Адское пламя

      Муха, лишенная крыльев, беспомощно барахталась в серебристой нитке, соткавший ее паук уже навис над жертвой, как вдруг я ухватил его и посадил на самый край паутины. Раздражение охотника и слабость жертвы подымала мне настроение, ах, если бы всех пауков было так просто отстранить.       Маркелу за пару месяцев удалось добиться того, к чему я шел годами. Он вот так с порога взял и заявил: пришел воскрешать вашего мужа, либо сейчас согласитесь либо потеряете свой шанс. Никто бы не рискнул так издеваться над вдовой — того и гляди голову отрубят, но как известно некроманту смерть не страшна.       И вот он — главный советник королевы, а по сути сам король. Годрик помалкивает в сторонке, Фрида ужинает хлебом с солью в темнице Мифограда, скелеты пляшут на улицах священной империи. Как мерзко, ненавистно, несправедливо все это! Так и хочется раздавить мешок с костями, однако я не могу…       Перестать восхищаться этим. Каждое решение и слово — даже спонтанное — идеально, словно сотни лет последователь пауков продумывал все возможные варианты. Сперва он обнаглел, затем — стал более покладистым, прислуживал Изабель, а как Николас восстал из могилы снова распоясался и теперь сам Эльрат не остановит негодника. Отличную игру отыграл старичок, мне захотелось дать отпор, повоевать с ним. В конце концов то место мое, а ждать пока тот помрет не вариант — так уже маги сделали, и вот, что получилось.       Удивительно, как теряется чувство времени, словно те события происходят сейчас, будто я могу что-то поменять или прожить по-другому. Нет, надо держать себя в руках и не впадать в бредни! Тогдашний Аларик придумал план, и в нем было столько недочетов, как дыр в мишенях после эльфийских лучников.       Как священник дракона Света я мог использовать магию лучше обычных рыцарей, а как инквизитор знал заклинания для заточения и пыток. Одно из них заключало душу в крест и занимало не больше нескольких минут. Я попросил Ласло помочь с приманкой и тот, хоть был простоватым мечником, нашел способ.       Артефакт. Насколько я знаю, некроманты отделились от семи городов, некоторые из них имеют слабости колдунов, в том числе и любовь к побрякушкам. Рыцари под командованием товарища достали такой — кулон поглощения, спрятанный среди монахов. Поговаривали, будто глупцы собрались в круг чтобы защитить реликвию, так как те горные слабаки не атакуют — обеты такие. Ласло пришлось вырезать всех — семьдесят человек — и снять необходимое с шеи их лидера.       «Он выполняет приказы лжекороля, несчастный!» — шептались верные люди, а мне не было жалко. Правильно, пусть закалит свою волю и укрепит веру — только рассудительному и безразличному ко лживым мольбам я смогу поручить свои дела. Итак, Маркел пошел в тронный зал один, чтобы принять работу, так сказать, он не видел угрозы в Ласло, приравнивал его к зомби, да и оружие мечник сдал.       И тут появился я. Выскочил между ними, прочитал нужное заклинание, помещение ослепило светом, некромант исчез.        — И что, ты теперь отнесешь артефакт Годрику? — Спросил товарищ, глядя как зеленоватые огоньки метались внутри креста.        — Чтобы этот благородный рыцарь присвоил мои достижения? Ну уж нет, оставлю, да еще Николаса туда же, чтоб и духу их мертвецкого не было в наших храмах.        — Ты мне нравишься, Ларри, куда лучше королевы и ее советников. — Признался воин. — Они только пишут бумажки да молятся, и у кого не хватает духу рубить головы, сохраняют жизни грешникам, даже ангелы и те защищают приверженцев некромантов, потому что так приказали и демоны… Клянусь, я видел их, шныряют по кустам, что-то ищут, да еще и отряд темных эльфов. Вся нечисть стянулась в империю Грифона потому что у нас нет карающей длани, кого-то вроде тебя.        — Не называй меня Ларри. — Все, что услышал друг, хотя с его словами был согласен.       Той ночью мне приснился сон, точнее сейчас я понимаю, что лишь сон, тогда все казалось реальным, словно новый день наступил. Итак, меня посадили на трон, благодарные имперцы кланялись и прославляли убийцу некроманта, они кричали «да здравствует король!».        — Если народ хочет, чтобы ты правил, Аларик, я приму их волю. — С той нежностью, какую я видел в храме, сказала Изабель. — Пусть Николас не гневается, такова воля поданных.       У нее были вишневые губы и кожа очень нежная, даже во сне. Я снова почувствовал себя мальчишкой, что влюбился в такую же маленькую мечтательную девчонку как он сам. А ведь за ней бегал король — хороший паренек, и демон — чертовски плохой, на вкус и цвет, как говориться, выбирай любого. Так зачем королеве какой-то там оборванец, сирота, идиот ты, Аларик, лишь в одном твоя слабость и она привела к концу.        — Отдай мне крест, такой артефакт будущему правителю опасно носить. — Внезапно передо мной возник архангел с пылающим мечем. Да как я мог отказать такому? Не забыл еще, как в приюте чуть не лишился головы из-за пернатых.       Как только артефакт оказался у него все исчезло, у моей кровати раздался жуткий смех, проснувшись я обнаружил что Маркел стоял цел и невредим, в лунном свете еще мертвее чем обычно.        — Глупец, никчемный мальчишка с амбициями бога! — Ломая ненавистный символ кричал некромант. — Ты меня вздумал обмануть? Как бы ни так! И не такие пробовали!       Вот так я победил могучего мага, правда об этом никто не узнал а меня еще бросили в темницу. Одна часть свято верила — смерть близка, это и было то поручение, о котором говорил таинственный спаситель, не справился — должен подохнуть. Вторая половина убеждала — судьба впереди, а это — лишь падение, Эльрат ничего не посылает просто так, и я должен извлечь урок.       А урок был прост: на бога не рассчитывай, только на свои силы, и никогда не проявляй милосердия — нечисть может надеть любую маску, даже ангелов, что уж говорить о простых людях.