Отстой

— Че, пацаны, аниме? — именно с этой фразой проснулся Алишер в свое четырнадцатилетние. Забавно, не правда ли? На его руке красовалась первая татуировка, говорящая о интересах соулмейта — анимешная девочка с большими глазами, смотрящими прямо в душу. Ему — подростку, проводящему все свободное время за катанием на скейте, досталась милая девочка, как видно, с огромной любовью к восточным мультикам. Какая удача! Многим его друзьям попались совсем уж не стереотипно женские татуировки, из-за чего юный Моргенштерн лишь посмеивался над ними. Хотя, если подумать, быть связанными с парнем тоже не так уж и плохо. Но, все же, с девочкой лучше. Какое-то время подросток не вставал с кровати и все думал о том, как же будет выглядеть та, с кем ему суждено быть вместе судьбой. «Она наверное дохуя милая и красивая…» — размяшлял Валеев. — «И чтоб сиськи третьего размера. Прям как в ее хентае…» Поток его не самых приличных мыслей остановился, Алишер потёр лоб. Какая разница, какая она? Главное, чтобы человек хороший, а остальное уж как-нибудь срастётся.

***

Чем старше становился Моргенштерн, тем больше он понимал, что шансов найти свою родственную душу не так уж и много, а двигаться дальше нужно. Иначе для чего ему жизнь? Романтический флер уступил место похуизму, из-за чего парень ушел в отрыв. Его больше не волновал микрофон, появившийся на его руке в его шестнадцатилетие. Алишера волновало лишь то, где бы взять денег на очередную суку, чье имя он и не вспомнит завтра. Подростковый возраст здорово ударил по нему: отношения с матерью упали ниже плинтуса, успеваемость пробила дно да и здоровье оставляло желать лучшего. — Мне никто не нужен, блять! — кричал Моргенштерн, разочарованный в людях, на очередной вписке. — Ни ты не нужна, ни наша ебучая связь! Никто! Его отчаянный крик был слышен всем и в то же время никому. Всем было плевать, что там кричит тот паренёк, зажавшийся в углу с бутылкой водки. Видимо, просто перепил, ничего необычного. Равнодушие людей превратило его в клоуна, желающего внимания во что бы то ни стало. Яркие образы, действия, привлекающие толпу, неискренние слова, обращённые к «любимым» подписчикам — все это медленно разрушало его, убивало Алишера изнутри. Детские мечты о родственной душе, которая обязательно полюбит его таким, какой он есть, казались ему смешными и просто нелепыми. Да кому он нужен со своими чувствами? Вот именно, никому. Даже соулмейту. Хотелось запить свою боль алкоголем, забыться в наркотиках и отпустить все на самотёк. Чтобы больше не было ни горя, ни отвращение ко всем людям и себе в том числе. Ничего. Только тишина и покой. Найдя очередную бутылку какого-то сомнительного бухла и яркие таблетки, обещающие райское наслаждение, Алишер быстро закинулся ими, смешивая все в своем бедном организме и… Пустота. Лишь лёгкое ощущение счастья, чувство, словно все невзгоды тебе по плечу, несравнимый ни с чем в его жизни восторг. Но все не вечно. Утро встретило его ужасной головной болью и жжением в руке. Стало чуточку страшно. Болела рука, на которой красовалась первая соулмейт татуировка. И, видимо, последняя. Моргенштерн привстал с дивана, на который его кто-то заботливо уложил, поморщился и взглянул на болящее место. Захотелось громко выть от безысходности и ненависти к себе. Вместо привычной татуировки был лишь черный квадрат и ничего больше. Валеев тут же вскочил на ноги рванул в ванную, несмотря на ужасную боль во всем теле и ощущение, что он вот вот выблюет все свои никчемные органы. Не обращая внимания на чье-то спящее тело в ванной, парень принялся оттирать квадрат со своей руки. Но это совсем не помогло. — Блять… Нет, пожалуйста… — повторял Алишер, не веря в происходящее. Ну не мог же он в самом деле забить соулмейт тату какой-то херней? Не мог же, правда ведь? Или все-таки мог? Как и ожидалось, рука не собиралась отмываться. А что он хотел? Это ведь настоящие чернила, загнанные под кожу, а не детская переводилка из старых чипсов. Поняв, что все бесполезно, Моргенштерн осел на пол, не замечая всеобщий беспорядок. Сейчас его не волновало даже это. «Я ведь даже не могу эту хуевину свести, иначе и соулмейт тату сведу…» — отстранённо подумал он и обхватил голову руками. — «Это надо было так напиться. Я ведь теперь никогда ее не найду.» Привыкший загоняться по любому малейшему поводу, Алишер снова принялся заниматься этим. Теперь он действительно никогда не найдет свое счастье. Довыебывался.

***

С каждым годом становилось все хуже. Да, популярность росла, не было отбоя от дам, но все это было… Не то. Совсем не то, что нужно было на самом деле. И если бы кто-нибудь особо одаренный спросил Алишера, в чем именно тот нуждается, Моргенштерн бы послал его нахуй без лишних размышлений и мук совести. Потому что он долбоеб с квадратом на руке вместо татуировки, указывающей на интересы родственной души. Новые татуировки, способные помочь в поисках соула, были перекрыты ошибкой его молодости, из-за чего одиночество, ежедневно пожирающее его, лишь росло. Многочисленные тусовки, количество которых небывало возрасло, девушки, порой – чересчур женственные парни, наркота — все это так и не смогло закрыть сквозную дыру в его душе. Оставалось только ждать и надеяться, что его соулмейт обладает мозгами и головой на плечах. К счастью, со временем пришло смирение и осознание того, что если чему-то суждено сбыться, то это обязательно произойдет. Следовательно, все тревоги — ненужная хуета. Нужно просто жить по течению и кайфовать… Кстати о кайфе. Клип, снятый пареньком на парковке — именно то, что приносило ему кайф в тот момент. Не элитный алкоголь, не яркие таблеточки и даже не красивая девушка рядом. Клип с охуенным битом. И ничего больше. «Кто этот чувак?.. Это же самородок. Гений нахуй!» — только и успел подумать рэпер, как вновь изумился. У этого парня явно было большое будущее. — «Надо поискать ещё что-нибудь.» Решив заполучить столь талантливого парня в свои руки, Алишер открыл его ютуб канал и принялся изучать информацию. Оказалось, Слава Марлов (Моргенштерн несколько минут ржал с креативности его никнейма) оказался вполне милым и спокойным парнем. Он не казался сумасшедшим фанатом, гонящимся за деньгами и славой, а создавал впечатление простого человека, адекватно оценивающего свои шансы. А еще он снимал клип, обращённый Алишеру. С целью записать что-нибудь вместе. Надо же, какая удача… Как все красиво сходится. — Я обязан познакомиться… — пробормотал Алишер, качая головой в такт, и принялся переслушивать Славину песню, заевшую в его голове. И будь что будет. Записав несколько видео в личку Марлову, Моргенштерн уселся на диван и принялся ждать, довольный своим решением и самим собой. — Вот это я молодец, нахуй. Такой раритет урвал. Ну, почти урвал, — радовался парень, а сам то и дело посматривал в телефон. Спустя пару минут сообщение оказалось прочитанным, но отвечать на него не торопились. Видимо, на другом конце провода эмоций было не меньше, чем у отправителя. Не каждый ведь день Моргенштерн предлагает кому-то совместку, верно? Наконец, диалог сдвинулся с мертвой точки — на экране высветилось заветное «печатает…». Алишер нервно закусил костяшку пальца и пришурил глаза, чтобы не портить впечатление. @slavamarlow «Привет, что именно хочешь?» Алишер довольно улыбнулся. Кажется, он словил джекпот. Самый большой куш в его жизни. «Осталось только соула отыскать среди миллиардов людей и все» — напомнил себе Алишер и принялся набирать сообщение. А то негоже оставлять собеседника без ответа.