Унесенные Хогвартсом

      Джек лежал на кровати, смотря в потолок. Уснуть не получалось уже несколько часов, и, как ни странно, ничего не помогало. Джек сам не мог описать свое состояние, которое сейчас было не самым лучшим, но и не самым плохим одновременно. Джек перевернулся на другой бок, закрывая глаза. Но мысли о прошедшем с ним и Эльзой словно держали в некой ловушке, не давая возможности выбраться. И с одной стороны это было приятно, думать о своей девушке, но с другой — Джек очень устал, а мысли не позволяли уснуть, как ты не старайся. «Что, ну вот что меня дернуло этим вечером, что я решил пригласить Эльзу на прогулку, ну вот что?! Я же не усну теперь, в самом, что ни на есть, буквальном смысле!» Но даже если ночная прогулка с очень большой натяжкой могла показаться правильным решением, то решение повторить, скажем так, опыт романтической близости явно было очень глупым.       «Не дай Мерлин она сейчас переживает на этот счет, — подумал Джек, несильно надавливая на глаза, дабы попытаться снять усталость. Ему уже было понятно, что уснуть этой ночью он навряд-ли сможет. — она же слабее, чем я. Какая меня мантикора укусила, если мне пришло решение это повторить? Хотя, может быть, эта минута приятных ощущений стоила того, что-бы не спать всю ночь»       Джек еще несколько минут ворочался, и уже через полчаса начал засыпать, как вдруг услышал пение, доносящееся со стороны гостиной:       -…Мне больно — что ты наделал!       Не исправить…       Джек напрягся. Слова песни подходили для тех событий, которые происходили предыдущей ночью. Но на голос Эльзы этот и близко не был похож. Этот гораздо более звонкий и высокий, у Эльзы же он более бархатный и тихий. Интересно, кто это? Джек как можно тише встал с кровати, вслушиваясь в каждый шорох. Песни он больше не слышал. Все так-же тихо он открыл дверь, и вышел из спальни. Подойдя к лестничному пролету, Джек осторожно подошел к каменной ограде, и став невидимым, посмотрел в гостиную. Она была абсолютно пуста, если не считать приведение девушки, которое парило у окна. Лица ее не было видно, поскольку она висела в воздухе, повернувшись к Джеку спиной. Она была одета в изумрудное платье с длинными рукавами, на плечи падали длинные, ниже талии, черные волосы. Девушка смотрела в окно, очень тихо напевая, и голос ее на этот раз был более мелодичный:       — Я совершила ошибку,       На миг один отвлеклась,       Теперь обречена страдать веками.       Вина как зверь, жестоко гложет,       За спиною тенью крадётся.       Когда придёт конец этим диким страданьям?       Ищу ли я отмщенья…       Песня прервалась. Вероятно, это случилось из-за того, что где-то со стороны входа послышались тихие всхлипы. Девушка повернула голову, и через пару секунд растворилась в воздухе. В комнату вплыла Немая Дама, и, оглядев комнату, грустно вздохнула, и вытерла катившиеся по лицу слезы. Джек услышал, как она тихо произнесла:       — Почему, почему ты прячешься от меня за этими стенами? Это продолжается уже 10 столетий, я ничего тебе не сделаю, обещаю! Верь мне! Мне просто нужно поговорить! Я повторяю это даже не в сотый раз, умоляю, послушай меня!       Ответа не последовало. Инна издала странный звук — нечто между вздохом и стоном, и спрятала лицо в ладони. Тут же послышались всхлипы. Джек не был в курсе, кем была поющая девушка, и как она связана с Немой Дамой, но если судить по ее слезам и всхлипам, которые, как казалось, были еще более грустными и отчаянными, чем когда либо, то эта девушка была ей дорога. Джек прекрасно знал, что призраки не бесчувственны, но сейчас ему как никогда хотелось утешить Инну, и умение не проходить сквозь призраков сейчас бы точно пригодилось. Инна подняла глаза, оглядывая комнату, и вскоре посмотрела на Джека. Она тихо произнесла, вытирая слезы тыльной стороной ладони:       — Спасибо. Ты один из немногих, кто утешает меня. Кстати, я и не знала, что тебе так нравится запах вишни… — Дама грустно улыбнулась. — Жаль, что я никогда не смогу снова ощутить это… Такие воспоминания… Иногда они подталкивают на желание за кем-то подсмотреть.       Джек ничего не понял. Но тихий смешок Инны в конце ее последней фразы дал понять, что она шутит. Джек не сразу обратил внимание на контекст шутки. Его больше удивило то, что она способна на эмоции, не связанные с грустью. Но вспомнив, что на Когтевране ценится чувство юмора, удивление начало сходить на нет. Спустя примерно минуту до него начал медленно доходить смысл шутки. Да, Инна умела читать мысли и Джек это знал, но то, что она залезет так глубоко на затворки его сознания он не подозревал. Это насколько нужно быть любопытной, что бы узнать у человека против его воли, чем пахнут губы его второй половинки. Но большие подозрения у Джека вызвала самая последняя ее фраза. Не дай Мерлин она будет за ними наблюдать во время того как… Даже представлять неловко.       — А как вы… Ты, — Джек прервался после строгого взгляда Инны. — как ты меня увидела?       — Призраки перенимают умения, которыми обладали при жизни, — вздохнула она. — я спокойно могу видеть тех, кто прячется подобным образом, но это относится только к людям. Я не могу делать тоже самое с теми, кто материально похож на меня.       — Да, походу я в Хогвартсе не единственный с такой необычной особенностью. — вздохнул он, и вот уже открыл рот, что бы закончить, но Инна, прочитав его мысли, перебила:       — Отправляйся спать, — сказала она, и когда Джек уже стоял возле двери, то услышал тихое пение, которое не смог разобрать.       Открыв дверь, он лег на кровать, задергивая полог, и лег, закрыв глаза. Джек не понимал, почему, но после этого странного разговора ему захотелось спать только при мысли об усталости. Укрывшись одеялом с головой, Джек услышал тихий писк. Пошарив рукой у подушки, он нащупал деревянную палочку с листочками. Вылезая из-под одеяла, Джек слабо сжал пальцы Луиса, и окончательно высунувшись, поставил того на ладонь. Прошептав, что уже пора спать, Джек положил Луиса в ящик тумбочки, и закрыл его. Залезая назад под одеяло, Джек пошарил рукой под подушкой, доставая из-под подушки небольшую фотографию, и положил ее рядом с головой, и уже через несколько минут уснул.

***

      Настроение утром было просто замечательное. И это было довольно странно — Джек весь октябрь не вылезал из тоски и грусти. Но сейчас радость как никогда не разбавляла эту тоску, и это не могло не радовать. Джек встал с кровати, и обнаружив, что сейчас довольно рано, тихо вышел из спальни, достав Луиса из тумбочки, и пошел в гостиную. Девушку, которую он видел ночью, сейчас не было. Интересно, кто она такая? Нужно будет над этим подумать. Джек посмотрел в окно. За стеклом виднелось темно синее небо, солнце еще не взошло, потому в небе еще можно было разглядеть звезды. Такая волшебная атмосфера — в камине только начинает разгораться огонь, и от этого освещение в комнате тускловатое, золотистое. А в сочетании с синим небом за окном эта атмосфера становится еще более уютной и волшебной. Джек сел на диван, закрывая глаза. Нет, спать не хотелось, просто нужно было запомнить эту картину перед глазами. Вдруг услышал шаги, но все-же не открыл глаза. Шаги приблизились к нему, и через несколько секунд Джек ощутил чьи-то губы у себя на макушке. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, кто это был. Но даже не смотря на это, Джек притворился спящим, чуть приподняв уголки губ. Когда Эльза отошла от него примерно на шаг, Джек схватил ее за мантию, сказав:       — Не путю!       — Что было у меня в голове, когда я согласилась с тобой встречаться? — вздохнула Эльза, и, повернувшись, попыталась разжать пальцы Джека, но тщетно. — Джек, отпусти!       — Нет! — ответил он, вставая с дивана, и обнимая Эльзу. — Я тебя нашел, и все. Не отпущу больше, понятно? Вот и хорошо.       Эльза попыталась вырваться из объятий, но поняв, что этого не получится сделать, вздохнула, и обняла Джека за шею. Парень улыбнулся, гладя девушку по пепельным волосам.       — Повторишь события сегодняшней ночи, я тебя с головы до ног заморожу, ясно?! — сказала Эльза, судя, по всему, читавшая его мысли. Это рассмешило Джека, и он обнял Эльзу еще крепче. Он понял, что целовать ее сейчас не стоит, но это только сейчас… Выключив фантазию, он отстранился от Эльзы, держа ее за руку, дабы она никуда не ушла, и сел на диван, и девушка, судя по всему, поняв, что сопротивляться бесполезно, села рядом с ним, положив голову Джеку на плечо. Тот обнял ее за талию, и тихо спросил:       — Слушай, а почему ты так рано встала? Сейчас же только половина седьмого.       — Ну-у, я встаю обычно в это время, гуляю вокруг озера, — Эльза покраснела, закутываясь в красный в золотую полоску шарф, обмотанный вокруг ее шеи. Джек заметил на шарфе 3 буквы: «Д. О. Ф» Должно быть, это инициалы, но… Так, стоп!       — Можно вопрос, — медленно протянул он, смотря то на шарф, то на Эльзу. — откуда у тебя мой шарф?       — Ну, ну… Да, я его стащила, — Эльза покраснела еще больше, сделавшись примерно одного цвета с красными полосками.       — А зачем?       — Мне твой запах нравится. Все. — казалось, что Эльзе краснеть уже некуда.       Джек тихо рассмеялся. Пожалуй, такое милое начало дня было одним из самых лучших в его жизни. Кто бы мог подумать, что она возьмет, и стащит его вещь, но даже это не могло поменять всей этой, просто милейшей ситуации.       — Я тебе его верну, если хочешь, — Эльза убрала голову с его плеча, начиная снимать шарф с шеи, но Джек остановил ее. Он улыбнулся, и смотря в ее глаза сказал:       — Оставь себе. Мне он все равно не особо-то и нужен — я же холода не чувствую. Если тебе нравится — оставь, поверь, я не кусаюсь. И, знаешь, судя по тому, как ты в него закутываешься, то это так и есть. Так что все, я дарю его тебе, теперь он твой. Повторю — я не кусаюсь. — Джек чуть наклонил голову, и поцеловал девушку в щеку, и крепко обнимая ее.       — Спасибо, — тихо сказала она, обнимая его в ответ. — но ты правда не против?       Джек покачал головой, целуя ее в макушку. Над ними послышалось чье-то хихиканье. Как ни странно, подняв головы, они ничего не увидели. И это довольно сильно напрягло — услышать что угодно в полумраке пустой комнаты уже довольно жутко. Эльза прижалась к Джеку, взяв его за руку. Тот некрепко сжал ее, и принялся оглядывать комнату как можно внимательнее, но даже с умением видеть невидимых, он не увидел абсолютно никого. Джек нахмурился, и подняв вверх палочку, произнес:       — Гоменум Ревелио!       Тщетно. Даже заклинание никого не обнаружило. Странно, может он сделал что-то неправильно? Вполне возможно. Джек подумал, что это может быть привидение, поскольку заклинание может обнаружить только людей, но не призраков, так что этот вариант имеет право на существование. Джек опустил палочку, и перевел глаза на Эльзу, которая была напряжена, казалось, слишком сильно. Пытаясь успокоить ее, он провел рукой по ее волосам, и прижал ее к себе. Спустя несколько минут они оба успокоились, и Джек встал, подавая руку девушке. Та взялась за нее, и тоже встала с дивана, крепко прижавшись к нему. Он не стал медлить, и трансгрессировал на крышу большого зала, быстро построив под ними ледяную платформу.       К удивлению, на улице оказалось не так холодно, как Джек ожидал. Дул слабый, чуть прохладный ветер, отчего полы их мантий зашелестели. Солнце медленно начало всходить, погружая улицу в сине-оранжевые оттенки. И это, как ни странно, казалось даже более уютным, чем гостиная, и пожалуй, единственное, что портило эту атмосферу — так это… Ничего. Да, удивительно, но такую прохладную, осеннюю атмосферу словно нельзя было испортить абсолютно ничем. Эльза положила голову ему на плечо, тихо прошептав:       — Я тебе уже говорила, что с тобой сделаю, если расстояние между нашими губами станет меньше дюйма. Ты меня понял?       — Знаешь, — Джек прищурил глаза. — если ты будешь мне запрещать тебя целовать, я все равно буду это делать. Еще и в больших количествах. Поняла? Вот и хорошо.       Эльза вздохнула, и прикрыла глаза, кладя руку Джеку на левую кисть руки. Он почувствовал легкий холод, и улыбнулся, и обнял девушку, взглянув на часы. Сейчас только половина восьмого, время до начала завтрака, и тем более уроков еще есть. Именем Мерлина, это самое лучшее утро в его жизни. Эльза рядом, что еще нужно? Да, килограмм шоколадных печенек никогда не будет лишним, но сейчас даже они не особо нужны. Эльза прижалась к нему, поправляя шарф. Так, ему уже необходим счетчик того, сколько раз за это утро она это сделала. В любом случае, Джек не будет упрекать ее за это — он понимает, что ей от этого спокойней, как и ему. Так хорошо ему уже давно не было. Джек посмотрел на часы, и к своему огорчению обнаружил, что полчаса прошли как одна секунда. Похлопав Эльзу по плечу, Джек сказал:       — Пойдем, Эльза. Скоро завтрак начнется, ты же не хочешь опоздать?       — С чего ты взял? — спросила она, крепко сжимая его руку. — Давай останемся, пожалуйста!       Джек, мягко скажем, был удивлен. Он ожидал от Эльзы все что угодно, но только не эти слова. Эльза никогда не позволила бы себе опоздать куда угодно, а сейчас и вовсе решила не пойти. Но сейчас…       — Давай, — Джек кивнул, сжимая руку девушки. Он подумал, что будет, когда они придут на урок. Н-да, сейчас явно стоит выдумать ответы на многочисленные вопросы, которые посыпятся градом. Но, как минимум, следующие полчаса, или даже больше, это будет не важно. Они рядом, а все остальное может решиться чуть позже.

***

      — Где вы оба были?       — Это не важно.       — Все равно, где?       — Том, повторяю это не важно.       — Где-е-е-е?       — Фелтон, заткнись.       — Г…       — Заткнись, понял меня?       Джек со злобой посмотрел на Фелтона, который шел рядом, и прожигал его взглядом карих и очень любопытных глаз. Джек же шел с каменным лицом по улице, направляясь к опушке леса, на которой проходили уроки по уходу за магическими тварями. Джек холодно посмотрел на Фелтона, и потянул руку к нагрудному карману мантии. Взгляд Тома словно уже просверливал насквозь, но Джек все равно не собирался выдавать то, где он и Эльза находились сегодня утром.       — Пожалуйста! — Том скрестил руки на груди, и продолжил прожигать Джека насквозь.       Джек, пытаясь сделать это как можно более заметным для Фелтона, достал Луиса из кармана, сажая того на плечо, и строго глянул на Тома, словно говоря «Намек понятен?!» Том сглотнул, и кивнул, уже через несколько секунд ускорил шаг, быстро направившись к опушке леса. Джек довольно хмыкнул, погладив Луиса по пальцам. Да, он пригрозил Тому, но и других способов отогнать его от себя попросту не было. Джек уже приблизился к столу, возле которого стоял профессор Кеттелберн, который, увидев его, испуганно вздрогнул. Да, белизна еще не сошла с его кожи. Было даже по своему забавно — человек, у которого остались только полторы целых конечности, испугался вида обычного школьника. Это было немного смешно, и невольно вызвало у Джека легкую улыбку. Профессор удивленно посмотрел на него. «То-есть я второй день хожу с такой белой кожей, а профессора только сейчас стали это замечать. Внимательность повысилась на десять баллов. Но в обратную от нуля сторону»       Джек встал рядом с профессором, ожидая прихода остальных учеников. Джек спрятал Луиса обратно во внутренний карман мантии. Внезапно он вспомнил их первую встречу, как помог ему, как после этого пытался отвязаться… Уйдя в мысли об их первой встрече, Джек и не заметил, как прозвенел колокол, который провозгласил начало урока.

***

      Джек пришел в гостиную, падая на пол у камина. Он очень сильно устал, и был готов проклинать того, кто поставил им в четверг 4 урока. Самым выматывающим занятием на сегодня, пожалуй, выдалось маггловедение. Джек не понимал, почему, но Ксавер словно возненавидел все живое. И это было реально странно. Именно преподаватель по маггловедению по неизвестным причинам переходил в режим берсерга тогда, когда Амбридж что-то совершала. Серьезно — ни за кем из профессоров Джек не наблюдал такого поведения ни единого раза за 4 года учебы. Но сейчас Джека внутри словно что-то дергало. Он переживал из-за тренировки по квиддичу, которую должен был устроить Мапс. Если он дал слово, что тренировка будет — значит она будет, и обжалованию это не принадлежит. Но сейчас как никогда хотелось слинять куда-нибудь в тайное место, и забыть о слове «квиддич» вообще. В гостиную вошел Джеролд, и Джек притворился спящим, хоть и понимал, что это не поможет. Он услышал шаги, и через пару секунд за ними последовал голос капитана:       — Фрост, хватит притворяться, я в курсе, что ты не спишь. — Джек открыл глаза, но они, кроме пустоты, ничего не выражали. — Короче, тренировки не будет. Не спрашивай почему, личные обстоятельства.       Джеролд быстро пошел в спальню, толком ничего не объяснив. Нет, хорошо конечно, что тренировки не будет, но самый главный вопрос — почему? В комнату с довольным видом вошла Эльза, на лице ее играла улыбка, что для нее было не обычно — почти всегда она появлялась очень грустной, и эта улыбка… Такая обаятельная, лучезарная, обворожительная, красивая… «Н-да, я точно влюблен по уши» — подумал он, улыбнувшись девушке, и вставая с пола.       — Небольшой вопрос, — сказал он беря руку девушку в свою. — почему ты такая довольная?       — Ну-у-у, — протянула она, садясь на диван. — скажу сразу — я причастна к тому, что тренировок не будет еще несколько дней. Даже не смотря на то, что матч уже в конце ноября.       — Коим образом?       — Пожаловалась профессору МакГонагалл, — пожала плечами Эльза. — подошла к ней после урока и рассказала. Несколько минут назад проходила у ее кабинета и… Ты не представляешь, как она на него набросилась.       Джек сидел и улыбался, не зная что делать — смеяться, или беспокоиться. Сейчас он был как никогда благодарен декану факультета, и был буквально готов прыгать от радости. Отсутствие тренировок следующие несколько дней — да это же просто замечательно! Можно просто забыть слово «квиддич», и не вспоминать его примерно в течении недели. Джек и сам не заметил, как коснулся своей рукой ее щеки, и потянулся к губам девушки, как вдруг:       — Я знал это! Знал!       Джек обернулся. На самом верху лестницы, ведущей к мужским спальням, у каменной ограды стоял Том Фелтон. На лице его играла такая широкая улыбка, которая, как казалось, сейчас разорвет его лицо на 2 части. Поняв, что на него смотрят, Том залился смехом, перегнувшись через ограду, и чуть не падая. «Буду невероятно рад, если ты шандарахнешься с высоты метров семидесяти» — зло подумал Джек, доставая из кармана мантии палочку, и медленно поднимая руку, но Эльза перехватила ее, взглядом сказав «Не надо» Джек от этого чуть успокоился, но злость на Фелтона возросла почти моментально. Том, судя по всему, понял, что если будет стоять здесь и смотреть на них, то от Джека ему явно о-о-очень сильно влетит в самое ближайшее время, то убежал в сторону спален, и уже через пару мгновений из спален послышался стук захлопываемой двери, и громкие голоса.       Эльза вздохнула, и Джек, все еще не убрав ладони с ее щеки, произнес:       — Да, похоже мы спалились.       — Так и есть, — девушка слабо улыбнулась, и вот уже принялась вставать с дивана, но Джек, хитро улыбнувшись, остановил ее:       — Постой! Ты куда собралась, а? Ну уж нет, я начал — значит, должен закончить начатое.       — Фрост!..       Девушка не успела ничего договорить. Джек погладил Эльзу по волосам, медленно приближаясь к ее губам. К его огромному счастью, сопротивляться Эльза не стала. Сейчас не волновало вообще ничего — пусть за ними наблюдает вся гостиная, пусть. Это все равно не важно.