Страшный звук, заполоняющий всё вокруг

***

Джон плохо спит. Он и раньше не очень хорошо спал, но сейчас, когда он пытается оправиться от травмы, всё становится ещё хуже, чем обычно. Его тело большую часть дня напоминает ему, как оно хрупко, как истощено и как сильно всё болит. Его сон не кажется спокойным. Не похоже, что он вообще выздоравливает; кажется, что он всё больше и больше отдаляется от выздоровления. Джон и так не очень хорошо спит, когда его нет рядом с ним в постели. Шерлок знает это уже некоторое время. Они оба это знают. Они пришли к компромиссу по этому вопросу. Шерлоку не обязательно спать, когда Джон спит, но он старается проводить большую часть ночи, когда тот нуждается в нём, в их постели. Шерлок размышляет или планирует эксперименты. Он пишет заметки о делах или читает. Не раз это приводило к тому, что Джона будили в предрассветные часы, когда Шерлок достигал успешного решения головоломки и тащил Джона с собой, чтобы задержать преступника. Или найти несколько свиных ног, в одном деле. Это делает Джона счастливым. Во всяком случае, так оно и было раньше. Шерлок не принимал новых клиентов с тех пор, как они вернулись из больницы, и он явно нервничает из-за длительного простоя. Ну, для Шерлока − простоя. До сих пор он избегал впадать в мрачное настроение, но Джон подозревает, что это потому, что он был занят попытками решить его проблему. У Джона не хватает духу сказать ему, что это, скорее всего, вопрос времени, и ожидания, и позволения его телу и мозгу исцелиться. Шерлок так решительно настроен найти правильное сочетание отдыха и правильного питания − уделяя этому больше внимания, чем Джон когда-либо видел, чтобы тот уделял еде. Джон не может заставить себя отказаться от своих теорий. Он не может заставить себя сказать Шерлоку, что сотрясение мозга и гематомы делают с мозгом, и что ему просто нужно немного расслабиться, и ради всего хорошего и правильного в мире, убедиться, что он не получит снова удар по голове в ближайшее время. Но существует ещё вероятность, что это навсегда. Ему не хочется так думать, хотя иногда это подкрадывается к нему, когда он меньше всего этого ожидает. Шерлок, похоже, вообще отказывается думать о такой возможности, с той целеустремлённостью, с какой берётся за любую задачу, которую считает достаточно важной. Джон плохо спит без него рядом с ним в постели, но прямо сейчас Шерлок не может прикоснуться к нему, не причинив боли. А Шерлок имеет склонность цепляться за него во сне, когда действительно спит. По правде говоря, они оба так делают. Они привыкли друг к другу, к теплу другого тела, лежащего рядом в постели. Они привыкли прижиматься друг к другу, обхватив друг друга руками и ногами. Ещё до того, как между ними возникли физические отношения, до того, как те стали ментально-сексуальными, они, как правило, цеплялись друг за друга во сне. Им почти не удалось избежать этого во сне, теперь, когда Джона нельзя трогать. В первую ночь они легли спать как обычно. Джон дремал, едва держа глаза открытыми. Он даже не думал об этом, он просто хотел спать, и он хотел, чтобы Шерлок был рядом с ним. − Я буду бодрствовать, − заверил его Шерлок. − Всё будет хорошо, Джон. Шерлок абсолютно уверен в себе. Джон обычно находит это милым. Не так уж много времени проходит, прежде чем Джон просыпается посреди ночи с Шерлоком, прижатым к нему, и искрами боли, исходящими из каждой точки контакта кожи с кожей. Ему потребовалось какое-то время, чтобы разбудить Шерлока. К тому времени, как ему это удалось, он был почти в слезах и задыхался, а мозг почти побелел от боли. Ни один из них не спит всю оставшуюся ночь. Джон сворачивается калачиком на своей стороне кровати, так близко к краю, как только может, оставаясь в постели, свернувшись так плотно, как только может, и дрожит, когда боль медленно исчезает. Джон чувствовал Шерлока на другой стороне кровати, излучающего чувство вины и сожаления так сильно, что он мог чувствовать это даже без его особенностей в рабочем состоянии. В конце концов Джон снова задремал, только для того, чтобы просыпаться каждый раз, когда Шерлок шевелился, даже немного, в ужасе от того, что его снова коснутся.

***

Преисполненные решимости, они повторяют попытку на следующую ночь. Если бы его спросили, Джон едва ли смог бы рассказать, что он делал в тот день, что ел. Он знает, что не выходил из квартиры. Он даже не уверен, что успел принять душ, ему кажется, что всё, что он делает, от движений до размышлений, делается в лучшем случае вполсилы. В худшем случае он вообще не двигается, и мир просто течёт мимо него, едва замеченный; он будто ничего не видит и не слышит. Всё проходит мимо него, пока он сидит в гостиной, пытаясь удержать голову в настоящем. В ту ночь Джон складывает все подушки в квартире между ними, чтобы попытаться удержать их на расстоянии друг от друга. Это тоже не работает. Шерлок, кажется, готов рвать на себе волосы от отчаяния, и это после всего лишь двух ночей. Но они продолжают пытаться. Шерлок ёрзает во всевозможных странных конфигурациях, пытаясь остаться в постели с Джоном и всё же быть достаточно далеко, чтобы не потянуться к Джону, достаточно далеко, чтобы не добраться до кожи Джона. Это вроде как работает, хотя в основном потому, что Шерлок вообще не может заснуть. В конце концов они натыкаются на идею использовать отдельные одеяла. Это кажется простым, почему ни один из них не подумал об этом раньше? Шерлок настаивает, чтобы Джон лёг спать как обычно, и что он скоро присоединится к нему. Джон неохотно соглашается, несмотря на то, что устал и голова у него раскалывается. Ему не нравится, что Шерлок так много для него делает, тем более что он тоже восстанавливается после травм. В данный момент у него просто нет сил спорить. Поэтому Джон ложится спать, переодевается в старые футболку и пижамные штаны и забирается под одеяло. Он уже почти засыпает, когда в комнату заходит Шерлок, держа в руках простыни и одеяло с кровати Джона. Джон смотрит сквозь всё более и более продолжительные моргания, как Шерлок бросает их на свою сторону кровати, переодевается в пижаму, а затем осторожно заворачивается в одеяло и плюхается на кровать. Шерлоку приходится немного поёрзать, чтобы устроиться поудобней, но в конце концов ему это удаётся. − Спокойной ночи, Джон, − слышит Джон его голос. − Спокойной ночи, Шерлок, − шепчет он в ответ. А может быть, он только так думает.