Невзаимность

      И вот, в очередной раз, Шинадзугава мельком взглянул на запыхавшуюся мечницу, что сейчас тренировалась со столпом пламени. Хрупкое тело, на согнутых ногах, всем весом опиралось на рукоять катаны, воткнутую в землю. Светлые пряди волос прилипли к лицу, пуская по скулам дорожки пота. Румянец горел на впалых щеках, показывая с какой самоотдачей тренировалась девушка, пока грудь тяжело поднималась, натягивая одежду.       Хана была давней подругой Канроджи Мицури. Какого же было удивление девушки, когда та узнала, что обладательница дыхания Любви стала столпом! После долгой разлуки они вновь встретились, когда Хана сильно пострадала на одной из миссий. Ворон Уз быстро улетел за подмогой, пока охотница из последних сил отбивалась от Низшей Луны. В момент, когда демон готов был нанести смертельный удар, на границе своего помутнённого сознания, Ханна увидела широкую спину облечённую в белое хаори с иероглифом, закрывшую её от удара. Ощутив по ауре, что к ней на подмогу пришёл кто-то из столпов мечница позволила себе потерять сознание.       На мгновение несчастная пришла в себя, когда этот же столп бережно нёс её на руках, прижимая светлую макушку залитую кровью к груди. Из-за полученных ран зрение не могло чётко сфокусироваться на лице истребителя. Смазанная картинка показала суровое мужское лицо с большим количеством шрамов напротив. Необычная внешность не оттолкнула девушку. Та лишь шепнула тихое спасибо и снова потеряла сознание, откинувшись на крепкую грудь.       Хана уже полностью очнулась спустя пару дней в поместье бабочки. Пришедшая почти сразу после пробуждения одна из девочек посветила пострадавшую в курс дела. На следующий день к светловолосой в палату с летним зноем впорхнула Канроджи. Как только столп Любви услышала про пострадавшую мечницу, а после, по описанию внешности девушки узнала в той подругу детства, тут же побежала в поместье бабочки. Девушки болтали без умолку, вспоминая часть весёлого детства, что провели вместе. От Мицури Хана узнала, что в тот день её спас столп Ветра — Санеми Шинадзугава. Поэтому, как только девушка встала на ноги, первым делом решила поблагодарить столпа, приготовив ему что-нибудь вкусненькое. Нет, мечница не знала, что Истребитель любит готовить, никто об этом не говорил.       Однако, её подарок не был принят. Мужчина в резкой форме высказал несчастной всё что о ней думает, предварительно выбив из тонких рук коробочку с данго. Тогда, растерянная таким поведением мечница услышала какая она никчёмная и слабая, что ей просто повезло в тот день, что столп Ветра оказался рядом, и что такие слабачки даже Финальный отбор не проходят. Хана проглотила обиду, не позволив капнуть ни одной слезинке, развернувшись ушла прочь. С тех пор Шиназугава стал относиться к девушке хуже: начиная с презрительного взгляда в её сторону и заканчивая обидными подколами, когда та уходила на миссию. Все заметили такое странное поведение Санеми по отношению к мечнице, но никто даже не догадывался в чём причина. А Хана лишь продолжала по-доброму здороваться с ним и улыбаться, обращаясь уважительно "Шинадзугава-сан". Однако, каждое обидное слово в сторону мечницы острыми иглами впивалось в хрупкое сердце влюблённой девушки. Да, Хана безответно влюбилась в этого грубого и нахального Охотника на демонов. Бедняжка честно пыталась заглушить сильные чувства: она выговаривалась единственной подруге — Канроджи, тихо плакала, когда никто не видел, но даже в пылу смертельной битвы с демонами ничего не помогало. Ведь всё равно она шептала только его имя, лаская себя на кровати под покровом ночи.       В итоге, несчастная решила стать сильнее назло столпу, что так пренебрежительно относится к ней. С просьбой о постоянных тренировках, она побежала к Мицури, но та лишь повела плечами, мол из неё плохой сенсей, поэтому посоветовала обратиться к столпу, что когда-то обучал её саму — к Кёджуро Ренгоку. Столп Пламени без лишних слов взял светловолосую к себе в ученицы. Кёджуро нравилось тренировать девушку, она почти сразу схватывала всё на лету, подстраиваясь под быстрый ритм своего мастера. Иногда они тренировались наедине, а иногда устраивались совместные тренировки с Танджиро. Юноша частенько засматривался на ничего не подозревающую Хану, когда та была сконцентрирована на бое. Однако, Камадо был не единственным, кого заинтересовала красивая, хрупкая, но так отчаянно сражающаяся девушка. — Ты большая молодец, Хана! — в свойственной только ему манере ответил Кёджуро, осматривая запыхавшуюся девушку напротив, что опиралась на рукоять своей катаны. Столп Пламени, который всегда обращается ко всем по фамилии с суффиктом «сан», с недавних пор начал называть мечницу по имени. Это несказанно радовало девушку, учитывая, что она, помимо Сенджуро, чуть ли не единственная, с кем Ренгоку не фамильярничал. Сейчас между ними двумя проходило очередное тренировочное занятие. — Ты уже многому научилась! — сложив клинок в ножны, пламеный столп подошёл ближе. Привычная улыбка не сходила с его лица, когда тот подал руку девушке, предлагая той опору. — Я вижу, ты очень устала. Позволь я помогу тебе, Хана. — голос стал тише, а взгляд быстро метнулся на объект за спиной мечницы, но тут же вернулся обратно, с интересом рассматривая румянное от тренировки лицо. — Спасибо, Ренгоку-сан. — Хана медленно выпрямилась смотря на протянутую мужскую ладонь. Заправив мокрую прядь за ушко, убрала катану в ножны. Но как только подалась впёред к Кёджуро, ноги предательски дрогнули и слабое тело покачнулось, опасно падая вниз. Кёджуро не занимал бы столь уважаемую должность столпа, если в этот момент его бы подвела реакция. Поэтому он быстро поймал невесомое для него тело за талию. — П-простите, Ренгоку-сан, но боюсь я даже дойти не смогу, ха-ха. — смущённо хихикнув, светловолосая больше рефлекторно, чем специально, ухватилась обеими руками за сильное плечо Истребителя, тем самым лишь плотнее прислонившись грудью к изгибу локтя. Легкомысленная в делах сердечных девушка не заметила как опасно помутнел пламенный взгляд столпа, что сейчас рассматривал тонкую фигуру, обмякшую на его руке. Ренгоку снова посмотрел на объект за спиной мечницы, но в этот раз дольше. Хана наконец немного приподнялась, продолжая тонкими пальцами цепляться за могучее плечо, и проследила за взглядом своего сенсея, поворачиваясь корпусом. — А, — удивлённо распахнула глаза, смотря на давно полюбившееся лицо. — Шинадзугава-сан! — она почти умело скрыла замешательство, вызванное его появлением, и улыбчиво помахала столпу Ветра, пытаясь на дрожащих ногах принять вертикальное положение. На что мужчина лишь зло сверкнул глазами и ушёл прочь, не проронив ни слова. Очередная игла больно проткнула девичье сердце, что затрепетало с новой силой при взгляде на возлюбленного. — И вам хорошего дня, Шинадзугава-сан! Ренгоку, как и обещал, заботливо проводил Хану до её комнаты. Она продолжала улыбаться своему глубокоуважаемому учителю тихо посмеиваясь, когда тот весело рассказывал о знаменитой троице друзей Камадо. Мечница надеялась, что за их смехом Кёджуро не услышит громкий треск её сердца, что сейчас трещало по швам при воспоминаниях о Шинадзугаве. Девушка всей душой уважала яркого столпа Пламени, но сейчас ей искренне хотелось, чтобы тот ушёл. Вскоре мужчина словно почувствовал что-то неладное, и пожелав доброго дня, покинул Ханну, предоставив её самой себе. Та лишь облегчённо выдохнула, когда наконец осталась одна.       Сегодня она хотела лечь пораньше, но сон как назло не шёл, заставляя светловолосую снова грезить о столпе Ветра. Смахнув слёзы, Хана накинула лёгкое кимоно и решительно направилась в поместье бабочки. Шинобу-сан определённо могла дать что-нибудь эдакое из лекарственных трав, что позволило бы мечнице крепко уснуть. Ей даже не пришлось долго уговаривать столпа Насекомого, так как Кочо почти сразу дала стеклянный бутылёчек с жидкостью фиолетового оттенка. — Это проверенное средство, — даже сейчас сама сонная Шинобу корпела над документами, протягивала Хане бутылёк — Аой часто даёт этот отвар тем, у кого проблемы со сном. Это настойка лаванды. — подытожила девушка, наблюдая за сомнением светловолосой. Сонная мечница откланялась, приняв отвар, а затем поплелась обратно в свою комнату, попутно прикидывая стоит ли выпить сразу всё или сначала половину, а потом посмотреть на своё состояние. Когда Хана вошла в комнату и сложила кимоно, оставшись в одной ночной рубашке, что едва прикрывала ягодицы, забралась на кровать с ногами, рассматривая бутылёк. Фиолетовая жидкость красиво переливалась в лунном свете, когда тонкие пальцы крутили стеклянную ёмкость. Мечница всё же решила выпить сразу залпом. Когда сосуд был опустошен, девушка легла на кровать. Приняв позу эмбриона, она обвила руками и ногами скомканное одеяло, прижимаясь всем телом. Вскоре девушка уснула без задних ног.