Твой последний взгляд

— Я принесу всем чай. — подорвалась с кресла Эллисон и побежала на кухню. — Давай, ждём и его, и чудо! — ляпнул Первый. — Лютер! — крикнула на всю Академию Вторая. — Иди лучше ко мне на кухню и помоги с чаем! Прости, милая! — Ничего, Эллисон, все нормально. — Кэтти, давай, не отвлекайся. — положил руки на мои плечи Клаус, помогая мне сконцентрироваться. — Вспомни что-нибудь плохое и направь это от себя, будто выстрел. — сказала Ваня. — У тебя получится. — Мы час уже занимаемся и без толку. — я уже вся потная, уставшая и злая стояла около мишени с открытой раной на ладони, пытаясь выстрелить. Как вы уже поняли, Клаус и Ваня пытаются научить меня контролировать свои способности управления кровью. Но это все не даёт никаких результатов! Мы уже час стоим около одной мишени из пяти, а с раны у крови ноль реакции на нее. — Ты молодец, что научилась с первого раза её контролировать и не выпускать из своего организма, но для спасения сестры это не подходит. Тебе нужно научится высвобождать свою силу и не терять контроль над ней. — Вань, я… — Да отстаньте вы от этой слабачки. — в коридоре появился Пятый с чашкой кофе и нахально уставился на меня. — От неё толку меньше, чем от пьяного Клауса. — Эй! — Пятый… — все в моем организме вдруг запылало синим пламенем и я почувствовала, как нагреваюсь от гнева. Последний час я пыталась высвободить свою кровь, хоть для мелкого выстрела, а он как по привычке язвит… — Наглый засранец. Прежде, чем я успела сообразить, что произошло, на весь коридор прошелся радостный вопль Клауса и облегчённый выдох Вани. Я не заметила, как устремила недобрый взгляд на Пятого и как только вернула голову в изначальной положение, ахнула. Кровь в полете затвердела и превратилась в острый кинжал, протыкая на сквозь мишень. — Кэтти, ты чудо, у тебя получилось! — обнял меня Клаус и закружил от радости. — Моя младшая сестренка смогла! — Клаус, ты чего, отпусти меня! — Чёткое попадание, прямо в центр. — Тц, это просто удача. — фыркнул Пятый, за что получил осуждающий взгляд Вани и Клауса. Парень отпивал кофе и заметив взгляд брата и сестры почти поперхнулся им.  — Будто бы вы так не считаете! — Нет! — в унисон ответили Харгривзы. — Хмм. — Клаус заманчиво ухмыльнулся и схватив Пятого за рукав, потянул в коридор. — У меня идея как тренировать Кэтти. — Эй, отпусти меня! — рявкнул парень и тут же исчез, оказывась в кресле. — Что ты задумал, пьянчуга-рифмаплет? — Кэтти смогла высвободить свою силу когда ты рядом. Видимо твоё присутствие как-то активирует способность нашей сестрёнки в действие. — почесал бороду длинноволосый мужчина, хитро ухмыляясь. — Не правда, это вышло случайно! — я тут же покрылась румянцем и из моей руки вылез небольшой шарик из крови. — Пятый тут совсем не причём. — Шарик, с которым ты непроизвольно играешь, так не скажет. — скромно указала пальчиком на шар Ваня. — Ты даже можешь играть с нею. — Кинь её в нашего брата-идиота! — крикнул с другой комнаты Диего. Пятый ворчливо забубнел себе по нос и исчезнул. В комнате, где был Диего, послышалась серия ударов и трёхкратный мат от Диего. Потом Пятый снова появился в коридоре, но с помятым воротником и растрепанными волосами. — А ну иди сюда, паршивый ты кофежуй! Я тебе твой нерастворимый черный в задницу засуну! — вылетел из комнаты злой Четвертый с кинжалами в руках. — А Кэтти кто тренировать тогда будет, если ты Пятого убьёшь? — заныл Клаус и пошёл разниматб этих двоих. — Старший брат идёт давать младшеньким подзатыльник. — Не остановишь их? — спросила я Ваню, что уже успела сбежать на кухню к Эллисон. — Сбежала! Блин, а мне что дела… Ай! Я успела пригнуться, иначе бы в меня попал кинжал Диего. — Мелкий засранец! — кинул нож в парня в школьной форме Четвертый, сталкиваясь с Третьим. — Клаус, блядь, отойди! — Успокойтесь оба, идиоты, а то испугаете нашу Кэтти! Её тренировать надо, а вы как мальчики себя ведёте! — Будто бы она хрупкая как фарфор! — психанул Пятый и оказался совсем рядом со мной. — Прикрой меня. Я замерла от шока и повернулась наполовину, чтобы удостовериться в том, что это сказал мне человек, обладающий способностью телепортации. Я встретилась с его глазами и увидела в них свое отражение. Глаза Пятого помутнели и он отвернулся, жмурясь. — Ты в порядке? — я повернулась к нему полностью, забеспокившись. Не знаю почему, но именно сейчас я забеспокоилась за этого оболтуса. — Да, я в норме. Отойди только от меня. — он попытался прогнать меня одной рукой, а второй прижимал глаза, так что выглядело это сейчас нелепо. — Эй, что ты делаешь? Иди сядь и приди в норму! — я схватила его за руку и повела в кресло. По телу пробежалась доза электрического тока и по спине пробежали приятные мурашки. — Боже, ты как ребёнок! — От девчонки и слышу! — Всё ещё держался за глаза нервный Харгривз и поднялся в кресло. — Мне скоро 19, я уже не маленькая! Хватит причитать и покажи мне глаза. — я схватила его за руки и попыталась оторвать от лица. Сгусток крови по неизвестным мне причинам парил в воздухе. — Отойди от меня к чёртовой матери, белоруска, пока я не…! — Что? — я вскипела от злости и наконец оторвала его руку от глаз, полностью заставляя посмотреть мне в глаза. — Убешь меня? Ударишь меня? Выбирай. Он сверлил меня взглядом, но глаза не отрывал от меня. Лишь только перестал сопротивляться. И на этом спасибо. — У тебя скверный характер. Странно что ты не американка. — процедил сквозь зубы Пятый. — А как много ты знаешь белорусок? — все также сверлила я его в ответ, не проигрывая в борьбе взглядов. — Мне и одной достаточно. — Давайте свалим, мы тут лишние. — прошептал Клаус и схватив за руки Ваню с Диего, скрылся на втором этаже. Теперь я могла чётко рассмотреть их и почти потерялась в их красоте. Они казались мне дьявольски манящими. Но они были красными толи от раздражения, толи от слез, отчего стало не по себе в глубине души.

Он плакал.?

— Я не знаю почему, но пожалуйста, доверься мне. — сказала тихо я и провела руками по его лицу. Боже, что я делаю. — Я не сделаю тебе больно, правда. Я хочу помочь. Он невольно сглотнул и его щеки немного заалели. Теперь он вообще не шевелится, от чего я немного сначала перепугалась. Но у меня не было другого выбора, как довериться своему шестому чувству и крови тоже. Я смочила большие пальцы ладоней в свою кровь из парящего шарика и бережно обхватила ладонями, не касаясь большими пальцами до глаз, лицо Пятого. Харгривз был полностью расслаблен, словно и вправду доверился мне, от чего на душе стало спокойно. Теперь то, что крутится у меня в голове и хочет выйти в жизнь. Ладно, приступим… — Закрой глаза, пожалуйста. — все так же тихо говорила я и он послушно закрыл глаза. Почти не надавливая на них, я провела большими пальцами по всему подвижного веку, смазывая их своей кровью. — Теперь открой и подними взгляд вверх. — брюнет все так же послушно выполнил мою просьбу и я легонько провела подушечками пальцев по коже под глазом, где росли нижние ресницы. Глаза Пятого полностью были смазаны в крови и теперь с ними он напоминал мне студента, который плачет над конспектами. Он снова посмотрел мне в глаза и я замерла от удивления и радости, что моя задумка удалась. Кровь, что была на глазах парня постепенно проникала под кожу брюнетка, смазывая глаза и пробираясь внутрь глазного яблока. Пятый совсем не двигался, а лишь смотрел мне в глаза, где сам все видел и наблюдал за редким явлением природы. Его глаза с каждой секундой становились более живыми и яркими, пока кровь совсем не впиталась и все стало, как было пару минут назад. Глаза заново засияли жизнью. Теперь я полностью выпрямилась и вся кровь, что парила над нами, возвращалась в мою рану на ладони, что тут же зажила. — «У меня повысилась регенерация. — подумала про себя я и замерла, улыбаясь самой себе. — И я чувствую, как она растекается по мне, как бежит по венам, артериям, артериолам и капиллярам. Я даже слышу её. Этот бесконечный поток, что будет течь пока моё сердце не остановится глубоко в старости». Я сжала и разжала свою ладонь, проверяя. Да, она полностью зажила, будто и не порезалась. — Пятый, ты как? — я замахала перед глазами парня. — Пятый! Ты как? Тебе лучше? — Мне лучше. — он ошарашенно дотронулся до глаз и взглянул на руки, а затем на меня. — Глаза больше не болят. — он искренне улыбнулся как ребёнок и поднялся с места, хватая меня за ладони. — Они не болят! Ахххаха, Катя, они не болят! Ты меня излечила! Он подхватил меня за талию и закружил, лучезарно улыбаясь, и смеясь от радостного удивления. Я сама вместо того, чтобы как всегда испугаться и кричать «поставь меня придурок!», я сама искренне улыбнулась и засмеялась. — Тебе правда лучше? — Катя, ты излечила мои глаза! — он поставил меня на землю и переплел наши пальцы вместе. — Ты излечила!.. — после этих слов он остановился на слове и взглянул меня. Я стояла вся красная от смущения и радости, не зная, куда себя деть. — Я р-рада. — еле выговорила от смущения я, не отрывая взгляд от его теперь счастливых красивых очей. — Тогда ты позволишь.? — Что? — Я покраснела ещё больше! — Это моя благодарность. Он крепче переплел наши пальцы в ладонях и наклонившись в моему лицу придвинулся ближе. Моё лицо каждой клеточкой чувствовало на себе его горячее дыхание, а нос улавливал приятный аромат черного кофе. Я не успела сообразить, когда все произошло. Когда он это сделал. Сделал и пропал. Я лишь успела дотронуться до горящей щеки, когда он смущенный по самые уши исчез. Я вся горела. Наверно так проявляется влюблённость? Симпатия? Я не знаю, как сейчас это называть. Сейчас я в смятении и приятной смущенности. Моё красное как помидор лицо и горящее пламенем душа отзывались адским жаром в каждой клеточке девичьего тела, и мелкой дрожью от осознания нежного, и разрешенного прикосновения брюнета. Щека помнила его. Его пухлые сухие губы. Как они дотронулись до моей мокрой горячей щеки и как задержались на ней на несколько долгих прекрасных секунд.

Пятый поцеловал меня в щеку.