Белла и психология

Чайка-Белла с трудом встала на следующий день. Чайка-Белла, почти не размыкая век, отправилась на кухню зажевать свою печаль от раннего пробуждения. Чашка чая, и чайка больше не чайка. Люблю чай. Это не совсем типичный напиток для Америки, но меня приучил его пить дедушка — мамин отец. Чисто по-английски с порцией молока, но чисто по-беллски в любое время суток.   Дедушка переехал из туманного Альбиона в Америку по каким-то своим причинам, которые он не стремился раскрывать, ещё когда мама была совсем крошкой. Он выбрал солнечную Аризону, наверное, чтобы ему ничто не напоминало дождливую Англию. Не напоминало о любимой жене, которая не смогла справиться с родами. Рене — моя мама — росла непоседой (откровенно говоря, она такой и осталась), и закрывшемуся психологически после трагедии дедушке было совсем непросто её воспитывать. Он будто был постоянно на какой-то дистанции, что задевало маму. Думаю, поэтому она решила продлить детство настолько, насколько сможет. Чтобы компенсировать. С дедушкой мы виделись нечасто, он интроверт и после отъезда мамы в Форкс к любимому крайне редко виделся с людьми. К слову, он особенно и не возражал против скорой свадьбы дочери и её переезда к парню, с которым она недавно познакомилась в Вашингтоне.   Мама тогда решила посмотреть на охоту, увязавшись за подругой, а там была и есть самая большая в Америке популяция диких животных. До охотничьих угодий мама не доехала, встретившись с моим отцом. Любовь, признание, свадьба, я — пу-пу-пи-ду-пу. Очень быстро и слишком резко для недолюбленной девочки. Итог известен. В любом случае, я очень благодарна всем своим родным — если бы не они, как бы я появилась на свет? На самом деле раньше я стеснялась отца — он казался мне немного чужаком — и побаивалась молчаливого деда. Ну и над мамой чувствовала негласное шефство. Зато в наследство от деда чай с молоком полюбила — ну, здорово же! Берём от жизни всё, так сказать.   Накинув на плечи тренч цвета кэмел, я поспешила завести пикап и отправиться в школу. Не то чтобы я действительно очень торопилась оказаться в месте, где учится странный чувак со своей семьёй, однозначно имеющей проблемы со здоровьем, но я знала, что на них одних школа не заканчивается. Я наверняка найду хорошего человека, с которым смогу подружиться.   Мысль о дружбе, промелькнувшая в сознании, заставила вспомнить о том, что я обещала рассказать о переезде Джене — подруге из Финикса — и забыла. Мы с Дженой познакомились на творческой встрече, которую устраивала наша школа. Оказывается, мы учились в одной параллели, но друг с другом особо не сталкивались. Любовь к творчеству — пусть и культяпистому — и школа-организатор нас таки свели в одной плоскости координат и больше мы надолго не расставались вплоть до моего отъезда. Впрочем, это не так уж сильно должно повлиять на наши отношения — пока что мы чудесно общаемся по переписке. Надеюсь, мы с ней сможем увидеться ещё до разъезда по колледжам.   Припарковавшись на том же месте, что и вчера (мне удалось негласно забронировать его за собой?), я отправилась на уроки. Всё шло своим чередом, пока я не столкнулась у шкафчика с парнем, который нёс в руках слишком большое количество книг, чтобы это было безопасным. Прошипев себе под нос нечто непереводимое, взглянула на причину моего бедствия — обычный парень с пшеничного цвета волосами, только очень высокий. Приятный, с располагающим лицом. Он поспешил представиться:   — Привет! Я Саймон! Мы с тобой ходим на английский, Изабелла.   — Привет! Только давай более неофициально — Белла. И как дочь шерифа я обязана спросить тебя, почему ты устроил дорожное происшествие прямо посреди толпы ничего не подозревающих гражданских?   — Откровенно говоря, помощник шерифа Белла, это была подготовленная спецоперация по знакомству с новенькой. Только тс-с-с, ничего ей не рассказывайте — это секрет! — он широко раскрыл глаза и прижал палец к губам, а после этого притворно заозирался по сторонам.   — Хм-м-м… Если вы окажете содействие властям, я, возможно, соглашусь промолчать об этом в рапорте. Например, расскажите об объекте преследования. Кто она и чем заслужила целую спецоперацию на свою душеньку, Саймон?   — Ох, помощник шерифа, эту девушку ждали здесь две недели после того, как узнали о её переезде. Говорят, она истинный подарок для этого забытого богами города! — шёпотом произнёс он, а когда я скептично изогнула бровь в ответ на его реплику, продолжил — Стра-а-ашные вещи будут твориться после её переезда, но лишь она может справиться с ними и вернуть покой миру! Мва-ха-ха-ха!   Я совру, если скажу, что меня не торкнуло на его словах про страшные вещи, но когда он дьявольски расхохотался, запрокинув голову, меня попустило.   — Ясновидящий, блин… Иди играй на ставках, Саймон! — со смехом ответила я ему.   — Уже, — его печальный взгляд почти заставил меня поверить и пожалеть. — Но таки никто не хочет, шобы к играм с деньгами приближался совсем маленький, совсем невинный такой Саймон.   — Невинный Саймон развёл кого-то на деньги? — догадалась я.   С видом оскорблённой особы королевских кровей тот взглянул на меня и сказал:   — Ну вот так про меня ещё никто не говорил! — так, смеясь и придуриваясь, мы дошли до класса.   — Кажется, это неспециальное-специальное задание прошло не зря — в Форксе слишком мало людей с чувством юмора, чтобы их можно было потерять, — он заговорщически поиграл бровями и сел за свою парту. Я в свою очередь рассмеялась и выдохнула — как минимум, скучно мне точно не будет.   Мы перемигивались весь английский, хихикая в кулак и явно раздражая этим преподавателя, но каждый раз, когда он обращал на нас своё пристальное внимание, мы умудрялись делать такие чинные и благопристойные лица, что сошли бы за королей.   Урок за уроком я постепенно вливалась в социум, отмечая, что здесь живут простые, обычные подростки, и у многих верхом мечтаний в школе является желание максимально пропустить сквозь себя всю образовательную ерунду, что в них пихают, как сито, и остаться при этом ненаказанным. В столовой я хотела сесть за прежний столик, но уже с новым знакомым, а потому пригласила его, но тот лишь прищурил глаза:   — Джессика и Майк — разумеется, ребята классные. Но вот мы с ними как-то не сходимся, Аризона.   — Аризона упрашивает Вашингтон присоединиться к компании и не делить её надвое. Ну идем, Саймон! — я не хотела терять приобретённых приятелей ни за одним из столиков, так что пыталась соединить их.   — Я не Вашингтон, я — Детройт! — гордо произнёс он и всё же пошёл со мной за столик к ребятам.   Когда мы приблизились, Майк и Джессика замолчали, пока Эрик втолковывал что-то Анжеле. Я попыталась представить Саймона — понятное дело, что это было ни к чему в такой маленькой школе, но вежливость же!   — Ребята, это Саймон, мы с ним познакомились сегодня утром и он очень забавный.   — Угу, мы в курсе… — протянул Майк и, не поздоровавшись, отвернулся к Джесс, нарочито заводя с ней разговор. Дела странные, конечно, но что-то предположить и я могу. Например, что ребята между собой что-то не поделили. Вау, супервывод, Белла! Двадцать баллов Хаффлпаффу! Почему Хаффлпафф? Да ёж его знает. Я вообще-то люблю плохишей и топлю за исправившегося Драко.   Мы с Саймоном сели за стол и начали принимать пищу, будто и не чувствовали некой нервозности за столом. Майк и Джессика усиленно хохотали, мы — усиленно жевали. Кому что, как говорится. После того, как закончили есть, начали обсуждать с Анжелой задание по политологии, на которую мы вместе ходили, но в разное время — у Саймона занятие было на урок раньше, чем у нас. Придя к выводу, что этот предмет не является самым интересным в школе, перешли к обсуждению других. Оказалось, что Анжела любит тригонометрию и всерьёз увлекается ей, а Саймону нравится испанский. Он долго сожалел, что в нашей школе нет дополнительных кружков по другим языкам и ему приходится выискивать информацию в интернете, что и вполовину не также увлекательно, как занятия с преподавателем.   В это время Джессика прервала наш разговор, обратившись к Анжеле:   — Слушай, Энж, ты слышала новости про Фаллена? Говорят, он теперь встречается с той девчонкой из старших классов — Виолой. Надо же, и ста лет не прошло! — фыркнула она, будто и не замечая того, что вмешалась в чужую беседу.   — Они вроде нравятся друг другу… — робко заметила Анжела, а у меня внутри проснулось любопытство.   — Каллен? Это который из нашей параллели?   — Нет, не Каллен, а Фаллен! Ричард Фаллен — странный угрюмый парень из старших классов, который никак не мог признаться девчонке, что она ему нравится. Он вообще такой, пугающий иногда. Как взглянет… Каллен, кстати, тоже порой делает взгляд а-ля ненавижу всё вокруг. Может, они родственники? На самом деле уже вся школа видела, что они друг другу нравятся. И чего он тянул? Ну, разумеется, видели только те, кто умеет что-то замечать в этом мире, — и она вроде бы невзначай взглянула на моего соседа. Саймон в свою очередь с убийственным спокойствием продолжал потягивать сок из трубочки.   — Как здорово, когда у человека есть время на обсуждение чужой личной жизни, верно, Белла? Иногда даже становится жаль, что в моём ежедневнике нет записей типа «разнюхать всё, что творится на душе у каждого человека на Земле», — вот точно это была плохая идея, Беллс — пытаться соединить всех твоих приятелей за одним столом. Предупреждали тебя, но ты же самая умная, верно? Увлекаешься психологией, черт возьми.   Джессика вспыхнула до корней волос, резко отодвинула стул и рывком забрала поднос со стола. Было видно, что она хочет сказать что-то ещё, но итогом стало лишь то, что Майк нехотя поднялся со своего места и пошёл за рассерженной девушкой. Пока он уходил, я успела услышать:   — А я тебе говорил, Джесс…   Мне стало неудобно, неловко и даже стыдно. Я позволила себе находиться в этом коктейле из чувств некоторое время, прежде чем начала анализировать ситуацию. Белла, это ты виновата в конфликте между ребятами? Нет. Белла, ты усугубляла ситуацию за столом какими-то подначками или глупыми вопросами? Нет. Значит, ты не должна испытывать стыд за то, что случилось. Это не твоя вина. Но: это ты потянула Саймона за столик даже когда он предупредил о какой-то нестыковке в характерах? Да. Какой вывод? Прислушиваемся к людям, если они предупреждают о чём-то. Не чувствуем вины и стыда за то, что не было сделано нами. Успокаиваемся, запоминаем на будущее, что эти порох, спички и селитру мы стараемся больше не совмещать. Класс. Ты молодец, Белла. Ты не виновата в бедах всего мира, ясно?   На самом деле если бы кто-нибудь услышал мои мысли, он бы явно заподозрил во мне человека, которому требуется психиатрическая помощь. Но здесь не Поттериана, волшебства — блин! — не существует, а профессор Снейп даже не находится где-то поблизости — ещё раз блин!   На биологию я шла с опаской. Мне не нравятся подозрительные типы, которые находятся на близком расстоянии от моего тельца. Мало ли что у них на уме? Пырнут ножом в состоянии аффекта, а мне потом перед отцом оправдывайся, почему не применила третий хук справа из пятой книги по самозащите… Но за партой было пусто. Либо Каллен опаздывает — закидывается за школой, пока время есть? — либо он решил и вовсе не посещать такое убогое место, как школа. Я выдохнула, настроилась на хорошее времяпрепровождение и с энтузиазмом в глазах посмотрела на преподавателя. Мистер Баннер будто бы слегка отшатнулся от моего рвения, но с прозвеневшим звонком ровным голосом поприветствовал класс и начал лекцию.   Выходя из школы, я наткнулась на Саймона.   — Хотел в лучших традициях фанатов встретить тебя у дверей класса, чтобы гомерически расхохотаться и проводить до парковки, но не знал, какой урок у тебя последний, — он пожал плечами и мило улыбнулся.   — Так и знала, что здешний климат влияет на людей и обращает их в психов-преследователей, — ответила я ему, поплотнее завязывая пояс тренча.   — Собираешься болтать об этом, Аризона? — кровожадно усмехнулся Саймон. Он старался идти со мной вровень, но было видно, что его стиль ходьбы не соответствует моему — парню очевидно хотелось идти быстрее, чуть ли не вскачь.   — Подумываю о докторской, Вашингтон. Знаешь, все эти исследования человеческого мозга и его когнитивных способностей, изучение бессознательного и его влияния на нас. М-м-м, песня!   — Слушай, будущий доктор вокальных наук, я хотел тебя пригласить позаниматься к себе. Поболтаем, домашку сделаем — ты как раз подскажешь мне с биологией — даже на моём пониженном курсе она слишком нудятная. Мой испанский — твой испанский! — Саймон поиграл бровями, как бы подчёркивая выгоду своего предложения, но я вынуждена была отказаться.   — Сегодня точно не могу. Я как минимум не предупредила отца, а как максимум — не приготовила ему еды, а если готовить будет он, боюсь, придётся по итогу заказывать пиццу. Это не проблема, но я бы хотела позаботиться о нём.   — Не забудь взять полное досье о моей тёмной преследовательской личности, Аризона! — Саймон понизил голос, будто бы пытаясь внушить страх, но если честно, он был похож на ежа с выпученными глазами. Не удержавшись, я засмеялась.   — Договорились, странный чувак, который создаёт опасные ситуации!   Мы дали друг другу пять и разошлись. Я села в машину и тихо засмеялась. Вообще-то мне нравятся чудики. С этим мы, кажется, точно сойдёмся.