лишь зачарованно кивнуть.       — Двигайся вместе со мной.       Минхо положил руку на его бедро, и лишь от одного этого прикосновения сердце Хёнджина забилось быстрее, но прежде чем они начали что-либо делать, песня переключилась, и Хёнджин буквально засиял, когда понял, что знает её.       — Обожаю эту песню! — воскликнул он, Минхо удивлённо приподнял брови.       Хёнджин даже предположить не мог, что услышит песню Walk the Moon «Timebomb» в клубе. Он не смог бы не двигаться под неё, даже если бы попытался.       Наверное, ему следовало делать свои движения более грациозными, но его это совершенно не заботило сейчас. Он двигался, как чувствовал и начал громко подпевать песне, потому что знал все слова.       Минхо шагнул назад, его рука соскользнула с бедра Хёнджина, и это неприятно укололо бы Хёнджина, если бы не выражение лица Минхо. Он смотрел удивлённо, но его глаза всё ещё сияли. Хёнджин улыбнулся и подтолкнул его, призывая присоединиться. На лице Минхо расплылась улыбка.       На припеве они уже оба прыгали. На задворках сознания пролетела мысль, что они выглядят нелепо, но Хёнджину было всё равно. Он смотрел только на Минхо, а Минхо только на него, они улыбались и двигались под музыку так, как считали нужным.       В какой-то момент между ними практически не осталось расстояния, Хёнджин не знал, кто приблизился первым, и ему было п-л-е-в-а-т-ь. На душе было так легко, в крови бурлил адреналин, это всё казалось таким правильным. Когда Минхо снова положил руки на его бёдра, Хёнджин автоматически положил свои на его плечи, притягивая ближе и ярко улыбаясь. Он знал, что песня скоро закончится, но наслаждался моментом. Рука Минхо медленно поднялась по спине до шеи Хёнджина и зарылась в его волосы. Минхо был так близко… но Хёнджин хотел, чтобы он был ещё ближе.       Его глаза встретились с глазами Минхо, чьё лицо постепенно сменилось с весёлого и заигрывающего на серьёзное. Весёлые искры в его глазах угасли и взгляд стал темнее. Они перестали двигаться, но Хёнджин не осознавал этого, всё его внимание было устремлено на Минхо.       Эта песня закончилась, началась другая, но ни Хёнджин, ни Минхо не сдвинулись с места, они стояли в объятьях друг друга, между их лицами было всего сантиметра два. Рука Минхо всё ещё была в волосах Хёнджина. В горле пересохло, пить хотелось жутко, но в данный момент первичные потребности организма для них обоих сдвинулись на второй план.       Минхо перевёл взгляд на губы Хёнджина, казалось, время замерло. Хёнджин задержал дыхание, ожидая следующего шага. Удары его сердца словно заглушали громкие басы клуба. Они были в своём мире, для них не существовало толпы, танцующей вокруг них. Там, в их мире, Хёнджин принадлежал Минхо, а Минхо принадлежал Хёнджину.       Хёнджин ждал.       Минхо закусил губу, опустил глаза вниз и отступил на шаг. Хёнджин думал, что ему станет легче дышать, но лёгкие будто налились свинцом. Его хорошее настроение улетучилось.       Минхо убрал руки и смотрел куда угодно, но не на Хёнджина. Мир вокруг них всё ещё продолжал существовать в своём темпе. Хёнджину показалось, что стены вокруг него сжимаются, воздуха катастрофически не хватало, становилось жарко. Хёнджин подумал, что сейчас потеряет сознание.       — Воздух, — сказал он, сглатывая. — Мне нужен воздух.       Минхо кивнул и жестом позвал пойти за ним. Они пробились обратно к столу, Минхо что-то сказал Чану, который ухмыльнулся и помахал Хёнджину. Хёнджин не знал, как это интерпретировать, и у него не было сил задумываться над этим. Ему удалось скрыть, что он на грани панической атаки, улыбнувшись и помахав в ответ. После Минхо взял его руку и вывел из клуба.       Они не разговаривали, пока Минхо вёл его. Хёнджин не знал, куда они шли, зато знал, что ему до сих пор было сложно дышать.       Они остановились не возле дома кого-то из них, а возле моста. Минхо подозвал Хёнджина подойти за ним к ограде.       Им открылся красивый вид на море: вода отражала разноцветные огни ночного города, луны, к сожалению, видно не было, как и звёзд — минус жизни в большом городе. Хёнджин опёрся локтями о парапет, любуясь как свет рябит на чёрной поверхности воды, чувствуя, как прохладный воздух ласкает его лицо.       Ему наконец стало легче дышать, когда басы клуба не пробивали всё тело, а они с Минхо были на достаточном расстоянии друг от друга. Они оба молчали некоторое время, слушая шум воды и редкие звуки города.       — Они, наверное, думают, что мы сейчас занимаемся сексом, — проговорил Хёнджин, глядя куда-то далеко.       — Наверное.       Хёнджин перевёл взгляд на Минхо. Он тоже стоял, опёршись локтями о парапет. Совсем недавно Хёнджин был впечатлён тем, как хорошо сегодня выглядит Минхо в обтягивающих кожаных штанах, в свободной рубашке с абстрактным рисунком, в серебряных серьгах-кольцах. Теперь же ему было просто больно — иллюзия того, что они действительно вместе, рассеялась.       Минхо взглянул на него, Хёнджин тут же отвернулся. Через несколько секунд Минхо нарушил тишину:       — Ты круто выглядишь.       Хёнджин не ответил, он даже не посмотрел на Минхо. Это, вероятно, должно было порадовать его — он тщательно выбирал себе образ сегодня, в надежде, что Минхо заметит. Минхо заметил, но это совсем не порадовало.       Кажется, прошла целая вечность прежде, чем Минхо выпрямился, заметив, что Хёнджин замёрз, и сказал:       — Нам, наверное, надо уходить.       — Да, — Хёнджин тоже выпрямился.       — Переночуешь у меня? Просто… Будет странно, если ты вернёшься к себе.       Хёнджин кивнул, и они направились обратно к клубу, на парковке которой стояла машина Минхо.       Они добрались до квартиры Минхо, без разговоров. В ванной Минхо уже была собственная зубная щётка Хёнджина, купленная Минхо. Он также выделил Хёнджину пару футболок, шорт и спортивных штанов для сна. Минхо отдал своё зарядное устройство Хёнджину на ночь, аргументируя тем, что сможет зарядить свой телефон утром.       Хёнджин лёг лицом к стене, Минхо, выключив свет, лёг рядом, спиной к Хёнджину. Между ними было совсем небольшое расстояние, но Хёнджин до ужаса хотел заснуть в объятьях Минхо.       В полудрёме ему послышался шёпот Минхо: «Я хочу, чтобы ты был моим», и Хёнджин не понял во сне это было или наяву, но мысленно ответил:       Я тоже хочу быть твоим