The witch, the mother of the Empire.

      Ну подумаешь, выпила… Ну подумаешь, не много… Вернее, целую бутылку. Но это ведь нормально? Ну…       Да блин, мне пизда… Мне жопа… Чует моя жопа, мне большая пизда! Прямо пиздец как мне прилетит! Почему? Да потому что!       Он смотрит на меня с холодной усмешкой, в его топазовых глазах пляшут черти. Когда Клод смотрит на меня таким взглядом, я знаю одно… Жди беды Лиз, жди беды.        Я внимательно слежу за Клодом, заметив, как он медленно ставит пустую бутылку на туалетный столик, подходя ко мне медленными шагами. Словно я жертва, а он охотник, заганяющий меня в угол или ловушку. И мне кажется, что так все и есть!       Я делаю шаги назад, подальше от него, путаяюсь при этом в платье и падаю назад, упав на диван. Я вжимаюсь в спинку дивана, отползая подальше. В моих руках оказывается маленькая подушечка, которую я прижимаю к себе, словно она меня спасёт от Клода.       Клод наклоняется, опираясь одной рукой об спинку дивана, приблизив свое лицо к моему. Я чувствую, как краснею, смотря на него в ответ.       —Ты, — говорит он мне прямо в губы. Я сглатываю ком, смотря на него.        И это все, что он сказал, прежде чем вырвать подушку из моих рук, при этом, впиваясь своими горячими губами в мои губы. Я не успеваю среагировать, хвастаюсь за его руку, сжав рукава его халата, пока он целовал меня. Я не понимаю, что черт возьми, происходит?       Клод отрывается от моих губ, и не дав мне даже вздохнуть воздуха, он снова целует меня, поднимая меня с дивана, беря на руки. Я обнимаю его за шею, отвечая на его поцелуй, чувствуя, как на глазах появляются слезы. Господи, как же я по нему скучала…       Клод несёт меня к моей кровати, продолжая целовать и я активно старалась отвечать. То-ли алкоголь, то-ли возбуждение, но я чувствую, как мне становится жарко. Внутри словно все огнём палят… А ведь это всего лишь обычный поцелуй…       Блондин отрывается от моих губ, кладёт меня на кровать, нависая сверху и снова целует. Я зарываюсь одной рукой в его волосы, другой притягивая его за шею ближе к себе.       —Спи, — говорит он мне, отрываясь от моих губ и поцеловав меня в висок и ложится рядом, убрав при этом руки с моего тела. Я в непонимании моргаю. Это что щас было? Я резко поднимаюсь, смотря на мужа с возмущением.       —Всмысле, «Спи»?! — спрашиваю у него я, чуть ли не начав заикаться. Тот хмыкает, смотря на меня ленивым взглядом, подперев свою голову рукой. Я выжидающе смотрю на него, взрослого мужчину, что поступил ужасно! Возбудил и не дал!       —А что тебя не устраивает? — выгибает бровь он, лениво усмехаясь уголками губ. Да все меня не устраивает!       —Это вообще то девушки возбуждают и не дают, а не наоборот! — громко говорю я, смотря на Клода с обидой. Я хамеч, что плечи Клода слабо трясутся, а после слышу его смешком. Император великой империи смеётся. И это вводит меня в самый глубокий шок. Клод смеётся. Он… Смеётся…       —Не думал, что ты такая извращенка. — говорит Клод, наконец-то перестану смеяться. Я краснею, отводя взгляд. Сам такой! Вдруг Клод резко обнимает меня за талию, валя на кровать и накрывает одеялом нас обоих, прижимая меня к своему горячем телу. Я сглатываю слюну, оказавшись один на один с его прессом.—Спи давай, — бросает он мне со смешком. Я точно знаю, что он смеётся! Я чувствую, как он все ещё чуть трясётся от смеха. Вот жешь!       Ну ничего не поделаешь… Пришлось закрыть глаза и попытаться заснуть. Хотя мне было до ужаса жарко, в связи с внутренним пожаром, и тем, что я лежала впритык к его величеству.       Но еле как, я смогла уснуть.

***

      Солнце светит прямо в глаз, тот, кто первый, пидорас! Кхм. Мне в глаза светило солнце, мешая нормально спать. Я понимаю, что утро и надо просыпаться, но так неохота. Я мычу что-то не понятное, пряча голову под подушкой, вновь начинаю провалиться в полудрему       Как резко, я чувствую, что чьи то губы касаются моего плеча, вызывая табун мурашек по всему телу. Я аж резко подскакиваю, встречаясь взглядом с топазовыми глазами, в котором читалось веселье. Передо мной сидел мужчина, одетый в халат.       Голова ужасно гудела, глаза до ужаса слипались, во рту был сушняк. Но единственное, что меня волновало, это то, что здесь делает Клод? И почему я смутно помню, что вчера было?       —Ты-ты че-че-чего ту-тут же-делаешь? — спрашиваю у него я, пытаясь проговорить буквы. Во рту такой сушняк, да и челюсть свело, что трудно было говорить. Клод выгибает бровь, скептически смотря на меня. Такое чувство, будто он в мыслях гадал, я дура или все-таки дура?       —Мне нужна причина, чтобы быть в постели моей жены? — спрашивает император, выделив несколько слов. Я отрицательно мотаю головой, краснея до ужаса просто, словно я стала помидором.       —Просто, это, ну… неожиданно.— бормочу я, опуская взгляд, начав теребить рукой одеяло. Как тут врывается в комнату Амрита, подбегая к нам.       —Мама! — Амрита залезает на кровать, обняв меня крепко. Я в непонимании сижу, смотря на Клода с вопросом, словно он знал ответ. Амрита даже не успела переодеться и была в пижаме.       —Что случилось, детка? —спрашиваю я к неё, нежно погладив дочь по блондинистым волосам. Амрита поднимает на меня свои топазовые глазки.       —Я не хочу замуж! — вдруг заявляет громко девочка. Я выпадаб в астралл из этого мира от такого заявления дочери. Клод казалось, тоже.— Потому что, что, если мой муж не будет любить меня? А я буду несчастной деаочй, страдающий от любви, а потом он заведёт другую девушку, которую любит и я стану злодейкой, а потом меня казнят! А если я не буду любить мужа? Мне что, придётся терпеть мою любовь к другому человеку, а жить с не любимым?! — в панике говорит девочка, начав уже быстро тараторииь, глотая некоторые буквы. Я еле успевала понять, что она говорит. Знакомая черта, очень… Я так же делала в детстве.       —С чего это ты взяла? — вдруг подает голос Клод, хмурясь. Я замечаю, что его топазовые глаза темненеют, словно он уже готов прибить будущего зятя дочери, которого ещё даже нет!       —Папа? — удивилась девочка, смотря на отца. Она что, его незаметила? А потом, словно оповнившись, продолжила говорить — В Обелии разводы запрещены, а ну, а я читала книгу, а там вот, девушка любила мужчину, а он её нет. И развестись они не могли, я не хочу так! — хнычет малышка, начав плакать. Я чуть ли не смеюсь, понимая, что Амрит рано ещё об этом думать. Ей всего семь лет, скоро восемь.       —Амрита, — серьёзно зовёт дочь Клод, посади её к себе на колени, поглаживая её по голове. —Ты любимая, дочь великого императора Клода де Эльджео Обелия, Амрита Де Эльджео Обелия, принцесса… — твёрдо говорит он, а я наблюдаю за этом, замечая в глазах мужа столько любви к ней. — Никто и ничто не посмеет обидеть тебя, даже пальцем коснуться. Если однажды найдётся такой бессмертный, помни, чья ты дочь и кто ты. — на этих словах, он целует дочь в макушку, прижимая её к себе. Видя эту картину, я готова расплакаться. Какой замечательный отец… Клод. Ты самый лучший мужчина, а тем более отец в мире.       Амрита улыбается, прижимаясь к отцу. Я решила не рушить эту атмосферу и встаю с кровати, идя в ванную комнату. Я смотрю в зеркало, а после, кусаю губу, отводя взгляд от отражения. Речь дочери меня так впечатлила, но ещё больше всего поразила речь мужа. Но сейчас мои мысли в другом русле.       Развод, да? В принципе, я императрица, а не простая там жена императора. А значит, спокойно могу потребовать развод у мужа. Нет, вы не подумайте, я люблю Клода всем сердцем и детей наших я люблю. Но всегда есть одно но…       Клод… Я его очень сильно люблю. Но вот он любит Диану. Это заметно, формально я его жена и всё такое. Но все-таки, я не хочу мучить его. Если мы развелемся, то… Я начну новую жизнь, может, найду достойного мужчину. Про Ати, Дженит, Аэтирниса и Амриту я не забуду, как?! Они же все мои дети! Просто, я буду их навещать, часто писать письма и брать в Монику!       Просто при разводе, я знаю прекрасно, что моих детей мне не отдадут. Клод император, они принцессы и принц. Мне просто никто не позволит. Но у них будет отец, который их очень любит. Поэтому, мне волноваться не о чем.       — Решено, поговорю с ним об этом сегодня же!